355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Миньон Гуд Эберхарт » Плеть палача » Текст книги (страница 1)
Плеть палача
  • Текст добавлен: 21 сентября 2016, 20:41

Текст книги "Плеть палача"


Автор книги: Миньон Гуд Эберхарт



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Миньон Эберхарт
Плеть палача

Глава 1

– Не боишься?

Четкий профиль Холанда рельефно рисовался на фоне открытого окна.

Сью оторвалась от записки для молочника.

– Боюсь? Чего? – Она шагнула к Стеси и взяла его под руку.

Только широкий выступ подоконника фута два высотой отделял их от пустоты внизу. До самого горизонта серебрилась гладь озера Мичиган.

– На мой взгляд, подоконник слишком низкий. Надо бы решетку. В один прекрасный миг ты вылетишь отсюда... И о гостях надо подумать.

– Мне здесь нравится, – Сью смотрела вдаль. – Потому и выбрала эту квартиру. О каких гостях ты говоришь, Холи?

– Разве у тебя не бывает вечеринок?

Она рассмеялась:

– Не часто, ты же отлично знаешь. Правда, недавно мне прибавили десятку к жалованию.

– Ну, это твое дело. – Холанд смотрел на фигурки людей внизу. – С тех пор, как ты уехала, прошло три года, верно?

– Летом будет три.

Интересно, думала она, – помнит он тот июльский день три года назад, когда они выходили из церкви, после венчания Ричарда с Айви?

– Диана все еще помогает тебе?

– Да.

Ей пришло в голову, что ее жизнь без этой помощи была бы куда сложнее.

Холанд кивнул.

– И этот костюм тоже ее?

– Да.

– Тебе нравится носить то, что не идет Диане?

– Ну зачем так, Холи? – она пыталась говорить спокойно. – С какой стати мне иметь что-то против? Диана – моя кузина. И этот костюм куда лучше того, что я могу себе позволить.

Холанд улыбнулся:

– Не сердись, дорогая. Даже в ее нарядах ты всегда будешь выглядеть лучше нее...

– Оставим это, – отрезала Сью. – Нам пора идти. Чемоданы были уже внизу.

Она подошла к резному столику, где лежали сумочка и ромовые конфеты для тетушки.

– Когда ты была дома в последний раз?

– Два года назад осенью, во время отпуска... Пожалуй, я закрою окно...

– Я закрою. Еще два дня назад ты никуда не собиралась.

– Тетушка просила приехать.

Сью взяла шляпку.

– Что-то случилось?

– Нет, – стоя у зеркала. Сью вспоминала странное письмо. Еще более странным и настойчивым был телефонный звонок:

– Я хочу, чтобы ты приехала. Сью, – сказала Люси. – Причем немедленно.

– Что-то случилось?

Голос Люси звучал неестественно ровно:

– Пожалуйста, поторопись. Ты мне нужна.

– Конечно, я приеду, но что случилось?

Но трубку уже повесили.

Назавтра ей едва удалось договориться насчет отпуска. Сью уже упаковала вещи, когда позвонил Холанд Стеси.

Сью кокетливо сдвинула шляпку:

– Очень мило, Холи, что ты согласился меня подвезти.

– Я собираюсь взглянуть, как обстоят дела с ремонтом в загородном доме... Холанд взял сигарету, закурил, глубоко затянулся: – И хочу кое-что тебе сказать, дорогая.

– Подожди, Холи, я забыла ключ.

Она прошла в спальню, ключ лежал на тумбочке рядом с письмом Люси. Сью потянулась за конвертом, но в большом зеркале увидела неровный шов на чулке. Приведя себя в порядок, девушка вышла. Холанд все еще стоял у софы.

– Извини, чуть не оставила ключ. Что ты собирался мне сказать?

Его лицо казалось непроницаемым. Она знала Холанда давно и достаточно хорошо. Он любил повеселиться, бывать в хороших ресторанах с красивыми женщинами.

– До поезда еще есть время, – протянул Холанд.

Она коснулась его руки:

– Так что ты собирался сказать?

– Неважно, – он накрыл ее руку своей, другой ткнул сигарету в пепельницу. – Дело в том, дорогая, что я подумал, почему бы нам не пожениться. Прямо этим летом, а?

Это было так неожиданно, что Сью растерялась и, запинаясь, переспросила:

– Что... что ты сказал?

– Я прошу твоей руки. И сказал, что мы могли бы пожениться, когда захочешь. Даже прямо этим летом.

Сью понимала, что это серьезно. Стеси шутил очень редко, тем более подобным образом.

– Но я... я не знаю...

– Но ты не могла не думать об этом: всю зиму мы не расставались.

– Да, я... понимаю, но... замужество... я как-то не представляю...

– Сью, дорогая, ты ведешь себя, как ребенок.

– Я хочу сказать, что замужество... это так... окончательно.

Холанд улыбнулся:

– Милая, я тебе не верю, – он крепко обнял е и поцеловал. Девушка рванулась из его рук, лицо Холанда потемнело.

Но ведь это только Холи, – напомнила она себе, – Холанд Стеси. Мы знакомы с десяти лет.

Его верхняя губа со щеточкой усов наморщилась, обнажив ряд крепких зубов:

– О-о, – протянул он, – ты все еще влюблена в Ричарда.

Он знал, знал о Ричарде, и тогда, и все время. Ей следовало помнить о его злопамятности.

– Холи, поговорим об этом позже. Я всегда думала... думала о тебе... в ином качестве.

– Это не ответ.

– Я знаю, но другого у меня нет.

– Милая, – он сделал паузу, – у Ричарда свои проблемы.

– Ричард женат на Айви. Ты забыл?

– Разумеется, он женат на Айви. И что? Чего он добился? Бог мой, у него даже работы нет.

– Откуда ты знаешь? – поспешно возразила она. – У него была работа. И его хвалили. Мне говорила тетя Люси.

Холанд хмыкнул.

– Ты всегда не любил его, Холи!

– Чушь! Он мой лучший друг. Я был шафером у него на свадьбе. Надеюсь, это ты помнишь? Глупо убиваться по мужчине, который женился на другой.

– Я не убиваюсь, Холи. Разве по мне скажешь, что мое сердце разбито?

Какое-то время он молчал, потом глухо буркнул:

– Ты такая красивая. Я хотел бы, чтобы мы поженились, Сью. Разве я тебе не подхожу?

Ей пришлось признать, что по-своему Холанд прав: все рано или поздно женятся. А Холанд Стеси – это Холанд Стеси, преуспевающий жизнелюб. И самое важное – их многое тесно связывало – и происхождение, и окружение, и привычки.

– Давай считать этот вопрос решенным. – Холанд выдержал паузу. – Хорошо? Я уже сказал, что мы можем пожениться этим летом.

– Этим летом? Давай не будем спешить, Холи! – Она покосилась на часы.

– Отлично, – кивнул он. – Поговорим позже...

Сью взяла сумочку, конфеты и со странной отрешенностью закрыла дверь.

Все. Когда она вернется, лето кончится.

Недописанная записка молочнику осталась пылиться на столе.

Глава 2

От Чикаго до городка Кентигерн с его степенными главными улицами, скромной церковью и маленькой гаванью – около трех часов езды. Поезд подошел к станции в восемь вечера. Поджидавший на перроне шофер коснулся кончиками пальцев козырька.

– Меня послала миссис Пил, – сообщил он, – машина ждет.

Водитель был девушке незнаком, огромный длинный лимузин – тоже. Но дорога, вьющаяся вдоль берега, увитые плющом уютные белые домики остались памятны до боли.

Машина шла довольно быстро – Сью ждали к ужину. Мелькнули огни усадьбы Стеси. Солнце село. Небо над озером порозовело, над колоннадой дома Эбботов, над дорогой и тенистым кортом проступили первые звезды.

Из зарослей сирени вышла высокая, необычайно стройная женщина.

Она отшвырнула сигарету, и та маленькой красной ракетой мелькнула под деревьями. Диана подняла руку. Лимузин остановился.

– Привет, Сью. Голос был высокий, с хрипотцой. – Отнесите вещи мисс Сью в дом. Картер укажет комнату.

– Да, мадам. – Шофер поспешил открыть дверцу.

Оказавшись в машине, Диана поцеловала Сью и отодвинулась, чтобы рассмотреть.

– Ты замечательно выглядишь, милая.

Диана была сухощава, светлые волосы, высокий лоб, густые брови, крупный алый рот придавали лицу своеобразное очарование, портил его только выступавший узкий подбородок.

– Хотела поболтать с тобой наедине.

Лимузин свернул на подъездную аллею, гравий брызнул из-под колес.

– Как ты, Диана? Как дела у Кальвина? И что с тетушкой?

– Вот о ней-то, – вздохнула Диана, – я и хочу с тобой поговорить. Кальвин считает, это нервы. Но Ричард...

– Ричард?!

– Ну да.

Сердце Сью застучало. Ричард здесь! Через несколько минут они встретятся. Возникло глупое, наивное желание спрятаться. А потом что-то тщательно скрываемое, тайное, упрямое заставило спросить:

– Айви тоже здесь?

– О, нет. С ней, к счастью, покончено!

– Ты имеешь в виду... – Неужели развод? А раз так, значит, Ричард свободен! И еще это значит... может значить...

Сью решительно остановила себя. Что было, то было. С той историей покончено, покончено с глупой мучительной страстью. К тому же Ричард никогда ее не любил...

– Я имею в виду, она хочет развода. Похоже, у нее есть кто-то на примете. Кто-то с деньгами, – продолжала Диана.

Мелькнуло воспоминание: золотистые волосы, нежные голубые глаза, застенчивая мягкая красота.

– У Айви?

– Ну да. Но я хотела поговорить с тобой не об этом. Сью, почему тетушка тебя вызвала?

– Сама не знаю. А что случилось?

Сью почудилось, что некие щупальца, такие же тонкие, как пальцы, сжимающие ее локоть, исследуют ее во мраке.

Диана протянула:

– Не имею представления. Видишь ли, Люси ведет себя довольно странно.

Хладнокровная, всегда уверенная в себе Диана Эббот Пил, вдруг обхватила свои худые белые плечи, будто сдерживая дрожь.

– Скорее всего, с ней все в порядке. Но что бы там ни было, надеюсь, ты мне все расскажешь. А сейчас пойдем. Кальвин в городе, но Ричард ждет. Ужинать сядем, как только ты будешь готова. Кальвин подумывает выставить свою кандидатуру на пост сенатора штата. Как хорошо, что костюм оказался тебе впору...

– Мне он очень нравится, спасибо.

Они поднялись по мощеным плиткой ступеням, и Ричард вышел навстречу. На веранде царил полумрак. Свет горел в холле, и на его фоне рослая фигура Ричарда смотрелась потрясающе.

– Привет, Сью, – заговорил он. – Просто здорово, что ты приехала. Чертовски много времени прошло с тех пор, как я видел тебя в последний раз.

– Поторопись, Сью, – напомнила Диана. – Картер тебя проводит.

Они поднялись в отведенную ей комнату. Горничная, настоящая англичанка, к тому же очень хорошенькая, умело распаковала багаж. Сью переоделась. Люси просила зайти к ней в любое время после ужина. «В любое, поскольку она читает допоздна», – сказала Картер. Горничная исчезла, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Не думать, не думать о Ричарде. Сью провела гребнем по волосам. Что же такое творится с Люси? Сью отложила гребень, поправила складки одежды, надела свое единственное украшение – аметистовое ожерелье. Каштановые волосы, мягко подобранные от висков, обрамляли нежное лицо с красиво очерченным ртом и глазами под густыми ресницами. В теплом свете камни на высокой шее загадочно переливались. В комнате все оставалось как при Изабель Эббот – лампы, арфа в углу, солнечные часы в розарии. В голову лезли мысли о бренности жизни и постоянстве вещей.

Воспоминания об Изабель вернули ее мысли к Ричарду. Изабель Эббот была ему теткой и опекуншей. Когда она вышла за Джона Эббота, в доме появился и Ричард. Но настоящей матерью всем – Сью, Диане, Ричарду и жившему по соседству Холанду стала Люси.

Сью пыталась прикинуть в зеркале, изменилась ли она со времени последней встречи с Ричардом. Между ними никогда ничего не было – детская дружба не в счет. И даже если Айви бросила Ричарда и добивается развода, это мало что меняет. Ричард никогда не любил ее.

Но глаза в зеркале светились ожиданием счастья.

Ну и пусть не любил, – подумала она. – Пусть! Зато теперь он свободен, как три года назад.

Сью еще раз оглядела себя в зеркале. На столике остались ее сумочка и пакет с ромовыми конфетами.

Столовая уже сверкала огнями.

– Ничего не изменилось, – Сью оглядела комнату. Ричард придвинул ей стул, Би внесла огромную супницу. В дальнем конце длинного стола пылали свечи, и Сью подумала, что были времена, когда за этот стол садилось человек тридцать, не меньше. Она еще раз огляделась:

– В самом деле, ничего не изменилось! Даже фарфоровая китайская собачка из церкви Святого Августина на том же месте.

– Все это будто возвращает к прежней жизни, – Ричард попробовал суп. – Кажется, вечность прошла с тех пор, как я здесь был в последний раз.

Диана рассмеялась.

– А все же здорово, что вы здесь. Все, как раньше.

Сью подняла глаза и встретила внимательный взгляд Ричарда.

– Мы уже не те, что прежде, Ди, – протянул он. – Повзрослели, наверное.

Ей показалось, или в его голосе действительно звучала горечь? Сью отчетливо видела его лицо: четкую линию упрямого подбородка, ровные темные брови. Диана положила свою белую руку на его широкое запястье и улыбнулась:

– Но, дорогой, мы еще так молоды. Все переменится к лучшему.

Сью ощутила непонятную тревогу. Казалось, в старой столовой все неуловимо изменилось, дом стал другим, будто что-то необъяснимо пугающее проникло в его стены.

Ерунда. Померещилось.

Подали рыбу. Серебряным колокольчиком звенел смех Дианы. Ричард вздыхал, вспоминая лилии на озере, гувернантку-француженку...

Встав из-за стола, они перешли на веранду.

– Один кусочек, Сью, верно?

Ричард передал ей кофе. На мгновение их руки соприкоснулись. Сью поставила чашку на стол и взяла сигарету. Горничная позвала Диану к телефону.

– Вероятно, это Кельвин. Надеюсь, вы меня извините.

Сью сделала попытку возобновить беззаботный разговор:

– Помнишь?

– Что помнишь?

– Мой дебют и ту твою южную красавицу? И как сын Ботвиков напился?

Ричард дунул на свечу и шагнул к перилам.

– Иди сюда, – позвал он.

Легко ступая сандалиями по камышовым циновкам, она подошла и встала рядом с ним плечом к плечу.

Все та же старая заводь. Лунная дорожка прочертила озеро.

– Как это прекрасно – снова оказаться здесь вдвоем. Берега, и луна, и ты... – произнес Ричард и обнял Сью. Серебристая дорожка вела в небеса.

Глава 3

Они шли к причалу. Ступени круто уходили вниз, лестницу окружали темные кусты.

Сейчас я проснусь, – думала Сью. – Проснусь – и все исчезнет: и аромат невидимых роз, и песок под ногами, и лунная дорожка через все озеро, старая скамейка и забытая кем-то удочка.

Сью села, Ричард опустился рядом.

– Послушай, Сью, милая. Я хочу... Мне нужно с тобой поговорить. Я не должен был... Не имел права... – Он помолчал. – Сигарету?

Она боялась пошевелиться, чтобы чудесный сон не рассыпался, как карточный домик.

– Сью, я не знаю, когда и почему все так перевернулось. Не знаю... Мы были вместе. Все было таким настоящим. Нас ничего не разделяло... – его сигарета дрожала. – Я тебя всегда любил. Только не знал об этом. Ты была частью моей жизни. Я этого не понимал... А теперь уже поздно... Когда я увидел тебя там, в голубом платье, с букетом роз, я понял, что ты должна была стать моей женой. Ты, а не Айви.

– Я любила тебя, Ричард. Очень любила. И мне было горько. Ведь твоей женой стала Айви.

– Я был глупцом. И хватит об этом. Теперь все в прошлом. Диана тебе сказала?

– Что? Что Айви от тебя ушла? Сказала...

– Я хотел поговорить с тобой. Хочу, чтобы ты знала: мы с Айви давно живем порознь, очень давно. Да мы никогда и не были вместе. Все было ошибкой с самого начала. Она это знала и никогда не любила. Тогда мне казалось, это не так, и я чувствовал себя виноватым... Айви уехала оформлять развод. Но ты должна знать правду, Сью. Сейчас я без работы. Мне нечего тебе предложить. И это еще не все. Я... Бог мой, Сью, я все исправлю, я хотел выждать, но боялся, чертовски боялся, что у тебя кто-то появится...

Шелестели деревья, плескалась вода, сияла огромная луна.

– Сью! Ричард! Где вы?

– Проклятье! – вырвалось у Ричарда.

– Ричард!..

Рядом с Дианой быстро и грациозно шагала миниатюрная женщина в темном платье с белым воротником.

Ричард не отозвался, не тронулся с места. Диана сказала:

– Она приехала вечерним поездом и взяла такси. Сью, помнишь Айви?

При ясном лунном свете Сью могла до мельчайших деталей рассмотреть ее лицо. Огромные голубые глаза были доверчиво обращены к Ричарду:

– Дорогой, не смотри на меня так. Я скажу все прямо здесь, чтобы все слышали. Прости меня, милый. Прости за все. Я вернулась. Вернулась насовсем. Попробуем начать сначала.

Ричард смотрел на Сью. В его взгляде были страх и вопрос, и Сью ответила.

Да, скажи ей все, скажи сейчас, – произнесла она про себя, но он понял. Глаза потеплели, лицо ожило. Айви что-то говорила, ничего не замечая:

– Я жду, Ричард! Ты совсем меня не слушаешь. Я решила вернуться. Я... я стану другой, обещаю.

Он не выдержал:

– Номер не пройдет. Нашему браку пришел конец. Ты того хотела. А теперь хочу и я. Все!..

Айви повернулась к Диане:

– Дорогая, мне нужно поговорить с мужем наедине. Не возражаешь?

– Если тебе нужны деньги... – голос Дианы дрожал от сдерживаемого гнева.

– Диана! – укоризненно воскликнула Айви. – Впрочем, ты же меня никогда не любила, верно?

Ричард взмолился:

– Диана, прошу тебя... Не могли бы вы со Сью уйти? Мне нужно Айви кое-что сказать.

Сью взяла Диану под руку.

– Пусть мои чемоданы отнесут в комнату Ричарда, – прозвучало им в спину.

Диана дернулась, но Сью ее удержала.

– Надеюсь, он ее утопит, – вздохнула Диана. – Беда Ричарда в том, что он джентльмен. Айви это хорошо известно. Тем и брала. Такая нежная, хрупкая... Он боялся причинить ей боль. А на самом деле!

– Я должна навестить тетушку, – вспомнила Сью. – Извини.

Поднимаясь по лестнице, она твердила себе: «Только не останавливайся, не позволяй себе думать ни о чем...» Они принадлежат друг другу. Они стали мудрее, перед ними скала, ее нужно одолеть.

Сью негромко постучала. За дверью послышался шорох, потом Люси спросила:

– Кто там?

– Тетя, это Сью.

– Ох!

Скрипнул ключ.

– О, Сью! Я так рада, что ты приехала.

Книга и журналы валялись на полу. Люси казалась больной: лицо бледное, под глазами глубокие тени, губы сероватого оттенка.

Сью мгновенно охватила прежняя тревога:

– Дорогая, что произошло? Ты неважно выглядишь. Рассказывай.

– Сью... – пухленькая ручка Люсиы сжала ее руку. – Послушай, Сью... Меня пытались отравить. Да – да, это правда. Не смотри на меня так, я в здравом уме. Это был мышьяк.

Глава 4

Люсиа Эббот в свои шестьдесят пять выглядела крайне несерьезно. Ее круглое лицо вечно улыбалось, а глаза глядели на мир искренне и простодушно. Она оставалась все такой же пышной, двадцатилетней Люси с корзиной роскошных роз, портрет которой с незапамятных времен красовался в гостиной.

Жизнь Люси не изобиловала событиями. Она писала акварели, вышивала и довольно бойко играла на старом фортепиано. Годами она вела домашние дела, но так и не вышла замуж, посвятив себя Сью и Диане, оставшимся без родителей. Когда ее старший брат Джон Эббот женился на Изабель Боган, она приняла под свое крыло и Ричарда.

– Дорогая, это невозможно. Ты и думать не должна...

– Сью, это не старческая подозрительность. Сначала я подумала, что съела что-то несвежее. Второй случай меня озадачил. Я пролистала медицинский справочник, налицо симптомы отравления мышьяком. Потом мне стало лучше, и я решила, что ошиблась. В конце концов я пригласила доктора из Чикаго. Он привез с собой коллегу. И ты сама можешь убедиться, – она открыла кленовую конторку, достала конверт. – Это заключение врачей.

Сью не верила своим глазам. В бумаге официально констатировался факт отравления мисс Люси Эббот мышьяком, приводились результаты анализов, указывались возможные дозы, которые она «непредумышленно» приняла.

Отчет был ужасен в своей объективности. Лишь одна фраза выдавала тревогу врача. «Ввиду того, – говорилось в заключении, – что любая новая подобная случайность может повлечь за собой летальный исход, считаю своим долгом рекомендовать...» Случайность? Попытка убийства?

– Но это невозможно!

– Я тоже так думала. Вначале...

– Ты кому-нибудь говорила?

– Нет. Я написала тебе.

– Но почему?

– Разве ты не понимаешь? Все это время они были здесь... Кальвин, Диана, Ричард, Айви. Если предположить, что кто-то из них...

Люси замолчала. Сью спросила:

– Слуги?

– Я сменила всю прислугу, сразу всю, кроме старика Джонса.

Джонс служил в доме Эбботов лет двадцать пять. Он жил в деревне и ежедневно являлся на работу за час до рассвета. Безумием было предположить, что Джонс...

– Как ты избавилась от слуг?

– Пожаловалась Диане на их небрежность, – Люси покраснела. – Раза три оставила включенным газ. Перевернула дорогие духи. И еще кое-что в этом роде. Через несколько дней она отказала всем сразу и послала в Чикаго за новыми, а через две недели после того, как сменили прислугу, все повторилось. Это не слуги. И не несчастный случай, Сью. Думаю, яд подмешивали в еду, я часто прошу принести поднос сюда, а мышьяк не имеет вкуса.

Маленькие руки судорожно вцепились в Сью.

– Я не могу обратиться в полицию. Диана, Кальвин, Ричард... его жена...

– Айви вернулась, – сообщила Сью. – Приехала полчаса назад.

– Айви? – Люси выпрямилась. – Но она же собиралась развестись. Я был так рада!

– Она передумала, – вздохнула Сью.

– Передумала?! – воскликнула Люси. – Она губит его жизнь! Она не любит Ричарда. Она... О, Господи, этот брак с самого начала был ошибкой. Ох, Сью! Я люблю тебя, я люблю Ричарда, я растила вас. Диана, – она помолчала, – она меня содержит. У меня все есть, и она меня никогда не попрекает. Но ведь деньги достались ей от твоего отца, Сью. И мы все у тебя в долгу: и Ричард, и Диана... У нее серьезные планы, связанные с Кальвином. Но вы с Ричардом... я старая женщина. Что я могу? – глаза ее увлажнились. – Пойми, Сью, я не могла обратиться в полицию.

Нет, здесь какая-то ошибка. Быть этого не может, – думала Сью. Эта мысль так ясно отражалась на ее лице, что Люси улыбнулась.

– Я это предчувствовала. И не могу понять – зачем? Я никому не сделала зла. И денег у меня нет.

Ключ опять повернулся в замке.

Сью прошла в свою комнату, присела на край кровати, на которой спала еще девочкой. В голове кружилось: «Ричард. Айви. Теперь еще эта невероятная история. Надо бы разобраться в этой мешанине...»

Засыпая, Сью услышала скрип уключин.

Было далеко за полночь, когда она проснулась. Яркий лунный свет струился в окно, искрился на флаконах, баночках с кремом, ее сумочке. Что-то было там еще... Что? Сью медленно просыпалась. Конфеты! Она так и не отдала их Люси.

Она включила свет. Пакет исчез. Поразмыслив, Сью решила, что его взяла Диана.

Встав очень поздно, Сью надела самые легкие свои вещи – белые брюки, красные сандалии и шелковую белую блузу. Повязала алую ленту, чуть тронула губы помадой.

Завтрак держали в судках с подогревом, каждый обслуживал себя сам, прислуга появлялась позже. Сью наливала кофе, когда в буфетную вошла Айви. Ее золотистые локоны делали свое дело. Будучи старше Ричарда лет на шесть-семь, она выглядела молоденькой девочкой. Айви заговорила первой:

– Я искала вас. Нам нужно поговорить. Это неприятно слышать, но я предпочитаю ясность. Ричард сообщил мне, что хочет получить развод и жениться на вас. Я не хочу вдаваться в подробности. Это касается меня и Ричарда. Вам я могу сказать одно: развода не будет!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю