290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Хмарь. Солдат удачи (СИ) » Текст книги (страница 2)
Хмарь. Солдат удачи (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 21:30

Текст книги "Хмарь. Солдат удачи (СИ)"


Автор книги: Николай Соколов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Отец как всегда был эмоционален. Я еще расспросил его о возможностях нейрокоммуникатора и согласился.

Участие в подпольных боях далось мне тяжело. Выигрывал я редко. Поэтому за неделю боев мое тело украсили множество синяков и ссадин. Можно было поправить свой внешний вид в медкапсуле, но отец берег все заработанные деньги.

– Твой заморенный и избитый вид обманет противника и поможет заработать нам кредиты. Ставки будем делать в финале. Мы точно знаем, что выигрывать не будем, – убеждал он меня.

О начале соревнований объявили на построении. За победу пообещали немыслимые для курсантов блага: поставить нейросеть "Пехотинец 2М" и участие в соревнованиях корпорации на звание лучшего бойца.

– Давай в начале прикинемся слабаками, как бы случайно побеждающими, а в последних двух боях перед финалом покажем быстрый и эффектный поединок, – предложил я. – Кто будет побеждать, если судьба сведет нас?

– Ты, – сказал отец, – все уже привыкли, что я побеждаю, поэтому на тебе больше заработаем. Эта призовая нейросеть нам не нужна. Она для сержантского состава, а мне хочется купить что-нибудь на вырост, как минимум нейросеть для офицерского состава, – добавил он. – Поэтому первое место не наша цель.

Нам повезло, все прошло как по маслу, самое главное, нас не свели в одном поединке в плей-офф.

В начале соревнования ставки на нашу победу в поединках были один к трем. Большинство, увидев, внешний облик, а после подпольных боев даже отец был в синяках, ставили против нас. Да и на взгляд профанов бои мы выигрывали с трудом, хотя мне было трудно тянуть время, имитируя тяжелую битву. Для многих болельщиков была шоком быстрота последних наших побед. Мы их выиграли в первые секунды боя. Отец довольно потирал руки. Наше благосостояние росло.

В первом бою финала мне по жребию достался один из наиболее вероятных претендентов на выигрыш, курсант Бонт. Он был просто непробиваемый. Показательно перед выступлением он ломал о свой железный лоб большие керамические плитки. Где он их брал никто не знал, но многие пытались повторить его подвиг… неудачно. Для его противников это был убийственный психологический аргумент. Несмотря на то, что специализированной техники боя у него не было, побеждал он всегда. Знали об этом не только курсанты, но и инструктора, которые и судили бои. Непробиваемость Бонта объяснялась приемом боевого коктейля, который он покупал в глубокой тайне от всех. Это мы узнали только в конце обучения.

На соревнования он приходил в красных шелковых трусах, черной футболке с красивым 3D узором и надписью "железная голова". Когда он появлялся, его фанаты скандировали восторженными воплями "Б-о-нт! Оле, оле, Бонт победит!" И еще много всего несуразного. Я на ринг вышел в заляпанной кровью футболке и застиранных трусах. Толпа сравнила нас и заорала: "Б-о-нт! Порви его, Б-о-нт!" Нужно отдать должное, я действительно выглядел блекло на его фоне, этакий мальчик для битья. Он даже не задумался своей железной головой, как я сумел попасть в финал.

– А-а-а! Я тебя порву как плюшевого зайку! – заорал он, брызжа слюной.

В этот момент ударил гонг. Мы встретились в центре бойцовского круга, на который были направлены взгляды болельщиков. Я не спешил нападать на него. А Бонт всем своим видом показывал болельщикам, что справится со мной за пару секунд. Для большего эффекта его черная футболка заходила волнами от играющих мышц, и его фанаты взорвались криками поддержки своего любимца. От его взрывных атак я легко уклонялся и даже контрактовал. То есть время шло, а мальчик для битья по-прежнему невозмутимо стоял перед ним. Это было для Бонта как красная тряпка для быка. Он не оправдывал ожидания фанатов. Приступы животной ярости сотрясали тело Бонта, вновь и вновь бросая в атаку. В какой-то момент я сумел подловить его на встречном ударе, правый кросс. От такого удара обычно противник сразу оказывался на полу, а он только тряхнул головой. Первый раунд закончился, и мы разошлись по углам.

Отец подошел и сказал:

– Хороший удар, точно нокдаун, можешь теперь пожестче с ним, непонятно, почему судья удар тебе не засчитал. Так что, вали его, иначе никак.

Курсанты громкими криками поддерживали Бонта. Второй раунд начался с громкого ора "Б-о-нт! Порви его!!!" А он смотрел на меня уже другим, настороженным, взглядом и стал уже беречься моих ударов. Но я опять сумел подловить его. Шаг влево, нырок вниз и в сторону под ударяющую правую руку, удар левой рукой снизу в голову. Кровь брызнула маленькой струйкой изо рта. Есть контакт. Бонта повело резко в право и он вынужденно встал одним коленом на настил. Судья остановил бой и открыл счет. Пока судья считал до восьми, вокруг установилась тишина, никто не ожидал от мальчика для битья такого удара. Отсчитав пять секунд, судья скомандовал "бой".

Безбашенные фанаты вновь взорвались дикими криками и воем. Обменявшись ударами с Бонтом, я понял, что для победы нужно добить его сильным ударом. Что я и сделал, взорвавшись серией, в надежде, что хотя бы один раз я пробью. Бонта качнуло в сторону и он упал на помост. Зал замер, и в этот момент кто-то, проснувшись, заорал: "Б-о-нт! Порви его!", но вновь погрузился в спячку после резкого тычка в область затылка.

Бонт поднял голову, мутным взглядом оглядел курсантов и сказал:

– Давай, выйди, и сам порви.

Курсанты взорвались истерическим дружным смехом.

После победы наш посредник сумел уговорить четырех финалистов вложиться в победу кредитами. А до этого все, кому он предлагал договорные бои, отказывали, еще и обзывали сумасшедшими.

Отцу в первом бою финала противник достался слишком пассивный. Он сразу ушел в глухую оборону и никак не хотел атаковать. Я видел, как отец с силой развёл ему руки и точным прямым ударом в голову закончил бой. Толпа болельщиков выразила неудовольствие боем свистом и улюлюканьем. А некоторые курсанты кричали и обзывались, грозя прибить бедолагу.

Договорные бои отец обыгрывал целым театральным представлением. В начале боя он побеждал по очкам, потом слегка открывался, пропускал два удара и, получив нокаут, падал на помост, дальше он изображал попытку встать и окончить бой победой.

Я же в начале боя позволял себя избивать, затем имитировал активность из последних сил, а потом, обессиленный, уходил в защиту, огрызаясь одиночными ударами. Показывая противнику, если он увлечется избиением, то я могу и ударить.

Один гад, чтобы показать свою крутость, во время боя стал показывать мне неприличные жесты. Кричал мне, что вы, русские, ленивые и алкаши. Откуда только узнал. Пришлось наказать. Этот наглец так ничего и не понял. После боя притащился требовать возврата кредитов. В начале он шевелил своими распухшими чёрными губами, сыпля угрозы. Потом, сверкая глазами сквозь маленькие щелки, попытался на меня напасть. Пришлось сделать массаж ушей, потом грудного отдела, чтобы взбодрить сосудисто-нервные пучки и мышцы. Для улучшения лечебного процесса включил точечный массаж шейно воротниковой зоны, стремясь проникнуть глубоко в ткани. После которого наглец достиг полного расслабление мышц и сознания. После моих стараний он воспринял мои доводы доброжелательно и обещал компенсировать проигранные ставки. В конце нашего общения его уши так распухли, что напоминали лепёшки. Вы видели чебурашку? Так у него точь-в-точь.

Все-таки странные эти западные мифы о русских. Нация, имеющая самую большую площадь территорий и сумевшая защитить их, выигравшая все крупные войны, запустившая первой космический спутник и Юрия Гагарина – ленивая? А если бы мы не ленились? Весь мир бы вздрогнул! Может поэтому нас все и боятся? Еще меня удивляет обвинение в том, что русские рабы. Рабы, которые только за двадцатый век совершили три революции и подмяли под себя фашистскую Европу? Три раза ха, ха, ха.

По итогам поединков я занял третье призовое место, отец – пятое. Мы проиграли только тем, кто заплатил.

Отец был доволен. Придя от своих друзей, он высокопарно заявил:

– Радуйся, сын, некоторые базы первого уровня нам бесплатно поставят от корпорации за участие в финальных боях. Кроме того, я достал по дешевке базы второго и третьего уровня, всего за тридцать процентов от реальной стоимости, "Рукопашный бой", "Тактика малых групп", "Бронекостюм". Лично для тебя – "Юрист" и "Программирование", а для себя – "Медик" и "Техник". Все с первого по третий уровень. Списанные они, немного устарели, но нам пойдут. Я выяснил, выше третьего не имеет смысла брать. Гранаты не той системы, – пошутил он.

Он имел в виду то, что базы выше третьего уровня работают только с нейросетью.

Курсантам, занявшим первые десять мест в соревнованиях, установили нейрокоммуникаторы первыми. Эта штука состояла из нейромоста, внедренного в мозг, и коммуникатора. Располагалось это чудо науки за ухом в виде черного пластикового нароста.

На лекции нам разъяснили, что нейросеть бесплатно ставится только ветеранам. А нам, молодым, достаточно этого. Нейрокоммуникаторы многоразовые, дешевы в изготовлении и удовлетворяют все потребности рядового наемника. С его помощью можно управлять вооружением, различной техникой, выходить в галонет, вести видеосъемку, загружать информационные базы со знаниями до третьего уровня включительно. Но при сравнении нейрокоммуникатора с нейросетью выявляется значительное функциональное отставание первого. Это и слабый искин, и более сильная зависимость загрузки "Баз знаний" от интеллекта, и низкий обмен данными с мозгом, и невозможность установки имплантантов.

Счастливчикам сразу выдали считыватели "Баз знаний" и базы "Бронекостюм" и "Вооружение" первого уровня.

– Ты не рассказывай, с какой скоростью происходит загрузка "баз" и какие знания получил, – посоветовал мне отец. – Зависть опасное чувство и ему легко поддаются некоторые люди, а для нас главное время протянуть. Солдат спит – служба идет. Главное держаться в середине, незаметность наше все. Все же не Родину защищаем.

– Да понял, я понял, – ответил я.

В медкапсуле внедрили нейромост, а на следующий день вставили нейрокоммуникатор. Перед глазами появился логотип корпорации "Нейрком" и развернулся полупрозрачный рабочий стол. Медработник посоветовал свернуть его и пойти поспать в кубрике. Исследованиями лучше заняться завтра, так как синхронизация происходит около суток.

Пропустив двое суток после операции, я поставил на изучение базу "Бронекостюм" первого уровня. Через 23 часа запустил на установку базу "Вооружение". В среднем получилось, что на изучение одной базы первого уровня потребовалось около суток. Осторожно поинтересовавшись у других курсантов, я выяснил, что у многих на это уходит больше четырех суток. Я быстренько посчитал, 6*24 ч=144 часа, то есть около семи Земных суток на все базы первого уровня, которые есть у меня в наличии. Поэтому я решил сначала изучить все базы первого уровня, которые дал мне отец, а уж потом договориться с инструкторами о шести часовых практических занятиях. На практические занятия мы с отцом пришли в первой десятке.

Второй уровень баз я начал изучать с "Программирования" в надежде оптимизировать свой нейрокоммуникатор. Изучив "Программирование", я сразу залез в настройки нейрокоммуникатора и обнаружил, что он докладывает обо всех моих действиях искину станции. Также была возможность стороннего перехвата управления нейрокоммуникатором. И все это можно было исправить только с третьим уровнем базы. Я сразу нашел отца и рассказал ему об этой проблеме. Оплатив доступ в галонет, мы на одном из форумов нашли решение. Там советовали для блокировки этих нехороших функции установить базу второго уровня "Программирование". После этого появится возможность открыть доступ специалисту для настройки. Специалист должен иметь изученную и сертифицированную базу "Программирование" третьего и выше уровня. Отец тяжело вздохнул, и мы пошли к медтехникам. По пути отец поведал, как познакомился с ними.

– Запали они на девчонок в моем кубрике, а там я, такой весь крутой боец, их охраняю. – С иронией рассказывал он. – Ну, они подкатили ко мне, вино принесли, закуску. В общем, хорошо посидели. Они и посоветовали, у кого и по какой цене можно купить информационные базы. С девчонками они теперь дружат, у них же нет побочных эффектов после инъекции.

Доступ в медблок для меня был закрыт. Отец отправился к своему знакомому, оставив меня рассматривать потолок. Скучать мне не дали снующие туда-сюда медсестры. Они с интересом разглядывали меня, прикалывались и подшучивали. "Кого же ты ждешь, Иван-царевич?". Я напускал туману и делал загадочный вид, чтобы как золотую рыбку подсечь клюнувшую на меня девушку. Отец вернулся очень быстро и протянул базу "Боевая медицина" первого уровня.

– Фамилия моя – Балбес, сразу не сообразил, – сказал он, – в кредит пришлось взять. Ну и программирование для себя взял. Спасибо, что подсказал.

И понеслась веселая жизнь: тренажер-симулятор пехотинца, физподготовка, затем полигон с полосой препятствий в бронекостюме. Милашки-медсестры, зазывавшие меня в гости, ушли в прошлое, оставив приятные воспоминания и несбывшиеся фантазии.

Личное время нам немного, но выделялось. Мы с отцом тратили его на изучение баз. Каким-то образом отец договорился о разгоне. И мы один раз в неделю тайком приходили в медблок и проводили в капсуле всю ночь.

– Скорость обучения увеличилась почти в два раза, и это замечательно, – сказал отец. – Как только выучишь "Программирование" третьего уровня, пойдем покупать сертификат. Может программки какие установишь хитрые, заодно проведешь оптимизацию.

– Хорошо, поищу в галонете, готовь кредиты, бесплатно здесь только первый бит, – сделав умный вид, ответил я.

Мы планируем какие-то дела, планируем программу действий на несколько лет, однако никто не может знать, как располагает им бог. Главное верить, что иногда бог забирает серебро, чтобы взамен подарить золото. Вот только всякие изменения жизни связаны с тяготами, которые лягут на ваши плечи тяжким бременем. Вот и у нас планы через день поменялись кардинально.

Офис компании «Биоинжинеринг»

В кабинете начальника СБ находились два человека, вице-президент компании "Биоинжинеринг" Лер Винар и начальник Службы Безопасности полковник Гарус, выглядевший этаким крепким старичком. Кроме того, два аграфа, посланник клана "Сумеречная звезда" Фертониэль и заместитель главы клана Тайной Стражи аграфов Черониэль.

Лер Винар сидел молча с расфокусированным взглядом и хмурясь, что-то читал пришедшее ему на нейросеть. Полковник Гарус внимательно рассматривал аграфов. Те в ответ с бесстрастными масками смотрели на него, как на букашку. Никто не стремился первым начать разговор. Неловкая пауза затягивалась.

– Гхы-гхы, – прокашлялся Лер Винар и направил взгляд на посланника.

Тот посмотрел на Лера и спросил:

– Быть может уважаемый Лер Винар расскажет нам, как прошли тестовые испытания вакцины Джоре на новобранцах с дикой планеты Земля?

– Испытания прошли успешно. Подопытные, у которых обнаружили ДНК, близкую к генотипу Джоре, увеличили свои физические показатели от полутора до двух коэффициентов Эстера, регенерация организма бесподобна. К сожалению, вакцина отторгается другим генотипом вплоть до смертельных случаев. При сравнении, ваша последняя разработка ХМ5768976 проигрывает по всем показателям. К недостаткам стоит отнести много побочных эффектов, наблюдающихся на третьем году службы. Психологическая неуравновешенность выявлена у 90 % испытуемых, генетические изменения не более 30 %, много смертельных заболеваний на пятом году.

– Разрешите прервать вас, Лер Винар. СБ Империи Антран заинтересовались вашими разработками и высылают ревизионную комиссию. Если Император узнает, что мы предоставили вам украденную у него тридцать семь лет назад вакцину Джоре…

– Нас что, зачистят? – С испугом напрягся Лер Винар.

– Нет. Если вы во время боевых испытаний проведете устранение подопытных землян, обязательно с уничтожением генетического материала, то надобность в чистильщике отпадает. Все должно пройти незаметно. Тем более их немного, всего семьдесят пять разумных.

– Хорошо, мы сворачиваем обучение этой группы. У вас еще какие-то вопросы, посланник?

– Да, новый состав вакцины мы вам предоставили. От вас требуется провести испытание в ближайшее время на следующей группе землян. Мы надеемся, что наша совместная работа продолжится так же плодотворно.

После того, как аграфы ушли, полковник Гарус достал бутылку красного вина и молча разлил по бокалам. Когда они выпили, он спросил:

– Что будем делать?

– Все данные по этой группе уничтожить, а всех вакцинированных куда-нибудь зашли без возврата.

Система ВК№ 5767 планета Тромс

Вот уже неделю выпускные экзамены наш батальон сдает противнику. Не выдержали испытания пока двое.

Наш наниматель корпорация шахтеров "Копатель 22". У них проблемы с конкурирующей корпорацией "Копатель 11" из-за шахты с редкоземельным минералом. Спор давний, мирные переговоры ни к чему не привели. Суд Содружества вынес решение в пользу корпорации "Копатель 22". Вот только во фронтире многие вопросы принято решають силой, у кого больше пушки на космических кораблях, тот и прав. Как только судья сказал "Судебное заседание окончено", произошел рейдерский захват шахты с редкоземельным минералом. Корпорации "Копатель 11" попыталась использовать свой последний шанс. Основные силы они расположили в районе шахты "Глубокая". Тяжелая штурмовая пехота рейдеров заняла оборону в космопорту для предотвращения высадки десанта. Даже в город, где проживали шахтеры, рейдеры ввели до батальона пехоты. Мне было неизвестно, какими силами наши наниматели блокировали систему в космосе, но в живой силе и по вооружению наземные войска имели существенное преимущество. Однако быстрого возвращения имущества не произошло. ЧВК пришлось с тяжелыми боями выбивать конкурентов из космопорта.

Группе К3244, состоявшей из пяти усиленных батальонов, в которую входил наш взвод, требовалось освободить огромные складские комплексы космопорта. Взвод подчинили технической группе в качестве усиления штурмовых дронов. Предполагалось, что боевую работу будут выполнять дроны, а пехота, продвигаясь за ними, произведет контрольную зачистку объекта от противника. Первые два дня так и происходило. Перед штурмом миниатюрные дроны незаметно поникали внутрь здания или складского комплекса и докладывали операторам подробную информацию об обстановке внутри. Готовили подробную 3D карту с помощью датчиков и лазерного сканирования. После разведывательных действий в бой вступали штурмовые дроны, проводившие первичную зачистку помещений. За ними шли наемники прогулочным шагом, постреливая по подозрительным углам. Однако на третий день от весёлого и беззаботного настроения не осталось и следа. При штурме торгового комплекса мы потеряли убитыми двух человек и пятнадцать дорогущих штурмовых дронов. Засаду противник организовал как по учебнику. Позволил войти в здание, после чего активировал аппаратуру радиоэлектронной борьбы, излучающую светошумовые и электромагнитные импульсы (ЭМИ). Дроны ослепли и замерли как истуканы. Вражеский боевой десяток приблизился и приступил к деактивации, намереваясь разбогатеть за наш счет. Мы возмутились подобной наглости, и вступили в бой с открытым забралом. Это не означает, что мы открыто, без подвоха и с честными намерениями, приступили к уничтожению врага. Дело в том, что в ослепших бронекостюмах много не навоюешь. Дронов мы вернули. Десяток наглецов сбежал изрядно ощипанный, но непобежденный. На следующий день сменив тактику, отбили торговый комплекс. Теперь в первой линии наемники шли вместе с штурмовыми дронами. Риск возрос, но и прибыль от мародерства возросла.

В складских комплексах космопорта находились на хранении различная техника, минералы, добываемые в шахте, одежда, продукты и вина, иногда счастливчики могли найти и дорогую электронику. Наемники забивали свои вещмешки различными ценностями для того, чтобы обменять на кредиты, с надеждой потратить накопления с большим размахом после военной компании. Мы с отцом придерживались другого мнения. Которое выражалось словами "мертвым деньги не нужны". Вследствие чего мы найденные трофеи меняли у интендантов на улучшенную защиту бронекостюмов и более мощное вооружение. Хочешь выжить на войне, усиливай вооружение и защиту себя любимого всеми доступными средствами. После наших стараний на моем бронекостюме закреплены как новогодней елке сканер, энергощит второго уровня, станер, ЭМИ гранаты и много другой необходимой военной мелочи как для разведки, так и для защиты. Отец успел приобрести все это достаточно дешево.

По прошествии месяца цены на защиту взлетели в разы. А вначале боевых действий сержант убеждал, что в бронекостюмах мы неуязвимы как Ахиллес. Потери показали, что наш бронекостюм МБ400 (малобронированный) это сплошная Ахиллесова пята для лазерных и плазменных штурмовых комплексов. Даже усиленный бронекостюм не спас нашего сержанта, он получил ранения несовместимые с жизнью.

В тот день мы как обычно штурмовали высотное здание. Сержант дал приказ нашему отделению начинать зачистку с чердака. Ну а сам он должен был руководить атакой с первого этажа. Мы привыкли, что нам противостоят такие же наемники-новички. Их немного попугаешь, и они сдаются. В контракте был отдельный пункт о выкупе наемника, попавшего в плен, чем новички и пользовались. В этот раз попались ветераны, для которых рейтинг имел огромное значение и когда их прижали сверху, не колеблясь, они пошли на прорыв. Ведь крыса, которую загнали в угол, смертельно опасна, а опытные вояки втройне.

– Это профессионалы, они порвали нас как тузик грелку! – возбужденно кричал отец.

Да, если бы у меня не было энергощита второго уровня, лежал бы там, на третьем этаже, как поджаренный цыпленок табака. Гранатами ЭМИ вывели из строя всех дронов первой линии, потом открыли бешеный огонь на подавление. Плотность огня около десяти или больше стволов. Я только и успевал менять энергоячейки на защите. Как они удивились, получив ответку в упор. Но мы ведь не лыком шиты. Что интересно, при отступлении они ни раненых, ни убитых не бросили.

Смотрю по сканеру, в тыл нам три духа пробираются. Ну, я решил сам с ними разобраться, побежал к ним на встречу. Встретил их в буфете, кушать, наверное, захотели. Гранату им катнул под ноги, после взрыва контроль штурмовым комплексом начал проводить. А тут четвертый непонятно откуда вывалил, он мне энергощит в ноль снес и ногу легонько зацепил. Не знаю, как я успел уйти с линии огня. Для меня в тот момент важнее было обезопасить себя, чем изображать героя.

– Папа, бегство, это не трусость, а правильно спланированный маневр! – поддержал я отца.

Кивнув мне, отец продолжил:

– Он за мной побежал. Отомстить, наверное, решил за друзей. Ну, я и вывел его на охранного дроида марки "Тарантул". Ты же знаешь, чем он стреляет…

Три сквозных попадания, после этого не выживают.

Подошел к нему на всякий пожарный осторожно со спины. Вдруг недобиток жив и против меня замыслил гадость, так ему придется как минимум развернуться в мою сторону. Проверил я его на трофеи, богатенький Буратино.

– Держи, – отец протянул мне браслет телесного цвета, – сходишь в техслужбу, они взломают его. Я думаю, это был главный у них. Потому что духи передумали наступать на нашем направлении и отступили. Нас не додавили самую малость. После боя в моем отделении всего один боец остался. Мы оба ранены, остальные двухсотые, дроны в хлам.

– Здорово вас прижали, – вставил я.

– Да, дама с косой рядом прошла, – тихим голосом проговорил отец. – Обломав зубы об нас, ударили в зоне ответственности первого отделения. Да, да, это где межярусный лифт и аварийная лестница. Когда духи прорвали оборону, на сержанта выскочили. А он расслабился до такой степени, представляешь, в кресле отдыхал во время боя, поэтому даже сопротивление оказать не успел. Прямое попадание в забрало шлема плазмой, теперь там дыра. У него в голове, оказывается, мозг все же был, сам видел остатки. Ушли они, а мы теперь без начальства. – Эмоционально махнул рукой отец. – Пойду, доложу лейтенанту.

Он резко развернулся и похромал в сторону командного пункта.

Офицер технической группы временно назначил на должность сержанта отца, как самого инициативного. Так что отец стал и.о. сержанта. Он разделил остатки взвода на две равные части. Второй половиной назначил командовать меня. Коррупция чистой воды или семейная клановость, скажете? Нет, просто у меня единственного во взводе была прокачана и сертифицирована база "Тактика малых групп" третьего уровня. Тактику штурмов мы изменили и потери во взводе уменьшились, а результативность выросла.

Отец придерживался принципа "солдат всегда должен быть занят" и находил нам различные занятия. Лично я должен был следить за однотипностью основного вооружения, желаешь супер-пупер навороченную пушку, пожалуйста, но свой КШД-3 держи при себе в исправном состоянии. А то заведут себе "Большой Бум", а он всего на три мощных выстрела. Ударная мощь у него просто огромная, вот только огневой бой может быть несколько часов, и придется умнику прятаться за нашими спинами.

Сходил я в техслужбу, оказалось, это крутой браслет с искином. Техник долго вертел браслет в руках, не в силах с ним расстаться. Пришлось приложить некоторое усилие, чтобы вернуть себе отцовский подарок.

– Продай! Вы же дикие, а значит тупые. Мозгов не хватит его использовать. искин очень требователен к интеллекту. Нужно минимум 150. Он и у предыдущего хозяина работал не на 100 %, использовался только для управления вооружением.

Можно было обидеться и дать в морду. А к кому потом обращаться? Дешифратор взлома в единственном экземпляре был только у них. Мне стало понятно, почему отец не пошел к ним, он бы точно люлей насовал им, слишком наглые ребята.

Любопытство сгубило кошку, ну и меня тоже когда-нибудь погубит. Я, как только вышел от них, сразу надел браслет на руку. Мне повезло, сопряжение устройств прошло на "хорошо". искин сообщил мне, что в связи с тем, что у меня установлена нейрошина модели Y1 и нейрокоммуникатор модели пехотинец 2У, он не сможет эффективно работать. Мыслесвязь заблокирована, но мы можем общаться в голосовом режиме. Я дал имя искину "Домовенок Кузя" и засыпал его вопросами.

В процессе общения выяснилось, что в нем предусмотрено использование тридцати двух управляемых каналов для взаимодействия с различными устройствами. У меня появилась идея провести интеграцию двух и более нейрокоммуникаторов с помощью Кузи. При тестировании мы с отцом выяснили, Кузя может устойчиво поддерживать связь в радиусе километра на ровной местности и сто метров в зданиях или сооружениях. Теперь в бою я смогу управлять не только тремя дронами, но и группой из двадцати восьми бойцов, что существенно для выживания. Действительно ценная вещь в боевой обстановке! Стало понятно, почему так горели глаза у техника! Заработать хотел на моей неосведомленности.

В следующих штурмах меня всегда прикрывал легкий штурмовой дрон "Стрелок 1Т". Кузя управлял им в авторежиме и реагировал на все враждебные действия против нас с отцом мгновенно. И самое главное, мы владели полной боевой обстановкой, где засел вражеский стрелок или спрятана турель. Кузя мог приблизительно указать даже возможные направления удара штурмовых групп противника.

Постепенно бои стали стихать, наступило затишье. Четыре месяца участия в боевых действиях сделали нас закаленными бойцами, так что все вокруг считали, что круче их только яйца.

Отец смеялся над ними:

– Попробовали бы они сходить в атаку без дронов, как наши деды в Великую Отечественную Войну. Медвежья болезнь им была бы обеспечена.

В корпусе процветал обмен по принципу "махнем не глядя". Для этого в ящики из-под боеприпасов складывали различное имущество, которые вскрывали только после обмена. Иногда находились хитрецы, которые укладывали в ящики различный хлам. Такой неравноценный обмен удавалось совершить один раз. Солдатский телеграф быстро разносил информацию о мошенниках. Их заносили в черный список и забывали. Они пытались качать права, но слишком агрессивных обычно били.

Мы с отцом тоже участвовали в таких обменах. Его знакомые делали ему заказ на редкие вещи, а у меня стояла база "Сканер" второго уровня. Она позволяла видеть, что находится внутри. Это было нечестно, но я не наглел, всегда в свой ящик укладывал неплохие предметы, которых у нас было много. Для меня важной была не сверхприбыль, а уверенность в честном обмене, в мою пользу, конечно. Таким способом я сумел для Кузи выменять расширение для памяти.

Отец часто пропадал у медиков и частенько приходил слегка подшофе.

Как-то он подошел ко мне, внимательно посмотрел и потребовал:

– Включи глушилку.

Когда я подключил ее, он, убедившись, что сигнал пропал, продолжил:

– Есть возможность красиво уйти из этого бедлама. Медики могут помочь за всего триста тысяч кредитов с головы. Потери большие. Медики могут провести нас под идентификатором ветерана, погибшего за один-два месяца до окончания контракта, или списать по ранению.

Манипуляции с мертвыми душами были выгодны многим. Страховые компании экономили на выплатах в случае смерти застрахованного после выхода на дембель. Командование улучшало статистику. Медики оставляли себе якобы использованные лекарства и реагенты для медкапсул и, в благодарность от клиентов за новую жизнь под новым именем, банковский чип с серебряной каемочкой.

– Ветеранов мало, – продолжал отец, – да и гибнут очень редко, но все-таки возможность у медиков есть. Тем более что для этого нужно сменить лишь идентификатор нейрокоммуникатора в базе данных ЧВКН. Я удивлен, но ДНК и все данные нашего взвода хранится только там. Так что шанс вырваться отсюда есть, главное знать, с кем поделиться кредитами. Это не контракт, а какая-то подстава. – Возмущался отец. – Нас не отпустят не только по ранению, но и после окончании контракта. У нас одна дорога, вперед ногами в горстку пепла. Так что большую часть добра прогоняем через медиков в счет оплаты. Маме я намекнул, что мы можем потеряться на некоторое время, пусть не беспокоится.

Если хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах. Наследующий день заявилась Служба Безопасности и начала обыски. Они тоже решили немного прибарахлиться за наш счет. Попали под раздачу те, кто не успел спихнуть мародерку. Даже у интендантов появились проблемы, кажется, с них трясли крупную взятку.

Я подошел к отцу, замершему с отсутствующим взглядом. Похоже, он что-то искал в галонете.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю