355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Раков » Волки пустыни » Текст книги (страница 2)
Волки пустыни
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 05:02

Текст книги "Волки пустыни"


Автор книги: Николай Раков



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

– Через три часа начнет поступать твой заказ. Сам принимать будешь?

– Нет. Сейчас должен Самум появиться. Да вот, кажется, и он, – услышав сигнал, поступивший от внешней охраны, проговорил Шаман. Подойдя к двери и взглянув на экран внешнего обзора, он нажал кнопку, открывающую шлюз.

В помещение вошел высокий худощавый мужчина в комбинезоне техника. Темно-коричневый цвет лица и кистей рук, сухое лицо, тонкий с легкой горбинкой нос, черные как уголь глаза выдавали в нем южанина, проводящего много времени под жарким солнцем.

Смирнов с прибывшим обменялись рукопожатием.

– Разрешите представить, господин полковник, врач, психолог, лингвист, специалист по связи и различным видам коммуникации капитан Гошар.

– Самум, значит, – пожимая жесткую руку капитана, произнес Лузгин. – Смертельно опасный ветер пустыни. И шаманишь, конечно? – спросил он.

– Мало, мало шаманим, господин полковник, – коверкая слова и прикидываясь простачком, ответил Гошар, хищно блеснув глазами.

– Ну-ну, другого и не ожидал. Располагайся, капитан, командуй. Оборудование скоро доставят, а мы с господином профессором пойдем шаманку вам выбирать. – И он, повернувшись, зашагал в сторону шлюза.

Недолго попетляв по коридорам, они пришли в грузовой отсек, который десантниками был переоборудован в полосу препятствий. На скамейке у стены сидели восемь девушек, двое из которых курили. Трое были в десантной форме, одна в сером комбинезоне, четверо остальных в обычной повседневной армейской и отличались между собой петлицами службы связи и тыла. Тяжелые автоматы Скиф у одних лежали на коленях, у других стояли между ног. Офицер-инструктор неторопливо прохаживался в стороне, перебрасывая с руки на руку пульт управления мишенями.

– Ты, что, все-таки к поварам ходил, – усмехаясь, спросил Шаман у Лузгина.

– Почему к поварам?

– Петлицы тыла у девчат.

– Это служба охраны тыла. Так что не волнуйся, половником по своей умной голове не получишь.

– Что ж, и на этом спасибо.

Полоса препятствий представляла собой разбросанные по залу большие и маленькие ящики. Через одни можно было перепрыгнуть, другие были выше двух метров, и, чтобы их преодолеть, нужна была сила и ловкость. Был тут и импровизированный ров, и наклонная лестница, и бревно, пара канатов, и, как прикинул Смирнов, несколько сюрпризов – замаскированных ловушек.

При появлении Лузгина и Смирнова девушки без команды встали. Связистки и тыловики быстро, десантницы и разведчица в комбинезоне не торопясь, с легкой ленцой. Последние знали себе цену и не спешили тянуться перед появившимся начальством.

– Господин полковник… – начал офицер-инструктор, но его доклад был прерван отмашкой Лузгина, который прошелся вдоль строя, оглядывая бойцов. Автоматы в руках, пистолеты в кобурах справа на ремне, ножи слева.

«Дожили, – мелькнуло в голове у Шамана, – ищем в женщине не красоту, а готовность и способность убивать».

В отличие от полковника, капитан смотрел на лица, фигуры, руки. Внутренне он вообще был против этих показательных выступлений. Качества будущего члена группы как бойца интересовали его не в первую очередь. Скажи он об этом Лузгину, его бы не поняли. Зачем наносить травмы начальству, чтобы потом оно за твоей спиной крутило головой или даже пальцем у виска. Этих жестов Смирнов не боялся, главное – кто в конечном итоге будет прав. Он почти никогда не спорил и исповедовал высказывание философа Сенеки: «Делай так, как хорошо, а не так, как дозволяется», отбрасывая первое слово мудрого римлянина «похвально».

– Какое задание у бойцов? – отрешаясь от своих мыслей, спросил он у инструктора.

– Прохождение полосы препятствий на время. Поражение шести мишеней. Три из автомата – десять патронов, две из пистолета – четыре патрона, последняя – нож. В конце спарринг.

– Спарринг отставить, – изменил испытание Виктор.

– Есть отставить спарринг.

Лузгин молча показал Смирнову на лестницу, ведущую на площадку вверху, откуда было удобно наблюдать за этим импровизированным соревнованием.

– Командуйте, лейтенант, – отдал он приказание инструктору и начал подниматься наверх.

Удобно опершись на тонкие металлические перила, Шаман с полковником ждали.

Первой на рубеж вышла высокая десантница. По полосе она шла неторопливо, как-то обстоятельно. Преодолевая препятствие за препятствием, она поразила три автоматные мишени, промахнулась по одной пистолетной, так как инструктор заставил ее стрелять, подняв мишень в тот момент, когда она бежала по бревну. А вот с ножом у нее не получилось. Шаман оказался прав насчет ловушек. Ноги десантницы подсекла балка, выскочившая из-под рядом стоящего ящика. Потеряв нож и поднявшись после падения, девушка прихрамывая ушла с конца полосы. Губы ее при этом шевелились и, хоть наверху ничего не услышали, было понятно, что она вспомнила инструктора и кого-то из его родителей.

Две следующие претендентки, тыловичка и связистка, отработали полосу слабее, чем десантница. По два промаха из огнестрельного оружия. Обе попали в расставленные ловушки, и чувствовалось, что связистка никогда не держала в руках боевой нож. Ее бросок был слаб и неестественен.

Привлекла внимание капитана пятая, хрупкая на вид претендентка с петлицами тыловика. Стартовав, она расстреляла две автоматные мишени, но камнем преткновения для нее стал высокий ящик. Силы в лодыжке и ноге не хватило, чтобы, набрав скорость, опереться носком ботинка в доску и, подбросив тело, ухватиться руками за высокий край. Девушка сорвалась, при этом больно ударившись лицом о стенку ящика. Второй попытки для преодоления она делать не стала, а, невозмутимо обогнув препятствие, что являлось нарушением условия действий на полосе, пошла по наклонной лестнице вверх. Видимо в отместку, инструктор поднял последнюю автоматную мишень почти у нее за спиной, но не тут-то было. Девчонка успела выстрелить из-под руки и, бросив автомат, спрыгнула с трехметровой высоты вниз. Тут с потолка на двух растяжках на нее полетело огромным маятником импровизированное бревно. Девушка присела и снаряд прошел у нее над головой. Быстро вскочив, она ринулась за ним следом. Когда муляж достиг своей точки покоя и только начал набирать скорость, возвращаясь обратно, запрыгнула на него. Амплитуда движения понесла ее в обратную сторону, сокращая расстояние до финиша и перенося через препятствия. Инструктор опять не подкачал и поднял две пистолетные мишени почти одновременно. Расстреляв боезапас и поразив только одну, девушка спрыгнула с бревна у мишени для метания и просто воткнула в нее нож, не выпуская его из руки.

Остальные претендентки практически ничем ни отличились от предыдущих, при этом связистка сошла, не окончив дистанцию, так как под ее ногой инструктором была выбита ступенька лестницы. Девушка, достаточно жестко ступая, провалилась вниз, не успев подстраховать себя, схватившись за ступеньку выше. Падая, она ударилась лицом и прекратила борьбу. Разведчица плохо отстрелялась из автомата, и было видно, что это выбило ее из колеи.

– Беседовать будешь, – утвердительно проговорил Лузгин, спускаясь по лестнице.

– Обязательно.

– Если я тебе не нужен, то я пойду. Инструктор проводит.

– Если можно, то девушку я сразу к себе в ангар заберу.

– Забирай. Я их на целый день позаимствовал. Формальности потом утрясем.

Полковник быстрыми шагами покинул зал, а Шаман подошел к инструктору.

– Где тут у вас можно с ними поговорить? – кивая на стоящих уже в строю претенденток, спросил у него Смирнов.

– В моем закутке, господин капитан, – ответил тот и кивнул головой на расположенную невдалеке дверь.

– Спасибо, я займу ненадолго.

– Да на сколько нужно. Я все равно ухожу. Дверь просто захлопните.

Инструктор, оставив пульт управления ловушками, повернулся и пошел к выходу, а Шаман подошел к строю. Распухшие носы двух претенденток вызвали у него легкую улыбку. Девушки поняли и нахмурились.

– Я хочу поговорить с каждой из вас. Кто первый, прошу за мной. – И не оглядываясь, он прошел в выгородку инструктора.

Устраиваться за имеющимся в комнатке столом он не стал, а просто присел на его угол.

Первой вошла слегка прихрамывающая десантница.

– Срок вашей службы? – задал вопрос Шаман.

– Три года.

– Вы поете?

– Вопрос не поняла.

– Я спросил. Вы поете? Спойте что-нибудь.

– Может быть, вам еще и раздеться. Я убиваю гаюнов, а не служу в хоре, – с раздражением ответила испытуемая.

– Спасибо, – невозмутимо поблагодарил Шаман. – Вы можете быть свободны.

С различным эмоциональным запалом петь отказались и две следующие претендентки.

«Приказать им, что ли, – мелькнуло в голове капитана. – Успею, никуда они от меня не денутся. Впрочем, две из трех вообще не подходят».

Четвертой вошла разведчица. Девушка уже взяла себя в руки после неудачи на полосе. В отличие от десантниц, на лице у нее был легкий макияж и обворожительная улыбка. Она оставалась женственной и пыталась понравиться.

– Спойте мне, что-нибудь, – попросил Смирнов.

– Что спеть, господин капитан?

– Да что хотите.

Девушка исполнила куплет задорной песенки, в которой говорилось, что находящийся в увольнении солдат кое о чем мечтал, но ничего не получил.

«Голос не плох и с аурой можно было бы поработать, – оценивая исполнительницу, мелькнуло в голове у Шамана. – Но в песках не потянет. Нет стержня».

– Вы можете идти. Возможно, мы еще увидимся.

– Буду ждать, – кокетливо проговорила девица и, выходя, обернулась, подарив многообещающую улыбку.

Пятой вошла нарушительница порядка прохождения полосы препятствий.

– Сержант Котова, – представилась девушка с порога.

– Скажите, Котова, почему, выполняя упражнение на полосе, вы бросили оружие? Как прикажете это понимать?

– Я выполняла определенное задание. Автомат стал помехой для его успешного завершения.

– Вы всегда быстро сдаетесь, если что-то не получилось с первого раза?

– Я не сдалась, если вы имеете в виду, что не стала преодолевать препятствие по высоте. Просто было два решения этой задачи. Я приняла верное.

– Но были установлены определенные правила. Вы их нарушили.

– Господин капитан, вы знаете не хуже меня, что правил на войне не бывает. Я действовала именно исходя из этого.

– А если бы высоту нельзя было обойти?

– Я бы ее преодолела.

– В боевой обстановке вы тоже бросите оружие?

– Да, если это поможет выполнению задания.

– Вы боитесь темноты?

– Наверное, нет. – Тут девушка смущенно улыбнулась. – У нас дома был кот. Он часто прятался под кровать. Там было темно и страшно. Но я лезла и вытаскивала его оттуда.

– Ты почувствовала опасность на лестнице, когда шла по полосе. Расскажи как?

– Нет, я не чувствовала опасность. Я ощутила, что инструктор сейчас сделает что-то, от чего мне будет плохо, и я побежала. Знала, куда он смотрит и куда можно наступать.

– Спой что-нибудь.

Девушка не стала задавать вопросов.

В песне, которую она начала исполнять на незнакомом языке, было что протяжное, тоскующее. Не особо эмоциональный Смирнов почувствовал, что тембр голоса девушки навевает на него грусть, и ему пришлось внутренне встряхнуться.

– Выше, пожалуйста, – попросил он, прислушиваясь. – Еще выше тоном.

Исполнительница послушно повысила голос.

– Достаточно, – остановил он девушку. – По дому скучаешь?

– Скучаю.

– А о чем песня?

– О доме, который очень далеко остался без теплых рук хозяина и ждет его, но может не дождаться. Дорога обратно очень трудна.

– У тебя есть гражданская профессия?

– Да, я архитектор. Университет заканчивала, когда война уже началась.

– В армию пошла добровольцем. Почему?

– Скорее всего, чтобы себя проверить.

– Ну и какой вывод?

– Вроде справилась. Только скучно. Каждый день одно и то же. Два рапорта написала, чтобы из охраны в действующую часть перевели.

– Вот я тебе и предлагаю в действующую. Согласна? Только предупреждаю, тяжело будет.

– Если подхожу, возьмите. – Девушка смущенно улыбнулась. – Только вот характер иногда у меня… – Она замялась, не окончив фразы.

Теперь улыбнулся Шаман.

– Насчет характера уже заметил. Думаю, споемся. Пока свободна. Освобожусь через двадцать минут, мне с остальными поговорить надо.

– Разрешите идти?

– Идите.

Девушка четко повернулась кругом и, выходя, закрыла за собой дверь.

«Кажется, нашел, – мысленно потирая руки, подумал про себя Смирнов. – Ишь ты, инструктора она чувствует. Сколько вот таких даровитых мы не замечаем. Посмотрим, пташка, птичка невеличка, что из тебя получится. А стерженек все-таки, есть», – еще раз порадовался он.

Быстро закончив беседу с остальными претендентками и захлопнув за собой дверь инструкторского угла, он вышел в зал. Котовой не было. Шаману не надо было смотреть на часы. С момента ухода девушки прошло восемнадцать минут.

«Придется подождать, поторопился», – закуривая, подумал он.

Ровно через две минуты дверь в помещение открылась и девушка шагнула ему навстречу.

– По вашему приказанию сержант… – Взмахом руки он прервал ее доклад.

– Почему я должен вас ждать?

– Господин капитан, согласно вашего приказания явилась через двадцать минут.

– Почему не ожидали в зале?

– Насколько я поняла, всем не обязательно знать, на ком вы остановили свой выбор.

– Решение ты приняла правильное, но исходя из чего сделан вывод?

– В действующие части так не переводят. Получи предписание и езжай к новому месту службы. Проверка на уровень подготовки и всех девушек. Значит, в группу нужна только одна.

– Почему именно в группу и к чему секретность?

– Я в охране служу. С вами был офицер. Он, как мне кажется, в разведке служит. Зачем, спрашивается, он был на отборе?

– Все правильно вычислила. А не боишься?

– Есть немного, но не за себя. Не справиться боюсь, подвести.

– Ладно, пойдем. Бояться вместе потом будем.

Они прошли по коридорам базы и вскоре оказались у входа в нужный ангар, куда их впустил Самум. На стартовом столе уже стоял катер-невидимка. Грузовой люк был распахнут, и в его проеме просматривалась носовая часть песчанки. Вторая машина стояла в стороне и из-под поднятого кожуха ее двигателя виднелись только ноги в десантных ботинках, облаченные в комбинезон.

Шаман свистнул. Мужчина разогнулся и, вытирая руки ветошью, пошел навстречу прибывшим. Молча пожав руку командиру, он стал пристально рассматривать девушку, на что она, не смущаясь, ответила таким же изучающим взглядом.

– Представляю нового члена группы, – произнес Смирнов. – Сержант Котова до сегодняшнего дня служила в охране секретных объектов. Гражданская профессия – архитектор.

– Так не пойдет, командир. Не будем же мы такую девушку сержантом да еще Котовой называть, позывной ей нужен, – высказал свое соображение Гошар.

– Правильно, – поддержал его тот, кто копался в двигателе песчанки.

– Что скажешь, Котова? Соображения на эту тему есть? – спросил Шаман.

– Нет соображений, господин капитан.

– Капитана забудь. Здесь меня зовут Шаман. Вот этого длинноносого типа зовут Самум, он врач, а это Колдун, наш инженер, – кивнул он на механика.

– Послушай, командир, почему я длинноносый. Нормальный у меня нос.

– Потому что куда не надо его суешь.

– Почему куда не надо. Имя девушке подобрать предложил, а вы при ней меня обижаете.

– Тебя обижать себе дороже. Какие будут предложения?

– Она поет? – задал вопрос Колдун.

– Еще как, – ответил Шаман.

– А давайте назовем ее Сиреной, – предложил Самум и, видя, как нахмурилась Котова, заторопился: – Я про тех Сирен, которые завлекали греков-аргонавтов на опасные рифы. Вот пусть гаюнов и отвлекает, завлекает.

– А что, мне нравится, – включился Колдун. – Не звать же нам ее шаманкой или колдуньей и уж тем более самумшей, – ехидно посмотрев на товарища, проговорил он. – А Сирена в нашем стиле. Звучно, коротко и подтекст многозначительный.

– Что скажешь? – спросил Шаман у девушки.

Соглашаясь, она молча кивнула.

– Вот и решили. Значит так, я сейчас к Лузгину. Ты, – указал он на Самума, – введешь Сирену в курс по нашему хозяйству, – и, уже смотря на девушку, добавил: – Займешься пайком и обмундированием. Колдун – по своему графику. Вернусь, займемся оружием и боеприпасами. Пока все. – И, развернувшись, зашагал к выходу из ангара.

– Ну вот, начальство изволили отбыть. Давай знакомиться, – предложил девушке Самум.

– Так мы уже знакомы, – слегка удивленно ответила она.

– Вообще-то меня Борей зовут. А тебя как?

Сирена вместо ответа прыснула в кулачок.

– Что тут смешного, – слегка обиженно произнес Самум.

– У меня тоже ассоциации. У моей бабашки Борисом петуха звали. Любопытный был, страсть. Давай лучше хозяйство показывай.

Самум хотел обидеться, но потом молча отвел девушку к катеру.

– По левому борту ящики с обмундированием и продуктами. По маркировкам разберешься. Вытащи, проверь содержимое, сроки годности и качество упаковки. Там же должны быть рюкзаки. Собери четыре с аварийным запасом. В каждый не больше пяти килограммов.

– Меня Леной зовут, – неожиданно сказала девушка.

– А вот у моей бабушки… – сердито начал Самум, но, прервав фразу, закончил: – Очень приятно, Борис. – Оба весело рассмеялись. – Ладно, работай, Елена троянская, позже поговорим. – И Самум пошел к железным столам, на которых было разложено оборудование, с которым он возился до прихода Шамана и Сирены в ангар.

Когда вернулся Шаман, оказалось, что три часа пролетели незаметно.

– У нас есть еще сутки, – когда, увидев командира, вся команда собралась вокруг него, поставил в известность Шаман. – Что у тебя, – кивнул он Колдуну.

– Песчанки новые. Это, как сам понимаешь, и хорошо и плохо. Все в полном порядке, но надо дополнительно поставить глушители.

– Сколько тебе надо времени?

– Если подходящие найдутся на складе, то часа три.

– Хорошо, действуй.

– Что у тебя, Самум?

– Ты же знаешь. Все свое ношу с собой. У меня полный порядок.

– Сирена?

– Продукты в норме. Аварийный запас в рюкзаках. Других вводных не поступало.

– Тогда так. После обеда мы трое занимаемся вооружением, а за Колдуном глушители.

– Я вот одного не могу понять, обед уже прошел или еще не начинался? – капризно спросил инженер.

– Уже полчаса как готов, – проговорила Сирена, делая жест в сторону катера.

– Вот оно беспокойство о личном составе, – радостно потирая руки, строя уморительные гримасы и пританцовывая, говорил Колдун. – Тебе надо было присвоить позывной Спасительница. С нашим командиром кроме орденов и язвы ничего не наживешь. А я хочу животик круглый и аппетитный, чтобы много вкусных вещей входило.

Так под радостный шум Колдуна они прошли грузовой отсек катера и оказались в отделении для экипажа и десантников, которое вмещало двенадцать человек. Мужчины попадали в ближайшие от входа кресла, а Сирена, пройдя к пищевому шкафу, подала каждому из них по герметично закрытому небольшому подносу.

Шаман первым сорвал мягкую крышку – и по кабине разнесся вкусный запах.

– Копченый цыпленок с рисом и овощами. Где ты откопала такую прелесть? – спросил Колдун, который тоже успел добраться до своей порции.

– Мы забыли, что в катере есть свой запас продуктов. Я порылась тут немного, надо же знать где что лежит, – ответила Сирена, срывая крышку со своего подноса.

– Вот что значит женщина, – проговорил Шаман с набитым ртом. – Теперь я всегда буду знать, кто из вас где находится.

– В любом положительном приобретении есть и свои отрицательные стороны, – философски пробурчал Самум, получая из рук девушки пакет с томатным соком.

Дальше обед проходил в полном молчании. Когда мужчины справились с едой и, откинувшись на спинки кресел, закурили, Сирена, собрав подносы, спросила:

– Чай, кофе, слип, сок. Что желаете?

Колдун попросил сок, остальные сделали выбор в пользу кофе, и еще на пять минут в катере установилась полная тишина, пока не было выкурено по второй сигарете.

После обеда, загрузив две тележки оружием, Шаман, Сирена и Самум отправились в тир, оставив на хозяйстве Колдуна, занятого песчанками.

Вернулись в ангар они уже под вечер, уставшие, пропахшие порохом, и занялись чисткой стволов и смазкой механизмов. Закончив работу и сложив оружие, мужчины сели перекурить. Шаман объявил перерыв на час и по просьбе девушки отпустил ее забрать вещи из казармы и привести себя в порядок.

Когда все члены группы вновь собрались в ангаре, Шаман разостлал на полу ангара кусок плотной ткани.

– Садись, – указал он Сирене на один из углов импровизированного одеяла, а сам устроился в метре от нее, поджав под себя ноги и положив предплечья рук на колени.

Девушка повторила позу командира.

Для Самума и Колдуна эти приготовления, по всей видимости, не были неожиданностью и через минуту оба, вытирая руки, уже сидели друг против друга. На полу образовался квадрат, вершинами которого были четыре человека.

– Между собой мы это называем пошаманить, – обращаясь к девушке, пояснил командир. – Успех группы во многом зависит не только от индивидуальных способностей ее членов, но, как ты сама понимаешь, и от слаженности работы всей команды. Чтобы эту взаимосвязь усилить, мы проводим ежедневные тренировки. Это примерно то же самое, как каждый из нас чувствует свою руку или ногу. Также он должен чувствовать своего товарища, сначала эмоционально, а потом и в конкретном действии. Ты должна быстро этому научиться, так как у тебя есть неплохие задатки. Ведь на полосе ты почувствовала настрой инструктора. Теперь закрой глаза и постарайся сосредоточиться на сигнале. Каждый из нас пошлет тебе эмоциональную волну. Ненависть, страх, доброту или что-нибудь другое. Ты должна будешь ответить не только, какую эмоцию ты ощутила, но и от кого она к тебе поступила. У тебя три минуты. Сейчас слева направо, поочередно, ощути каждого из нас, почувствуй энергетику, отличи один получаемый сигнал от другого. Все понятно?

– Да.

– Тогда работаем.

Сирена закрыла глаза и сделала попытку почувствовать сидящего слева от нее Самума. Вспоминая зрительно, как он сидит, держит голову, она закрыла туманом остальных. Видела только его фигуру, профиль лица, пытаясь кожей, головой почувствовать хоть что-то – теплое дуновение, но ничего не получилось. Тогда она спрятала Самума в туман и перешла к фигуре Шамана. Он сидел напротив, и ей показалось, что она ощущает какое-то давление, возникшее в области груди. Колдуна она тоже не почувствовала. Открыв глаза, она увидела, что все смотрят на нее.

– Ну, какие ощущения? – спросил Шаман.

– У меня ничего не получилось, – расстроенно ответила девушка. – Разве что легкое давление на грудь, когда я пыталась почувствовать вас. – И она кивнула на Шамана.

– Не расстраивайся, с первого раза редко у кого получается просто почувствовать, а еще сложнее идентифицировать человека. Во-первых, обращаешься ко мне на ты, а во-вторых, следующее задание полегче. Попробуй почувствовать эмоцию. Закрывай глаза. Сосредоточься. Начали.

В первые несколько секунд девушка не ощущала ничего, потом ей показалось, что по всему телу разливается какая-то теплота, стало уютно и спокойно. Вскоре это чувство пропало, а ее тело продолжало искать его. Неожиданно повеяло холодом, захотелось сжаться, мурашки побежали по коже, но она не стала терпеть, а попыталась согреться и мысленно зажгла у себя в груди огненный горячий шар. Стало легче. Ощущение холода медленно исчезло. Вдруг ей захотелось отклониться влево. Она ничего не видела, но ей показалось, что так будет безопаснее, что справа кто-то пытается ее ударить. Сирена понимала, что это не так, что удара не будет, но желание изменить позу и сместиться в сторону осталось. Тогда, чтобы как-то уменьшить или снять это ощущение, она мысленно выставила блок согнутой рукой над своей головой. Стало легче, но появилось ощущение, что удар может последовать с другой стороны. Тогда девушка мысленно сама нанесла удар вправо. Ощущение опасности прошло, но не отпустило до конца. По всей видимости, противник выбирал другое место для поражения. Она по-прежнему была напряжена, ощупывая пространство всем телом вокруг себя. Постепенно все стало нейтральным. Перед глазами стоял легкий серый туман, казалось, растекающийся до бесконечности. В этом тумане она была единственным живым существом. Потом откуда-то прилетел звук. Она попыталась понять его значение и наконец услышала, что ее зовут. Сделав над собой усилие, ощутила свое тело и поняла, что забыла о нем, когда пыталась поймать эмоциональные атаки. К ней вернулось чувство реальности и позы. Не открывая глаз, она четко видела ангар, расположенных вокруг мужчин и даже себя, сидящую с закрытыми глазами.

– Открой глаза, – отчетливо услышала она голос Шамана.

Свет не ударил по зрительным нервам, чего она опасалась, выныривая из своих видений. Все трое смотрели на нее и улыбались. Легкая расслабленность пропала, и девушка, чтобы убедиться в этом, даже повела плечами.

– Вот видишь, у тебя прекрасно все получилось, – проговорил Самум.

– А откуда ты знаешь?

– Лицо. Все, что ты пережила, почувствовала, читалось на твоем лице, – пояснил Шаман.

– Сначала улыбалась, потом была недовольна, а в конце испугалась и даже успела разозлиться, – прокомментировал Колдун. – Кстати, командир, она мысленно меня ударила.

– Ты сам первый хотел ударить меня по голове, – возмутилась Сирена.

– Наш человек, – многозначительно протянул Самум.

– Что еще почувствовала? – спросил Шаман.

– Сначала было тепло и уютно, потом холодно.

– Ты решила немного согреться и разожгла в себе небольшое солнце.

– Да. А что, это по лицу видно?

– Это просто видно.

– Как?

– Позже сама разберешься. Самум, дашь ей там почитать из своих запасов. Она на тебе. Работаем дальше.

Тренинг группы продолжался еще более часа, но за какие-то конкретные успехи Сирена больше похвалить себя не могла, о чем сразу сказала Шаману.

– Не все сразу. Задатки у тебя хорошие, – успокоил девушку командир.

После ужина, в ходе которого девушке опять наговорили комплиментов, Колдун заявил, что пошел спать и стал устраиваться на заднем сиденье песчанки. Самум, вручив ей книгу, включил свой персональный копайзер. Заглянув ему через плечо, она увидела, что он играет в какую-то сложную игру, в которой постоянно появляются, исчезают и смещаются в хаотическом порядке различные фигуры.

– Пойдем, немного поработаем, – оторвал ее от созерцания игры Шаман.

Они прошли в кабину катера, где, посадив ее в кресло и сев напротив, командир потребовал расслабиться. Вскоре, потеряв ориентацию в пространстве и во времени, она уже парила в воздухе. Ощущение свободы от полета захватывало дух, поэтому, когда все кончилось, остался легкий осадок неудовлетворенности.

– Теперь ты быстрее и четче будешь чувствовать окружающий тебя мир, доверяй интуиции, прислушивайся к окружающему. У тебя все получится, нужно только время, – объяснил Шаман. – Колдун, вон, мины чувствует. Охранные системы без сканеров распознает.

Когда капитан ушел, она открыла книгу, которую ей дал Самум. «Краткий курс методов психической адаптации в экстремальных условиях активной жизнедеятельности», – прочитала она на титульном листе.

«Это тебе не мамины сказки на ночь», – подумала она про себя, со вздохом открывая первую страницу и поудобнее устраиваясь в кресле.

Сирена не заметила, как уснула. Не проснулась и тогда, когда Шаман, осторожно опустив спинку кресла, укрыл ее одеялом.

Утром она поступила в распоряжение Колдуна. Инженер объяснил ей принцип управления песчанкой. Это был компактный армейский вездеход на воздушной подушке, по огневой мощи превосходящий боевую десантную машину. Легкая двуствольная автоматическая пушка, два пулемета, управляемые противотанковые ракеты, два переносных зенитных ракетных комплекса были тем оружием, которым она должна была уверенно пользоваться.

В управлении песчанка была очень простой и легкой, так что, когда она сделала несколько поворотов в ангаре, где было тесно и особенно не разогнаться, Колдун решил, что для начинающего водителя этого достаточно, перешел к знакомству с имеющимися в группе системами ракетного и минного вооружения. В конце своей лекции он сунул ей инструкцию по применению этих систем в боевой обстановке, порекомендовав побыстрее во всем разобраться, так как к вечеру устроит ей небольшой экзамен.

– Уже вторая, – констатировала девушка.

– Что вторая, – не понял ее Колдун.

– Книга, говорю, вторая. Первую вчера Самум вручил.

– А Шаман тебе еще ничего не давал?

– Пока нет.

– Тогда готовься. От его книжек не заскучаешь. Самая его любимая – это «Медитативные техники колдунов и шаманов при воздействии на природные факторы и человеческое сознание». Как прочитаешь, что, прежде чем войти в транс, должен правой рукой вырвать из груди жертвенного козленка его сердце, а за левым плечом увидеть стоящего трехрогого бога Гевасомена, в трехпалых лапах которого зажат черный меч вечной кары, я думаю, спать особо не захочется. Вдруг это ночью приснится. Про человеческие жертвоприношения я уже не говорю.

– Заканчивай меня пугать, все равно не получится.

– Нужно мне это. Шаман с Самумом нетрадиционщики, слыхала что-нибудь о таких. Еще их, иногда сокращая, нетрацами зовут.

– Впервые слышу.

– Тогда вникай. У них своя война и свои методы. Побеседуют с духами, выпьют на шабаше, прочтут парочку заклятий – и готово, вчерашний здоровенький враг – сегодняшний свеженький труп. Поверь моему слову, задание у нас будет еще то.

– Послушай, Колдун. Зачем Шаман меня в группу взял? От меня ведь вам сейчас головной боли больше, чем пользы.

– Шаман просто так ничего не делает. Взял, значит, надо. Зачем взял, когда время придет, скажет. Ты, главное в себе не сомневайся, что нужна, и польза от тебя будет. Вот, например, петь тебя Шаман заставлял?

– Заставлял.

– Вот. Значит, из тебя шаманку делать будет.

– А если я не хочу?

– Да кто бы тебя спрашивал. Щелкнет пальцами – и ты уже на все согласна.

– Гонишь. Не похоже это на Шамана. Верю я ему.

– И правильно делаешь, на то он и Шаман, чтобы ему все верили. Все, хватит, изучай матчасть и не лезь больше с вопросами.

Колдун ушел, а Сирена еще долго не могла сосредоточиться и начать читать инструкции, перебирая фразы и обдумывая полученную от инженера информацию.

День пролетел незаметно, пообедали всухомятку и к вечеру начали грузить свое разложенное по всему ангару хозяйство в катер.

Когда все было погружено, Шаман в последний раз обошел территорию. Что-то мурлыча себе под нос, попинав лежащую упаковочную бумагу и две пустых коробки, прошел в кабину катера, где его ожидали все члены группы.

– Завтра с утра начинаем погрузку на носитель и пойдем в точку выброса, – начал он без предисловий. – Наша цель – планета с кодовым названием Загадка – находится в системе звезды Хохайя. Все вы знаете о тинале. Так вот, по нашим расчетам, сырье для тинала гаюны добывают именно там. Суть задания в конечном итоге сводится к захвату планеты и прекращению производства на ней тинала противником.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю

  • wait_for_cache