Текст книги "Слезы луны"

Автор книги: Нора Робертс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Никогда еще не встречала мужчину, который не тянулся бы к ширинке при малейшем намеке. Они так устроены, и нельзя их винить.

– Но ведь бывает так, что женщина не привлекает мужчину в этом смысле.

– Бывает. У любого правила есть исключения, но тебе нечего тревожиться. – Дарси ободряюще похлопала Бренну по плечу. – Дэниела ты точно привлекаешь. Я уверена, он с радостью переспал бы с тобой, если бы ты захотела.

Вздохнув, Бренна сунула помаду в сумочку.

– Какое облегчение!

Бренна чудесно провела вечер. Лучший вечер в ее жизни. Вкусная еда в хорошем ресторане в приятной компании.

Но по правде она чуть не умерла от скуки, хотя еще не была готова это признать, и поэтому дала Дэниелу номер своего телефона и сказала себе, что встретится с парнем, если он позвонит и пригласит ее.

Он вежливый и веселый, твердила она себе, ведя грузовик от паба, где ее высадили после свидания. Он делал вид, что интересуется ее работой, расспрашивал, какие фильмы она любит смотреть. Оказалось, что им обоим нравятся американские фильмы в жанре жесткого детектива.

Дэниел оказался гордым обладателем большой коллекции таких видеофильмов и намекнул, что Бренна могла бы приехать в Дублин, и они устроили бы свой маленький кинофестиваль.

Может, это бы ей даже понравилось, как понравился легкий прощальный поцелуй. Дэниел вел себя очень деликатно, не распускал руки при первом знакомстве.

Идеальный парень.

И будь проклят Шон Галлахер за то, что отбил у нее всякое желание целоваться с другим мужчиной.

Бренна сбавила скорость, остановила грузовик на дороге у коттеджа, окутанного легким туманом.

О, змей-искуситель дома, в гостиной горит свет. Наверное, играет на пианино, наслаждается своей музыкой. Если бы окно было открыто, она бы услышала.

Жаль, что ничего не слышно.

Ей безумно захотелось свернуть в проулок, зайти в коттедж и высказать все, что наболело, и, может, треснуть парня еще разок.

Но этим она показала бы, что придала значение его выходке. Нет, надо держаться от него подальше.

Что же это за мужчина, который сегодня целует тебя так, словно готов делать это вечно, а назавтра ведет себя, как разъяренный папаша?

Умыть он ее захотел! Идиот!

Бренна презрительно фыркнула и уже хотела уехать, но заметила движение в верхнем окне. Какой ужас! Неужели Шон видел, как она таращится на коттедж?

Она даже не успела покраснеть от смущения. У окна стояла женщина с сияющими в лунном свете длинными светлыми волосами.

Бренна вздохнула, опустила боковое стекло, оперлась о пего скрещенными руками и положила на них голову.

Бедная одинокая Красавица Гвен с разбитым сердцем. Сколько ночей стоит она у этого окна? И все из-за мужчины.

– Почему мы так мучаемся из-за них, Гвен? Почему впускаем их в свое сердце, в свои мысли? По сути, от них одни неприятности.

Его сердце в его песне.Бренна услышала эти слова, будто их шепнули прямо ей на ухо. И ты тоже. Слушай.

Бренна крепко зажмурилась, пытаясь заглушить что-то огромное, пугающее, что зазвучало в ее голове.

– Нет, нет! Я покончила с ним, я больше не буду думать о Шоие, не буду тратить на него время. Хватит с меня.

Бренна резко подала грузовик задним ходом и помчалась домой.

Шон знал, что в этот день Бренна работает одна. Специально проверил. Мика О'Тула вызвали в отель, а Джуд отправилась по делам в деревню.

Поднимаясь на второй этаж, он слышал стук молотка. То есть женщина вооружена, и он сильно рискует.

Почти всю ночь он думал о сложившейся ситуации. Это уже вошло у него в привычку и стоило ему многих бессонных часов. И в конце концов он пришел к выводу, что Джуд права. Пора сдвинуться с мертвой точки. Куда-нибудь. Куда, он еще не знал, но надеялся, что предстоящий разговор определит направление.

Стук молотка доносился из гардеробной в будущей детской. Шон вошел и вдруг, поддавшись порыву – странное дело: обычно он ничего не делал, не подумав хорошенько, – запер дверь и сунул ключ в карман. Теперь Бренна не сможет уйти, пока он не выскажется, хотя разъярится непременно.

– Джуд? Ты так быстро вернулась? Тогда взгляни на полочки и скажи, устраивают ли они тебя. – Бренна, стоявшая на третьей ступеньке стремянки, оглянулась через плечо и увидела Шона.

Он ждал потока проклятий, но Бренна посмотрела на него, как на пустое место, и вернулась к работе. Плохой знак.

– Я хочу поговорить с тобой.

– Я работаю. У меня нет времени на болтовню.

– Мне очень нужно поговорить с тобой. – Шон вошел в просторный стенной шкаф, положил ладонь на ее бедро и чуть не отскочил, когда Бренна взглянула на него сверху вниз и поудобнее перехватила рукоять молотка. – Ты не могла бы отложить эту штуковину?

– Не могла бы.

Он не был трусом, однако мозги у него имелись, и он выдернул молоток из ее руки.

– У меня на голове шишка размером с мячик для гольфа. Я не хотел бы заработать еще одну. Всего несколько слов.

– А мне нечего тебе сказать, Шон, и, поскольку я дорожу нашей давней дружбой, пожалуйста, оставь меня в покое.

Шон запаниковал.

– Я хочу попросить у тебя прощения. Бренна отвернулась, вытащила рулетку.

Эта женщина пробуждает в нем самые дурные инстинкты, подумал он, хватая ее за бедра и стаскивая со стремянки. Бренна развернулась, и, хотя он ожидал удар, не стал уворачиваться, поскольку заметил в ее глазах слезы.

– Прости. – Паника слегка отступила и задержалась где-то в груди. – Не плачь. Я этого не вынесу.

– Я не плачу. – Пусть слезы выжгут глаза, но ни одну она не прольет перед ним. – Я просила оставить меня в покое. Ты не ушел, тогда уйду я.

Бренна решительно зашагала к двери, дернула ручку и вытаращила глаза.

– Ты запер дверь! – Она развернулась. – Ты совсем спятил?

– Я знаю тебя и понимал, что ты не захочешь меня выслушать. Но так тебе придется.

Бренна покосилась на ящик с инструментами, явно мысленно выбирая подходящее оружие. Несмотря на искренность своих извинений, Шон не был готов к колотым или резаным ранам и заслонил арсенал собственным телом.

– Ты сама сказала, что дорожишь нашей дружбой. Я тоже ею дорожу. Очень дорожу нашей дружбой и тобой, Бренна.

– И поэтому вчера вечером обращался со мной, как со шлюхой?

Ее сорвавшийся голос доконал его.

– Наверное, ты права, но я не привык видеть тебя такой, – уныло согласился Шоп.

– Какой – такой?

– Красивой. – Ее глаза округлились от изумления, и Шон бросился ковать железо, пока горячо. – Утонченной, женственной.

– Я ведь и есть женщина, Шон.

– Я знаю, но ты обычно не даешь себе труда подчеркнуть это.

Шон невольно расковырял старую рану, и Бренна ощетинилась.

– Интересно. Значит, если я могу вбить гвоздь или залатать трубу, я уже и не женщина? Значит если я накрасила губы и надела платье, сразу стала шлюхой?

– Нет. Я ничего такого не думаю. Я вел себя глупо, отвратительно. Мне очень жаль.

Бренна промолчала, ион занервничал. Сунул руки в карманы, вытащил. Пожалуй нужно довести дело до конца.

– Если честно, когда ты вышла я думал о тебе, о нас и разозлился, что ты вырядилась для другого. Я заревновал. Тогда я этого не понимал и даже, когда пришел в себя, не хотел этого признавать. Я никогда раньше не ревновал. Жуткое ощущение.

Бренна выслушала его признание спокойно, не делая попыток перебить.

– Пожалуй, – только и сказала она.

– Я подумал, что ты сделала это – надела платье, распустила волосы, накрасила губы, – чтобы расшевелить меня.

«Могла бы», – подумала Бренна и кивнула.

– Но мне это и в голову не пришло. У меня мозги иначе устроены. – Вслух произнесла она.

– Да, ты бесхитростная. Я знаю. – Шон шагнул к ней, она отступила. Он сделал еще один шаг. Она снопа отступила. – Бренна, почему ты отступаешь? Разве не ты сама все это затеяла?

– Я, конечно, но я передумала. И мне еще надо как следует поразмыслить. Пожалуйста, держись пока подальше, – попросила Бренна и снова занервничала, замстив блеск, появившийся в его глазах. – Мы дружим с самого детства, и я не хочу потерять эту часть своей жизни. Если бы, когда я заговорила о сексе, ты просто ухмыльнулся и сказал: «Отличная мысль, Бренна, пошли в постель», все обошлось бы. Мы оба получили бы удовольствие и расстались друзьями. Но мы упустили момент, и все осложнилось.

Шон преградил ей путь к отступлению: уперся ладонями в стену и не дал Бренне выскользнуть из-под его рук.

– Ты привыкла действовать импульсивно, а я долго думаю. Ты мчишься, я ползу.

Не только его руки удерживали ее на месте, но и гордость.

– Господи, Шон, ледник ползет быстрее тебя.

– Но я нее равно попадаю туда, куда хочу, верно? Бренна, я думаю, что с твоими порывами и моей медлительностью, твоей стремительностью и моей осторожностью мы сможем встретиться где-то посередине.

– Что-то слишком заумно.

– Я слышу, как колотится твое сердце, – прошептал он, придвинувшись к ней почти вплотную и опустив ладонь на ее грудь. – Ее глаза настороженно вспыхнули, губы чадрожали. – А теперь чувствую. Я давно хочу коснуться тебя.

У нее подкосились ноги.

– Ты даже не думал обэом, пока я не предложила.

– Но мне твоя идея понравилась. – Шон опустил голову и склонился к ее губам, если честно, мне трудно думать о чем-то другом. Когда я шел сюда… – Губы Шона скользнули по ее подбородку. – Я хотел извиниться, помириться. Я был почти уверен, что сделаю шаг назад и успокоюсь. Но сейчас я просто хочу касаться тебя. – Ее груди напряглись под его пальцами. – Я хочу попробовать тебя, хочу узнать Бренну, которую я не знал раньше.

И с этими словами он наконец накрыл ее губы своими.

Чтобы удержаться на ногах, Бренна вцепилась в его бедра. Теплая волна разлилась по ее телу. Она успела подумать, что может без остатка раствориться в этом изумительном тепле,

– Подожди! Подожди. Ты думаешь, что мне нужны все эти уловки? – Онаотвернулась, но что кончилось тем, что он сжал губами ее ухо. О Боже, парень просто волшебник. – Я не нуждаюсь в ухаживаниях. – Она дышала с трупом, головакружилась. – Или в соблазнении.

– Я нуждаюсь. – Шон наклонил ниже голову, чтобы коснуться губами ее шеи.

– Если ты решил, а мне кажется, ты решил, что мы все-таки должны заняться сексом, давай сбегаем на часок в твой коттедж.

Шон рассмеялся, уткнувшись лицом в ее шею, нежную, как шелк, и словно согретую солнцем.

– Бренна, я правда хочу тебя. – Она задрожала, и он снова нашел губами ее губы. – Но сначала я хочу свести нас обоих с ума.

– Зачем?

– Ради большего удовольствия. Тебе нравится, когда я дотрагиваюсь до тебя вот так? – Она задрожала, когда его пальцы забрались под ее рубашку. – Нравится, я вижу. У тебя глаза затуманились.

– Я почти ослепла. К черту коттедж, давай покончим с этим здесь.

Но когда она обхватила руками его шею, он рассмеялся и закружил ее.

– Ну, нет, не здесь. Я не собираюсь лишать нас удовольствия.

– Ты что-то говорил о середине, но мне кажется, что ты решил все сделать по-своему.

– Может, ты еще поблагодаришь меня.

– Ты самонадеян, как все мужчины. Вы думаете, что всегда знаете, как лучше.

Шон улыбнулся во весь рот.

– Бренна, дорогая, если бы я не был мужчиной, не было бы и этого разговора.

Она вздохнула, натянула пониже кепку.

– С этим не поспоришь.

– Ты что-то говорила о жарком желании, я его утолю, только в свое время и по-своему. Это справедливо.

– Обидно, но справедливо.

– И – что бы ни случилось – мы разойдемся друзьями. Я сам разгорелся, но не дотронусь до тебя, если мы не поклянемся, что в конце концов останемся друзьями.

Замечательно, что он об этом подумал. Какой же он чуткий и добрый, немудрено, что он ей так дорог. И всегда будет дорог.

– Друзья сейчас, во время и после. – Бренна протянула ему руку. – Обещаю.

– И я обещаю. – Не сводя глаз с ее лица, Шон поднес ее руку к губам и довольно рассмеялся, когда Бренна раскрыла рот от изумления.

– Мэри Бренна, поверь, я еще не разудивлю тебя.

– Может быть. – Бренна выдернули дрожащую руку и спрятала ее за спину. – У меня тоже в запасе есть парочка сюрпризов.

– Ловлю тебя на слове. – Он вытащил ключ из кармана и зашагал к двери. – Приходи иечером в паб. Я угощу тебя ужином и приятно удиишо… в кладовке.

– В кладовке? – Она бы рассмеялась, по отчетливо представила себе это. – А можно спросить, сколько женщин ты там приятно удивлял?

Шон подмигнул ей:

– Милая моя, разве я похож на мужчину, который считает?

9

– Явился Финкл, человек Маги, – шепнула Дарси, прошмыгнув в кухню.

Шон отвлекся от составления трех гигантских сэндвичей.

– Не шутишь?

– Собственной персоной. – Дарси машинально посмотрелась в зеркало, висевшее рядом с дверью. – Эйдан наливает ему пинту светлого и заговаривает зубы, хотя Финкл явно настроен по-деловому.

Шон хорошо знал, что Дарси может верно оценить человека с первого взгляда.

– Опиши мне его в нескольких словах.

Дарси сощурилась, прижала палец к губам.

– Лет пятьдесят пять. Лысеет и делает боковой зачес, значит, это его волнует. С животиком, то есть любит поесть. Женат, но засматривается на других женщин. Не любитель природы и свежего воздуха. Надежный служащий, привык выполнять приказы сверху и передавать их подчиненным. Бережливый. Мэри Кейт сказала, что он с пеной у рта торговался за номер, хотя расходы оплачивает фирма. Городской житель до мозга костей и немного щеголь. Я могла бы выщипывать брови, глядясь в его ботинки.

– Отличная характеристика. Ты без труда очаруешь его, крошка, не правда ли?

Дарси внимательно осмотрела свой маникюр.

– Даже не сомневайся.

– Я ни в коем случае не прошу тебя соблазнить его, просто запудри ему мозги.

– Будто ты меня не знаешь. Я же сказала, что он женат, а я не разрушаю семьи. – Дарси достала из кармашка для чаевых помаду и подкрасила перед зеркалом губы. – Но я не виновата в том, что мужчины не могут устоять перед моей красотой.

– Верю, так как сам видел легионы павших. Я помогу тебе подать сэндвичи, а заодно представлюсь Финклу как безобидный брат-недотепа.

Они вместе загрузили поднос заказами и мисками с чипсами для бара.

– Я бы сказала, что ему не терпится посмотреть землю, понаблюдать, как у нас идут дела, и обговорить условия сделки.

– Он в Ирландии, а Галлахеры не торопыги. И между прочим, я не витал в облаках. – Шон повысил голос, направляясь за сестрой в зал. – Я думал.

Дарси вздохнула. Сегодня она его не подкалывала, но он понимал ее без слов.

– Невозможно вовремя выполнять заказы, если витаешь в облаках. Постарайся иногда спускаться на землю, к нам, грешным.

Шон нахмурился и начал сосредоточенно выгружать на стойку миски.

– Шон, познакомься с мистером Финклом из Нью-Йорка.

Шон просветлел лицом, оперся о стойку и дружелюбно улыбнулся лысеющему мужчине с карими глазами. Взгляд этих глаз был оценивающим.

– Рад знакомству, мистер Финкл. У нас есть родня в Нью-Йорке и друзья тоже. Говорят, шумный город, все куда-то спешат, толкаются. Эйдан, ты же бывал в Нью-Йорке. Я правильно говорю?

Сдерживая улыбку, Эйдан молча кивнул. Шон нарочно усилил акцент, чтобы добавить местного колорита и создать у приезжего впечатление деревенского простачка.

– Эйдан у нас путешественник. Это у него семейное. Но я не такой, мне и здесь хорошо.

– М-да, понятно. – Финкл подумал, что Шон не стоит его внимания, и решил вернуться к важным делам, но не тут-то было.

– Так вы к нам в отпуск, мистер Финкл? Вы не прогадали. Сейчас здесь тихо, считайте, вам повезло. К концу мая на пляжах, а они у нас чудесные, местечка свободного не бывает. А потом все набиваются в паб, только успевай вертеться. Хоть зимой можно немного перевести дух.

– Я здесь по делу, – холодно произнес Финкл. Его голос и тон выдавали в нем истинного ньюйоркца. – От «Маги Энтерпрайз».

Шон так искренне изобразил недоумение, что Эйдан только головой покачал.

– Шон, я же рассказывал тебе о переговорах с мистером Маги. Помнишь, речь шла о театре?

– Ах да, теперь вспомнил. Я и не думал, что ты всерьез. – Шон почесал затылок. – Кинотеатр в Ардморе?

– Не кинотеатр, – нетерпеливо поправил его Финкл. – Музыкальный театр.

– По-моему, великолепная идея. – Дарси подплыла к стойке и ослепительно улыбнулась Финклу. – Блестящая! Мистер Финкл, непременно загляните в паб вечером. Познакомитесь кое с кем из местных талантов, которых мы могли бы предложить вашему театру.

– А как же тот мужчина из Лондона? – Шон перевел озадаченный взгляд с Дарси на Эйдана. – Ресто… ресторатор.

– Это сейчас неважно, поговорим позже. – Эйдан, не таясь, подтолкнул Шона локтем.

Финкл прищурился.

– Вы вели переговоры с другим инвестором, мистер Галлахср?

– Ничего серьезного, абсолютно ничего серьезного. Давайте-ка я покажу вам участок, о котором мы говорили, вы же не станете покупать кота в мешке. Шон, будь другом, поработай за стойкой. – Эйдан поспешно поднял откидную доску. – Идемте, мистер Финкл, прогуляемся и посмотрим, что к чему.

– Вечером приходите! – крикнула Дарси и с удовлетворением отметила легкий румянец, вспыхнувший на щеках Финкла. – Я с радостью спою для вас.

Она сдерживала смех, пока дверь за Эйданом и Финклом не захлопнулась.

– Мужчина из Лондона? Как это тебе в голову пришло?

– Одно из моих редких просветлений. И готов поставить фунт против пенса, Финклу не терпится позвонить Маги в Нью-Йорк и наябедничать, что мы ведем двойную игру.

– Видишь ли, Шон, это может дать обратный результат. Вдруг Маги кинется искать другое место?

– Или пойдет на уступки. – Шон дернул сестру за волосы. Ему было весело. Он и не думал, что ему так понравится разыгрывать простачка. – Жизнь – азартная игра, детка, и в этом ее прелесть. – Он перевел взгляд на Бренну и ее отца, заглянувших на ланч. – Добрый день вам, мистер О'Тул, – поздоровался он, когда Мик подошел к стойке. – Добрый день, Бренна. Чем мы можем вас порадовать?

Мик подмигнул Дарси.

– Я умираю от жажды.

– Мы вас спасем. – Прекрасно зная вкусы Мика, Шон подставил пинтовую кружку под кран и стал наливать «Гиннесс» по всем правилам. – А ты, Бренна, что будешь?

– Попробую сегодняшний суп. – Она кивнула на доску с меню. – Но мы не спешим.

– Нисколечко, – подтвердил Мик, забираясь на табурет. – Мы почти закончили у Эйдана. Бренна к концу дня все там приберет, и займемся номерами в отеле. Я буду скучать по твоей стряпне, Шон. Не то чтобы в отеле плохо кормят, но с тобой им не сравниться.

– Не хотите ли супа с сэндвичем, мистер О'Тул? – спросила Дарси, наливая Бренне чай. – Если мужчина работает так усердно, как вы, он должен хорошо питаться.

– С удовольствием, Дарси, дорогуша. Ты знаешь, как позаботиться о мужчине. Придет день, когда ты станешь лучшей из жен какому-нибудь счастливчику.

Рассмеявшись, Дарси подвинула Бренне чашку.

– Я ищу такого, который позаботится обо мне и не станет скупиться. К слову, Бренна, Дэниел тебе звонил?

– Дэниел? – Бренна заметила вопросительный взгляд Шона и постаралась не съежиться. – Да, звонил.

– Отлично. Мэтью так и сказал, что он позвонит. Красивый и обеспеченный мужчина положил глаз на вашу дочь, мистер О'Тул.

– Я не удивляюсь. Она у меня прехорошенькая.

– Да хватит, пап.

– Но ты же и впрямь красотка, так почему нельзя об этом говорить? – Он хлопнул дочь по плечу, как любой мужчина хлопнул бы своего сына. – Будет счастлив тот, кто завоюет девушку вроде моей Бренны. У нее красивое личико, и работает она отменно. Может, чуток вспыльчива, но это лишь добавляет остроты в отношениях. Мужчины не любят тихонь, правда, Шон?

Шон долил пива в стакан.

– Смотря какой мужчина.

– Ну, умному тихоня не нужна, он через год помрет от скуки. Не подумайте, что я спешу выдать Бренну замуж. Мои пташки и так разлетаются. Морин уже замужем, а через несколько месяцев и Пэтти поведу к алтарю. – Мик вздохнул. – Не знаю, что буду делать без моей Бренны, когда придет ее черед.

– Я тебя никогда не брошу. Мы же партнеры. Дарси, я смотрю, вам тут рук не хватает. Я сама принесу нам суп.

Не такой уж плохой предлог, чтобы избавиться от излишнего внимания и неудобных разговоров. Бренна, пока ее не успели остановить, проскользнула за барную стойку, надеясь, что ее уход не примут за трусливое бегство, и, как только за нею захлопнулась дверь, закатила глаза и облегченно выдохнула.

Что-то папочка стал уж слишком сентиментальным, и хотя временами это трогает до слез, сейчас не тот случай. Бренна достала две миски и не вздрогнула, когда снова открылась дверь, хотя это стоило ей больших усилий. Она, и не оглядываясь, знала, что зашел Шон.

– Я сама налью. Ты занят.

– Дарси справляется за стойкой не хуже меня. Кроме того, твой отец попросил сэндвич. С хлебом и мясом ты ладишь хуже, чем с деревом и гвоздями.

Шон подошел к ней, обхватил ее бедра, зарылся лицом в ее волосы. Он не хотел сдерживать вспыхнувшее желание и был не прочь смутить Бренну. Она и смутилась, и занервничала. Он почувствовал.

– Что ты затеял? Ты же должен работать.

– Ты моя работа. – Шон повернул ее лицом к себе, его ладони скользнули вверх.

– Мне бы успеть перекусить. Я должна вернуться к Джуд и все закончить.

– Успеешь. Я тебя покормлю. – Он приподнял ее и посадил на рабочий стол. – Но сначала утоли мой голод. Я изголодался по тебе.

Бренна пыталась возразить, но Шон уже пленил ее губы.

– А если кто войдет? – выдохнула она, обхватив его за шею.

– И почему это тебя беспокоит? Думай обо мне.

Он обещал свести ее с ума и сдержал обещание.

Все последние дни она дрожала от предвкушения, волнующего и чудесного. Мечтала о поцелуе, долгом и неспешном или жарком и мимолетном. О дразнящей ласке его ладоней, его пальцев. О задумчивом взгляде, от которого так сладко сжималось сердце.

Он сказал, что изголодался по ней. Похоже, правда, и теперь он пробовал ее, наслаждался ее вкусом. Когда она задрожала, он лишь одобрительно вздохнул.

– Шон. – У нее кружилась голова. – Я долго так не выдержу.

– Я выдержу. Я мог бы продолжать так годами.

– Вот этого я и боюсь.

Он засмеялся, чуть отстранился, довольный ее взглядом, затуманившимся от желания.

– Что ты ответила Дэниелу?

– Какому Дэниелу?

Шон расплылся в улыбке, и ее мозги прояснились. Ругнувшись, она отпихнула его и соскочила со стола.

– Черт тебя побери, Шон. Так вот, что ты задумал! Смягчить меня, затуманить мои мозги и раздуться от самомнения.

– Это лишь побочный эффект. – Шон занялся приготовлением сэндвича. – Но мне и правда интересно, собираешься ли ты снова встретиться с этим дублинцем.

– Надо бы. Хотя бы для того, чтобы щелкнуть тебя по носу. – Бренна сунула руки в карманы. – Дарси бы так и сделала.

– Ты не Дарси, не так ли, милая?

– Да, и мне не хватит ни таланта, ни энергии, чтобы жонглировать парнями. Я сказала дублинцу, что встречаюсь с другим.

Шон оглянулся, посмотрел в ее глаза:

– Спасибо.

– Но мне хотелось бы знать, когда я начну спать с этим другим.

Шон невозмутимо продолжал резать мясо.

– За все годы, что я тебя знаю, не замечал, что ты одержима сексом.

– Я не была бы одержима сексом, если бы занималась сексом.

– Откуда такая уверенность, если ты никогда не занималась сексом со мной?

Какой наглец! Ей захотелось разозлиться, но она заставила себя рассмеяться.

– Боже милостивый, Шон, ты можешь довести женщину до алкоголизма.

– Скажи Дарси, чтобы она налила тебе пинту за мой счет, – предложил он и умолк, услышав голоса у задней двери. – Нет, подожди. Займись чем-нибудь здесь.

– Чем заняться?

– Ну, наливай суп. – Шон кивнул на миски. – И подыгрывай.

Задняя дверь распахнулась, и Эйдан пропустил в кухню Финкла.

– Кухня, как вы видите, царство Шона. Мы потихоньку ее модернизируем, когда он видит в этом необходимость. О, привет, Бренна. А это наш друг и помощница Бренна О'Тул. Бренна, познакомься с мистером Финклом из Нью-Йорка.

– Рада познакомиться с вами. – Она понятия не имела, кто он такой, но дружски улыбнулась и зачерпнула суп.

– Мистер Финкл планирует пристроить ресторан к нашему пабу, – пояснил Шон.

– Театр, – словно выстрелил Эйдан, и Бренна чуть не опрокинула миску от удивления. – Театр, Шон. Ты снова все перепутал.

– Ах да, театр. Конечно же. Бедная моя голова. Мысли о бизнесе и пяти минут в ней не держатся.

– Но ты готовишь вкуснейший суп, – подбодрила Бренна, взглянув на него, как на двенадцатилетнего недоумка. Слава богу, она подала правильную реплику. – Не хотите попробовать суп, мистер Финкл, или вы уже пообедали?

– Нет, я еще не обедал. – Здесь царили ароматы, как на кухне любящей бабушки, и у него уже текли слюнки. – Изумительный аромат.

– А на вкус еще лучше, уверяю вас. Каким вы представляете ваш театр?

– Небольшой. Мой босс хочет нечто традиционное.

– Люди не прочь перекусить и выпить стаканчик-другой до или после представления, не так ли? – Шон украсил сэндвич петрушкой и редисом.

– Да, как правило. – Финкл обвел взглядом помещение, увидел сверкающие кастрюли, безупречной чистоты разделочные поверхности. Огромная печь казалась древней, но была в хорошем рабочем состоянии.

«Неплохо, – подумал Финкл. – Надо будет отметить в отчете».

– А для этого вам не найти ничего лучше, чем «Паб Галлахеров», – заверила его Бренна. – Хотите поесть здесь, на кухне, сэр, или предпочитаете столик в зале?

– В зале, если не возражаете. Он вкусно и спокойно поест и заодно посмотрит, как обстоят дела там.

– Я вас провожу. Скажете Дарси, что подать вам на ланч. За счет заведения, разумеется. – Выводя Финкла, Эйдан бросил через плечо торжествующий взгляд.

– Что это за новости о театре? И почему ты вел себя, как последний идиот? – поинтересовалась Бренна.

– О, я тебе расскажу. Отнеси ланч своему папочке и возвращайся. Поешь здесь и все узнаешь.

Шон закончил рассказ. Бренна откинулась на спинку стула и прикусила нижнюю губу, как всегда, когда обдумывала что-то важное.

– Я знаю этого Маги.

– Правда?

– Не лично, но я знаю о нем. Вернее, о них. Отец и сын, хотя теперь делами руководит сын.

– Семейный бизнес. Я это ценю.

– Солидный, устойчивый бизнес. Маги здорово строит. В основном театры, арены и все такое. Он известен в Америке и, думаю, в Англии тоже. Племянник маминой кузины Брайан Кэши работает в одной из его нью-йоркских строительных бригад. Год или два назад он написал мне, что, если я приеду, то немедленно получу работу. Когда Маги нанимает плотника, ему безразлично, парень это или девушка.

– Ты собираешься в Нью-Йорк? – Шон был потрясен до глубины души и с трудом сумел сохранить небрежный тон.

– Нет, – рассеянно ответила Бренна. – Я работаю с отцом, а мы работаем здесь. Но Брайан иногда мне пишет. Если ему верить, а я верю, Маги создает хорошие условия, достойно платит строителям, да и сам не прочь помахать молотком. Но он не терпит дураков и лентяев, и если кто его подведет, гонит к чертовой матери. Я напишу Брайану, посмотрим, что он знает или сможет выяснить.

Бренна пристально посмотрела на Шона:

– Он привезет свои бригады или наймет местные?

– Понятия не имею.

– Ну, он должен нанять местных. Хочешь строить в Ирландии, нанимай ирландцев. Строишь в Ардморе, нанимай деревенских и людей из Олд Пэриш. Нам с отцом эта работенка была бы кстати.

Бренна вскочила.

– Ты куда?

– Поговорить с мистером Финклом.

– Подожди, подожди. Господи, женщина, куда тебя понесло? Сейчас не время.

– Почему это, если я хочу застолбить место?

– Пусть сначала Эйдан с ним договорится. – Шон поймал се за руку. – Пока все еще очень зыбко. Как только мы придем к соглашению на наших условиях, обратишься к тому, кто станет главным.

Бренна не любила ждать. Ненавидела она и здравый смысл, в коем не могла отказать Шону.

– Я должна все знать, как только вы заключите сделку.

– Обещаю.

– Я покажу тебе, как это надо устроить. – Бренна достала из кармана карандаш и спала бы черкать прямо на стене, если бы Шон не подсунул ей под нос блокнот. – Вот ваша северная стена. Здесь делаем большой проем. – Объясняя, она стремительно набрасывала эскиз. – Через него в крытый переход. Зрители смогут свободно перемещаться из паба в театр и обратно. Переход отделываем, как ваш паб: обшиваем стены такими же панелями, настилаем такие же полы. А еще лучше, если переход, постепенно расширяясь, органично встроится в фойе театра, а фойе станет как бы частью паба, а паб – фойе.

Бренна удовлетворенно кивнула, перевела взгляд на Шона.

– И чему это ты улыбаешься?

– Занятно смотреть, как ты работаешь.

– Если выйдет по-моему, ты будешь смотреть, как я работаю, долгие месяцы, а папочка будет ежедневно наведываться в паб за ланчем и пинтой пива. Ну, мне пора.

Шон удержал ее за руку.

– Выкроишь потом часок?

– Думаю, да. Пожалуй, мне хватит часа, чтобы сорвать с тебя одежонку и покончить с тобой.

– Я задумал кое-что другое. А что касается того самого, я не потерплю никаких ограничений. – Он поднес ее руку к губам, поцеловал пальцы. – Погуляй со мной по пляжу.

Шон в своем репертуаре, подумала она. Час на зимнем пляже на холодном ветру.

– Зайди за мной к Джуд. Если ты найдешь время, найду и я.

– Поцелуй меня на прощание.

Бренна не заставила себя уговаривать. Она привстала на цыпочки, прижалась к Шону и едва коснулась губами его губ, как дверь распахнулась.

– Финкл хочет попробовать наш суп и… – Увидев лучшую подругу, целующую брата, Дарси застыла на месте. – Господи, это еще что такое?

– До того, как ты ворвалась, было тем, что ты подумала. Бренна, ты не закончила. – Шон притянул к себе Бренну, успевшую отскочить в сторону.

– Закончила. Я должна работать. – И она вылетела на улицу через заднюю дверь.

– Суп, ты сказала? – Шон, как ни в чем не бывало, повернулся к плите.

– Шон, ты целовал Бренну.

– Да, хотя из-за тебя не успел получить удовольствие.

– О чем ты думал, когда целовал ее?

Шон оглянулся с самым невозмутимым видом.

– Я был уверен, что мама тебе объяснила, но если требуется переподготовка, сделаю все, что в моих силах.

– Не умничай. – Дарси была так озадачена, что обычная язвительность ее покинула. – Она мне почти как сестра, и я не позволю тебе дразнить ее.

Шон налил суп в большую миску.

– Может, прежде чем набрасываться на меня, поговоришь с ней?

– Обязательно поговорю. – Дарси схватила суповую миску. – Я знаю, как ты относишься к женщинам, Шон Галлахер!

– Неужели? И знаешь, как я отношусь к этой?

– Знаю, – грозно произнесла Дарси и, подхватив миску, вскинула голову и гордо покинула кухню.

Подав суп и поухаживав за смущенным и довольным Финклом, Дарси крикнула Эйдану, что берет пятнадцатиминутный перерыв, и выскочила за дверь прежде, чем он успел ее остановить.

В спешке она забыла снять фартук и накинуть куртку и бежала к дому Галлахеров под веселый перезвон монет в кармашке.

Она ни разу не остановилась, влетела в дом запыхавшаяся и порозовевшая и сразу же бросилась на второй этаж в детскую.

Бренна аккуратно покрывала лаком отциклеванный пол.

– Я хочу знать, что происходит!

– Ну, я наношу первый слой лака. Через день или два, когда лак подсохнет, я нанесу еще один, последний слой.