Текст книги "Мужья для бесчестной леди (СИ)"

Автор книги: Мила Морес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 11

Глава 11

После работы меня встретили Ризар и Тиалт. Оба показались мне подозрительными, но я не стала спрашивать, что они задумали. Карета поехала в противоположном направлении от дома, и только тогда я подняла глаза на ректора.

– Куда мы едем?

– К твоим родителям, Лесси.

– С какой целью?

Негодование, боль и обида раскачивают внутренности, но я не нахожу оправдания этим эмоциям. Ризар смотрит на меня с сочувствием, оттягивает ответ, словно давая мне самой понять, что они задумали.

– Я знаю, почему ты так часто остаёшься у меня, Лесси. Но сбегая от проблемы, ты её не решаешь, а откладываешь. Мы поговорим с твоими родителями, всё проясним, а дальше предлагаю тебе полностью перебраться ко мне. Незачем ездить между двумя домами. К тому же это нарушает правила договора.

Отворачиваюсь к окну, пытаюсь вспомнить родителей Элесии, но перед глазами лишь мои собственные, и я не понимаю, почему память так со мной шутит.

Мысли о маме вызывают горечь, а об отце… возмущение. Остальные чувства сплетаются в комок, и я стискиваю зубы. Губы подрагивают, а к глазам подступают слёзы. Душу их в себе, уговариваю разумными доводами. Это ведь тело Элесии реагирует так на предстоящую встречу. Это не мои чувства.

– Лесси, всё будет хорошо, – Ризар взял мою ладонь. Вторую перехватил Тиалт, поднёс к губам, лёгким махом убрал волосы с моего лица.

Я ничего не ответила, только кивнула.

А вскоре мы въехали в простой двор родительского дома. Вычурная карета вошла в обычный сельский колорит и стала бельмом на глазу.

Из дома, на ходу вытирая руки о передник, вышла мама Элесии. За ней появился отец, снял фуражку и приложил к груди.

Мужья помогли мне выйти из кареты, подхватили под обе руки, ведут к родителям. И пока я стою в оцепенении и даже не моргаю, они здороваются, заводят вежливую беседу. Родители приглашают в дом, извиняясь, что они совсем не готовы к встрече с такими важными гостями.

Я смотрю на родителей Элесии и уже вовсю глотаю слёзы.

– Прошу прощения, я провожу Лесси в уборную, – говорит Ризар и уводит меня, пока я окончательно не разрыдалась.

И теперь это не только эмоции Элесии, но и мои собственные, потому что её родители выглядят точно так же, как мои, один в один. Мама гораздо моложе отца, простая рабочая женщина, папа – на все руки мастер, только здесь он пекарь. Лица, фигуры, голоса – всё от моих родных.

– Успокойся, Лесси, – непривычно нежно говорит Ризар и притягивает меня к груди. – Всё пройдёт. Нам нужно выяснить всё сейчас. Я знал, что ты не захочешь, поэтому сам запланировал эту поездку. Твои родители должны ответить на наши вопросы. Это важно. Пожалуйста, Лесси, – отстраняет меня, заглядывает в глаза. – Да что с тобой случилось? В последнее время я тебя не узнаю. Теперь ты плачешь вместо отчитывания меня скучной лекцией. Ты должна без умолку засыпать меня наукой, а ты… Я не понимаю, Лесси. Тебя настолько травмировала правда о родителях? Ты всегда была сильной. Я помню тебя ещё с первого курса. В тебе не было эмоций, только жажда знаний и тошнотная чопорность.

Вытираю слёзы.

– Скучаешь? – ухмыляюсь.

– Не понял?

– По прежней Лесси ты скучаешь?

– Ты ведёшь себя странно, Элесия. Я, признаюсь, не мечтаю, чтобы ты стала прежней. Меня всё устраивает. Но если это психологическая травма, тебе нужно пройти курс терапии. А сейчас постарайся прийти в себя и выдержать предстоящий разговор.

– Ладно. Пойдём.

Выхожу в коридор, Ризар идёт за мной. Через два поворота мы оказываемся в скудной столовой. Поразительно, но здесь даже дом спланирован так же, как в моём мире. Я выросла в этом доме. Только интерьер отличается, и все предметы чужие.

Тиалт в это же время сидит за столом напротив моих родителей, развлекает их весёлым рассказом. Увидев нас, поднимается, выдвигает стул.

– О, Лесси, моя дорогая, – мамин голос абсолютно угодливый, в нём сложно не почувствовать дыхание вины, – а милый граф рассказывал нам, как вы устроились в Асточкином поместье. Как бы я хотела там побывать! Ох, простите, герцог, я не напрашиваюсь, просто восхищаюсь! Моя дочь живёт в этом удивительном дворце! А раньше ведь туда водили экскурсии, правда?

– Да, миссис Дайлиш, – говорит Ризар и подводит меня к месту за столом, сам садится рядом. – Если позволите, мы бы хотели перейти сразу к делу. Вы ведь уже догадались, зачем мы приехали? Я могу говорить открыто при вашем супруге?

– Да, милорд, – мама склонила голову, сцепила руки в замок на столе. Отец положил ладонь на её пальцы и поднял взгляд на Ризара.

– Мы знаем, что вы некровный отец Элесии, и нам нужно знать, кто именно её родитель. Это важно, поскольку альянсы формируются почти вслепую. Так как моя родня живёт далеко от столицы, я уверен, что пересечения быть не может. Остаётся сторона графа Обсервана. Мы должны быть уверены, что между ними нет родства, чтобы обезопасить наших детей от кровных союзов.

– Конечно, – мама склонила голову ниже, – мы всё понимаем. Но не беспокойтесь, к маркизу Обсервану мы не имеем никакого отношения. Мы бы сказали раньше, ещё до вашей свадьбы…

– Позвольте задать вопрос прямо, – Ризар говорит сдержанным ректорским тоном. – Кто отец Элесии?

Я закрыла лицо ладонями, прижала пальцами глаза. Показалось, не сделай я этого, из них потекли бы реки.

Нет, до судьбы Элесии мне по-прежнему никакого дела, но… Только что мне открылась правда, в которую я не хотела верить в прошлом. Мой родной отец всегда относился ко мне сухо. Никаких «доченька» или хотя бы «дочка», никаких катаний на плечах и покупок мороженого в парке. Да вообще ничего… В моём детстве словно и не было отца. Я списывала всё на свою хромоту. Думала, отец не любит меня из-за этого. Он просто был в нашей семье. И всё. Но он не был мне «папой». Даже это слово режет горло, хотя я его в данный момент не произношу.

– Это… – мама говорит с трудом. – Это… Прости, Лесси, прости меня, дочка. Я должна была тебе сказать. Это Грикс. Жером Грикс.

Какое интересное совпадение. Это же свёкор паршивки Росаны. А её муж, получается, брат Элесии.

Пальцы с глаз я переместила на виски, растираю их, утрамбовывая полученные знания.

– Спасибо за откровенность, миссис Дайлиш. Значит, мы будем уклоняться от союзов с семейством Грикс. Ты хочешь ещё о чём-то спросить, Лесси? – Ризар в упор смотрит на мой профиль.

– Нет, – может, у своих родителей я бы и спросила, но с этими нам говорить не о чём.

– Хочешь что-нибудь забрать домой?

– Нет. Но я хотела бы посмотреть комнату Эле… то есть свою комнату.

– Конечно, – мама поднялась, обошла стол, взяла меня за руку, – пойдём, моя хорошая, пусть мужчины побеседуют. Ты уверена, что не хочешь забрать свой книжный шкаф? Мистер Томс может отвезти его сегодня. Ты же так тщательно выбирала книги, сколько лет складывала.

Входим в спальню, мама закрывает за нами дверь. Я веду взглядом по комнате, не узнаю абсолютно ничего. И тот самый шкаф меня не впечатляет.

– Лесси, ты уже поняла, но я всё же скажу. Твой отец взял меня беременную, и я вот уже тридцать лет благодарна ему за это. Если бы не он… Я не знаю, что со мной было бы. Конечно, семейство Грикс никогда не признало бы внебрачное дитя, они меня даже слушать не хотели…

– Теперь я всё понимаю, – веду пальцем по обложкам книг, рассматриваю идеальный рабочий стол, выдвигаю ящики. В них всё безупречно до оскомины. Ни одной детали для души, сплошь наука, куда ни глянь. – Кажется, нам уже пора.

Выхожу из комнаты, быстро шагаю на звук мужских голосов, киваю мужьям, и они поднимаются, догоняют меня на крыльце.

– Всё в порядке, Лесси? – спрашивают в один голос.

– Да, – отвечаю почти без участия голоса.

Мужчины прощаются с моими родными, извиняются, что пришли так внезапно и с пустыми руками. Родители отвечают что-то вежливое, а я уже ничего не слышу. Ныряю в карету, откидываюсь на сиденье. Чувствую, сейчас прорвёт. Слёзы уже сдавили горло.

Мужья садятся с двух сторон от меня, гладят, что-то заботливо шепчут. Ризар притягивает мою голову к своей груди, и я отпускаю эмоции, тихо рыдаю, вытирая нос об мужскую рубашку.

Это плачет не Элесия Дайлиш, а Олеся Пенькова. Потому что она прожила во лжи тридцать лет. Насколько иным было бы восприятие отца, если бы я знала, что он мне неродной.

– Лесси, – Тиалт гладит меня по волосам, – не плачь, киса, не плачь. Чего это ты так растеклась? А помнишь, как ты застукала меня с папиросой около женского туалета? Чего я только от тебя не услышал! Ты отчитывала меня тридцать минут! И каждый раз говорила грозно-грозно: «Мистер Обсерван!» и глаза прищуривала, словно собиралась ими выстрелить. И знаешь, что? С тех пор я ни одну папиросу не скурил. Так что спасибо тебе. Я ведь и сам хотел бросить.

– А помнишь, когда ты училась на первом курсе, – перехватывает Ризар, – меня поставили вести у вас пару? Я плавал в теме, но старался говорить что-то умное. А ты каждые две минуты поднимала руку, задавала вопрос или исправляла меня. И я сказал тебе: «Вы желаете провести лекцию вместо меня?». Я думал, после этого ты заткнёшься, но ты встала, подошла ко мне, развернулась к студентам так важно, что я почувствовал себя никчёмным, и продолжила с того места, на котором я остановился. Только ты говорила грамотно, подробно и точно, и при этом ни разу не заглянула в записи. Ты блестяще провела вместо меня лекцию, и на следующем занятии в другой группе я пожалел, что там нет такой же мисс Дайлиш. Это, кстати, была моя первая практика в академии.

– Забавно, – ухмыляюсь. – А расскажите ещё что-нибудь.

Ризар дёрнул висящую ручку, карета остановилась.

– Прогуляемся?

За окном то же место над озером, где мы уже однажды гуляли. И мне снова захотелось пробежать босиком по траве.

Я сняла обувь, бросила её около кареты, подстрекательно посмотрела на мужей. Они нехотя, будто под принуждением, стащили ботинки. А дальше мы побежали вниз. По траве и мелким цветочкам. К самой кромке воды.

Я присела на выступ над озером, обхватила колени руками. Больше никаких слёз, никакой тоски. Прошлое не имеет значения. Важен лишь этот миг. Тот самый, в котором я нахожусь сейчас.

Над водой вспыхнул полупрозрачный шар, затем ещё один и ещё. Они закружились, рисуя световые узоры над водой.

Тиалт, как и Ризар, поднял руку, и появились новые шары. Однажды я уже видела такие. Тогда в уборной Тиалт создавал их неосознанно, а сейчас демонстрирует свою силу. И она не уступает мощи самого выдающегося десублиматора – Ди-Эмари.

– А правда, что ты первым начал использовать облака для атаки? – спрашивает Тиалт.

– Не для атаки, а для защиты. И не совсем облака, а воздух вокруг них. У нас не было оружия, но тучи на небе висели постоянно. Я направлял в них все свои силы, десублимировал ледяную оболочку, а трансферы раскручивали и перетягивали сгустки в сторону Тёмных вод. Одна туча накрывала несколько кораблей, не давая врагам ни шанса на спасение, – в голосе Ризара сквозит сожаление. – Разрешение на это я получил уже после того, как погибли тысячи мирных жителей. Мне повезло первому найти способ уничтожить врага, но сам я этим не горжусь.

– Это гениально, – благоговейно говорит Тиалт, и я впервые слышу в его голосе незамаскированное восхищение в адрес Ризара.

– Уничтожение людей гениальным быть не может, – ректор печально склонил голову, и разговор продолжился лишь спустя время: – А ты почему прячешь свою силу? Твой потенциал гораздо выше, чем заявленные тридцать процентов.

Тиалт пожал плечами и опустил руки. Вместе с тем замороженные шары взорвались в воздухе, не оставив после себя ничего осязаемого.

– Лесси, а ты не хочешь поиграть? Сам ректор дал позволение. Видишь? – указывает глазами на фееричное шоу, которое нам демонстрирует Ризар. Его ледяные фигуры переливаются всеми цветами радуги, танцуют, делая синхронные движения.

Удивительно, но ректор может создавать не только шары, но и изящные человеческие тела. Как раз сейчас перед нами в воздухе танцует трио. Да так танцует, что мне от восторга больно смотреть и дышать не хочется. Лучше любого театра, даже лучше оскароносного фильма.

– Не хочется, – отвечаю спустя время, за которое все забыли озвученный вопрос. Ёжусь от ветра, и это не остаётся без внимания. Мужья одновременно снимают пиджаки и, отталкивая друг друга, пытаются прикрыть мои плечи.

Глава 12

Глава 12

– Лесси, можно? – Тиалт заглядывает в мою спальню.

Я сижу перед зеркалом, чешу короткие волосы.

– Можно, – улыбаюсь. – Вечерний заход «А вдруг даст?». Да, Тиалт?

– Просто хотел узнать, как ты. У нас завтра на третьей паре практическое занятие с тобой. Хотел убедиться, что ты в норме.

– Всё в порядке, – встаю, иду к кровати. Мой лёгкий халат не запахнут, а под ним ничего нет, так что я вызывающе щеголяю перед голодным парнем. – Хочешь чего-нибудь? – становлюсь на колени на кровати, скидываю с плеч халат.

– Хочу… Но ты уверена? Сегодня был непростой день, я всё понимаю. Могу сделать тебе массаж или что захочешь.

– Я хочу несколько мощных оргазмов, – маню парня к себе, он медленно подходит, и я тяну его за короткий галстук. – Разрешаю делать со мной всё, что тебе хочется, если в результате я буду кончать.

– О-о-о, Лесси, – стаскивает галстук, рубашку, быстро избавляется от брюк, – ты будешь кончать непрестанно, обещаю, – обхватывает мою тонкую талию, притягивает к себе. – Ох, какая же ты сексуальная…

Короткий стук в дверь, и Ризар входит, не дождавшись ответа.

– Лесси, я хотел убедиться… – прокашливается, – что ты в порядке. Завтра в академии начинается месяц практических занятий, а ты сегодня не тренировалась.

Ризар старается говорить по-деловому, но голос его предаёт, проседает. Через плечо Тиалта вижу, как он ослабляет затяжку на шее.

– Лесси, я могу остаться?

– Да, – отвечаю стоном, потому что Тиалт склонился к моей груди, посасывает сосок, пальцами уже исследует мои половые губки. – Не спеши, Ти. Хочу растянуть удовольствие.

– Ты же сказала, делать всё, что я хочу.

– Да, сказала… Ладно… Делай всё, что хочешь.

Тиалт уложил меня на кровать, подмял под себя. Ризар присел на край, наблюдает, как неумело меня топчет Тиалт. А он уже не сдерживается, раздвигает мне ноги, пристраивает член и толкается в дырочку.

– Слишком быстро. Она не готова, – комментирует Ризар.

– Ты не готова, Лесси? – спрашивает меня, а я подмахиваю ему, надеваюсь на стоящий член. Идёт слабо, немного по сухому, но сейчас мне подходит и так. – О да… Сделай так ещё…

Покачиваю бёдрами, и член увереннее скользит внутри. Смазка распределяется после каждого движения, и мне уже не трёт.

Тиалт двигается активнее, его ягодицы сокращаются под моими пальцами. А мои ступни вскинуты вверх. Мне приятно, что юный красавчик так быстро меня имеет. В нём чувствуется скопившийся голод, и он почти не ласкает меня, только вставляет до тупика.

– О-о-о, да-а-а, – Тиалт кончает, крепко втаптывая в меня сперму, покрывает моё лицо поцелуями. – Извини, что так быстро, Лесси. Я сильно тебя хотел. Я немного отдышусь и вылижу тебя.

– Давай, – улыбаюсь, а он сползает с меня, ложится рядом и смыкает наши пальцы в замок.

– Лесси, – Ризар привлекает внимание, – хочешь, я тебя вылижу?

– Хочу, но позже.

Поднимаюсь, толкаю Ризара в грудь, залажу верхом. Из меня вытекает сперма, но я это игнорирую, насаживаюсь на член Ризара. Он заметно больше, ощутимо растягивает меня, но входит без заминки.

Приподнимаюсь на мужчине, упираясь ладошками в грудь, опускаюсь, затем снова приподнимаюсь.

– Вот так, Лесси, – Ризар направляет ладонями мои бёдра, подталкивает вперёд, затем назад.

Я не сразу понимаю, чего он пытается добиться, а потом улавливаю и рисую телом волну. На каждое завершённое движение член ныряет в тупик, а при откате выныривает.

Двигаюсь на Ризаре с новой техникой, и сама наслаждаюсь оттого, что теперь я умею как порноактриса. Раскачиваюсь на мужчине с каждым движением всё быстрее. Постанываю, запрокидываю голову и трогаю свои груди. Хочу ощущать прикосновения и поцелуи одновременно везде.

– Лесси, – Тиалт подбирается сзади, обхватывает меня со спины, сжимает груди, целует плечи и шею. Я продолжаю работать бёдрами, то надеваюсь, то сползаю. – Можно вставить тебе во вторую дырочку? – возбуждённо шепчет.

– Что? – с трудом соображаю, о какой дырочке речь.

– В ту же не влезет, ты слишком узенькая, а во вторую да, – боже, как он искушает этим пошлым предложением. – Я осторожно, Лесси. Если будет больно, вытащу. Ты только скажи сразу, хорошо?

– Да…

Двигаюсь, раскачиваюсь, наслаждаюсь. Ризар помогает мне, иногда сам властно перехватывает контроль и резво насаживает меня.

Тиалт наносит масло на ствол, сексуально его растирает и пристраивается сзади.

– Ты уверена, Лесси? – спрашивает ректор.

– Хочу попробовать всё… Пока есть возможность…

Ризар приподнимается, пылко целует меня в губы, ласкает ладонями груди и слегка тянет на себя, заставляя прогнуть поясницу.

Тиалт трёт колечко ануса и прикладывает головку. Мне волнительно, но я не сбегаю, жду проникновения, предвкушаю мощный оргазм.

– Плавно, – подсказывает Ризар, и Тиалт толкается в мой второй вход, растягивает и после короткого дискомфорта проскальзывает в глубину.

Мы втроём замираем, привыкая к новым ощущениям. Тиалт благодарит за что-то вселенную, Ризар закатывает глаза. А я даже дышать перестала.

Сама начинаю двигаться между мужчинами. Их члены скользят внутри, надавливая на все мои скрытые точки. Сначала один глубже, затем второй. А когда они подхватывают движения, толкаются в глубину одновременно, и я вскрикиваю от остроты ощущений. Мужья останавливаются, но я прошу продолжать.

Спустя три минуты члены активно вдалбливаются в меня. Настолько слаженно, словно это отрепетированный танец. Я разрываюсь от ошеломительных ощущений, не хочу останавливаться и в то же время не хочу, чтобы оргазм лишил нас долгого наслаждения.

– Ещё… – молю своих мужчин. – Пожалуйста, ещё…

Ризар ложится и тянет меня на себя. Теперь мы в горизонтальной плоскости, а Тиалт трахает меня сзади. Синхронно Ризар натягивает меня на себя, и я начинаю дрожать. Больше нет ни единого шанса оттянуть оргазм. Я ощущаю его прибытие и оповещаю мужчин рваными вскриками. Голодные самцы с силой вдалбливаются в меня, больше не сдерживаются, не осторожничают, гонят на всех парах в нирвану.

Им в удовольствие иметь меня столь извращённо и бесстыже. Им тесно и вдвойне приятно от ощущений, которые дарит второй член, быстро снующий в моём тесном кольце. Мужчины не признаются, что доставляют друг другу такое же удовольствие, как моя киска им обоим. Но я знаю их тайны. Они захотят это повторять чаще, захотят тереться друг о друга внутри меня.

Под череду дерзких, неуловимых движений я кончаю. Звонко и почти оглушительно. Моё развратно использованное тело извивается между мужчинами, бьётся в тряске и сжимается.

Мужья от моих бешеных сокращений обильно кончают. В их громких стонах столько эмоций и удовольствия, что меня тянет широко улыбаться.

– Охрененно, – говорит Ризар, не выпуская меня из захвата, и я остаюсь лежать на нём.

Тиалт ложится рядом на бок, не отпускает мою липкую ягодицу, любовно целует в плечо.

– Ты прекрасна, Лесси, – шепчет, – верь не верь, но я уже тебя люблю.

– Ты любишь секс, Ти, а не меня.

Сползаю с мужа, иду приводить себя в порядок. Пока смываю следы секса, в ванную заходит Ризар, моется под душем. Мы не разговариваем, но бросаем друг на друга короткие взгляды.

Я выползаю из ванны, слегка вытираюсь, смотрю на себя в зеркало. За спиной проходит Ризар, а поймав мой взгляд в отражении, останавливается. Походкой порока подходит вплотную, вжимается в меня железным членом. Две мощных руки властно фиксируют меня с двух сторон.

Я вижу наше плывущее отражение со всех ракурсов. Ризар вжимается в меня, хищно ведёт носом по изгибу шеи, голодно дышит. Ни слова. Только взгляд в отражении.

Ризар сгибает ноги и нахраписто раздвигает мои ягодицы. Ладонью давит на спину, заставляя оттопырить попку, и я послушно выполняю его наглые требования. Он вставляет со стоном и быстро разгоняется. Спешит так, словно я последний экспресс, а ему срочно нужно добраться до конечной.

Вколачивается в меня с дикой страстью, почти до боли сжимает розовые ягодицы, изредка ласкает подрагивающие груди, но бёдрами двигает в стабильном ритме. Я не успеваю вскрикивать, неразделимо мычу и хватаюсь за раковину. Всё это с неуклонным взглядом в глаза.

Мы наблюдаем, как в отражении со звериным пылом соединяются наши тела. Это не секс, а грубое завладение с несмываемой печатью «моя».

Ризар останавливается, приподнимает меня и переносит ближе к ванне. Заставляет наклониться и больше раскрыться для него. В этой развратной позе нас застаёт Тиалт, но я отмечаю это вскользь. Ризар продолжает вбиваться в меня, используя мою талию как вожжи. Он просто натягивает меня на свой член, а я болтаюсь по инерции.

Тиалт подходит ближе, приподнимает мой подбородок. После короткого взгляда в глаза вставляет мне в рот, двигается с наращиванием темпа. Сзади меня качает Ризар, спереди имеет Тиалт. А я вся превращаюсь в сплошное наслаждение.

Ни Элесии, ни Олеси больше нет в этом теле. Только чувственность, разнузданная страсть и полный отрыв от реальности.

Мужья кончают, заливая меня со всех сторон, а я кончаю с криком, похожим на болезненный. Оседаю на пол около ванны, но Ризар подхватывает меня, пересаживает в каменную чашу, включает воду и поливает всю меня теплой водой.

Я не поднимаю голову, боюсь посмотреть в зелёные и голубые глаза. Сейчас мне видеть их нельзя. Если в них будет что-то тёплое и любовное, я могу подумать, что между нами нечто большее, чем партнёрство. Я хочу этого, но не могу себе позволить. Я попросту нахалка, смеющая отщипывать чужое счастье.