Текст книги "Линкоры - властители морей. XVII‑XX века"

Автор книги: Николай Шавыкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Конференция установила два типа крейсеров: водоизмещением в 10 000 т и с артиллерией 155—203 мм и водоизмещением до 10 000 т и с артиллерией не более 155 мм. Главным достижением конференции было продление перерыва в строительстве линкоров еще на 5 лет. Впрочем, конференция не обошлась без конфликта: Италия и Франция не подписали протокола и покинули конференцию.

В этот период Германия постепенно стремится восстановить свое положение среди других морских держав. В 1925 г. состоялось Локарнское соглашение, в котором Германия выступила уже как равноправная со странами–победительницами. В 1926 т. она вступила в Литу Наций и стала добиваться отмены военных статей Версальского договора. Наконец, в 1934 г. она построила три так называемых «карманных» линкора. Формально они отвечали статьям Версальского договора по вооружению и водоизмещению. Это было начало возрождения строительства линейного флота. В 1935 г. Англия и Германия подписали двухстороннее соглашение, в котором англичане санкционировали строительство германского флота, равного 35 % английского. Германия получила право иметь подводный флот в размере 45 % от английского. В 1936 г. был официально оформлен военно–политический блок «ось Берлин—Рим» и заключен «антикоминтерновский пакт» между Берлином и Токио.

В 1936 г. состоялась вторая Лондонская морская конференция, но она закончилась провалом. Япония не добилась полного равенства своего флота с флотом Англии и США и покинула конференцию. Основные морские державы отказались от всяких ограничений и приступили к строительству крупных надводных кораблей, которые, как тогда считалось, являлись основным ядром флота.

Если строительство линкоров было на время остановлено, это не значит, что остановилось и развитие военно–морской теоретической мысли. В период между мировыми войнами военно–морские теории, развиваемые в Англии, США, Италии и других странах, отличались крайней пестротой взглядов в части выбора средств борьбы для достижения господства на море. В первые годы после окончания Первой мировой войны получила развитие теория использования малых профессиональных армий, опиравшаяся на новые средства войны – танки и самолеты на суше и мощные линейные флоты – на море. Идея «генерального сражения», способного решить исход войны одним ударом, продолжала оставаться господствующей. Однако после войны авиация стала развиваться столь стремительно, что теоретики порой не поспевали за ее возрастающими возможностями, особенно в решении боевых задач на море. Другим оружием, появившимся в период мировой войны, были подводные лодки. Успех, который они имели в борьбе с торговым судоходством, предопределял их развитие. Окончание войны не позволило полностью раскрыть все возможности этих кораблей. Впрочем, некоторые военные специалисты считали, что введение конвоев резко снизило эффективность подводных лодок. Однако результаты, которые были достигнуты немецкими подводными лодками, производят впечатление. Примером может служить U-35, на счету которой находилось 550 000 т потопленного тоннажа союзников. Один из ее командиров, фон Арнольд де ла Перейра, потопил 445 000 т. (Эти результаты являются рекордными и не были перекрыты во Второй мировой войне.)

Наконец, появился еще один вид оружия на море – авианесущие корабли. Испытания, проведенные в 1921 г. американцами, продемонстрировали огромные возможности этого нового вида оружия. На этих испытаниях корабельная, палубная авиация успешно потопила трофейные немецкие линкор «Остфрисланд» и крейсер «Франкфурт». Однако комиссия, производившая разбор учений, пришла к выводу, что линкор еще остается главной силой в войне на море. Другие военные специалисты считали, что господство линейного флота еще в период мировой войны окончательно подорвано и надо искать другие (авиация, подводные лодки) средства в борьбе за господство на море. Как и в прошлые эпохи, появление новых средств борьбы тут же рождало как их горячих сторонников, так и столь же горячих противников. В тот период появились приверженцы только авиации или только подводных лодок, однако страсти постепенно улеглись, и к началу Второй мировой войны линкоры по–прежнему считались основой морских сил. Исключением в некоторой степени являлась Япония, где авиации уделялось очень большое внимание и где она считалась одной из главных ударных сил на море. Взгляды морских теоретиков Англии и США имели много общего, так как оба эти государства, особенно Англия, сильно зависели от своих морских коммуникаций. В основе их стратегии по–прежнему лежали концепции Мэхена и Коломба, основой которых было достижение господства над миром путем завоевания господства на море. Однако результаты Первой мировой войны поставили под сомнение главенствующую роль линкоров. Появились сторонники их упразднения, которые считали, что 15—20 линкоров не способны защитить 2 тысячи транспортов, одновременно находящихся в море. Поэтому, как считали противники линейного флота, необходимо строить крейсера. Отчасти эта позиция была поддержана Адмиралтейством, и в тот период появилось в составе флота Англии множество крейсеров различного назначения. Однако крейсера не могли эффективно бороться с подводными лодками, поэтому в Англии было сделано предложение о полном запрещении подводных лодок. Инициатором такой идеи был адмирал Ричмонд.

Насколько реально было реализовать эту идею, говорить трудно. Вряд ли какая‑нибудь страна стала бы отказываться от столь эффективного оружия в пользу идеи, заключавшейся в том, что «подводные лодки тормозят развитие надводных кораблей, заставляя увеличивать их водоизмещение, и тем самым заводят конструкторскую мысль в тупик». Некоторые итоги дискуссии о роли линкоров в будущей войне были подведены в книге Кресуэлла Д. «Война на море», в которой автор утверждал, что «линкор все еще является, и впредь останется становым хребтом морских сил». Точку зрения Кресуэлла разделяло и военно–морское командование США. (Однако в ходе войны Англия, хотя и имела огромное преимущество в числе линейных кораблей над Германией, тем не менее долго не могла эффективно защитить свои коммуникации от немецких надводных рейдеров.)

Бурный рост авиации породил сторонников другой крайности, считавших военно–воздушные силы способными решать любые боевые задачи на суше и на море. Особенно крайних взглядов придерживался американский генерал Митчелл, который утверждал, что армия и флот себя изжили и стали тормозом в развитии военного искусства. Наиболее интересными теоретиками военно–морского искусства в Германии были Гроос и Вегенер, особенно последний. В своей книге «Морская стратегия мировой войны» автор объяснял главную причину поражения Германии, в первую очередь на море. Вегенер наглядно доказал, что запертый в пределах Гельголандской бухты германский линейный флот оказался в стратегической пустоте. Германии, как считал Вегенер, следовало захватить побережье Франции и особенно Норвегии Тогда мощный германский линейный флот получил бы стратегический простор. Начало Второй мировой войны и Норвежская операция были разыграны «по нотам», написанным Вегенером. Однако Вегенер считался сторонником мощного линейного флота и недооценивал подводные лодки.

Военная доктрина Франции в вопросах войны на море особенного интереса не представляла, поскольку мало чем отличалась от английской. Впрочем, и во Франции появились теоретики, придерживающиеся революционных взглядов. Одним из них был адмирал Кастекс, утверждавший, что основную роль в будущей войне будут играть подводные лодки и авиация. Представляет интерес доктрина «самостоятельной воздушной войны», выдвинутая генералом Дуэ. «Воздушное оружие, – утверждал генерал, – является оружием не богатых народов, а народов молодых – гениальных, пылких, отважных, жаждущих простора и высоты». Несостоятельность доктрины заключалась в том, что переоценивала роль авиации в ущерб армии и особенно флота. Однако Дуэ сыскал много поклонников, среди которых были Митчелл из США, Сект из Германии и многие другие. С интересом к нему отнеслись и в Японии.

Любопытное исследование относительно строительства и использования военно–морского флота провел итальянский профессор Фиораванцо. Автор трехтомного труда «Интегральная война и война на море» пришел к выводу, что на ограниченных театрах нет необходимости иметь тяжелые корабли и что авиация с успехом может заменить флот. Он подошел к проблеме формирования флота не с точки зрения решения технических задач, а с позиции стоимости и эффективности того или иного вида вооружений. Так, в отношении линкоров он считал, что 10 торпедоносцев берегового базирования смогут с ним справиться при относительно небольшой их стоимости. Тем не менее ни Дуэ, ни Фиораванцо не отрицали наличия линейного флота, особенно в начальный период войны, но ему отводилась пассивная роль по принципу «fleet in being». При этом, учитывая слабость своего флота относительно английского, предпочтение отдавалось скорости перед бронированием. Теоретические взгляды в СССР на роль флота в будущей войне особого интереса не представляли. Советская оборонительная тактика на Балтийском и Черноморском театрах была довольно жалкой копией тактики, принятой в России в 1914 г.

Единственной страной, где лучше всего предугадали развитие и распределение ролей между кораблями разных классов, была Япония. Только она имела гармоничный, хорошо сбалансированный флот, способный решать различные тактические задачи и обеспечить господство на морском театре. И это при относительной технической отсталости по сравнению с США, особенно в области электронных средств. Если несколько заглянуть вперед и посмотреть на результаты нескольких операций на море, можно увидеть, что сторонники тех или иных взглядов, даже самых крайних, на применение отдельных средств ведения войны в отдельных случаях оказались правы. Филиппинское сражение вполне можно считать генеральным, приведшим к полному поражению противника и господству на морском театре. Норвежская операция и особенно критская показали торжество авиации над остальными родами войск. Малочисленные германские линкоры оказались, пусть и на время, хозяевами на коммуникациях. Таким образом, все теоретические взгляды во Второй мировой войне нашли свое, пусть и частное, подтверждение. Однако независимо от частных успехов окончательная победа лежит на стороне того государства, чья экономика оказывается более мощной и гибкой, способной оперативно перестраиваться в процессе войны в зависимости от изменяющихся потребностей армии и флота. Но вернемся от теоретических предвоенных рассуждений к линкорам.

Несмотря на то, что строительство линкоров было приостановлено, их совершенствование продолжалось. В первую очередь это коснулось артиллерии. Орудийные установки получили больший угол возвышения, были существенно улучшены системы подачи снарядов и зарядов, от чего возросла скорострельность. Необходимость обеспечения защиты от авиации противника привела к появлению большего числа зенитных орудий. Впервые появились универсальные пушки среднего калибра, способные вести огонь как по воздушным, так и по морским целям. Вначале это были орудия не крупнее 102 мм. В дальнейшем их калибр возрастал. Большое распространение получили зенитные одно– и многоствольные автоматы системы «Боффорс калибром 40 мм и «Эрликон» – калибром 20 мм.

Модернизации подвергались и энергетические установки линкоров. Произошел окончательный переход на жидкое топливо (мазут). На линкорах стали устанавливать противоминные були. В ряде случаев для лучшего действия зенитной артиллерии была изменена архитектура надстроек и уменьшено число труб. Примером удачной модернизации может служить итальянский линкор «Джулио Чезаре». На линкоре была ликвидирована средняя башня. Остальные орудия были рассверлены до 320 мм 18 казематных 120–мм пушек были заменены на 12 в 6 двухорудийных башнях. 76–мм зенитки заменили более совершенные 100–мм. Торпедное вооружение было ликвидирована. Изменились и главные измерения линкора: его длина возросла со 169 м до 182 м, а водоизмещение – с 23 000 т до 28 800 т (нормальное). Существенно возросли мощность энергетической установки – с 33 000 л.с. до 99 500 л.с. и скорость – с 21,5 уз. до 28 уз. Фактически в старом корпусе был построен новый корабль. Насколько такая модернизация имела смысл, сказать трудно, ибо полноценного линкора все‑таки не получилось и итальянские корабли (все 4 линкора прошли аналогичную модернизацию) уступали современным им английским линкорам типа «Куин Элизабет» в мощности огня и бронирования, хотя и превосходили их в скорости.

Последние также были модернизированы перед войной. Правда, из 10 линкоров типа «Бархем», «Ройял Соверин» наиболее полную модернизацию прошли только два: «Куин Элизабет» и «Вэлиант». На этих кораблях артиллерия среднего калибра была полностью заменена на 114–мм универсальные пушки. На остальных кораблях этих типов произошла только частичная замена на 102–мм зенитки. Что касается английских линейных крейсеров, то замена коснулась только крейсера «Ринаун», где 102–мм пушки были заменены на 20 универсальных 114–мм орудий. Другие два линейных крейсера были модернизированы только частично. Японские линкоры серий «Конго» и «Фусо» – «Хыога» также прошли модернизацию. Она позволила усилить бронирование и артиллерию ПВО за счет увеличения числа стволов и их калибров. Аналогичную модернизацию прошли в период с 1926 г. по 1934 г. и американские линкоры. На них была также усилена зенитная артиллерия, установлены катапульты для запуска самолетов и произведен ряд других мероприятий. В ходе войны все американские линкоры постройки 1912—1921 гг. прошли еще одну модернизацию и успели принять участие в Филиппинском сражении, где расквитались за свое поражение в Пёрл–Харборе.

Советские линкоры типа «Гангут» также прошли в предвоенный период модернизацию, но она не коснулась в значительной степени ни энергетики (разве что был осуществлен переход на жидкое топливо), ни орудий главного калибра и устаревших 120–мм пушек противоминного калибра. Зенитное вооружение было усилено незначительно и состояло из нескольких 76–мм пушек и множества практически бесполезных пулеметов. Была усилена палубная броня, а на «Парижской коммуне» были установлены противоминные були. В заключение можно сказать, что все попытки поддержать боеспособность кораблей, построенных 20 лет назад, оказались занятием дорогостоящим, но неблагодарным. Во всяком случае, когда происходила встреча между старыми и новыми линкорами, даже при преимуществе старых, они терпели поражение. Так было и при преследовании «Бисмарка» «Худом», и при Гуадалканале. Над старыми линкорами легко одерживали победы и их новые противники – авиация и подводные лодки. Так что вопрос о полезности и целесообразности модернизации с точки зрения затрат и получения желаемого результата можно считать открытым.

Несмотря на попытку заморозить строительство линкоров, оно было возрождено в начале 1930–х гг. Первыми приступили к постройке новых броненосных кораблей в Германии. Несмотря на мораторий, строительство линкоров, или, как их называли в Германии – Panzerschiffe (броненосцев), происходило на вполне законном основании и формально соответствовало всем статьям международных договоров, Версальского в том числе. Это были довольно странные корабли, не имеющие аналогов нигде больше в мире. Их в шутку называли «карманные линкоры». Но если отбросить шутки в сторону, то можно увидеть очень неплохие корабли. Можно только удивляться, как немецким конструкторам удалось разместить при столь небольшом водоизмещении столь мощную энергетическую установку, такие запасы топлива и вооружений, что сделало эти корабли весьма опасным противником, и не только для торгового флота.

В соответствии с военными статьями Версальского договора на смену устаревшим и выслужившим 20–летний срок службы броненосцам в Германии было последовательно заложено три корабля – «Дойчланд», «Адмирал Шеер» и «Адмирал граф Шпее». Их стандартное водоизмещение незначительно отличалось друг от друга и составляло 11 700 т, полное превышало 15 000 т. Главные измерения: длина 182 м, ширина 21,7 м и осадка 5 м (при стандартном водоизмещении, поскольку конструкция кораблей была достаточно близкой). Ниже будут приведены характеристики одного из них – «Адмирала Шеера». Энергетическая установка состояла из 4 групп двигателей, в каждой по два 9–цилиндровых двухтактных дизеля, суммарной мощностью в 54 000 л.с. максимальная скорость – 27 уз. Запасы топлива позволяли обеспечить дальность в 10 000 миль при 20 уз. скорости и 18 000 миль – при экономической. Вооружение кораблей было довольно мощным и превосходило вооружение любых крейсеров, способных посоревноваться с ними в скорости, но было слабее, чем на любом линейном корабле. Главный калибр состоял из шести 280–мм пушек в двух башнях. Пушки имели угол возвышения в 40 и длину ствола в 52 калибра. Скорострельность реальная – два выстрела в минуту. Масса залпа – 1800 кг. Артиллерия вспомогательного калибра – восемь 150–мм пушек с длиной ствола в 55 калибров. Масса снаряда – 45,3 кг. Скорострельность одноорудийных установок не превышала 5—7 выстрелов в минуту. Зенитная артиллерия состояла из трех спаренных 88–мм установок (впоследствии замененных на 105–мм) и восьми 37–мм автоматов. Корабли имели по два четырехтрубных 533–мм торпедных аппарата, расположенных на корме. В состав вооружения кораблей входили катапульта и два самолета. Вначале это были поплавковые Не-60, затем их заменили Ar-196. По своим тактикотехническим характеристикам корабли были ближе к тяжелым крейсерам, но поскольку их формально относили хоть и к «карманным», но все же линкорам, поэтому с них и начинается рассказ о линкорах Второй мировой войны.

Появление в составе флота Германии кораблей типа «Дойчланд» обеспокоило в первую очередь Францию. Она к этому времени имела в составе своего флота линкоры типа «Бретань», которые в скором времени требовали замены. Первоначально предполагалось построить небольшие, порядка 18 000 т водоизмещения, линкоры с восемью 305–мм пушками. Но, как было уже сказано, появление «карманных линкоров» насторожило французов и заставило пересмотреть проекты новых линкоров в сторону усиления их мощности. Потребовалось улучшить броневую защиту, увеличить калибр главной артиллерии до 330 мм и провести ряд других мероприятии. Все это привело к тому, что водоизмещение вновь проектируемых кораблей возросло почти до 30 000 т, а скорость несколько уменьшилась. В 1931 г. в Бресте был заложен головной корабль, получивший название «Дюнкерк». Он стал первым представителем нового поколения линкоров, хотя по своим характеристикам являлся линейным крейсером. В военно–исторической литературе их чаще всего и относили именно к этому классу. (Следующий – однотипный «Страсбург» – был заложен через три года в ответ на закладку в Италии более мощных линкоров типа «Литторио».) Несмотря на относительно небольшое водоизмещение (26 500 т), французы построили довольно удачный корабль, имеющий достаточно сильное вооружение, высокую скорость и приличное бронирование.

Главный калибр располагался в двух четырехорудийных башнях, каждая из которых была разделена продольной переборкой на две «полубашни». Обе башни располагались в носовой части (этим они напоминали английские линкоры типа «Нельсон»), что позволяло усилить броневую защиту погребов за счет их компактного расположения. Кроме того, значительно облегчалось и управление огнем.

Средний калибр (130 мм) впервые стал универсальным, то есть был предназначен для ведения огня как по морским, так и по воздушным целям. 130–мм пушки были также расположены в четырехорудийных башнях и имели угол возвышения в 75°. Башни имели значительную броневую защиту, но это стало, скорее, недостатком, так как скорость разворота башен была невелика, что снижало эффективность стрельбы по воздушным целям. Компактное расположение артиллерии и полученная таким образом экономия веса позволили обеспечить достаточно хорошую броневую защиту корабля. Броневой пояс толщиной в 225 мм имел наклон в 11,5°. Верхняя палуба была прикрыта 130—140–мм броней и вместе с нижней, толщиной в 40 мм, создавала значительно лучшую защиту от навесного огня крупной артиллерии и авиабомб по сравнению с защитой линкоров более ранней постройки. Подводная защита линкоров обеспечивалась наличием трех продольных переборок толщиной от 64 до 84 мм, отстоящих от борта на расстояние от 3,7 до 7 м. Крайние к борту отсеки заполнялись негустой резиной (ранее для этого применялась целлюлоза). Компактная энергетическая установка включала 4 турбины в двух машинных отделениях и 6 котлов и развивала суммарную мощность в 135 000 л.с., обеспечивая скорость более 31 уз. Линкоры типа «Дюнкерк» предназначались противостоять германским «карманным линкорам» или вспомогательным крейсерам – рейдерам, но не были в состоянии оказать серьезное противодействие мощным линкорам, таким, как, например, «Нельсон» или «Нагато».

В нарушение хронологии, но для того, чтобы закончить рассказ о французских линкорах, скажем несколько слов о последних линкорах типа «Ришелье», хотя они и были окончательно введены в строй только после окончания Второй мировой войны. Эти линкоры создавались в ответ на строительство Италией линкоров типа «Литторио» и представляли собой увеличенный вариант линкоров «Дюнкерк» (35 000 т). Их главный калибр, увеличенный до 380 мм, размещался также в четырехорудийных башнях. Однако дальность стрельбы 45–калиберных пушек была ниже, всего 37,5 км. Зато вес снарядов был значительно больше – 880 кг против 560 кг снарядов «Дюнкерка». Средний калибр составили девять 152–мм и двенадцать 100–мм пушек.

Броневая защита линкоров была одной из лучших в мире. Наклонный главный броневой пояс достигал толщины 330 мм. Две броневые палубы – верхняя толщиной в 150—170мм и нижняя – 40–мм с 50–мм скосами – создавали надежную защиту от навесных снарядов и авиабомб. По расчетам, она могла выдержать попадание бронебойной бомбы массой в 500 кг, сброшенной с высоты 4,5 км. Подводная противоминная и противоторпедная защита осуществлялась, как на «Дюнкерке», наличием дополнительных продольных переборок общей толщиной до 97 мм. Энергетическая установка включала 4 турбины и 6 котлов общей мощностью в 178 000 л.с. На испытаниях «Ришелье» показал скорость 32,6 уз., став самым быстроходным линкором на тот момент времени. Через три года после закладки линкоров «Ришелье» и «Жан Бар» были заложены еще два линкора – «Клемансо» и «Гасконь». Эти линкоры значительно отличались, особенно «Гасконь», от своих прототипов. Однако началась война, и они не были достроены.

Как уже говорилось, Италия в ответ на закладку французских линкоров типа «Дюнкерк» ответила закладкой еще более мощных линкоров типа «Литторио». Всего было заложено 4 корабля этого типа. Три вошли в строй уже после начала Второй мировой войны. Последний линкор этого типа, «Имперо», так и не был достроен.

Линкоры этого типа были достаточно удачными. Поскольку Италия отказалась подписать Лондонское соглашение, то ограничение по водоизмещению при постройке не соблюдалось. Линкоры имели 41 167 т. стандартного водоизмещения. Их главные измерения: длина – 237,8 м, ширина – 32,9 м и осадка – 9,6 м. Достаточно мощная энергетическая установка позволила развивать скорость до 30 уз. Корабли имели мощное броневое прикрытие борта, до 350 мм, палуб – до 219 мм, а башен главной артиллерии – до 290 мм. Их вооружение составляли девять 381–мм пушек в трех башнях (две в носу и одна на корме), по двенадцати 152–мм и 90 мм (зенитных) орудий и 40 зенитных автоматов 20—37–мм калибра. Линкоры несли по 3 самолета и были оборудованы катапультой.

После прихода к власти Гитлера Германия полностью отказалась от соблюдения статей Версальского договора и приступила к созданию мощного военно–морского флота. Одними из первых были заложены линкоры «Шарнхорст» и «Гнейзенау». Эти корабли в некотором смысле являлись развитием «карманных линкоров» типа «Дойчланд», но с усиленной артиллерией, лучшим бронированием и большей скоростью хода.

Стандартное водоизмещение этих кораблей несколько превышало 30 000 т. Их главные измерения: длина – 234,9 м, ширина – 30 м, осадка – 8,2 м. Мощность турбинной установки превышала 160 000 л.с. и обеспечивала скорость до 31,5 уз. Броня борта достигала толщины в 350 мм, палубы – 100 мм, башен главного калибра – 360 мал. Однако калибр главной артиллерии был невелик и составлял всего 280 мм – девять орудий в трех башнях. По этому параметру корабли можно было относить скорее к линейным крейсерам, чем к линкорам. Средний и малый калибры составили двенадцать 150–мм в 4 башнях и четырнадцать 10 5–мм универсальных орудий, а также зенитные автоматы 20—37–мм калибра числом до 50 стволов. (Зенитное вооружение сильно менялось в ходе войны.) Корабли имели по 6 торпедных 533–мм аппарата, по 4 самолета и 2 катапульты.

Последними линкорами Германии, успевшими войти в строй до конца войны, были два линкора: «Тирпиц» и «Бисмарк». Они были одними из сильнейших и наиболее защищенных линкоров периода Второй мировой войны. Это были громадные линкоры, длиной в 241 м, шириной – 36 м и осадкой – 8,7 м, стандартным водоизмещением в 41 700 т и полным – более 50 000 т. Их заложили летом 1936 г. и спустили на воду зимой 1939 г., уже после начала войны. Мощность энергетической установки превышала 150 000 л.с. и обеспечивала скорость до 29 уз. Дальность плавания свыше 8000 миль при экономическом ходе в 19 уз. Корабли имели мощное вооружение: восемь 380–мм пушек в четырех башнях могли посылать 800–кг снаряды на дальность до 36,5 км.

Средний калибр состоял из двенадцати 150–мм и шестнадцати 105–мм (универсальных) и множества зенитных 20—37–мм автоматов. (Их число изменялось в течение войны и достигло на «Тирпице» 74 стволов.) Эти линкоры отличались прекрасным бронированием, что впоследствии они с успехом и подтвердили, показав замечательную живучесть под ударами бомб, торпед и снарядов. Толщина их главного броневого пояса достигала 320 мм, палуб – 170 мм и артиллерийских башен главного калибра – 360 мм. В целом это были наиболее удачно спроектированные и хорошо построенные линкоры из всех, принявших участие во Второй мировой войне.

Помимо этих линкоров в Германии было заложено и планировалось построить еще большое количество линкоров разных классов. Из них представляют интерес корабли проекта «О» – линейные крейсера водоизмещением более 30 000 т, со скоростью хода более 34 уз. и вооруженные шестью 380–мм пушками. Всего планировалось построить три таких корабля. Гораздо более мощными были линкоры типа «Н» (шесть единиц). Эти линкоры должны были иметь стандартное водоизмещение более 52 000 т. Главные измерения: 277,6 м – длина, 37,2 м – ширина, 9,6 м осадка. Скорость – 30 уз. Их вооружение должно было состоять из восьми 406–мм пушек главного калибра, двенадцати 150–мм и шестнадцати 105–мм универсальных орудий и множества зенитных автоматов. Еще более мощные линкоры проекта «Н-41» предусматривали увеличение водоизмещения до 74 800 т и калибр главной артиллерии до 420 мм. При этом главной броневой защитой корабля становилась палуба с общей толщиной бронирования в 200 мм. Были проекты и с еще большим водоизмещением, в 140 000 т, с толщиной палубной брони в 330 мм и артиллерией главного калибра в 508 мм. Ни один из этих проектов реализован не был. Германия слишком поздно приступила к постройке океанского линейного флота, или, иначе, слишком рано вступила в войну за господство на море, не говоря уже о технических мощностях и длительности постройки таких монстров.

В 1936 г. закончился мораторий на постройки линкоров, и Англия приступила к их строительству. Вторая Лондонская конференция ограничила водоизмещение вновь проектируемых линкоров до 35 000 т и калибр не более 356 мм. Англия в отличие от Германии, Франции и Италии, не подписавших соглашения, была единственной страной, остававшейся верной букве договора. Вновь создаваемые линкоры типа «Кинг Джорж V» полностью отвечали принятым ограничениям. Более того, по ряду конструктивных соображений они уменьшили число орудий главного калибра с 12 до 10 стволов. В результате новые английские линкоры имели следующие характеристики: водоизмещение – 38 000 т, главные размерения: длина – 227,1 м, ширина – 31,4 м, осадка – 9,7; скорость – 29,2 уз. Вооружение состояло из десяти 356–мм орудий в двух четырехорудийных башнях в корме и носу и одной двухорудийной в носу на барбете над носовой четырехорудийной башней. Универсальные орудия 133–мм калибра располагались попарно в восьми башнях. Кроме того, на линкорах находилось по 24—48 40–мм и 16—40 20–мм автоматов. На кораблях предполагалось иметь по 3 самолета. Несмотря на то что эти корабли несколько уступали новым линкорам Франции и других стран в калибре главной артиллерии, их броневая защита была достаточно мощной, что несколько уравнивало боевые качества кораблей.

В целом масса брони английских линкоров составила 34 % от стандартного водоизмещения и должна была успешно противостоять действию 380–мм бронебойных снарядов. Толщина брони главного броневого пояса составляла 381 мм, толщина палуб – 152 мм, а башен главного калибра – 406 мм. Когда «линкорная лихорадка» конца 30–х гг. набрала обороты и вышла из‑под контроля, Англия заложила, чтобы не отстать от других стран, более мощные линкоры, типа «Лайон» (4 единицы), водоизмещением более 40 000 т, со скоростью в 30 уз., вооруженные девятью 406–мм пушками, не считая прочего. Однако ни один из них достроен не был. Единственным и последним линкором в мире, который был достроен, стал английский «Вэнгард». Его водоизмещение составило 44 500 т, скорость – 30 уз., вооружение – восемь 381–мм пушек и шестнадцать 13 3–мм универсальных пушек. Линкор имел хорошее бронирование, автономность и мореходность. Корабль был вполне удачным, если не считать несколько устаревшую артиллерию главного калибра. (На линкоре установили снятые в свое время с «больших легких крейсеров» «Глориес» и «Корейджес», перестроенных в авианосцы, двухорудийные башни с 381–мм пушками.)

После окончания Первой мировой войны Япония была готова приступить к реализации обширной судостроительной программы. Линейные корабли в этой программе занимали ведущее место. Предполагалось построить 8 новых линкоров водоизмещением более 40 000 т, вооруженных десятью 406–мм пушками и со скоростью в 26,5 уз. (тип «Тоза») и 30 уз. (тип «Амати»). Толщина бортового пояса линкоров типа «Тоза» достигала 280 мм, у линейных крейсеров типа «Амати» броневая защита борта была несколько меньше, всего 254 мм. Если бы эта программа была реализована, то соотношение морских сил на Дальнем Востоке значительно бы изменилось в пользу Японии. В 1921 г. два корабля («Тоза и «Кага») были спущены на воду, остальные корабли спешно достраивались. Однако Англия, несколько ослабевшая после окончания мировой войны, и США, не имеющие достаточного опыта в строительстве современных линкоров, не могли создать в то время достаточно сильных, сравнимых с японскими кораблей. Поэтому США в первую очередь решили оказать дипломатическое давление на Японию, созвав Вашингтонскую конференцию. Заключенное в 1922 г. соглашение нанесло основной удар именно по Японии. Только два из построенных кораблей новой программы («Нагато» и «Муцу») удалось отстоять, а из строящихся два («Кага» и «Акаги») переоборудовать в авианосцы. Остальные корабли пошли на слом. В составе линейного флота Японии, таким образом, остались 4 линейных крейсера типа «Конго», 4 линкора типа «Исэ» и «Фусо» и два типа «Нагато». Не имея возможности строить новые линкоры, японцы максимально серьезно отнеслись к проблеме модернизации своих кораблей. Старые линкоры, «Фусо» и «Ямасиро», получили новую энергетическую установку, в результате чего их мощность возросла почти в два раза, а скорость превысила 24 уз. Значительно улучшилось бронирование палуб. На кораблях были установлены противоминные були. Артиллерия среднего калибра (152 мм) была сокращена до 14 стволов, зато усилена зенитная: были установлены восемь 127–мм пушек и шестнадцать 25–мм автоматов.