Текст книги "Академия СКАТ: между нами космос (СИ)"
Автор книги: Мию Логинова
Соавторы: Алана Алдар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
13.4
– Эйелен, детка, ты как?! – как только устанавливается связь, мама выпускает в меня автоматную очередь вопросов. – Это ведь был даже не экстренный разрыв связи, – возмущается она, а я улыбаюсь. Моя домохозяйка-мать научилась разбираться в таких вопросах, как нейросвязь пилота с ИИ FBOT и даже различать технические нюансы. – За такое положена дисквалификация!
– Привет, ма-а. – Прерываю её мягко.
– Я не поздоровалась, да? – замолкает она на секунду. – Прости, думала, разнесу кухню, пока дождусь окончания турнира… потеряла место в экспедиции, да? Ну и ничего страшного! Они всё равно должны предложить тебе хорошее местечко, возможно, в какой-то администрации или, было бы замечательно, инструктором при СКАТ…
– Ма-а...
– Если останешься в Академии, сможешь навещать нас с отцом раз в квартал, я узнавала, помнишь семейство Кансхен? У них сын работает в…
– Ма-а… – тяну более настойчиво, но она меня и сейчас не слышит.
– … Департаменте военного обеспечения и разработок, так вот, он прилетает домой….
– Ма-а!
– … не надо кричать, я слышу тебя.
– Меня взяли.
– Как? – всплеснув руками, она пятится, оседает на стул. Похоже, мой проигрыш её не настолько расстроил, как место в экспедиции.
– Пятерка лучших прошла, независимо от того, заняли мы первое место или распределились по турнирной таблице.
– Это… хорошо? – спрашивает она.
– Разве не за этим я вообще пошла в СКАТ? Такова была цель.
Ма-а едва заметно качает головой, всматривается пристально.
– Поздравляю тебя, дочь.
Молча киваю.
– Идану сказала уже?
– Вообще-то, именно от него услышала радостную весть, лично. Он вернулся сегодня и будет руководить миссией.
– Но как же… вчерашний выпускник и горстка пятикурсников?
– Лучший кадет СКАТ, самый перспективный молодой офицер во всём Содружестве, сын маршала Берга, в кейсе у которого за год собралось больше десятка успешных миссий с минимальными потерями как мех-костюмов, так и личного состава.
– Да, всё так, но…
– Мам…
Когда я перехожу с кэттарианского "ма-а" на обращение содружества, она знает, что я на грани, пересекать которую не стоит точно.
– У меня сегодня состоялся интересный разговор с доктором Кештаном. Хотела обсудить.
– Сейчас? Это важнее того, что ты можешь улететь и я тебя больше не увижу?
О, знала бы ты, ма-а…
– В генеалогическом древе Кештана есть коты, верно? Как так может быть?
Брови матери летят вверх, и она мгновенно делает свои выводы:
– О, дорогая, вам с Иданом не о чем беспокоится. Дети в смешанных союзах крайне редки, без привлечения генетиков точно не обойтись в нынешних реалиях, да и вряд ли, – замолкает ненадолго, но всё же продолжает со свойственной ей прямолинейностью, – вряд ли семейство высших позволит зайти вам настолько далеко.
– Тогда, как появился док? И его родители? У него нет ни хвоста, ни других отличительных черт кэттарианцев.
– Милая, потому что их род скорее исключение из правил, аномалия, чудо, называть можно по-разному. Это как… – она задумчиво оглядывается, – вот как пятый глаз у птицы киви.
– Невозможно, чтобы у киви был пятый глаз, у неё единственный занимает большую часть головы.
– Именно! Истинная связь с гуманоидом, подумать только... Такие случаи все задокументированы, Кештаны, в свое время, были предметом тщательного наблюдения. А как иначе? Ведь до них о подобном, писали только в трактатах древних. Чудо как есть.
– Я не верю в чудеса…
– Истинность, Эйелен, и есть настоящее чудо.
Внутренне подбираюсь вся, стараясь держать невозмутимое лицо и дальше.
– Сказки для детей, – фыркаю презрительно, продолжая гнуть свою линию. – Да я не помню ни одной пары котов, не говоря уж о межвидовых браках. Кто с нами вообще захочет породниться?
– Породниться, оформить законную связь, обменяться брачными браслетами, это всё мимо, верно. Но высшие расы, Эйелен, всегда питали слабость к красивым кошкам, и ты уж сама должна понимать, что в любовницах держать таких не только модно, пикантно, эпатажно, но и… приятно. Вот, поговаривают, от таких союзов и могло пойти потомство, хотя слухами галактика полнится. – Ма-а замолкает, будто бы вспоминая что-то. – А что касается союза котов, по линии твоего отца, у бабушки по матери был истинный союз… Эйлерен закончила свои дни в Доме Осознания.
– Это ещё что?
– И хорошо, что ваше поколение о них уже не знает! – вздыхает с облегчением.
– Расскажи.
– Да особо нечего. На всём Кэттариане их осталось с десяток. Если кто-то из пары умирает, милая, его отправляют вот в такой Дом, доживать последние дни. В истинной связи два кота – едины. Могут общаться мысленно, чувствовать друг друга на расстоянии… это невообразимый уровень телепатии, что-то за гранью понимания даже. Лишившись пары, ты теряешь себя.
Ма-а щёлкает пальцами:
– Если объяснить простым языком, похоже на то, как ты срослась бы со своим мех-костюмом и младший Берг разрушил вашу связь. Только это никак больше нельзя восстановить. Доходчиво?
– Ой, более чем, ма-а, более чем…– Пожалуй, ты права, –задумчиво тянет, – никому не пожелаю такой участи.
13.5
– Ашхен, следующая!
Медицинская комиссия с равнодушными лицами созерцает мои данные, выведенные на общий голоэкран.
Будущий экипаж разведывательного корабля собран в этом ангаре. На всех нас только казённое нижнее бельё, максимально удобное для сбора данных, тестирования и анализов. Обычная стандартная процедура, но, странные дела, раньше мне было намного проще, так как я не чувствовала ЕГО взгляд настолько остро. Сейчас же несмотря на то, что Ирвин находится в другой стороне смотрового ангара, кожа горит, как будто он меня вновь касается.
– Ашхен! Твоей звезды, где ты летаешь?!
Встрепенувшись, иду к смотровой платформе, где следующий час меня щупают, вертят, крутят, заглядывают в рот и затем заставляют бегать, прыгать, висеть на перекладине, отжиматься и ещё сдать немыслимое количество нормативов! Как будто бы они и правда не знают на что каждый из нас готов.
Зато, у меня есть достаточно времени на размышления. Как и предполагалось, утро не принесло облегчения. Все мои мысли занимали Берги.
Да. Именно так. Оба сразу!
Как ни крути, наша связь невозможна. Ни с Иданом, ни, с прости богиня за дикие мысли, Ирвином.
Мама действительно права, сын маршала Берга, будь хоть младший, хоть старший, не может связать свою судьбу с замухрышкой кэт. Да всё Содружество будет потешаться над высшим, посмей кто-то из его сыновей заикнуться о брачной связи! Хотя, когда мы начинали с Иданом встречаться, на удивление, семейство Бергов восприняло новость ровно, кроме Ирвина, конечно. Нет, официального представления родителям не было, но отец Дана знал о нас и не посылал метеоритный дождь на наши головы. А сам Идан. Какова будет его реакция, когда узнает о нас… Пусть для многих Дан – образец выдержки и хладнокровия, но я-то видела его настоящего. Не уверена, что он примет новость о нас с Ирвином так, как от него привыкли ожидать.
Решено! Как только зайдём на борт космолёта – расставлю все точки над «і». Возможно, без подробностей… В голове моментально зреет малодушное, удобное и подходящее оправдание – я разорву наши отношения на почве службы! Находится у него в подчинении неправильно! И ему, как командиру миссии, будет намного проще, если в подчинении будет не девушка, а просто боевая единица. Идеально же!Что касается Ирвина… Первым делом, после разговора с ма-а, я занесла данные о нашей близости и поставила таймер. Да–да, буду отслеживать время, насколько меня хватит и действительно ли появятся какие-либо симптомы без «подпитки» от, поперхнулась определением даже мысленно, от… партнёра.
Очень надеюсь, что нет! До последнего буду надеяться, что всё это меня не коснётся. Ну не может мне так «повезти». Он ведь даже не кот!
– Ашхен, как вы можете оценить ваше психическое состояние? – голос мозгоправа, что входит в комиссию, звучит ровно, холодно, как будто даже говорит не человек вовсе.
Я знаю, как надо отвечать на этот вопрос. В том же духе, также безэмоционально:
– Все показатели в норме, док, – не сдержавшись, звучу с издёвкой и, конечно же, получаю обратку.
– Хорошо, давайте поговорим о совести.
– Что? – они что, сговорились все?
– Совесть, честность, порядочность. Что для вас эти понятия и в каких случаях вы могли бы поступиться своими принципами?
Пожалуй, никогда ещё эти вопросы не звучали для меня настолько актуально.
13 6
Йен– От всего руководящего состава поздравляю с завершением обучения в Академии СКАТ, – в руки ложится коробка с нашивками младшего лейтенанта. Все предшествующие звания мы получили во время обучения.Всё ещё не верится, что позади обучение, что турнирные соревнования прошли не зря и даже проигрыш смог дать победу. Комиссия также прошла без проблем, кроме мозгоправа. Почему-то мне всё время казалось, что она спрашивает не совсем о службе и моих реакциях на взаимодействие команды. Но как бы там ни было, вот она я – получаю заветное звание и отправляюсь в экспедицию – дверь в моё безбедное будущее. С жалованием, что уже упало мне на счёт, я могу выбирать любую планету Содружества для жизни. Могу… да много чего могу, главное, вернуться живой.
Стою истуканом согласно протоколу. Единственное, что мне позволено, и что я с удовольствием делаю – приподнимаю краешек губ в намёке на улыбку. Впервые действовать согласно уставу тяжело. Губы живут своей жизнью и желают растянуться от уха до уха.
Да! Я сделала это! Получила то, о чём ни один кэттарианец не смел даже мечтать! Первый представитель расы котов – выпускник Академии! И это я!
Впереди меня ждут испытания и смертельная опасность, муки выбора, риск собственной жизнью ради побратима и принятие судьбоносных решений. Но всё это потом. Сейчас… сейчас я счастлива… до дрожи.
Когда генерал – полковник переходит к другому выпускнику, я делаю вид – в первую очередь для себя самой – что мне плевать на происходящее, но очевидно, не слишком хорошо получается, так как в затылок летит:
– Сияешь сверхновой, Ашхен. Поздравляю. Заслужила. – Голос Кэм, в очень редких случаях наполняется эмоцией, и я благодарна ей за то, что она показывает её сейчас.
– Спасибо, – пялясь в одну точку перед собой, цежу сквозь зубы. – В этом и твоя и заслуга, Кэмэрин. Мы сделали это вместе. А ты? Разве не счастлива?
– Счастлива, да. – Звучит до зубовного скрежета сухо. Но я-то знаю её, она лишь кажется куском холодного гранита.
После посвящения, мы с Кэм спешим к своим капсулам, забрать пожитки и немногочисленные личные вещи, тихо переговариваясь, успеваем даже подойти к двери конференц-зала, но неожиданно нам в спину летит громогласное:
– Поздравляю.
Со свойственной ленцой Тирион Шакс сканирует нас с Кэм плотоядным взглядом, пока подходит ближе.
– И тебя.
Игнорируя личные границы, Шакс подходит почти вплотную и я едва сдерживаю порыв, чтобы не сделать шаг назад, настолько сильно он раздражает и всё время держит наготове. С такого расстояния мне будет сложно обороняться вздумай Тирион напасть, а ведь он никогда не пропускал удобный случай.
– Итак, ты сделала это, Ашхен. Добила СКАТ и нас вместе с ним. Вот дела-а, первая кэт получившая нашивки.
– Вас? – правая бровь в удивлении летит вверх.
– Меня, Сая, Ирвина, Девида и Джонса… – он замолкает, переводя взгляд с меня на Кэм, как будто ждёт её поддержку. – Подумать только, стойкая какая. Выдержала-таки.
– Буду считать это высшей похвалой, – ухмыляюсь нагло.
– Скажи мне, какие планы у тебя на весь полёт до Антареса?
– Спать? Тренироваться? – пожимаю плечами, – думаю, нам огласят распорядок позже.
– С Ашхен понятно, – тянет разочарованно, – у неё Берг на повестке дня и жаркие тренировки ночью. А ты, Илунэ? Тоже спать? Одна?
– Одна, Шакс, – цедит Кэм. – Разве я когда-нибудь давала повод думать, что могу спать не одна? Или ты вдруг решил, что мне захочется разделить постель с кем-то, вот так внезапно?
– Совершенно не внезапно, атануа (прим.авт.: красавица, на родном языке Тириона Шакса). Посмотри на экипаж. Сколько женщин ты здесь видишь? С вами трое, включая дока. Но, не думаю, что капитан или кто-то из его замов, захочет делится. Наша дикая принадлежит Бергу, а вот твоя постель, Кэмэрин. Свободна?
– Решил поздравить первым?
Насмешливый и презрительный голос избавляет Кэм от ответа. Тирион разворачивается на месте, впрочем, не тушуясь:
– О, Рин, а мы тут насущный вопрос обсуждаем.
– Даже так, – младший Берг обходит Шакса и, как будто невзначай, становится между нами. – Любопытно.
– С Ашхен всё ясно, а вот греть постель Илунэ надеюсь я.
13.7
Йен – С Ашхен всё ясно, а вот греть постель Илунэ надеюсь я.
Ирвин косится в нашу сторону, бросает мимолетный взгляд на подругу и задерживается на мне. Непонятная гримаса искажает лицо, он недвусмысленно играет бровями, намекая, очевидно, что ещё ничего не ясно с Ашхен и о каком из Бергов речь. Или он вообще ничего такого не думает и это опять моя больная фантазия, приписывает словам и жестам то, чего нет. Жить во лжи – мука.
– А мы разве на торговой площади, Шакс? – возвращается к разговору Ирвин. Его голос звучит как будто ровно, даже дружелюбно, но я знаю, что за этими интонациями кроется угроза.
Звезду ему в лоб, квазарову Бергу! Когда это я успела его так хорошо изучить?!
– Так я и не торгуюсь, Рин. Или это предложение с твоей стороны? Тоже на Кэмэрин глаз положил? Или вы уже? Смотри как рьяно отбиваешь! Ну так и скажи, занята девка. Отхватили с братом по куску, на подлете, а остальным теперь в кулак спускать?
– Ни одна нормальная девушка не захочет разделить постель с таким идиотом, даже если будет свободна! – рычу из-за спины Ирвина.
– Молчи, Ашхен. Лучше не отсвечивай, ты-то подсуетилась заранее, успела раздвинуть ноги перед кем-то более полезным и высокостатусным, да? О, я понял, – неожиданно цедит Шакс. – Точно, они же похожи! Что тебе стоит, то с одним братом, то с другим, надо просто установить очерёдность, кто и когда в гости будет захаживать. И всё-таки Илунэ свобо…
Договорить ему не даю. Глухой звук удара приносит невообразимое облегчение. Впечатанный в его челюсть кулак и удивлённые глаза – лучшая награда. От неожиданности Тирион даже не успел увернуться. Рассеченная губа будет отличным напоминаем о том, что скабрезные шуточки в мой адрес не лучшее занятие. – Как начали обучение, Шакс, так его и закончим, – выплевываю ему в лицо. – Кое-кто так ничему и не научился.
– Ты напала на другого офицера, Ашхен?! – Шакс лыбится зло, промакивая платком губу, игнорируя мою подколку и напоминание о первом моём дне в Академи СКАТ. – Мы ведь уже не кадеты. Знаешь, что за это полагается? Или рассчитываешь на помощь своего любовника?
«Эм-м. Ну, допустим, сейчас он стоит прямо перед тобой, но помогать не собирается».
Отчего-то эта мысль настолько веселит, что я, не сдержавшись, хохочу. То ли напряжение нескольких дней нашло своеобразный выход, то ли наоборот, ещё потуже стянуло резьбу.
– Это очень смешно, правда, – бормочу, сжимая в кулаке собственный хвост, потому что он пытается. Правда, пытался прикоснуться к Бергу. Необычное томление и, пока ещё странное, неопределенное мной чувство пузырит душу. Как будто бы я… соскучилась? И это тоже подбрасывает угля в огонь возникшего напряжения.
– Вот именно, – неожиданно поддакивает Кэм. – Смешно, потому что ты упал, Тирион. Очень смешно, что выпускник СКАТ пытается свой конфуз списать на драку с другим офицером. Камеры в зале не фиксируют этот участок и подтвердить то, что Йен тебя ударила головизоры не смогут.
– Зато сможет Берг! – в глазах Шакса горит огонь победы. – Так ведь, Рин? Засвидетельствуешь, что эта чокнутая напала на офицера? Её под суд, прощай миссия и четыре года Академии. Разве не об этом мы мечтали с первого дня, Берг? Котам не место среди элиты мира.
Глава 14 Субординация и логика
Ирвин
– Младший лейтенант Ашхен, как старший по званию, я вынужден напомнить вам, – новенькие нашивки на плече ее формы отличаются от моих. Во время учебы я был командиром своего звена. И получил первое звание раньше Йен. На выходе тоже оказался старше ее и Илуне по рангу, – что на сборы выделено всего 20 минут и лично вас погрузчик ждать не станет.
Что-то в ее глазах вспыхивает. Непереводимое, неосязаемое. Не ожидала, что в этом споре встану не на сторону Шакса? Я, может, и не был вежливым мальчиком, как Дан, но скотиной вроде Тириона тоже никогда. Потому мы и разошлись с ним еще на первом курсе. Слишком у нас ценности в жизни разные. Да, мне, как и отцу, не по нутру тот факт, что котам вернули права. Так ведь одно дело забавляться, будучи считай, школьником и совсем другое, когда ты официальный представитель тех, кто такое решение вынес. Что бы я себе ни думал – отстаивать позицию официальных властей, мой долг, как военного офицера. И если позиция такова, что кэттерианцы полноправные члены общества, то придется проявлять на людях уважение к ним, тем более, если это твой боевой товарищ.
– А вы, младший лейтенант Шакс, кажется, решили оспорить решение Большого совета по возвращению всех гражданских свобод и прав коренному населению Кэттериана? Крайне опрометчиво высказывать подобные мысли вслух, будучи не только офицером Объединенных войск Тритона, но и сыном Министра культуры. Я бы на вашем месте думал о чести мундира и семьи, прежде чем прилюдно осуждать решения правительства и обсуждать перспективы грубого нарушения устава в первую же миссию. Или вы, ОФИЦЕР, забыли, что любые, выходящие за рамки устава, взаимоотношения в команде разбирает Трибунал? За принуждение сослуживцев к сожительству срезают нашивки, Шакс. Ты своих еще и часа не проносил, а уже жмут?
Шакс щурится. Наши непростые отношения только что стали еще сложнее. Вряд ли он о чем-то догадывается, слишком увлечен своей персоной, чтобы смотреть дальше носа, но теперь, там, на корабле, в замкнутом пространстве станет рыть под меня, чтобы подставить. Раньше-то я был вполне чист, а теперь. Нужно срочно рассказать все Дану. Еще до вылета.
– Илуне права, смотрите под ноги, офицер. Куда вам летать, если вы и ходить-то уверенно не можете. Понимаю, от счастья, что завершили обучение, земля плывет. Так держите себя в руках. Вы же не первокурсник-рядовой, в самом деле.
Если уж откровенно, то лучше бы Тирион в команду не попал, чем Йен. Как бы я не относился к кошке, пусть мы и враждовали с первого дня знакомства, она не из тех, кто нарушит приказ из эгоизма и природной вредности. Шакс же из сумасбродов, не склонных думать наперед. Импульсивный, недальновидный и не слишком умный, когда дело касается стратегии или тактики. Таких только как грубую силу использовать. Классическое пушечное мясо – недаром же он танк пилотирует. И именно от таких всегда куча проблем. В реальном бою я скорее кошке спину доверю, чем этому вот Высшему и неоспоримо разумному.
– Как быстро ты переобулся, Берг, – стоило Илуне и Ашхен отойти после очередного напоминания, что часики тикают, как мой некогда приятель оскалился. – Не тех ты выбрал в друзья,Рин. – Звучало, как угроза и я знал, что в случае с Тирионом не пустая.
– Мы разве здесь о дружбе? – голос мой звучал привычно ровно. Как и положено в разговоре двух разных по рангу офицеров. – Исключительно об уставе и субординации.
– Дорога дальняя, Берг. Посмотрим, как ты первый забудешь и о том, и о другом. Вот тогда и поговорим.
– Вы разве уже собрались, младший лейтенант Шакс? – Идан должен бы оставаться со старшими по званию, но когда он чтил правила? Если знал, что может нарушить безнаказанно – нарушал без зазрения совести. Тирион едва заметно напрягся, еще раз многозначительно хмыкнул и, отсалютовав своему новоиспеченному командиру, как последний паяц, чеканя шаг, направился к казармам.
– Чего хотел?
– Илуне.
– В каком смысле Илуне? – Дан нахмурился, свел к переносице брови, а глаза стали похожими на стекло. Холодные, голубовато-непроницаемые.
– В тот самом. Посчитал количество баб в экипаже. Сделал вывод, что делиться Ашхен ты не станешь, – мышцы на скулах брата дрогнули, очертив острую кость под кожей. Правильно, как можно делиться тем, чего не имеешь. – Пришлось напомнить про устав и субординацию.
– Мне вот интересно, ты кого защищал. Ашхен или Илуне. Учитывая исходные данные, едва ли первую. Что у тебя с Кэм?
– Ты идиот, да? С этой ледышкой? Да ее только вместо криокамеры использовать! И вообще, какое тебе дело-то? Тебе что вдруг одной мало? Неужели кошка настолько плоха в койке?
–Вот видишь, идиот из нас двоих ты, – полностью игнорируя мой тычок, Идан держится так, что, не знай я правды, поверил бы. Удивительная способность никогда не показывать истинного лица. – А я командир вашей группы и должен еще на земле высчитать взаимоотношения между всеми членами команды. От этого, дурная твоя башка, зависит наша жизнь. И успешность миссии, за которую ты печешься куда больше моего. Отец ведь выдал тебе ЦУ, которые мне знать не стоит, да? Ты же понимаешь, что за ваши жизни там отвечаю я, а не он? Подумай над этим, брат. Выбрать сторону придется уже очень скоро.
– А ты свою выбрал?
– Давно. В тот день, когда пошел в Академию, чтобы быть рядом с братом, который отчего-то только и мечтал, что самоубиться во славу отца, – слова хлестнули по роже. Идан никогда не говорил мне этого раньше. Я столько лет задавался вопросом, почему куда более склонный к наукам и книгам брат пошел в СКАТ, но себя в качестве одной из причин (тем более главной) не рассматривал никогда.
– Ты никогда не говорил… – даже в моей голове звучит растерянно и по-детски, совершенно недостойно молодого офицера. Как будто мне снова 7, а он опять смелый, старший брат, вставший между мной и отцом в очередном наказании.
– Слова ничто, Рин. Поступки – вот что имеет значение. Собирайтесь, лейтенант Берг. У вас 15 минут до погрузки.
