Текст книги "Целительница для генерала-дракона (СИ)"
Автор книги: Нинель Мягкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
Глава 15
Эмберскейл заглянул на страничку, ожидаемо ничего не понял и покачал головой.
– Она мне будет еще рассказывать, что простая знахарка! – пробормотал он едва слышно.
– Ты не отвлекайся! – строго погрозила я ему пальцем. – Продолжаем. Как проходит первый оборот? Болезненно? Есть ли симптомы, предваряющие смену ипостаси – головокружение, тошнота, боль в мышцах, например?
– Такое чувство, что ты всю жизнь драконов лечила, – хмыкнул генерал уже без прежнего снисхождения. – Что ни вопрос, то по делу. Да, первый оборот штука неприятная. Да и последующие тоже не так чтобы полны удовольствия. Главные ощущения при этом – жар. Кажется, что тебя поглощает живьем пламя, но в то же время ты не горишь. Все происходит внутри тебя. Энергия перестраивается, чтобы напитать новый образ.
Я не стала рассказывать, что врачебного опыта у меня куда больше, чем можно заподозрить в тщедушной девице, едва справившей совершеннолетие. Вместо этого задумчиво постучала кончиком карандаша по бумаге.
– Энергия перестраивается, значит. Получается, рождаетесь вы обычными людьми, а потом меняетесь, так?
– Не совсем, – поморщился дракон. Видимо, не понравилось сравнение с плебсом. – Ипостась есть в каждом нашем ребенке, она позволяет ему быть сильнее, быстрее и выносливее любого человека. Просто до определенного момента она спит. Детское тело не вынесет подобных перегрузок, потому чаще всего первое превращение случается около четырнадцати или шестнадцати.
– У девочек тоже? Или позже? – уточнила я тут же.
Пусть они не яйцами размножаются, но про дракониц мне было чуть ли не интереснее, чем про драконов.
Может, я тоже одна из них? Поэтому вижу всякое?
– У девочек раньше! – обрубил мои надежды на корню Эмберскейл.
Ну да, если моя ипостась должна была проявиться в подростковом возрасте, то вряд ли она вылезет уже.
С другой стороны – а что если я ее тоже потеряла?
Но мой шрам на месте, а у генерала все зажило бесследно.
Нестыковочка.
– Девочек очень мало, потому мы не выпускаем их в опасный мир, – продолжал тем временем дракон. – Они живут в Соларионе, окруженные заботой и вниманием.
Мне многое хотелось сказать по поводу заботы и внимания фактически в тюрьме, но усилием воли я промолчала. Не время устраивать у чешуйчатых феминистическую революцию.
До этого еще дойдем! Позже.
– Тогда, наверное, у вас практикуются смешанные браки? – нахмурилась я. – Если есть перекос рождаемости.
На лице Эмберскейла снова заиграла улыбочка, которую я про себя окрестила «похабной».
– Так и знал, что тебя заинтересует этот вопрос, – мурлыкнул он. – Но увы – от брака с человеческими женщинами у драконов не бывает потомства. У нас совершенно разные энергетические поля, и малышу банально не хватает питательных веществ в теле матери. Ведь ему нужна не только физическая подпитка!
– То есть смесков не бывает? – невозмутимо переспросила я, не поддаваясь на провокацию.
Смысл доказывать, что я не верблюд?
Да, мужчина привлекателен, одна задница чего стоит, но времена, когда я могла повестись на атлетическую фигуру, давно канули в лету. Сейчас меня больше волновало, что у него внутри – в плане как это классифицировать и вылечить. А роль драконьей игрушки не прельщала ни разу.
Понятно же, что раз потомства не будет, то и жениться генерал не станет. А зачем мне становиться его любовницей? Если так уж захочется создать семью, я лучше приличного солидного человека найду.
Впрочем, пока и желания особого нет. Молода еще, не нагулялась.
А вот разобраться в том, что произошло с ипостасью Эмберскейла, нужно как можно скорее. И своим происхождением заняться.
– Нет, дети рождаются исключительно в браках, где оба родителя драконы, – подтвердил генерал.
– Ясно, версию вычеркиваем, – пробубнила я, замазывая вариант в блокноте. – А наоборот бывало?
– В смысле?
– Ну, чтобы дракон, так сказать, одичал и перестал превращаться в человека?
Эмберскейл перестал ухмыляться и закашлялся.
Надо бы ему шалфеевой настойки дать. Простудился, что ли?
– Дракон не может одичать! – выдавил он наконец. – Пойми ты уже, это наша энергетическая суть, она очень быстро истощается! Если рядом нет маглинии, оборот продлится пару секунд, не больше. Рядом с источником мы можем удерживать ипостась дольше, вплоть до нескольких часов, но рано или поздно тело само перекинется обратно. Как это происходит, например, при потере сознания.
Я глубокомысленно кивнула.
Теперь стало ясно, отчего в болото свалился человек, а не ящер. От боли тогда Эмберскейл потерял сознание и утратил контроль над ипостасью, обернувшись в воздухе. Деревья сломал дракон, а в жижу булькнулся уже человек.
Заново проглядев наскоро составленный список вопросов, я пометила галочками озвученные и продолжила сбор данных:
– Расскажи подробнее о драконах вообще. Размер, надежность брони, вес, размах крыльев, скорость? Какого цвета бывает чешуя? От чего это зависит? Питание, наследственность? Я видела вчера двоих зеленоватых – они родственники? Какого цвета был ты?
– Погоди-погоди! – выставил перед собой руку Эмберскейл, останавливая словопоток. – Не так быстро, я не успеваю. К тому же есть некоторые параметры, которые человеку мы раскрывать бы не хотели.
– Вроде надежности защиты. Понимаю, – кивнула я. – Мало ли, как между нашими расами впоследствии сложится. Тогда предлагаю рассказать то, что можешь.
Брови генерала асимметрично взмыли вверх.
– Меня действительно поражает твоя способность рассуждать столь отстраненно. Словно ты не одна из людей, и не погибнешь вместе со всеми, вздумай драконы повернуться против вас.
Я пожала плечами.
– Жизнь штука непредсказуемая, но в данный момент мне интересны не политические выкладки, а чистая физиология. Я понятия не имею, как устроены драконы и чем отличаются от людей, а ты, если помнишь, мне четкую задачу поставил – вернуть тебе ипостась.
– Погорячился, признаю! – хмыкнул Эмберскейл. – Я в тот момент имел в виду – побудь рядом, пока он не пробудится. Среагировал на тебя раз, среагирует еще. Нужно только дать ему время и возможность почуять твое присутствие. А ты целый допрос с пристрастием учинила. Хорошо, что без пыток, хотя твое варево вполне за них сойдет!
– Но почему именно я? – не обратив внимания на подначку, снова попыталась я вызнать главное. – Возможно, ему просто женщины не хватает, а не целительницы?
– С женщинами я пробовал. С разными, – процедил дракон и отвел глаза, словно признаваться ему было неловко.
Мне тоже стало отчего-то неловко. А еще неприятно. Будто он мне изменил. Что по сути своей чушь несусветная – нас кроме случайно облапанных обоюдно задниц ничего не связывает.
– И как? – подавив неуместное негодование, поинтересовалась я.
Исключительно с научной точки зрения!
– И никак. То есть все как всегда, но от дракона никаких признаков жизни.
Снова в груди некстати трепыхнулось – теперь смесь злорадства и удовлетворения. Откуда во мне это все? Не иначе, гормоны шалят.
– Ну и потом – какая из тебя женщина? – Эмберскейл смерил меня оценивающим взглядом, за который мне снова захотелось подготовить для него ванночку. Но на этот раз с острым перцем. – Пигалица, ни кожи ни рожи. Не льсти себе. Нет, скорее всего, когда ты меня лечила, часть моей энергии каким-то образом впиталась в тебя, как в ближайший живой объект. Возможно, критичная для существования ипостаси часть. И теперь, как я надеюсь, она будет постепенно возвращаться ко мне. Так что не отходи ни на шаг, будь как можно ближе, вот и вся твоя задача!
Мне очень хотелось отбрить этого гада так, чтобы надолго запомнил. Но я прикусила губу и промолчала.
Во-первых, месть лучше получается продуманной и тщательно спланированной. Красивее выходит.
Ничему генерала жизнь не учит!
А во-вторых, мне нужно побольше узнать о драконах. Не для гипотетической разведки, а для самой что ни на есть практической нужды – хочу понять, друзья они или все-таки в сговоре с врагами? Стану молчаливой тенью генерала, как он хочет, буду везде за ним следовать, подмечать детали и составлять картину происходящего. Рано или поздно либо они себя выдадут, либо убедят меня в своей лояльности человечеству.
Карета неожиданно совершила резкий поворот, накренилась, и нас затрясло так, что я чуть не выронила блокнот с ручкой.
Первой мыслью было – на нас снова напали.
Но Эмберскейл сидел с безмятежным видом – насколько можно выглядеть безмятежно, вцепившись в поручни диванчика.
– Что про-ис-ходит? – проклацала я, рискуя прикусить язык.
– Мы свернули с тракта на проселочную дорогу, – куда более связно пояснил генерал. – Вдали от маглиний орбисы не нападают, так что будем объезжать цивилизованные места, пока не доберемся до столицы. Получится на два дня дольше, зато безопаснее.
Итого неделя в обществе дракона и его свиты. Просто замечательно!
Больше мы действительно в крупные города не заезжали.
Пару раз пришлось ночевать под открытым небом – то есть в карете. Я особо не возражала. Благодаря артефактам температура в ней поддерживалась сносная, мой полушубочек отлично грел, а накинутый поверх генеральский плащ и вовсе примирил меня с действительностью. Самому Эмберскейлу несмотря на отсутствие ипостаси холод был не страшен.
Я же замерзала лишь глядя на то, как они с Блейзионом по утрам обтираются снегом до пояса. Похвальная привычка, здоровый образ жизни, не важно дракон ты или человек – но мне вполне хватало натопить себе немного воды в чашку чтобы почистить зубы. На этом мои утренние подвиги заканчивались.
Трижды мы останавливались в селах, чем-то неуловимо напоминавших родное Потрясье. Но увы – коллег Люны там не обнаружилось. А значит, и с болезнями все обстояло куда грустнее.
Запасы из моей котомки улетучивались с неимоверной скоростью. У этого жар, у того застарелый кашель, у той токсикоз… отмахнуться от просьб местных жителей, невесть как вызнавших, что с отрядом едет травница, не позволяла совесть. Вот я и выслушивала, подбирала травки, заваривала и составляла сборы.
Поделилась бы рецептами, но без толку. Все равно, к сожалению, воспроизвести их в точности мало кто сможет. Для этого считать нужно уметь, чтобы соотношение выверять, а селяне и до десяти-то на пальцах, о процентах и речь не идет.
Эмберскейл на подобных импровизированных массовых приемах пациентов сидел рядом, периодически закатывал глаза, болтал ногой в воздухе и всячески демонстрировал, насколько ему скучно. Но я не обманывалась и изредка ловила на себе сосредоточенный серьезный взгляд.
Генерал меня тоже изучал.
И мне было безумно интересно, что за выводы он для себя сделал. Увы, оглашать их дракон не спешил.
К вечеру шестого дня, на сутки раньше запланированного, мы добрались до столицы.
Точнее, до предместья.
Самой столицы, Инхейма, больше не существовало.
Карета притормозила на обочине, чтобы не мешать проезжающим мимо телегам и всадникам. Чем ближе к цивилизации, тем оживленнее становилось движение, даже своеобразные пробки появились!
– Мне кажется, тебе будет интересно взглянуть на последствия атак орбисов. Ты же любишь собирать данные, – не упустил случая поддеть меня Эмберскейл, открывая дверь и спрыгивая в глубокий снег.
В этом месте дорога делала крутой поворот. Когда-то это был всего лишь съезд с основной магистрали, что было видно по резкому сужению. Теперь же главная трасса пустовала.
И последовав за генералом в сугроб, я поняла почему.
С этого места открывался пугающий и впечатляющий вид на место, где прежде располагался королевский дворец. Его руины до сих пор гордо высились на холме у самого горизонта, выделяясь рваным рельефом на фоне заходящего солнца. Наверное, раньше зрелище было величественным, но сейчас меня пробрала дрожь.
Извилистые улицы с полуразрушенными домами и разоренными садами были пустынны. Ни прохожих, ни бродячих животных, никого.
То тут, то там виднелся брошенный транспорт – не только легковые, но и грузовые машины с прицепами. Некоторые районы выгорели, другие практически сравнялись с землей.
Обрушенные стены заросли плющом и кустарником.
Даже маглиний видно не было.
За время путешествия я замечала то и дело мелькающие в стороне от дороги тоненькие, еле светящиеся ниточки. Судя по всему, они были настолько незначительны, что не расценивались орбисами как достойные внимания. Но рядом с каждым мало-мальски крупным поселением линии уплотнялись, становились толще и ярче и, как мне казалось, даже гудели едва уловимо – как бывает у полосы электропередачи.
Сейчас же над останками Инхейма небо пустовало. Ни единого, самого тоненького следа. Но без энергии ни один прибор бы не работал! Получается, линии тоже были уничтожены в момент катастрофы?
Пейзаж производил удручающее впечатление. Похоже на фильм об апокалипсисе, но самое ужасное – что это все на самом деле. И вовсе не декорация, а бывшее жилище множества людей, часть из которых катастрофу не пережила.
– Теперь ты понимаешь, отчего расследование затянулось почти на семь лет? – спросил Эмберскейл из-за моей спины. – Обитатели окраин не поняли даже, что произошло, и едва успели спастись из-под обломков домов. Многие не успели и этого. А те, кто находился в эпицентре, погибли мгновенно.
– Кто же остановил орбисов? – прошептала я, поглощенная кошмарным зрелищем.
– Его величество успел активировать артефакт экстренной защиты. По крайней мере, мы так предполагаем, – пояснил дракон. – Нужно отдать должное людям, по части техники они мастера. Правда, что именно это был за прибор, мы пока не выяснили, королевские артефакторы сгинули вместе с дворцом, а с ними и чертежи. Но мы не теряем надежды!
Я кивнула и прикусила губу, глядя на руины некогда прекрасного, вне всяких сомнений, города.
Что бы ни произошло здесь семь лет назад, оно наверняка имеет ко мне прямое отношение. А потому я обязательно должна помочь генералу в его расследовании.
Или же провести свое.
Глава 16
Дальше ехали молча.
Сумерки сгущались все плотнее, но Блейзион зажег небольшой фонарь на козлах, освещавший дорогу не хуже фар. Как пояснил генерал, здесь уже относительно безопасно. Регион постоянно патрулируется драконьими отрядами, и орбисы уничтожаются на подлете. Можно и воспользоваться парочкой слабых артефактов.
Мимо изредка проезжали машины с людьми в серой форме. Здесь тоже бдила полиция, на одних чешуйчатых люди не полагались.
Что немного успокаивало.
Учитывая направление моих размышлений, человечеству стоит надеяться только на себя.
Наверное, дикая травница из деревни должна была бы восхититься новинкой инженерии, но я лишь вяло выглянула в окошко, покивала и вернулась к тяжелым думам.
Если бы Эмберскейл не ткнул меня в бок, я бы и не заметила, что мы уже приехали.
Летняя резиденция королевской семьи располагалась в отдалении от столицы, в густом подлеске, облагороженном и превращенном в почти естественный парк. Наверное, подрастающему поколению поездки сюда казались своего рода визитом к бабушке в деревню. Больше свежего воздуха, прогулки, чаепития на веранде… У здания было мало общего с теми величественными руинами замка. Скорее, уютная усадьба с несколькими пристройками и вынесенными в отдельный поселок жилым комплексом для слуг.
Драконы облюбовали резиденцию по одной простой причине. Простор. Им легче было взлетать отсюда, с плоской крыши и с открытого двора, чем с узких улиц пригорода. За прошедшие годы периферия Инхейма немного разрослась, чтобы обеспечивать нужды защитников страны, но не слишком сильно. Ранее пригород снабжал едой и услугами сотни аристократических семейств, ныне же от них уцелело разве что несколько десятков разрозненных дальних родственников. И те по большей части перебрались в отстоящие на многие километры от столицы резиденции.
От греха подальше.
И, соответственно, перешли на самообеспечение.
Мастеровые тоже разъехались, опасаясь новых нападений. Но не все. Ведь рядом с Инхеймом теперь обосновались драконы! И пусть они не устраивали пышных праздненств и не сорили деньгами, но им по-прежнему требовались услуги уборщиц, поваров и прочего обслуживающего персонала.
Магия их, как я уже выяснила, на бытовую часть жизни не распространялась, оставаясь сугубо боевой функцией. То есть никаких крибли-крабли-бумс и все чисто и сияет. Или дом заново отстроен.
Ничего такого.
Максимум, что они могли – развалить окончательно руины.
На крыльце нас встречала целая делегация во главе с полноватой женщиной средних лет. При виде меня она всплеснула руками и захлопотала, как над родной внучкой:
– Что ж вы ее, ироды, не кормили по дороге? Вон какая заморенная, прямо тростиночка! Проходите, госпожа травница, мы вам и комнаты подготовили, и ванна сейчас будет. Можете звать меня Иссандра, я здесь всем заведую с разрешения их драконшества. Ежели что нужно будет, сразу обращайтесь!
Эмберскейл рядом со мной закатил глаза – видимо, устал бороться с произвольным титулованием. Я хихикнула и кивнула доброй женщине.
– Я Ася, и можно на ты. Какая из меня госпожа!
– Самая настоящая! – убежденно заверила меня домоправительница. – Вон, целым отрядом вас везли, да с драконами! Значит, важная персона. И мы тоже с пониманием!
– Убедили, – пробормотала я и, подхватив изрядно опустевшую котомку, двинулась вслед за Иссандрой.
Остальные сами рассредоточились – видно, не первый год здесь живут, у всех личные комнаты есть.
Покои мне отвели просторные, в несколько помещений, с отдельной гардеробной. Будет где платья развесить, когда они у меня появятся.
Как оказалось, моя спальня не совсем моя. Этого следовало ожидать – главному «лекарству» генерала отвели смежные покои. Скорее всего, они предназначались королевской чете, но за неимением теперь их заняли мы.
У меня не осталось сил возмущаться. Главное, дверь есть, и она запирается.
Не сомневаюсь ни минуты, что Эмберскейл ее может вынести в момент, но вряд ли он прямо силой будет ко мне пробиваться. Не в его это характере. В чем бы я ни подозревала генерала, подлостью и склонностью к насилию над слабыми он не страдал.
Ко мне приставили личную горничную – девушку немногим старше меня. Айслин осиротела во время нападения на столицу, и была взята на попечение тетушкой – домоправительницей. Тогда она, правда, еще не работала на драконов, а заведовала небольшой семейной гостиницей.
Которая тоже была разрушена, чуть позже.
А драконы-благодетели дали крышу над головой и зарплату, причем приличную. Обеим. Да и прочим беженцам помогали. Кому материально, чтобы могли купить новый дом где-нибудь подальше, кому делом – вроде предоставления возможности заработать себе на жизнь честным трудом.
Все это я слушала, пока мне помогали выпутаться из моих нехитрых одежек и залезть в доверху наполненную ванну. Нежная пена взбилась в высокую шапку и приятно пахла цветами.
– Значит, ты родилась в столице. Повезло, – закинула я пробный шар. – А во дворце бывала?
– Ой, да кто ж туда ребенка-то пустит? – отмахнулась Айслин. – И родители простые пекари были, куда нам к благородным. Зато теперь вот драконам служу!
И девушка мечтательно вздохнула, выдав себя с головой.
Интересно, она в курсе что чешуйчатые на человеческих женщинах не женятся? Или ее устроят временные отношения?
Не мое дело. Последствий в виде детей все равно ждать не приходится, пусть развлекается как хочет.
– А есть кто-то в резиденции, раньше работавший у аристократов? – продолжила я настойчивые расспросы.
Горничная сноровисто намылила мне голову, после чего принялась массировать сильно и умело. Глаза начали закрываться сами собой. Долгая дорога, пусть и в карете, меня порядком уморила.
– Есть, как не быть, – донеслось до меня сквозь полудрему. – Фергус вот, он раньше дворецким служил у семейства Эшвин. Графья были, приближенные к трону, говорят, частенько с визитом во дворец наведывались. И не только по делу. Ну, его, естественно, с собой никто не брал… не того он полета птица. Теперь его драконшеству помогает, личный камердинер его и секретарь по совместительству.
Я сделала себе мысленную пометку поговорить с этим самым бывшим дворецким. Вряд ли он меня так уж сходу опознает, но может помочь составить список благородных родов со схожими чертами лица и общими параметрами. Айслин, например, куда шире в кости и волосы у нее темнее. Мне бы на портреты взглянуть, может, тут аристократы все на одно лицо? Как в Европе в свое время – близкородственные браки, полная идентичность генов и последующее вырождение. Тогда задачка…
До постели я добрела с трудом, при помощи горничной и автопилота.
– Как же это, у вас всего одна рубашка? – ахнула девушка, наконец-то оценив скудность моего гардероба. – А остальное потом прибудет?
– Остального нету, – сонно пробормотала я. – Потом сошьем.
– Я обязательно передам тетушке, она подыщет вам лучшую портниху! – с энтузиазмом пообещала Айслин.
Какое-то время она еще трещала, что-то про ужин и заботу, но информация в мой усталый мозг не поступала.
Кажется, я заснула раньше, чем горничная ушла.
А проснулась от острого чувства дежавю.
Кто-то властно сжимал мою ягодицу. Причем не просто держался – нет, пожмякивал, как кот любимую игрушку.
Долго гадать, кто бы это мог быть, мне не пришлось. Легкое похрапывание и пряный аромат чистого мужского тела говорили сами за себя.
Я потыкала вторженца под ребра.
Он хрюкнул, дернулся, но действий своих похабных не прекратил.
– Эй, вообще-то, это моя постель, – негромко сообщила я, на случай если Эмберскейл заблудился.
– Я в курсе! – буркнул он, не открывая глаз.
– И моя задница, – добавила после долгой паузы.
Вижу, сам не сообразит.
– Да? Прости!
Вины в голосе драконища не было ни на грамм. Он даже отодвинуться не соизволил. Руку только убрал, причем с явной неохотой.
– Может, ты все же вернешься к себе в спальню? – потеряв терпение, поинтересовалась я в полный голос.
– Шшш! – генерал имел наглость сунуть мне под нос палец, вроде как молчи.
– Нас атакуют? – сбавила я тон, приподнимаясь на локте и настороженно озираясь. Полумрак комнаты немного разгонял слабо светившийся полукруг ночника на прикроватном столике.
Полезный артефакт все-таки, хочешь – фонарь, хочешь едва заметная лампочка.
Удобно.
В усадьбе стояла полная тишина. Где-то вдалеке поскрипывала от мороза ставня, полоса лунного света пролегла между окном и шкафом. Часть полосы отливала рыжиной – по небу неподалеку проходила массивная маглиния, истончавшаяся и исчезавшая ближе к Инхейму.
– Нет. Спи! – лаконично отозвался Эмберскейл.
Если он думал, что я смирюсь с ролью плюшевого мишки, то глубоко заблуждался.
Генерал неосмотрительно устроился на краю постели, а потому немного поднапрягшись, я скинула его на пол.
Дракон шмякнулся с глухим кхеканием, сел и обиженно на меня воззрился.
Я демонстративно завернулась в одеяло, как в кокон.
– Если хочешь спать здесь, ставь отдельную кровать! – милостиво разрешила незваному гостю. – А то я пинаюсь, царапаюсь и храплю. Громко.
– Не заметил, – поморщившись, Эмберскейл потер ушибленные места и поднялся.
Нежная девица на моем месте, наверное, должна была зажмуриться и заверещать. Спал генерал в одних трусах, что явственно обрисовывали все его нескромные достоинства. Но поскольку я женщина с опытом и врач, вместо лишних телодвижений с интересом изучила полуприкрытую анатомию.
– Нравлюсь? – не без гордости поинтересовался дракон.
И довольно развернул и без того широченные плечи. Воображение тут же дорисовало за спиной крылья, да так явственно, что я аж зажмурилась и помотала головой.
– Проверяю, не осталось ли шрама. А то вчера я только со спины осмотрела, – честно (ну почти честно) ответила я.
Эмебрскейл сдулся и посмотрел обиженно, как щенок, получивший под хвост полотенцем.
– Я же говорил, у нас тела сильнее и лучше восстанавливаются, чем у обычных людей, – пробурчал он.
Огляделся, подходящего ложа не нашел и со вздохом вернулся к себе в спальню. Но дверь не закрыл.
– А почему у тебя магия осталась, если дракона больше нет? Я думала это взаимосвязано, – повысив голос, поинтересовалась я.
В проеме снова возник генерал. С натужным хеканием он продёрнул в узковатый ход небрежно свернутый рулоном матрас вместе с бельем и одеялом, и со вздохом облегчения уронил всю эту кучу на пол. Пинками распределил поровнее и рухнул без сил.
Меня куснула совесть. Все-таки он после боя уставший, зачем я его мучаю? Полежал бы рядом, кровать большая, на четверых бы хватило спокойно.
Потом вспомнилась уверенно лапающая меня рука, и сочувствие тут же улетучилось.
Мне в этом теле еще дальше жить. Возможно, замуж выходить. И репутация генеральской подстилки меня совершенно не устраивает. А так всем будет понятно – спим отдельно. Эмберскейл джентльмен, потому не заставляет целительницу ночевать на полу, но держится поближе к источнику излечения.
Во всех смыслах.
Все пристойно и целомудренно.
Ну, насколько это возможно в нашей ситуации.
– Сам не знаю, – признался дракон, устраиваясь на матрасе поудобнее и закидывая руки за голову.
Взгляд сам восторженно прикипел к отлично развитым грудным мышцам.
С чисто теоретическим восторгом, да.
– Единственное объяснение, что приходит в голову – что ипостась не зависит от магии во мне, – продолжал тем временем Эмберскейл, не замечая или мастерски делая вид что не замечает моего внимания. – В двенадцать у меня сначала проявился дар, и лишь потом постепенно тело подготовилось к обороту. Скорее всего, сейчас я снова на той же стадии. Но случится ли оборот снова…
Он тяжело сглотнул и замолчал.
Я тоже молчала, не представляя себе слов поддержки. Наверное, для него это как ампутация. Помнить, каково это было – парить в небе, чувствовать в себе необъятную мощь и быть не в состоянии ощутить это снова. Настоящая пытка.
С другой стороны, и не к такому человек привыкает.
В конце концов, магию он не утратил, вон как лихо смерчи устраивает. А что для своих стал изгоем – зато люди его готовы на руках носить.
Однако вслух я утешать его не стала.
Такие, как Эмберскейл, часто принимают сочувствие за жалость. А жалеть этого мощного, умного и сильного мужчину, как по мне, совершенно не за что.
Дракон через полминуты уже сладко посапывал, а я еще долго не могла уснуть. Постель пахла непривычно, сквозь неплотно задвинутые занавески просачивался лунный свет, усиливающийся отражением от снега, а в голову лезли самые разные непрошеные мысли. В основном не слишком радостные.
Задремала я лишь под утро, а когда проснулась, то генерала давно и след простыл. Зато в спальню настойчиво стучала Айслин.
– Что же вы дверь-то запираете? – первым делом поинтересовалась она, когда я наконец поднялась и позевывая, откинула задвижку. Девушка стрельнула любопытствующим взглядом на разложенный лишний матрас, но благоразумно вслух вопросов задавать не стала.
Догадалась, куда будет послана.
