Текст книги "Мужья для бесчестной леди (СИ)"

Автор книги: Мила Морес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 13

Глава 13

Ночью разговорами меня никто не напрягал. Мужчины будто почувствовали то же, что и я – связывающую плотную нить. Она притянула нас друг к другу, давая зыбкое ощущение счастья.

Я проснулась в объятиях двоих мужчин, и это тоже было прекрасно. Но лучше бы они по-прежнему держались со мной как с Элесией.

Занятия в академии начались, как обычно. Я блистала, разбрасываясь чужими знаниями, но когда дошла до практики, что-то пошло не так.

Студенты подтянулись к кругу, в котором я должна была формировать ледяные шары, но мои пальцы отказались выпускать магию. Я отделалась парой смешков и настойчиво повторила знакомое в теории действие.

Между моими ладонями начал формироваться ледяной шарик. Я создала его из своего дыхания. Из пара сразу в твёрдое состояние. Этот шар – мощное оружие, если запустить его с достаточной силой. Игры десублиматоров опасны, а долгое нахождение на солнце провоцирует непроизвольный выброс магии. Поэтому маги-инверторы придумали одежду, которая блокирует всплески. Магия заключена не в самих вещах, а в нитях, которыми сшита ткань.

Чтобы не случилось негативного выброса, нужно контролировать свою силу, делить её на доли, мысленно рассекая поток.

Я знаю всё это в теории, но впервые пытаюсь применить знания на практике. Волнение мешает, а ещё у меня нет ощущения уверенности в пальцах. Я не знаю, что я должна чувствовать, а теория мне не подсказывает.

Вместо того чтобы опасть, мой шар быстро увеличился в размере. Студенты радостно заголосили, не понимая, что я вообще не контролирую процесс. Я лишь в теории понимаю, что увеличение сублима нужно остановить, иначе пострадать могу не только я, но и рядом стоящие.

Прилагаю усилия, чтобы сдавить шар. Он светится и вращается с немыслимой скоростью. Я знаю, что будет, если его отпустить. Он полетит как шаровая молния и при малейшем касании оставит сложную рану.

Сжимаю сублим между ладонями. Он трётся о кожу, стирая её поверхность, и останавливается.

– О боже!

– Мисс Дайлиш! Мисс Дайлиш!

– Позовите лекаря, срочно!

Голоса образуют шум. Я смотрю на свои окровавленные ладони и только после этого начинаю чувствовать адскую боль.

Выбегаю из лаборатории, мчусь по коридору, неся израненные руки перед собой. Я понятия не имею, где находится лекарь. Ноги несут меня в кабинет ректора. Я слабо понимаю, чем он мне сейчас поможет, но не могу остановиться. Вбегаю в приёмную, игнорирую оклик секретаря, толкаю дверь ногой и бегу к сидящему за столом Ризару.

– Пожалуйста, помоги мне, Ри! – я уже плачу.

– Лесси? Что случилось?

Ответ ему не требуется, всё видно по моим рукам. Капли крови падают на ковёр, а мои ладони дробно трясутся. Я падаю в кресло Ризара, пока он спешит мне помочь. Не знаю, почему я всё ещё в сознании. Мне бы отключиться, чтобы пропустить всё, что последует дальше.

– Нужно опустить руки в тёплую воду с каплей асерии, – звучит женский голос совсем рядом, и я вяло поднимаю взгляд. – Ты же знаешь, это помогает, – говорит Росана, сидя в кресле напротив.

Ризар подносит к моим рукам посудину с чуть мутной водой, сам окунает мои руки, говорит что-то успокаивающее, а я шмыгаю носом и всхлипываю.

– У меня тоже такое было лет в пятнадцать, – душевно делится Росана, – потом сложно восстановиться. Руками ничего нельзя делать, но это пройдёт. Со всеми бывает, правда, Ри? – так сладко она произносит его имя.

– Лесси, с тобой такого не случалось, почему сейчас? – Ризар сел передо мной на корточки. – Ты не рассчитала силу?

– Пусть она выйдет, Ри, – прошу вполголоса. – Это только между нами. Пусть она уйдёт.

Росана нагло сидит в кресле, с вызовом поднимает взгляд на Ризара, мило улыбается.

– Выйди, Росана, – холодно говорит мой муж. – Покинь кабинет сейчас же.

– Да я уже всё поняла, – Росана встаёт, накидывает шаль на плечи, забыв закрыть ею груди четвёртого размера. – Скачки силы случаются при беременности. Поздравляю, Ризар.

Разворачивается и вызывающей походкой идёт к выходу, не забыв бросить мне уничтожающий взгляд.

– Лесси! – в кабинет, едва не сбив выходящую Росану, вбегает Тиалт. – Что случилось, Лесси? Мне сказали, ты пострадала. Как такое возможно? – обходит стол, присаживается около меня.

Ризар меняет воду, и она снова окрашивается в насыщенно-розовый цвет. В кабинет быстрым шагом входит лекарь, принимается обрабатывать мои ладони. Ризар и Тиалт стоят с двух сторон, держат меня за плечи.

– Постарайтесь ничего не делать руками, – говорит лекарь. – Я выпишу вам особую мазь. Уверен, ваши супруги позаботятся о том, чтобы её приобрести. Наносить три раза в день. В таком случае заживёт за неделю.

– Спасибо, – отвечаю тихо.

Ладони уже не пекут. Лекарь нанёс волшебный спрей, и мне полегчало. Правда, после этого он покрыл мои израненные конечности сверхтонкими бинтами. С виду как латексные перчатки, только все пальцы стянуты и не сгибаются.

– Поздравляю, милорд, – говорит лекарь перед тем, как покинуть кабинет.

Мужья садятся около меня, оба грустно улыбаются. Ризар убирает волосы с моего лица, Тиалт ведёт костяшкой пальца по щеке.

– Значит, беременна? – почти утвердительно спрашивает старший.

– Нет, – качаю головой, – точно нет. Утром начались женские дни. Я не беременна.

– Но как же… – на лице Ризара сквозняком проносится разочарование, но он быстро прячет его под натужной улыбкой. – В чём тогда дело, Лесси?

– Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте? Только… У меня осталась одна пара.

– От занятий ты освобождена. Ты тоже, Ти. Поедем домой.

Мужья под руки выводят меня из кабинета. Ректор раздаёт указания секретарю, всё это на ходу. В холле нас поздравляют все встречные. Причём их поздравления звучат так радостно, будто они сами об этом мечтали.

Я начинаю что-то припоминать о распределении мест в Совете. Кто первым обзаведётся пополнением, тот займёт главный пост. Глава уже определён – муж той женщины, которая забеременела первой. Значит, замом будет второй. И все окружающие думают, что эта должность уже принадлежит Ризару.

– Значит, ты обрадовался не ребёнку, а месту в Совете? – спрашиваю с горькой улыбкой, пока мы идём к карете.

– Причём здесь Совет, Лесси? Я испугался за тебя.

– Со мной всё в порядке, – отворачиваюсь, хочу спрятать лицо, но некуда.

В карете обдумываю случившееся. Я ведь точно знаю, в чём причина моего провала.

– Остановите на нашем холме, – прошу.

Когда достигаем нужной точки, выхожу не без мужской помощи, потому что сама не могу даже придержаться за ручку. Молча спускаюсь по холму. Мужья идут следом.

Мы занимаем то же место над водой. Тиалт накидывает на меня пиджак, притягивает к своему плечу, успокаивающе поглаживает.

– Дело не в Совете, Лесси. Я правда обрадовался, решив, что ты беременна. Не знаю, как объяснить. Просто обрадовался. Это разве плохо? Я всегда мечтал о детях. Сейчас у нас есть возможность привести их в относительно спокойный мир. Да, им предстоит стать защитниками королевства, но они во многом превзойдут нас, будут сильнее и выносливее.

– Я не Элесия Дайлиш, – говорю, глядя на тёмно-синюю воду.

– Что ты сказала?

– Я не Элесия. Меня зовут Олеся Пенькова. Мне тридцать лет. Я хромая уродина-преподавательница, у которой в жизни были только работа и банка мороженого. Всё моё тело покрыто чудовищными шрамами от ожога, полученного в детстве. У меня никогда не было мужчины. Я даже не целовалась. Я, Олеся Пенькова, оказалась здесь по ошибке. Я не знаю почему. Надолго ли. Но у меня есть уверенное ощущение, что я вернусь в свою жизнь, когда тело Элесии забеременеет. Кажется, это знание тоже досталось мне от неё. Может, это какой-то божественный фокус, подарок или что-то вроде того… Она не могла вас принять как мужчин, а я мечтала о том, чтобы меня хоть кто-нибудь захотел. Кто-нибудь настолько привлекательный, как каждый из вас. Вот и всё.

Опускаю подбородок на колени, дрожу всем телом. Рука Тиалта крепче прижимает меня к твёрдому плечу, и я поворачиваю голову к нему, смотрю в лицо с идеально сочетающимися чертами.

– А если мы не хотим тебя отпускать? – спрашивает чуть наивно, но так приятно для моей души.

– Не хотите?

– Я точно не хочу. Ты моя шикарная жена. Я не хочу ту Элесию. Фу, да она мерзкая!

Улыбаюсь, переводя взгляд снова на воду. Смотреть на Ризара не хочу. Я страшусь его мнения, хоть и успокаиваю себя тем, что его слова ничего не изменят.

– Олеся… – от произнесённого имени устами Ризара я вздрагиваю. – Я бы не поверил твоим словам, если бы не всё происходящее… И твои постоянные оговорки. Я заметил каждую, но даже подумать не мог... Ты разговариваешь наполовину как Элесия, наполовину как другая женщина.

– У меня частично сохранилась её память. Есть много пробелов. Например, я не знаю, с кем она лишилась девственности, – смеюсь. – Я-то точно с вами, пусть и не совсем физически. Моё тело вы бы не захотели. Да что уж там… Ты и это не хотел, Ри. А потом заставил себя, пристрастился, осознав, что дырочки у всех одинаковые.

– Лесси, не говори так. Я начал хотеть тебя, когда увидел, что ты другая. Дело ведь не только в теле, а в том, кто находится внутри. И мне нравишься ты, Олеся. А как ужиться с Элесией, я не представляю. Поэтому сделай как-нибудь так, чтобы она не возвращалась.

– Я ничего не могу сделать, Ри, – заглядываю ему в лицо, отслеживаю эмоции. И мне нравится то, что я вижу. Суровая складка между бровями стала глубже, глаза выражают беспокойство и ищут выход. – И ты ничего не сможешь сделать. Да и незачем. Уйду я, придёт Элесия, вернёшься к шашням с Росаной. Она же сегодня снова к тебе пришла, чтобы покрепче затянуть поводок на шее.

– Мне она больше неинтересна. А говорили мы о работе. Я растолковывал ей правила академии.

– Ри, ну ты же не дурак… Знаешь, зачем она к тебе приходит. А ты её не гонишь, потому что не можешь отпустить… Эх, ладно, это не моё дело. Твоя жизнь – тебе решать, что с ней делать, – поправляю сползающий с плеча пиджак и вскрикиваю: – Вот же чёрт, больно.

– Дай я посмотрю, – вызывается Ризар.

– Прости, Лесси, засмотрелся на тебя, не заметил, что пиджак сползает, – виновато говорит Тиалт и поправляет на мне одежду. – Тебе в попку не холодно? Может, сядешь мне на колени, пока Ри посмотрит твои руки?

Не дожидаясь ответа, пересаживает меня на бедро. Ризар осматривает мои ладони, но там ничего не изменилось, кровь не выступила. Ризар это тоже видит, но продолжает придерживать мои ладони с тыльной стороны. Он цепляет мой взгляд, но я уворачиваюсь. В последний момент сдаюсь, и мы смотрим друг другу в глаза. А мир рассыпается на атомы.

Глава 14

Глава 14

Оказавшись дома, понимаю, что я катастрофически беспомощна. Ни помыться, ни переодеться сама не могу. И кого при этом попросишь об услуге? Мужчин? У меня, вообще-то, кровоточат не только ладони. Ситуация – треш.

– Лесси, – Ризар вошёл в мою спальню без стука, – Тиалт поехал за мазью. Её сложно достать, но вроде у его матери был запас. А я пока помогу тебе переодеться.

Подходит со спины, расстёгивает платье, а я стою как вкопанная и держу руки перед собой. Ну, допустим, он меня разденет, а что дальше?

– Ризар… – как же сложно объяснить деликатную проблему мужчине. – В доме есть женщина, чтобы помочь мне помыться?

– А чем тебя не устраивает муж?

– Это слишком… Ты не забыл, что у меня женские дни? Не хочу травмировать твою и без того нарушенную психику.

– Прекрасно, – снимает с меня колготы, пока я сижу на краю кровати, – ты считаешь меня психопатом. Не знаю, каким поступком я это заслужил. Пойдём в ванную. Хотя нет, я тебя понесу, – подхватывает меня под коленями и за спиной, несёт к белой двери.

– Я серьёзно, Ри, мне нужна женщина.

Ставит меня в ванну и тянет руки к трусикам.

– Нет! – выскакиваю из каменной чаши. – Не смей! Руки пусть у меня ранены, но ноги в порядке. Я либо сбегу, либо лягну тебя как лошадь. Пожалуйста, приведи служанку.

– Лесси, я уже видел тебя голой и текущей, а о моей психике можешь не беспокоиться. Я видел кровавые реки во время войны. И уверен, это страшнее, чем женские дни.

– Ризар, – скрещиваю предплечья перед грудью, словно это поможет защититься, – пожалуйста… Я не хочу, чтобы ты видел меня такой. Мне нужна помощница. Или в доме нет женщин?

– Ладно, Лесси, если ты настаиваешь. Но я не вижу в этом смысла. Ты доверишься незнакомой женщине, а не своему мужу.

– Не драматизируй, Ризар. Мы с тобой, по сути, чужие люди.

– Чужие, значит? – недовольно хмыкает и отходит к двери. – Я пришлю тебе помощницу, Лесси. А ты подумай ещё раз, всерьёз ли ты называешь нас чужими. И речь не о кровном родстве, ты поняла.

Ризар уходит, оставив у меня в душе досаду, грусть и сожаление. Но я сама виновата. А что мне остаётся делать? Сближаться с ним – точно не лучшее решение. Оно губительно для нас обоих.

Через пять минут в комнату постучали, и после моего крика в покои вошла миловидная девушка в нескромном платье служанки.

– Да, миледи, я вам помогу, – идёт ко мне, а её груди трясутся так, что оторвать от них взгляд невозможно.

Девушка любезно готовит воду для купания, помогает снять бельё, обмывает меня. Я чувствую себя ужасно, но лучше уж так, чем пережить то же самое в присутствии Ризара.

– Спасибо, – наконец с делом покончено. – Как тебя зовут?

– Агатри, миледи, – отвечает покорно и мило улыбается. – Я могу ещё что-нибудь для вас сделать?

Девушка наклоняется, споро собирает грязную одежду, закидывает в корзину. Её пышные груди вываливаются из выреза платья. В одном месте уже виднеется тёмная ареола, вот-вот выглянет сосок и помашет «привет».

– Да пожалуй, можешь… Скажи, Агатри, как тебе работается у герцога Ди-Эмари?

– О, прекрасно, миледи, – создаёт видимость, что прибирается и улыбается, думая, что я этого не вижу.

– Тебя здесь не обижают?

– Нет, что вы, миледи.

– И никто не пристаёт?

Агатри остановилась, подняла взгляд на меня, улыбается с потаённой хитрой мыслью. Старается сохранить лицо милым и невинным, но она очень плохая актриса.

– Никто, – отвечает.

– Это правда? Я бы не удивилась, если бы ты сказала «да», – киваю на её груди. – Подобный наряд для служанки не позволителен. Если я ещё раз увижу тебя в таком виде, уволю. Поняла меня?

– Миледи… Я… Да, конечно, – перепугано склоняет голову.

– А теперь скажи мне, кого из служанок трахает герцог? – говорю жёстко. – Я уже поняла, что не тебя, раз ты так стараешься выпрыгнуть из платья.

– Что вы, миледи… Герцог ни с кем… Вообще…

– Значит, ни с кем?

– Точно, – крестится. – Уж я бы знала, – поправляет груди, подкидывая мне мысль, что она одна здесь такая пышногрудая и миловидная.

– Хорошо, Агатри. Передай моё распоряжение о внешнем виде и остальным. В следующий раз, если увижу кого-то с глубоким декольте или в короткой юбке, выгоню взашей. Можешь идти.

Сажусь на кровать, осматриваю свои перемотанные ладони. Не представляю, как прожить неделю. Но ощущаю чисто женскую радость оттого, что я только что поставила смазливую девчонку на место. Надо не забыть проследить, чтобы мой приказ выполнили.

Расслабившись, смеюсь над собой.

«Кого ты из себя строишь, Лесь? Герцогиню? Пфф…».

– Лесси, я принёс обед, – Ризар входит в комнату с подносом. – Тебе давно пора поесть.

– Спасибо, очень мило с твоей стороны.

Ощущаю дикую неловкость, потому что красивый мужчина обхаживает меня. Я-то совсем не подумала, что сейчас даже поесть самостоятельно не могу.

– Для близких всегда так делают. Это моя вина, что ты считаешь нас чужими. Я хочу это исправить. Садись поудобнее, Лесси, я тебя покормлю.

Ризар подставляет мне под спину подушки, проверяет, чтобы мне было удобно, а сразу после берётся за ложку. Подаёт мне бульон, и я послушно открываю рот, ем. Муж отламывает ломтик сырной булки, кладёт мне в рот. Пока я жую, мы непрерывно смотрим друг другу в глаза. Ризар отводит взгляд лишь для того, чтобы зачерпнуть еду, при этом слегка улыбается.

– Это унизительно.

– Ничего подобного, Лесси. Я поклялся быть тебе поддержкой в горе и радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии. Я держу своё слово.

– Значит, дело в клятве, – облизываю губы, он наблюдает за этим и медленно подносит к моему рту салфетку. – Ты ведь клялся Элесии, а не мне, так что…

– С Элесией я не знаю, как выдержал бы такую ситуацию. Она весьма неординарная личность.

– Элесия не допустила бы такой ошибки, как я, поэтому с ней ничего подобного не случилось бы.

– В этом ты права. Расскажи мне, как это произошло? Нужно понять, что ты сделала не так, и потренироваться на меньших долях.

Описываю несчастный случай, сыплю теорией, которой в голове Элесии через край. Рассказ похож на лекцию, и я сама от себя устаю. Ризар склоняет голову, улыбается, глядя исподлобья. Он не говорит, но я понимаю, что сейчас он видит во мне свою настоящую жену.

Прикладывает палец к моим губам, склоняется, оставляет на них нежный поцелуй, и я замолкаю. А после он рассказывает всё то же самое, но простыми словами и коротко, по существу.

Как и думала, я не умею применять теорию на практике. Сама учу студентов распределять потоки, но в свой первый раз преувеличила с силой.

– Лесси, – в комнату вбежал запыхавшийся Тиалт, – привет. Как ты? Я принёс мазь. У мамы осталось две баночки. Я одну забрал. Этого хватит, чтобы твои раны полностью зажили. Давай нанесём на твои пальчики.

Садится рядом, начинает снимать повязки с моих рук. Ризар в это же время сбалтывает мазь, вытягивает её подобием шприца в другой флакон, и средство становится жидким. Всё это распылителем наносят на мои израненные ладони, затем снова оборачивают свежим бинтом.

– На ночь взял колбы, – говорит Тиалт и показывает два цилиндра.

Я и не подумала, что с моими руками сейчас даже спать проблематично, а Тиалт позаботился. Эти цилиндры надеваются на руки и служат защитой, пока мозг в отключке.

Лежим втроём на моей кровати, тихо болтаем. Так тепло на душе, что страшно радоваться. Всё слишком хорошо, и я начинаю влюбляться сразу в двух мужчин. Хотя нет… В Ризара я уже влюбилась. Даже служанку на место поставила, лишь бы она не светила сиськами перед ним. И зачем мне это? Элесия вытолкнет меня из своего тела, потому что моё наверняка ей не понравилось.

– А вам не пора по своим делам? – спрашиваю мужей. – У герцога что, совсем нет забот? А студентам лекции штудировать не надо?

– Кстати, господин ректор, дадите мне официальное позволение пропустить эту неделю? – деланно официально спрашивает Тиалт.

– Так уж и быть, освобождён. Но только на эту неделю. И ты, Лесси, тоже. На твоём месте побудет замена. А если хочешь, можешь уволиться.

– Зачем увольняться? Мне нравится преподавать. Да и Элесия вряд ли одобрит. Она же скоро вернётся. В течение двух недель мы наверняка сделаем ребёнка, так что… Не знаю, что будет дальше, но, скорее всего, я проснусь в своём прежнем теле, а Элесия здесь.

– Да ну её, – отмахивается Тиалт и укладывается головой около моего плеча, пальцем нежно ведёт по моей щеке, затем по губам. – Ты останешься с нами, Лесь, мы тебя не отпустим.

Глава 15

Глава 15

Адская неделя закончилась.

Нет, в целом всё было прекрасно, если не брать во внимание унизительное мытьё и кормление с ложечки.

Долгими тёплыми вечерами мы лежали с мужьями в нашем саду в гамаке или в спальне на кровати, рассказывали друг другу о себе. Мне было интересно, как мои ненастоящие мужья жили раньше.

С Тиалтом и так всё ясно. Он единственный сын успешного маркиза. Всеми любимый ребёнок, заметно избалованный, любитель делать всё наперекор. Окончил школу без успехов, по протекции отца поступил в магическую академию.

Пока сын маркиза был несовершеннолетним, никто не вспоминал, что у него дар десублиматора, передавшийся через поколение от деда. А позже его включили в список важных магов, определили в первую группу альянсов. Отец маркиз пытался откупиться, но не удалось – было слишком много внимания со стороны королевской администрации. Так, Тиалт стал самым молодым претендентом на руку одной из женщин-десублиматоров.

Ризар родом из далёкой деревеньки на отшибе Жаооса. Его отец был простым рабочим. Тогда дар десублимации считался опасным, и его предпочитали скрывать. А когда началась война, отца Ризара призвали одним из первых, но он был ранен почти сразу же, потому вернулся домой и больше на войну не возвращался. Вместо него призвали сына. Ризар тогда едва окончил академию, поступил в аспирантуру. Для него это была единственная возможность стать самостоятельным со своим непопулярным даром.

Так как нападения варваров из-за Тёмных вод были вспышкоподобными, Ризар то воевал, то возвращался к учёбе. Благодаря настойчивости и труду он добился успеха в обоих областях. Ризар без стеснения говорит об этом, и я понимаю, что он гордится собой. Он сам поднялся с низов до герцогского титула, до должности ректора академии и звания наисильнейшего мага в королевстве.

За такими душевными разговорами мужчины были внимательными, заботливыми, ни разу не домогались меня, понимая, что мне лишний раз нельзя беспокоить ладони.

Если подытожить: Ризар и Тиалт как мужья великолепны. За прошедшие дни они окончательно добили моё сердечко. Добили, потому что влюбили в себя.

Вместо счастья меня обхватила тупая боль, она залезла во всё щёлочки души, основалась там и подъедает меня, подкидывая гнетущие мысли, что скоро всё закончится.

– Завтра внеплановый сбор альянсов, – сообщает Ризар за завтраком. – Мы должны появиться. В уведомлении не указана причина, но, возможно, хотят объявить меня замом Гростера. Придётся объясниться, сказав, что ты ещё не беременна, Лесси. Если хочешь, можешь остаться дома. Мы объясним, что у тебя была травма, а нестабильность силы спишем на эмоции.

– Я в порядке, – отвечаю сухо и стараюсь не смотреть на мужчин.

Мне бы их не видеть, не слышать, зарыться в какую-нибудь нору и не показывать оттуда носа. Но так не выйдет, потому что сегодня уже пора приступать к осуществлению плана по захвату моих яйцеклеток.

– Значит, поедешь с нами?

– Поеду, – хоть немного посмотрю на других людей, чтобы сбросить розово-лиловые мечты о жизни с двумя прекрасными мужьями.

Следующим вечером мы втроём входим в зал приёмов. Нас встречают улыбчивые лица. Среди них выделяется одно перекошенное. Росана старается скрыть эмоции, но они прут из неё, как яд из разъярённой змеи. Зато мне в какой-то степени приятно. Породистая кобылка завидует мне – потрёпанной и раненой лошадке.

К счастью, на текущем сборе не оттягивают момент, ради которого пригласили все альянсы.

– Сегодня мы собрались, чтобы принять в наш круг ещё одного десублиматора. Ранее он не был заявлен в списке, поскольку был женат. Прискорбно, но жена маркиза Дроустона скончалась после длительной болезни. Выражаем глубочайшие соболезнования. Спустя месяц маркиз прибыл в столицу, чтобы стать в наши ряды. Мы благодарны за это, поскольку каждый десублиматор важен для нашего королевства. В связи со сложившейся ситуацией, мы предложили маркизу выбрать, к какому альянсу он хочет примкнуть.

Из-за длинных тёмных штор около спикера появился широкоплечий мужчина с угольно-чёрными волосами до плеч. Его одеяние такое же чёрное, как и волосы, а глаза издали кажутся расплескавшимися чернилами.

Маркиз Дроустон обвёл взглядом зал, криво улыбнулся и устремил взгляд на мужчину, который продолжил говорить о важной миссии, возложенной на десублиматоров.

– Итак, Ваша Светлость, прошу, – спикер сделал широкий жест ладонью и сообщил для всех: – Господин Дроустон уже ознакомился со всеми анкетами и определился с выбором.

Маркиз уверенной походкой прошёл по кругу, рассматривая каждую женщину в упор. Прямо в глаза ему посмотрела только Луиза Де-Марак. Остальные предпочли опустить глаза.

Когда маркиз поравнялся с нашим трио, я даже не напряглась. Сразу за нами стоит Росана с мужем. Их в альянсе всего двое. Логично, что ещё один кандидат примкнёт к их группе. Там и завлекающий баннер есть – сиськи четвёртого размера.

Вот только логикой этот подозрительный тип не руководствовался. Он остановился напротив меня, посмотрел сверху вниз и ехидно ухмыльнулся.

– Мой выбор – мисс Дайлиш, – огласил для всех, и по залу прокатился шум. Только стоящая неподалёку Росана выдохнула с облегчением. Да так демонстративно и довольно, что это заметили все.

– Мне кажется, вы ошиблись, – говорю Дроустону, вскидывая подбородок, – чуть правее есть подходящая для вас кандидатура, к тому же конкуренция там меньше.

К моему голосу прислушались все. Женщины отпустили вздохи, некоторые мужчины закашлялись, скрывая этим смех.

Ризар выступил вперёд, закрыв меня плечом, точно так же сделал Тиалт. Двое мужчин с вызовом уставились на новичка. В тишине отчётливо пролегла угроза, но Дроустон не дрогнул, лишь искривился в усмешке, означающей: «И что вы мне сделаете?».

– Я подаю апелляцию! – громко сказал Ризар. – Нынешний Совет действует против членов альянсов! Трое мужей для одной женщины, но один для другой? Вы обещали честное распределение, но уже нарушили соглашение! Это означает, что каждый из нас имеет право расторгнуть подписанный договор!

– Милорд, прошу понять…

– Я подам апелляцию, и она дойдёт до короля. Если понадобится, я добьюсь личной аудиенции.

В зале стало шумно, но большинство стало на сторону Ризара. Естественно, не поддержала его лишь семейка Грикс.

– Пока ты будешь тягаться с апелляцией, – полушепотом говорит Дроустон, – я проведу время в Элесией. Да, малышка? – хищно улыбается мне и обходит моих мужей, чтобы оказаться рядом и поднять мою ладонь для поцелуя. – Ты по мне скучала, детка?

Ризар снова заслоняет меня.

– Ты не прикоснёшься к моей жене, – яростно рычит.

– Я уже прикоснулся, да и не только… Правда, Лесси? – смотрит на меня через плечо Ризара, и у меня перед глазами мелькают вспышки из прошлого.

Полутёмная комната, пульсирующий красный свет. Я раскачиваюсь на мужчине, он удерживает меня за талию и хрипло стонет. Я вижу, как его язык бежит по губам, руки перемещаются на мои груди и жёстко сжимают. Морщусь от отвращения в этой реальности, а в видении Элесии приятно до крика.

Вокруг клокочут голоса. Члены альянсов добиваются справедливости. Появляется человек, который, видимо, решает больше, чем предыдущий спикер. Он обещает разобраться с ситуацией и объявляет, что решение будет пересмотрено.

– Она с ним спала, – шепчу Ризару и Тиалту.

Неожиданная новость бьёт моих мужей как невидимый силовой удар. До остальных информация не долетает, тонет в усиливающемся шуме.

– Мы всё решим, Лесси, – отвечает мне Ризар и плотно обхватывает талию, отстраняя меня от третьего мужчины.

Оставшаяся часть сбора пролетает быстро. К нам подходят возмущённые члены альянсов. Особенно бурно меня поддерживает Луиза Де-Марак. Обещает, что её влиятельный родственник вступится за нас, а, склонившись к моему уху, говорит:

– Пусть этот мужлан достанется паршивке Росане. Ей как раз под стать. По глазам вижу, у этого Дроустона натура подлая. Хочет породниться с главным защитником королевства, чтобы отхватить часть его славы. Обломим его, деточка, не волнуйся.

Не знаю, осознаёт ли Луиза, насколько необходима мне поддержка в этот момент. Её тёплые слова, дружеское поглаживание плеча – всё это вселяет оптимизм и заставляет увереннее выпрямить спину.

После кратких обсуждений ситуации с другими альянсами мы гордой троицей покидаем сбор, и уже около кареты нас настигает Дроустон.

– Лесси! Надеешься сбежать?!

Мы разворачиваемся, и меня снова заступают мужья.

– Я непонятно выразился? – угрожающе спрашивает Ризар. – Не подходи к моей жене. Ты не войдёшь в наш альянс. Свободное место в паре Грикса.

– Думаешь, провела меня?! – продолжает Дроустон. – Я тебя нашёл несмотря на новый облик. Ты совершила ошибку, назвав своё настоящее имя, Лесси, и показав сублимы, – едко выплёвывает.

– Что тебе нужно? – Ризар сделал шаг навстречу маркизу, их лица сравнялись.

– Мне нужен браслет, который она украла! – гневно шипит Дроустон и тычет в меня пальцем. – И все амулеты, висевшие на нём. Все до единого! Эта сука стащила…

– Ещё раз так назовёшь мою жену… – между лицами мужчин появилось несколько льдистых шариков. Ризар сформировал их из выдохнутого воздуха, – И говорить больше не сможешь.

– Из правды слов не выкинешь, брат. Я готов разойтись мирно, если она отдаст мой браслет!

– Во-первых, я тебе не брат, во-вторых, моя жена не может быть причастна к краже.

– Ты, видимо, не знаешь свою дорогую супругу. Так отчаянно её защищаешь, а она… – Дроустон сплюнул, хотя точно хотел сказать «тварь». – Ещё месяц назад твоя идеальная жёнушка скакала на моём члене!

Ризар замахнулся и резко ударил Дроустона в челюсть. Ответный удар последовал незамедлительно, только кулак маркиза попал не в моего мужа, а в несколько ледяных шариков, отчего они разлетелись на осколки. Маркиз жалко схватился за руку и несколько раз ею тряхнул. Его кулак стал красным, кожа на костяшках стёрлась на несколько миллиметров, может, даже открыла хрящи.

Дроустон выругался, отошёл на несколько шагов и согнулся наполовину.

– Мне нужен мой браслет! – орёт во всю глотку.

Это привлекает дополнительное внимание. В нашу сторону уже направляется несколько мужчин, среди которых я узнаю мужей Луизы.

– Я заплачу за твой браслет, если выяснится, что моя жена причастна к его исчезновению, – говорит Ризар.

Я, как ребёнок, тащу его за рукав, становлюсь на цыпочки, тянусь губами к уху.

– Я не помню никакого браслета, Ри. Но моя память нестабильна.

– Шепчет тебе, что всё-таки стащила его, да? Тварь…

Ризар дёрнулся к Дроустону, но я удержала мужа за руку. Смотрю в глаза, заставляю перевести дыхание и успокоиться.

– Я заплачу, – говорит, разворачиваясь к маркизу, – но ты оставишь нас в покое раз и навсегда.

– Заплатишь? – злобно смеётся. – В этом браслете магия шести поколений моей семьи! Нет таких денег, за которые его можно купить! Мне нужен мой браслет! И если ты, – он снова тычет в меня, но на этот раз с ярой угрозой, – не отдашь мне его, я вернусь и убью тебя и всех, кто тебе дорог!

В этот же момент к нам приближаются мужья Луизы, деликатно интересуются, всё ли в порядке. За ними подходят ещё четверо и становятся с двух сторон от Ризара.

Дроустону не остаётся ничего, кроме вынужденного ухода. Напоследок он дарит мне полный ненависти взгляд, чем обещает выполнить свою угрозу, если я не верну ему то, что украла Элесия.