Текст книги "Мужья для бесчестной леди (СИ)"

Автор книги: Мила Морес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 26

Глава 26

Олеся Пенькова

Невиданный летающий объект несёт меня домой. Точнее, в тот дом, который принадлежит Олли-Эс Граймо. Именно в её теле я оказалась. Я знаю всё о её жизни так, словно сама её прожила. Вероятно, пробелы в моей памяти есть, как и в прошлый раз, но пока всё кажется знакомым и понятным.

Вокруг удивительный город. Так обычно в фильмах показывают будущее, только я уверена, что это никакой не 2895 год, а тот же 2025, из которого я родом. Только реальность не моя, чужая.

При всей красоте вокруг я ощущаю опустошение и боль. Новая удивительная реальность не заменит мне то, что я нашла в мире Элесии Дайлиш. Там остались мои любимые мужчины. Я хочу к ним, но убиваюсь от беспомощности. Я не знаю, как выбраться. Здесь нет амулета, нет книжек Элесии.

Сползаю по стеклянной стенке эхскара. Сижу, уложив голову на колени. Самое время разрыдаться, но я держусь. Мне нужно продержаться, чтобы понять, как вернуться или дождаться, пока меня выдернут из этого мира. Уповаю на последнее. Но здесь нет опоры в виде двух пар заботливых рук, чтобы придать мне сил. У здешней версии меня вообще никого нет.

Красивый голос робота оповещает о скором прибытии домой, а у меня в горле копится горечь, потому что мой дом не здесь, не в этом холодном и бесчувственном месте.

С трудом поднимаюсь на ноги, чёртовы каблуки усложняют и без того непростую жизнь. Делаю шаг из эхскара и попадаю в тугие силки. Невидимая сеть сковывает мои движения, не даёт сделать шаг вперёд, рот залепляет мерзкая силиконовая субстанция. Я барахтаюсь в воздухе, стремительно отдаляясь от платформы, на которой находится дом Олли-Эс.

Паника мешает думать, я трачу все силы на притягивание спокойствия, но тело беснуется, рвётся на волю. Это будто и не мои порывы, а инерция тела. Олли-Эс изо всех сил борется за свободу, но её у нас отнимают. Мелкая сеть тащит меня в неизвестном направлении, словно я не человек, а груз, который нужно перенести с места на место.

Барахтаюсь в сетях, рву их голыми руками, и когда мне это чуточку удаётся, робот опускает меня на твёрдую опору. Двое мужчин в вызывающе облегающих костюмах подходят с двух сторон, подхватывают под руки, тащат вперёд. Хочу кричать, кусаться и вырываться, но все мои попытки блокируются, а вырваться голосу не даёт силиконовая мерзость.

Наконец, меня ставят на ноги. Вокруг сияющее помещение с высоченными гладкими стенами. Из дальнего конца зала выходит мужчина в сопровождении двух охранников. Они идут ко мне, а я смотрю по сторонам, озираюсь, ищу укрытие или поддержку. Олли-Эс помнит, что ничего хорошего здесь не будет. Она хочет сбежать, тело мечется, пока мой разум пытается обработать быстро поступающую информацию.

– Ну здравствуй, Олли, – говорит подошедший мужчина и улыбается, показывая ненатуральные зубы. – Как добралась? Надеюсь, полёт был комфортным.

Во рту копится слюна, и я догадываюсь, что в этот момент Олли-Эс смачно плюнула бы в лицо Хофре. Этого мужчину зовут именно так. И он главный межпланетный бандит. Наведывается на нашу планету регулярно, обдирает местных, ворует девушек. И управы на него нет. Возможно, его даже покрывают.

– Что вам нужно? – спрашиваю, когда мой рот по взмаху руки очистился.

– О, детка, да ты сама вежливость, – ухмыляется. – Значит, ты признаёшь, что я твой лучший вариант? Смирилась наконец-то?

Господи Боже, этот мерзкий тип хочет сделать Олли-Эс своей, потому что она носитель чистой человеческой крови! А этому ублюдку нужны такие «самки», чтобы расплодить команду гуманоидов для захвата космических станций!

Перед глазами вспышками мелькает истинный облик уродца Хофре. От его вида, мягко говоря, передёргивает.

– Что же ты молчишь, детка? Всё будет в лучшем виде. Я дам тебе всё, что пожелаешь. Будешь моей личной суфи.

– Иди к чёрту, – выплёвываю, не успев обдумать.

Хофре с тяжёлым хмыком на миг опускает голову, кивает прихвостням, и они снова подхватывают меня под руки, тащат вглубь космического корабля. Если я не выберусь из него, как в прошлые разы, то на свою станцию больше не вернусь. Олли-Эс дралась до последнего, хитрила, обводила тупоголовых стражей. Нужно обыграть их и в этот раз, тогда они снова покинут нашу планету на несколько лет.

В корабле, к счастью, меня оставляют в покое, но в помещении дежурят три солдата. Им приказано не спускать с меня глаз. А там по четыре глаза у каждого. Жуть страшная.

Такая же вахта есть в коридорах, через которые меня протащили. Шанс на побег один на миллион. Я вообще не тот человек, который сможет кому-либо противостоять. Мне здесь не место. Олли-Эс могла всё, а я нет.

Сажусь на отведённый мне стул, закрываю голову руками. Хочу обратно, в объятия любимых мужчин. Почему я оказалась здесь? И как выбраться?

– Я пришёл, – говорит приятный мужской голос, и я поднимаю взгляд, бегу по ослепительному помещению, с трудом различаю приближающуюся ко мне широкоплечую фигуру.

Мужчина облачён в белый ультратонкий костюм. Из-за снежной яркости одежды он почти сливается со стенами корабля. В плавных шагах узнаю что-то родное, выпрямляюсь на стуле.

– Помогите, – говорю вполголоса с надеждой глядя на приблизившегося мужчину. Его лицо закрывает такая же белая маска, и от этого по моему телу прокатывается дрожь. Я не знаю, кто прячется под маской, но знаю, что Олли-Эс уже сталкивалась с этим человеком (или не человеком – пока неясно).

– Ш-ш-ш… – успокаивающее шуршание пролетает над ухом и отдаляется, хотя мужчина стоит в двух метрах от меня. Он смотрит на охранников, словно примеряясь, сможет ли одолеть всех. А они не замечают его, словно здесь нет никого постороннего.

– Кто ты? – спрашиваю, борясь с сухостью во рту.

Я точно знаю, что тип в белом не работает на Хофре. Нечётко вспоминаю, что это не первая наша встреча. Мелькающие картинки заставляют кровь течь в жилах быстрее, потому что этот мужчина однажды был с Олли слишком близок.

– В этот раз ты мне заплатишь? – звучит его обволакивающий голос за её спиной. – Я спасаю тебя во второй раз, милашка. А каждый труд должен быть оплачен.

– Я заплачу, – говорит Олли-Эс и подаёт ему запястье для считывания денег. Она знает, что его услуги стоят дороже, чем все накопленные за три года деньги, но надеется на милость Омана. Так его зовут в этих краях.

– Мне не нужны деньги, милашка, – шепчет, приближаясь к её уху. – Знаешь, что мне нужно? – Олли-Эс дрожит от непривычного чувства мужской близости, и она точно знает, о чём говорит Оман, поэтому кивает, давая своё согласие расплатиться с ним так, как он пожелает. – Расставь ноги шире, – просит, а не приказывает, что даже удивительно. В каждом слове я слышу что-то неуловимо знакомое. – Вот так, умница.

Слышится звук расстёгиваемой запайки костюма, Олли-Эс сама стягивает свои брюки, поддевает с ними и трусики.

– О да… Настоящая… – вожделенно шепчет Оман и проводит ладонью по ягодицам, мягко их раздвигает и быстро вставляет член. Он имеет её сзади, резко и непрерывно. Олли-Эс лишь секунду ужасается тому, что позволяет делать этому незнакомцу, а сразу после шлёт на хер контроль и испытывает желанное удовольствие. Она проникновенно стонет, в развязной манере просит продолжать, вульгарно дёргает попкой навстречу резким движениям.

Через десять минут Оман кончает, а Олли-Эс остаётся со спущенными штанами и трясущимися ногами. Она стоит на крыше небоскрёба, ощущает холод и одиночество.

Незнакомца, который взял плату за помощь, уже нет рядом с ней. Он спрыгнул вниз сразу после оргазма.

– Помощь нужна? – спрашивает с ноткой насмешливости, и мы оба понимаем, что он задаёт вовсе не этот вопрос. Он спрашивает, готова ли я заплатить ему, как в прошлый раз платила Олли-Эс.

– Помоги, пожалуйста, – молю, – но я не та, кто тебе нужен. Я не Олли-Эс. Я не смогу с тобой рассчитаться.

– Не сможешь? – Оман отошёл на шаг, заложил руки за спину и вальяжной походкой пошёл обратно.

– Подожди! – кричу с отчаяньем. – Пожалуйста, помоги мне! Олли-Эс рассчитается, честно, только позже… когда вернётся. Ты ей нравишься. Пожалуйста, Оман! Я не Олли-Эс! Я из другой реальности!

Мужчина остановился, развернулся, смотрит на меня сквозь вырезы в маске. Его глаза горят зелёным светом, а маска искривляется, повторяя мимику. Оман усмехается и трёт подбородок. Он тянет, играя на моих нервах.

Между охранниками суматоха. Они настороже из-за того, что я разговариваю сама с собой. Подозревают, что в помещении незваный гость. И они лучше меня знают, кто он, поэтому боятся и истерично мечутся.

Оман быстрым шагом возвращается ко мне, подхватывает на руки и бесцеремонно закидывает меня на плечо.

Выход из космического корабля получается фееричным, в стиле лучших фантастических фильмов. Трусливая охрана на максимум выполняет свою работу. Мой то ли спаситель, то ли похититель стреляет зелёными лучами, и враги в бесчисленном количестве падают и треплются в конвульсиях.

Всё затихает в тот момент, когда мы оказываемся в прозрачном шаре. Оман сажает меня в пассажирское кресло, сам берётся за пульт управления, рвёт с места, и пока мы отдаляемся от преследователей, настраивает автопилот, расслабленно откидывается в кресле.

Какое-то время от стен сверхбыстрого эхскара отбиваются лучи, потому что в нас стреляют, но мой похититель этим не озабочен. Он отдыхает, закинув руки под голову.

– И что теперь? – спрашиваю неуверенно.

– Что? – оборачивается ко мне.

– Что будет дальше? – на автомате прикрываю себя руками.

Оман отвернулся, поддел в области подбородка маску, скинул её, несколько раз брызнул чем-то в лицо.

– А чем бы ты хотела заняться? – снова смотрит на меня, прокручивая своё сидение на месте. Я на миг впадаю в ступор, а потом взрываюсь радостью и восторгом.

– Ризар! – бросаюсь к нему на шею, запрыгиваю на бёдра. – Это ты! – покрываю лицо поцелуями. – Я так скучала… Так боялась, что больше не увижу… – начинаю всхлипывать, прижимаюсь к мужской груди. Хочу спросить о Тиалте, но слёзы не хотят останавливаться, заливают нас обоих.

Глава 27

Глава 27

Ризар ведёт себя странно. Не обнимает, не утешает. Он застыл, словно заморозился, и даже по ощущениям стал холодным.

– Ри, – отстраняюсь, заглядываю в лицо, веду по нему пальцем. – Куда я попала, Ри? Что здесь вообще происходит? Как нам вернуться домой?

Начинаю замечать неладное. У этого Ризара две блестящих полоски около кончика брови. Там добела выжжена кожа. Причёска намного пышнее, чем у моего мужа. В зрачках неестественный зелёный свет.

– Ты не Ризар, – отталкиваюсь от груди, перебегаю обратно в свободное кресло. Шар небольшой, тут и деваться некуда.

Обхватываю себя руками, словно они передадут ощущения объятий нужных мужчин.

– Я Оман, но первые две буквы настоящего имени ты угадала. Мать назвала меня Рико. А ты странная. В прошлую нашу встречу вела себя иначе… Любопытно. Подписала согласие на опыты?

– Что? – возмущённо. – Нет! Я же сказала тебе, я не Олли. Я здесь по ошибке. Меня переместил ритуал. И я не знаю, как вернуться к своим мужьям. Одного из них зовут Ризар, и он выглядит почти так же, как ты.

– Мужьям? – задумчиво. – Кто-то ещё практикует браки?

– Да! На Земле, откуда я родом, в Жаоосе, куда я попала случайно и нашла любовь, все практикуют браки. Я хочу вернуться туда. Помоги мне, прошу, – складываю руки в молящем жесте.

Оман-Рико смотрит на меня с недоверием, но что-то в моих словах ему откликается, поэтому он не отмахивается от меня сразу.

Мы тем временем подлетаем к тёмному дому, эхскар паркуется, голос робота поздравляет нас с прибытием домой.

На фоне всего светящегося мира эта тёмная платформа кажется безжизненной. И только если присмотреться, можно увидеть на ней вполне приличный дом. Он расположен чуть ли не под облаками. И что-то мне подсказывает, здесь стоит защита от обнаружения.

– Ты поможешь мне вернуться домой? – спрашиваю, когда мы покидаем стены прозрачного шара.

Оман-Рико открывает дверь своего жилища, заходит, на ходу неуловимыми жестами снимает одежду, шлёпает по полу абсолютно голый. Я таращусь на такие знакомые ягодицы, а потом стряхиваю наваждение, отвожу взгляд.

Мужчина идёт к дальнему концу квартиры-студии. Я неуверенно прохаживаюсь по выделенной гостиной. Стараюсь не смотреть в сторону Омана, потому что он сейчас принимает душ, а стены там тоже нет! Поэтому при большом желании я могу посмотреть, как новый знакомый в таком родном облике моет свои яйца.

– Чёрт, – роняю нечто квадратное с низкого столика. Ненароком зацепила его, когда неосторожно бросила взгляд на голого мужчину. Как раз и застала тот момент, когда он добрался до мытья своих причиндалов.

Отворачиваюсь, поднимаю то, что уронила, перевожу дыхание. Сейчас главное – не паниковать. Меня не убили, на честь Олли-Эс пока что не покушаются, меня никто не домогается. Это вообще будет странно, если некто в облике Ризара захочет переспать с Олли-Эс, в теле которой нахожусь я. От этой мешанины сама путаюсь. А мне нужно помнить, что я не на своём месте. Рядом со мной не тот мужчина.

– Пить? Есть?

Оман-Рико идёт по полутёмной комнате в низких шортах, перед ним зажигаются огоньки, а позади они в том же темпе гаснут.

– Да, спасибо. Можно мне воды?

– Конечно, – наливает в стакан, подаёт мне. – Выпьем, перекусим, займёмся делом.

– Спасибо, ты добр, как мой муж.

Рико вскинул брови, и я снова зацепилась взглядом за две блестящие около виска полоски. Я припоминаю, что в этом мире есть оружие, способное оставлять такие следы.

– Я лишь хочу получить своё, – ухмыляется и сверлит меня похотливым взглядом.

– Я же сказала, что я не Олли-Эс, и у меня есть мужья. Насколько я могу понять по тому, что вижу, в этом мире Олли-Эс – твоя идеальная пара. Ты ей нравишься, хотя она не видела твоего лица, а ты спасаешь её, потому что иначе не можешь. Вы созданы друг для друга, как мы с Ризаром и Тиалтом.

– Веришь в судьбу, значит? Книжки старые читаешь, да? Я наблюдал за тобой. Ты и правда любишь своё дело, хотя за него платят мизер. И характер у тебя с пестринкой.

– С песчинкой ты имел в виду?

– Я имел в виду то, что сказал, – подставляет мне тарелку с размазанной по ней едой. Её будто уже кто-то жевал до меня.

– Выглядит отвратительно, – дёргаю губой.

– Не за что, – отправляет в рот ложку с мерзким нечто, быстро глотает, стараясь не подать виду, что ему эта жижа тоже не нравится. – Давай сейчас потрахаемся, а потом подумаем, как тебя спрятать от Хофре.

– Наглые у тебя планы. Как мне ещё раз тебе объяснить, что я несвободна и ни с кем трахаться не собираюсь?

– Ты мне должна.

– Не я, а Олли-Эс! Считай, ты спас её. А то, что я оказалась в её теле, это недоразумение, которое мы скоро исправим. Я пока не знаю, как именно. Честно говоря, надеюсь, что мужья мне помогут. Амулет для переноса между реальностями остался у них. Значит, они заставят Олли-Эс или ту, которая перенеслась в моё тело, повторить ритуал. В скором времени мы снова поменяемся телами, и тогда ты сможешь договориться с Олли-Эс.

– Из другой реальности, значит, – повторяет так, как обычно говорят с ребёнком, и усмехается знакомой дьявольской улыбкой. – Ты умная, я знаю. Даже чувствую себя туповатым на твоём фоне… Да, я был на паре твоих лекций. Ради лицезрения твоих сочных колготок я готов даже слушать весь этот бред. В первые разы ты была скучновата, а потом вдруг зажглась… Захотелось спасать тебя почаще.

– Я не помню того, о чём ты говоришь. Меня тогда здесь не было.

– Не было, значит…

Рико присел около меня, погладил мою ногу от колена до пряжки на туфлях. Я резко вскочила с занятого стула, отошла на два метра.

– Совсем недотрога? А я был уверен, тебе понравилось. Хотел заглянуть к тебе ещё разок, но у тебя сильная защита дома. Вот пришёл караулить, когда вернёшься, а тебя там уже Хофре поджидал.

– Спасибо за помощь, Рико, но давай без рук.

В очередной раз рассказываю ему, что оказалась в этом теле случайно. Он слушает с недоверием, а иногда и вовсе отключается от голоса, тупо скользит голодным взглядом по моему телу.

– Невыносим… – сажусь на круглый диван, с облегчением скидываю обувь. Колготы тоже хочется снять, но страшно оттого, что Рико может совсем слететь с тормозов. – Можно мне остаться у тебя до тех пор, пока мужья не заберут меня? Сама я вряд ли что-либо смогу сделать.

К этому моменту знания о новом мире утряслись в голове. Я уверена, что Олли-Эс ничего не знала о перемещениях между реальностями. Она жила в своём неспокойном мире, увлекаясь лишь работой и посещая занятия по самообороне. Навыки не раз ей пригождались, потому что здесь юная девушка без мужского тыла привлекает внимание абсолютно всех. Ей неоднократно поступали деловые предложения о заключении брака на выгодных условиях, но она всем отказывала.

– Эй, ты что спишь? – слышу глухой голос.

– Посплю немного, Ри… – бормочу почти неосознанно и ложусь на бок, сворачиваюсь клубочком.

– Охренеть… Потрахался…

Глава 28

Глава 28

Открываю глаза оттого, что слишком явственно ощущаю на себе чужой взгляд. В голове вихрем проносятся воспоминания. Я подхватываюсь, озираюсь в надежде, что обнаружу себя дома. Но нет. Я по-прежнему в мире Олли. И на меня смотрит её спаситель.

– Наконец, проснулась, – говорит, приближаясь ко мне, – потрахаемся, а потом по делам.

– Э-э… Нет, – качаю головой. – Спасибо за предложение, Ри, но я пас.

Устала доказывать ему, что я совсем не та женщина, которая была рада его бурному порыву. Я ведь уже поняла, что Олли не против, чтобы этот красавец её спасал. Вот только мне от него нужно держаться подальше. Слишком много в нём очарования от Ризара.

– Ты понимаешь, что корабль Хофре ещё не улетел, и сегодня тебя ждёт очередное катание в сетке?

– А ты не мог бы… – говорю нерешительно и строю просительную мордашку. – Не мог бы меня отвезти на работу, а потом забрать? Не хочу подставлять Олли. У неё идеальная репутация на работе. Если я пропущу день, её оштрафуют.

– А платить ты мне собираешься?

Рико незаметно приблизился, сел на край лежака. Наглая рука вцепилась за плед, под которым я спала. Я крепко держу мягкую ткань, он тянет на себя, но я не отпускаю.

– Олли рассчитается, – нервно закусываю губу. – Ты ей очень нравишься. Не понимаю, почему вы до сих пор не встречаетесь как нормальные люди? У вас же взаимная симпатия. Или ты всех девушек вот так спасаешь, а потом… дерёшь?

– Что? – смеётся приятным ризаровским смехом. – «Дерёшь»? Это тебя студенты такому научили?

– Ты сам выражаешься не лучше. И на вопросы не отвечаешь, зачем-то уклоняешься и отводишь взгляд, когда заходит важная тема.

– Я помогаю всем женщинам, если есть возможность. Спасу троих за неделю, но уверты заберут десяток.

– Это тоже много. Три жизни. Ты молодец.

Думай, Лесси, думай, чем его ещё отвлечь, задобрить, как уболтать.

– Думаешь, эта сладкая пилюля заменит мне оплату? – какой прозорливый.

– Так ты же спас троих за неделю, значит, тебе уже платили. Давай, Олли с тобой позже рассчитается.

– А ты наглее с каждой минутой.

Рико поднялся, пошёл к кухонной зоне, достаёт пакетики с мерзкой едой, выдавливает содержимое на тарелку. Подумалось, он готовит завтрак домашнему питомцу, но нет. Сам принялся есть эту размазню.

– А давай я тебе приготовлю нормальную еду? Это будет аванс. А потом ты отвезёшь меня на работу. Помимо лекций, хочу зайти в библиотеку, порыться в архивах. Может, найду что-то о перемещениях между реальностями. А после ты меня заберёшь, скажем, в четыре часа. Сможешь?

– Нет, – невозмутимо и безапелляционно. – Я ни хрена не насытился, пока спасал тех двух барышень до тебя. Они, знаешь ли, не в моём вкусе. Визжат, плачут, в обморок падают. Поэтому давай плату за вчерашний раз, а вечером доплатишь за сегодня. Вон душ, можешь помыться, зубки почистить, писю побрить. Что там тебе ещё нужно, чтобы, наконец, стать собой и раздвинуть для меня свои стройные ножки?

– Фу, ну ты совсем грубый.

– А каким мне быть, если член колом всю ночь?

– Сохраняй спокойствие, Ри, дыши глубже.

Он думает, что я нагло издеваюсь, а я реально хочу помочь. Не без корыстных помыслов, конечно. Мне нужно, чтобы он стал смирным, покладистым и чтобы помог мне.

Рико-Оман продолжает есть свой ужасный завтрак. Я окидываю взглядом душ, представляю, как в таком мыться. Стоит только раздеться, меня отымеют прямо у этой хлипкой трубы.

Встаю, иду к кухонной зоне, нагло заглядываю в холодильник, перебираю, что там лежит. Рико наблюдает за мной и, кажется, надеется всё-таки, что я найду в его запасах нечто получше, чем то, что он ест. Поэтому его ложка застыла в воздухе и не спешит залетать в рот.

– Фу, это давно стухло, – бросаю в мусор, – а это заплесневело. Ты когда в последний раз ревизию делал? Так… Вот это подойдёт. Странные, конечно, яйца. Это ведь яйца? – приподнимаю белые шарики.

– Они. И что ты с ним собралась делать?

– Приготовлю яичницу. Здесь у тебя ещё лук свеженький, помидорки.

– Это чайпори.

– Это черри, – исправляю, а он усмехается, словно я говорю чушь, но при этом взмахивает рукой, мол, пусть будет так, глупышка.

Колдую над самой вкусной во всех мирах яичницей. Не хватает сыра, но бог с ним. Я и так смогу впечатлить голодного во всех смыслах спасателя. Пусть только попробует не принять мой аванс, я размажу его по ухмыляющемуся лицу.

– Вот, – ставлю тарелку перед Рико. Яичница исходит паром и заставляет чаще глотать слюну. – Приятного аппетита, – забираю у него тарелку с размазнёй, стряхиваю в мусор.

Опасливо пробует, делает вид, что не впечатлён. Но я то знаю, что это всё показное. Рико не хочет остаться без десерта, вот и не признаёт, что я из ничего сварганила вкуснейший завтрак. А сам с каждым следующим кусочком наминает быстрее.

Хорошо, что я оставила себе небольшую порцию на сковороде, иначе уплёл бы всё.

Перекусываю, стараясь не выпустить из виду лицо Рико. Он прячет эмоции, но я вижу, как едва заметно подрагивают уголки его губ.

Варю какао по бабушкиному рецепту. Жарю сахар, смешиваю с молоком. Подаю Рико и снова наблюдаю.

На этот раз ему сложнее скрыть удовольствие. Он закатывает глаза, когда делает очередной глоток. А когда выдёргивается из блаженства, не смотрит на меня, устыдившись детских эмоций.

– Ну как? Мы договорились?

– Неа.

– Ты невыносим.

Возвращаюсь к спальной зоне, пытаюсь найти остатки своей одежды. Половина на мне, но приличным общий вид не назовёшь. На работе всем будет ясно, что я не ночевала дома. Значит, нужно заскочить к Олли.

Натягиваю колготы, застёгиваю туфли, на плечи накидываю пиджак. Не глядя на Рико, иду к выходу. У панели около двери застываю, потому что не знаю, как отсюда выйти. Тыкаю кнопки наугад, и, естественно, ничего не происходит.

– Мне нужно быть на работе через тридцать минут, – говорю, глядя на глухую дверь.

– Мне тоже, – звучит голос прямо за спиной. Мощная мужская рука проскальзывает между моей рукой и талией, нажимает на панели на красную кнопку. Та считывает отпечаток пальца, и двери разъезжаются в разные стороны.

Выхожу на воздух, втягиваю сырость и холод. Забыла, что по утрам здесь чудовищно холодно. Мы ведь далеко от земли. Память Олли не подкидывает картинку, что находится в самом низу, словно она там никогда не была. Вся жизнь на зависших между небом и землёй платформах. Богатые здесь живут отдельно, а средний класс и бедняки на многоквартирных станциях. Судя по тому, что я вижу, Оман-Рико в этом непростом мире очень хорошо устроился.

– И кем ты работаешь? – спрашиваю его, так и застыв на месте.

Здесь создаётся впечатление, что облака можно потрогать руками.

– Я совладелец компании «Онимо».

– «Онимо»? Это одна из тех паршивых контор, которая делает бедных беднее, а богатых паскуднее? Они сваливают тонны отходов на землю, гробят наш мир и позволяют инопланетным тварям вести себя здесь как дома! – хочется плюнуть в сторону, но я лишь отворачиваюсь. Память взрыхлила эмоции. Я чувствую сейчас то же, что всегда ощущает Олли. Она ненавидит «Онимо» и всех, кто каким-либо образом причастен к этой компании.

– Именно поэтому я купил часть их акций. Пока у меня лишь двадцать процентов, но я выкуплю как минимум пятьдесят. Тогда всё изменится. Для меня, для тебя и миллионов жителей.

– То есть ты добрый самаритянин? Но откуда у тебя такие деньги, чтобы купить двадцать процентов «Онимо»?

– Ну… Тут мне гордиться нечем. Всю молодость я промышлял отловом инопланетных существ и продавал их на чёрном рынке. Примерно этим же занимаются уверты. Они забирают наших женщин, потому что у них это редкий и дорогой товар. А я скитался между планетами, отлавливал всех, на кого наткнусь. Возможно, они тоже имели там семьи и горевали, расставаясь с родными. Мне было плевать. И сейчас, честно говоря, тоже плевать. Меня волнует лишь будущее моей планеты и каждого коренного её жителя.

– Всё-таки в тебе больше хорошего.

Рико пропускает меня в свой эхскар, помогает устроиться поудобнее.

– Ты летал между планетами, но тебе сложно поверить, что в теле Олли сейчас душа другой девушки. Как так?

– Я, кажется, уже тебе верю. Она не отказалась бы от секса, а ты упорно уклоняешься.

– Ты её хорошо знаешь.

– Я наблюдателен. И мне даже кажется, что ты здесь не первая.

– В каком смысле?

– Я же говорю, наблюдателен.

Непонимающе смотрю на ухмылку на мужском в лице. В ней кроется загадка, которую раскрыть миру Рико не желает. А я чувствую себя глупо, потому что не понимаю, о чём мы только что говорили.

Тем временем эхскар отрывается от платформы, падает вниз, и я прижимаю руки к груди. Слишком резко, внутренности обрываются, а яичница подступает к горлу.

Рико оглядывается на меня, самодовольно и чуть издевательски усмехается.

– Вот ещё одно подтверждение. Олли не тошнит при полётах, а ты вся посерела. Я уверен, она любит это ощущение так же, как и я. Как его можно не любить? Скорость, драйв, аромат свободы и бесконечность на горизонте. Только полёты и помогают мне оставаться нормальным в этом безумии.

Эхскар замедляется, летит по прямой, изредка виляя, чтобы разминуться с такими же прозрачными и с виду пустыми шарами. Я посматриваю на часы. Остаётся пятнадцать минут до занятий, а мне ещё нужно принять душ.

– Не волнуйся, успеешь. А пока есть время, Олли, или как там тебя, расскажи лучше, как живётся в других мирах?

– Ну… В моём мире всё немного проще, хотя гораздо скучнее. Без магии, без ваших удивительных технологий. У нас люди живут обычно, с редкими приключениями и путешествиями. Войны тоже бывают. И это страшно, – отворачиваюсь к окну. – Я думала, что тот период, когда власть делили силой, уже позади. Вроде в разумном обществе живём. Мы должны развиваться, искать способ победить все болезни, очистить планету настолько, чтобы она жила вечно. А мы… Портим всё. Даже то, на чём стоим.

– Знакомая ситуация… Ты ведь никогда не бывала внизу, да? Хотя, зачем я спрашиваю… Если ты не она, то…

– У меня сохранилась память Олли. Вероятно, частично. Есть много пробелов, но я кое-что помню. Олли не была внизу, но знает, что там пустошь.

– Это не совсем так. Почва обновляется, и внизу уже есть первые жители. Но они так же, как и предшественники, гробят всё живое. В будущем я сделаю так, чтобы земля доставалась лишь тем, кто пройдёт тест на моральную пригодность. Это будут люди, которые искренне заботятся об окружающем мире.

Я замерла, слушая Рико, и даже не заметила, что мы подлетели к дому Олли. Но пришлось выйти, спешить помыться и переодеться.

Мой спаситель пошёл следом, и прежде чем я вошла в душ, проверил всю квартиру. Только после этого позволил мне спокойно помыться, хотя и стоял за стеклом душевой, слишком часто и громко вздыхая.

– А ты помнишь, как мы с Олли трахались на крыше? – спрашивает со слышимой улыбкой.

– Смутно.

– Хочешь, я тебе напомню? – пытается заглянуть между стёклами, но я притягиваю их друг к другу, быстро вытираюсь.

– Спасибо, обойдусь. Меня дома ждут мужья, и я буду верна им.

– А что, если не получится? Вдруг ты останешься здесь навсегда?

– Тебя бы это расстроило? – выхожу в полотенце, воровскими перебежками иду в комнату, спешно выбираю одежду. Рико неотступно следует за мной.

– Мне больше нравится похотливая кричащая Олли, чем то, что ты представляешь собой сейчас. Она девчонка ненасытная, импульсивная. Такой огонёчек, который хочется трахать непрерывно.

– Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы она вернулась. Конечно, не из-за её и твоих интересов, а потому что сама хочу домой.

Переодеваюсь за дверцей шкафа. Рико ведёт себя прилично, с умилением говорит об Олли, и я понимаю, что у него к ней больше чем просто сексуальное влечение.

Да и сам Рико неплохой. Во многом похож на Ризара, и я вполне могу очароваться, но нужно помнить, что это не мой мир, а значит, не мой мужчина.

Покидаем дом Олли. Рико осматривается, словно запоминает детали. Он хочет сюда вернуться, я знаю.

– Так ты сможешь забрать меня в четыре? – спрашиваю Рико, когда мы остановились около университета.

– Потяни до пяти. У меня в четыре встреча, которую нельзя пропустить. В пять я тебя заберу. Не выходи раньше пяти, хорошо?

– Ладно, – улыбаюсь благодарно и выползаю с эхскара. – Да, кстати, Ри. Если вдруг мы не увидимся больше… Поговори вот так же искренне с Олли. Вы созданы друг для друга. Она нужна тебе, а ты ей. У вас обоих двойная жизнь. Только у неё она проходит внутри. С виду она решительная, бойкая и деловая, но на деле, как и все женщины, ранимая и нуждающаяся в твёрдом плече. Береги её.

Рико задумался, окинул меня ещё раз внимательным взглядом и кивнул. Эхскар рванул с места, как только я вошла в здание университета. Дальше стало спокойнее и проще. В голове чёткое расписание, темы занятий разложены по полочкам. Олли весьма организованная и очень умная.

Первые три пары прошли гладко, а на четвёртой я начала тормозить, потому что поймала взгляд знакомых голубых глаз. В третьем ряду среди голограмм студентов сидит мой дорогой Тиалт. И он присутствует на занятиях лично, как ещё несколько студентов. Живых здесь всего пятеро, хотя в аудитории сорок человек.

Тиалт, точнее, его здешняя копия, смотрит на меня с игривой полуулыбкой. Этот взгляд волнует и сбивает мои мысли. Студенты замечают, что не всё сегодня гладко, но не придают значения. Им нравится, когда что-то идёт не по привычному плану.