Текст книги "Мой истинный враг, или Приманка для ледяного дракона (СИ)"
Автор книги: Мона Рэйн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)
Прода 14
Эйвин
Идея провести приём мне одновременно нравилась и не нравилась. С одной стороны, мама прекрасно придумала, как испортить жизнь нежеланному в нашем доме гостю. С другой – мне придётся прервать своё добровольное заточение в комнате и снова увидеться с ним.
Я вспомнила нашу последнюю встречу, о которой он даже не подозревает, и застонала. Ну как может быть, чтобы у такого красивого мужчины была такая чёрствая душа? Наверное, всё дело в том, что он дракон, а не человек.
Гости начали прибывать после обеда. Родители встречали знакомых, меня утащила в уголок стайка девушек, наперебой интересовавшихся нашим столичным гостем. Сам дракон ещё не пожаловал, так что мне пришлось сдержанно отвечать на расспросы.
Высокий. Волосы белые. Глаза серые. Красивый? Весьма. Нет, не женат.
Девичье любопытство почему-то раздражало меня. Можно ведь подождать немного и увидеть всё своими глазами. Нет, им нужно было мучить меня.
Когда гости собрались, а музыканты были готовы начинать, кьяр Сваарэ наконец почтил нас своим присутствием. Его высокая фигура в серебристом мундире привлекла внимание всех в зале. Папа как раз собирался открывать танцы со мной, но дракон уверенно подошёл к нам и протянул руку.
– Кажется, будет вежливо, если почётный гость откроет вечер с дочерью гостеприимного хозяина, не так ли?
Опять этот тон, не терпящий возражений. С мрачным лицом отец кивнул, и я приняла руку, затянутую белой перчаткой, как полагалось по миинатским правилам приличия. Вот только на ощупь никакой ткани между нашими пальцами не ощущалось. Только тёплая мягкая кожа. Я покосилась на наши руки. Неужели, иллюзия?
Дракон проводил меня в центр зала. Музыканты заиграли вступление, и три первых круга вальса мы танцевали одни. Постепенно к нам стали присоединяться другие пары, но я почти не замечала их. Я даже с трудом улавливала музыку, продолжая двигаться лишь благодаря уверенному ведению партнёра.
Все мои ощущения сосредоточились на нашем прикосновении. Мои пальцы лежали в его руке, и от места, где они соприкасались, по телу растекалось приятное тягучее ощущение. Сердце билось, как сумасшедшее. Мысли в голове творили крамольное: отталкиваясь от сильной мужской руки, забирались выше, под одежду, напоминая, что именно скрывают серебристый мундир и безупречная белая рубашка.
Сам дракон, похоже, тоже был захвачен моментом. Серый лёд в глазах превратился в сверкающую расплавленную сталь. Рука, заботливо поддерживающая меня, начинала обжигать сквозь тонкую ткань платья.
Когда музыка закончилась, кьяр Сваарэ проводил меня обратно к родителям, так и не выпустив моей руки, и оставил ошеломлённую. Снова зазвучала мелодия. Меня приглашали другие кавалеры, но ни с одним из них не было того ощущения уверенности, надёжности, полёта, как с драконом.
Волнуясь, я следила за ним. Он танцевал с гостьями, но наши глаза часто встречались, и каждый раз сопровождался вспышкой внутри. Я не понимала, что происходит. Возможно, второй танец помог бы разобраться в моих чувствах, но как назло кьяр Его Высокомерие приглашал всех, кроме меня.
В конце концов я начала злиться. На дракона. На девушек – некоторых он приглашал уже по третьему разу. На родителей, которые затеяли всё это. На себя – за то, что так много думаю о мужчине, который несёт угрозу для моего друга, для всего Миината!
Может, поэтому родители так старались спрятать меня от него? Боялись, что я потеряю голову и уеду за ним в Вестервиг? Ну уж нет, кьяр дракон. Этого не будет никогда.
Прода 15
Исангер
Коснуться Эйвин было ошибкой. Самой лучшей в его жизни ошибкой.
Он забыл как дышать. Тело автоматически двигалось в танце, но всё, о чём дракон мог думать – это тонкие пальчики в его руке, прикрытой иллюзией перчатки. Девичья спина, которую нужно было бережно поддерживать – не поглаживать, не прижимать к себе – едва касаться. Тёмные завитки волос перед его глазами.
С каждым танцевальным шагом, с каждым поворотом то, что раньше было лишь тонкой струной интереса и влечения, превращалось в прочные цепи. Исангер, за двести лет забывший, что такое привязанность, принимал эти оковы с радостью и волнением.
У него не осталось сомнений. Эта маленькая человеческая девушка – его. Его истинная. Существо из древних драконьих сказок.
Догадывалась ли она? Исангер не знал, но ему нравилось замечать, как в его объятиях заблестели её глаза, раскраснелись щёки, участилось дыхание. Как жадно она вглядывалась в его лицо, а потом вдруг отводила взгляд, будто вовсе не интересовалась своим кавалером.
Свар готов был убить на месте каждого, кто танцевал с ней в этот вечер, но голос разума говорил, что такой вид ухаживаний человеческих женщин совсем не привлекает. Тело требовало прикоснуться к Эйвин ещё раз, но дракон чувствовал, что это может быть чревато непредсказуемыми последствиями, и держался, то и дело бросая на неё взгляды. И его истинная отвечала ему такими же.
И конечно, прекрасный вечер просто не мог не испортить его клан. Когда гости разъехались, Исангера снова вызвал Одарслейв.
– Что так долго? – недовольно протянул Алвар. – Дело на пару дней. Сколько ты уже в Вуори?
Белый дракон был в слишком хорошем расположении духа, чтобы поддаться его раздражённому настрою.
– Я нашел зацепку. Думаю, скоро выйду на ядро братства. Мне нужно несколько дней, и проблема будет решена.
Глава клана дёрнул щекой.
– Нужна подмога?
– Нет. Обойдёмся без крови и лишнего шума. И да, есть подозрение, что в этих краях действительно обитает дракон.
– Парнишка Блодверк! Больше некому, – голос Алвара зазвучал довольно. – Лично буду просить о его казни на Совете драконов. Слишком талантливый поганец. Его записи наконец расшифровали, и знаешь что? Дерьмецу нет и сотни лет, а он уже стремится управлять другими драконами.
Исангер лишь хмыкнул. Впрочем, его ответ не требовался
– Проклятый род! – бушевал Одарслейв. – А всё началось с его бабки. Это она пожалела и скрыла Фаргестов! Теперь малец пользуется её наработками.
По многозначительной паузе Свар догадался, что дальше последует очередная тирада о важности кровной мести.
– Не тяни с делом, Айсберг. Даю тебе неделю, потом снимаю с задания вне зависимости от результата. Отправишься искать последнего Фаргестова выродка. Вообще не понимаю, чего ты мелочишься! С твоим тайным даром можно любого заставить делать, что угодно, и рассказать всё, что нужно!
– Но тогда он перестанет быть тайным.
Исангер кивнул, прощаясь, и погасил экран, возвращаясь в немного одурманенное состояние влюблённого.
«Моя!» – подумал он, улыбаясь себе в зеркало.
Раньше он не понимал драконов, жертвующих половиной жизни, чтобы продлить жизнь своей человеческой избраннице. Теперь он отдал бы большую часть, только бы провести с Эйвин хотя бы сто лет.
Следующий день был последним, когда он мог не волноваться за свою истинную. Она должна оставаться дома как минимум до вечера, а значит, можно заняться делами.
Исангер отправился на окраину Вуори. Поднялся на заснеженный холм подальше от дороги, ведущей к шахтам. Одинокая мужская фигура замерла, расплываясь на белом фоне. Через секунду в небо, взметая тучи снежной пыли, взлетел белоснежный дракон.
Сверху ему отчётливо были видны тёмные линии дорог и тропинок. Драконий слух уловил дрожание земли и воздуха: где-то под землёй проходчики устроили взрыв, пробивая дальнейший путь для рабочих.
Запомнив расположение шахт и дорог, Исангер повернул в сторону от города. Рассекать холодный воздух над снежными вершинами после нескольких дней в человеческом теле было так приятно. Так легко представлять себе, глядя на бескрайнее небо, что все заботы скоро будут позади, а впереди – только счастье. Маленькое, хрупкое, очаровательное, с темпераментом шахтёрского динамита.
Уже возвращаясь обратно, дракон заметил цепочку следов на снежном поле, что вела от тёмного провала шахты через холмы на вершину невысокой горы. Драконья фигура на секунду скрылась в белой пелене, поднятой при приземлении мощными крыльями. Вернув себе человеческий облик, Исангер двинулся по следам, задумчиво рассматривая их.
За время полёта над горами ему не встретилось следов человеческого присутствия. Однако же отпечатки мужских ботинок вели только в одну сторону.
Дракон шёл по ним до конца. Следы обрывались на уступе, слегка заметённые снегом. Глянув вниз, Исангер усмехнулся.
Тот, кто оставил эти следы, очевидно, умел летать.
Прода 16
Эйвин
– Мамочка, ну пожалуйста! У кьяры Ханнеле такой батист – быстро раскупят! Ну какая разница, закончится наказание сейчас или через два часа? Папы нет дома, он не узнает.
Понятия не имею, зачем мне понадобилось вдруг новое платье. Наверное, очень хотелось щёлкнуть по носу одного заносчивого дракона, чтобы не только мне снились странные сны. В них крепкие мужские руки, выточенные из белого мрамора стискивали мои плечи. Но вместо холодного камня кожа ощущала жар, как тогда, во время танца.
– Если очень нужно, пошли служанку.
– Нет-нет, она возьмёт не то. Лучше я сама.
– Эйя! Лучше скажи мне, как долго ты собираешься дурить головы кьярам Прикко и Лаури? Я видела, вчера ты танцевала с обоими.
Я задумалась. Возможно, так оно и было. Вчера я заметила только одного из своих кавалеров.
– Мы с папой считаем, что больше тянуть нельзя. Пора объявлять о свадьбе, начинать подготовку, чтобы к началу сезона ты не сидела старой девой среди свежих дебютанток.
Мамин голос звучал необычно строго. Если раньше мне удавалось отшучиваться, то теперь я чувствовала, что не стоит и пытаться. По крайней мере сейчас, когда мне срочно понадобился этот батистовый отрез.
– Обещаю, что подумаю об этом сразу, как вернусь от кьяры Ханнеле. Честное слово!
Я чмокнула маму в щёку, и она сразу растаяла.
– Я чувствую, что ты опять увильнёшь, – проворчала она. – Только не говори, что тебе вскружил голову кто-то другой.
– Что? Не-е-ет! – засмеялась я, пряча внутри замешательство. – Я побегу, мам. А то не успею вернуться к приходу папы.
Вырвавшись на свободу, я надела шляпку и бодро отправилась на поиски сокровищ. Так приятно было пройтись по улице после трёх дней сидения дома. Прохладный воздух остужал мысли и немного возвращал поплывший разум на место.
У кьяры Ханнеле я провела почти час, выбирая самую нежнейшую ткань из всех. Наконец, договорившись, чтобы отрез прислали к нам домой, я снова вышла на улицу. Возвращаться можно было не особо торопясь, папа будет только к ужину.
Однако на соседней улице меня окрикнул знакомый голос. Я обернулась. Ко мне спешил взволнованный Аксел.
– Эйя! – он понизил голос. – Дракон с тобой?
– Нет, уехал куда-то с утра. У тебя всё хорошо?
Он сверкнул глазами.
– Как сказать. Эйя, ты нужна нам. Идём со мной.
– Мне нужно домой, иначе меня снова запрут.
– Здесь недалеко, пожалуйста, Эйя. Драконы наглеют. Берут наши земли, наши богатства, наших женщин. А этот заявился ещё и на наш митинг! Сейчас будет собрание, я хочу, чтобы ты поприсутствовала. Не обязательно до конца.
Мою решимость пошатнуло напоминание о женщинах, продавшихся драконам. Пусть не думает, что я из таких. В конце концов я всё равно собиралась прогуляться, полчаса в запасе есть.
Аксел привёл меня в каменное здание на соседней улице, из тех, чьи первые этажи сдают для небольших мастерских, кабинетов юристов и тому подобного. Мы прошли по пыльному коридору мимо череды дверей. За одной из них обнаружилось просторное помещение со скамьями вдоль стен.
Здесь уже собралось десятка три человек: студентов, рабочих, пожилых из бывших шахтёров. Разговоры прекратились, взгляды обратились на меня.
– Вот, наша соратница, Эйя Линнфро, – представил меня Аксел, затворив дверь.
Все по очереди стали здороваться с Акселом, мне спешно предоставили стул. Когда суета улеглась, один из участников собрания, крепкий мужчина в годах обратился ко мне.
– Расскажите нам о драконе, кьяра. Женщины часто подмечают то, на что мужчина не обратит внимание.
Меня парализовало. О чём только думал Аксел! Помочь ему лично – это одно, помогать «Чёрному братству» в его борьбе – это не то решение, которое принимается за секунду под прицелом ожидающих взглядов. Особенно, когда твой отец – ландмистр провинции.
– Я понимаю ваше замешательство, Эйя, – говоривший посмотрел на меня долгим взглядом. – Обещаю вам, что когда мы вернём Миинат, сотрудничество вашей семьи с драконами будет забыто благодаря вашей помощи в борьбе.
По моей спине пробежал холодок.
– Я… Я правда не понимаю, что полезного могу вам рассказать.
– Просто ваше впечатление, – успокаивающим тоном проговорил мужчина.
– Ну… он…
Я поймала себя на том, что несмотря на все претензии к кьяру Сваарэ, мне ужасно не хочется навредить ему лично. Наверное, лучше отделаться общими фразами, не давая конкретных сведений.
– Он очень аккуратен в одежде. Всегда хладнокровен. И ужасно высокомерен, как будто все вокруг обязаны его слушаться. Кажется, он думает только о себе.
Собравшиеся одобрительно кивали, как будто не ожидали услышать что-то другое о своём враге.
– Значит, гордый и заносчивый? По-другому и быть не могло, – мой собеседник усмехнулся. – Спасибо, кьяра Линнфро. Сражаться гораздо легче, когда знаешь слабые места врага.
Меня это заявление очень взволновало. Надеюсь, я на самом деле не выдала никаких слабых мест. Я отнюдь не желала дракону удачи в его миссии на нашей земле, но мне до отчаяния не хотелось, чтобы он пострадал.
– Идём, я провожу тебя, – шепнул Аксел мне на ухо и сжал мой локоть, помогая подняться.
От чужого прикосновения хотелось поскорее избавиться. Я поспешила вперёд по коридору, невольно вспоминая нежные и заботливые объятия дракона.
На улице Аксел встал у меня на пути.
– Эйя, подожди. Я давно хотел сказать тебе…
Меня затрясло. Не знаю, что он хотел сказать, но я чувствовала, что он и так уже позволил себе слишком много. Тот Аксел, которого я знала с детства и без колебаний впустила ночью в своё окно, вдруг оказался небезопасным знакомцем. Затащил на собрание, чтобы получить нужные сведения. Прикоснулся без разрешения.
– Я знаю, что сейчас мы с тобой не пара друг другу, – тем временем продолжал он, – и твои родители уже подыскивают жениха. Я прошу тебя – подожди.
Его синие глаза заблестели, но от ласкового выражения в них мне почему-то стало тошно.
– Подожди несколько месяцев, – зашептал он. – Всё изменится. И всё будет так, как мы захотим.
Я невольно отступила от него, выставив руки. Чутьё подсказывало мне, что не стоит отказывать сразу в лоб человеку в любовной лихорадке.
– Аксел, подожди. Я пока не собираюсь ни за кого замуж, помнишь?
– Помню! – он схватил меня за руку, притягивая к себе. – И я очень рад, что ты решила дождаться меня.
Я упёрлась свободной рукой в его грудь. К горлу подкатила тошнота. Я больше не узнавала в этом молодом мужчине с горящими глазами своего близкого друга.
– Отпусти, на нас смотрят.
– Пусть смотрят, Эйя.
Аксел не успел окончить фразу. Неведомая сила схватила его за шиворот и отшвырнула от меня, впечатывая в стену дома, из которого мы вышли. Парень успел лишь неловко взмахнуть руками в попытке освободиться.
Теперь вместо него напротив меня стоял кьяр Сваарэ. Его белая кожа была бледнее обычного, взгляд серых глаз резал отточенной сталью.
Прода 17
Эйвин
– Спасибо, – выдохнула я, обрадованная неожиданным избавлением от навязчивого поклонника.
Серые глаза дракона потеплели. Он собирался что-то сказать, но в это время Аксел пришёл в себя и с рычанием набросился на противника. Кьяр Сваарэ сделал шаг в сторону, неуловимое движение, и его соперник, перекувырнувшись через себя, упал на землю.
Обеспокоенный дракон поторопился отвести меня в сторону, едва касаясь плеч. И вовремя, потому что из двери здания на улицу высыпали участники собрания. И вид у них был совсем не дружелюбный.
Кьяр Сваарэ шагнул к ним навстречу, а меня вдруг окружило невидимое слегка вибрирующее поле. Неужели магическое?
– Лучше не начинать драку, поверьте, – донеслось до меня. – Ваш товарищ неуважительно повёл себя с кьярой и получил по заслугам.
– Боишься испачкаться, шпион? Ты на нашей земле, так что мы сами будем решать, когда пора начинать.
За спиной дракона Аксел поднялся с земли, отряхнулся и бросился, хватая соперника за шею. Одновременно один из участников собрания кинулся в атаку, целясь дракону в голову.
Я не успела испугаться, как оба нападавших уже были повержены. В следующую секунду на кьяра Сваарэ накинулись со всех сторон. Я зажала рот рукой, не понимая, за кого переживаю больше.
Высокая фигура с белыми волосами перемещалась между противниками с изяществом, выводя нападавших из строя одного за другим. Кто-то уполз с разбитым носом, кто-то держался за руку, некоторые лежали на земле. Всё закончилось быстро. Последние пятеро так и не решились атаковать, вместо этого помогли подняться поверженным товарищам.
Я внезапно обнаружила, что не одна наблюдаю за дракой. Из окон домов выглядывали обеспокоенные лица. Прохожие сгрудились на противоположной стороне улицы, подальше от заварушки.
Дракон повернулся ко мне, всё такой же безукоризненный и даже не растрёпанный после схватки. Лишь на полах сюртука красовалось несколько пыльных пятен.
– Идёмте.
Взмахом руки он остановил проезжающую коляску и помог мне подняться в неё, крепко сжимая мою руку.
– Я здесь не для драк, – сообщил он напоследок участникам братства. – Я открыт к переговорам, и готов ко встрече с вашими руководителями. Уверен, что мирным путём мы достигнем большего, чем врукопашную.
Ему не ответили. Кто-то из побитых рабочих сплюнул на землю.
– Удавка по тебе плачет, дракон, – раздался его хриплый голос.
От угрозы в его голосе у меня поползли мурашки. Сердце сжало нехорошее предчувствие, что стычка не останется без последствий. Люди вокруг, простые прохожие, смотрели на дракона с осуждением. Не сомневаюсь, что многие узнали его благодаря моей злополучной листовке.
Кьяр Сваарэ поднялся ко мне и уселся напротив. Коляска тронулась. Магическая дрожь вокруг меня прекратилась.
– Мне очень жаль, что вам пришлось увидеть это, Эйвин.
Серые глаза смотрели в мои с участием. Я не знала, что ответить. Драконы – враги Миината. Но этот заступился за меня. Но он побил моего друга. И его друзей. Но он же защищал меня.
И всё же у «Чёрного братства» не было веских причин, чтобы устраивать такую безобразную драку, бросаться всем на одного. Благородная повстанческая борьба оказалась не такой благородной, как я себе представляла.
– Спасибо за помощь, кьяр Сваарэ.
Он еле заметно поморщился.
– Моя фамилия звучит немного не так, правильно произносится «Свар». Но вы можете звать меня просто по имени – Исангер.
– Хорошо, Исангер.
От того, что пришлось назвать его по имени, на щеках появился румянец, а на губах – улыбка. Сам дракон тоже едва заметно улыбался уголками губ. Некоторое время мы ехали в молчании.
– Значит, я больше не чудовище? – еле слышно спросил он.
Я судорожно вздохнула, вспомнив, что ещё несколько дней назад сама готова была наброситься на него.
– Разжалованы до чужака, который ничего не понимает в Миинате и миинатцах.
Он хмыкнул.
– Я может и хотел бы, но почему-то миинатцы бросаются на меня с кулаками. Может вы могли бы помочь мне лучше понять вашу землю?
Дракон наклонился вперёд, протягивая мне руку ладонью вверх. Соблазн вложить в неё свои пальцы и снова ощутить ту приятную истому, что я испытала во время нашего танца, был слишком велик.
Прода 18
Эйвин
Впервые в жизни мне пришлось пожалеть, что наш дом не где-нибудь на окраине Вуори, а так близко к центру. Едва я дотронулась кончиками пальцев до ладони Исангера, как коляска остановилась, и раздался окрик отца.
– Эйя!
Я отдёрнула руку, чувствуя себя так, словно меня поймали на месте преступления. Сверкая глазами, папа подошёл к коляске и помог мне спуститься. Похоже, он не на шутку сердился, причём не только на меня.
– Мне сообщили о потасовке в центре города, которую развязал дракон. Вы говорили, что всего лишь собираете информацию!
Исангер спустился с коляски, но из-за разницы в росте по-прежнему смотрел на папу сверху вниз.
– Мне пришлось вступиться за вашу дочь. Она могла пострадать. Вам знакомо имя некоего Аксела Хейкки?
– Аксела⁈ – отец перевёл пылающий взгляд на меня. – Я разве не запретил тебе общаться с ним ещё несколько лет назад?
Я раскрыла рот, хватая воздух. Серые глаза впились в меня.
– Иди к себе, позже поговорим, – скомандовал отец. – А вас я попрошу подняться в кабинет. Нужно обсудить дальнейшие шаги. Не хватало мне ещё антидаларнских волнений в столице.
Сгорая от стыда, я сбежала в свою комнату. Теперь дракон знает, что я врала ему о знакомстве с Акселом. Почему мне так стыдно, будто я подвела кого-то очень близкого?
После нашего разговора в коляске, после просьбы дракона называть его по имени было так горько разрушить это хрупкое доверие. Может, я могла бы повлиять на него и помочь Миинату совсем другим путём.
Всё валилось из рук. Эскиз нового платья казался нелепым. Купленная ткань не радовала. Я прижалась горячим лбом к стеклу. За окном была последняя зимняя слякоть, но почему же такое чувство, будто весна никогда не настанет?
Раздался негромкий стук. За дверью стоял отец. Он уже не злился, теперь его лицо было скорее озабоченным и усталым.
– Эйвин, присядь, нам надо поговорить.
Я уселась на кровать. Папочка опустился рядом, беря меня за руку.
– Кьяр Сваарэ рассказал мне о приставаниях Аксела. Думаю, теперь ты будешь вести себя осмотрительнее, и больше не окажешься рядом с этим парнем. Поговорить я хотел о другом – о нашем госте.
Отец так выразительно посмотрел мне в глаза, что я покраснела. Неужели, он думает, что я увлеклась драконом? Да нет же, это совсем не то!
– Драконы – коварные и опасные существа, которые относятся к людям без жалости. Они внимательны и обходительны, когда им что-то от тебя нужно. Как только люди перестают приносить пользу, драконья милость тут же заканчивается.
Я не знала, что сказать. Почему-то мне казалось, что Исангер вовсе не такой.
Папа тяжело вздохнул.
– Шпионский клан – самый опасный из всех. Эти не щадят никого: ни людей, ни других драконов, – он понизил голос. – Ты не знаешь, но именно они уничтожили целый клан Фаргестов, чудесных драконов, в жизни никому не причинивших вреда. Уж не знаю, в чём была причина, но вражда длилась веками. Последних потомков этого клана убили меньше двадцати лет назад.
До меня впервые дошло, что до визита к нам у Исангера прошла целая жизнь длиной в несколько человеческих. Жизнь, полная событий, сражений, крови… и женщин. И всё, что я знаю о нём – даже не вершина айсберга, а едва ли одна снежинка.
– Я прошу, Эйя, держись подальше от него, – мягко попросил отец. – Маленькому человеку так легко погибнуть, увязнув в драконьих делах. Займись своими девичьими заботами.
Я задумчиво кивнула и обняла его.
– Спасибо, папа! Я постараюсь.
Исангер
Дракон понимал обеспокоенность ландмистра Линнфро. Клич «наших бьют» одинаково срабатывал во все времена, и если ему дадут ход, то уже завтра выйти на улицы будут готовы не только члены братства, но и все недовольные управлением Даларны.
Пока ландмистр пытался задействовать неофициальные каналы, чтобы остудить горячие головы, Исангер связался с главой клана. Он собирался убедить Алвара, что всё под контролем, но дракон лишь хищно улыбался.
– Всё идёт хорошо, Айсберг. От слабого противника можно ожидать лишь нечестной драки. Не будем ждать удара в спину. Высылаю тебе подмогу.
– Мне не нужна помощь.
– Я не спрашивал, нужна или нет. Жди, прибудут завтра.
Поверхность кристалла потускнела. Исангер неожиданно для себя ударил кулаком по столу, отчего артефакт подпрыгнул.
Эйвин снова заперлась в комнате после разговора с отцом. Впрочем, он сам убеждал его, что девушке лучше не выходить из дома в ближайшие дни, пока в городе может быть неспокойно. Но он был бы рад увидеть её за ужином после того, как она назвала его по имени и почти дотронулась до него в коляске.
Её давнее знакомство с Акселом не стало для него откровением, он и так это подозревал. А вот раскаяние девушки – он видел её стыдливый румянец – обрадовало. Значит, ей уже хочется нравиться ему.
Мысли об Эйвин мешали трезво оценить ситуацию в городе. Вариант подавления бунтующих силой был самым соблазнительным. Дело одного-двух дней – пригрозить кулаком, показательно заковать в кандалы зачинщиков, схватить истинную и улететь в Скарслотт. Но сама девушка вряд ли будет довольна таким исходом. Особенно учитывая, что её родители останутся в городе, жители которого настроены против тех, кто сотрудничает с драконами.
Энтузиазм главы клана Исангеру не нравился по этой же причине. И его худшие опасения оправдались на следующий день, когда на подмогу явились младшие Одарслейвы – брат и сестра Магнор и Ливгрет.
Исангер смотрел на их высокомерные лица в кабинете ландмистра и думал, что хуже и быть не могло. На помощь прибыли молодые, циничные, безжалостные драконы. Как раз такими и представляют его сородичей члены «Чёрного братства».
Кьяр Линнфро вошёл в кабинет быстрой походкой, которой не ожидаешь от маленького полного человечка.
– У ратуши митинг, – отрывисто бросил он. – Требуют выслать дракона. Выбито несколько стёкол, пока никто не пострадал.
– Предоставьте это нам, – пропела Ливгрет, изящно потягиваясь.
Магнор молча ухмыльнулся. Не нравилось Исангеру это всё.
– Я могу выйти к ним, – он поднялся. – Уверен, ещё можно решить всё переговорами.
Драконица презрительно фыркнула.
– Дело трёх минут, Айсберг. Чего церемониться?
– А ты куда-то торопишься? – Исангер перевёл на неё холодный взгляд.
В ответ Ливгрет кокетливо улыбнулась.
– Не думаю, что вам вообще стоит показываться, – вмешался ландмистр. – Это их только разозлит. Пока что постараемся уладить всё своими силами. Владельцы шахт надавят на рабочих, ректорат – на студентов, остальные быстро остынут без активной части протестующих. Прошу вас выждать до завтра и ничего не предпринимать без согласования со мной.
Разговор был окончен. Исангер вышел, за ним следом поторопилась драконица. Её брат остался в кабинете.
– Покажите мне карту города. У вас же есть план расположения шахт? – донёсся его приглушённый голос.
У лестницы Ливгрет преградила Исангеру путь. Драконица явно была в игривом настроении.
– Скромный домишко. Почему ты поселился здесь? Поедем, покажу тебе свой шикарный номер?
Белый дракон поморщился. Он старался держаться подальше от Одарслейвов и для женщин не делал исключений.
– Развлекаться будешь в столице, Ливгрет. Здесь у нас дела.
Исангер двинулся дальше, но в грудь ему упёрлась женская ручка с острыми коготками.
– Дела-а-а, – протянула драконица. – Дела могут подождать, правда?
Женская рука скользнула вниз, распахивая пиджак. Свар перехватил её уже у пряжки ремня, прожигая Ливгрет взглядом. Чуткий драконий слух отметил, что у этой сцены были свидетели.
Исангер оглянулся. Наверху лестницы стояла побледневшая Эйвин.
