Текст книги "Сиасет-намэ. Книга о правлении вазира XI столетия Низам ал-Мулька"

Автор книги: Низам аль-Мульк

Итак, мы дошли до событий в Сирии. Сын Абдаллаха сына Меймуна, по имени Ахмед,[412]412
  Что касается наследования главенства в секте после смерти Абдаллаха б. Меймун, то еще Ибн ал-Асир, VIII, 18—19 останавливался на трудностях установления истинной генеалогии, указывая вместе с тем на то обстоятельство, что после смерти Абдаллаха б. Меймун его наследники заявляли претензию на происхождение от Акил б. Абу-Талиб (VIII, 27), что еще более запутывает даже и те генеалогические линии, которые связаны были с алидским происхождением фатимидов. Ибн ал-Асиром приведены следующие три генеалогии первого халифа-фатимида; 1) б. Мухаммед б. Абдаллах б. Меймун б. Мухаммед б. Исмаил б. Джафар ас-Садик (VIII, 18); 2) б. Ахмед б. Исмаил II б. Мухаммед б. Исмаил б. Джафар (VIII, 18) – следовательно, опуская самого Абдаллаха б. Меймун, и 3) б. ал-Хасан (вариант рукописи А: ал-Хусеин) б. Али б. Мухаммед б. Али б. Муса б. Джафар (VIII, 27). Сообщая о смерти Абдаллаха б. Меймун, Ибн ал-Асир (VIII, 22 и 27) указывает, как и СН, что ему наследовал сын Ахмед (не указан в индексах Tornberg), в этом отношении противореча Фихристу (186 —187), утверждавшему, что Абдаллаху наследовал его сын Мухаммед.


[Закрыть] после отправления его отца в Басру, где он проповедывал свою веру, жил и умер, поднялся и направился в Сирию, а из Сирии ушел в Магриб,[413]413
  По Ибн ал-Асиру VIII, 22—23, Ахмед б. Абдаллах находился в Куфе. В Магриб были направлены ближайшим сподвижником Ахмеда – Рустамом б. ал-Хусеин б. Хушаб б. Дазан ан-Надджар, действовавшим впоследствии в Йемене, два миссионера; ал-Хальвани и Абу-Суфиян; после сочти одновременной их смерти тем же Рустамом был направлен в Магриб Абу Абдаллах аш-Шии.


[Закрыть] там был хорошо принят, его проповедь нашла отклик. Он снова вернулся в Сирию, обосновался в одном городе, который называют Саламиэ.[414]414
  В Саламиэ, по Ибн ал-Асиру, VIII, 27, переселился Хусеин, после смерти Мухаммеда б. Ахмед б. Абдаллах б. Меймун вступивший во владение имуществом, оставленным там Абдаллахом б. Меймун.


[Закрыть] Там у него появился сын, имя его Мухаммед сын Ахмеда.[415]415
  Ибн ал-Асир VIII, 27 также считает Мухаммеда сыном Ахмеда б. Абдаллах б. Меймун.


[Закрыть] Когда Ахмед умер, его сын был малолетний. Брат Сайд заступил его место, отправился в сторону Магриба, переменив свое имя на Абдаллах сын ал-Хусейна.[416]416
  Абдаллах б. ал-Хусеин ИШ, по всем данным, – испорченное Обейдаллах б. ал-Хусеин (в первоначальном наименовании Сайд б. ал-Хусеии), т. е. первый халиф-фатимид. На это указывают: 1) факт перемены имени Сайд на Обейдаллах (Абдаллах ИШ), 2) последующее за данной фразой сообщение о деятельности Абу-Абдаллаха Мухтасиба в качестве заместителя Саида-Обейдаллаха, 3) указание на ал-Хусеин, как на отца, – факты, как раз характеризующие биографию первого халифа-фатимида, во всяком случае в том виде, как она дошла в массе полулегендарного материала.


[Закрыть] Он направил в качестве своего заместителя одного человека из своих сподвижников, называвшегося Бу-Абдаллах Мухтасиб,[417]417
  Абу-Абдаллах аш-Шии, по происхождению из Йемена, носит в большинстве источников прозвище Мухтасиб, что должно указывать, по мнению ряда исследователей, на выполнение им функций инспектора.


[Закрыть] к потомкам Аглаба, в края, где они пребывали и призывал к этой вере жителей тех краев. Эти потомки Аглаба по большей части проживали в пустыне.[418]418
  Династия в северной Африке, основанная Ибрахимом б. ал-Аглаб ат-Тамими 184—196 (= 800—812) и низвергнутая деятельностью среди североафриканских берберов фатимидского эмиссара Абу-Абдаллаха ал-Мухтасиб (аш-Шии) в 296—7 (= 909—910) г.


[Закрыть] Людей, принявшие эту веру, стало много. Тогда Сайд приказал: „Теперь действуйте мечами, убивайте всякого, не принявшего вашу веру“. Так и поступили. Собралось много людей из потомков Аглаба; нападая на города и округа, они грабили, убивали и, захватив многие города, стали государями над большинством оседлых мест Магриба. Был один человек суннит Али Вахсудан из Дейлема.[419]419
  Биография Али б. Вахсудан из Дейлема в том виде, как она выступает у Ибн Мискавейха, I – IV, 38, 39 и т. д. и у Иби ал-Асира, VIII, 56, 72, 76. касается лишь его деятельности в качестве халифатского наместника в Фарсе, Исфахане и Ираке.


[Закрыть] Он был сипах-саларом. Он был послан неожиданно с войском Сирии против Бу-Абдаллаха Мухтасиба. Бу-Абдаллах бежал; было убито много людей из потомков Аглаба, другие бежали. А этот Абдаллах ушел в некий город. Там, набросив на себя |194| тайласан,[420]420
  *** или *** – накрахмаленное покрывало, одеваемое на голову так, чтобы материя ниспадала на плечи и спину. В средние века ношение тайласана было привилегией судий и ученых. От обычного покрывала тайласан судий и ученых отличался длиной и черным цветом (Dozy. Dict des Vetem., 254 и далее: В. Р. Розен, ЗВО, V, 14).


[Закрыть] он проводил время, как благочестивый. К нему отнеслись хорошо. В этом же году в Сирии восстал один человек, по имени Закравейх Сахиб ал-хал.[421]421
  Зикравейх б. Микравейх повел наступление на сирийские области, занятие халифатскими войсками в 293 (= 905—906) г. (Табари, III, 2256-57 и т. д.; Ибн ал-Асир, VII, 374—381).


[Закрыть] Он захватил большую часть Сирии, затем утвердился на полуострове потомков Аглаба, там обосновался. Потомки Аглаба посылали к нему зякят. Когда он умер, на его место сел его сын, но этот обычай там остался.[422]422
  См. Введение в изуч., Г, 154 (193-194).


[Закрыть]

Правитель Герата Мухаммед сын Харсума[423]423
  Мухаммед б. Харсума Харсама, брат Рафи б. Харсума, боровшегося в союзе с Исмаилом б. Ахмед с саффаридом Амр б. Лейс, в 283 (= 896) г., после захвата Рея войсками Рафи, был направлен в качестве посла к Мухаммеду б. Зейд; посольство Мухаммеда б. Харсума окончилось безрезультатно для Рафи, принужденного оставить Рей и бежать в Джурджан, где он был убит (Ибн ал-Асир, VII, 319). Наместничество в Герате Мухаммед б. Харсума получил после победы Исмаила б. Ахмед над Амром б. Лейс.


[Закрыть] известил в двести девяносто пятом году хиджры Справедливого эмира Саманида,[424]424
  = 907 г. начало 12 октября. Амир-и-Адил, т. е. Исмаил б. Ахмед Саманид умер в середине месяца сафара этого года (Нершахи, 91; Ибн ал-Асир, VIII, 4).


[Закрыть] что в предгорьях Гура и Гарджистана[425]425
  Гур – горная область в центральной части современного Афганистана. Гарджистан (Гарчистан) – горная область в верховьях Мургаба, в пределах современного афганского Туркестана (В. В. Бартольд. Истор.-геогр. обзор Ирана, 34, 54—56).


[Закрыть] выступил некий человек, которого зовут Бу-Билал,[426]426
  Абу-Билал-Хареджит упомянут в Тарих-и-Систан, 224—225 в числе лиц, примкнувших к Якубу б. Лейс после нишапурского похода последнего в 259 (= 272/73) г.


[Закрыть] к нему собираются люди всякого состояния. Он называет себя Дар ал-адл – „вместилище справедливости“. Неисчислимое количество людей из округи Герата и окрестных краев идет к нему, присягает ему; их численность – свыше десяти тысяч людей. „Если проявить потворство его делу, то люди соберутся в еще большем числе. Тогда дело станет труднее. Говорят, что он был надимом Якуба сына Лейса и совершает проповедь еретического учения в качестве заместителя последнего“. Когда Справедливый эмир узнал об этом деле, он сказал: „Понимаю так: У Бу-Билаля начала кипеть кровь“. Итак, он приказал Зикри, хаджибу:[427]427
  В ТИ, 168 и 169 название этого лица: *** и ***. По-видимому, в тексте ИШ, также как и в ТИ, 168 испорченное *** – Абу-Закария, племянник Исмаила б. Ахмед по брату Яхья; его Исмаил оставлял его своим наместником во время похода на Самарканд (Нершахи, 78).


[Закрыть] „Выбери пятьсот доблестных тюрок-гулямов, скажи, что им дадут дирхемы, в качестве командующего назначь Бигиша, он разумный гулям; скажи, чтобы ему дали десять тысяч дирхемов и приготовили пятьсот кольчуг и верблюдов. Явись завтра вместе с ними в Джуи-Мулиан,[428]428
  Район Бухары, названный так по имени канала. Нершахи, 26 сообщает об откупе всего этого района Исмаилом б. Ахмед Саманидом для постройки дворцов и садов.


[Закрыть] пусть они пройдут передо мною, чтобы я осмотрел их“. Хаджиб Зикри так сделал. А эмир написал послание Бу-Али Мервези:[429]429
  Али б. ал-Хусеин Мерверруди (Ибн ал-Асир, VII, 257)? Такое предположение может быть подкреплено и тем фактом, что несколькими строками ниже то же лицо названо просто Али без предшествующего „Абу“.


[Закрыть] „Выдай дирхемы своим людям и выходи из города прежде, чем гулямы дойдут до тебя. Гулямы отправятся в Герат и соединятся с Мухаммедом, сыном Харсума“. Он также написал послание Мухаммеду сыну Харсума: „Приготовься и выходи из города, тем временем к тебе подойдут Али и Бигиш“. А Бигишу он сказал: „Если победишь, я дам тебе владение“. Гулямам он сказал: „Это совсем не то, что война с Али сыном Шарвина[430]430
  Али б. Шарвин (у Нершахи, 86, 87 ошибочно ***) – военачальник саффарида Амра б. Лейс; в 285 (= 898) г. был направлен Амром на войну против Исмаила б. Ахмед Саманида, но отступил, в конце Шаввало этого же года Исмаил б. Ахмед разбил саффаридское войсго, Али б. Шарвин при поражении был захвачен в плен („Тарих-и-Систан“, 254; BGA, I, 210, II, 281)


[Закрыть] или Амром сыном Лейса или Мухаммедом Харави.[431]431
  ТИ, 168 дает правильное наименование третьего из побежденных Исмаилом б. Ахмед: Мухаммед-и-Харун. Абу-Али Мухаммед б. Харун упомянут у Нершахи (72, 87) два раза: первый раз – в рассказе о Муканне, – бабушка Мухаммеда б. Харун была, согласно этому рассказу, женой Муканны; второй раз мы встречаем имя Мухаммеда б. Харун в рассказе о походе Исмаила б. Ахмед против Амра б. Лейс, – в этом походе Мухаммед б. Харун был назначен командующим передовым отрядом. Согласно Ибн ал-Асиру, VII, 364—365, столкновение Мухаммеда б. Харун с Исмаилом б. Ахмед произошло из-за несогласия Мухаммеда сдать Исмаилу город Рей. Разбитый и плененный войсками Исмаила б. Ахмед в 290 (= 902) г. Мухаммед б. Харун был заключен в бухарскую тюрьму, где и умер.


[Закрыть] Там было много войска и снаряжения. Я доверю вам эту задачу. Бунтовщики показались у подножья гор Герата, они открыто объявили веру еретиков и карматов, по большей части они пастухи и земледельцы. Одержите победу, я подарю вам почетные одежды, одарю вас“. Он |195| назначил расторопного дабира в качестве их кадхуда. Когда Бигиш прибыл в Мерверруд, Бу-Али немедленно присоединился к нему со своими людьми. Он захватил головные участки путей, дабы бунтовщики не могли быть извещены. Когда дошли до Герата, к ним вышел Мухаммед сын Харсума со своим войском. Они захватили дороги, так что Бу-Билал не узнал ничего, вошли в горы, в трое суток перешли трудные горные тропы, наконец, добрались до бунтовщиков, неожиданно их окружили, всех перебили, захватили Бу-Билаля Хамдана и десять других человек из их начальников. Спустя семьдесят дней они возвратились оттуда. Бу-Билаля заключили в темницу Старой крепости, там он и умер, других эмир разослал по различным городам, чтобы их там повесили. В Гуре и Гарджистане на некоторое время был пресечен их корень. В тот же год Справедливый эмир умер, его заступил Наср сын Ахмеда, который был его сыном;[432]432
  См. Введение в изуч., Г, 155 (194-195).


[Закрыть] а о том, что случилось при нем, мы упомянули ранее.

Буркаи восстал в двести пятьдесят пятом году от хиджры[434]434
  868 г н. э. начало 20 декабря.


[Закрыть] Мухаммеда, – мир над ним! Несколько лет он соблазнял негров в Ахвазе и Басре, проповедывал и давал пророчества; он восстал в тот срок, в который с ними условился; негры стали с ним заодно, они сперва взяли Ахваз, захватили Басру, весь Хузистан, схватили своих господ, перебили их, занялись преступлениями и насилиями. Халиф Мутамид неоднократно посылал войска. Они их разбивали. Буркаи властвовал в течение четырнадцати лет четырех месяцев и шести дней. В конце концов он был захвачен Муваффаком братом Мутамида посредством хитрости. Всех негров убили, Али сына Мухаммеда Буркаи повесили в Багдаде.[435]435
  Разбитый войсками Муваффака вождь негров-повстанцев был захвачен в плен и казнен в 270 (= 883) г. (Ибн ал-Асир, VII, 279).


[Закрыть] Его вера была та же самая, что и вера Маздака, Бабека, карматов еще хуже во все отношениях.[436]436
  См. Введение в изуч.. Г, 156 (195).


[Закрыть]

Бу-Саид ал-Хусейн сын Бахрама ал-Джаннаби восстал в |196| Бахрейне и Лахсе,[437]437
  Абу-Саид Хасан б. Бахрам Джаннаби Даккак – мельник, по Худуд ал-алем, 276 – происходил из портового города Аррадаана – Джаннаба (перс. Ганафэ). В начале своей деятельности он был назначен Хамданом-Карматом миссионером в южный Иран; в 285 (= 898) г. он уже подчинил большую часть Бахрейна (Ибн ал-Асир, VII, 340—341).


[Закрыть] во времена Мутасима.[438]438
  Находящееся в ИШ имя халифа – несомненная ошибка; вместо Мутасим (218-227 = 833-842) следует читать Мутазид (279—289 = 892—902).


[Закрыть] Он призвал людей шиитской веры, которую мы называем батинитской, сбил их с пути и упрочил свое дело. Став могущественным, он принялся за грабежи по дорогам, объявил учение об общности имущества. Некоторое время прошло таким образом. Его убил один евнух.[439]439
  Абу-Саид по преданию был убит славянином-рабом в 301 (= 913) г. (Ибн Мискавейх, I – IV, 33; Ибн ал-Асир, VIII, 63).


[Закрыть] После этого в Бахрейне и Лахса не доверяли евнухам. Он имел сына.[440]440
  У Абу-Саида было четыре сына: Абу-л-Касим Сайд, Абу-л-Аббас Фазл, Абу-Якуб Исхак, Абу-Тахир Сулейман. Абу-л-Касим Сайд, старший из братьев, был назначен отцом наследником, но вследствие неспособности к государственному управлению был замещен в год смерти отца младшим братом Абу-Тахир Сулейманом (Ибн ал-Асир, VIII, 63). Это указание Ибн ал-Асира противоречит, однако, замечанию Ибн Мискавейха, I – IV, 120—121, о возрасте Абу-Тахира, которому в год смерти отца было не более 7 лет. Так или иначе, но изменение в престолонаследии, по-видимому, не отразилось на взаимоотношениях братьев. Все они, за исключением Абу-Якуб Исхака, склонного к чрезмерному употреблению вина, держались дружно; решив что-либо предпринять они садились на коней и обсуждали предприятие в походе, никому не доверяя своих дел (Ибн Мискавейх, II – V, 56—57).


[Закрыть] Его звали Бу-Тахир: он сел на место отца. Некоторое время он пребывал в благонравии, не хотел ничего знать об учении шиитов, держал себя далеко от развращенности. Но затем он отправил кого-то к проповедникам, потребовал их книгу, которую называют „Сокровищница вещаний седьмого имама“.[441]441
  ТИ, 170 называет книгу *** – „Красноречие седьмого (имама)“. Фихрист, 189 называет автором этой книги Кармата Абдан (*** —), сообщая, что в ней рассказывалось о сущности карматской веры.


[Закрыть] Прочитав ту книгу, он стал собакой. Он обратился ко всем, кто был в Бахрейне и Лахса: „Возьмитесь за оружие, вам предстоит дело“. Приближалось время хаджжа. Вокруг него собрались люди. Он их взял и повел на почитаемую Мекку. В виду хаджжа там сошлось неисчислимое множество людей. Он приказал: „Обнажите сабли, убивайте всех, кого удастся. Старайтесь, чтобы убить больше живущих рядом с Меккой“. Те сразу набросились с саблями на народ и убили множество людей. Люди побежали в святилище, закрыли двери, поставили перед собой списки Корана, читали. Мекканцы вооружились, пошли на бой с Бу-Тахиром. Увидав это, Бу-Тахир отправил посланника: „Мы пришли на хаджж, а не на войну. Грех на вас, так как вы закрыли перед нами святилище, вот мы и прибегли к оружию. Удалитесь, не обижайте паломников, дайте и нам совершить хаджж, не то путь сей закроется и вы опозоритесь. Не мешайте нашему хаджжу“. Мекканцы поверили их словам, – может быть, к ним проявлена была неприязнь, вот они взялись за оружие! – порешили под клятвой: обеим сторонам положить оружие и прекратить сражение. Итак, положили оружие, занялись обрядом обхождения вокруг Каабы. Увидав, что обладавшие оружием рассеялись, Бу-Тахир приказал сподвижникам: „Возьмите оружие, ворвитесь в святилище, избивайте всех, кого найдете снаружи и внутри“. Они внезапно ворвались в святилище, обнажили мечи, стали избивать всех, кого находили. Из-за страха перед мечами люди бросались в колодцы, бежали на вершину горы. Сподвижники Бу-Тахира вынесли из помещения черный камень, разрушили золотой |197| желоб, заявляя: „Так как ваш бог уходит на небо,[442]442
  Насмешка, выраженная словами: „ваш бог уходит на небо“. Один из адептов Абу-Тахира, арестованный в Багдаде в 315 (= 927) г., заявил на допросе: мы не похожи на тех безумных рафизитов, которые присягают несуществующему и ожидаемому господину (Ибн Мискавейх, I – IV, 180), намекая на воззрения шиитов толка двенадцати имамов.


[Закрыть] зачем ему помещение на земле, непременно разграбим“. Затем они сняли завесы с помещения, по-грабительски разорвали их на части. Они издевались и говорили: „Кто входит в него, тот безопасен, и он защитил их от страха.[443]443
  Коран, 3, 91 и 106, 4.


[Закрыть] Вот вы вошли в дом, почему же вы не получили избавления от наших мечей? если бы у вас был бог, он защитил бы вас от наших мечей“. И еще говорили тому подобные речи. Они увели жен и детей мусульман; убили счетом с двадцать тысяч человек мужчин, не считая тех, что бросились в колодцы. Бу-Тахир приказал бросать на них убитых, дабы те умерли под мертвыми. Они унесли все золото, серебро, благовония и утварь. Возвратившись в Бахрейн, они отправили проповедникам бесчисленные подношения из этих имуществ. Случилось это событие во времена ислама во время Муктадира, в триста семнадцатом году.[444]444
  Время правления халифа Муктадира – 295—320 (= 908—932) гг. Нападение Абу-Тахира на Мекку произошло 8 зу-л-хиджжэ 317 (= 12 января 930) г.; среди убитых при нападении был эмир Мекки (Ибн Мискавейх, I—IV, 201; Ибн ал-Асир, VIII, 153).


[Закрыть] Затем они отправили подношения в Магриб[445]445
  О сношениях бахрейнских карматов с фатимидами Ибн Мискавейх, II – V, 126—7 сообщает под 339 (= 951) г.: „в этом году карматы поставили черный камень на свое место в святом мекканском храме. Он (камень) был взят оттуда Абу-Тахиром Сулейманом б. Хасан Джаннаби. Баккам предложил за его восстановление 50 000 динар, но его предложение было отклонено с извещением: мы взяли камень по приказу, и когда придет приказание его возвратить, – сделаем так. Когда наступил м-ц зу-л-кадэ (апрель) этого года братья Абу-Тахира написали послание, в котором сообщали, что они возвратили камень по приказу того, по распоряжению кого они взяли. Ибн Халдун сообщает, что бахрейнские карматы присягнули на верность Махди. Святотатственный поступок Абу-Тахира, оскорбивший не только аббасидские, но и алидские чувства, привел Махди к необходимости обратиться к ним с чрезвычайно резким посланием“ (Ибн Мискавейх, IV, 100, прим. издателя).


[Закрыть] к Бу-Сэиду,[446]446
  Приставка Бу к имени Сайда в ИШ является несомненной ошибкой; разумеется, как явствует из текста, Сайд б. ал-Хусеин, т. е. халиф-фатимид ал-Махди Обейдаллах (см. прим. 154), переменивший имя Сайд на Обейдаллах (ИШ, 193). Все это весьма испорченное и темное место нашего памятника представляет, на наш взгляд, второй вариант (первый вариант ИШ, 193) происхождения Саида-Обейдаллаха, почерпнутый из иных, чем в ИШ, 193 источников. Чрезвычайно интересно в этом отношении прим. 1 к стр. 172, ТИ, где издатель сообщает, что в одной из использованных им рукописей „Сиасет-намэ“ Сайд назван *** —старший сын иудея. Указание на еврейское происхождение первого халифа-фатимида, находящееся в некоторых рукописях „Сиасет-намэ“ (ПБ. 916), невольно заставляет предполагать о близости этого раздела „Сиасет-намэ“ к той антифатимидской литературной традиции, которая нашла наиболее полное выражение в рассказе Ибн ал-Асира, VIII, 18—19 и 27 и которая была свойственна западно-арабской литературе XII – XIII в. Этот рассказ, заключая изложение порядка наследования в роде Абдаллаха б. Меймун Каддах, сообщает о следующем: Хусеин, один из двух сыновей Абдаллаха б. Меймун, влюбился в жену-красавицу проживавшего в Багдаде еврея. По смерти мужа красавица-еврейка, оставшаяся вдовой, вышла вторично замуж за Хусеина б. Абдаллаха, который усыновил родившегося от первого мужа ребенка, походившего красотою на мать. Отсюда только и можно, нам кажется, искать объяснения непонятных слов о том, что „Абдаллах (в варианте рассказа Ибн ал-Асира – Хусеин) женился на матери Сайда“. Рассказ о красивом сыне одного из меймунидов нашел отражение в современной „Сиасет-намэ“ „Бейан ал-адиан“, 159, где, кстати сказать, красивый сын, вывезенный заговорщиками батинитами в Египет, назван сыном Бу-Меймуна Каддах, факт, показывающий на забвение ранней истории карматов уже в XI в.


[Закрыть] который был старшим сыном, одним из детей Абдаллаха сына Меймуна Каддаха, имя его Ахмед. Абдаллах женился на его матери, воспитал, использовал для дела, научил его знаниям и мудрости, устроил его великолепие, сделал своим наследником, обучил проповедывать и дал знаки. Тот собрался, отправился в Магриб, остановился в городе Сиджилмасэ.[447]447
  Ибн ал-Асир, VIII, 30 называет Обейдаллаха *** —хозяином Сиджилмасэ.


[Закрыть] Дело его окрепло. Он научал людей этой вере; одних – принуждением, других – ласкою. Он проповедывал: „Я – Махди и алид“. Он наложил тяжелые хараджи, дозволил вино, разрешил мать и сестру, приказал проклинать Марванидов и Аббасидов. Выйдет длинно, если вспомнить кровь, которую он несправедливо пролил, плохие обычаи, которые он установил. В историях так говорят: тот, кто сидит в Египте – из его потомков. Когда Бу-Саид и Бу-Тахир появились в Лахсе, они бросили в поле и осквернили все имевшиеся списки Торы, Евангелия и Корана. Бу-Тахир говорил: „Три лица принесли порчу людям: пастух, лекарь и погонщик верблюдов.[448]448
  Разумеются: Моисей, Христос и Мухаммед.


[Закрыть] Наибольший из них обманщик погонщик верблюдов“. Он дозволил сестру, мать |198| и дочь свою. Он открыто возвестил учение Маздака. Он разбил на две части черный камень, одну часть он положил в начале ямы отхожего места, другую – по другую сторону: когда садился над той ямой, одну ногу ставил на эту половину, другую – на ту половину. Он приказал проклинать посланников и пророков; арабам в этом отношении приходилось тяжко. Он приказал мужчинам вступать в близкие отношения с матерями и сестрами. Много людей из арабов проглотили мышьяк и серу, оттого умерли, лишь бы человеку не входить в сношения с матерью. Однако жители Магриба и арабы других долин, бывшие язычниками, все это послушно и охотно приняли. И в другой раз они напали на караван совершающих хаджж, перебили неисчислимое множество людей. Когда же люди Ирака и Хорасана собрались воевать с ними, двинулись сухим и морским путем, они испугались, привезли обратно черный камень и бросили в куфийской соборной мечети. Люди пришли в мечеть и неожиданно обнаружили черный камень в двух кусках. Подняв его, они скрепили железными гвоздями, отвезли в Мекку И положили обратно на место.[449]449
  См. прим. 445. Черный камень был возвращен в Мекку самими карматами в 339 (= 950) г., семь лет спустя после смерти Абу-Тахира, умершего в 322 (= 943) г. (Ибн Мискавейх, II—V, 55 и 126—7).


[Закрыть] Затем Бу-Тахир вывез из Исфахана в Лахса гябра Габрэ,[450]450
  ТИ, 172 называет этого гябра *** – Гарвэ.


[Закрыть] посадил его на власть государя; когда этот гябр утвердился, он убил семьсот человек из их старшин и захотел убить Бу-Тахира и его брата. Бу-Тахир узнал, хитростью его убил, снова стал властвовать.[451]451
  Подобный же рассказ, явно носящий характер романа-легенды, находится также и в составе летописи Ибн Мискавейха, II – V, 55—57.


[Закрыть] Не поместится в эту краткую книгу, если вспоминать, какие разрухи причинила эта собака странам ислама, сколько народу убил. И эта смута длилась до времени Рази. А в дни Рази появились дейленцы.[452]452
  Время правления талифа-аббасида Рази – 322—329 (= 934—940) гг. Первая большая победа Али б. Бовейх (Имад ад-даулэ) – взятие Шираза – была в последний год халифатства Кахира; во время правления Рази бовейхиды овладели большею частью западного Ирана (Ибн Мискавейх, I—IV, 297 и далее).


[Закрыть]

Все это мы упомянули затем, чтобы владыка мира – да увековечит господь его султанство! – знал, что они творили в исламе. Не следует доверять их словам и клятвам; сколько народу убивали эти карматы всякий раз, как находили случай.[453]453
  См. Введение в изуч., Г, 157 (195—198).


[Закрыть]

В это время Муканна Мервези восстал в краях Мавераннахра. Он сразу изъял шариат от своих соплеменников; сначала он совершал такую же проповедь, какую совершают батиниты, как делали Бу-Саид Джаннаби, Бу-Саид Магриби, Мухаммед Алави Буркаи,[454]454
  Восстание Хашима б. Хаким Муканна из Мерва началось в 159 (= 775) г. и окончилось гибелью главы восстания в 167 (= 783) г. (Табари, III, 484, 490, 499; Ибн ал-Асир, V, 25, 34; Нершахи, 963—74). Муканна не был современником ни одного из перечисленных в тексте лиц.


[Закрыть] как делают их проповедники. Все они были в одно время, дружили друг с другом и переписывались. Муканна Мервези построил в Мавераннахре некий механизм; он выводил из-за одной горы нечто вроде луны в то же самое время, когда вставала луна, так что люди той округи видели; продолжительное время он держал высоко[455]455
  В тексте малопонятное выражение: ***, которое переведено Ш. Шефером (фр. пер., 290) следующими словами: il usa pendant longtemps de ce stratageme.


[Закрыть] (?). Когда отвратил людей той страны от мусульманства |199| и шариата, он объявил себя богом. В его правление было пролито много крови, произошло много сражений людей ислама против него. Долгие годы он пользовался без меры властью государя. Если все это припоминать, рассказ выйдет длинным. Предания о каждой из этих собак, которых мы упомянули, могут составить большую книгу.

В какое время батиниты восставали, у них в то время было какое-либо имя и прозвище.[456]456
  Фихрист, 342 называет этот раздел – разделом секты хуррамдинцев, Шахрастани Haarbrucker, I, 200—разделом секты шиитов галийэ (***).


[Закрыть] В каждом городе их звали другим именем: в Алеппо и Египте их называют исмаилитами, в Багдаде, Мавераннахре, Газнине – карматами; в Куфе – мубарикитами; в Басре – равандитами и буркаитами; в Рее – халафитами и батинитами; в Гургане – мухаммирэ, в Сирии – мубайизэ, а в Магрибе – саидитами; в Лахсе и Бахрейне – джаннабитами; в Исфахане– батинитами; они же сами называют себя – талими.[457]457
  Шахрастани Haarbrucker, I, 193, 221 указывает, что талимитами (***) называли всех батинитов, особенно же в Хорасане.


[Закрыть] У них всех – да проклянет их господь! – одна цель: во что бы то ни стало разрушить мусульманство, оказать враждебность исламу, семье посланника, – мир над ним! – вводить людей в заблуждение.[458]458
  ТИ, 173—174 дает несколько отличную от ИШ редакцию: „В Куме, Кашане, Табаристане, Себзеваре, Мавераннахре, Газнине, Багдаде их, батинитов, зовут карматами, в Куфе – мубаракитами, в Басре – равандитами и бархуитами, в Рее – халафитами, в Джурджани – мухаммирэ или мубаиизэ, в Магрибе – саидитами, в Лахса, Бахрейне – джаниабитами, в Исфахане – батинитами, они же называют сами себя—талимигами, друзьями (***) и подобно этому“.


[Закрыть]

Теперь сей раб приведет несколько кратких слов о хуррамдинцах, чтобы осведомить о них владыку мира. Когда ни восставали хуррамдинцы, батиниты были с ними заодно, помогали им, так как корень обоих вер один и тот же. В сто шестьдесят втором году, во времена халифа Махди,[459]459
  = 778 г. н. э. нач. 28 сентября; время правления халифа-аббасида Махди – 158—169 (= 775—785) г.


[Закрыть] батиниты Гургана, которых называют „красные знамена“, объединились с хуррамдинцами. Они говорили: „Бу-Муслим – жив! Захватим царство“. Они поставили своим предводителем Абу-л-Гарра, его сына, двинулись на Рей. Они не различали между дозволенным и недозволенным, сделали жен общими. Махди написал послание по различным областям и Амру сыну ал-Ала, который был правителем Табаристана: „Объединяйтесь, выходите на сражение с ними“. Они выступили, и то сборище рассеялось. Во время пребывания Харун ар-Рашида в Хорасане |200| восстали в другой раз хуррамдинцы области Исфахана, Тармидаин, Капулэ, Фабика и других сельских округов. Много людей вышло из Рея, Хамадана, Дастэ, Гирэ[460]460
  Ш. Шефер транскрибирует название города, встречающееся два раза в тексте, в первом случае – как Guereh (стр. 291 фр. пер.), во втором случае – как Karkh (стр. 297 фр. пер.). В тексте же в обоих случаях (ИШ, 200, 204) – ***. Относительно *** см. примечание BGA, I, 112; на стр. 139 отмечается, что население Хуррэ являлось по вероисповеданию шиитским.


[Закрыть] и присоединилось к этому народу. Число их стало свыше ста тысяч. Харун послал из Хорасана на войну с ними Абдаллаха сына Мубарика[461]461
  Командующий войсками и наместник.


[Закрыть] с двадцатью тысячами всадников. Еретики испугались, каждый раздел людей возвратился на свое место. Абдаллах сын Мубарика написал послание: „Нам необходим Бу-Дулаф“.[462]462
  Абу-Дулаф ал-Касим б. Иса Иджли, знаменитый командующий войсками аббасидов и поэт (Табари, III, passim; Белазори, 331, Фихрист, 116), по преданию построивший город Керед; („Тарих-и-гозидэ“, 847; „Нузхат ал-кулуб“, 69).


[Закрыть] Халиф прислал в ответ послание: „Весьма правильно“. Они оба объединились. А хуррамдинцы и батиниты собрались во множестве. Опять они принялись за грабеж и разруху. Бу-Дулаф Иджли и Абдаллах сын Мубарика неожиданно произвели нападение, убили неисчислимое множество народу, детей их отвели в Багдад и продали.[463]463
  См. Введение в изуч., В, 160 (199—200).


[Закрыть]

После этого прошло девять лет, восстал Бабек из Азербайджана.[464]464
  Восстание Бабека (Папака) продолжалось с 201 (= 816/7) г. до 223 (= 838) г., когда Бабек, разбитый войсками Афшина, бежал, был изменнически предан и казнен затем халифом Мутасимом.


[Закрыть] Этот народ вознамерился присоединиться к нему; услыхав, что войско преградило им путь, испугались, убежали. На другой год, во время Мамуна, в двести двенадцатом году[465]465
  = 827 г. н. э. нач. 2 апреля.


[Закрыть] восстали хуррамдинцы из округа Исфахана; к ним присоединились батиниты.

Отправились в Азербайджан и объединились с Бабеком. Мамун послал на войну с ними Мухаммеда сына Хамида ат-Таи[466]466
  Согласно Табари, III, 1072, 1099 и т. д.; Динавери, 398; Ибн ал-Асир, VI, 285, 287 и т. д., Мухаммед б. Хамид носил прозвище не Таи (***), как указано в СН, а Туси. Он был разбит войсками Бабека и убит в 214 (= 829) г.


[Закрыть] и сначала приказал сразиться с Зурейком сыном Али сыном Садакэ,[467]467
  Садакэ б. Али б. Садакэ, известный под именем Зурейк, был назначен халифом Мамуном с 209 (= 824/25) г. правителем Армении и Азербайджана; в качестве такового он вел малоуспешную борьбу с Бабеком (Табари, III, 1072, 1233).


[Закрыть] который, возмутившись, действовал в иракском Кухистане, где и совершал грабежи, нападая на караваны. Мухаммед сын Хамида поспешно отправился; он ничего не попросил из казнохранилища Мамуна, а дал войску деньги из своего казнохранилища. Он двинулся на войну с Зурейком, захватил его, а войско его уничтожил. Еретики рассеялись. Мамун отдал Мухаммеду Казвин и Азербайджан. Между ним и Бабеком произошло шесть великих сражений. В конце концов Мухаммед сын Хамида был убит. Дело Бабека взяло верх. Хуррамдинцы возвратились в Исфахан. Мамун очень опечалился гибелью Мухаммеда. Он немедленно заменил его Абдаллахом сыном Тахира,[468]468
  Абдаллах б. Тахир был направлен на войну с Бабеком после гибели Мухаммеда б. Хамид в 214 (= 829) г. (Табари, III, 1102).


[Закрыть] правителем Хорасана, и послал его на войну против Бабека, отдав ему также во владение Кухистан и Азербайджан. Абдаллах собрался и отправился в Азербайджан. Бабак не мог ему сопротивляться, бежал в весьма укрепленную твердыню, а его войско рассеялось. Когда пришел двести восемнадцатый |201| год,[469]469
  = 833 г. н. э. нач. 27 января.


[Закрыть] опять восстали хуррамдинцы Исфахана, Парса, Азербайджана и всего Кухистана. Так как Мамун отправился в Рум, они все назначили срок, одну ночь, и, подготовившись, восстали ночью во всех краях и городах. Разграбили города и в Парсе убили множество мусульман, а жен и детей отвели в рабство. В Исфахане их главарем был некто Али сын Маздака;[470]470
  См. Введение, Г, 161 (200—203).


[Закрыть] он произвел смотр у ворот города двадцати тысячам человек и отправился вместе с братом на Кух.[471]471
  Кух – город округа Арраджан в Фарсе (BGA, III, 467).


[Закрыть] Бу-Дулаф отсутствовал. В Кухе находился его брат Макил, он не мог сопротивляться с пятьюстами всадниками, бежал, ушел в Багдад. Али сын Маздака захватил Кух, разграбил, кого нашел из людей ислама – убил, а детей иджлийцев[472]472
  По-видимому, разумеются потомки рода Иджли.


[Закрыть] поработил. Вернувшись, он отправился в Азербайджан на соединение с Бабеком. Со всех сторон хуррамдинцы направлялись к Бабеку. Сначала их было десять тысяч, они увеличились до двадцати пяти тысяч. В Кухистане находится городок, зовут его Шахристанэ, – они там собрались, и к ним присоединился Бабек. Затем Мутасим послал на войну с ними Исхака[473]473
  Исхак б. Ибрахим был послан в помощи Абдаллаху б. Тахир, когда последний шел походом на Динавер (Табари, Ш, 1102).


[Закрыть] во главе сорока тысяч людей. Исхак неожиданно напал на них, сразился, всех перебил, – в первой битве было убито сто тысяч хуррамдинцев.[474]474
  Противоречие: число еретиков названо выше равным 25000, а оказалось убитыми 100000.


[Закрыть] Некое сборище двинулось на Исфахан, приблизительно десять тысяч человек, с братом Али сына Маздака; он разграбил исфаханские дома и селения, а женщин и детей увел в полон. Эмир Исфахана Али сын Иса[475]475
  Али б. Иса ал-Куми (Табари, III, 1111).


[Закрыть] отсутствовал. Кази и знатные отправились сражаться с ними, окружили со всех сторон, победили, многих убили, а жен и детей их поработили. После того через шесть лет, Мутасим снова занялся делами хуррамдинцев и назначил Афшина.[476]476
  Афшин (титул владетелей Усрушаны в Ср. Азии) Хейдар б. Кавус был назначен на войну с Бабеком в 221 (= 836) г. (ЭИ, I 188, 563—б9).


[Закрыть] Афшин взял войско для войны с Бабеком, направился на войну. Они сражались два года. У Афшина и Бабека за эти два года было убито много людей. Наконец, Афшин, не сумев ничего поделать с Бабеком силой, прибегнул к хитрости. Он приказал ночью своему войску, сняв палатки, |202| отойти на расстояние свыше десяти фарсангов и там находиться. Афшин направил человека к Бабеку: „Пришли ко мне мужа разумного и зрелого, я скажу ему кое-что, что станет полезным для нас обоих“. Бабек прислал к нему человека. Афшин сказал: „Передай Бабеку: у всякого начала имеется конец. Голова человека – не стебли лука, которые могут отрасти заново. Мои люди по большей части перебиты, из десяти человек одного не осталось. Наверное и у тебя то же самое. Давай, заключим мир. Ты удовлетворись тем владением, которым обладаешь, сиди здесь, а я вернусь и получу для тебя от халифа еще владение, пришлю грамоту. Если ты не согласен на мой совет, выходи, дабы нам испытать сразу, кому из нас поможет счастье“. Посланник ушел, а Афшин укрыл в горах и ущельях две тысячи всадников и три тысячи пехотинцев, чтобы они были в засаде на подобие отступающих. Когда посланник явился к Бабеку и объявил ему о количестве и свойствах войска Афшина, а такие же сведения принесли и лазутчики, он решил через три дня дать жестокую битву. Афшин же расставил войско в засаду справа и слева на расстоянии фарсанга и сказал: „Когда я обращусь в бегство, большинство его войска займется грабежами, лишь немногие будут меня преследовать, тогда вы появитесь из засады в их тылу и перехватите им дорогу, а там я повернусь и сделаю, что смогу сделать“. Итак, в день сражения Бабек вывел войско более, чем в сто тысяч человек пехотинцев. Войсхо Афшина, судя по тому, что они увидели, показалось им ничтожным.

Они вступили в сражение. С обоих сторон яростно сражались. Было много убитых. На закате Афшин обратился в бегство. Отойдя на один фарсанг от лагеря, он сказал знаменосцу: „Подними знамя“. Повернулись, и все войско, которое подходило, остановилось. А Бабек раньше сказал: „Не занимайтесь грабежом, пока не отделаемся разом от Афшина и его войска“. Итак, все бывшие с Бабеком всадники двинулись преследовать Афшина, пехотинцы же занялись грабежом. А за Афшином следовало по горам слева и справа двадцать тысяч всадников. Заметив на поле пехотинцев – хуррамдинцев они перехватили дорогу из ущелья и стали действовать мечами. Афшин возвратился с войском. Бабек |203| и его войско оказались окруженными и как они ни старались, не нашли пути к бегству. Подоспел Афшин и захватил его. До ночи нападали и избивали, убили свыше восьмидесяти тысяч. Затем Афшин оставил там одного гуляма с десятью тысячами всадников и пехотинцев, а сам повел Бабека и других пленников в Багдад. Бабека отвели в Багдад с отличительным знаком. Когда взор Мутасима упал на Бабека, он сказал: „О, собака! Для чего ты поднимал смуту, убил столько мусульман?“ Тот ничего не ответил. Он приказал отрезать ему руки и ноги. Бабеку отрезали одну руку, он обмакнул другую в кровь и помазал ею свое лицо. Мутасим спросил: „Эй, собака! Зачем ты это сделал?“ Тот ответил: „В этом есть свой смысл. Вы хотите отрезать мои руки и ноги, – лицо же человека бывает румяным от крови, когда кровь выходит из тела, лицо бледнеет, – вот я и вымазал свое лицо кровью, дабы люди не могли сказать: его лицо побледнело от страха“. Тогда халиф приказал зашить Бабека в сырую бычью кожу, чтобы оба коровьих рога пришлись к его заушным впадинам. Кожа сохла, а его повесили живым, и он висел, пока не умер в мучениях.[477]477
  Бабек был казнен в сафаре 223 (= январе 838) г.


[Закрыть] Имеется целая книга, где много рассказов о восстании Бабека от начала до его гибели. Был захвачен в плен один из палачей, бывших у Бабека. У него спросили: „Сколько ты убил?“ Ответил: „У Бабека было много палачей, что касается меня, то я убил тридцать шесть тысяч мусульман“. И это не считая тех, кого убили другие палачи.[478]478
  Табари, III, 1233 указывает, что за двадцать лет восстания Бабека было убито 155 500 мусульман, цифра, вероятно, преувеличенная, но характеризующая размер восстания.


[Закрыть] У Мутасима было три победы, все были к славе ислама: первая победа – над Румом, вторая победа – над Бабеком, третья победа – над Мазиаром Гябром из Табаристана.[479]479
  Динавери, 397 дает следующий перечень важнейших побед Мутасима: победа над Бабеком, Мазиаром, Джафаром Курдом, взятие малого Константинополя (Амории); Мазиар, названный в упомянутом источнике владельцем табаристанской крепости, был казнен подле Бабека.


[Закрыть] Если бы не случилось хоть одной из этих побед, уничтожился бы ислам.[480]480
  См. Введение в изуч., Г, 161 (200—203).


[Закрыть]

Рассказ. Однажды Мутасим сидел за пированием. Присутствовал кази Яхья сын Аксама.[481]481
  Яхья б. Аскам ат-Тамими, ум. 242 (= 856) г. (Ибн ал-Асир, VI, 298, 305, VII, 39, 48, 56, 65, 66); он был послан против Бабека вместе с Исхаком б. Ибрахим на помощь Абдаллаху б. Тахир (Табари, III, 1102).


[Закрыть] Мутасим поднялся с собрания, отправился в другой покой. Некоторое время спустя он вышел и выпил вина. Три раза он отправлялся в баню, совершал омовение и выходил, требовал коврик для намаза, совершал два риката из намаза и возвращался в пиршественное собрание. Он спросил кази Яхью: „Знаешь ли ты, |204| каковы намазы, совершаемые мною?“ Ответил: „Нет“. Сказал; „Намазы благодарности за благодеяния, которыми удостоил меня бог, великий и преславный“. Яхья спросил: „Что это за благодеяния? если высокий разум заблагорассудит, да соизволит сказать, дабы мы приобщились к радостям“. Ответил: „В это время я лишил девственности трех девушек, они все три – дочери моих врагов, одна – дочь царя Рума, другая – дочь Бабека, третья – дочь Мазиара Гябра“.

В дни Васика[482]482
  Халиф-аббасид; время правления 227—232 (= 842—847).


[Закрыть] опять восстали хуррамдинцы в пределах Исфахана. От них произошло много зла и разрухи. Они бунтовали до трехсотого года,[483]483
  = 912/13 г.


[Закрыть] ограбили Гирэ, убили много людей. Снова были побеждены, снова восстали на шаха, нашли убежище в горах Исфахана, грабили караваны, разоряли селения, убивали старого и молодого, жен и детей. Более тринадцати[484]484
  ТИ, 177: три года.


[Закрыть] лет они поднимали смуту; ни одно войско не было в силах им сопротивляться, невозможно было проникнуть в те недоступные и укрепленные места, которыми они владели. Но в конце концов их захватили и перебили, а головы носили по Исфахану. Весь ислам возрадовался этой победе. Написали послание о победе. Рассказы о них полностью приведены в „Таджариб-ул-умам“, в истории Исфахана, и в известиях о халифах рода Аббаса.[485]485
  См. Введение в изуч., В, 163 (204), Г, 163 (204).


[Закрыть]

Что касается правил веры хуррамдинцев, они таковы: они признают разрешенным запрещенное,[486]486
  Официально признанная система мусульманского права (фикх) различает пять главных категорий постановлений божественного закона, так называемые *** —под термином *** или *** кроется категория дозволенного ad libitum, то, что можно делать или не делать (А. Э. Шмидт. Абд ал-Ваххаб аш-Шарани, СПб., 1914, стр. 125). Отсюда толкование термина ***, находящегося в сочинении Газали „Кимиа-и-Саадат“, как „сообщество еретиков, признающих все дозволенным“ (***) (Толкование трудных слов в „Кимиа-и-Саадат“ в предисловии к рукописи „Кимия“, находящейся в Институте мировой литературы им. М. Горького в Москве). В нашем памятнике термины ***, наряду со значением „дозволенный“, „дозволенность“, обладают еще значением, которое позволяет их трактовать, как „общий“, „общность“ (ср. например, *** – „общность имущества“, стр. 168 ИШ).


[Закрыть] отвергают все, что является тягостью для тела, они отказались от шариата, как-то: намаза, поста, хаджжа, зякята, они считают дозволенным вино, имущество и жен людей, они удалились от всего, что является религиозной обязанностью. Всякий раз, как они составляют общину, садятся за деловое совещание, речи их таковы: сперва они призывают благословение на Бу-Муслима, на Махди, на Фируза сына Фатимы, дочери Абу-Муслима, которого они называют „мудрым ребенком“.[487]487
  ТИ 178 таким образом передает поминания хуррамдинцев: сначала они горюют по поводу убиения Абу-Муслима, шлют проклятия на его убийцу, призывают благословение на Махди Фируза (в тексте ***, что можно толковать трояко: 1) Махди б. Фируз, 2) считать Махди за эпитет к имени Фируз, 3) полагать, что в данном случае имеет место перечисление с пропуском союза „и“ на Харуна сына Фатимы, дочери Абу-Муслима, которого они называют „мудрым ребенком“ (***). Кажется, Сильвестр де Саси (Silvestre ае Sacy. Religion des Druzes, t. 1. Introd. LVIII – LIX) – первый, кто обратил внимание, основываясь на рассказе Масуди, на факт образования еще при жизни Абу-Муслима секты, признававшей Абу-Муслима имамом; после смерти Абу-Муслима секта разделилась на две части: одна часть отказывалась признать факт смерти Абу-Муслима, считала, что Абу-Муслим жив; другая, мирясь с фактом смерти Абу-Муслима, признала имамом его дочь Фатиму. Фихрист, 134, указывает на существование особого жития Абу-Муслима, причем прилагает к имени Абу-Муслима характерной титул – „глава призвания (пропаганды)“ (***). Ханыков еще в середине прошлого века дал изложение кавказской и среднеазиатской версии романа об Абу-Муслиме, дошедшего до наших дней (J. А. 1862, Memoire sur les inscriptions musulmanes du Caucase, pp. 81—68). В свете изучения литературы об Абу-Муслиме представляет значительный интерес статья Вахида Дастгирди „Мардан-и-намвар“ (Славные мужи), опубликованная в журн. Армаган, XI г. изд., № 1 стр. 13, где автор указывает на виденную им в 1929 г. в Исфахане рукопись романа досефевидской эпохи об Абу-Муслиме, в которой последний назван „Абу-Муслим Исфахани, прозываемый Мервези“. Наконец, для обследования деятельности Абу-Муслима в качестве основателя секты немаловажное значение имеет общая отрицательная традиция аббасидского богословия к фактическому основателю аббасидского могущества, нашедшая выражение в ряде ранних сочинений (напр., „Китаб ал-бад“, II, ар. текст 156—157; фр. ор. 174—176; BGA, III, 294 и т. д.). Шахрастани Haarbrucker, I, 203 (ар. текст, 194) дает следующее деление маздакитов: 1) кудакийэ (***), 2) Абу-Муслимийэ (***), 3) Маханийэ (***) и 4) Асбидджамикийэ (***). Указание СН на прозвание внука Абу-Муслима „мудрым ребенком“ проливает, нам кажется некоторый свет на сущности секты кудакийэ, вопрос особо интересный для истории Ср. Азии, так как, по свидетельству Шахрастани, именно эта секта получила наибольшее распространение, наряду с Агвазом и Парсом, в Согд-Самарканде, Шаше и Илаке. В связи с этим вопросом в качестве весьма предварительного материала я позволю себе привести небольшую генеалогическую таблицу ближайшего потомства Абу-Муслима (исключая из нее генеалогические званья романа об Абу-Муслиме, приведенного Н. Ханыковым, как требующие значительной проверки).
  


[Закрыть] Отсюда известно, каковы основы учения Маздака.[488]488
  Шахрастани Haarbrucker, I, 293 также причисляет секту Абу-Муслима к маздакитам.


[Закрыть] Хуррамдинцы и батиниты близки друг к другу, они постоянно стремятся к тому, чтобы каким бы то ни было образом уничтожить иглам. Эти еретики внешне показывают любовь к семейству пророка, – мир над ним! – дабы уловлять людей, когда же забирают силу, прибирают людей к рукам, то стремятся уничтожить божеский закон.[489]489
  На подобную же тактику хуррамдинцев указывает и „Китаб-ал-бад“, I, 133-143.


[Закрыть] Они – враги |205| семейства пророка. Они ни к кому не питают милосердия, ни одно племя неверных не является более безжалостным, чем они. А друг другу они помогают. Учение их упомянуто ради предостережения. Мир принадлежит владыке мира, – да увековечит бог его царство! – рабы принадлежат ему. Еретики побуждают к накоплению имущества, отнимают вспомоществование от заслуживающих помощи от казны, утверждают, что это ведет к сбережениям. Никогда не получится рубахи, если разорвем подол и употребим на заплаты рукава. Слова сего раба вспомнятся тогда, когда они начнут бросать уважаемых и вельможных в эту яму, когда дойдет до ушей звук их барабана, когда тайна их обнаружится. При таком расстройстве владыка мира узнает, что все, что говорил сей раб – правильно говорил, что он проявил соболезнование и доброжелательность к победоносной державе, да удалит всевышний плохой глаз от его времени и от его державы! Да не даст бог врагам государя достигнуть своих желаний и целей! Да украсит бог этот государев двор, его приемы и диван до дня восстания из мертвых людьми верующими! Да не лишит державу приверженцев! Да сделает на каждый день победу, торжество и славу, подобные Наурузу, Мухаммеду и пречистому его роду!

Рубаи

 
Я видел мало в мире полезного без изъяна,
Я видел мало любезных сотоварищей без ненависти.
Друга, который не стал бы в конце концов врагом,
Много я по свету искал – мало видел.