Текст книги "Норвежская рулетка для русских леди и джентльменов"

Автор книги: Наталья Копсова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 48 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Глава 22

С первого же попавшегося телефона-автомата я подала своей подруге отчаянный SOS-сигнал.

– Хеллоу-у-у… – кокетливо-томно ответил очень нежный и очень заспанный голосок.

– Я разбудила тебя, Аленушка?

– Да, разбудила. В такую воскресную рань ты уже вовсю по хозяйству хлопочешь, хозяюшка наша? Все для дома, все для семьи…

– Да нет, Ален, честно говоря, мне сейчас не до хозяйства! Я всю ночь просидела на пляже в Сандвике, а тебе сейчас звоню, как в клуб взаимопомощи ушибленным жизнью. Аленк, а я ведь ушла от Вадима!

– На пляже?

И тут подружка моментально проснулась от удивления.

– Ой, да ты что! Что ты такое говоришь, Ник! Слушай, опиши мне подробнее, где ты сейчас стоишь и в чем одета, а я свяжусь с каким-нибудь из моих коллег и попрошу его тебя на машине забрать и привезти ко мне. На автобусной станции в Сандвике в своей белой шубке? О’кей, перезвони мне минут через десять – я сообщу тебе цвет и номер машины.

Минут двадцать спустя на жгуче-красном авто за мной был прислан не слишком-то видный собой, но чрезвычайно вежливый и церемонный английский джентльмен лет около пятидесяти по имени Кисс. В автомобиле он много шутил в стиле знаменитого английского юмора, например: «Почему у коров всегда такие печальные глаза? Еще бы, если дважды в день вас дергали бы за титьки, но до секса допускали бы лишь раз в год, то и у вас глаза вряд ли были бы веселыми!»

В который раз меня удивила настолько вежливая этимологическая суть английского языка, что все остроты Кисса отличались неизменной изящной словесностью, джентльменской изысканностью и почти аристократичным остроумием. Вот попробовать эти самые шутки пересказать по-русски или по-норвежски?.. Всю дорогу я много смеялась: делала вид, что мне очень и очень весело.

Кисс (до чего же удивительное имя, в переводе с английского означает поцелуй) доставил меня к подъезду Алениного дома в Мортенсруде, а это почти на противоположном от Сандвики конце города Осло.

«Мне так жаль, что у тебя такие грустные глаза, чудесная девочка. Постарайся научиться принимать все в жизни спокойно, такое умение всегда кстати», – сказал он на прощание, когда я высаживалась из ярко-красного, как пожарный автомобиль, «Ровера». С нетерпением нашла я нужную кнопку с фамилией Алены на переговорном устройстве, одновременно припоминая, что к ней вроде бы надо на третий этаж. Она ничего не сказала и не спросила, а просто распахнула передо мной автоматическую входную дверь в подъезд.

Алена купила квартиру не так давно и почти сразу затеяла в ней ремонт. Я была у нее в гостях только один раз. Сейчас ремонт был почти завершен, и все выглядело свежо, пастельно и приятно глазу. Подруга встретила меня в ярко-малиновом тренировочном трико:

– Я сейчас делаю тренировочную растяжку мускулатуры. Ты раздевайся и проходи, присаживайся на диванчик. Я скоро закончу все упражнения, приму душ, потом легкие косметические процедуры, и мы начнем завтракать.

Женственно обняла и на миг прижалась своей мягкой щечкой к моему носу Алена:

– Ну-ну, не плачь, киска. Мы что-нибудь обязательно придумаем. Где наша не пропадала, а?!

Пока Аленка выделывала все возможные и невозможные гимнастические па и выкрутасы на специальном коврике, я тихонечко притулилась в уголочке большого кресла с бархатистой серебристо-бежевой подушечкой в Алениной гостиной и пыталась вслушиваться в ритмично-медитационные музыкальные мотивы стереопроигрывателя.

«Позвонить домой или не позвонить? А как Игоречек воспринял уход мамы? Что они сейчас делают? Вдруг Вадим обратится в полицию, и они примутся меня разыскивать? А если позвонить и положить трубку? Тоже глупо! Но что же делать?!» Голова прямо-таки раскалывалась от вопросов, как жареный каштан на горячей сковороде.

Аленка к тому времени покончила с косметическими процедурами и вышла из ванной в зеленой крем-маске на лице и на шее.

– Масло кокосового ореха с авокадо плюс эмульсия плаценты плюс экстракт из сперматозоидов. Очень омолаживает кожу и моментально подтягивает даже самые мельчайшие морщинки. После этого сразу выглядишь лет на пятнадцать моложе, и это – только как минимум.

– Ален, я не знаю, что мне делать. Наверное, надо сообщить домой хотя бы то, что я жива. Мало ли что там творилось ночью, вдруг Вадим звонил в полицию. Я места себе не нахожу.

– Ты думаешь о возвращении к мужу?

Изящно-энергичными круговыми движениями сильных пальцев подружка принялась втирать крем себе в шею.

– Да это было бы совсем по-детски. Тогда не надо было и начинать городить весь этот огород. Нет, об этом не может быть и речи! – отвечала я чересчур твердым голосом, а внутри себя ничего не знала и просто захлебывалась в хаотическом водовороте мыслей и чувств.

– Ну тогда, милая моя Никочка, просто напиши домой краткую открыточку о том, что жива-здорова, и завтра к вечеру они ее благополучно получат. У твоего страха слишком глаза велики. Попробуй постараться ни о чем не думать. Давай-ка видео поставим, думаю, лучше всего тебя отвлечет от личных переживаний и трагических мыслей «Андрей Рублев» великого Тарковского. В конце концов, ты сейчас в тепле и в уюте и подруга собирается кормить тебя вкусненьким завтраком, а вот если сравниться с Рублевым, с гением…

Алена включила фильм и пружинистой спортивной походкой удалилась на кухню. Но через пять минут я все же не выдержала и позвонила домой.

– Это мама? Мама, это ты? – до звона напряженным голоском сразу же спросил Игорек.

– Сыночек, лапочка моя, солнышко, да, это мама. Нет-нет, обо мне не волнуйтесь, у меня все нормально – живу у подруги. Я не знаю, когда приеду, но мы обязательно скоро увидимся. А что со мной такого может случиться? Ты, котеночек, ведь хорошо знаешь свою маму…

– Мамочка, ты ни о чем не беспокойся. Ты все равно всегда будешь самой лучшей мамой на свете. Просто немножко каникул, и ты все сумеешь наладить. Нет, неправда! Никогда не думай о себе плохо, ты всегда все делаешь правильно! А папа сейчас спит.

Я едва успела положить трубку, как легким шагом в гостиную вошла Алена, остановила фильм и пригласила на кухню к завтраку.

– Знаешь, Никуся, вот, например, у меня имеется такой крепкий железный принцип: никогда самой, а тем более первой, мужчинам не звонить без совершенно смертельной на то необходимости. Да даже и при смертельной нужде стараюсь не раскалываться, а знаешь, что делаю… Набираю номер его мобильника и после первого же длинного сигнала отключаюсь. Когда же товарищ перезванивает, то удивленным тоном ему отвечаю: «Нет, нет, я вас не хотела беспокоить. Просто я сейчас нахожусь в ресторане и когда принесли счет, то случайно свой телефончик уронила, вот он, наверное, сам подал вам сигнал». Далее продолжаю мило с ним болтать и так, совсем ненароком, спрошу, о чем собиралась. В таком случае мужчины в силу своей природной недалекости запоминают данный разговор как происшедший исключительно по их собственной инициативе. А это совсем, совсем другое дело: он может даже предложить возместить злополучный ресторанный счет.

– Ну, а если кавалер не перезвонит, что тогда?

– Да куда же он денется-то? Значит, чуть позже перезвонит, только и всего. Но девяносто пять процентов перезванивают сразу же. Это мною проверено!.. Да что ты заладила про никогда… Тогда другому следует набрать номер все с той же версией.

– Ну, а если когда-нибудь возникнет необходимость опять ему звонить? Ну не может же телефон все время падать…

– Да не будь ты до конца наивной дурочкой! Любые отношения между мужчиной и женщиной – это всегда тонкая игра, где победитель забирает все, а побежденный горько плачет. Если звонить опять придется, то скажу: «Ой, надо же, наверное опять мой телефон в сумочке сам случайно включился и подал сигнал на ваш мобильный. Ведь ваш номер записан в моем автоматическом телефонном листе». Только и всего, Никочка…

– А если он догадается или подумает…

– Да пусть что хочет, то и думает! Есть давай начинай!

На плоском стеклянном блюде ромбовидной формы красиво возлежали кусочки различных плавленых и обычных сыров, украшенные веточками петрушки; к ним полагались тосты. Три вида джемов: яблочный, малиновый и персиковый придавали столу приятный акцент. Вкусно пахло свежесваренным кофе.

– Вообще-то заруби на своем хорошеньком носике следующее: самые великие умы прошлого говорили, что большинство искусств требует длительного изучения и усердия, но самое главное и полезное из всех искусств – искусство нравиться – требует лишь одного желания.

Внезапно мелодично рассмеялась моя мудрая старшая подруга:

– Слышала ты, Никушка, народную мудрость новейшего времени: «найти милую и порядочную женщину вполне возможно, вот только отвязаться от нее впоследствии весьма непросто». Вот именно этого пуще смерти боится нынешний сильный пол, им проще даже, если у дамы имеется боекомплект из четырех-пяти любовников. Так что ни с кем не стоит быть слишком доброй и порядочной – съедят заживо! А вообще-то у истинных женщин всегда две проблемы: как найти мужа и как уйти от мужа. Ведь что в женской судьбе самое главное – найти компромисс, чтобы волки были сыты и овцы замужем за лучшими из них. Хотя, милая Ника, если смотреть правде в глаза до конца – тамбовские волки нам теперь мужья.

Да, еще запомни на всякий случай: лучший способ познакомиться с интересным мужчиной – это совсем слегка въехать в его автомобиль. Тоже проверено собственным опытом. Какой кофе ты предпочитаешь: черный, кофе де латте, то есть черный, взбитый с молоком, капуччино или, может быть, с айриш кремом и коньяком? Выбирай, выбирай – не стесняйся! – в излюбленной аристократической манере, то есть с любезно-свежей прохладой в голосе и ослепительным, сверкающе-хрустальным чувством собственного достоинства вопрошала меня моя единственная во всей Норвегии подруга.

– Да я бы не отказалась от последнего предложения, Аленушка моя! – совершенно в тон хозяйке отозвалась гостья. Я и не знала, что Алена такой философ-феминист; озадачила она меня своей тирадой, ведь в таком ключе я даже думать никогда не думала.

– В наличии имеется хорошее белое вино Сол Торрес производства… Ой, а может, тебе лучше налить водки стопочку? Ты как – в порядке, солнышко? – внезапно спохватилась Алена, наконец-то сбросив с себя холодную аристократичность и горделивую манерность.

– Как ты, Ален, сама знаешь, подруженька твоя предпочитает крепкие напитки, но пьет только под настроение и, как правило, за компанию. Если такое настроение, что остается только пить – пью; если нет такого настроения – не пью. Сейчас у меня настроение сама понимаешь какое! Так что если ты готова меня поддержать и в одиночестве не оставить – тогда наливай!

Через несколько минут гостеприимная хозяйка закончила хлопоты, сняла фартук и села за стол напротив меня. Прямая, как струнка, Алена высоко подняла бокал, в котором, казалось, плескалось само солнце:

– За наше с тобой здоровье, Никочка! А еще за то, чтобы у русских женщин хотя бы изредка случались просветы в судьбе! За что только мучаемся?

Мы выпили и интуитивно промолчали не меньше минуты, как если бы пили за помин чьей-то души.

Внутри стало теплее, но, к сожалению, ни вино, ни водка, ни коньяк не были способны до конца рассеять мои тревожные грустные думы. Все, чем я располагала на сегодняшний момент, была небольшая государственная стипендия за мои компьютерные курсы и месячный проездной билет, также оплачиваемый Бэрумской Арбейд-конторой, то есть моей районной биржей труда. Денег таких могло хватить лишь на самое скромное питание и транспорт, да и то в обрез, так что вставала задача срочно найти работу.

– Работу по специальности в Норвегии? Иностранке? Многого ты хочешь! – с красивым изломом левой брови слегка надменно и одновременно горько усмехнулась Алена, когда я решила поделиться с нею своей последней мыслью. – Ты, Никочка, норвежские газеты-то читаешь? Так вот, норвежцы иностранцев сильно не жалуют, однако надеются себя когда-нибудь превозмочь. А пока пытаются, будут тебе отказывать под всевозможнейшими, но всегда вежливыми предлогами и при этом умильно улыбаться.

– Но ты же нашла! И в хорошей фирме при всем при том. Значит, и я должна постараться и смочь!

– Ты вспомни, как три года я откровенно мучилась! Да и не обо всем ты знаешь, как тут что находится! Многое делается по простому примитивному блату или в виде обмена услугами – ничуть не благороднее, чем в России. Просто с большим налетом скрытности и приличности – тут все как бы хорошо заретушировано и подкрашено. Три года я, инженер с высшим университетским образованием и кучей других всевозможных дипломов, зарабатывала тем, что мыла, кормила, обихаживала, судно выносила и спать укладывала старичков и инвалидов. Мне по-человечески было их жаль: одинокие богатые старички и старушки, вроде бы денег навалом, и у каждого по несколько домов, машин и дач, а совсем никому не нужны и поговорить им не с кем. Умрут, и их добро достанется равнодушным родственникам, чужим, в сущности, людям. Хотя, конечно, можно сказать: сами они в одиночестве своем виноваты, сами выбрали такую судьбу и жизнь прожили, как эгоисты. Я с ними разговаривала, про здоровье и настроение спрашивала, так они потом за руку удерживали, умоляли не уезжать, дорогие подарки дарили. Но что ты тут поделаешь-то: на одного пациента по нормам положено всего сорок – сорок пять минут, и за смену надо успеть обслужить человек восемь – девять. А начальница, если заболевал кто из обслуживающих женщин, добавляла и до тринадцати. Потом от усталости валишься с ног. Но ты у нас идеалистка. Ты там работать не сможешь; на моих-то пациентов в голом виде иногда страшно бывало смотреть.

Ладно, не горюй. Я помогу тебе найти подработку в виде уборки и мытья полов в частных домах в вечернее время или по выходным дням. Сама этим занималась, до сих пор бывшие клиенты звонят и спрашивают.

– Что же, мыть – так мыть! – согласилась я с невольным вздохом, а что еще оставалось делать. – Но все же, Ален, я хотела бы хоть попробовать найти нормальную работу по специальности. Если я распечатаю с компьютера на курсах свое резюме на норвежском и английском, то, может быть, ты могла бы попросить своих умных интернациональных коллег просмотреть мои любительские тексты на предмет грамотных профессиональных формулировок и прочих всевозможных ошибок?

– Конечно же, солнышко. Уж мне-то они не откажут, будь уверена! Отредактируют твои бумаженции в лучшем виде! Вот здесь, кстати, лежит стопочка новеньких технических журнальчиков с разделом объявлений о работе – почитай на досуге, и если что понравится, давай туда напишем. Мало ли что бывает на свете, вдруг отыщется тебе место, на наше счастье. А сейчас, кошечка, мне придется тебя покинуть и пойти поработать над расчетом системы гибких кессонных ящиков. Наверное, на часок брошу тебя в одиночестве.

– Кессонные ящики? Никогда не слышала о таких, и как же странно звучит! А по каким формулам они рассчитываются? Может, я смогу тебе помочь?

Я с места в карьер решила начать вникать в азы инженерии по новой. Скорее всего многое давно и основательно подзабыла.

– Они требуются по оффшорной технологии, а мне надо сосчитать их необходимое количество и объем. Я не успела в пятницу.

Отчего-то смутилась Алена, но быстро справилась с невольным замешательством и гордой лебедью выплыла из-за стола. Вот и стала моя подруга совсем законченной фанаткой-перфекционисткой, а тут такой вышел прокол – не успела закончить задание к концу рабочей недели. Нет, а все-таки какая Алена молодец! Эх, мне бы быть столь же целеустремленной и настойчивой. Эх, мне бы научиться быстро доводить дела до победного конца и принимать жесткие решения, а не рефлексировать по поводу… и без оного. Как же права была бабушка, что внучка «ни с чем пирог».

– Все сооружения на нашей фирме рассчитываются в виде трехмерных моделей по задаваемым параметрам динамических нагрузок…

– Так вы в вашем офисе пользуетесь программами типа Экс-Стил-Стад-Про? Ведь так? – обрадованно перебила я подругу. – Мы на курсе изучали подобные и сдавали по ним экзамены. Может быть, я смогла бы…

– Да, типа того. Я сейчас должна идти. Включи себе продолжение фильма. Позже я сделаю тебе массаж и почищу кожу лица, заодно и подстригу немного. Что-то, кажется мне, кисуля, что ты себя несколько запустила.

Я согласно кивнула, Алена, как всегда, была права абсолютно. Ни к лицу, ни к телу не привыкла я применять так любимые многими женщинами процедуры, практически не пользовалась кремами и очень-очень скромно употребляла косметику. Видимо, заветы авторитарной русской бабушки, которая строго-настрого запрещала мне «малеваться» или волосы завивать, все еще имели надо мной силу заклятий – по привычке я так и оставалась на уровне своих давно отшумевших пятнадцати лет.

В отсутствие подруги я принялась усердно штудировать страницы с объявлениями о работе в любезно предоставленных ею журналах и одновременно с успехом успевала вникать в тонкости древнерусской технологии литья колоколов в фильме Тарковского на широком экране плоского серебристого телевизора. На тех описаниях обязанностей, где, по-моему, у меня могли бы быть шансы, карандашом ставила крестики, чтобы в самое ближайшее время отправить работодателям по указанным адресам письма или электронные сообщения.

Все отчетливее и отчетливее вставала передо мной суровая, как война, правда и необходимость срочно найти работу и самостоятельно снять квартиру. Не могу же я стеснять Алену до бесконечности! Как-то верно подмечено в старой поговорке: «незваный гость хуже татарина». А еще мне нужно место, куда можно было бы забрать Игорька.

Несмотря на мои не очень-то веселые думы, время пролетело практически незаметно. Закончившая трудовую повинность подруженька явилась пред мои очи с набором каких-то многоцветных тюбиков, коробочек, баночек, бутылочек и флакончиков.

– Ложись! – скомандовала она, как в армии. В руках ее появилось и засверкало что-то среднеарифметическое между металлическими щипцами для завивки волос и паяльником.

– Начнем с массажа лица высокочастотным электростимулятором! Потом легкая белково-клубничная масочка. После подпитаем кожу кислородным кремом-лифтингом, а в самом конце устроим полный массаж тела с женьшеневым бальзамом и мультивитаминным тоником.

Честно говоря, было больно. Если бы я заранее знала, что такое электростимуляция, то не согласилась бы так охотно. Я-то надеялась просто расслабиться и хоть на короткое время избежать бесконечных провалов в мучительно-тягостные раздумья о том, как же жить дальше и почему все случилось так, как случилось; где и что я провалила с таким оглушающим треском; что не сделала правильно, не поняла, не предвидела… Сейчас была я подвергнута сущей пытке, хотя она здорово отвлекала вообще от всяких дум. Вначале показалось, будто бы тысячи раскаленных иголок попеременно впиваются в мои веки, лоб, подбородок, щеки и шею; при этом всю меня затрясло, как попавшую под высоковольтное напряжение! До чего же больно свирепые точечные разряды электричества дергали мышцы лица.

Вдруг что-то холодное, мокрое и скользкое растеклось по всему лицу, а затем наоборот: стали намазывать жирным и горячим, как только что со сковороды. Вскоре вся эта липкая тягучая масса застыла и обтянула лицо, как чулок. И массаж тела также оказался болезненным, особенно живота. Я подумала, что наверняка окажусь вся в синяках и так останусь еще на следующие две – три недели. Но когда Алена сама слегка притомилась и пассы ее энергичных, на удивление суперсильных рук становились все мягче и мягче, нежнее и нежнее, приятнее и приятнее, я начала было впадать в полудрему и тут вдруг поняла-услышала, что, оказывается, все это время она что-то мне рассказывает.

– Мамочку свою я помню плохо, она умерла при вторых родах, когда мне и четырех лет не было. Умерла еще совсем-совсем молодой, двадцатипятилетней; их вместе с крохотным братиком моим хоронили. На старых фотографиях у мамы большие, светлые и всегда грустные глаза; пышные, толстые, русые косы. Косы она, видно, любила укладывать вокруг головы венком, поэтому на фотопортретах она выглядит, как королева в короне.

Мой отец, видный, высокий и статный морской капитан, впоследствии дослужившийся до адмирала флота, через год женился на молоденькой девчонке. Мачеха в принципе не была злой, но до крайности капризной, взбалмошной, бесшабашной и легкомысленной. Страшная кокетка, да к тому же любила швырять деньги направо и налево, да так, что дома у нас не на что было еды купить, несмотря на отцовскую мощную зарплату. Внешне она мне нравилась необыкновенно. Представь себе невероятно пышные груди без всяких там нынче модных силиконов при ее относительной худобе, огненно-рыжую копну роскошных волос, которые она, естественно, умело подкрашивала, и темные, по-египетски раскосые глаза. Вообще полукровки всегда красивые, а Галина наполовину была татаркой из Казани, наполовину русской.

Моя мачеха до потери, что называется, пульса увлекалась всяческими масками для лица, примочками, припарками, массажами, красками и меня тому научила. Всю жизнь Галина просидела на папочкиной могучей шее, ни одного дня не работала, а ведь хотела стать косметологом, но так и не стала. Вот и я когда-то мечтала о косметологии, совсем как мачеха, но теперь это просто хобби.

И уж было совсем погрузил меня в сладкий медитативный сон воркующий голосок и добрые руки славной моей массажистки, как вдруг противно-резко и по-старчески скрипуче задребезжал телефон.

Алена прекратила обихаживать меня и замерла в раздумье. Телефон продолжал долго и навязчиво настаивать на ответе, и вот тогда в изящном прыжке грациозным мановением руки подруга включила автоответчик со своим милым, простым и ласковым обращением на трех языках ко всем звонящим.

– А то и не дадут нам с тобой спокойно поговорить и отвести душу. Правда, солнышко мое?! Сейчас соображу тебе стрижечку, потом ты полюбуешься на себя в зеркале, и примемся за приготовление праздничного обеда в твою честь!

Умелая подружка подстригла меня лесенками с макушки до плеч и опустила на лоб легкую, воздушную челочку, которой я никогда раньше не носила. Я подошла к зеркалу, у меня просто не было слов – до того великолепно выглядел мой зеркальный двойник.

Как по волшебству, исчезли сизые болезненные круги под глазами, цвет лица с инфернально-вампирического перешел на бархатисто-розовый оттенок лепестков роз, ранее обветренные участки кожи сияли чисто младенческой нежностью с невинностью, а черты лица смягчились невероятно. За какие-то час – полтора я сбросила никак не меньше двенадцати лет, и в зеркальном шкафу в прихожей отразилась совсем молоденькая беззаботная девчушка, у которой вся жизнь впереди.

– Да ты просто волшебница, Аленка! И зачем только гробишь такой потрясающий талант на кессонные ящики, бетонные платформы и шлангообразные трубопроводы…

– Что жизнь заставляет, то и делаешь. Редко кому в ней везет с возможностью делать, что хочется. Косметологи в Норвегии получают намного меньше, чем инженеры, так что мне совсем не до баловства. Но, может быть, у тебя все сложится удачно. В любом случае никогда не надо терять надежды.

– Большое тебе за все спасибо, Аленка! С тобой я чувствую себя хорошо и спокойно, а в моей жизни это теперь такая редкость. Стало казаться, что впереди не все так безнадежно и мрачно. Я всегда знала, что ты натура пылкая и благородная, являющая собой самые высокие достоинства, которые только могут быть в людях, полных добрых фантазий и божьих искр. С Божьей и твоей помощью, я все-таки сумею выкарабкаться…

– Зайчик, да как ты еще можешь сомневаться в себе! Вон ты у нас какая умница-разумница и красавица-раскрасавица. Компьютеры чуть ли не изнутри знаешь и эти, как их, оперативные системы. Да все в твоей молодой жизни только к лучшему! Знаешь, что я думаю еще можно было бы сделать – где-нибудь через недельку я собираюсь на беседу к одному старичку из Инженерного общества Норвегии. Мы с ним время приема точно не обусловливали, но это совершенно не проблема. Старичок-то он старичок, а туда же, куда все – приударить пытается. Я хочу у него выяснить стандартные вилки расценок на инженерный труд по различным категориям проектов, а то сдается мне, что в моем суперпередовом оффшорном офисе мне прилично недоплачивают. Любят, знаешь ли, чистокровные арийцы дурить голову бедным иностранцам, особенно тем, которые из Восточной Европы, Азии и Африки. Давай-ка к тому времени подготовим и подредактируем твое резюме о работе и попросим этого, довольно влиятельного в инженерных кругах старикашечку посодействовать тебе в поиске работы по специальности. Предварительно я поговорю с ним о тебе по телефону. Так что не вешай носик, кисуля! Теперь давай-ка примемся за обед, чтобы порадовать наши язычки не только разговорами, а животики – не только упражнениями и массажами.

На Алениной уютной светлой кухоньке в клетчатых бело-желто-красных занавесочках и с точно такими же скатертью, салфеточками и подушечками на стульях я принялась за создание томатно-огуречного салата. Сияющая тихой, чарующей и, как гениальная музыка, заживляющей любые душевные раны улыбкой подружка ловко управлялась с приготовлением жаркого из баранины в горшочках. Клубящаяся дымка вкуснейших запахов поплыла по кухне, заставляя сладко грезить о грядущем пиршестве, и только о нем. Хозяюшка весьма художественно украсила стол хрустальными бокалами из Богемии и фарфоровыми тарелками с пейзанами и пейзанками из Италии. Интересные с дизайнерской точки зрения вертикальные штрихи внесли красивые бутылочки с вином, водкой и коньяком, так необходимые любому застолью. В итоге получился дивный натюрморт, который мог бы составить честь любому музею изобразительных искусств.

– …А проходить интервью с работодателями я тебя сама натаскаю. Там самое важное их убедить, что все твое внимание двадцать четыре часа в сутки будет сосредоточено на эффективности их производственного процесса! На каждый их туповатый, но стандартный вопрос у тебя от зубов должна отскочить заранее заготовленная байка, а сама сиди, как в танке, и что у тебя там, под броней, на самом деле никому не доковыряться, да никого особо и не волнует. Однако, Никочка, само воплощение всех таких, по сути примитивнейших, трюков требует определенного времени обучения и навыка использования.

Мало просто понять глупость системы, тут требуется в нее практически искренне поверить! А потом внедрить стопроцентно правильный ответ в сознание, сначала в свое, а потом в их с последующей демонстрацией полной боевой готовности влиться в их стройные ряды.

Что они там спрашивают? Да всякую ахинею, но на ту чушь просто так навскидку в требуемом формате не ответить. Пример тебе? Ну вот быстренько опиши-ка ситуацию – проблему – твои действия – результат, где проявила себя лидером.

Давным-давно не была лидером? Была или не была – да всем это все равно! Им ведь что самое главное: вычислить, как быстро ты сможешь свою драгоценную индивидуальность перемолоть в их производственно-кондиционный фарш и стать «еще одной гайкой великой спайки». На проектах люди вовсе не нужны, на проектах нужны роботы. Да, да, зайчик, нынче деньги платят за то, чтобы ты перестала быть человеком. Нынче постиндустриальное общество стремится стать одним большим инкубатором, а тебе в нем придется выполнять обязанности курицы-несушки. Прибыль в денежном исчислении будешь им нести, и никому ни до тебя, ни до кого другого больше не станет дела!

Слишком сильно сказано? Ну хорошо, специально для тебя, подруженька дорогая, смягчим утверждение следующим образом: надо стать высокооплачиваемым рабом на галере с полным отказом от всего индивидуального и человеческого. Может быть, вскоре у людей вообще не останется времени и сил на самые обычные человеческие проявления: и любить перестанут, и дружить перестанут, а детей заводить прекратят и подавно… Нет, действительно, давай сегодня постараемся серьезно напиться и хоть на время позабыть о ядовитой окружающей среде.