Текст книги "Егерь. Охота (СИ)"

Автор книги: Николай Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

В этот момент Радонеж ударил.

Я даже не увидел, как он двинул рукой. Просто воздух рядом с моей головой взорвался болью.

Что-то невидимое полоснуло по плечу, разорвав куртку и кожу под ней. Горячая кровь хлынула по руке. Я отшатнулся, но второй удар уже летел – в грудь.

Перехватил его ножом. Белое пламя встретилось с сжатым воздухом, и искры брызнули во все стороны. Удар был такой силы, что клинок едва удержался в руке.

Третий снаряд прошёл в сантиметре от виска, оставив рассечение на коже.

– Видишь? – Радонеж усмехнулся. – Даже не напрягаюсь.

Крагнор не отставал. Ледяные копья летели одно за другим – в ноги, в корпус, в голову. Мне приходилось метаться по пещере как загнанный заяц, уклоняясь от одних атак и парируя другие.

Нож плавился под натиском двух стихий. Клинок трещал от перепадов температуры – то обжигающий огонь, то леденящий холод.

Ледяное копьё прошло под рукой, воздушный снаряд – над головой. Я отпрыгнул к стене, но Радонеж уже готовил новую атаку.

– Афина! – рявкнул я. – Прикрой Карца!

Вовремя! Воздушное лезвие, целившее в огненного лиса, полоснуло её по боку. Шерсть разлетелась клочьями, на шкуре появился глубокий порез от лопатки до бедра, но защита выдержала.

Афина зарычала от ярости, не от боли. Она развернулась к Радонежу.

Второе лезвие полоснуло её по морде, третье – по передней лапе. Кровь капала на камень, но тигрица не отступала, заслоняя лиса своим телом.

Ледяной медведь тем временем бежал к Карцу с другой стороны и крушил всё на своём пути. Его лапы крошили камень, дыхание превращало воздух в белую изморозь. Ещё немного и он переломает лису все кости.

А я уже задыхался.

Энергия утекала с каждой секундой. В груди горело от напряжения, руки дрожали от усталости. Активация стольких способностей одновременно – Лёгкий шаг, проводимость огня, ментальная связь со всей стаей – высасывала силы быстрее, чем я мог их восполнить.

Крагнор и Радонеж даже не вспотели. Они атаковали размеренно, методично, как мясники, разделывающие тушу. Для них это была не битва.

Я понял, что проигрываю.

Когда нас убьют – лишь вопрос времени.

Радонеж это тоже понимал. Его губы растянулись в улыбке, и он медленно поднял правую руку. Воздух вокруг его ладони начал сжиматься, становясь плотнее.

Концентрация была невероятной. Друид собирал воздух в точке размером с кулак, превращая его в оружие. Плотность становилась такой, что пространство вокруг его руки начало искажаться.

Это было похоже на какую-то воздушную гильотину.

В этот момент Ледяной медведь добрался до Карца. Лис попытался уклониться, но исчерпал силы – его огонь стал тусклым, лапы подкосились. Медведь загнал его в угол между двумя валунами.

А Крагнор ударил по мне. Водяные оковы выросли из камня под ногами, охватывая лодыжки. Холод пробрал до костей, но главное – я не мог двигаться. Стихия превращалась в лёд и держала крепче стальных тисков.

Карц оказался зажат в ловушке – спереди медведь, с боков камни, отступать некуда. Лис метался из стороны в сторону, но каждое движение давалось ему всё труднее.

– Вот и всё, – Радонеж прицелился в беззащитного лиса. Воздушное лезвие дрожало в его руке, готовое к броску. – Сначала твоя тварь, потом ты.

Друид сделал резкий, точный выпад. Стихия метнулась к огненному зверьку со скоростью молнии.

И в последний момент изменила направление.

Хитрый ублюдок целился в меня с самого начала. Обманка была идеальной – я поверил, что он хочет убить лиса. А удар летел мне в шею.

Скованный льдом, я не мог уклониться – всё произошло слишком быстро. Лезвие неслось прямо на меня, готовое отсечь голову одним движением.

Я видел, как воздух расступается перед гильотиной.

Ещё мгновение…

Афина бросилась наперерез.

Она одним прыжком преодолела расстояние, и огромное тело моей верной защитницы закрыло меня от удара.

– НЕТ! – крик вырвался из горла раньше, чем я успел его остановить.

Поздно.

Гильотина встретила её в воздухе.

Удар пришёлся точно между передними лапами. Воздушное лезвие вошло в плоть с тошнотворным звуком разрываемых тканей. Хруст ломаемых рёбер. Всплеск крови.

– Ну надо же, – хохотнул Радонеж.

Афина даже не вскрикнула.

Сила удара была чудовищной. Моя тигрица отлетела через весь грот как подбитая птица. Её тело врезалось в дальнюю стену с таким грохотом, что камни посыпались с потолка.

Она сползла вниз, оставляя на сером камне широкую полосу крови.

И…

Не поднималась.

Звенящая, оглушительная тишина врезалась в уши хуже любого крика.

Ментальная связь взорвалась болью.

Той болью, что рвёт изнутри, когда понимаешь – потерял то, что вернуть нельзя.

Пульс Афины слабел с каждой секундой. Её сознание тускнело, гасло, как свеча на ветру. Я чувствовал, как она уходит.

Нет… Девочка…

Белое пламя на ноже погасло. Просто исчезло, словно его и не было. Моя концентрация рухнула, руки ослабли, клинок звякнул о камень.

Крагнор не упустил момент.

Водяной хлыст ударил мне в грудь с силой кувалды. Я отлетел назад, перекувыркнулся через голову и рухнул на спину. Лёд под ногами треснул, освободив их, но какая разница?

Она умирает.

В углу пещеры раздался грохот. Последователи друидов навалились на Стёпу. Парень отбивался копьём, но силы были неравны.

Я лежал на спине, глядя в потолок пещеры. Где-то там, в темноте, кружили гарпии Радонежа, ожидая команды добить добычу. Режиссёр и Актриса прижимались к стене – оба израненные. Карц вырвался из тупика, но тоже ослабел.

Стая разбита.

Лана всё ещё проводила ритуал, не замечая, что мир вокруг неё рушится. Её седые волосы развевались от потоков силы, руки погружены в рану Тигра.

– Эх, парень, – Радонеж подошёл ближе, покачивая головой. – А ведь неплохо дрался. Жаль, что придётся убивать.

Неплохо дрался.

Что за насмешка. Я проиграл. Полностью. Мой самый верный боец лежит в собственной крови, а враги даже не вспотели.

Дерусь как зелёный новичок.

Но гнев… Он поднимался откуда-то изнутри.

Я сел, вытирая кровь с разбитой губы.

Поднялся на ноги. Тело качнуло – кровь стучала в висках, руки тряслись, но встал.

Зацепил взглядом рысей-близнецов. Режиссёр еле держался на лапах, шерсть слиплась от крови, но смотрел на меня без упрёка. Готов был идти до конца.

Брат.

Рука сама потянулась к нему.

Воздушные Лезвия. Давай их.

Режиссёр дёрнулся. Актриса вскинула голову, заскулила – она тоже знала, что навык С ранга крайне опасен.

Афина умира….

– ААААААААААААААААА! УБЛЮДКИ!

Она умирает, РЕЖИССЁР!!!

ДАВАЙ!

Связь распахнулась как шлюз.

Сила ударила в грудь, разорвала что-то внутри. Древняя мощь ветра хлынула через меня, жгла кровь, рвала сосуды. Рёбра трещали от давления.

Я взлетел.

Побежал по воздуху настолько быстро будто взорвался вверх на чистом порыве стихии и стал частью урагана.

– Что за чёрт! – Радонеж дёрнул головой.

Я взметнул свои руки. Воздух взвыл, сжался, превратился в оружие.

Сотни лезвий материализовались вокруг меня как ледяные иглы.

И я обрушил всё разом.

Смертельный дождь посыпался на врагов. Медведь захрипел, когда одно из десятков лезвий распороло ему горло – кровь хлынула фонтаном. Два последних зверолова упали, даже не поняв, что мертвы. Две гарпии ничком упали на землю.

Крагнор взвыл – лезвие полоснуло его по плечу, несмотря на водяную защитную стену. Радонеж едва увернулся, воздушный клинок прошёл в волоске от его шеи.

Три секунды урагана смерти.

Половина врагов – мертва.

Но цена…

Тело разорвало изнутри. Кожа разошлась тысячью порезов, кровь хлынула изо рта. Упал на камни как подбитая птица, мир поплыл перед глазами.

Переборщил. Убил себя.

Кожа пошла трещинами – сотни мелких порезов покрыли руки, грудь, лицо. Тысячи капилляров лопнули одновременно, и кровь хлынула изо всех пор.

Я рухнул на лёд.

Не мог пошевелиться. Не мог дышать. Тело горело так, словно меня облили кислотой.

Радонеж медленно поднялся. На его лице была царапина – один из моих клинков прошёл слишком близко.

– Впечатляюще, – сказал он, вытирая кровь. – Такой сильный навык. Не думал, что у тебя хватит силы воли его выдержать. Ты заимствуешь способности зверей…

Крагнор тоже встал, держась за раненое плечо.

Я ничего не смог изменить…

Чёрт.

– Знаешь что, парень, – Радонеж подошёл ко мне и присел на корточки рядом. – Ты меня заинтриговал. Такая сила, такая ярость… Моя милая девочка Эрика была бы в восторге. Жаль, что ты, похоже, используешь только навыки своей Альфы, поскольку она сильна. А вот у других ещё не научился забирать, да? Слабак.

Что? Это возможно?

Я попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип.

– Вот что я тебе предложу, – друид наклонился ближе. – Служи нам. Стань частью Семёрки. Я залечу твои раны, спасу твоих тварей, и ты получишь силу, о которой даже не мечтал.

Его взгляд скользнул к Лане.

– А если откажешься… – он медленно поднялся, – то сначала я убью эту старуху. Потом твоего дружка. Потом добью твоих зверюшек. И только в самом конце – тебя. Посмотришь, как я вскрываю горло каждому, кто бился на твоей стороне?

Я лежал и не слушал этого психопата.

Я смотрел на Афину.

Она лежала в луже собственной крови, её огромное тело было неестественно скручено. Грудная клетка поднималась рвано и судорожно – каждый вдох давался с мучительным усилием. Из пасти тянулась тёмная струйка, окрашивая серый камень. Внутренние кровотечения.

Воздушное лезвие разорвало лёгкие. Такую рану не перенесёт даже зверь её силы.

Её глаза были закрыты, но веки подрагивали. Связь между нами ещё теплилась – слабая искра жизни в океане агонии, которая захлёстывала мой разум волнами её боли. Каждый её вдох отзывался во мне острой болью под рёбрами. Каждое биение её сердца отдавалось в моей груди.

Девочка держится.

Но я видел правду в её замедляющемся дыхании. В том, как лапы мелко дрожали от шока. В том, как кровь уже не хлестала, а просто сочилась – давление падало.

Минуты. У неё оставались минуты. Пять, может десять? Может ещё чуть-чуть подольше, пожалуйста?

Моё сердце плакало кровью, которой больше не было в венах. Первая из моих зверей. Та, что встала между мной и смертью, когда её никто не просил. Верная до последнего вздоха.

А я даже подползти к ней не мог.

И тут меня накрыла холодная ЗВЕРИНАЯ ярость. Настоящая первозданная злость, которую я уже несколько раз чувствовал.

Я посмотрел на психопата.

– Радонеж, – сказал тихо.

Друид склонил голову, ожидая ответа на его предложение.

– Я вызываю тебя на Истинную дуэль, мразь.

Глава 19

Радонеж секунду смотрел на меня молча, потом… рассмеялся.

Даже не хмыкнул – расхохотался по-настоящему. Друид смеялся так, словно услышал лучшую шутку в своей жизни.

– Истинная дуэль? – он вытер слезы с глаз. – Серьёзно? Ты лежишь в луже собственной крови, твоя стая разбита, твоя тупая тигрица при смерти, а ты вызываешь меня на дуэль?

Крагнор тоже усмехнулся, но без веселья – просто покачал головой.

– Парень, – Радонеж присел на корточки рядом со мной, – ты не понимаешь. Дуэль уже закончена. Я победил.

Он махнул рукой, указывая на пещеру.

– Она умирает. Твои рыси еле держатся на лапах. Твой дружок истекает кровью в углу. А ты? – друид наклонился ближе. – Использовал навык, который тебе не по силам, и убил себя. А теперь решил связать нас магическими узами ритуала? Ты умрёшь быстро.

Убит Ледяной Медведь. Эволюционный индекс – D.

Доступно поглощение Тёмной Эссенции.

Внимание! Поглощение разбудит в вас «Зверя».

Поглотить?

ДА/НЕТ

Я лежал, глядя в потолок, и не мог пошевелиться. Кровь текла изо рта, сознание плыло, тело горело от разрывов изнутри.

Радонеж поднялся, отряхнул колени.

– Знаешь что, парень, я передумал. – В его голосе не осталось и следа веселья. – Такие идиоты меня не интересуют.

Он поднял руку. Воздух вокруг ладони начал сгущаться.

– Так уж и быть, убью тебя первым.

Надпись всё висела перед глазами.

Поглотить?

ДА/НЕТ

Я посмотрел на Афину.

Моя девочка умирает.

А этот психопат стоит надо мной и готовится добить нас всех.

И какой, по-вашему, должен быть ответ?

Я выдохнул.

ДА.

Что-то щёлкнуло в глубине сознания, словно спусковой крючок невидимого оружия.

Тьма ударила изнутри.

Океан первобытной ярости, накопленной от всех убитых мной сильных зверей. Волки, медведи, магические твари – все они оставили след в «Осколке порченого сердца». И теперь этот след взорвался.

Боль была невыносимой. Словно кто-то запустил мне под кожу свою руку и начал копошиться изнутри.

Кости начали ломаться и перестраиваться. Рёбра трещали со звуком ломающихся веток, удлинялись, грудная клетка расширялась, будто меня распирало.

– АААААААААААААААААААААА!

Позвоночник выгнулся дугой так сильно, что я оторвался от земли, суставы хрустели, меняя форму. Каждый позвонок смещался, находил новое место, и боль от этого была такой, что хотелось выть.

– Радонеж! – воскликнул Крагнор и в ужасе отпрянул. – Он «Зверомор»!

Кожа на руках лопнула с тошнотворным звуком разрывающейся ткани. Из разрывов хлынула горячая и вязкая чёрная субстанция. Она обожгла открытые раны, но боль была почти приятной на фоне того, что творилось с костями. Субстанция тут же затвердевала, превращаясь в нечто похожее на мех, но более плотное и металлическое. Каждая ворсинка была как проволока, каждый волосок – как иголка.

Радонеж отшатнулся, и в его глазах я увидел…

Страх.

– Этого просто не может быть… Крагнор!

Мои пальцы удлинялись с влажными щелчками. Суставы смещались, кости растягивались, мышцы перестраивались. Ногти стали звериными когтями. Длинными, изогнутыми, острыми как лезвия. Я попробовал сжать кулак и услышал, как эти когти рассекают воздух.

В горле что-то перестроилось. Гортань расширилась, голосовые связки стали толще. Дыхание стало глубоким и мощным. Каждый вдох приносил в лёгкие больше воздуха, чем прежде. Я чувствовал запахи так остро, что различал пот страха на коже Радонежа, железный привкус крови Афины, старческий запах Ланы.

Мышцы набухали под кожей, словно их накачивали насосом. Плечи расширились, руки стали толще, предплечья превратились в булавы. Силы перетекали в моё тело, меняли его, превращало во что-то другое.

Первым ударило в голову способностью ветряного волка – время растянулось, как расплавленный мёд. Радонеж поднимал руку, воздух сгущался вокруг его ладони, но всё происходило так медленно, словно он двигался под водой. У меня была вечность, чтобы отреагировать. Ветряной волк подарил мне скорость.

Следом пришёл жар – кровь вскипела в венах. Холод пещеры исчез, лёд на стенах начал подтаивать от одного моего присутствия. Огненный волк Карца разжёг во мне печь.

Руки налились свинцом, стали тяжёлыми как кувалды. В груди зрел низкий рык. Он накапливался в лёгких, вибрировал в костях, требовал выхода. Медведь Рёвогрив дал мне силу тарана.

Кожа на спине и груди потемнела, стала твёрдой как камень. Серые прожилки побежали по рукам. Скальный бык одел меня в броню.

А потом ударил холод – прокатился по позвоночнику ледяной волной, но не обжёг. Смешался с внутренним огнём, создав невозможное – пламя без тепла и лёд без стужи. Из носа потянулся белый пар, каждый выдох превращался в морозное облако. Ледяной медведь…

Я поднялся.

То, что встало на ноги, больше не было человеком.

Радонеж и Крагнор отступили.

Я посмотрел на свои руки, затем поднял голову.

Моё отражение в ледяной стене показало чудовище.

Торс расширился, плечи стали массивными. Лицо вытянулось, челюсти выдались вперёд. Клыки выросли за губы. Глаза горели красным звериным светом.

Я был созданием, сотканным из эссенций всех убитых мной тварей.

И я был голоден.

Боль взорвалась в черепе.

Мир раскололся на запахи и звуки. Свежая кровь – моя, чужая, не важно. Металл клинков.

Мышцы вздувались под шкурой, требуя охоты.

– ГРРРРРРРРР, – вырвалось из пасти.

Двое. Стоят. Дышат. Они испугались.

Хорошо. Страх делает мясо вкуснее.

Зверь внутри разорвал последние цепи разума и вырвался наружу очередным рыком.

– ГРРРРРРРРРРРААААААААААААААААР!

– РААААААААААААААААУГГГРАААААА!

Дезориентирующий крик Рёвогрива вырвался из моей груди с такой силой, что лёд на стенах треснул паутиной. Камни посыпались с потолка. Радонеж отшатнулся, прикрыв уши ладонями, его лицо исказилось от боли.

– Крагнор! – завопил он.

Друид Воды не заставил себя упрашивать. Его руки взметнулись вверх, и воздух наполнился свистом. Десятки ледяных пуль размером с кулак выстрелили в мою сторону.

Каждая из них висела в воздухе как застывшая капля, их траектории прочерчивались в пространстве светящимися линиями.

Я отклонился влево – первая пуля прошла мимо уха, обдав щёку холодом. Шаг вправо – вторая врезалась в камень там, где стояла моя нога. Присел – третья просвистела над головой.

Остальные следовали одна за другой, но мой разум уже просчитал все траектории. Тело двигалось само, уходя в танце смерти между летящими снарядами.

Крагнор и Радонеж смотрели, как их убийственные залпы разбиваются о пустоту. В глазах друидов мелькнуло нечто похожее на испуг.

Одна пуля всё же достала – врезалась в правое плечо, пробив кожу и мышцы до кости. Кровь брызнула на камни.

Но уже через секунду рваные края раны начали стягиваться. Плоть нарастала на глазах, затягивая пробоину. Тёмный мех покрыл свежий шрам.

Радонеж метнул воздушное лезвие мне прямо в шею.

Я поймал его рукой.

Лезвие вошло в ладонь, прорезало мышцы до кости и…

Остановилось. Сжал кулак, и концентрированный воздух рассеялся между пальцев как дым.

Кровь капала на камни, но рана уже закрывалась.

– Что за чёрт… – Радонеж попятился.

Каждое их движение я видел заранее – поворот головы, сгибание локтя, направление взгляда.

Я шагнул вперёд.

Расстояние в десять метров испарилось за мгновение. Оно просто схлопнулось за моей спиной!

Крагнор не успел моргнуть.

Моя лапа обхватила его за горло и подняла в воздух. Он дёргался, пытался вырваться, но сила Рёвогрива превратила его в тряпичную куклу.

Радонеж ударил мне в спину воздушным тараном. Удар был такой мощи, что обычного человека расплющило бы в лепёшку.

Я даже не качнулся.

Обернулся, не отпуская Крагнора, и посмотрел на друида Ветра. В его глазах плескался шок.

Хорошо. Пусть знает, что значит быть добычей.

Друид Воды всё ещё висел в моей лапе, хрипел, пытался что-то сказать. Его руки светились синим – собирал силу для очередного удара.

Ледяные шипы выросли из пола под моими ногами, стремясь пробить меня снизу. Каждый – длиной в человеческий рост, острый как копьё.

Скала ответила скале.

Серые наросты вспучились по всему моему телу, превращая кожу в каменную броню. Шипы со звоном разбились о мою защиту, оставив лишь царапины.

Я швырнул Крагнора в стену. Он рухнул на камни, плюясь кровью, но остался жив.

– Радонеж! – хрипло выкрикнул он. – Вместе!

Тот завопил от ярости и обрушил на меня всё, что у него было.

Воздух в пещере взбесился. Десятки воздушных лезвий полетели со всех сторон, разрезая камень и высекая искры из стен. Следом ударил концентрированный вихрь.

Крагнор поднялся на ноги, его руки сплелись в сложный жест. Земля затряслась. Из пола выросла стена массивных ледяных шипов, каждый толщиной с древесный ствол. Они неслись на меня, готовые проткнуть насквозь.

Огонь взорвался в груди.

Жар огненного волка хлынул наружу, обволакивая тело пламенем. Я стал живым факелом. Огненная аура плясала вокруг каменной брони, превращая меня в невозможное сочетание стихий.

Шипы треснули от жара, обратились обычной водой, не дойдя до цели.

– Невозможно, – прохрипел Крагнор.

Я вдохнул и выдохнул.

Ледяное дыхание вырвалось изо рта белым потоком. Морозная волна накрыла половину пещеры, превращая воздух в кристаллы инея. Крагнор едва успел воздвигнуть водяную стену – та мгновенно стала льдом, защитив его от обморожения.

Две гарпии, уцелевшие после моих лезвий, пикировали сверху.

Поймал одну левой рукой, вторую – правой и просто сжал.

Кости хрустнули, перья вспыхнули от моего пламени, кровь закипела между пальцев. Швырнул горящие трупы в стену.

Крагнор собрал всю воду в пещере – она поднялась со дна, со стен, материализовалась из воздуха. Гигантская волна обрушилась на меня с силой цунами.

Я рухнул на четвереньки и глубоко впился когтями в каменный пол. Мышцы напряглись, как у скального быка перед атакой. Каждое волокно превратилось в стальную проволоку.

Волна ударила.

Тонны воды обрушились на меня, пытаясь сорвать с места и швырнуть к стене. Огненная аура волка гасила часть удара, превращая воду в шипящий пар, но основную силу потока пришлось выдерживать телом. Кости трещали от напряжения, мышцы горели от перегрузки, но я держался.

Устоял.

– Знаешь что, тварь? – Радонеж вытер кровь с разбитой губы и усмехнулся. – Давно не встречал такого зверя.

Его глаза загорелись нездоровым огнём.

Восторгом.

– Крагнор, отвлеки его, – приказал он, не сводя с меня взгляда. – Смотри, в нём уже нет разума. Это всего лишь Зверомор, пусть и сильный!

Ещё один призванный ледяной волк Крагнора бросился на меня.

Я схватил его за морду одной рукой, наклонился и зарычал ему прямо в пасть:

– РРРРРРРРРРРРРРРРРР.

Огненная аура вспыхнула ярче. Волк завыл, его шерсть задымилась, потом загорелась. Секунда – и в руке остался только горстка пепла.

Получено опыта: 12000.

Радонеж дёрнулся.

Атмосфера в пещере изменилась. Воздух стал плотным, давящим. Каменная пыль поднялась с пола, закружилась в спиралях.

– Воздушная могила, – прошептал Крагнор, отбегая к стене. – Осторожней!

Радонеж взмахнул руками, и пространство вокруг меня начало сжиматься, словно невидимый кулак.

Стена за его спиной покрылась инеем от моего дыхания. Воздух вокруг него задрожал от жара и холода одновременно.

Воздух стал плотным как вода. Каждый вдох давался с усилием, лёгкие работали на пределе. Стены невидимой тюрьмы сдавливали со всех сторон, пытаясь раздавить кости.

Но моя скорость…

Я рванул к потолку, используя последние доли воздуха для прыжка. Лапы нашли опору в каменном своде, и я оттолкнулся вниз.

Радонеж вскинул руки, пытаясь укрепить барьер, но было поздно.

ХРУСТ!

Моя масса, помноженная на скорость падения, разорвала воздушную тюрьму с громким треском.

Я приземлился рядом с друидом на четвереньках. Он попятился.

Лапа полоснула его по бедру. Когти вспороли плоть до кости, и Радонеж с воем рухнул на камни.

– Крагнор! – завизжал он, пытаясь отползти.

Гарпия пикировала сверху, целясь в мою спину. Я перехватил её в воздухе, не оборачиваясь – просто выбросил руку назад. Птица врезалась в ладонь с мокрым хлопком.

Сжал пальцы. Хруст костей, всплеск горячей крови.

Получено опыта: 9000.

Швырнул труп в сторону и почему-то обернулся – уже не контролировал звериный голод.

Движение. За спиной. Ещё добыча.

Фигуры у дальней стены. Одна большая, раненая. Лежит, не двигается, но дышит. Сердце стучит медленно – слабеет. Вторая маленькая, быстрая, держит длинную палку. Третья согнутая, седая, руки в красном.

Запах крови. Много крови.

Голод.

Я развернулся к группе у стены и зарычал.

– РРРРРРРРР…

Два зверя с серебристой шерстью вскочили между мной и добычей. Уши прижаты, клыки оскалены, готовы к бою.

Воздух между нами задрожал, закрутился спиралями. Стена ветра поднялась от пола до потолка, плотная как камень.

Помеха между мной и мясом.

– ГРРРРРОААААР! – вырвалось из груди.

Я разбежался и врезался в барьер всем телом.

Ветер выдержал, но прогнулся. Когти скребли по невидимой поверхности, высекая искры. Моя сила билась с силой ветра, но барьер держался.

Передо мной мелькнула маленькая фигура с палкой. Она смотрела на меня, и в её глазах был ужас.

Знакомые глаза. Где-то я их видел…

Не важно. Мясо есть мясо.

Отступил на несколько шагов и снова ринулся на стену.

– РРРРРРАААААУГХ!

Ветер зашипел под натиском когтей. Барьер треснул паутиной, но устоял.

В этот момент что-то ударило в спину.

Ледяные шипы пробили кожу между лопаток. Боль взорвалась в позвоночнике, заставив обернуться.

Маг воды. Истекает кровью, но всё ещё готов драться.

Свежая добыча.

Забыв про барьер, я рванул к друиду.

Крагнор попытался отступить, но споткнулся. Он упал на живот, оставляя кровавый след на каменном полу.

– Радонеж! – завизжал человечишка, оборачиваясь через плечо. – Помоги!

Я настиг его за два прыжка.

Левая лапа обхватила голень, когти впились в плоть. Правая ударила выше колена, разрывая мышцы до кости.

Хруст. Треск разрываемых сухожилий.

– АААААААААА! – крик Крагнора эхом отразился от стен пещеры.

Нога почти отделилась от бедра, висела на лоскуте кожи и мяса. Кровь хлестала фонтаном, окрашивая камни в алый цвет.

За моей спиной что-то засвистело.

Обернулся. Радонеж стоял, опираясь на стену, его руки светились серебристым светом. Воздух вокруг него закручивался, сгущался, принимал форму.

Из вихрей материализовались три воздушных тигра.

Не иллюзии. Настоящие хищники, сотканные из сжатого воздуха и магии. Их тела переливались, но клыки и когти были смертельно реальными.

– Разорвите эту тварь! – хрипло приказал Радонеж.

Воздушные тигры ринулись на меня с трёх сторон одновременно.

Я со всей дури ударил лапами по каменному полу.

– РРРРРРАААААУГХ!

Рык Рёвогрива вновь сотряс пещеру, а из-под моих когтей взорвались каменные шипы Скального быка. Они выросли мгновенно – столбы каменной породы пронзили воздух, настигая первых двух тигров прямо в полёте.

Воздушные создания разорвались на клочья с громким треском.

Третий тигр всё же добрался до меня, прыгнул на грудь, целясь когтями в горло.

Я раскрыл пасть и перехватил его за шею.

Сомкнул челюсти с хрустом.

Концентрированный воздух лопнул между зубов как мыльный пузырь, и последний призрак исчез.

Обернулся к Радонежу. Друид пятился к стене, его лицо было белым как мел.

– Постой, – пробормотал он, поднимая дрожащие руки. – Мы можем договор…

Слова оборвались, когда моя лапа обхватила его за горло.

Поднял друида в воздух. Он дергался, хрипел, пытался что-то сказать, но звуки застревали в сдавленной гортани.

Вторая лапа легла ему на грудь.

РАААААААААААААААААААААААААААР!

Звук вырвался из глубины груди – рёв первобытного хищника. Голос раскололся на две ноты: низкую, гортанную, что заставляла дрожать камни под ногами, и высокую, словно скрежет когтей по стали.

– Ты… умрёшь, – прохрипел я, и даже эти простые слова прозвучали как рычание зверя, пожирающего падаль.

Радонеж посмотрел мне в глаза и увидел там свою смерть.

Его лицо изменилось в одно мгновение. Высокомерие стёрлось как мел под дождём. Губы задрожали, зрачки расширились до краёв радужки. Каждой клеткой тела он понял, что сейчас всё закончится.

Здесь, в этой пещере, под когтями твари, которую сам же разбудил.

– Не на…

Я нажал.

Ребра треснули под давлением.

– Кха… – Радонеж закашлялся кровью, его глаза расширились от ужаса.

Ещё сильнее.

Хруст костей. Грудная клетка провалилась внутрь. Кровь хлынула изо рта друида, его тело обмякло в моих лапах.

Но этого было мало.

Я швырнул труп на камни и набросился на него.

Когти рвали плоть, разрывали ткани. Кости ломались под ударами лап. То, что еще секунду назад было человеком, превращалось в бесформенную массу.

Рычание вырывалось из груди с каждым движением. Ярость требовала крови, боли, полного уничтожения врага.

Я рвал, крошил, размалывал останки до тех пор, пока от Радонежа не осталось ничего, кроме красных пятен на камне.

Истинная дуэль завершена. Противник уничтожен.

Получено опыта: 250000.

Получен уровень: 29.

Получен уровень: 30.

Внимание! Доступна эволюция Зверолова.

Какие-то непонятные буквы перед глазами, ГРРРР, цифры.

Я мотнул гривой и обернулся к Крагнору.

Друид Воды лежал в луже собственной крови, его лицо было искажено болью и ужасом. Он смотрел на то, что осталось от напарника, и тихо скулил.

– Нет, – прошептал он. – Нет, нет, нет…

Я сделал шаг к нему.

Крагнор дернулся, его руки взметнулись вверх в отчаянном жесте. Магия воды взорвалась вокруг него серебристым светом.

Его тело начало терять форму, расплываясь, превращаясь в поток. Жидкая человеческая фигура заструилась к трещине в полу, втекала в подземный сток.

– Проклятый Зверомор! – донеслось эхо его голоса из глубины камня. – Сдохни здесь, искажённый!

Стены пещеры задрожали.

С потолка начали падать каменные блоки. Грохот нарастал, пыль заполнила воздух.

Крагнор обрушил свод выхода.

Тонны камня рухнули, перекрывая путь к свободе. Пещера превратилась в каменный гроб.

И наступила тишина.

Только капающая кровь, да моё тяжёлое дыхание нарушали покой. Воздух был густым от пыли и запаха смерти.

Медленно повернул голову, обводя взглядом пространство.

В дальнем углу что-то шевелилось.

Живое.

Голод вспыхнул в груди. Челюсти свело судорогой, слюна потекла по окровавленным клыкам. Мышцы напряглись, готовые к новой охоте.

У противоположной стены всё ещё стояла группа. Двое зверей с серебристой шерстью прижались друг к другу, между их лап скрывалась крошечная белая тварь. Рядом – маленькая двуногая фигурка, держащая длинную палку. Какой-то огненный зверь смотрел на меня с ужасом.

На камнях лежала большая неподвижная туша. Дыхание едва заметное, сердце бьётся всё слабее. Много крови вокруг.

Свежее мясо.

Чуть поодаль согнутая старуха погружала руки во что-то красное и горячо пахнущее.

ЧТО ЭТО ЗА СИЛА⁈ ОНА ВОТ-ВОТ ПРОБУДИТСЯ! УГРОЗА! ЕЁ НУЖНО УНИЧТОЖИТЬ!

Я сделал шаг в их сторону.