Текст книги "Мой первый. Игрушка Зверя (СИ)"

Автор книги: Мила Дали

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 5

Он неспешно спускается.

К нему подходят двое других охранников и, встав по бокам, расчищают дорогу через танцпол.

Меня бросает в жар, когда понимаю, что мужчина в черной маске направляется ко мне.

Может, ему не понравилось, что я так долго на него смотрела?

Сердце забилось чаще, и я, поборов желание убежать, просто отворачиваюсь, слегка прикрыв лицо волосами, будто это могло сделать меня невидимкой.

Замираю и перестаю дышать, краем глаза замечая, как рядом на полированную поверхность барной стойки ложится мужская рука. Широкое запястье, смуглая кожа, темные волоски…

– Доброй ночи, – слышу вибрирующий на моем затылке голос.

– З-здравствуйте, – лепечу, слегка поворачивая голову и выхватывая взглядом лишь край плеча.

– Как тебе клуб?

Вопрос ставит меня в тупик, потому что сложно поверить, что человека такого уровня может интересовать мое мнение, как и в то, что он в принципе заговорил со мной.

– Чудесный, – отвечаю робко. И сразу обозначаю на всякий случай, что нахожусь здесь не одна: – Я с подругами отдыхаю.

– Да, я видел. Заметил, еще когда ты была на сцене.

Кровь моментально приливает к щекам.

– Танцор застал меня врасплох.

– Не переживай, ты смотрелась достойно.

Вижу бармена, безмолвно застывшего напротив нас.

– Мне, пожалуйста, воды, – прошу слишком звенящим голосом, как-то неестественно, за что мысленно корю себя.

А все потому, что по спине жаром хлещут волны от того, как близко ко мне стоит мужчина.

– С газом, без? – вежливо уточняет бармен.

– Любую!

Не проходит минуты, как передо мной стоит стакан с кубиком льда. Я протягиваю бармену карту, но крепкая рука с проступающей сеткой вен вдруг делает жест, и бармен отходит, не взяв с меня платы.

Вцепившись напряженно двумя ладошками в стакан, я трусливо оборачиваюсь, вжав голову в плечи, и натыкаюсь взглядом на широкую мужскую грудь. Сердце ухает в пятки.

– Пройдемся?

– Куда? – растерянно блею.

– Туда, где не так шумно. Не люблю суету.

Интересно… Он спросил мое мнение о клубе, эти громилы по бокам, бармен, стоявший по стойке смирно в ожидании заказа и испарившийся после одного жеста руки… Может быть, этот мужчина в черном и есть тот самый владелец, которого Инна придыханием называет вулканом?

Может, рискнуть и спросить его самого? Или это слишком глупо?

Хотя глупее я себя вряд ли уже почувствую.

И почему он подошел ко мне?

Мужчина взмахивает рукой, пропуская меня вперед, а едва делаю шаг, уже идет рядом. Свободный коридор, который создают для нас охранники среди извивающихся на танцполе тел, ведет прямиком к лестнице.

Наверху тихо. И воздух свежий.

– Здесь нам никто не помешает, – толкает мужчина дверь.

Все еще держа перед собой стакан, робко вхожу в кабинет, оформленный в приглушенных тонах. Рядом со столом возвышается спинка внушительного кожаного кресла. На стенах кроме картин в строгих рамах висят мониторы, транслирующие все, что происходит в клубе.

– Это ваш клуб? – все-таки решаюсь спросить.

– Да, это мой «Ад»…

Во мне что-то обрывается.

– …Присаживайся.

Вздрагиваю от низкого бархатного голоса.

Послушно опускаюсь на край кожаного дивана коньячного цвета, не в силах совладать с дрожью в коленях.

Что я здесь делаю? Зачем он привел меня сюда? Зачем я пошла?

Мужчина садится за стол, нажимает на какую-то кнопку и смотрит только на меня.

Стать и уверенные движения выдают привыкшего повелевать человека. Дорогая рубашка идеально сидит на его мощной фигуре. Скрытое маской лицо заставляет теряться в догадках, как он выглядит.

Взгляд невольно падает на небольшую татуировку на его предплечье – римские цифры. Несомненно, они что-то значат, что-то очень личное, возможно, даже сакральное.

– Сними маску.

Принеси, подай, скройся, не мешай… сними маску. Жизнь выдрессировала меня, потому на чистых рефлексах ставлю стакан на низкий столик и развязываю ленты.

Мужчина клонит голову набок, рассматривая мое лицо. Становится не по себе, потому что свое он не показывает и я не могу понять его эмоции по его глазам.

– Как тебя зовут?

– Алисия, – негромко отвечаю, сжимая маску похолодевшими пальцами. – А вас?..

Но свое имя он не называет.

– Чем ты занимаешься, Алисия?

Мысли лихорадочно мечутся в поисках вариантов.

Запретный – сказать, что я прислуга. Когда люди узнают об этом, они начинают относиться ко мне как-то снисходительно, их взгляды становятся высокомерными, иногда презрительными, или сочувствующими, хотя часто эти люди сами ничего собой не представляют.

Поэтому я нахожу другой вариант, не так давно выдуманный:

– Я художница.

– И как у нас сейчас живут художницы?

– Не жалуюсь.

Нас прерывает тактичный стук в дверь.

– Войди, – позволяет мужчина.

В кабинет входит официантка с подносом. Молчаливо ставит рядом со мной на столик бокал с шампанским, клубнику в хрустальной креманке и быстро уходит.

Удивленно смотрю на бокал, потом на мужчину и не спешу пробовать угощение.

Хозяин «Ада» встает.

Дискомфорт, восхищение, опасность – эмоции накатывают лавиной, мне не хватает воздуха.

Сердце замирает… и срывается в бешеный галоп, когда мужчина подходит ко мне. Я вдыхаю его аромат – бергамот, сладкий шоколад и… что-то неуловимо-животное, будоражащее, заставляющее каждую клеточку моего тела отзываться.

Теплые пальцы касаются моего подбородка, и по коже проносится электрический разряд. Мужчина приподнимает мое лицо, вынуждая смотреть на него. Я вижу его глаза, вспыхнувшие, как угли.

Сглатываю сухим горлом, приоткрываю губы и делаю рваный вдох. Тело откликается раньше, подчиняясь чужому молчаливому приказу прежде, чем я успеваю осознать, что встаю с дивана.

Глава 6

– Твоя жизнь станет интересной и многогранной, если ты найдешь себе влиятельного покровителя.

Слова ударяют по сознанию набатом, вырвав меня из оцепенения.

Покровитель? Мне? Неужели он говорит серьезно?

Эта мысль кажется настолько невероятной, настолько пугающей, что разум отказывается ее принимать.

Он отпускает мой подбородок, но жар от его прикосновения продолжает обжигать кожу. Кончики пальцев скользят по щеке почти невесомо, но я вздрагиваю, будто он провел по мне лезвием.

Оценивающее движение…

– Я вас не понимаю.

– Понимаешь, Алисия.

– Вы… хотите меня защитить?..

Я слышу его шумный выдох. Мужчина склоняется ближе к моему лицу, словно хищник, дающий жертве осознать неизбежность ее участи.

Я инстинктивно зажмуриваюсь, когда его пальцы снова вскидывают мой подбородок.

Холод касается губ…

Он целует меня твердыми губами маски, подавляя своей энергетикой.

– И это в том числе, если потребуется. Я дам тебе жизнь мечты взамен на твое полное подчинение. Ты станешь моей прелестной… игрушкой.

Он не просит и даже не предлагает. Это приговор, озвученный с пугающей небрежностью. Он не уточняет, что именно подразумевает под словом «игрушка», но разве нужно объяснять?

Он хочет развлекаться, взяв под контроль мою жизнь. И секс, безусловно, будет частью этой игры, ее неотъемлемым элементом, и далеко не единственным.

Да, моя жизнь – хаос. Да, я уязвима и отчаянно нуждаюсь в деньгах и защите.

Но стать чьей-то вещью, пусть даже роскошной и дорогой, я не смогу.

Мысли о том, чтобы продаться, отвратительны. Наверное, я и в самом деле дура, раз отказываюсь от такого заманчивого предложения.

– Простите, но я… не могу, – шепчу, отчаянно цепляясь за остатки самообладания и пячусь от него.

И тогда он заводит руку мне за спину и резким властным движением притягивает к себе снова.

Упираюсь ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но все тщетно. Он скала. Неприступная твердыня, разрушить которую никому не под силу, тем более мне.

От него исходит что-то, от чего кровь стынет в жилах – жесткое любопытство собственника, получившего в свои руки новую необычную игрушку, пусть даже она не согласна на эту роль.

– У тебя красивые волосы, красивое лицо…

Поднимает руку, прикасается к моей голове, прочесывая пальцами волнистые пряди.

– Не надо, пожалуйста, – сжимаюсь я. – Я не хочу.

– А так? – медленно скользит ладонью по изгибу моей талии.

Я застываю, не в силах даже вдохнуть.

Он опускает лицо, наблюдая за движением своей руки с каким-то хищным любопытством. И от этой его сосредоточенности становится не по себе. Когда его ладонь опускается на мое бедро, он увлекается процессом настолько, что ослабляет хватку.

В эту долю секунды что-то щелкает у меня в голове...

Я, рванув от мужчины, протискиваюсь между ним и большим кожаным диваном.

Мужчина пытается меня остановить, но ладонь соскальзывает с гладкой ткани платья, и его пальцы хватают воздух. Я распахиваю дверь, слыша за спиной разъяренный рык.

Коридор, хрустальная люстра, лестница – все эти детали мелькают перед глазами смазанными пятнами. Лечу по ступеням и только чудом не падаю с лестницы.

Нутро пылает огнем, руки-ноги трясутся. Дышу то прерывисто, то вообще не могу дышать.

Отойдя от лестницы подальше, опасливо поднимаю голову и меня словно бьет молнией, и я едва сохраняю равновесие, покачиваясь на ватных ногах – мужчина стоит наверху на том же месте и смотрит на меня. Только сейчас в его руке моя маска.

Я отмираю и, опустив взгляд, ухожу, от волнения не сразу находя свой столик.

– Ты куда пропала? – спрашивает Лиза, когда я тяжело опускаюсь на диван. – И где твоя маска?

– Девочки… – прячу в ладонях лицо, – это кошмар…

– Что случилось? – встревоженно пододвигается ко мне Инна.

– Владелец клуба здесь.

– Да ладно?! – ахает подруга.

– Он подошел ко мне у барной стойки. Отвел наверх, в свой кабинет, и предложил интимные отношения за деньги и покровительство.

– Чего-о? – Инна давится шампанским. – Алиска, тебе на баре вместо воды абсент, что ли, налили?

– Я не вру! Вон там стоит! – киваю через плечо в сторону лестницы.

– Где?

Оборачиваюсь. На втором этаже уже никого нет.

– Ушел. Но он был там! Он во всем черном, в черной маске.

– Ладно-ладно, верим, – усмехается Инна, чтобы я успокоилась, хотя на самом деле она мне не поверила. Я и сама понимаю, что мой рассказ звучит фантастически. – На вот, глотни.

Немного шампанского мне действительно не помешает хотя бы для того, чтобы унять этот дикий ледяной тремор тела.

– Может, потанцуем? – предлагает Лиза.

– Вы идите, а я не хочу. Пригляжу за вашими сумками, – отказываюсь.

Девчонки уходят, а я то и дело бросаю взгляд на второй этаж. Но мужчина больше не показывается.

Однако я помню мониторы, висящие в его кабинете. Это я его не вижу, а он может наблюдать за мной и сейчас.

Или, может быть, уже подыскивает себе другую игрушку?

Глава 7

– Похоже, девочки, вы сегодня без меня поедете, – с запалом говорит Инна, осушая который по счету бокал. – Но не переживайте, я предупрежу охрану, вас без проблем пропустят в дом.

– Почему? – ошарашенно поворачиваюсь к подруге.

– Видишь того симпатичного блондинчика? – кивает на одного из стриптизеров. – Сегодня у нас явно коннект.

– Что ты такое говоришь, Инна?! – ахает Лиза. – Как это мы поедем без тебя? А как же твой отец? Он же сначала нас сожрет, а потом и тебя.

– Не бойся, дорогая, папа сегодня сам отдыхает. Его не будет еще два дня. Вот я и пользуюсь случаем. Надеюсь, этот перекаченный Арс меня не разочарует. – Инна скользит взглядом по залу. – Алисия, а вон тому красавчику, – говорит о стриптизере, который пару часов назад крутил восьмерки задом у моего лица на сцене, – кажется, ты понравилась…

– Глупости, – фыркаю.

Я не особо тревожусь по поводу планов Инны – у нее на дню сто раз настроение меняется. Ночь еще в самом разгаре.

– Я в дамскую комнату, – встаю из-за стола.

Нажав на слив, выхожу из кабинки. Мою руки под прохладной водой, пытаясь остыть. Мысли снова и снова возвращаются на второй этаж к хозяину «Ада».

Внезапно мое уединение нарушает звук открывающейся двери. Я машинально поворачиваю голову и вижу входящего мужчину. Высокий, жилистый, с суровым лицом, проседью в волосах, в строгом костюме. И маски на нем нет. И он совсем не похож на ошибшегося дверью гостя.

Под ребрами все сжимается от нехорошего предчувствия. Я закрываю кран и пячусь.

– Это женский туалет, – говорю я, надеясь, что слова звучат твердо.

Но мужчина даже бровью не ведет. Не ответив, шагает ко мне, сжимает предплечье стальной хваткой.

– Отпустите! – кричу я, пытаясь вырваться.

Но он сильнее.

Рывками тащит меня за собой и не обращает внимания на мои крики, которые тонут в грохоте музыки.

Вытаскивает из клуба и бросает на заднее сиденье черного седана.

Холодная кожа салона обжигает голые ноги.

Дверь захлопывается, отрезая меня от внешнего мира.

Мужчина торопливо садится за руль, щёлкает блокировка замков.

Машина с визгом трет шины об асфальт, срываясь с места.

Меня парализует липкий холодный ужас.

– Куда вы меня везете? – шепчу я, съежившись.

Молчит.

Мы едем долго. Сложно разобрать маршрут – ночь, тонированные стекла.

– За что?.. – всхлипываю.

Я и правда не понимаю. Я впервые вижу этого человека и не могла спровоцировать его на подобное поведение. Каменею, когда он останавливает где-то машину. Молча выходит, открывает мою дверцу.

Испуганно отодвигаюсь подальше, и тогда мужчина, склонившись, крепко обхватывает мое запястье и силком вытаскивает меня на улицу.

Я вижу высоченный забор из темного камня. Чуть дальше такие же глухие ворота. А вокруг хвойный лес.

Стальные створки распахиваются. По ту сторону нас встречают двое мужчин в темном камуфляже, и я едва не падаю в обморок от ужаса. Колени подгибаются, но мой похититель тут же дергает меня за руку и дает охране отмашку.

– Ясно, – с ленивым вздохом кивает человек в камуфляже, – сама не пойдет.

Они передают меня из рук в руки, как какую-то бездушную куклу.

– Не надо, пожалуйста… – молю я.

Передо мной огромный трехэтажный особняк из такого же камня, что и ограда.

– Шевелись, – подталкивает меня под спину, вынуждая подняться по крыльцу. Открывает дверь, заводит внутрь. Хмуро осматривает меня, как на таможне. – Снимай, – слегка пинает носком грубого ботинка мою туфлю.

Я разуваюсь.

Мужчина проводит меня через огромный холл дальше.

Потолки теряются где-то в вышине, мерцают в свете немыслимо-огромных хрустальных люстр. Пол выложен мраморной мозаикой. Резная мебель в столовой способна вместить не один десяток гостей. Большой камин окружен диванами из светлой кожи. Очень много позолоты, фресок, скульптур.

Даже дом Инны меркнет по сравнению с тем, что я вижу.

Больше всего на свете сейчас хочется сбежать, спрятаться в своей крохотной кладовке, где все знакомо и безопасно. Но выбора мне никто не дает.

Мы поднимаемся на второй этаж.

В конце коридора мужчина открывает какую-то дверь и, втолкнув меня в комнату, с тяжелым стуком захлопывает за спиной.

Оказываюсь в полумраке. Плотные шторы из черного бархата закрывают окна. Красные лампы заливают все багровым светом… Недалеко от окон пилон…

И тишина…

Только стук моего сердца, гулко бьющегося о ребра. Хочу промочить пересохшие губы, но язык как наждачная бумага.

Кровать громадная, с высоким кожаным изголовьем. Пара подушек на матрасе тоже кожаные. А над кроватью с зеркального потолка свисают металлические цепи… толстые и тонкие... Это деталь интерьера такая? Не знаю и не хочу выяснять.

Мне страшно. До одури, до тошноты.

– Смелее, не бойся, – слышу мужской голос прямо у меня за спиной.

Глава 8

Вскрикиваю от неожиданности, подскочив на месте, как от удара тока.

Инстинктивно бросаюсь к двери, толкаю, колочу ладонями по резному дереву – безрезультатно.

– Так она не откроется, – вновь звучит из темноты, и от этого спокойного тона по телу прокатывается колючая дрожь.

Медленно с опаской поворачиваюсь и вжимаюсь спиной в дверь.

В противоположном конце комнаты, там, где меньше всего света, я вижу массивное кожаное кресло, на котором полулежа, широко расставив ноги, расположился мужчина.

Черная рубашка небрежно расстегнута до половины и открывает загорелую грудь, расстёгнутый ремень на брюках поблескивает платиновой пряжкой. А на лице маска… черная, скрывающая две трети лица… Жесткие губы, волевой подбородок.

Мужчина покачивает в руке хрустальный бокал с янтарной жидкостью, и я сразу узнаю этот жест. Узнаю хищную грацию владельца «Ада»…

– Зачем я здесь? – кое-как выжимаю слова.

Он делает глоток, не отрывая от меня взгляда, виски скользит по его горлу, и я невольно тоже сглатываю, засмотревшись на его кадык.

Простая механическая функция, но в его исполнении она выглядит как акт чувственной агрессии.

В груди все стягивается в тугой узел, пульсирующий от напряжения, когда он клонит голову набок и неторопливо кружит пальцем по ободку бокала. Такое движение…

– Мы не договорили, – рокочет он.

– Я… я уже все сказала, – шепчу, ненавидя себя за жалкую дрожь в голосе.

Молчит, но его тяжелый взгляд проникает под кожу. Только когда ставит бокал на столик, стук хрусталя о дерево разрывает тишину. Мужчина плавно, как будто даже лениво, встает.

Паника подстегивает мое сердце колотиться так сильно, что, кажется, слышно его биение. Я отчаянно продолжаю вжиматься в дверь, дыхание сбивается, превращаясь в короткие хриплые вдохи.

Он делает шаг, другой, сокращая расстояние между нами, сжигая остатки моей надежды на спасение. Воздух сгущается, пропитываясь его запахом. Тем самым, что я чувствовала в клубе – терпким и сладким одновременно, запахом неукротимого зверя. Запахом опасности и странного притяжения…

Он останавливается почти вплотную. Кулаками упирается по обе стороны от моей головы, запирая меня в тесной клетке из своего тела. До боли вдавливаю лопатки в твердую поверхность двери, безуспешно пытаясь создать хотя бы иллюзию расстояния между мной и мужчиной.

– Я тебя не услышал, – рычит он мне в висок, опаляя жарким дыханием.

Слова бьют по нервам. Жесткие горячие пальцы ложатся на мою шею, и я вздрагиваю. Проводит снизу вверх, вызывая во мне целую бурю эмоций: страх, непринятие и странное, парадоксальное, пугающее… возбуждение. Мне не нравится это, никогда прежде подобного не испытывала.

Он опускает руку ниже, туда, где платье открывает полоску кожи. Большим пальцем обводит контур ключицы, и меня словно прошибает током. В мыслях всплывает образ зверя, играющего с жертвой перед тем, как убить…

– Нет, не трогайте, – возражаю, но голос предательски превращается в жалкий хрип.

Кожа покрывается мурашками.

Он будто не слышит. Или не хочет слышать. В его глазах горит какой-то лихорадочный огонь, выдающий наслаждение моей реакцией.

В этот момент я для него не человек, а игрушка, созданная для его удовольствия. Эта мысль, такая горькая и унизительная, тяжестью повисает на душе.

– Ты моя собственность, Алисия.

Он заводит руку мне за спину, обхватывает за талию.

Мир накреняется и уходит из-под ног – в одно мгновение я, стиснутая сильной хваткой, оказываюсь в воздухе, будто во мне нет веса.

В каждом движении хозяина «Ада» несокрушимая уверенность. Он несет меня к постели и бросает на кожаный матрас.

Красный свет бьет по глазам, дезориентирует, в ушах шумит.

Я от шока не могу даже пошевелиться, растерянно наблюдая, как мужчина, остановившись у изножья постели, неторопливо расстегивает последние пуговицы на рубашке. Дорогая ткань сползает с широких с четко очерченными дельтами плеч, обнажая сильные руки с тугими жгутами вен и рельефный торс, будто отлитый из бронзы.

Тень крупного тела накрывает меня раньше, чем тот, кто ее отбрасывает.

Мужчина расталкивает коленом мои бедра шире, вклинивается между ними и накрывает меня собой, опираясь на локти.

Я еще никогда не была настолько близка с мужчиной, тем более таким. Слишком тесно, слишком жарко, слишком страшно, слишком будоражаще – всего слишком!

– Нежная, скромная, робкая, – шепчет он, а я только смотрю за движением его губ в полумраке. – Ты способна свести с ума даже безумца.

Он обхватывает мои запястья, сжимает до боли, до головокружения. Одним движением отводит их за голову, лишая меня возможности сопротивляться.

Склоняется к моему лицу и… целует, увлажняя мой пересохший от волнения рот своей слюной. Поцелуй глубокий, сразу с языком – как вторжение без церемоний. Мужчина просто берет то, что посчитал своим.

У него такие горячие жесткие губы. Язык кружит у меня во рту, беспрекословно приказывая ему отвечать. Я чувствую его мятный с примесью горького виски вкус, от которого перехватывает дыхание.

Да, я задыхаюсь, сгораю заживо, все тело, придавленное мужским, пульсирует и дрожит.

– Моя прелестная игрушка, – прорычав в мой рот, сильнее вдавливает в матрас, выжимая мои легкие.

– Апх! – отчаянно хватаю ртом воздух, когда мужчина, прекратив терзать мои губы, опускается к шее.

Царапает кромкой зубов кожу, прикусывает и тут же зализывает место укуса языком, засасывает до жгучей боли. Я выгибаюсь и сбивчиво умоляю отпустить меня, потому что терпеть это невозможно.

И через несколько секунд он отпускает, ласкает краешками губ, давая передышку, чтобы вскоре начать по новой…

Его широкая ладонь накрывает мою грудь, сжимает. Пальцами он подцепляет декольте и чашу лифчика, оттягивает, оголяет грудь. Жадно впивается в сосок губами.