Текст книги "Влюбиться дважды (СИ)"
Автор книги: Мира Айрон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
Глава шестая
– Мне нравится такая встреча, – хрипло сказал Антон. Он обхватил Яну и тесно прижал к себе.
– Но сейчас ты вымоешь руки и пойдешь за стол, как паинька. Уверена, ты ничего не поел у родителей, – строго сказала Яна.
Антон нарочито тяжело вздохнул и отстранился, снял кожаную куртку, послушно пошёл в ванную комнату. Через минуту он появился на кухне:
– Очень вкусно пахнет, – он не стал притворно скромничать и уселся за стол, – откуда ты знала, что я приеду?
Яна смутилась.
– Я не знала, а надеялась, – пробормотала она, опустив глаза. Антон встал, взял её за подбородок, заставив посмотреть ему в лицо:
– Конечно, кухня – не самое романтичное место для объяснений, но мне очень не нравится недосказанность, – суховато начал он, – потому сразу точки над "i". Я не намерен тебя отпускать. Завтра я поговорю со Златой. Поговорил бы сегодня, но у неё этот…бодипозитив, – Антон смешно сморщил лоб.
– Вебинар, – Яне было трудно говорить, так как он продолжал держать её за подбородок.
– А ты переживала?
Яна кивнула, насколько позволяла его рука. Антон быстро поцеловал её и снова сел за стол.
– Вкусно, – сказал Антон совсем так, как в прошлый раз Никита.
Видимо, на его аппетит мало что могло повлиять. Яна волновалась, как курсистка на первом свидании, потому могла лишь рассеянно "клевать" салат. После обеда она отправила Антона в комнату, а сама осталась мыть посуду.
– Можно потом, – усмехнулся Антон.
– Нет, не выношу грязной посуды в доме. Считай, это один из моих "тараканов".
– Ну это скорее достоинство. Если у тебя все "тараканы" такие, то это же прекрасно. Может, надо посудомойку купить? – он задумчиво потёр подбородок.
– Ага, чтоб я неделю копила посуду на одну помывку, – рассмеялась Яна, – или мыла по одной ложке.
– Угу, – все так же задумчиво пробормотал Антон и отправился в комнату.
"Он сказал: я не намерен тебя отпускать", – вертелось у Яны в голове. Сердце отбивало странную чечётку.
Когда Яна пришла в комнату, он задумчиво рассматривал книги, стоящие в шкафу. Неожиданно Яну посетила идея:
– Сейчас что-то покажу!
Она потянулась к верхней полке, достала довольно толстую книгу в гладком белом переплёте с цветным рисунком.
– Майн Рид, "Всадник без головы", – улыбнулся Антон. Яна открыла книгу на титульном листе.
На титульном листе синими чернилами было выведено: "Яне в день рождения 13 лет от Антона Д." Ниже стояла дата. Яна перевернула ещё один лист, и они увидели довольно большую, лакированную, чуть выгоревшую открытку с фотографией пушистого трёхцветного котёнка и надписью "золотыми" буквами: "На добрую память". Антон взял открытку двумя руками и, как завороженный, смотрел на неё.
– Ты помнишь? – осторожно спросила Яна. Он кивнул, проглотил комок в горле, и наконец, заговорил:
– Я помню, как ты единственный раз была у меня в гостях. С этой дурочкой, моей соседкой. Не понимаю, почему вы тогда с ней спелись.
– Её звали Вика, – улыбнулась Яна. – Она же была "новенькая" в седьмом классе, ей не с кем было дружить, а у меня тоже не было подружки.
– Она была немного того, мне кажется, – поморщился Антон. – Могла ни с того ни с сего в стену мне постучать или начинала петь громко.
– Может, ты нравился ей, – усмехнулась Яна.
– Не знаю. А с чего вы вдруг решили ко мне зайти? Ты же никогда не приходила ко мне, всегда только я к тебе.
Яна вспомнила тот день. Кажется, было начало октября, уже довольно прохладно, но ещё много жёлтой листвы, а воздух прозрачный, будто хрустальный. Они долго гуляли, замёрзли, и зашли погреться к Вике, жившей в одном из "офицерских" домов. Яна даже не знала, что Антон живёт именно в этом доме. Родители Вики были на работе; девочкам хотелось есть, но в холодильнике нашёлся только суп, который нужно было согреть, иначе сверху плавал жир.
– А пойдём к Давыдову? – вдруг предложила Вика, – Он тут живёт, в соседней квартире. Может, у него пожрать есть?
И они как были, в тапочках и без курток отправились к Антону. Яна и сейчас помнила его изумленное лицо. Он посторонился, пропуская их в квартиру, и две странные гостьи вошли. Вика, совсем не страдавшая лишней скромностью, спросила про еду.
У Антона в холодильнике обнаружилась сковорода с жареной рыбой под странным названием "путассу". Яна знала только минтай, сельдь Иваси, кильку и мойву. Новая для неё рыба показалась жутко вкусной. Они с Викой съели всю рыбу прямо холодной, заедая хлебом. Антон согрел для них чайник, достал печенье. Он всё время молчал; говорили только они, точнее, Вика. Потом они смотрели спортивный уголок Антона, где были кольца, турник и шведская стенка. Пока Вика, подобно обезьянке, висела то на кольцах, то на турнике, Яна рассматривала книги в шкафу.
У Давыдовых было очень много книг. Яна всегда мечтала о большой домашней библиотеке, но её родители никогда не гонялись за книгами, а в магазине невозможно было купить что-либо достойное. Яна постоянно брала книги в местной библиотеке и ждала, когда исполнится четырнадцать лет, чтоб записаться во взрослую городскую библиотеку. У Давыдовых в шкафу стояли все книги её любимого Майн Рида, все-все, даже самые новые.
– А это что? – из задумчивого созерцания её вывел тогда громкий голос Вики, – ух ты! Давыдов, подари!
Вика показывала на блестящую открытку с фотографией котёнка. Яна тоже зачарованно уставилась на открытку, она не видела раньше ничего подобного.
– Не могу, – сухо сказал Антон Вике, как-то так сказал, что было ясно: не подарит, – это мама мне из Ялты привезла.
Вика ещё поныла, но ей пришлось отступить. Вскоре они ушли восвояси.
В конце октября у Яны был день рождения, исполнялось тринадцать. Тогда она впервые позвала в гости некоторых одноклассников, до этого на день рождения приходила только родня. Антон подарил Яне книгу "Всадник без головы" и открытку с котёнком. Яна была в восторге; это был лучший подарок, который она получала когда-либо. А "тактичная" Вика не преминула напомнить Антону, что он-де говорил: дареное не дарят.
– Это был самый лучший подарок, – проговорила Яна. – Книга моя любимая. Как ты узнал?
– Догадался, – усмехнулся Антон. – Помню, как я обезумел от счастья, когда увидел тебя у своей двери, лохматую, без куртки, в каких-то диких тапочках. Даже Вика не могла омрачить этот день. Единственное "но", всё боялся, ты заметишь, как у меня от волнения руки дрожат. Какие мы всё же уязвимые в подростковом возрасте.
– Да, это точно, – Яна задумчиво кивнула. – А потом как в песне у Малежика: "Хочется, как смолоду, потерять нам голову, но, когда всего полно, нечего терять"(с).
Антон недоверчиво посмотрел на неё.
– В первую ночь у вас, в пятницу, когда выяснилось, что ты – это ты, много вспоминала, думала, и пришла к выводу, что нравилась тебе. Как можно было не понять это тогда? – она словно спрашивала сама себя.
– Новикова, три момента, – Антон положил книгу на стол, и развернул Яну к себе лицом. – Первое: я очень польщён, что ты той ночью обо мне думала, и даже до чего-то додумалась. Второе: полностью согласен, как можно быть такой слепой? Третье, в продолжение второго: ты мне не просто нравилась, я был безнадёжно влюблён в тебя в течение шести лет, с первого сентября первого класса, и до своего отъезда, после седьмого класса.
– А почему лет шесть, а классов семь? – вдруг спросил он задумчиво.
– Потому что мы из пятого перешли сразу в седьмой, – пробормотала ошалевшая от его признания Яна.
– Ты шутишь, – устало сказала она, – я была выше всех, тощая, полгода ходила с этой ужасной пластинкой, с этими кудрями, торчащими во все стороны. Как можно было влюбиться в меня?
– Откуда я знаю, – рассмеялся Антон. – Но не я же один за тобой таскался.
– А кто ещё? – Яна наморщила лоб, пытаясь вспомнить.
– Этот, как его, баянист-гармонист от слова "гормоны", с которым ты из музыкалки ходила.
– Спартак? Так он не только со мной ходил из музыкалки, а со всеми девчонками, которые там учились!
– Ага, но на турслёте под гитару тебе пел: "Я готов целовать песок, по которому ты ходила" (с). Я мечтал его закопать в этот песок по самые уши! – проворчал Антон, – Кстати, как он потом себя вел, после моего отъезда? – ревниво поинтересовался он.
– Спартак-то? Нормально, ушёл в техникум после девятого.
– На дискотеках приглашал?
– Приглашал, – кивнула Яна и подумала, что она встала на скользкий путь, начиная получать удовольствие от ревности Антона.
– А как ты привыкал к новому городу, новой школе?
– Ооо, первые два года дались очень тяжело. Оценки резко стали ниже, особенно по точным наукам, и я работал, работал и работал. После девятого класса немного расслабился только, тогда и появились первые знакомства, тусовки, – Антон улыбнулся.
Яна поняла, что и она способна страдать от деструктивной, нелогичной ревности. Антон тем временем обхватил её за талию и прижался потеснее.
– Когда у нас была дискотека по случаю окончания седьмого класса, я знал, что мы скоро уедем. И всё приглашал тебя, и думал, как поцелую тебя, хоть один раз, на память. Но так и не решился тогда, – он вздохнул.
– Сказал бы мне, я бы сама тебя поцеловала, – прошептала Яна.
Обхватила его лицо ладонями, притянула к своему лицу и поцеловала. Сначала Антон лишь отвечал ей, а потом перехватил инициативу. Он прерывисто дышал, и Яна чувствовала, как частые и сильные удары его сердца отдаются в её грудной клетке.
Через несколько секунд они уже были в кровати, торопливо избавляясь от одежды; в следующее мгновение большое горячее тело Антона накрыло Яну. Она застонала от наслаждения, когда почувствовала его всего. Но сегодня Антон не спешил; вскоре он оторвался от губ Яны, и его губы стали спускаться ниже, изучая изгибы её тела, словно пробуя, иногда чуть-чуть покусывая. Яне казалось, что она скоро потеряет сознание, но настоящий сюрприз ждал её впереди. Поняв, что он собирается сделать, Яна инстинктивно вздрогнула.
– Перестань, не бойся, – его шёпот доносился словно издалека, – научись мне доверять.
…Как хорошо, что не надо никуда спешить и ни от кого прятаться… Голова Яны лежала на груди Антона. Он легко перебирал её волосы, потом гладил спину и плечи. Яна положила ладонь на его грудь, "слушая" равномерные глухие удары сердца.
– А что вы тогда делали с твоей Наташей в "Легенде"? И почему убежали? – Антон поцеловал её в ладонь.
– Пришли отметить встречу, потому что Наташка вернулась из Тая за день до этого. А сбежали, потому что Алик сказал, что вы семейные, и вам надо спокойных соседей за столом, безопасных, – Яна улыбнулась, – но у нас с тобой что-то пошло не так.
– У нас с тобой всё пошло так, как надо. Я думал, с ума сойду, когда понял, что вы удрали! – проворчал он, и легко шлёпнул Яну ниже спины.
– А твой друг – он кто? Слишком уж Алик перед ним "подпрыгивал".
– Вадим? Начальник отдела по борьбе с экономическими преступлениями.
– Поняяяааатно, – протянула Яна. – А как вы познакомились?
– Мы в футбол играем вместе уже десять лет.
Они немного помолчали.
– Я искал тебя в пятницу утром на твоей работе, – несколько обвиняюще сказал Антон.
– Знаю, мне звонила Ярослава, – Яна вновь улыбнулась.
– Ярослава – это вот такая…с татуировками, с розовыми волосами?
– Да.
– И как Сушко воспринял её после тебя?
– Ахматов-то? Нормально, это его жена подбирала мне замену. Ярослава так-то учится в магистратуре на философском факультете.
– Какой Ахматов? Он же Сушко!
Когда Яна объяснила, почему Ахматов, Антон долго хохотал.
– Новикова, с тобой точно не соскучишься! Но если ещё раз попробуешь от меня убежать, я тебя на цепь прикую, – он начал горячо целовать Яну.
Вырвавшись, Яна назидательно сказала:
– Долг платежом красен.
– Ты что задумала? – прошептал он.
– Тссс. Не бойся, я не кусаюсь.
Антон блаженно откинулся на подушки. Для неё это было впервые, но, чувствуя свою власть, Яна приходила всё в больший восторг и азарт. Но вскоре Антон рывком поднял её и усадил на себя сверху.
Да что ты будешь делать! Она опять первая…
Они и не заметили, как сумерки опустились на город. Яна мысленно подводила интересную для себя статистику: три раза за два дня, и все три раза она дошла до вершины. А ведь она была уверена, что обладает слабым темпераментом. "Логические завершения" до сих пор исчислялись единицами. Либо всё заканчивалось слишком быстро, и она просто не успевала; либо, наоборот, думала, когда уже всё закончится. Что случилось в эти два дня? Или права Наташа, какой-то там возраст у них настал? Яна в это не верила. Она считала, всё дело в Антоне, её отношении к нему. И ещё, возможно, какая-то совместимость у них.
Яна вспомнила, как бабушка однажды сказала, что женщина – это кастрюля, а мужчина – крышка для кастрюли. У каждой кастрюли обязательно есть своя крышка, но надо её найти. Найдёшь – считай, повезло. "Похоже, я со своей "крышкой" была знакома миллион лет, но ничего не понимала", – подумала Яна, погружаясь в сон.
Рано утром Яна провожала у двери Антона; ему ещё нужно было заехать домой перед работой.
– Хорошо тебе, ты в отпуске, – проворчал Антон, уже в который раз целуя Яну, – какие планы на сегодня?
– Встречать родственников.
– Помощь нужна?
– Нет-нет, справлюсь, – на самом деле, помощь бы не помешала, но меньше всего хотелось отвечать потом на вопросы мамы и сестры.
– А когда мы с тобой увидимся? – Антон всё медлил, ему явно не хотелось уходить.
– Давай вечером, часов в восемь, встретимся где-нибудь, поговорим? – Яна старалась говорить непринужденно, хотя разговор предстоял серьёзный.
– Ну хорошо, – удивился он, – давай в "Легенде?" Забрать тебя?
– Тут недалеко, сама доберусь. – Договорились, буду к восьми в "Легенде", – Антон ещё раз поцеловал её и скрылся за дверью.
Днём Яна встречала родных; приехала мама, сестра Ольга, племянники Рома и Макар. Муж Ольги – Вова– работал, и собирался приехать только на свадьбу. Роме исполнилось двенадцать, и он ростом догонял Яну. Макару было пять лет. Ольгу с мальчиками поселили в комнату Ленки, а матери Яна уступила свою кровать; для себя и для Ромки достала специальные надувные матрацы.
Ровно в восемь Яна ждала Антона у "Легенды"; вскоре он подъехал. Пока он выходил из машины и приближался, Яна исподтишка следила за ним. До чего он красив, держится спокойно и с достоинством. Женщины смотрят на него во все глаза. Яна в который раз почувствовала острый укол ревности. Но когда увидела улыбку Антона, когда он подошёл, обнял и поцеловал её, тут же всё забыла.
"Только бы сегодня была смена не у Алика,"– пронеслось в голове у Яны, но первый, кого они увидели, войдя в резные двери, был Алик.
Яна видела, что узнал их обоих, но даже бровью не повёл. Однако позже Яна замечала любопытные взгляды, которые Алик бросал на их стол.
– В обед встретился со Златой, поговорили, – сказал Антон, когда они ждали заказ.
– И как она? – Яна не представляла, что почувствовала бы на месте Златы.
Ей представлялось, что это ужасно, когда тебя оставляет такой мужчина, как Антон.
– Конечно, не в восторге, – он пожал плечами, – но сказала, что ожидала чего-то подобного, и что я развязал ей руки, так как собирается на всё лето в Сочи, а потом, возможно, в Москву. У неё домик в пригороде Сочи.
Яна кивнула. Теперь ей нужно как-то собраться с силами и сказать то, что задумала…
… – Яна, нет! – Антон покачал головой. – Десять дней…Нет и нет!
– Антон, ну пожалуйста, пойми! – она сжала его ладонь. Это всего лишь до следующей пятницы. Я не могу и не хочу встречаться с тобой урывками и между делом! А если встречаться в полную силу, мне придётся полностью забросить и подготовку к свадьбе, и родственников. Кроме того, ребята мне доверили торт.
Антон сидел молча, задумчиво и мрачно сдвинув брови. Салат стоял нетронутый. Хорошо, что Яна заказала только чай, потому что аппетита не было совсем.
– Это же свадьба наших детей, – ласково и терпеливо убеждала Яна, – вот увидишь, не заметишь, как время пролетит.
– Угу, – отозвался Антон, – а звонить почему нельзя? Почему только переписка? Терпеть не могу этот ваш эпистолярный жанр.
– Потому что я буду двадцать четыре часа в сутки проводить с родственниками, и меньше всего мне хочется отвечать на их вопросы, – Яна старалась быть убедительной и твёрдой.
– Вижу, ты уже всё решила. Моя участь – терпеть и ждать, – задумчиво проговорил Антон, положив подбородок на сцепленные ладони.
– Жалеешь, что связался со мной? – упавшим голосом спросила Яна.
– Ещё что придумаешь? – он сверкнул на неё глазами. – Не дождёшься. Просто чувствую, что подпишусь сейчас на этот бред, и буду мучиться потом.
– Антон, пожалуйста, – она смотрела жалобно.
Яна говорила искренне; она на самом деле не представляла другого выхода.
– Хорошо, – сказал он твёрдо. – Раз ты считаешь, что это единственный и лучший выход из ситуации, доверюсь тебе. Но если передумаешь, звони в любое время.
Антон попросил счёт, и они поднялись. Салат так и остался нетронутым. Всё же Антон обижен, это Яна понимала. Но ей хотелось, чтоб и он её понял. Возможно, это эгоистично с её стороны, но ведь и предсвадебной суеты на её плечи легло намного больше.
Во вторник Яна весь день провела с племянниками: они съездили в парк, погуляли по набережной, сходили в кафе. Вечером позвонила Наташка и пригласила Яну с племянниками на завтра в гости; у Наташки неожиданно выдался отпуск, такое бывало нечасто.
Антон написал один раз, вечером, в мессенджере: "Ты мне должна шаурму". Яна ответила: "А ты мне роллы". На этом общение было исчерпано.
Соколовы встретили их радушно. Рома быстро подружился с Серёжей, с обожанием смотрел на него, прислушивался ко всему, что говорил старший друг. Серёжа начал учить Рому футболу, а у того неожиданно стало получаться.
В конце концов Наташка сказала:
– Знаешь что, подруга, у тебя и так забот полно, а у нас каникулы. Оставляй Романа у нас хотя бы на несколько дней.
Начались телефонные переговоры с Ольгой, а потом Яна с Наташкой поехали за вещами Ромы. Яна с Макаром вернулись домой только под вечер. От Антона в этот день было одно сообщение: "Спокойной ночи!"; Яна ответила "И тебе".
В четверг весь день ездили с Ленкой, Никитой и Макаром: портной, база отдыха, где будет проходить свадьба, ЗАГС, мастерица по букетам, и т. д., и т. п. Голова шла кругом.
Написала Антону первая: "Устала. Скучаю". Он ответил: "Не похоже, что скучаешь". Всё-таки дуется. В пятницу, первого июня, выпал снег. Ленка была в шоке. Яна весь день её успокаивала, объясняя, что и не такое бывало, растает за неделю. Соколовы обещали обеспечить Рому теплыми вещами, а Макару пришлось срочно покупать куртку и шапку – ездили с Ольгой по магазинам.
Вечером, когда гуляла в парке с Макаром, получила сообщение от Антона: "Мне нужно услышать твой голос. Прямо сейчас".
Макар возился на огороженной детской площадке; Яна села так, чтоб видеть все его действия и передвижения. Набрала номер в телефоне, и Антон ответил сразу. Его голос ворвался в её хрупкое равновесие, перевернул всё с ног на голову; сердце бешено застучало. Всё же права она была, это выше её сил.
– Новикова, успокой меня. Скажи, что ты чувствуешь хотя бы сотую долю того, что я. Что скучаешь хоть немного, – сухо и без приветствия заговорил он.
– Антон, правда, я очень скучаю.
– Где ты сейчас?
– Гуляю с племянником.
– Хочешь, приеду ненадолго?
– Нет, тут очень холодно, мы уже сейчас пойдём домой.
Несколько секунд длилось молчание, потом Антон снова заговорил:
– Завтра рано утром уеду в Екатеринбург на семинар-выставку-учебу, вернусь только вечером в воскресенье. Обещай, что будешь скучать.
– Обещаю. Я буду очень скучать. А тебе лёгкой дороги, и чтоб всё успешно прошло.
Потом Антон по-прежнему сухо попрощался.
Сердится. Похоже, ей придётся всерьёз постараться, чтоб вернуть прежнего Антона.
В субботу утром позвонил Никита и сказал, что бабушка и дед очень-очень приглашают всех в гости.
– Мы с Леной тоже будем очень рады, – добавил он.
У мамы с Ольгой был запланирован поход к косметологу и в салон красоты, потому поехали Яна и Макар. Яна малодушно порадовалась тому, что Антон уехал, иначе она не рискнула бы отправиться в Судаки. Макар носился на природе как угорелый, подружился с Батистутой-Батей, который впервые увидел маленького ребёнка и был в приятном шоке. Естественно, их уговаривали остаться ночевать, но Яна отказалась. Макару же очень хотелось. Взяв с Ленки и Никиты слово, что завтра они привезут Макара, Яна откланялась.
Глава седьмая
Неожиданно оказавшись «бездетной», Яна решила отправиться в гости к Наташке. Возможно, пора уже забирать Романа, он и так гостит несколько дней.
Наташка была очень рада Яне, но Рому "отдавать" Соколовы отказались наотрез.
– Пусть живёт до самой свадьбы, – заявила Наташа. – Мы тут готовим его к тому, чтоб стал первым парнем в Алексеевске.
Оказалось, что каждое утро Рома должен был прочитать тридцать страниц "Калевалы", потом рассказать, что понял (учитель, живший в Наташке, не отпускал её даже в отпуске); за это Наташа потом учила Рому играть на гитаре и обещала отдать ему свою вторую гитару. Потом Серёжа с Ромой занимались футболом, и каждый вечер ходили вместе на тренировку в секцию, которую посещал Серёжа.
Яна с Наташей выпили по бокалу мартини, раз уж Яна не водилась сегодня; Наташка безуспешно пыталась вытянуть из Яны информацию о том, было ли что-то с Антоном. В конце концов устала:
– Ой, Новикова, умеешь же ты окопаться! Но помни, тайное становится явным, – подмигнула Наташа.
Она не давила на Яну, так как знала, что та не любит делиться сокровенным даже с самыми близкими.
Потом Яна уехала, встретила маму и Ольгу, и они втроём отправились в кафе есть роллы. Антон в этот вечер так и не написал. Яна написала сама, спросила про выставку, но ответа так и не дождалась ни в этот день, ни в следующий, ни потом.
Видимо, он узнал, что они были в Судаках, и это его задело. В воскресенье поздно вечером Яна снова написала, пожелав спокойной ночи. Поскольку ответа не дождалась, больше не стала писать Антону. Рассудила так: если бы что-то случилось, она бы всё равно узнала. Значит, он просто не хочет ей отвечать. Ну и ладно.
В среду Ленка и Никита ездили в агентство, чтоб поменять тур: мать Никиты и Воскресенский, будто сговорившись, подарили детям на свадьбу довольно внушительные суммы, и это позволило обменять недельную поездку в Прагу на горящий трёхнедельный автобусный тур по Европе. Молодые решили сначала ехать на поезде до Питера, погулять там пару дней, оттуда на пароме в Финляндию и далее.
Почти всю ночь накануне четверга Яна посвятила торту. Она очень волновалась, потому что ей ещё не приходилось делать двухъярусные торты, но вроде, всё удалось. В четверг Яна с Ленкой ходили на маникюр, педикюр и депиляцию. А на восемь утра в пятницу уже были записаны к парикмахеру и визажисту. Кроме того, велись переговоры с Аркадием Семёновичем и Светланой Михайловной – они настаивали на том, чтоб родные Яны и Лены после свадьбы ехали к ним, в Судаки, а родители – Яна и Антон – должны были проводить молодоженов в путешествие. Ну и потом тоже приехать в Судаки.
– Проведём второй день без молодых, – смеялся в трубку Аркадий Семёнович, – им хорошо, а нам ещё лучше. До свидания, Яночка!
Замечательно. Какие они всё же молодцы, дед и бабушка Никиты. И всегда вежливые, доброжелательные. Не то что их сын. Яна загрустила. Он так ни разу и не написал больше. Ей было сложно представить, как они ночью поедут провожать Лену и Никиту.
Свадьба проходила на базе отдыха, недалеко от дома Яны. Поскольку погода выдалась на редкость приятная, – не жарко и не холодно, – всё происходило в специальном большом шатре. Гостей было не очень много, поскольку Лена и Никита, как два интроверта, не обзавелись множеством друзей. Лена пригласила двух знакомых девушек, а Никита двух парней с курса.
Был блондин, друг Антона, тот из "Легенды", с супругой. Держался молодцом, даже бровью не повёл при виде Яны и Наташки. Были Соколовы всем составом. Остальные все родственники. Ах, да. Воскресенский. На выездной церемонии бракосочетания он стоял рядом с Яной. Так расчувствовался, что расцеловал не только дочь и зятя, но и Яну. Но Яна была настолько взволнована, что и не заметила бы этого, если бы Наташка не толкнула её локтем.
Антон игнорировал её. А она, как назло, не могла оторвать от него глаз: он выглядел потрясающе в костюме цвета кофе с молоком. Никита тоже был в светлом, и Яне это очень нравилось, – она никогда не понимала, почему многие женихи рядятся в чёрное. Яна была в кремовом костюме с открытыми руками и юбкой-брюками. Должно быть, сама по себе она смотрелась неплохо. Но Ленка была просто ослепительна: высокая, стройная, яркая, в прямом белом платье, она выглядела, как богиня. Ленка с Никитой настолько хороши, что Яну гордость распирала.
Воскресенский уехал сразу после регистрации, и Яна вздохнула чуть свободнее.
– Выпьем, Яночка? – подошли с бокалами шампанского Светлана Михайловна и Аркадий Семёнович.
– Спасибо, я сегодня только по минералке, надо быть в форме, ещё ночь не спать, провожать ребят, – улыбнулась Яна.
– Антоша тоже вообще не пьёт, даже шампанское не пригубил, – вздохнула Светлана Михайловна, – не доверяет такси. Сам хочет везти Лену и Никиту на вокзал. Но тебе же не за руль?
– И всё же нет, боюсь, развезёт меня на радостях, – пошутила Яна.
– Крёстная, торт – просто отпад! – Настя повисла у Яны на шее, следом за ней подошли Серёжа и Рома, у всех в руках были тарелки с тортом.
Яна очень радовалась, что торт удался.
– Полностью присоединяюсь, – это откуда ни возьмись тот самый Вадим, блондин из "Легенды".
– Вы профессионально занимаетесь тортами? – это уже его супруга, Лариса, – можно ваши контакты? Лучше заказывать у проверенного мастера.
Рядом с ними стоял Антон, в руках – бокал минеральной воды, – и молчал.
– Боюсь, что я всего лишь любитель, – Яне удалось выдавить фирменную дежурную улыбку, которую её бывший одноклассник Давыдов когда-то назвал широкой.
– Я дам её контакты, – Наташка пришла на помощь как всегда! Яна сразу стала чувствовать себя увереннее. – Не верьте, она прибедняется.
Лариса согласно закивала, они о чем-то заговорили с Наташей, а Яна поспешила затеряться в толпе. Значит, игнор. Ну что ж. Момент истины не за горами.
В одиннадцать начали разъезжаться гости. Первые исчезли два однокурсника Никиты и две приятельницы Лены; они вчетвером укатили на такси. Потом уехали Вадим с Ларисой, за ними следом Соколовы. В половине двенадцатого уехал Антон.
Поскольку вещи для путешествия молодоженов уже лежали, упакованные, дома у Яны, так как она жила ближе всех к вокзалу, Антону нужно было съездить к себе и успеть вернуться. Яна слышала, как Антон сказал Ленке и Никите, что будет к половине второго. Потом уехали родные Лены и Яны вместе с дедом и бабушкой Никиты; они все отправились в Судаки до завтрашнего вечера. Последние уезжали молодожены и Яна; ехали на машине Никиты, он тоже не пил в течение вечера.
– В поезде выпьем шампанского, – улыбнулся он, глядя на Яну в зеркало, когда они уже ехали.
Молодые купили билеты в вагон СВ, в двухместное купе. Настоящий медовый месяц.
Машину Никиты определили на платную стоянку, и поднялись в квартиру. Пока молодожены по очереди ходили в душ, Яна убрала в шкаф-купе все свадебные костюмы и подарки; приедут из путешествия, сами всё разберут.
Потом в душ ушла Яна, а когда вернулась, по квартире витал запах кофе. В кресле сидел Антон. На нем была чёрная футболка без рисунка, чёрные джинсы, на коленях лежала чёрная кожаная куртка. Он пил кофе из любимой кружки Яны. Ага, так тому и быть. Яна прошла к себе в комнату, быстро выудила из шкафа тёмные джинсы, чёрную футболку – подарок Наташки, – и чёрную кожаную куртку.
"Будем играть в "Люди в чёрном", – мрачно подумала она.
Быстро подсушила волосы. Через десять минут они уже выезжали с территории дома. Яна вновь сидела рядом с водителем, везёт же ей. Антон был невозмутим, но молчалив. Хорошо, что молодые опять разряжали атмосферу – смеялись, рассматривали кольца, вспоминали, как букет угодил в приятельницу Лены.
На улице было прохладно; уже светало. Расцеловав детей, Яна даже украдкой смахнула слёзы впервые за весь этот длинный день. Ленка и Никита скрылись в вагоне, но Яна и Антон не уходили, так и стояли, пока поезд не тронулся. Помахав ещё раз молодым, оба, как по команде, развернулись и молча пошли к машине. Яна замёрзла и спрятала руки в карманы куртки. В воздухе витал специфический запах вокзала, раздавались гудки и свистки поездов; бодрые, но абсолютно непонятные слова доносились из репродуктора.
Когда они сели в машину и тронулись с места, Антон впервые нарушил молчание:
– Давай покатаемся немного? – чуть хрипло спросил он.
– Давай, – просто ответила Яна.
Ей необходимо было развеяться и собраться с мыслями. Он кивнул, включил радио, и машина рванула с места. Яна откинулась на сиденье и закрыла глаза. Несмотря на всё напряжение, витавшее в воздухе, она впервые за долгое время могла расслабиться и отдохнуть.
Они свернули за город, ехали по трассе; мимо мелькали разноцветные поля – всё в природе продолжало цвести. Примерно на третьей песне Яна поняла, что играет не радио, а плейер, причём, песни все как одна из проигрывателя в её смартфоне. Агата Кристи, Scorpions, Бутусов… Это не могло быть совпадением. Антон когда-то успел посмотреть её музыку. Но что он сейчас хочет этим сказать? Яна понимала, что он оскорблён, и ждёт от неё каких-то шагов. А вдруг она ошибается? И он уже ничего не ждёт?
После некоторой паузы раздался аккорд, и салон заполнил чарующий и хрипловатый мужской голос. Любимая песня Яны, достающая до самых сокровенных глубин. Наташка говорит: "Это лучшее, что сочинили о френдзоне". А она, Яна, считает, – это лучшее, что сочинили о любви. И это стало сейчас последней каплей. Яна решила идти ва-банк. Пусть всё решится прямо сейчас!
– Останови! – резко сказала она.
– Зачем? – удивился и растерялся Антон.
– Останови, – повторила она как-то так, что он сразу послушался.
Съехал с трассы, свернул чуть в поле. Яна быстро отстегнула ремень, открыла двери и выскочила на улицу. Антон тоже выскочил очень быстро, и сразу кинулся к Яне. Решил, видимо, что она сейчас припустит "по полям, по полям", как Синий трактор, песню о котором её племянник Макар года два назад слушал целыми днями.
Но Яна бросилась не от него, а к нему. Яростно накинувшись на не ожидавшего такого поворота Антона, она прижала его к машине, обняла за шею и начала целовать. Музыка всё лилась из открытых окон автомобиля. Сначала опешивший Антон просто стоял, но Яну было уже не испугать этой показной холодностью, она-то видела, как он выскочил из машины вдогонку! Её руки проникли под футболку Антона, она гладила его, сжимала его плечи. Потом руки спустились ниже; Яна быстро справилась с ремнём и пуговицами на его джинсах и с восторгом поняла, что он хочет её. В этот момент Антон словно очнулся, перехватил инициативу в поцелуе; потом стянул с Яны джинсы, отбросил их на сиденье машины. Он развернулся вместе с Яной так, что теперь к машине была прижата она, рывком поднял Яну, прижал к себе и резко вошёл в неё.
