Текст книги "Измена. Дэн Мороз спешит на помощь (СИ)"

Автор книги: Ники Сью

Соавторы: Даша Коэн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

Глава 13 – Терапию прерывать нельзя!

Варя

Просыпаюсь от навязчивой трели телефона. Да кому там в голову взбрело звонить так рано, я может поспать ещё хочу? Тянусь рукой к мобильнику, на автомате сбрасываю и снова отворачиваюсь к стеночке. Так-то лучше. Честно сказать, у меня все тело ноет, но это такая приятная боль. Ох, мамочки, я бы не отказалась ее испытывать каждый день.

Варька-Варька, и откуда в тебе такие развратные мысли? Это точно ты? Не другая девушка? Правда продолжить внутренний монолог не успеваю, телефон опять активно дает о себе знать. Господи, уверена, это фигня какая-то звонит, в надежде, что я кредит возьму или счёт в их банке открою. И вроде жалко людей, они ведь таким образом деньги зарабатывают, а с другой стороны, зачем мне звонить? Я тут вообще-то отдыхаю, клин клином вышибаю, и всякие банки мне не нужны.

Сейчас так и скажу им.

Провожу пальцем по экрану, правда даже слова вставить не успеваю, как на том конце разлетается громкий Женькин голос.

– Какого черта ты трубку не берёшь, Варя?

Несколько секунд я нахожусь в оцепенении. Не сразу понимаю, что к чему и отвожу мобильник от уха, чтобы проверить, не мерещится ли мне. Но увы и ах... Написано: «Любимый муж» и рядом для пущей убедительности стоит сердечко. Я так закрутилась в своих эмоциях, новых впечатлениях, что и забыла переименовать его. А может вообще стоило в «черный список» блядуна кинуть? Зачем нам общаться теперь, когда у него вон – Ленка и ее сиськи накаченные?

Да и у меня, будем честны, дела идут неплохо. Клин работает на ура. Притом такое «ура», что Ленка бы мне еще позавидовала, уж Женя далек до подобных утех в кровати.

Член свой мне в рот он точно никогда не совал. М-да. И тут же скривилась брезгливо, представляя, что муженек мог бы это сделать. Мягко скажем: фи!

А по-существу, что у нас тут?

С губ слетает стыдливый вздох. Я ведь не дома, не утопаю в слезах, как видимо должно быть. Я тут наоборот, в оргазмах утопаю. С таким мужиком, что только кричать и остаётся, от удовольствия, конечно.

– Варя! – строго цедит Женька, напоминая о себе.

– Ты вроде сказал, что я тебе не нужна. Чего звонишь тогда?

– Где тебя носит? Почему я должен под дверью на улице стоять и мерзнуть? – недовольно кричит он в трубку.

– Ну так не мерзни, – бурчу я, потягиваясь в кровати.

– Ты забылась? это вообще-то моя квартира! И я на нее горбатился, время, жизнь свою тратил и что теперь? Думаешь, можешь так запросто себя вести? В общем, мне нужен ключ, чтобы попасть в квартиру и забрать на нее документы. И да, твои вещи нам с Леной тут больше не нужны.

Нам с Леной...

– Ч… чего? – у меня аж дар речи пропадает. Вместо того, чтобы сказать, какой он козел, как некрасиво себя повел, что бросил меня в новогоднюю ночь, Женька звонит предъявить претензию? И не просто предъявить, а что ж получается? Из квартиры меня просит ретироваться?

Он там совсем, что ли, ошалел?

– говорю, мы с Леной решили пока пустить сюда квартирантов, так что ты давай, собирай сегодня-завтра вещи и к маме дуй. Мне надо еще клининговую вызвать, а людей Лена уже нашла. Они заедут четвертого в шесть. – Женя уже не кричит, будто высказал свое недовольство, показал мне мое место и ему полегчало. Какой Же он. А я ведь и не замечала никогда, как низко может вести себя мой муж. Хотя какой уж он теперь муж? Так. несколько букв в паспорте. Унизил. Растоптал.

Вернее, наплевал на всю нашу семейную жизнь. И вишенка на торте – гонит меня из нашего же жилья.

– Жень, – сглотнув, шепчу я в трубку. А у самой губы трясутся. Нет, не от слез, а от глобальной несправедливости. Ну что ж я ему такого сделала? Почему нельзя, если уж расходится, то хотя бы по-человечески, а не вот так. Будто я собака вшивая, которую пинком под зад надо.

– Варя, я все сказал.

– Но мне... нее жить. И это же... – задыхаюсь от нахлынувших чувств. – Наша общая квартира. Совместно нажитая. В браке, Жень.

– Чего? – присвистывает он, да с такой язвительностью, что у меня в желудке все в тугой узел сводит – Мою хату решила себе присвоить? Совсем уже совесть потеряла? Ты что для нее сделала? Жопой диван придерживала? Ты даже готовить толком не умеешь нормально.

– Жень, у тебя вообще совесть есть мне такое говорить? Ты мужик или так – одно название? – начинаю заикаться, но мысль свою все же выдаю, потому что устала быть терпилой.

– Голос прорезался? Ну так вот, что я тебе скажу: не смей разевать рот на мою квартиру. Собирай манатки и чеши к матери.

– Мама меня не пустит, Жень, ты же знаешь ее устои. Ты меня. на улицу выгоняешь? Человека, с которым столько лет жил под одной крышей? – от его слов меня ломает. Так сильно, словно кто-то втыкает колья в спину. Я никогда не думала, что в один момент окажусь без мужа и без дома. Мне всегда казалось, что такое не про нас, а про кого-то другого. Да и не было никаких предпосылок. Я старалась быть идеальной женой, в рот ему заглядывала, все ради него. Я даже не переживала, что полностью завишу от мужа. Что моя жизнь завязана в корне на нем.

Общая карточка. Общая машина. Общий дом. У меня своего ровным счетом ничего нет. Даже вещи, которые там лежат, банально этот телефон, все куплено на Женькины деньги. Мне же он сам работать запрещал, все увещевал сидеть дома и его ублажать борщами. А теперь вот как – и готовить я не умею. Это какой-то сон.

И на меня вдруг накатывает такой страх. Отчаяние. Дикое, как хищник, который подставляет свою пасть к твоему горлу. Что делать? Как быть? Куда бежать? Как отстоять свои права? Да, может. я и не вложила деньгами в эту квартиру, но сколько сил я потратила на обхаживания Жени!

Набрав полные легкие воздуха, говорю:

– Я подам в суд и тогда.

– Подавай куда хочешь, только теперь за свой счет. И да, карточку твою я заблокировал.

– Женя… – у меня в глазах застывают слезы. Надо же так, один телефонный звонок перечеркнул все то веселье, что было за эти два дня. Весь мой клин полетел в чертовы тартарары. Я снова себя ощутила никчемной, никому не нужной брошенкой. И ведь по факту так оно и есть. Только теперь я брошенка без квартиры. Может суд и заставит Женьку разделить жилплощадь, но муж прав, где я возьму деньги на адвокатов? А он, уверена, там всех подкупит и меня оставить без ничего. Вернее, он обогатит Ленку.

Бессовестную. Наглую. Проклятую вертихвостку, которую я считала подругой.

– И заявление о разводе я подал на госуслугах, подтверди, как время будет Всё, через пару дней приеду, чтобы и духу твоего в МОЕЙ КВАРТИРЕ не было!

А дальше он просто сбрасывает вызов, как будто весь этот разговор вызывает у него уйму негативных эмоций или просто доставляет хлопоты.

Сжимаю губу, но слезы сдержать не могу. Что делать? Куда теперь идти? Мне банально совета попросить не у кого. А как хочется, чтобы в жизни был человек, который возьмет и решит твои проблемы. Погладит по головке. Скажет, что шли плохое на три буквы и пей шампанское. Но увы… в моей жизни никого. Даже банально друзей не осталось. Я – одиночка.

Плюхаюсь на подушку и едва ли не вою. Такая обида накатывает, и на себя в том числе. На свою беспомощность, на бесхребетность, на то, что не могу ворваться к Ленке и оттаскать ее за волосы, а мужу-наглецу зарядить между ног. За все хорошее! Я как загнанная жертва, у которой ни шанса на спасение. Растерзают и выбросят останки.

Не знаю, сколько лью слезы в подушку. Вздрагиваю лишь тогда, когда мужская рука дотрагивается до моих дрожащих плеч.

– Денис, – всхлипнув, шепчу его имя.

– Ангел, ты чего? – в его взгляде читается такое удивление, а потом мой персональный Дэн Мороз просто садится рядом и берет меня в охапку своих горячих рук. Прижимает к себе, гладит по спине, приговаривает: Совсем как маленькую девочку. И так у него это хорошо получается, искренне, что я успокаиваюсь, перестаю всхлипывать.

– Рассказывай, – требует Денис, а сам наливает мне воды из графина. Осушаю стакан за раз, и выдаю все. Про квартиру, про свое выселение и вообще, сетую какой у меня муж плохой оказался. Денис же только молча головой качает, то и дело шумно вздыхая.

– Такие дела, – вот вроде выговорилась и легче стало.

– Блять, – выдает он, затем поднимается, вижу по его серьезному лицу, что-то обдумывает – В общем так, Варя, больше никаких тяжелых разговоров с бывшими мудаками. Иначе толку от наших клин-клинов не будет никакого.

– А как же квартира..?

– Не переживай, заставим мы твоего бывшего отсосать на славу. Для этого ведь и придуманы юристы. А у меня их целый вагон и маленькая тележка. Сейчас позвоню кому надо и все быстро порешаем.

Смотрю на него, такого властного, сильного, и не менее по-мужски привлекательного. И не могу поверить, что этот мужчина в очередной раз заставляет меня почувствовать себя девушкой Слабой. Хрупкой. Которая нуждается в защите.

– А я... – шепчу смущенно, даже не зная, как и реагировать.

– А ты оставайся лучше у меня, пока не пройдешь полную терапию членолечения от Дэна Мороза, – вдруг предлагает этот божественный мужчина. – Чтобы лишний раз себе настроение не портить. У нас там и завтрак уже стынет. И секс утренний зазря пропадает тоже. Так, что скажешь?

И я, решив в очередной раз, махнуть рукой на все, неожиданно для самой себя соглашаюсь.

Глава 14 – В жопу – это туда!

Варя

Весь день второго января мы проводим с Денисом в очень пикантных моментах. Не думала, что у меня, может быть, столько секса и я от него не устану. Дайте еще пожалуйста. Ох, Варька, будто не ты просишь. Стыдно, конечно, признавать, но прошу точно я. Прямо реально новогодний подарок какой-то. Прожить, считай, десять лет в браке, а настоящий кайф от интимной близости словить с едва знакомым человеком.

Член у него, что ли, волшебный?

Под вечер мы, правда, все-таки выбираемся в город. Снег метет, да такой пушистый, загляденье, одним словом. Дэн ведет меня в шикарный ресторан, я такие только в сериалах видела. Он заказывает красное сухое вино, разные блюда, от ценника которых у меня пухнет мозг и потеют ладошки. Но Денис не разрешает мне переживать. Вижу, что он хочет отдохнуть на полную катушку, поэтому я тоже себе позволяю побыть немного счастливой. Пробую вкусности, запиваю офигенным алкоголем, слушаю живую музыку, и просто болтаю. О всяком разном. Рассказываю Денису про свое детство, школу, как мы с Ленкой подружились и как впервые поцеловалась на дискотеке с одноклассником.

А еще про нереализованные мечты, я ведь хотела всегда стать event-менеджером, организовывать всякие там праздники людям, дарить им ощущения счастья. Дэн слушает меня, иногда вставляет свои пять копеек, а иногда совсем по-мужски, хищно, дерзко так хватает меня за подбородок и притягивает к себе Его губы блуждают на моих, его руки под столом едва не проскальзывают под мои трусики. И мамочки, я впервые задумываюсь о сексе в разных общественных местах. Это возбуждает, оказывается.

А с Женькой я думала, что в туалетных кабинках трахаются только деграданты. А вот и нет.

Домой возвращаемся за полночь. Еще гуляем по улице, едим хот-доги, несмотря на то, что Денис кривится сперва, мол, подсунут нам отраву, потом наоборот, уминает аж два штуки. Удивительно, но мне давно не было так хорошо рядом с мужчиной. Словно я особенная. Самая важная в его мире женщина. Офигенное чувство.

Жаль, если оно быстро пройдет. Ведь нас связали эти праздники и секс. А кода новизна ощущений пройдет, что будет?

Ох, лучше не думать об этом.

А утром третьего числа, когда я, вроде как, расслабилась, отпустила ситуацию с Женькой и его разделом имущества, тем более Денис сказал, вернее его юристы, что по закону у меня все шансы забрать половину квартиры, да и машины, мне позвонили.

Лена-полено! Чтоб ей всю жизнь икалось!

Уж кого-кого, а ее я точно услышать не ожидала. Да и разговаривать с ней совсем не хотелось. До сих пор в груди саднило, я считала ее близкой подругой, пожалуй, даже единственной. И такой удар в спину.

Но Ленка оказалась настойчивой, пришлось переступить через себя и ответить.

– Привет – глухо отозвалась я. А вдруг Лена решила покаяться? Ну мало ли, совесть у человека проснулась. Нет я, конечно, прощать ее не буду, да и не смогу, однако извинения приму.

– Какая же ты сука! – прозвенело в трубке с такой громкостью, визгом, что у меня аж ухо заложило. Видимо, зря я рассчитывала на то, что у Лены там осталось хоть какое-то понятие о дружбе.

– Лена. – замялась я, не зная, как и реагировать на подобную грубость.

Остолбенела от такого резкого наезда.

– Думаешь, если будешь права качать, у тебя что-то получится? Это наша квартира! Поняла! – на последней фразе она повысила голос, хотя куда уж громче, я итак телефон отвела подальше.

– Лен, может успокоишься? – постаралась сгладить я углы. А у самой под ребром заныло, ведь она мне как сестра считай была. Даже не знаю, что ударило больнее, предательство мужа или подруги.

– Не стыдно тебе? Забирать у ребенка дом? Какая же ты Варька, прикрываешься ангелочком, а на деле, сука конченая. Настоящая меркантильная тварь.

Я не сразу сообразила, к чему клонит Лена. Она так активно нецензурно ругалась, что у меня уши в трубочку скрутились. В целом, тяжело было вычленить в потоке ее слов, хоть какую-то, худо-бедно удобоваримую информацию.

– Лен, про какого ребенка ты толкуешь? Ты вообще прекратишь орать в трубку?

– А что? – она вдруг стихла. – Женя тебе не сказал? Ну ладно, тогда скажу я. У нас с ним будет ребенок. И ты, моя дорогая, сейчас хочешь лишить его крыши над головой. Гребаная ты гадина!

– Так Женя же… – я растерялась. В голове сразу вспыхнули фразы Женьки про то, как он не готов становится отцом, как не хочет дома орущих спиногрызов, тут я прямо цитирую его. И вообще, мы еще молодые, все будет, но позже, куда спешить.

И теперь, что выходит? Он с Ленкой, с которой там от силы месяц был, уже и детей заделать готов? Вернее, уже заделал? Стало неприятно. Настолько, что у меня задрожали губы и пришлось сесть, а я только вышла из душа.

– Что Женя? Он с тобой не хотел, понимаешь? Ты вся такая, никакая, и голова у тебя вечно болела, да и с почками проблемы, а Жене, ему здоровый богатырь нужен, а не задохлик от нелюбимой и давно опостылевшей жены. Чтобы и в огонь, и в ВОДУ! А не размазня, которая твоей копией станет. Варя, ты уже лишняя, чего уперлась рогом? Давай, двигайся! Нам нужна квартира! Мне нужна.

Ленка еще минут пять оскорбляла меня, говорила, какая я никчемная для продолжения рода, и какая она классная, будущая мать. А я... я просто кинула телефон на подушку и сидела молча. Не плакала, хотя хотелось. Мне было больно.

Как будто ножом в груди ковыряли по старой ране. И не вытащить его, не заклеить там лейкопластырем.

И вроде уже не торкало сильно предательство, а я все равно вот раскисла.

Наверное, так бывает, когда твой волшебный замок рушится. И не как полагается, кирпичик за кирпичиком, он просто за раз падает и все.

Когда по щеке скатилась предательская слеза, я заметила свое отражение в зеркале. Затем даже встала и подошла, стараясь как следует себя рассмотреть.

Ленка все еще вопила в трубку, но я ее больше не слушала. Только на свое лицо поглядывала. И вдруг понял, что зря я тут сижу раскисаю. Зря позволяю вытирать об себя ноги. Да, мне не повезло. Да, муж оказался козлом, а подруга змеей. Но это же не означает, что в моей жизни больше не будет счастья? Тем более, я вон как смеялась вчера, когда Дэн изображал одного из своих клиентов.

Не вспоминала про Женьку? Нет. Не грустила? Ни капли. Так чего сейчас нос повесила? У меня тоже все будет. Может не с крутым Денисом Морозовым, но точно будет. Я ведь тоже ого-го! Вон какая симпатичная. И фигура у меня классная.

И сиськи свои, а не силиконовые, как у этой истерички.

Улыбнувшись самой себе, я подошла к кровати, взяла телефон и поднесла его к уху.

– Слышишь? – вопила Ленка. – Это квартира нашего ребенка. А ты..

– Лен, – грубо, совсем не в моем стиле. – Иди-ка ты в жопу.

– Чего? – ошарашенно замолкла эта припадочная, а я улыбнулась своему отражению в зеркале и подмигнула.

– В жопу, Лена! И Женьку туда же с собой прихвати.

А затем я сбросила вызов и кинула Лену в черный список.

Так-то будет лучше.

Глава 15 – Почти идеально

Денис.

Честно?

Ну я думал, что у нас со Снегуркой получатся неплохие такие новогодние выходные, скрещенные с секс-марафоном, который неплохо её реанимирует после измены любимого мужа. А потом бы мы, пресыщенные друг другом разошлись, как в море корабли, каждый своей дорогой. Она искать нового лжеца, который будет за ее счет сыто жить, а за глазами трахать левых баб. А я…

А я буду просто дальше трахать левых баб. Потому что так привык. А еще потому, что постоянные отношения с кем либо, кроме моей работы – это вообще не мое.

Это я так думал. А потом как-то втянулся. И что получил на выходе?

Слушайте…

Ну, почти идеальная у меня жизнь устаканилась. И грешным делом, решил, что зря я так от дел амурных бегал и сожительства с женщиной в одном замкнутом пространстве, ибо не так уж это все и плохо оказалось. А с другой стороны, может все так расчудесно получилось, потому что я Варьку свою встретил, да и завис на ней благополучно.

Нежная. Ласковая. Домашняя вся такая, что единственное желание у меня возникает, когда смотрю на нее – это трахать и тискать. Тискать и трахать.

Чума – а не женщина. И отпускать на вольные хлеба мне совсем ее не хотелось.

Мне даже знакомые мужики начали говорить, что со мной что-то происходит, мол, больше рожа не уркаганская, но улыбки моей они все равно побаиваются. А ведь я и правда начал губы вот так растягивать в стороны и зубы сушить, как все обычные люди.

Замру где-то на полпути, забывая, что делать собирался и зависну, вспоминая, как прошедшей ночью Снегурку свою развращал, а она подо мной орала и кончала.

Кончала и орала.

М-да, какой я многословный встал, хоть стреляйся.

Так, а к чему я веду все эти рассуждения? Ах, да! К тому что во всей этой огромной бочке меда, в которую превратилась моя грешная жизнь, была и ложа дегтя. И звали ее – Женя Синицын!

Это в миру. А в моих мыслях – пидорас обыкновенный, прямоходящий, знатно выпрашивающий, чтобы Денис Морозов как следует настучал с кулака по его еблету. И что моя Снегурка нашла в этом сморщенном мухоморе? Ни рожи, ни кожи, ни стыда, ни совести. И хера, по всей видимости, у него рабочего тоже нет раз она мне в свои тридцать лет почти девственницей досталась.

Хотя чего это я?

Очень ведь хорошо, что Варька члена с близкого расстояния никогда не видела и во рту не держала. А то так бы пришлось мне этого Синицына просто взять и шлепнуть к хуям. Но он все же напросился.

Уже к середине января он меня окончательно достал. А ведь я Варвару просил по-человечески.

– Я начинаю нервничать, кода этот гнойный урод звонит тебе. Лучше не надо ему так больше делать. У меня кулаки чесаться начинают и адреналин в крови прыгает.

А это не к добру.

– Денис, ты ревнуешь, что ли? – странно смотрела на меня Снегурка и хлопала ресничками, словно девочка-божий одуванчик.

– А есть повод? – улыбался я ей, но сам себе между делом представлял: что будет если эта милая блондинка вдруг захочет свинтить от меня к своему муженьку? И тут же глаза мои кровью наливались. Рычать хотелось. А потом прятать от всех и вся мою прелесть, чтобы никто не уволок.

Все, блядь.

Я ее нашел! И делиться ни с кем не собирался!

Но к концу января ситуация не изменилась, а очередной звонок от мудака сорвал мои предохранители к чертям собачьим. И вот тогда я просто подошел к Варе и забрал у нее из рук телефонную трубку. А затем припечатал:

– Женя?

– Да. А кто это?

– Значит, слушай сюда, Женя и запоминай: Варвара больше не твоя женщина, а моя. Звонить ей сюда не надо. Все вопросы – через юристов. И да, Женя, меня лучше не злить, я персонаж вообще не положительный. Ясно?

– Что ты там пропищал? А ну-ка дай мне сюда мою жену, а иначе.

– А иначе, Женя, ты как минимум растеряешь свои зубы. Поверь мне, максимум тебе лучше не знать. Никогда.

– Да ты… Да как ты…

Дальше я этот бред сумасшедшего слушать не стал, но на Снегурку посмотрел с максимальным осуждением. А она еще и краснеть удумала, да непонимающе глазами хлопать, мол, и не при делах – это Женя Пидорасов сам полез на рожон, а она только мимо проходила.

– Варя, – сглотнул я тяжело, но понял, что такие игры не потяну. Не потому, что слабак, а потому что не хочу. И сомневаться в своей женщине считаю ниже своего достоинства.

– Что? – пискнула она, заламывая руки.

– Собирайся.

– А… куда?

– Отвезу тебя к твоему гандону.

– Но…

– Смотрю, тебе прям не хватает с ним общения. Да и с одним мной недостаточно.

– Но это не так.

– А как? Он тебе рога поставил, в грязи извалял, но тебе мало. Тебе еще подавай.

– Нет – встала она и топнула ногой.

– А что мне думать? Со мной спишь, с ним по телефону любезничаешь. Хорошо устроилась, ничего не скажешь. Да только я красной тряпкой для быка быть не нанимался, Варя. Хочешь быть с ним? Я держать не буду.

– Денис, это не так. И вообще! Я его везде в черные списки внесла – вот проверь.

Я не виновата, что он мне вечно с незнакомых номеров названивает.

– А зачем, Варя?

– Да откуда мне знать? У него семь пятниц на неделе: то где документы, то с юристами договориться не получается, то я его Ленку довела, а она беременная и ей нервничать нельзя.

– А тебе можно, значит? – говорю, а сам понимаю, что киплю. И потушить меня можно только одним способом. И это понимание пугает меня, как никогда.

Я – взрослый сорокалетний и независимый мужик, вдруг зассал, что выбранная мной женщина, вдруг не до конца со мной прочувствовала вкус этой жизни. А потому может по щелчку пальцев взять и обменять меня на мужа-блядуна.

Сделал шаг к ней ближе и косу ее белокурую на кулак накрутил до предела. Так, что голова Вари чуть назад отклонилась, а из горла ее вырвался тихий, но чувственный стон. Такой, от которого мой неугомонный член всегда по стойке смирно вставал за секунду.

– Варя, ты его все еще любишь, скажи?

– Кого? – за мгновение взгляд Снегурки стал пьяным, а я улыбнулся этой метаморфозе.

– мужа своего?

А она так долго-долго гипнотизировала меня взглядом, а затем всего одним предложением заставила сердце снова биться уверенно и сильно, а не трепыхаться испуганно за ребрами.

– А любила ли я его вообще кого-либо, Денис?

И все, чеку сорвало. А я накинулся на Варьку, как одержимый за сексом подросток.

Нетерпеливо задрал на ней халатик, вниз трусики дернул, оставляя их болтаться на 'бедрах, а затем припер ее к стенке. И трахнул. Быстро. Страстно. Так, что оба всего за несколько минут долетели до звезд, да там и сошли с ума.

И потянулись дни, полные радостных и счастливых мгновений дальше. Да только ненадолго. И вот уже Женя Долбаеб снова ворвался в наш эфир и от души в нем нагадил своими звонками и бесконечными сообщениями без смысла.

Ну а я взял и психанул.

Сначала позвонил своему давнему товарищу Сереге Бабиков, на которого и работал этот скот, а затем очень попросил лишить мужика насиженного места.

Конечно, друг мой за просто так с толковыми специалистами расставаться не привык, а потому резонно задал вопрос в чем дело. А я и скрывать не стал.

А у Сереги на этом пунктике всегда клинило. Его отец мать в свое время точно также оставил ради любовницы. Одну и с тремя детьми. А та с горя спилась, и пошла ко дну.

Следующим пунктом я позвонил второму своему другу, который мне всегда быстро и главное безотказно помогал с документами. Вот и тут не отказал. А потому заграничный паспорт на имя пока еще Синициной Варвары был у меня на руках уже через сутки. О том, что я был зол как никогда, когда узнал, что Снегурка за всю свою жизнь ни разу на море не была, я говорить даже не буду. Это просто дно.

Нет – это днище!

Ну и на десерт я оставил самое приятное – прийти к Варе и сказать, что мы улетаем. Далеко и надолго. Конечно, она заикалась, краснела и бледнела, а затем развела руками и расплакалась, причитая, что у нее и купальника-то нет, чтобы по морям и океанам разъезжать.

И ревела, и причитала, заявляя, что с ней у меня одни проблемы. Что я трачусь из-за нее на всякие глупости. Что такой дорогой отпуск – это расточительство. Что жила она, моря не зная, и еще поживет

А я стоял, смотрел на весь этот плач Ярославны и Женю ее еще больше ненавидел. Это ж надо, что он с женщиной прекрасной сделал. Как ее психику исковеркал, что она дорогих трусов себе купить не может и на всем экономить старается. Тварь. Просто тварь! Беспомощный и бессильный мужик – а пострадал от этого невинный человек.

Пришлось и тут Снегурку лечить. И на шоппинг ее тащить почти насильно. И бесконечно трахать, чтобы она мозгами в малиновом киселе плавала, а не думала о всяком.

И я верил, что придет время – отпустит мою Варвару. А однажды она посмотрит в зеркало и не станет себя больше в мыслях с той Ленкой сравнивать. А усмехнется, покачает головой и удивиться тому, что долго не замечала.

Что она красавица. И умница. И вообще прекрасна везде, где только можно.

А муж ее дурак, раз такое сокровище из рук упустил. Обменял бриллиант на кусок грязного камня. А я этому только и рад.