Текст книги "Десять вечеров. Японские народные сказки"

Автор книги: Автор Неизвестен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

ВОЛШЕБНАЯ КОЛОТУШКА

В старину, далекую старину, жил в одной деревне молодой крестьянин по имени Дзинсиро́, а по прозвищу Репоед. Он был до того беден, что питался одной только репой. Ни одна девушка не шла за него по своей воле. Вот и сговорились его приятели-односельчане хитростью добыть для него невесту.

Однажды утром прошли они длинной вереницей с корзинами в руках мимо дома одного богача.

Удивился богач, увидев такое множество людей, и спросил:

– Куда это вы идете с корзинами?

Юноши отвечали хором:

– Собирать дикие груши для Репоеда Дзинсиро, собирать гру-у-уши.

Другой раз прошли они толпою мимо дома богача с мотыгами в руках. Богач вышел на улицу и начал их расспрашивать, куда идут и зачем.

Юноши дружно отвечали:

– Вскапывать поля Репоеда Дзинсиро, вскапывать по-о-ля.

«Репоед Дзинсиро? Никогда не слышал я такого имени,– подумал богач,– но, верно, он не последний в наших краях человек, если столько работников возделывают для него поля и собирают дикие груши. Вот было бы хорошо, если бы он присватался к моей дочери».

Вскоре после того пожаловал к богачу сват от имени Дзинсиро. Обрадовался богач, что Репоед Дзинсиро хочет жениться на его дочери, и сразу согласился.

Отправил он свою дочь в богатом паланкине к жениху и в придачу послал много дорогих шелков и разной ценной утвари.

Вышла невеста из паланкина, глядит, а у Репоеда Дзинсиро вместо дома жалкая лачужка с камышовой крышей. Внутри, правда, убрано хорошо: новые циновки постелены, ширмы расставлены и посуды всякой много. Есть и котел, и чайник, и чашки.

Справили свадьбу как следует. Но на другое утро пришли друзья Дзинсиро и все унесли, что только в доме было: и котел, и чайник, и циновки. Ведь приятели эти вещи только на время дали, чтобы жениху не стыдно было.

Сильно огорчилась молодая жена, а самому Дзинсиро хоть бы что, только улыбается.

Захотела она на другое утро приготовить завтрак, но в доме не оказалось ни одного зернышка риса. А Репоеду и горя мало: «Мне рису не надо. Не привык я к нему».

Сварил он, как всегда, полный горшок репы и поел досыта, а молодая жена и не притронулась к еде. Что будешь делать? Достала она три свертка цветного шелка из тех, что были даны ей в приданое, и говорит мужу:

– Продай этот шелк и купи для нас рису на базаре.

Понес Дзинсиро один сверток шелка в город продавать, но по дороге хитрый торговец выманил у него этот шелк даром. Вернулся Дзинсиро с пустыми руками. И на другой день случилось то же самое.

На третий день удалось ему наконец продать шелк. Пошел Дзинсиро на базар купить рису, но по дороге увидел, как мальчишки сокола мучают.

– Отпустите сокола, дети,– попросил Дзинсиро.

– Вот еще что выдумал! Он наш, мы его поймали. Что хотим, то с ним и делаем.

– Ну, коли не согласны даром его отпустить, то продайте.

Отдал он детям все свои деньги не торгуясь и получил в обмен сокола.

Обрадовался Дзинсиро, закричал:

 
Лети, сокол мой, лети!
Доброго тебе пути.
Хиккутаку,
Саккутаку,
Пи-и-роро! —
 

и подбросил сокола кверху. Взлетел сокол, закружился в небе и камнем упал на соседнее поле. А там как раз каппа прятался. Ухватил его сокол когтями и принес к Дзинсиро. Стал каппа умолять:

– Отпусти меня на свободу, отпусти, я дам за себя несметный выкуп.

Отпустил Дзинсиро каппу на свободу. Не обманул каппа, принес из реки сокровища: волшебную колотушку и мешочек из драгоценной парчи.

Стоит постучать колотушкой, и выйдет из мешка все, что пожелаешь. Но Дзинсиро подумал: «Мешок пригодится в хозяйстве, буду держать в нем репу. А колотушка ни к чему»,– да и забросил ее в траву.

Дома жена истомилась ожиданием: когда же, наконец, Дзинсиро принесет хоть немного рису. Увидела она, что муж опять ни зернышка риса не принес. От досады у нее в глазах потемнело.

Рассказал Дзинсиро жене все по порядку:

– Дал мне этот каппа мешок и колотушку. Мешок – вот он, погляди, а колотушку я бросил, куда нам она! Невидаль какая!

Но жена Дзинсиро недаром была из богатой семьи, сразу догадалась.

– Этот мешок – бесценное сокровище, но без колотушки не будет от него проку. Пойди поищи ее там, где бросил.

Пошел Дзинсиро искать колотушку. Шарил, шарил в траве, по счастью, нашел.

Постучала жена волшебной колотушкой и говорит:

– Лачужка, лачужка, превратись в богатые хоромы.

Не успела она досказать, как стала кособокая хижина высоким домом с черепичной кровлей. Резной конек на солнце так и сверкает.

Тогда только понял Дзинсиро, какое сокровище попало к нему в руки.

– А-а, ведь и правда, забавная колотушка! Ну-ка, дай мне, и я попробую.

Дала жена ему колотушку и научила, что надо делать.

– Ты стучи вот так и проси всего, что хочется.

Стукнул Дзинсиро колотушкой что было силы и закричал:

– Полей, полей, да побольше, не жалей!

И вдруг вылетело из мешка черное облако. Обратилось оно в тучу, засверкали молнии, хлынул ливень. В одну минуту промокли Дзинсиро с женой до костей.

Взяла жена колотушку из рук мужа, постучала снова – тук-тук – и говорит:

– Рисовых полей! Хороших, широких рисовых полей, да побольше.

Вышли тут из мешка рисовые поля, скатанные в трубку, словно ковры. Расстелились они по лугам, зазеленели всходами.

Опять жена Репоеда постучала колотушкой.

Вышло из мешка много кладовых, доверху набитых разным добром.

Стали молодые жить в довольстве. Однажды отправил Дзинсиро посланного к тестю с тещей, чтобы пригласить их к себе на новоселье. Пришли богач с женой и онемели от удивления. Какая богатая утварь! Какое богатство! Подали им такое роскошное угощенье, какого они в жизни не пробовали. Когда кончился пир, Дзинсиро побросал в реку и стол, и лакированные чашки. Уплыли они вниз по течению, а вместо них появились новые, еще лучше.

Рано-рано на другое утро тесть с тещей стали собираться в дорогу.

Дочка им говорит:

– На дворе еще темно. Как бы вы не споткнулись. Надо осветить вам дорогу,– и с этими словами подожгла свой дом. Вспыхнул он ярким пламенем и горел, как светоч, пока старики не возвратились к себе в деревню.

А вместо прежнего дома у молодых появился новый, куда красивее.

Решил богач, в свой черед, пригласить к себе дочку с мужем. Устроил он в их честь званый пир. Гости ели, пили, веселились, а потом богач побросал в реку и столики, и все чашки. Уплыли они вниз по течению, только их и видели.

На другое утро, с первыми лучами рассвета, стали молодые собираться в дорогу, а богач и тут решил не уступить зятю, да и поджег свой дом. Загорелся дом, как яркий костер, и сгорел до самого тла. Одно пепелище осталось. Пришлось богачу поселиться в маленькой хижине с камышовой крышей.

Пожалел стариков Дзинсиро, постучал волшебной колотушкой и построил для них новый хороший дом.

ТРИ СОКРОВИЩА

У одного крестьянина было три сына. Старший был тихого и смирного нрава, и все в семье считали его простаком.

Говорит как-то старик отец своим сыновьям:

– Годы мои уже преклонные, пора мне назначить наследника. Все вы мне равно дороги, не хочу я никого обижать. Ступайте искать счастья на чужой стороне. Каждому из вас я дам денег, и кто через три года наполнит кладовую самым лучшим товаром, тот и будет моим наследником.

Оделил старик сыновей деньгами и отпустил на все четыре стороны.

Младшие сыновья над старшим посмеиваются:

– Что-то принесет наш простак домой!

На первом перекрестке разошлись они в разные стороны. Младшие пошли в большие города, а старший – куда глаза глядят.

Шел, шел, видит: глубокая речка, а моста через нее нет – снесло его разливом. Зеленеют за речкой луга и леса, но не служат они людям, потому что нет через речку переправы.

И подумал тогда старший брат:

«Надо мост починить, чтобы земля за рекою зря не пропадала. Пусть будет людям польза!»

Стал он чинить мост и трудился так все три года. Издержал он все отцовские деньги, и осталось ему одно: возвращаться домой с пустыми руками. «Вот,– думает,– посмеются надо мной братья!» Но делать нечего. Лег он спать в последний раз на берегу реки. И тут во сне явился ему седобородый старец.

– Хорошо ты послужил людям,– сказал старец.– А вот о себе позабыл. Но не останется твой труд без награды. Вот тебе удочка. Стань завтра на мосту и три раза забрось ее в реку. Первый раз поймаешь кошелек. Не простой это кошелек! Стоит его тряхнуть – и посыплются золотые монеты. Второй раз поймаешь волшебный кувшинчик. Наклонишь его – и польется вино неиссякаемой струей. Третий раз поймаешь метелку. На вид она проста, но есть у нее чудесное свойство. Сделана она из веток дерева, растущего на луне[27]

[Закрыть]. От каждого удара этой метелкой старики молодеют. Только помни: два-три раза ударь, не больше.

Наутро проснулся старший брат и думает: «Что за странный сон мне приснился! Привидится же такое!»

Смотрит, а рядом и вправду удочка лежит. Понял тогда старший брат, что приснился ему вещий сон. Стал он на мосту и закинул удочку в реку. Дрогнула удочка, словно рыба клюет. Выхватил он леску из воды, а на крючке кошелек висит. Открыл его, встряхнул – золотые монеты посыпались. Забросил он удочку во второй раз и поймал кувшинчик. Льется из кувшинчика небывало вкусное вино – никогда не доводилось ему пробовать такого.

Только стал забрасывать удочку в третий раз, а метелка уже по волнам плывет. Завязал он три сокровища в платок, надел узелок на палку и поспешил домой.

Видит: по дороге младшие братья едут, и с каждым три воза добра. Подняли его братья на смех:

– Глядите, наш простак один тощий узелок несет! Так мы и думали! За три года ничего не наторговал. Зря прожил отцовские деньги!

Молчит старший брат, только улыбается. Поехали братья вперед, а он следом за ними бредет по дороге.

Старик радостно встретил сыновей. Он уже приготовил каждому по кладовой. Все родичи и односельчане сошлись посмотреть, чем же наполнят кладовые сыновья старика.

Открыли дверь первой кладовой, а она доверху полна отборного риса.

– Вот это хорошо! – говорит отец среднему сыну.– Рис для крестьянина – первое дело.

Открыли дверь второй кладовой, а она вся набита свертками шелка.

– Молодец! – говорит отец младшему сыну.– Большое богатство нажил!

А третью кладовую он и смотреть не стал, повернул сразу к дому.

– Что же, отец! – воскликнул старший сын.– В мою кладовую даже заглянуть не хочешь?

– А зачем в нее заглядывать? – отвечает отец.– Только перед гостями срамиться. Ты ведь с одним узелком пришел!

– Не обижай меня! Разве я тебе не такой же сын, как другие?

Делать нечего. Нехотя отпер старик дверь третьей кладовой. И вдруг оттуда рекой хлынули золотые монеты. Все даже зажмурились – так ярко они сверкали.

Смотрят гости, и от удивления никто слова вымолвить не может. Тут старший сын говорит им:

– Берите все по горсти золота, прошу вас, не стесняйтесь! Там еще много останется! А после пойдемте к нам пировать!

Сели гости пировать. Старший сын налил всем чудесного вина, и – пошло веселье!

– Все хорошо, одно только жаль! – сетует отец.– Уж очень я стар! Не то сплясал бы на радостях!

– Сейчас я помогу тебе найти твои молодые ноги,– сказал старший сын и ударил раз-другой старика по спине метелкой.

– Что ты делаешь, непочтительный сын! – удивились гости. Только смотрят: старик отец из седого стал черноволосым бодрым мужчиной – больше тридцати лет никак не дашь! Вскочил он и заплясал. Тут все старики и старухи давай просить, чтобы их тоже метелкой постегали. Дряхлая бабушка и та помолодела. Вслух она поблагодарила, но про себя ворчала:

– Пожалел внучек метлы! Мог бы сделать меня и еще помоложе, чтобы выглядела я лет на двадцать, или, того лучше, на семнадцать.

Все пустились в пляс, только бабушка не стала плясать, куда-то исчезла. Наконец хватились ее, начали искать; глядь, а от метлы одни изломанные прутья остались! Лежит рядом на полу пустой бабушкин халат, а в одном его широком рукаве барахтается грудной младенец, плачем заливается.

Делать нечего, пришлось внукам нянчить собственную бабушку. А метла так и пропала. Вот почему теперь старики больше не молодеют.

КРАСАВИЦА НА ПОРТРЕТЕ

Много лет тому назад жил в одной деревне человек недальнего ума по имени Гомбэй. Исполнилось ему тридцать лет, перевалило за сорок, а он все еще в холостых ходил. Девушки только подсмеивались над его простотой.

Вдруг однажды под вечер пришла в его кривую лачужку незнакомая красавица и просит:

– Будь милостив, приюти меня под твоей крышей хоть на одну ночь.

Изумился Гомбэй, но охотно принял гостью. Сели они ужинать, а как поужинали, девушка просит снова:

– Вижу я, живешь ты один. И я одинока. Возьми меня в жены.

Обомлел от счастья Гомбэй.

С той самой поры он так полюбил свою молодую жену, что никакая работа у него больше не ладилась. Начнет плести соломенные сандалии, а сам с жены глаз не сводит. Плетет-плетет и не заметит, что вышли они у него величиной с корыто, обуть нельзя. Станет мастерить соломенный плащ, а сам все на жену глядит. И выйдет у него плащ, как на великана, надеть нельзя.

Пойдет Гомбэй работать в поле – и тут у него работа не спорится. Ударит мотыгой раз, ударит другой – и бежит поглядеть на жену. Вскопает одну борозду – и скорей домой: «Жена, где ты?» Наглядится на нее вдосталь и снова берется за мотыгу.

Увидела красавица, что не идет у Гомбэя дело. Отправилась она в город и заказала художнику свой портрет.

– Смотри, как похоже,– сказала она мужу.– Повесь этот портрет возле поля на ветке шелковичного дерева и любуйся сколько душе угодно.

Перестал Гомбэй то и дело прибегать с поля домой. Взглянет на портрет, а лицо жены улыбается на нем как живое. Налюбуется Гомбэй – и снова за мотыгу. Так до вечера и трудится.

Но вот однажды налетел сильный ветер, сорвал портрет с ветки и унес в самые небеса. Плача, воротился Гомбэй домой и рассказал жене о своем горе.

Жена стала его утешать:

– Не печалься! Я велю художнику сделать другой портрет, еще лучше прежнего.

Долго портрет кружился в небе, как сухой листок, и наконец упал на землю в саду князя. Увидел князь красавицу на портрете и захотел во что бы то ни стало добыть ее себе в жены.

– Есть, значит, на свете такая красавица, раз с нее портрет нарисован.

И приказал своим кэраям:

– Разыщите ее непременно! И приведите ко мне во дворец волей или неволей.

Стали княжеские кэраи рыскать по соседним деревням и всем встречным портрет показывать:

– Не видали ли вы такой женщины?

В одной деревне говорят: «Не видели», в другой отвечают: «Не знаем!»

Наконец дошли кэраи до того селения, где жил Гомбэй.

Посмотрели на портрет крестьяне и сразу признали:

– А-а, да ведь это хозяюшка Гомбэй-дона[*]*
  Дон – вежливая приставка к имени (в крестьянской речи).


[Закрыть]. Она самая!

Пошли кэраи к нему в лачужку. Смотрят, а там красавица, точь-в-точь такая, как на портрете.

– По княжескому повелению мы должны отвести во дворец эту женщину,– сказали кэраи.

Начал их молить Гомбэй:

– Сжальтесь! Помилосердствуйте!

Но они и слушать его не стали. Потащили жену из дому силой. Гомбэй так плакал, что слезы у него ручьями текли. Жена его тоже плакала, но, покидая дом, успела шепнуть мужу:

– Не отчаивайся! Как только наступит канун Нового года, приходи под вечер к княжескому замку продавать ветки новогодних сосен. Я найду случай с тобой повидаться.

Остался Гомбэй снова один и начал дни считать: скоро ли старый год к концу придет?

Наконец наступил долгожданный канун Нового года. Взвалил Гомбэй себе на спину столько сосновых веток, сколько мог унести, и направился к замку. Стал он прохаживаться перед замком, громко выкрикивая:

– Новогодние сосны! Новогодние со-осны!

А жена Гомбэя, с тех пор как попала во дворец, ни разу не улыбнулась. Уж и так старался князь развеселить ее, и этак, ничто не помогало. Напрасно старались шуты, плясуны и музыканты.

Как только услышала красавица голос Гомбэя, так и просияла радостной улыбкой.

Несказанно обрадовался князь.

– Ну, если тебе так нравятся торговцы соснами,– воскликнул он,– я сам буду сосны продавать.

Вышел князь за ворота и надел на себя жалкие лохмотья Гомбэя, а Гомбэй облачился в княжеский наряд. Случилось так, что лицом был он похож на князя, как родной брат.

Ходит князь вокруг замка да кричит:

– Новогодние со-осны! Новогодние со-осны!

А красавица велела слугам:

– Впустите в ворота вашего господина и заприте их накрепко. Никому больше не отворяйте!

Вошел Гомбэй в ворота дворца, а навстречу ему жена бежит! Счастье их никакими словами не описать.

Ходил князь, ходил, кричал-кричал, пока не надоело. Вернулся он к воротам. Глядит: железные ворота наглухо заперты. Начал он стучать изо всех сил:

– Эй, разини, не видите, что ли? Ваш князь за воротами стоит!

Отвечают ему стражники:

– Проваливай отсюда, полоумный бродяга, пока голову тебе не снесли. Наш князь там, где ему быть надлежит, у себя в покоях.

Как ни уверял князь, как ни спорил, никто ему не поверил. Так и не впустили в замок.

Пришлось князю всю жизнь по большим дорогам скитаться.

Гомбэй остался со своей красавицей-женой в княжеском замке, а сказочнику в награду спустилась с неба земляничка на длинном-длинном стебле.

ВЕЧЕР ПЯТЫЙ

ПОДАРОК ДЕВЫ ОЗЕРА

Давным-давно, когда нынешний город Тоно́ был еще деревней, жил в тех местах крестьянин по имени Магосиро́. Был он трудолюбив, работал не покладая рук, а все не выходил из горькой бедности. Вдобавок жена досталась ему бранчливая да сварливая. Недаром говорят: злая жена все равно что сто лет неурожая. В доме от нее житья не было, целый день ворчала она и бранилась.

Одна была радость у Магосиро: косить траву на склоне горы Мономи. Бывало, еще только заря на небе разгорается, а он уже накосит столько, что иному и к вечеру не успеть. Значит, и отдохнуть можно. Положит Магосиро косу и любуется, как солнце над дальней горой восходит. За весь день не выпадало ему другой такой счастливой минуты.

Как-то раз косил Магосиро траву на берегу горного озера. Вдруг словно бы кто-то его позвал:

– Магосиро-доно! Магосиро-доно![*]*
  Доно – вежливая приставка к имени.


[Закрыть]

Поглядел он вокруг: никого! «Верно, померещилось»,– решил он и снова начал махать косой. Но тут окликнули его второй раз:

– Магосиро-доно! Магосиро-доно!

Распрямил он спину и посмотрел в ту сторону, откуда слышался зов. Что за чудо! Только что здесь ни души не было, а теперь откуда ни возьмись явилась на берегу озера молодая девушка. Магосиро такие красавицы и во сне не снились!

Девушка, ласково улыбаясь, поманила его рукой. И вдруг Магосиро почувствовал, что ноги сами несут его к озеру. «Ах, пропал я! Засосет меня озерная топь!» – в страхе подумал он, но не мог противиться невидимой силе. Шаг за шагом шел он к берегу, точно тянул его кто-то, и остановился перед девушкой.

Склонилась она перед ним в вежливом поклоне и повела такую речь:

– Магосиро-доно, у меня к тебе большая просьба. Слышала я, что твои односельчане собираются в скором времени идти на поклонение к храму Исэ[28]

[Закрыть]. Пойдешь ли ты с ними?

При этих словах у Магосиро отлегло от сердца.

– Где уж мне, бедняку, откуда у меня деньги,– ответил он.

– Об этом не заботься, будут у тебя деньги. Только обещай мне исполнить одну мою просьбу.

И девушка грустно поникла головой.

– Сказать по правде, я – водяная дева, живу на дне этого озера. Тоскливо мне, одиноко... Еще в раннем детстве была я разлучена с моей любимой старшей сестрою. Живет она в озере Ко, далеко отсюда, возле города Осака. Давно нет у меня от нее вестей, и я тревожусь, как она, что с ней? Очень бы мне хотелось, чтоб ты отнес ей письмо от меня, как пойдешь на поклонение в Исэ. Прошу тебя, не откажи мне...

Добряк Магосиро готов был исполнить просьбу девушки, не спрашивая с нее никакой награды.

– Что ж, пожалуй, отнесу письмо. Вот только отпустит ли жена... Она у меня несговорчивая.

– Отпросись у нее и пойди непременно. Вся моя надежда – на доброту твою.

Девушка достала из-за пазухи письмо и кошелек.

– Вот тебе чудесный кошелек. В нем ровно сто монов. Потратишь все монеты, кроме последней, а к утру кошелек опять станет полон. Кошелек будет верно служить тебе, пока ты не вернешься домой. Не забудь же, последнюю монету тратить нельзя.

Потом водяная дева рассказала, как найти озеро Ко и какой знак надо подать возле озера.

– Прощай же, доброго пути! Но остерегись рассказывать кому-нибудь о том, что здесь видел и слышал.

С этими словами дева озера вдруг пропала из глаз, словно никогда ее и не было. Только легкие круги побежали по воде и тихо заколебались на волнах белые утренние облака. Магосиро протер глаза, словно от сна очнулся.

Кругом было пустынно, лишь две вороны с громким карканьем пролетели по небу. Но ведь в руках у него остались письмо и кошелек,– значит, это был не сон!

Постоял-постоял Магосиро, постоял, но ведь пора и за работу браться. Неласково встретит его жена, если он запоздает. И Магосиро поспешно схватил косу в руки.

Вскоре люди из его деревни собрались большой компанией идти на поклонение к храмам Исэ.

Захотел и Магосиро пойти с ними. Услышала об этом жена и давай кричать:

– Не дам тебе гроша медного! Дохни в дороге с голоду.

Долго Магосиро уговаривал жену, и так и этак, насилу упросил отпустить его. Само собой, он не сказал жене, что дева озера дала ему чудесный кошелек.

Не пришлось Магосиро заботиться в пути о деньгах. Потратит все монеты, кроме одной – последней, а к утру кошелек опять полон. Но Магосиро не только о себе думал. Многим путникам помог он в нужде, на каждом привале кормил голодных.

Посетил Магосиро вместе со своими односельчанами храмы в Исэ, побывал с ними и в городе Осака, а уж оттуда пошел один к озеру Ко. Лежит оно к северо-западу от Осака, у подножия горы Нагано.

С давних пор ходили об этом озере страшные рассказы, живет-де в нем нечисть, и местные люди очень его боялись.

Магосиро смело подошел к самому берегу и три раза громко хлопнул в ладоши, как водяная дева его учила.

Вдруг в глубине озера что-то засверкало, и к берегу побежала золотая полоса. Разбилась она в золотые брызги, и очутилась перед Магосиро молодая девушка дивной красоты.

Читает девушка письмо, радостными слезами заливается:

– О какое счастье! Благодаря тебе я получила весть от своей младшей сестры, с которой так давно разлучена. Не согласишься ли ты отнести ей мое ответное письмо? Как она была бы рада!

Магосиро кивнул головой в знак согласия.

– Тогда подожди немного,– сказала девушка и исчезла в волнах. Когда же она вновь вышла на берег, вслед за нею из глубины озера поднялось белое облако и побежало к берегу. Вдруг из воды с громким плеском выплыл конь, белый как снег.

Девушка вручила Магосиро ответное письмо.

– Прошу тебя, передай его моей сестре! Из-за меня ты отстал от своих односельчан, но на этом коне ты быстро их нагонишь. Только не открывай глаз, пока конь не остановится.

Магосиро вскочил на коня, крепко ухватился за гриву и зажмурился. Конь громко заржал, сделал два-три скачка и вдруг птицею взвился в воздух. Магосиро чувствовал, что они летят высоко-высоко в кебе, только ветер в ушах свистит.

Наконец копыта громко застучали по земле, и конь стал как вкопанный. Магосиро открыл глаза. Перед ним был чайный домик на каком-то горном перевале.

На шум из чайного домика выбежали люди. Это были дорожные товарищи Магосиро. Они забросали его вопросами:

– Как ты сюда попал? Откуда ты? Словно с неба свалился...

Удивился и хозяин чайного домика:

– И правда, откуда ты? В той стороне лежат непроходимые горы. Нет через них пути. Как же ты один мог пройти там, где человеческая нога не ступала?

Магосиро словно во сне бормотал что-то невнятное... Так и не добились от него толку.

Вернувшись в свою деревню, он на другое же утро первым делом поспешил к озеру возле горы Мономи и три раза громко хлопнул в ладоши.

Заходили по озеру волны, засверкала золотая пена, видит Магосиро: на берегу прекрасная девушка стоит.

Поблагодарил Магосиро деву озера и передал ей письмо от сестры. Сильно обрадовалась водяная дева и в награду подарила Магосиро маленькую каменную мельницу. Но при этом сказала:

– Каждый день клади в эту мельницу одно рисовое зернышко. Повернешь один раз жернов, и зернышко станет золотым. Но смотри не сыпь в ступку много рисовых зерен зараз и не поворачивай жернов два раза в один и тот же день.

Магосиро поставил чудесную мельницу на божницу. Каждый день мельница дарила ему одно золотое зернышко. Понемногу он стал богатеть.

Но злой жене все было мало. Известно, неблагодарный человек, что дырявое ведро.

– Подумаешь, одно зернышко! Не умеет дурак намолоть побольше... Погоди же, я сама возьмусь за дело! – ворчала она.

Однажды, когда Магосиро ушел из дому, жена всыпала в мельницу целую миску рисовых зерен и давай вертеть жернов, только грохот пошел!

Вдруг мельница скатилась с божницы – и за дверь! Напрасно гналась за ней жена. Мельница быстро-быстро катилась с горки на горку и – плюх! – нырнула в озеро, только круги пошли.

Так и пропала...