355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мирна Маккензи » Королевский шанс » Текст книги (страница 1)
Королевский шанс
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 04:38

Текст книги "Королевский шанс"


Автор книги: Мирна Маккензи



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Мирна Маккензи
Королевский шанс

Глава первая

– О господи! Идеи делятся на хорошие и так себе. Поверь, прислать твою сестру сюда, чтобы я за ней приглядывал, – из разряда так себе. – Оуэн Майклс откинулся на спинку кресла, закинув ноги в тяжелых башмаках на стол.

– Ерунда, Оуэн, план отличный, – ответил ему собеседник на другом конце телефонной линии.

Из окна открывалась панорама ранчо. Великолепное зрелище для человека понимающего. Если вам нравится одиночество – самое то. Оуэну нравится. Большинству – нет.

– Ты, должно быть, коньяку перебрал, Дре. Давненько ты не был в Монтане. Забыл, похоже, что «Второй шанс» – обычное ранчо? Практически изолированное от остального мира. Принцесса, твоя сестра, вряд ли к такому привыкла.

Наверняка нет. Подобных женщин интересует совсем другое. Им подавай жизнь в гуще событий. И в центре всеобщего внимания. Взять, к примеру, его мать или бывшую жену... Углубляться не будем. Короче, опыт подсказывал Оуэну: привозить принцессу в глубинку – напрашиваться на неприятности.

– Не пойдет, старина. Нельзя ее сюда тащить.

– Оуэн, прекрати. Поговорим без эмоций. А лучше говорить буду я, а ты послушай. План замечательный. Сразу скажу, никогда я не был так серьезен, и, нет, сегодня я не пил. Хотя не мешало бы – уже голову себе сломал, что делать с Делфайн.

Оуэн нахмурился.

– Зачем с ней что-то делать?

Его друг вздохнул.

– Принцесса скоро должна выйти замуж, а посему требует себе лето свободы от королевских обязанностей. Ее право. Нам всем однажды – всего лишь однажды – позволяют встряхнуться, прежде чем мы начнем выполнять свое предназначение.

Оуэн следил, как солнце постепенно опускается, окрашивая пейзаж в красные тона. Когда оно зайдет, темнота наступит кромешная. Никаких фонарей, никаких соседей на мили вокруг. А тишина... что-нибудь более не похожее на жизнь королевских особ представить трудно. Только сомнительно, что принцесса имела в виду именно такие каникулы.

– Она желает получить несколько месяцев отдыха перед замужеством? Так в чем проблема? Пошли ее на какой-нибудь курорт, в круиз или на экскурсию по Манхэттену.

– Нет.

Отказ прозвучал резковато. Оуэн слегка вздрогнул.

– Почему же?

Андреас вздохнул.

– Делфайн... Она...

У Оуэна появилось нехорошее предчувствие.

– Что такое с Делфайн?

Он едва помнил сестру Андреаса. Виделись они лишь однажды – лет семь назад. Тогда она была бледной тоненькой семнадцатилетней девушкой, несколько чопорной. Почти сразу Делфайн уехала. У него создалось впечатление, что принцессу отослали, испугавшись дурного влияния американского ковбоя. Друзья тогда даже посмеялись над этим.

– Делфайн... – начал меж тем Андреас. – Проблема в том, что она не похожа на нашу родню. Живет своей жизнью – подчас никому не понятной. К тому же она очень импульсивна, наивна. Если дать ей полную свободу... Думаю, ты представляешь, что получится. – (Воцарилась тишина. Оуэн много чего мог себе представить.) – Оуэн?

– Ты, значит, хочешь, чтобы я нянчился с твоей глупой младшей сестрицей?

– Можно и так сформулировать. Только Делфайн ничего не говори. Нрав у нее бешеный.

Отлично! Оуэн чуть не застонал. Именно то, что ему надо. Наивная принцесса с бешеным темпераментом.

– Андреас... – попытался возразить он. – Слушай, ты же знаешь, я человек грубый, Мне ли принцесс обхаживать?

– Глупости. С ней не надо особо нежничать. Уверен, попасть в беду ты ей не дашь.

– Ты хочешь, чтобы я хамски вел себя с женщиной?

Андреас поколебался.

– Просто малость ограничивай ее.

– Короче, посади в клетку и сторожи?

– С ней не возникнет никаких проблем.

– Только что ты заявлял, что проблем с ней полно.

– У других. А у тебя не будет.

Оуэн хмыкнул.

– Подлизываешься?

– Оуэн, помнишь наше с тобой знакомство? У тебя неплохо получается командовать другими, точно? Во мне умение властвовать культивировали с детства, но кто решил, как будут распределяться спальные места в нашей комнате, а? В первый же день ты заявил, что заниматься любишь в тишине, и велел всем это учесть.

– Да я понятия тогда не имел, что ты принц.

– Разве это что-то изменило бы? Ты всегда общался со мной, как с равным. С обычным парнем. Вот что я ценил в тебе больше всего. Ты стал моим другом. Лучшим другом, – подчеркнул Андреас.

Оуэн начал понимать, что придется уступить.

– Ты помог мне, когда я в тебе нуждался. Я твой должник.

– Ты ничего мне не должен, – сказал Андреас. – Ты же знаешь, я действовал, не рассчитывая на ответные услуги.

Да, Андреас не из таких. Оуэн не сомневался в еще одном – его другу очень трудно о чем-либо просить.

– Ты действительно сильно беспокоишься за сестру?

– Она занимает особенное место в моем сердце, Оуэн. Делфайн... она словно луч солнца. Кроме того, я понимаю, как моя сестренка сейчас себя чувствует. Королевское происхождение дает множество преимуществ, но вместе с тем оно стеной отгораживает тебя от мира. Свобода выбора для нас – иллюзия. Делфайн никогда не будет принадлежать себе после отдыха. Она это знает.

Что тут ответишь? Оуэн очень ценил свою свободу. Даже жертвовал счастьем других людей ради нее.

Но пусть Андреас и отказывается пускать в ход козыри, долг есть долг. В свое время принц помог ему не сойти с ума.

– Присылай ее. Обещаю, с ней ничего не случится.

– Спасибо, Оуэн. Ты даже не представляешь, как много для меня делаешь. Ты просто святой!

Оуэн скептически фыркнул.

– Боюсь, ты сильно заблуждаешься. Впрочем, возможно, я сам заблуждаюсь относительно своих способностей, соглашаясь на твое предложение. Надеюсь, ни один из нас не пожалеет впоследствии.

Жалеть Оуэн начал, едва повесив трубку. Как его только не клеймили прежде! Упрямец, грубиян; одиночка. Несмотря на миллионы, позволявшие ему жить где угодно, он всегда предпочитал тишину и уединение собственного ранчо.

Но теперь тишине и уединению наступает конец. На ранчо «Второй шанс» явится с визитом принцесса.

– Принцесса? – пробормотал Оуэн. – На ранчо? Дикость. Может, она сразу ужаснется и рванет обратно?

Надо же человеку на что-то надеяться.

Делфайн вышла из частного самолета, бросила один-единственный взгляд на встречающего ее человека и мгновенно поняла – пропала. Не потому, что она нашла Оуэна весьма привлекательным, хотя и это тоже. Какая женщина не среагирует на длинные, обтянутые джинсами ноги, широкие плечи, темные волосы и ярко-синие глаза? Однако внешность – не главное.

Нельзя игнорировать нечто другое, трудно поддающееся описанию. Выражение лица... Этот человек казался непробиваемым. Как стена. И выглядел он так, словно не слишком рад ее видеть. Делфайн понимала, почему.

Брат просил Оуэна Майклса за ней присматривать. Ясно как день. С того момента, когда ей были обещаны каникулы, все члены королевской семьи казались озабоченными. Суетились, совались с полезными советами, притворяясь, что ничего не советуют', перешептывались между собой. Все ее предложения относительно мест, куда она могла бы направиться, решительно отметались. Делфайн давно знала – истинной свободы ей не вкусить.

Они боялись, что она совершит какую-нибудь глупость... опять. Как тогда, когда принцесса отправилась среди ночи купаться и чуть не утонула. Или когда без охраны сбежала с дочерью одной из горничных на вечеринку в ближайший городок и ее едва не похитили. Кстати, родные не подозревали о множестве других глупостей, совершенных ею в попытке ощутить радость свободы. Худшее удалось от них утаить.

И все равно она мечтала немного пожить в реальном мире, как обычный человек.

А ей подсовывают двух телохранителей и еще вот этого... Нетрудно заметить напряжение, в котором находится сейчас Оуэн Майкле. На минуту Делфайн стало его жалко, но признаваться в сочувствии к нему она не собиралась. Ей-то каково! Спасибо ему, конечно, за гостеприимство, но все равно он станет преградой между ней и ее мечтами. Если только она сама себе не поможет.

Глубоко вздохнув, Делфайн сложила губы в привычную улыбку. Подняла голову, автоматически следуя привычке – сохранять королевскую осанку.

– Вы Оуэн, верно? – Подойдя, она грациозным движением протянула встречающему руку. – Как вы добры, позволив мне погостить у вас.

Оуэн усмехнулся. Мрачное выражение лица ненадолго пропало.

– Вы Делфайн? У меня создалось впечатление, что вы не особо рвались сюда.

Точные ее слова были: «Я скорее готова сгнить в' королевской тюрьме, чем позволю загнать себя на все лето на какое-то паршивое ранчо». Правда, никаких застенков во дворце не было, так что угроза была слегка преувеличенной и обычно служила для выражения протеста против родительского произвола. Срабатывала она редко и, уж конечно, не подействовала на сей раз.

Андреас начал превозносить просторы Монтаны, ее голубые небеса, звездные ночи и гордый нрав местных жителей, в качестве примера приводя Оуэна. Родители тоже настаивали на варианте «Ранчо».

Делфайн пыталась сопротивляться, но довольно слабо. Монтана возбудила ее любопытство.

– На тот момент я слабо разбиралась в вопросе, – миролюбиво ответила она. – Но выяснила для себя положительные стороны.

– Ага. Отлично. Позднее вы мне их перечислите. – Оуэн с сомнением посмотрел на ее руку. – Кстати... Никогда не дотрагивался до принцессы и не знаю, что в данном случае диктует этикет. Должен я пожать руку или поцеловать?

Рокот его низкого голоса вызвал у Делфайн непонятную нервозность. Она поспешно опустила руку вниз.

– Думаю, пока обойдемся простым приветствием. Дотрагиваться не обязательно.

Этот человек, в конце концов, ее тюремщик. Она не имеет права испытывать к нему расположение. Это было бы неверно и просто глупо. Он – незнатного происхождения, следовательно, и говорить не о чем.

С другой стороны, им какое-то время предстоит провести вместе. Может, потом удастся уговорить Оуэна отпустить ее, дать пожить ослепительно чудесной жизнью обычных людей. Для этого следует расположить его к себе.

Заглянув в его настороженные глаза, девушка поняла, что такого человека не просто будет в чем-то убедить.

Делфайн подавила вздох.

– Далеко отсюда ваш дом?

Тут он улыбнулся, и сейчас улыбка была неподдельной. И потрясающей. Синие глаза засияли, и в душе Делфайн словно зазвенели колокольчики.

– Зависит от того, к каким расстояниям вы привыкли. Мы можем ехать?

Девушка кивнула:

– Да.

Чем скорее ока увидит, с чем придется иметь дело, тем скорее поймет, как прожить здесь несколько месяцев и что надо предпринять, дабы ситуация стала приемлемой.

Повернувшись к самолету, она кивнула. Оттуда немедленно появились два сотрудника королевской охраны. Мускулистые. Громадные. С непроницаемыми лицами.

– Это еще что за черт? – поинтересовался Оуэн тихо, но с нескрываемым недовольством. Ей показалось, он пробурчал еще что-то себе под нос.

– Мой эскорт.

– Ваш эскорт, – повторил он таким тоном, словно ему объявили, будто принцесса всегда путешествует в компании с летающими розовыми слонами. – Они уезжают? Если бы!

– Хотите убедить их уехать? Попробуйте. Они везде за мной ходят. Работа такая.

Оуэн Майклс нахмурился.

– Есть еще члены вашей свиты, о которых я должен знать?

Впервые после отъезда из дома ей стало смешно.

– Вижу, Андреас не предупредил вас о телохранителях. Почему, интересно?

Оба знали, почему. Оуэн и так не шибко обрадовался просьбе друга, а узнай он о телохранителях, все могло бы сложиться иначе. Вероятно, он отказался бы. И его терпению есть предел. Может, если удастся хорошенько надавить, он быстренько отошлет ее туда, куда ей хочется.

Придется выяснять.

Глава вторая

А маленькая сестричка Андреаса выросла, размышлял Оуэн, подводя Делфайн к своему внедорожнику. Тощая прежде, теперь она стала гибкой и стройной и немыслимо привлекательной, с иссиня-черными волосами и.фиалковыми глазами. А уж ножки!.. Он отвел глаза от великолепных ног, обутых в изящные туфельки на высоких каблуках. Такие ноги здорово смотрелись бы на балу, в зале заседаний совета директоров или... Впрочем, в спальне они тоже выглядели бы неплохо. Но им совсем не пристало ступать по грязи ранчо. Удивительно, как ему удалось сдержаться, не треснув с досады по рулю «лендровера». Куда его несет? Его ли дело заглядываться на ноги принцессы!

Оуэн хмуро покосился на нее и встретил взгляд, полный отвращения. Чему удивляться? Мало того, что он глазеет на ее формы, так еще и упорно молчит.

– Прошу прощения.

Хорошенькие фиалковые глаза моргнули.

– За что?

Ну дает! Вероятно, ее с самого рождения учили сохранять вид холодной неприступности в присутствии личности с дурными манерами.

Оуэн помотал головой.

– Предполагалось, я, как хозяин, продемонстрирую свое гостеприимство. Не думаю, что преуспел в этом.

Мгновение Делфайн изучала его, потом наклонилась вперед и положила ладонь ему на руку. Ее прикосновение обожгло Оуэна, горячая волна прошла по телу. Великолепно. Просто великолепно. Теперь он вожделеет принцессу, предназначенную совсем другому. Более того, Делфайн – сестра его лучшего друга, девушка, которую он обещал оберегать, а не совращать. Делфайн улыбалась.

– Достаточно, – произнесла она. – Может, не будем больше притворяться?

Оуэн ждал продолжения. Покачав головой и как будто только теперь сообразив, что не отняла руку, она медленно убрала ее.

– Мой брат навязал меня вам. Боялся, что иначе я попаду в беду. Я для вас не гостья, Оуэн, а докучливая обязанность. И не жду притворного радушия.

– Чего же вы хотели? – неожиданно для себя заинтересовался он.

– Я начала строить планы лет с восьми, когда поняла – сколько бы подружек из обычных семей мне ни разрешили позвать, всех их предварительно проверят и кое-кого обязательно отсеют. Да и тех, кого допустят до моей особы, вначале будут тщательно натаскивать в этикете. Никогда праздник не будет таким, как хочется мне.

– Понятно. Мне очень жаль. Она глядела с надеждой.

– Тогда вы могли бы позволить мне поступать по-своему. – (Оуэн хмыкнул и указал на телохранителей.) – Их я, естественно, возьму с собой.

И бросишь при первой же возможности, продолжил он про себя, вспомнив предостережения Андреаса и стараясь не замечать тоскливых ноток в ее голосе.

– Извините, Принцесса, я не подвожу своих друзей, а Андреас – один из лучших. Так что на какое-то время придется вам примириться с моим присутствием.

– Но не будете же вы это делать?

– Что именно?

– Звать меня Принцессой, словно это мое имя.

– Вы принцесса и есть.

Она вздернула подбородок.

– Пожалуйста.

– Пожалуйста что?

– Я знаю, вы дали моим родственникам обещание, и Андреас всегда говорил, какой вы благородный человек. Лучший из всех.

Что показывает, насколько глубоко Андреас заблуждается. Делиться этой мыслью с Делфайн Оуэн не стал.

– Дальше отчетливо слышится «тем не менее». Красавица шумно выдохнула, голубой шелк ее блузки поднялся и опустился. Оуэн смотрел на это действо, стиснув зубы. И мечтал о возможности отослать ее от себя и соответственно от греха подальше.

– Очень хорошо. Вы действительно благородный человек. Тем не менее я попросила бы вас об одной услуге, выполнение которой не потребует нарушить данное вами слово.

Почему ему все время приходится отказывать женщинам в их просьбах? Его мать, жена, Нэнси... Теперь еще это. Чертов Андреас!

– Просите, – брюзгливо согласился Оуэн.

– Я... Скольким людям известно о моем визите? Оуэн моргнул.

– Мои работники в курсе, что я жду гостью. Это все. – Болтливым его никто не называл.

– А они знают, кто я? Хотя что спрашивать. Конечно, знают, но все-таки... – Делфайн мрачнела на глазах.

Оуэн начинал постигать суть проблемы. Конечно, знатная дама, сосланная в Тмутаракань. Но и здесь ей хочется особого приема, организовать который в данных условиях затруднительно.

– Боюсь, они не знают, что вы принцесса. По крайней мере пока. Я просто сообщил им о вашем приезде. В подробности не вдавался. – Так как до последнего надеялся, что Андреас передумает. – Не волнуйтесь, – успокоил он Делфайн. – На ранчо люди подобрались довольно замкнутые, но к нам частенько заглядывают, гости. По большей части бизнесмены, ищущие экзотики. Приезжих у нас встречают приветливо. Останетесь довольны.

– Я волнуюсь не о том. Просто... Если они еще не знают, то и хорошо. Я не хочу быть принцессой.

Оуэн воззрился на девушку с недоумением.

– Извините?

– Я немного не так выразилась. Конечно, я горжусь своей принадлежностью к королевской семье. Мои корни имеют для меня громадное значение. Просто здесь я хотела бы сохранить анонимность. Не то сразу набегут газетчики и...

– И кто-нибудь может попытаться вам навредить, а то и похитить, – закончил Оуэн, глядя на телохранителей, безуспешно пытающихся сейчас ничем не выделяться. Ему вспомнился человек, всегда таскавшийся за Андреасом в колледже. – Я обещал Андреасу, что вам не нанесут никакого урона, и отвечаю за свои слова. И имел в виду не вашу охрану, а себя. Я никого к вам близко не подпущу.

– Но я хотела бы быть среди людей. Вот в чем загвоздка.

Вот как! Оуэн внезапно заметил проезжающую мимо Сьюз Аллен. Уже впилась взглядом в них с Делфайн. Сьюз – самое великодушное создание на свете, но трещотка первостатейная. С ее помощью любые сведения распространяются молниеносно, а незнакомка, замеченная в компании Оуэна, несомненно, горячая новость.

– Нам лучше уехать, – быстро сказал он. – Садитесь в машину.

Делфайн оглянулась на белый пикап Сьюз, развернувшийся в их сторону, и, к облегчению Оуэна, не стала спорить. Позволила ему усадить себя в «лендровер». Охранники нырнули в появившуюся словно ниоткуда черную машину.

– Подружка? – спросила она уже по дороге к ранчо.

Оуэн рассмеялся.

– Болтушка, но никак не подружка, хотя и очень мила, Сьюз замужем за человеком, который прибьет любого, кто дважды взглянет на его жену.

Делфайн надолго замолчала. На целых пять секунд.

– Вас он тоже бил? – спросила она наконец.

Оуэн покосился на нее.

– Я не бегаю за чужими женами, как бы милы они ни были. Но вернемся к нашему разговору. Вы сказали, что собираетесь сохранить инкогнито.

– А вы сказали, что никого ко мне не подпустите.

Он вздохнул.

– Возможно, я неудачно сформулировал мысль. – Ему вспомнилась бывшая жена, которая как-то обвинила его в желании держать ее на привязи. – Я имел в виду, что не позволю кому-нибудь или чему-нибудь вас обидеть. Горожане часто нервничают, попадая в нашу глухомань. Но вам ничто не грозит.

– Я даже не думала об этом. Андреас вас знает и всецело вам доверяет. Для меня этого вполне достаточно. Уж конечно, я не сомневаюсь в вашей способности меня защитить. Тут другое. Как только местные жители узнают, что я здесь, появятся, репортеры. Но не это главная причина, по которой я мечтаю остаться в тени. Обычные люди будут совсем иначе со мной обращаться, узнав, что на ранчо принцесса. А мне этого очень не хочется. Да, я богата и избалованна и живу в мире, который другие даже вообразить не могут, но...

– Но вы желаете большего, – продолжил Оуэн. Он слышал это раньше. От матери, когда та упаковала чемодан и уехала навсегда, посоветовав Оуэну быть хорошим мальчиком. Слышал от Файи, умолявшей его продать ранчо и отправиться куда-нибудь, где хорошо и весело. Он почти решился, но смерть сына поставила точку в его браке. А теперь уже слишком поздно – теперь он никогда не оставит «Второй шанс»...

– Вы не правы, Оуэн, – возразила Делфайн. На мгновение ему показалось, будто она прочла его мысли. – Я не желаю большего. Скорее наоборот. Только на одно лето мне хочется стать такой, как все. Видеть то, что видят другие, жить, как они. Договорились?

В ее словах есть логика...

– Мне кажется, план обречен на неудачу. Притворство у меня никогда не получалось.

– Но вам не придется притворяться. Просто умолчать о некоторых мелочах. О моем титуле, к примеру.

Он не удержался от улыбки.

– Не такая уж мелочь.

– Только на лето. А после...

Они никогда не встретятся. Она выйдет за своего принца, он останется на ранчо, кормившее несколько поколений его предков.

– Если вы боитесь огорчить Андреаса... – начала Делфайн.

Оуэн рассмеялся.

– Я обещал оберегать вас от неприятностей, а не вашего брата от огорчений. Может, он не рассказывал, что во время учебы в колледже я доставлял ему их в огромном количестве. Я упрям так же, как и он. Андреас – не проблема. Я просто пытаюсь предвидеть последствия утаивания правды о вас.

– Вы лучше представьте последствия обнародования сведений обо мне. Сами же говорили, что ваша приятельница Сьюз любит поболтать. Она расскажет нескольким своим друзьям, те – своим, затем пронюхает пресса. Не успеете вы оглянуться, как половина населения Монтаны хлынет к вам на ранчо.

– Думаете? – спросил он, размышляя, насколько преувеличена угроза.

– Это по меньшей мере, – уверенно подтвердила Делфайн. – Андреас мне говорил, вы цените уединение. Я буду хорошо себя вести, не надоедать вам.

– Как теперь? – Оуэну хотелось расхохотаться, но он сдержался.

– Подчас я бываю импульсивной, что сильно раздражает мою семью. Андреас просил меня быть с вами посдержаннее.

Он все же рассмеялся.

Делфайн прикусила губу. Оуэну внезапно стало неловко – зачем ее дразнить? В сложившейся ситуации ни он, ни она не виноваты. И ее слова о соседях и прессе – по большей части правда. Черт, ему надо о ранчо заботиться. На репортеров времени нет. И он действительно не желает вторжения в свою личную жизнь. Если сюда понаедут журналисты, им захочется выяснить не только мельчайшие подробности о Делфайн, они обязательно заинтересуются человеком, всюду ее сопровождающим, станут копаться в его биографии, узнают о трагедии прошлого...

При этой мысли Оуэну стало зябко.

– Кем вы хотите быть? – отрывисто поинтересовался он.

Она заглянула ему в глаза.

– Просто Делфайн. Только и всего. Обычной женщиной.

Ну да, окружающие сразу поверят! При ее-то явном акценте и такой яркой внешности... Ладно, пусть попытается.

– Вот мы и на месте.

За последним поворотом показался дом.

– Ой!

Многообещающее начало.

– Не совсем то, к чему привыкли принцессы?

– Он сложен из бревен!

– Как вы заметили?

– И... он такой большой.

Очень снисходительно со стороны ее высочества. Дом был построен в виде буквы П, кроме того, со всех сторон его охватывала широкая терраса.

– Я люблю заниматься строительством, когда мне надо подумать. Или отвлечься от тяжелых мыслей.

– Вероятно, такая необходимость часто возникает. Андреас не упоминал об этом.

– Королевским особам не до дискуссий об архитектуре.

Впрочем, Андреасу известно об огромной застарелой боли, частенько дающей толчок строительным заскокам Оуэна. Однако принц не станет никому рассказывать о переживаниях друга без разрешения.

– И весь дом для одного человека? Ну... то есть...

Оуэн остановил ее взмахом руки.

– Вам известно, что я разведен и что я потерял сына. У меня есть приходящая кухарка и экономка, Лидия Джефферс. Но живу в доме только я. Помощники размещаются отдельно. Действительно, для одного места многовато. Однако я часто предоставляю дом для всяческих мероприятий. Порой соседи отсылают ко мне своих гостей, если не справляются сами. Может, и хорошо, что вы намерены проживать тут инкогнито. Иначе меня действительно могут осадить нежданные визитеры.

Припарковавшись, он вышел из машины и хотел помочь Делфайн.

Она не позволила ему сделать это.

– Не надо. Следующие несколько месяцев я – независимая женщина. Никаких поблажек. Я сама буду открывать дверцы машин и... делать, что мне нравится. Все, что запрещено принцессам.

Ее возбужденная улыбка едва не сшибла Оуэна с ног. Черт, о чем Андреас думал, посылая сестру к такому замшелому отшельнику, как он?! Эта девушка просто искрится светом и радостью. Какая улыбка, а? Делфайн чуть ли не протанцевала до крыльца, у самого входа обернулась.

– Спасибо огромное, Оуэн. Вы даже не представляете, что это для меня значит. Я буду никому не известной, слившейся с толпой женщиной!

Слившейся с толпой? Ну да! Тут, на ранчо, она – как роза в зарослях чертополоха, а уж смотрит на него так, словно он предложил ей ключи от сундука с сокровищами...

Не смей даже думать о ней, одернул себя Оуэн, давно усвоивший – женщинам он мало что может предложить, кроме денег. А уж впутываться в отношения с девицей, у которой на голове корона, – увольте. Нет, самое лучшее – быстренько устроить Делфайн в доме, а после улизнуть куда подальше.

– Я занесу вещи и покажу вам комнаты, – сказал он. – Ваши телохранители могут поселиться с работниками. Я скажу своим людям, что это ваши друзья, решившие вкусить все прелести жизни на ранчо. У нас такие гости бывали.

– Ладно, Оуэн...

– Что?

– Знаю, я уже благодарила вас, но мне хочется, чтобы вы поняли – это не просто вежливая фраза. Я действительно сознаю, насколько обязана вам моя семья за согласие принять меня. Помимо сложностей, возникающих в связи с необходимостью прятать в доме принцессу, Андреас предупредил, что вы вообще женщин не особо любите.

Нежный голос, трогательное выражение лица, Оуэн почувствовал, что сейчас взвоет. Как он был прав, считая ее пребывание тут плохой идеей. Однако Андреас чертовски ошибается. Оуэн Майкле не не любит женщин, просто не может предложить им то, чего они хотят. А потому и пытается держаться от них подальше.

От этой дамочки держаться подальше следует постоянно. Жаль только – желание неисполнимо.

– Поэтому... громадное вам спасибо, что позволили мне остаться, – закончила Делфайн. – С вашей стороны это очень великодушно.

Ага, она считает его добряком. Нельзя допускать такое. Если он позволит, она обратит на него свои гипнотизирующие фиалковые глаза и..., страшно представить, что тогда он сделает. Что-нибудь идиотское. Не из железа же он. Поэтому Оуэн промолчал.

– Андреасу и всем моим не понравилось бы, узнай они, что я притворяюсь обычной женщиной. Они думают, если мужчины не будут знать, кто я и в чем мое предназначение, то позволят себе вольности.

Здорово. Андреас дал бы ему сейчас смачного пинка под зад – и был бы прав..Об этой проблеме Оуэн не подумал.

– Не волнуйтесь. Я никому не позволю к вам приблизиться, – повторил он.

И себе тоже.

Однако радоваться такому обещанию Делфайн не спешила.

– Я говорила, что не хочу быть тут пленницей. Он потер щеку рукой.

– Позвольте поправиться. Я не подпущу к вам тех, кого не надо. – (Все то же отсутствие улыбки.) – Делфайн, я стараюсь, как могу. У меня нет опыта общения с принцессами.

Она кивнула.

– Да, вы правы. А в чем у вас есть опыт?

– Ведение ранчо, зарабатывание денег. Много чего.

– И строительство, – напомнила она.

– А, нет. Это мания.

Тут уж девушка улыбнулась.

– Мания – это я понимаю. У меня их масса. – Уточнять она не стала.

Так они и стояли, принцесса и хозяин ранчо. Оуэн загляделся на прекрасную, утонченную даму, сбежавшую от привычного окружения. Как он будет выкарабкиваться из затягивающего его болота?

– Прошу прощения, – снова улыбнулась она. – У вас работа. Андреас предупреждал, чтобы я не мешалась под ногами. Покажите мне мою комнату, и я начну устраиваться. И ни о чем больше не волнуйтесь. Я буду вести себя тихо, вы даже не заметите моего присутствия.

На этом месте Оуэну впору было либо расхохотаться, либо все-таки завыть.

Ладно. Попробуем устроить так, чтобы проводить вместе с принцессой, обитающей теперь в этом доме, минимум времени. Иначе можно сойти с ума.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю