Текст книги "Инициум. Том III (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 12

Во время перехода весь часть мостик накрыла тишина.

Не та которая сопровождает вас в пустой комнате, где все равно слышно дыхание разумных за стеной, или редкие щелчки металла. Здесь звук буквально терял свое направление, терял собственную цель. Древний корабль Первых шёл внутри созданного им пространственного коридора, а в командном центре оставался лишь глубокий гул работающих систем, иногда проходящий сквозь панели пола и отдающий глубоко в костях.

Астерион сидел в центральном, командирском кресле, и смотрел на пустоту напротив себя.

Как правило, в процессе их «жизни» на этом корабле, Ирис обычно занимала соседнюю с ним платформу. Особенно когда пыталась разобраться с энергетическими схемами, разработанными тысячи больших циклов назад, а то и многим больше.

А вот его ученик, Алекс, он предпочитал чаще стоять, даже если вокруг были кресла, и обязательно совал руки туда, куда его заранее, и не один раз, просили не лезть. Бг’лорг же мог устроиться где угодно, включая технические ниши под полом, или какие-нибудь отсеки с проводами. Тем более, если там было достаточно тепло и никто не проверял, что он успел прихватить с собой поесть.

Теперь командный центр был пуст.

Первый провёл ладонью по краю платформы, и под пальцами мгновенно вспыхнули полоски серебристого света, отзываясь на подтверждённый доступ. Сразу за этим перед ним развернулись несколько слоев навигационных панелей. До выхода в реальный космос оставалось совсем немного. Если расчёты не врали, корабль должен был оказаться в одной из систем, которую ещё до его исчезновения контролировал Дом Арквель.

В том, что система всё ещё принадлежала его Дому, Астерион не сомневался. Слишком хорошо он представлял и знал на что они были способны. За столько больших циклов ничего не должно было измениться. По крайней мере из новостей, которые удалось перехватить, он успел понять, что время его отсутствия сильнее сказалось на самой Империи, нежели на имени «Арквель».

Старик убрал карту, вместо неё открывая сохраненные фрагменты архивов. Почти сразу перед глазами появились те странные самые символы. Часть он не мог перевести даже сейчас.

Корабль, конечно, принимал его команды. Но делал это на отдельных уровнях, показывая схемы и разрешая корректировать курс. Вот только стоило сделать шаг в сторону, например, попробовать проверить журналы экипажа, как доступы закрывались один за другим. Кто знает, не исключено, что смогут разобраться дома, но сейчас… у него складывалось впечатление, как если бы мёртвые владельцы всё ещё решали, кому открывать свои тайны.

Чужаку? Нет, точно нет.

Астерион раздражённо усмехнулся.

Он был Первым. Он был Сенатором одного из старейших Домов Империи. Его кровь могла дать доступ к одним из самых закрытых хранилищ, а личный уровень власти когда-то позволял чуть ли не ежедневно видеть Императора. И всё же этот корабль отказывался его признавать. Более того, не будь ученика, он бы даже зайти сюда не смог. Не то что пробовать управлять.

Что касательно Алекса… он просто однажды проходил мимо, и судно его позвало само собой.

Пожилой Имперец вновь вызвал запись, сделанную ещё на планете. Серебристые линии пробежали по тёмной схеме корпуса, затем в центре вспыхнул знак. Тот самый, из-за которого ученик чувствовал корабль даже сквозь толщу грунта. Но при этом о нем он не знал, Как и о том, что тот регулярно изменялся в его присутствие.

Астерион достаточно раз проверял и оборудование, и считыватель, чтобы исключить случайность. Алекс же получал ответы там, где их вообще не должно было быть.

– И кем же ты оказался, ученик…? – негромко спросил он у пустого зала.

Ответом стал всё тот же гул перехода. Раньше он заставлял себя относиться к совпадениям осторожнее. Предполагаемый дом ученика лежала далеко от любых маршрутов галактических цивилизаций, а люди ничего не знали ни об Империи, ни о пузыре, ни о собственном происхождении за пределами одной примитивной планеты.

Но кровь, она то как раз менялась медленнее истории. Порой могло случиться так, что сама «история» уже исчезла целиком, а вот кровь – нет.

Мужчина сосредоточился, и собрав энергию внутри пси-центра, расположенного в голове, пытался вспомнить похожие схемы кораблей, увиденные им давным-давно. Увы, прямых совпадения не было, но принципы, принципы были узнаваемы! Расположение переходных узлов, строение энергетических линий и обозначения возле командных секций. Всё относилось к эпохе, о которой даже среди Первых предпочитали говорить редко.

А именно об эпохе потерянным. К тем Первым, чьи имена исчезли из обычных хроник задолго до рождения Астериона.

Большинство жителей Империи сейчас знали лишь красивые легенды о появлении предков в нынешнем пузыре. Внутри старинных Домов хранились другие фрагменты, неполные и противоречивые. Астерион и сам просматривал некоторую часть, но разве мог он знать всё? Разве могли Арквель знать…?

Ходили предания, что часть их крови ушла из материнского мира в поисках другого дома.

Они ушли так далеко, что однажды от них перестали приходить сообщения. Одни из выживших линий позднее получилось найти, другие вернулись сами, а некоторые растворились среди звёзд, оставив имена героев в списках утерянных и обрывках последних маршрутов.

Никто за пределами сената не знал, но их всё это время искали.

Не огромными флотами и не постоянно. Но старые Дома хранили сведения о собственных потерянных осколках. Иногда на краю обжитого пространства находили колонию или примитивный вид с совпадением крови, после чего поднимали архивы и пытались вернуть забытое имя в родословную.

Астерион всегда считал такие истории редкой удачей, почти красивой легендой для тех, кто любил копаться в прошлом.

До встречи с Алексом.

Он приблизил один из списков, которые помог открыть его ученик. Это были данные об экипаже. Вернее, то, что должно было быть списком. Вместо имён перед глазами стояли разорванные группы символов, часть строк была утрачена, часть закрыта системой. Четыре записи удалось восстановить лишь наполовину, и ни одна пока не содержала привычных обозначений известных Домов.

Но они были, точно были, а значит, существовала возможность раскрыть ещё одну тайну.

Если так получалось, что Алекс, его ученик, происходил от одной из утраченных линий, тогда все можно было объяснить. Например, и то, почему вообще корабль реагировал на его энергию. Точнее, даже не на энергию, а буквально на «кровь». В тот период… системы нередко получали привязку к конкретным родам.

Так что принимая это за правду, всё находило объяснения. Кто-то из предков человека вполне мог летать на этом корабле. Командующий, исследователь или обычный член экипажа. Вариантов, безусловно, оставалось много, но их вполне можно было со временем проверить. Особенно учитывая, что у него остался биологический материал ученика…

Оставалось найти имена экипажа, поднять архивные данные, сопоставить их с информацией по исчезнувшим родословным и домам, а уже после решать, что делать с Землёй. Астерион задержался на последней мысли, и медленно погасил часть проекций. Вот здесь как раз и начиналось самое неприятное.

Потому что если догадка окажется верной, речь шла уже не только об ученике. Так называемые «люди» с планеты Земля, они могли оказаться потомками одной линии, нескольких или чего-то куда более сложного. После такого количества циклов важна была преемственность, а не только чистота крови. Хотя отрицать было нельзя, что и на ней кое-что завязывалось.

Он представил, как Алекс отреагирует, если сообщить ему хотя бы половину правды. Старик не сомневался, что тот сначала не поверит, после чего завалит его десятками, а то и сотнями вопросов. А там уж недалеко и до попытки личного проникновения в архивы Империи.

Астерион невольно улыбнулся после мелькнувших воспоминаний. С ним всегда стоило сохранять устойчивую линию поведения, то есть молчать. Молодой парень и без того воспринимал фразу «туда нельзя» как предложение быстрее выяснить причины запретов, и того, что за ними было скрыто.

Улыбка быстро исчезла, когда мысль вернулась к другому вопросу. Правильно ли он вообще поступил, оставив их самим себе? Астерион откинулся в кресле и прикрыл глаза. У Ирис были какие-то документы и опыт жизни на вольных хлебах, у Алекса… сила, редкий талант, включая тот, который помогал находить проблемы. С другой стороны, не очень хорошо, что он оставил их в диких местах, возможно, надо было дотерпеть до более цивилизованного мира, а может вовсе, оставить рядом. Хотя это могло быть гораздо опаснее.

Из того, что он успел узнать по обрывкам информации, доходящей до этой части пузыря, внутри Империи разразился конфликт между двумя старинными Домами. Один из которых был его. Так что любой, кто узнает о возвращении Астериона раньше, чем он поймёт расстановку сил, попробует использовать все, чтобы найти рычаги давления на сенатора. А узнай они, что у него появился ученик… да ещё на который отзывается старинный корабль Первых. В общем это сулило лишь одни проблемы.

Поэтому решение было правильным. Астерион повторил это про себя ещё десяток раз и тут же недовольно открыл глаза. Если приходится который цикл убеждать в этом самого себя, полностью оправданным такое уже не назовёшь.

– Выживут. – наконец пробормотал он и вернул свое внимание к навигационной голограмме.

В конце концов он оставил им всё необходимое. Были солвары, обучающие материалы, пусть и несколько устаревшие. Какой-никакой корабль с сюрпризом. А ещё подарок в виде Бг’лорг. На последней мысли пожилой Имперец замер, представляя, как Алекс впервые открывает короб, установленный на пилотское кресло, и обнаруживает внутри спящего коротышку, после чего смех неожиданно громко разнёсся по пустому командному центру корабля.

– Надеюсь, ученик, хотя бы за это ты меня когда-нибудь простишь.

На самом деле, Бг’лорг сам напросился, а нечего было постоянно действовать на нервы. Да и дома Астериона не поняли бы, привези он такое чудо с собой. К тому же, как выражался коротышка: «Младший хозяин без него обязательно потеряется и будет плохо есть». По крайней мере скучно им точно не будет.

Веселье прервал мягкий импульс, прошедший через ложемент. По краю навигационной проекции вспыхнуло предупреждение о сворачивающемся пространственном коридоре, и Астерион мгновенно выпрямился, прикидывая, насколько технологии перехода, современные, уступают прошлым. Он совершил прыжок на девять сотен сидеров, и прошел это расстояние в каких-то тридцать циклов. Тот же «Столп Империи» не справился бы и за пятьдесят.

Но из мыслей об утраченных технологиях его вырвал древний корабль, словно проснувшийся вместе с ним. На стенах, вокруг, одна за другой зажглись серебристые и золотые линии, тёмный потолок ушёл вверх, открывая объёмную карту внешнего пространства. Переходные узлы снизили мощность, и знакомое давление на тело появилось быстрее, чем звёзды вернулись на свои места.

Выход оказался чуть жестче, чем он рассчитывал. Все ж таки не все удалось оживить внутри, от чего некоторые системы работали с перебоями.

Пол под ногами дёрнулся, но компенсаторы не запоздали, вовремя включаясь в работу, чтобы обитателей корабля не размазало по стенам. Однако на дальней стене все равно вспыхнула тройка предупреждений. Один из внешних генераторов ушёл в защиту, и снизил мощность. Астерион быстро пробежался по показателям, убедился, что это событие не вызвало каскадный сбой, и только после этого посмотрел наружу.

Звёзды. Нормальные звёзды, не растянутые переходом линии и не пустая глубина между плотными слоями пространства.

Вдали горело жёлто-белое светило. Ближе по плоскости системы медленно двигались метки планет, орбитальных комплексов и тысячи искусственных сигналов. Некоторые сразу начали отвечать на пассивные запросы корабля.

Астерион вдохнул, и не на долго задержал дыхание.

Самым первым пришёл опознавательный пакет систем «свой-чужой». Современный формат отличался от того, что он помнил, но внутри сохранилась последовательность, которую невозможно было спутать ни с чем.

Ключ дома Арквель. Сильно изменённый, обросший дополнительными слоями защиты и служебными полями, однако всё тот же.

– Домой всё-таки попал. – тихо сказал старик, и расправил плечи, как если бы скинул с себя многотонный груз.

К сожалению, эта радость продержалась не очень долго. Приходилось реагировать на то, что его корабль был замечен.

На карте вспыхнуло два десятка меток.

Пятерка фрегатов, и один ударный крейсер, базирующийся в этой системе, моментально сменили курс. А за ними потянулся ещё и носитель. Хорошо что огонь пока никто не торопился открывать. Но вот перестраивались они слишком быстро, чтобы просто проверить неизвестное судно.

С другой стороны правильно делали.

Неизвестный корабль с причудливой конструкцией, возникший без предупреждения и без привычного следа от перехода. Так ещё и внутри закрытой системы. Астерион и сам приказал бы сначала взять в кольцо, а уже потом задавать вопросы.

Старик, не собираясь медлить, активировал внешний канал связи. Помехи прошли полосой, после чего возникли значки, показывающие, что связь установлена.

– Неидентифицированный корабль, говорит Архонтомарин Лурас Митор, командующий сводной патрульной эскадры Дома Арквель. Немедленно прекратить движение, заглушите переходные системы и передайте коды доступа к кораблю, чтобы мы могли проверить его принадлежность.

Голос был достаточно молодой, тем более для звания Архонтомарина, что, безусловно, удивило старика. Но вот некоторая надменность… в общем пожилому Имперцу стоило больших усилий, чтобы не приказать явиться на мостик его судна, для воспитательной затрещины.

Вместо этого Астерион посмотрел на собственное отражение в погасшем участке панели, и пытался оценить вид. Старый комплект парадной брони, поседевшие волосы, лицо, которое вряд ли стало узнаваемое после сотен больших циклов на потерянной планете.

– Все системы заглушены. – начал он. – На борту находится лишь один разумный, для последующей беседы запрашиваю подключение защищенного канала связи.

На той стороне возникла пауза, после которой перед Астерионом развернулась голограмма офицера. Почти одновременно его собственная фигура возникла над центральным постом патрульного крейсера. За спиной собеседника виднелись рабочие места мостика и несколько Первых, уже бросавших злобные, и настороженные взгляды на незнакомца.

– Назовите себя и корабль.

Астерион ничего не ответил. Поднял ладонь и передал зашифрованный персональный ключ, заставив обе проекции задрожать.

Обычный контур оборвался без предупреждения. Спустя фазу обе проекции восстановились уже внутри изолированного канала, который принудительно был открыт со стороны патрульных.

На чужом мостике стало тихо.

– Ч-что вы сейчас сделали?

– Если вам известен ответ, значит ваш уровень допуска значительно выше указанного. Если неизвестен, вам и не положено его знать.

Молодой офицер напрягся ещё сильнее.

Сам же пожилой Имперец выпрямился, от чего его фигура стала значительно больше.

– Меня зовут Арквель Астерион Нариан’вал. – выдохнув, он мимолетно вспомнил прошлое, в котором вел сотни и тысячи кораблей в бой, и с легкой улыбкой продолжил. – Сенатор Империи, и Гранд-Адмирал Перворождённый. Глава Дома Арквель. – он выдержал короткую паузу. – Корабль действующего Имперского кода не имеет.

После его слов все заволокла тишина, а Лурас Митор, до этого общающийся с неизвестным из офицеров связи, только и мог медленно хлопать глазами, буквально не понимая, что он сейчас услышал.

Одна из патрульных меток продолжила сближение, из-за чего древний корабль выдал предупреждение, что его взяли на прицел, и предложил совершить маневр уклонения. Астерион отключил предупреждение. Встречать представителей собственного Дома так… не очень хотелось.

– Неизвестный корабль. – наконец взял себя в руки молодой офицер. – Использование личности героя дома Арквель, числящегося погибшим, является кощунственным, за что мы можем уничтожить вас на месте! – он нахмурил брови и продолжил. – Больше говорить с вами не намерены! Передайте идентификаторы личности и приготовьтесь к высадке досмотровой команды.

– Числюсь? Уже хорошо. – улыбнулся старик.

– Неизвестный борт, повторять требования мы не будем, и, если вы не подчинитесь, через шестьдесят фаз по вам откроют огонь. – офицер, кажется, не понял, шутит с ним собеседник или нет.

Астерион сделал несколько пасов руками, и по памяти ввел ещё один код. Современная система признала полученные данными настоящими, но тут же отклонила его из-за срока давности и устаревших структур допуска.

Вот теперь стало совсем шумно.

– Откуда у вас этот ключ?

– Я его получил примерно за двести больших циклов до того, как родились родители половины вашего экипажа. – хмыкнул пожилой Имперец.

– Правильно понимаю, что вы продолжаете настаивать на том, что являетесь погибшим главой Дома?

– Молодой человек, если вы не можете принимать решения, позовите Наместника системы. – недовольно букрнул Астерион, постепенно теряя терпение. – А то последнее время, что и делаю, так это доказываю свою принадлежность.

Ответа не последовало.

На тактической карте патруль уже сформировал полукольцо. Орудийные системы были готовы, но пока не активированы. Потом голограмма мигнула, а вместо Архонтомарина появился кто-то другой, чуть ниже ростом, и явно старше.

– Неизвестный борт, говорит Митлар Вель, Лорд-Наместник системы. Оставьте руки в зоне визуального контроля и не пытайтесь активировать системы корабля. Мы инициируем запуск расширенных проекций.

Перед Астерионом развернулось окно.

На другой стороне стоял мужчина в тёмном форменном костюме дома Арквель, уже давным-давно не юноша, но ещё и не старик. За его спиной офицеры одновременно слушали разговор и делали вид, что заняты собственными постами, а чуть дальше виднелась яркая, пылающая звезда.

Наместник собирался что-то сказать, но, увидев Астериона, так и застыл с приоткрытым ртом. Сначала взгляд прошёл по лицу, потом по контурам старинной брони, и остановился около груди, где под царапинами виднелись награды и родовая гравировка.

– Этого… этого просто не может быть… – медленно подался мужчина вперед.

– Знаете, сам иногда удивляюсь. – наклонил голову в сторону старик.

– Подойдите ближе, пожалуйста, можете встать и… и сделать пару шагов. – задумчиво продолжал его собеседник, словно повстречавший призрака.

Астерион поднялся с кресла, испытывая любопытство. Свет прошёл по лицу, считывая биометрию, а над ладонью раскрылся герб дома Арквель, окруженный дополнительным контуром, показывая, что владелец является Сенатором.

У мужчины напротив моментально изменилось лицо, и пожилой Имперец понял, что тот видел не только его старые портреты.

– Могли бы сказать… сколько циклов вы уже живете? Мне кажется, что мы с вами встречались… – прошептал старик и задумчиво погладил подбородок, как если бы пытался вспомнить.

Лорд-Наместник несколько мгновений молчал, прежде чем ответить.

– Во славу Первых! – выкрикнул он, ударив себя по груди, и на вбитых рефлексах это движение повторили его подчиненные, стоящие за спиной, так и не успев осознать произошедшего. – Совершенно верно, мы с вами виделись один раз, ваше превосходительство Сенатор! – на лице мужчины расцвела яркая улыбка, прежде чем он продолжил. – Я был ребёнком, в системе Э’эрин мой отец занимался вашей охраной, когда вы прибыли с проверкой оборонных сооружений. Перед вторжением Таронцев. Вы… – он осёкся и резко выпрямился. – Готов нести любое наказание за свою ошибку, Глава Дома. Прошу, только отнеситесь со снисходительностью к остальным.

За его спиной один из молодых офицеров медленно повернул голову, убирая руку от груди, а другой вообще будто перестал дышать, буквально не веря в происходящее.

Астерион почти физически почувствовал, как по кораблям патруля расходится информация. Метки на карте стремительно меняли свой цвет, а первая четверка фрегатов разошлись шире, освобождая коридор. Один тяжёлый корабль погасил активное наведение. Потом второй.

– Во славу Первых, Сенатор Астерион! – повторно произнёс командир, совсем изменившись в лице.

– Во славу Первых. Лорд-Наместник. – мягко, даже по-отечески ответил Астерион.

Мужчина всё ещё смотрел так, словно боялся моргнуть и обнаружить, что древний призрак исчез вместе со странным кораблём.

– Господин сенатор, я… мы… Империя считает вас погибшим. Дом считает вас погибшим. Ваше возвращение… мы просто обязаны немедленно сообщить в командование сектора, сенат и адмиралтейство. Боюсь, что наших сил просто не хватит для вашей охраны!

– Подожди, подожди. – поспешно поднял руки старик. – Не торопись так, и самое главное, не заставляй меня стоять тут несколько циклов ради проверки личности. Я слишком давно не был дома.

– Конечно-конечно, мы уже передаём ваши ключи доступов на высший уровень. Командование Дома будет уведомлено в ближайшее время!

– Не всё командование. – вновь отрезал пожилой Имперец.

Командир замер, как если бы не понимал, чего от него хочет Сенатор.

Астерион же посмотрел на знакомый герб среди бесчисленных современных служебных меток. Сотни больших циклов он представлял возвращение иначе, и в худших ситуациях допускал, что Арквелей больше не существует. Теперь перед ним были корабли Дома, храбрые офицеры, и даже один из тех, кто когда-то его видел.

Пока этого хватало.

– Сенатор? – осторожно напомнил о своем существовании местный наместник.

Астерион поднял взгляд.

– Дайте мне действующие коды для дальней связи Дома. Самый закрытый канал из доступных.

– С кем вас соединить?

Ответ задержался лишь потому, что имя, которое Астерион сотни больших циклов заставлял себя не произносить вслух, неожиданно оказалось невероятно тяжелым.

– С моей супругой. – он медленно выдохнул. – С Ленсой.