355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Нед Бантлайн » Последняя тропа Дикого Билла » Текст книги (страница 1)
Последняя тропа Дикого Билла
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 23:43

Текст книги "Последняя тропа Дикого Билла"


Автор книги: Нед Бантлайн


Жанры:

   

Вестерны

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Нед Бантлайн

Последняя тропа Дикого Билла

Глава 1. Мститель

– Билл! Дикий Билл! Это ты или твоя тень? Скажи, ради бога, что ты здесь делаешь?

– Направляюсь к закату, дружище… к закату, пока не пришло время прощаться.

Первым собеседником был Сэм Чичестер – старый скаут и житель Великих равнин. Он разговаривал с пассажиром, который только что сошёл в Ларами с экспресса «Юнион Пасифик».

Этим пассажиром был не кто иной, как Джеймс Батлер Хикок по прозвищу Дикий Билл – один из самых известных стрелков и, несомненно, самый отчаянный человек своей эпохи на всей территории к западу от реки Миссисипи.

– Прощаться? Что ты имеешь в виду, Билл? Ведь ты в самом расцвете сил, и…

– Тихо! Говори тише! Тут везде есть уши, Сэм. Не знаю почему, но у меня на душе кошки скребут. Я понимаю, что моё время на исходе. Я был на Востоке с Буффало Биллом и Техасом Джеком, пытался показать людям, что такое жизнь на наших равнинах[1]. Но там не мой дом. Толпы приходили посмотреть на нас, по улицам их огромных городов за мной ходила по пятам целая армия, и мне это надоело. Но это не всё. Одна женщина влюбилась в меня и захотела выйти за меня замуж. Я сказал ей, что не создан для брака, что меня могут убить в любой момент дня и ночи, ведь у меня больше врагов, чем у кандидата в президенты. Но она не прислушалась к голосу разума, и мы… поженились. Слава богу, я уговорил её остаться на Востоке, когда поехал сюда. Ведь не пройдёт и шести недель, Сэм, как она станет вдовой!

– Билл, ты что, пьян?

– Нет. Последний год я почти не пил. Но какой-то камень лежит у меня на сердце. Мне паршиво с тех пор, как я уложил того рыжего техасца в Абилине, в Канзасе[2]. Ты помнишь, ты ведь был там. Ты ведь знаешь, там было так – или он меня, или я его. Когда я выдал ему билет в могилу, он закричал, и этот крик звенит в моих ушах. Он сказал только одно слово: «Сестра!» С того времени это слово не выходит у меня из головы, сплю я или хожу. У меня у самого была сестра, Сэм, и я любил её в тысячу раз больше, чем свою жизнь. Я разлюбил свою жизнь после того, как потерял сестру. Я не могу рассказать тебе о ней, иначе зарыдаю. Достаточно того, что она умерла. Виновник её смерти скоро тоже умер, и я был недалеко, когда… когда его не стало. Но хватит об этом, Сэм. Давай выпьем. Где ты остановился?

– В лагере неподалёку. Я возглавляю старательскую партию, которая идёт к Чёрным холмам. Со мной Капитан Джек Кроуфорд, ты его знаешь, и ещё Калифорния Джо[3].

– О, боже! Первая удача за год. Я пойду с тобой, если ты мне разрешишь. Капитан Джек Кроуфорд и Калифорния Джо – мои лучшие друзья… хотя есть ещё один.

– И кто же это?

– Мой старый шестизарядник. Я называю его Правдолюб. Он никогда не говорит, если нечего сказать. Но идём, приятель, я вижу впереди вывеску. Мне нужно выпить, чтобы промыть горло от железнодорожной пыли.

Билл указал на салун, и два старых скаута и компаньона двинулись к нему.

Когда они ушли, из-за тенистого дерева показался молодой человек. Он был одет в грубую одежду. Его лицо, простое и честное, потемнело от солнца и ветра, а голову покрывала густая копна тёмно-рыжих волос. Во время разговора двух скаутов он, затаив дыхание, ловил каждое их слово. Когда он смотрел на скаутов, в его глазах, казалось, горел лихорадочный огонь.

– Ага! Значит, он помнит Абилин!

Голос молодого человека был низкий и свирепый, как шипение разъярённой змеи.

– Он думает, что его время кончается. И я так думаю. Но он не умрёт в один миг, как его жертва. Я продлю его агонию на годы, чтобы вся его жизнь стала каторгой, безмолвным страданием. Пусть он идёт с Сэмом Чичестером и его людьми. Мститель будет рядом! Его Правдолюб солжёт, когда его помощь понадобится больше всего. Я клянусь, что он пойдёт туда, куда отправил так много жертв. Иди с ними – неподготовленный, но предупреждённый. Да, он думает, что смерть близко. Я припомню ему эти слова! Сейчас он на тропе смерти. От меня зависит, когда и где она закончится.

Когда он говорил эти слова, выражение его лица было почти дьявольским. Казалось, что его сердце было средоточием ненависти и желания мстить.

Он быстро зашагал по улице. Взглянув на салун, в который входили двое мужчин, он на миг остановился и сунул правую руку за пазуху: как будто у него там было оружие, и он размышлял, использовать его или нет.

Он остановился лишь на миг. Пробормотав: «Ещё не время», – он продолжил путь.

Он немного прошагал по той же улице и вошёл в немецкий ресторан. Грузно усевшись на стул, он сказал:

– Дайте мне бифштекс, и побыстрее. Я хочу есть и пить. Дайте мне бутылку лучшего бренди в вашем заведении.

– У нас есть дер бифштекс, унд пиво, унд рейнское вино, а пренди нет, – сказал немец-хозяин.

– Тогда пожарь бифштекс и отправь кого-нибудь за бренди! – крикнул молодой человек, бросив золотой орёл[4] – Для меня твоё пиво и вино – как помои. Я хочу, чтобы огонь… огонь бежал по венам.

– Гром унд молния! Тумаю, в ваших глазах и так слишком много огня, юноша. Но я принесу вам пренди.

Молодой человек оглядел комнату, чтобы посмотреть, есть ли тут ещё посетители.

Здесь был ещё один человек, который, очевидно, только что вошёл. Судя по дорогому саквояжу, стоявшему у его стула, он был путешественником. Этот человек выглядел юно. Лицо или то, что не было скрыто очень густой чёрной бородой, было ровным и гладким, как лицо женщины, а волосы, которые затеняли его белый лоб, были тёмные, как ночь, мягкие и блестящие, как шёлк. Они курчавились, свисая над лицом и шеей.

Одет он был лучше, чем обычные путешественники: хороший чёрный сюртук, тяжёлая золотая цепочка для часов, превосходная льняная рубашка, бриллиантовая булавка на груди. Он казался доволен собой, когда спокойно отдавал распоряжения о хорошей, сытной еде. Его голос был музыкален и довольно глубок для его возраста.

Последний вошедший пристально посмотрел на этого человека, и на его лице появилась почти презрительная улыбка, когда темноглазый незнакомец заказал вино сорта кларет или, если нет вина, чашку чая.

Но тут принесли его крепкую выпивку. Он налил стакан неразбавленного бренди, залпом выпил его и пробормотал:

– Вот это штука! Бренди разгонит огонь! Мои вены окоченели бы без него. Он довёл меня досюда и доведёт до самого конца. А потом… не важно!

Незнакомец, или путешественник, смотрел, как бы удивляясь тому, что молодой человек смог выпить такую жуткую дозу огненного напитка. Когда ещё до появления на столе еды был осушен второй стакан, удивление возросло.

Но еда, наконец, появилась. Путешественник и молодой человек с рыжими волосами, сидевшие за отдельными столами, занялись своей едой и не обращали внимания друг на друга.

Когда первый закончил, он достал из кармана пачку сигарет, выбрал одну и достал спичку из серебряной коробки, которую вытянул из того же кармана. Он закурил сигарету и выдохнул вверх клуб дыма.

Рыжеволосый налил третий стакан бренди и спокойно потягивал его. Очевидно, первые два стакана разожгли огонь, которого он так страстно желал.

Путешественник, как мы назвали его, поднялся и, как бы побуждаемый естественной вежливостью, предложил рыжеволосому сигарету.

Человек с рыжими волосами посмотрел удивлённо, и его свирепое, дикое лицо немного смягчилось, когда он сказал:

– Спасибо, нет. Я иногда пью, как рыба, но я не курю. Говорят, табак расшатывает нервы, а мне нужны твёрдые нервы.

– Я слышал, крепкая выпивка расшатывает их ещё больше, – сказал путешественник своим глубоким, музыкальным голосом. – Но, несмотря на то, что вы так привычно пьёте бренди, у вас, кажется, твёрдая рука.

– Моя рука тверда, незнакомец, – прозвучало в ответ. – На границе Рио-Гранде, откуда я приехал, не было человека, который с двадцати шагов так часто попадал в цель из револьвера, как я. А из ружья я могу попасть оленю между глаз со ста ярдов, если он смотрит на меня, или сбить дикую индейку, не попортив её тушку.

– Значит, вы из Техаса?

– Да, сэр. А вы?

– С Востока, сэр. Я объездил весь Юг, но мой дом – это старый Имперский штат[5].

– Если это не слишком нагло, куда вы направляетесь?

 – Я ещё не решил. Могу поехать в Чёрные холмы, могу ненадолго остаться здесь. Кажется, это довольно приятное место.

– Да, для тех, кому оно по душе. Сам я еду в Чёрные холмы.

– О! С компанией?

– Конечно, нет! Но туда собирается одна компания. Я из тех, кому не нужна компания. Я могу сам позаботиться о себе, без всякой толпы.

– Вот как? Что ж, хорошо быть независимым. Вы знаете партию, которая туда идёт?

– Кое-кого. Капитан – Сэм Чичестер. С ним Калифорния Джо, Капитан Джек и примерно двадцать человек. Только что на поезде приехал Дикий Билл, и я слышал, что он идёт с ними.

– Дикий Билл! – воскликнул незнакомец, вспыхнув. – Говорите, он идёт с ними?

– Да.

– Значит, я тоже пойду. Но я бы хотел пойти с другой партией – немного впереди или позади. Вы знаете Дикого Билла?

– А кто не знает? Он ведь убил больше людей, чем любой белый в Штатах и на территориях. Я не буду говорить как, но разве он не гиена, пропитанная кровью?

– Он вам не нравится?

– Кто это сказал?

– Вы! Когда вы говорите о нём, ваши глаза пылают ненавистью.

– Да? Может, он не нравится мне так, как стакан бренди… может, из-за него я потерял кого-то, кого любил. Всё может быть.

Путешественник вздохнул и с жадным видом сказал:

– Вы на него обижены? Вы хотите причинить ему вред?

Лицо рыжеволосого изменилось. Он, казалось, прочитал мысли или желания путешественника.

– О, нет, – сказал он с притворным безразличием. – И в лучших семьях бывают несчастные случаи. Я на него не обижен, потому что Билл уничтожил пятнадцать-двадцать техасцев, которые, как дураки, торчали на его пути. Что до вреда… его шестизарядник, старый Правдолюб всегда наготове, и Биллу ничего не грозит. Я быстрый, но он быстрее. Вы им так интересуетесь. Вы его знаете?

– Да, то есть не лично. Он предмет дум моего близкого друга, и вот почему я им интересуюсь.

– И этот друг – женщина?

– Почему вы так думаете?

– Просто предположил.

– Что ж, не стану спорить. Ради неё я не потерплю, чтобы с ним случилось что-то плохое.

На лице молодого человека с рыжими волосами появилась циничная улыбка.

– Если какая-то женщина любит Билла, то она не должна была оставлять его, – сказал он. – Я слышал, как полчаса назад он сказал Чичестеру, что долго не проживёт, а такой человек, как он, умрёт в сапогах!

– Он так сказал? – спросил путешественник.

– Да. Кажется, он так чувствует. Он решил сделать, как я: налиться чем-нибудь крепким, чтобы жизнь заиграла в венах.

– Бедняга! Лучше бы он оставался на Востоке, вдали от дикости и беззакония.

– Незнакомец, может, здесь и не очень много закона, но правосудие не всегда слепо. Если вы останетесь здесь подольше, вы в этом убедитесь.

– Вполне возможно. Но вы говорили, что собираетесь к Чёрным холмам.

– Да.

– Позвольте мне пойти с вами.

– Вы не слишком подходите для этого путешествия. Оно не только тяжёлое, но и опасное. По равнинам рыскают краснокожие.

– Думаю, я выдержу не хуже вас. Вы ведь худой и стройный.

– Но грубый, как матёрый бизон. Я вырос в седле, с ружьём и с лассо в руках. Я привык к ветру и непогоде, к жаре и бурям. Они мне подстать.

– А к индейцам?

– Да, к команчам, к кайовам и к апачам. Но, говорят, эти шайенны и сиу – более грубой породы. Их я тоже скоро узнаю. В одном я уверен: я не стану медленно тащиться с толпой из двадцати-тридцати человек, с фургонами и мулами, чтобы искушать этих чертей. Если вы хотите путешествовать по индейским землям, вам нужна или большая толпа, или никто.

– Вы так и не ответили. Вы позволите мне пойти с вами через Чёрные холмы?

– Почему бы вам не пойти с той партией? Спорю, что они возьмут вас.

– Я не хочу, чтобы Дикий Билл видел меня. Он подумает, что его жена отправила меня, чтобы я шпионил за его передвижениями.

– Его жена! Он женился? Это что-то новенькое!

– Да, недавно он женился на женщине, которая чуть ли не молится на него. Она пыталась удержать его от старой жизни, но не смогла.

– Вы можете идти со мной! – внезапно сказал рыжеволосый после того, как острым взглядом посмотрел в лицо путешественника. – Как вас зовут?

– Уилли Понд.

– У вас есть лошадь и оружие?

– Нет, я только что приехал на поезде с Востока. Но у меня есть деньги. Купите мне хорошую лошадь, седло и уздечку. Я куплю оружие.

И мистер Уилли Понд дал рыжеволосому пятьсот долларов казначейским билетом.

– Вы не спросили моего имени, но доверяете мне деньги, как будто уверены в моей честности.

– Вы скажете своё имя, когда сочтёте нужным! – был ответ. – Что касается вашей честности, если вы согласились путешествовать со мной, то вам можно доверить мои деньги.

– Вы правы. Ваши деньги в безопасности. Что до моего имени, зовите меня Джек. Если оно не очень приятное, то хотя бы короткое. Когда-нибудь я расскажу вам и об остальном.

– Хорошо, Джек. Это ваше дело. А сейчас нужно готовиться, чтобы идти впереди или позади другой партии.

– Мы не пойдём впереди. Где вы остановились на ночь?

– А где лучше всего?

– Этот старый немец держит комнаты для гостей. Лучше остановитесь здесь. Если вы не хотите видеть Билла, то не выходите наружу. Он будет в салунах, где пьют и играют в фаро. Билл до смерти любит карты.

– Я слышал, – со вздохом сказал мистер Понд.

Джек вышел, а Понд позвал владельца и снял комнату.

Глава 2. Хурма Билл

Как только рыжеволосый, который назвался Джеком, вышел из немецкого ресторана, он пошёл к конюшне. Он позвал своего коня, который стоял здесь, в один миг запрыгнул в седло и галопом поскакал на запад от города.

Он скакал не больше часа и проехал где-то восемь-десять миль. Он не следовал каким-то курсом, но скакал прямо, как стрела.

Он остановился в небольшом овраге, почти скрытом густыми зарослями и издал особый свист. Свист прозвучал трижды, затем из оврага, точнее из его устья, осторожно вышел некий человек. Он был высокий, стройный и всё же казалось, что у него кости и мускулы гиганта. В его смоляно-чёрных глазах сверкала свирепость. Его лицо отличалось суровой, почти классической красотой. Он мог бы стать моделью для античного скульптора. У него были магазинное ружьё, два револьвера и нож на поясе. С головы до пят он был одет в оленью кожу.

– Ты Хурма Билл?[6] – спросил Джек.

– Да. А ты кто такой, и как ты узнал про условный сигнал?

– От одной женщины в городе, которая мне доверяет.

– Её имя Адди?

– А фамилия – Нейдик.

– Ладно. Я вижу, что она тебе доверяет. Чего тебе нужно?

– Помоги мне отомстить.

– Хорошо, я в деле! Какая помощь тебе нужна?

– Мне нужно захватить живым одного человека из старательской партии – для пыток. Я хочу, чтобы он умер по кусочку.

– Сколько человек в партии, и где они сейчас?

– Двадцать-тридцать человек. Они в лагере на краю Ларами и через несколько дней пойдут в Чёрные холмы.

– Если всю партия, кроме нужного тебе человека, перебьют, тебя это устроит?

– Да. Они его друзья, и я их тоже ненавижу!

– Ладно. Дай мне список имён, скажи, как они вооружены, какие у них животные и припасы, чтобы я был готов. Они не пройдут и полпути до холмов, а тот, кто тебе нужен, будет доставлен тебе прямо в руки. Всё это и даже больше я сделаю ради той, которая отправила тебя сюда.

– Ты её любишь?

– Она любит меня! Я не из тех, кто тратит много воздуха на болтовню о любви. Мои воины оглала-сиу называют меня Убийца Солдат. Будь осторожен, когда поедешь обратно. Никому, кроме Адди Нейдик, не подавай даже намёка, что в Лощине мертвеца, как здесь называют этот овраг, есть кто-то живой.

– Не бойся, я ни с кем это не обсуждал. Я знал Адди Нейдик ещё до того, как она приехала сюда. Мы случайно встретились, я открылся ей, и она отправила меня к тебе.

– Ладно. Езжай обратно. И будь осторожен, когда подаёшь сигнал, или потеряешь свой скальп.

– Скальп?

– Да, моя охрана настороже.

– Охрана?

Хурма Билл засмеялся, глядя на удивлённое лицо своего гостя, засунул пальцы в рот и издал пронзительную трель.

Через секунду выход из оврага был перекрыт вооружёнными и раскрашенными воинами – сиу из племени оглала. Их было не меньше пятидесяти.

– Ты видишь мою охрану. Эти красные дьяволы не будут дожидаться моего приказа и снимут скальп по своему почину, как только представится такой шанс, – сказал Хурма Билл.

Он вырвал орлиное перо с алым кончиком из головного убора вождя и при всех индейцах передал его Джеку.

– Храни его. Когда ты будешь на равнинах, надень его на шляпу, на самое видное место, и сиу не причинят тебе вреда, и ты сможешь безопасно проехать мимо них. Сейчас езжай, добудь список и все сведения, какие сумеешь, и как можно скорее привези их сюда. Когда поедешь сюда опять, скажи Адди, чтобы скакала с тобой.

Джек положил перо во внутренний карман жилетки, поклонился, развернул коня и помчался к городу. Не проехав и сотни ярдов, он оглянулся. Хурма Билл исчез, индейцев не было видно, и никто бы не догадался, что рядом находятся такие опасные люди.

Над деревьями не было ни дымка, ни одна лошадь не паслась вокруг, ничто не нарушало заброшенность этого места.

– И это Хурма Билл? – пробормотал рыжеволосый всадник, когда галопом ехал обратно. – Такой красавец, он не похож на убийцу, как его называют. И всё же, если это правда, он убивал десятки там, где Дикий Билл убивал одного. Не важно! Он будет мне полезен, и это всё, что меня волнует.

Глава 3. Предупреждение

Когда Дикий Билл и Сэм Чичестер вошли в салун, который упоминался в первой главе, их приветствовали несколько жизнерадостных мужчин. Билл с особенной теплотой обратился к двоим, назвав одного из них Калифорния Джо, а другого – Капитан Джек.

– Давай выпьем, Кроуфорд! – сказал он. – Я сухой, как пустая пороховница!

– Мне никакой выпивки, Билл, – отозвался Кроуфорд, или Капитан Джек. – Я шесть месяцев не притрагивался к этому яду.

– Что? Бросил пить, Джек? Скоро конец света!

– Думаю, он когда-нибудь наступит. Но к моей выпивке он не имеет отношения. Я обещал старому Кейлу Дергу[7] бросить и бросил. Я никогда не чувствовал себя лучше. Я свеж, как маргаритка, силён, как матёрый олень, и счастлив, как антилопа на просторных пастбищах.

– Ладно, Джек. Но я должен выпить. Давайте, ребята, все, кто хочет, выпьем за мой счёт.

Калифорния Джо и остальные приняли приглашение, а Капитан Джек взял сигару вместо того, чтобы, как он сказал, «сдвигать черепицу с крыши».

– Куда направляешься, Билл? – спросил Капитан Джек, когда Билл поставил пустой стакан на стойку и обернулся.

– К Чёрным холмам с твоей партией, если доберусь туда живым.

– Живым! Неужели ты думаешь о смерти? Ты никогда не выглядел так хорошо.

– Значит, мой труп будет выглядеть здоровым, Джек. Говорю тебе, моё время на исходе. Я шесть месяцев чувствую это своими костями. Я видел во сне призраков, а когда просыпался, чувствовал, что они вокруг меня. Бесполезно, Джек. Когда время на исходе, человек должен уходить.

– Ерунда, Билл. Не думай об этом. Долгая и весёлая жизнь – вот мой девиз. Мы поедем к Чёрным холмам, разбогатеем, а потом будем наслаждаться жизнью в диких местах.

– Мальчик, я знал счастье только в диких местах. Здесь ты убиваешь то, что создано для убийства – ради еды. Тот, кто убивает в цивилизации, делает это по своей склонности.

И Билл содрогнулся, как будто подумал о тех, кого он преждевременно отправил в могилу.

– Чушь, Билл! Ты свихнулся из-за своего театра. Ты так много играл, что реальность кажется тебе странной. Пойдём в лагерь и поговорим о предстоящем пути.

– Не раньше, чем куплю себе лошадь, Джек. Мне опять нужна добрая лошадь. Я ездил на поездах и пароходах, пока мои ноги не захотели перемен.

– Здесь рядом есть конюшня. Пойдёмте, посмотрим на лошадей, – сказал Сэм Чичестер.

– Согласны! – воскликнули все, и скоро Билл и его друзья были в конюшне, разглядывая дюжину лошадей, выставленных на продажу.

– Вот красавчик, который мне нужен, – сказал Дикий Билл, показав на чёрного коня шестнадцати хэндов[8] в высоту и очевидно чистокровного. – Назовите цену, и он мой.

– Этот конь уже не продаётся. Полчаса назад его купил рыжеволосый парень из Техаса.

– Рыжеволосый парень из Техаса! – пробормотал Билл. – Рыжеволосые черти из Техаса всегда переходят мне дорогу. Тот парень из Абилина был скотоводом, рыжим, как огонь. Где ваш покупатель, мистер?

– Куда-то уехал, – отозвался владелец конюшни.

– Когда вернётся, скажите ему, что этот конь нужен Дикому Биллу. Думаю, он разрешит Дикому Биллу купить его, если знает, что к чему. Я не дам и ломаного гроша за других лошадей в вашей конюшне. Я хочу этого коня!

– Я передам Джеку, – сказал конюх. – Но я не думаю, что у вас есть преимущество. Он хорошо заплатил. Он согласился на мою цену, но у меня не было сдачи с его пятисотенного казначейского билета. Одного имени не хватит, чтобы его напугать. Он всегда ходит вооружённым.

– Передайте ему мои слова. Я приду сюда на закате за этим конём, – сказал Билл и ушёл вместе со своими друзьями.

Через час рыжеволосый человек из Техаса остановил перед конюшней своего коня – пылкого мустанга со своих родных равнин.

Хотя конь долго и быстро скакал и был весь в пене, в его виде или дыхании не было признаков усталости. Это животное пробежало бы от рассвета до заката, свалилось бы и всё же окунулось в прохладу наступающей ночи.

– Вам нужен Чёрный Ястреб, о котором вы говорили утром? – спросил конюх, когда Джек спешился.

– Конечно. У меня есть более мелкие деньги, вот они. Вы сказали, триста долларов?

– Да. Но здесь был один человек, который присмотрел себе этого коня. Он просил передать вам его имя. Он намеревается купить этого коня. Я говорил ему, что он продан, но он сказал: «Передайте ему, что конь нужен Дикому Биллу и что Дикий Билл придёт за ним на закате».

– Он придёт?

Молодой техасец, скорее, прошипел, а не сказал. Его лицо побелело, как снег, его голубые глаза темнели, пока не стали почти чёрными.

– Он придёт! Пусть попробует! Внезапная смерть – это слишком хорошо для такого запачканного кровью мерзавца! Но если он настаивает, то зачем возражать? Конь куплен. Пусть приходит на закате, если посмеет!

И молодой человек дал владельцу конюшни триста долларов банковскими билетами.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю