Текст книги "Инициум. Том III (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Инициум. Том III

Глава 1

Земля медленно поворачивалась за прозрачной бронёй обзорной галереи, огромная, синяя и всё ещё слишком живая для мира, который совсем недавно едва не погиб от глупости собственных обитателей и алчности иноземных гостей.

С орбиты последствия катастрофы почти не просматривались. Облака скользили над океанами, вдоль тёмной стороны горели крайне редкие россыпи уцелевших городов, а у края атмосферы тянулся тонкий серебристый обод. Только Имперская проекция разрушала красивую ложь. Стоило Альберту изменить спектр, и поверхность покрывалась ядовитыми пятнами. Багровые зоны активности Изнанки, жёлтые области нестабильного фона пси, белые метки поселений выживших и редкие зелёные сектора, где порождения перестали быть постоянной угрозой для местных примитивов.

Зелёного было несказанно мало.

Командор стоял перед сферой, сложив руки за спиной. За последние циклы он успел привыкнуть не только к планете, но и к этой карте. К сигналам бедствия, исчезавшим быстрее, чем подразделения Пламени Первых успевали до них добраться. К тому, как безопасный район за несколько фаз превращался в очаг заражения из-за нового разлома Изнанки.

Позади тихо сомкнулась переборка, но Альберт не обернулся. Листура никогда не издавала лишнего шума, однако её присутствие он давно улавливал интуицией.

– Во славу Первых, Командор.

– Во славу, Арбитр Молчания. Проходи.

Она остановилась справа. На женщине снова был строгий тёмный мундир вместо полевого доспеха. Только на высоком вороте осталась тонкая, длинная царапина, которую Листура почему-то не стала убирать после последней вылазки. Перед ней раскрылся отчёт, и сотни строк быстро свернулись в несколько крупных блоков.

– Основная зачистка идёт быстрее расчётного графика. По государственному образованию местных, переданному нам под стабилизацию, устойчиво контролируем чуть больше двадцати девяти процентов территории. Если считать только населённые районы и транспортные узлы, цифра выше. Но пустые области я включать не стала.

Почти треть. Для его эскадры и, тем более, малых наземных сил результат был хорошим. Всё ж таки обычно задачи имели иной характер, с большим акцентом на космических сражениях и контроле пространства, а не охоте на порождений, спасению выживших и восстановлению инфраструктуры.

– Что по потерям и выжившим? – тихо проговорил Командор.

– Среди Первых тринадцать погибших с начала стабилизационной фазы. Семеро ещё проходят восстановление. У местных точных данных нет и, думаю, ещё долго не будет. По нашим оценкам, в очищенных районах удалось сохранить не больше десятка миллионов людей.

Последнее слово она произнесла после короткой паузы. Альберт посмотрел на неё.

– Во славу Первых, их жертва не станет напрасной. А местные… в масштабах галактики, теперь, по сути, вымирающий вид.

– К сожалению, Командор, это правда.

Теперь он заметил второй слой карты. Вдоль крупных городов тянулись голубые узлы развёрнутых Империей генераторов, специальных медицинских модулей, станций очистки воды и временных баз, которые могли подавлять рост разломов. Рядом с ними появлялись грубые местные обозначения складов, госпиталей и укреплённых зон. Две цивилизации, разделённые бездной развития, уже начали прорастать друг в друга, пусть и неохотно.

– С местными получилось наладить взаимодействие или мы по-прежнему объясняем им каждое действие по три раза?

– С военными проще, чем я ожидала. Они плохо понимают наши возможности, но хорошо понимают приказы. С гражданскими гораздо сложнее. Один синтезатор еды пришлось поставить под охрану после третьей попытки разобрать его и утащить. Некоторые решили, что внутри спрятан запас пищи.

Альберт повернулся к ней и несколько мгновений просто смотрел, надеясь, что эта ледяная женщина просто шутит.

– Они вскрывали устройство, которое создаёт еду, чтобы найти внутри еду?

– Именно. – тряхнула короткими волосами Листура. – Двоим удалось сломать защитный контур, после чего они получили травмы. Несмертельные. Парализатором. После этого объяснения стали восприниматься заметно лучше.

Командор потёр переносицу, испытывая сильную усталость, но вида не подал.

– Ты начинаешь к ним привыкать.

– Нет, я просто выполняю задание. – немного подумав, она добавила. – Если хотите обсудить мою предполагаемую привязанность к местной цивилизации, я подготовлю отдельный отчёт.

– Не надо. – поднял руки в примирительном жесте Командор. – Боюсь, он окажется длиннее основного.

Уголок её губ едва дрогнул. Листура сменила слой проекции. И вместо карты появились схемы человеческих тел, энергетических каналов и десятки графиков. Большинство кривых резко поднимались вверх, а после определённого значения почти выравнивались.

– Есть более тревожная информация. – сказала она.

– Обучение?

– Да. Наши медицинские службы, хоть и не исследователи, но собрали большую выборку из местных. Военные, так называемые одарённые, добровольцы, пережившие прямой контакт с выбросами Изнанки. Картина повторяется почти у всех. На начальном этапе они развиваются ненормально быстро. Иногда быстрее наших детей после правильного Восхождения. Организм жадно принимает энергию, каналы формируются на ходу, тело перестраивается без привычных задержек.

Она увеличила средний участок графика.

– А потом всё упирается сюда, словно проход закрыли.

Альберт сделал пару шагов навстречу и внимательно изучил глазами кривые линии. Почти каждая из них ломалась в одном диапазоне.

– Повреждение центров?

– Нет. – прикрыв глаза, Листура даже не нахмурилась. – Тогда мы могли бы видеть деградацию. Как объяснили, на этом этапе тело считает достигнутое состояние нормой и сопротивляется следующему этапу. Чем сильнее местный пытается продавить развитие, тем больше энергии уходит впустую. Мы получили истощение, судороги и локальные разрывы каналов. Эксперименты пришлось остановить. За исключением нескольких экстремумов. Но о них позднее.

Командор вывел рядом сравнительную модель нормального Восхождения. У Первого энергетическая система формировалась единой сетью. У землян она напоминала конструкцию, собранную во время аварии из того, что оказалось под рукой.

– Значит, как и думали в начале. Массовое Восхождение действительно прошло неправильно.

– Я бы сказала, искалечено. До определённого уровня они растут пугающе быстро. Потом превращаются в энергетических инвалидов. Функциональных, способных сражаться и использовать силы, но с очень низким потолком дальнейшего развития. Если ничего не изменить, большая часть нынешнего поколения так и останется на нём.

Альберт посмотрел на вращавшуюся за схемами Землю. Миллионы существ пережили событие, которое должно было открыть им дорогу к следующей ступени, и вместо этого получили плохо сросшийся перелом всей видовой системы.

– Что будет с их потомством и можно ли исправить нынешнее поколение?

– Рано говорить. – моментально ответила Арбитр. – Возможно, дети унаследуют уже исправленную структуру. Возможно, дефект закрепится. Нынешних псиоников, предполагаем, можно исправить выборочно. Но никак не массово и не на местах. Требуется адекватное оборудование, лаборатории, специалисты по молодым расам и архивные данные Восхождений, чтобы найти подходящую систему. А «Ленса» всё-таки боевой корабль.

Листура свернула графики, оставив один единственный. Линия на нём сильно отличалась, порой поднимаясь рывками, а местами проваливаясь. Но после пороговой зоны снова шла вверх. Альберт посмотрел на Арбитра.

– Один из местных экстремумов, как ты говорила?

– Верно. Одна особа.

– Что с ней не так? Слишком странная структура… – Командор задумался над увиденным, словно вспоминал нечто похожее.

– Дефект частично тот же. Вот только организм не остановился на границе. Он сначала обходит повреждённые участки, формирует новые связки там, где их не должно быть, а потом перестраивает старые.

– Что? – удивлённо переспросил Альберт. – Такое вообще возможно? И насколько это опасно?

– Медики сказали, что очень сильно. Настолько, что я не хочу проверять пределы прямо здесь. Пока непонятно, что произойдёт раньше: структура стабилизируется или сломает носителя. И это как раз я хочу выяснить, возможно, взяв под своё крыло.

Теперь становилось понятнее, зачем и почему одна из аномалий попала в доклад Командору. Листура никогда не приносила ему любопытные случаи просто из любопытства.

– Что ты предлагаешь?

– Инициировать её обучение вне Земли. – и, не дожидаясь ответа, она продолжила. – Здесь мы только испортим результат. Полевые программы слишком грубые. Её нужно вывести из общего потока, провести полную диагностику и дать грамотного наставника, который не станет выправлять структуру под стандарт Первых.

– Я так понимаю, что наставника ты выбрала, верно?

– У меня есть несколько вариантов. – женщина слегка наклонила голову.

– И один из них, разумеется, ты сама. – как бы подтверждая мысли, произнёс Альберт.

– Командор, я ведь сказала, что кандидатов несколько. Не приписывайте мне решения раньше, чем они были приняты.

Альберт хмыкнул и, махнув рукой, сдвинул график в сторону.

– К этому вопросу вернёмся позднее, а пока поговорим про стабилизацию планеты. Сколько времени нужно, чтобы это государство перестало зависеть от постоянного присутствия наших боевых частей?

– Не меньше сотни циклов. – не стала преуменьшать женщина, моментально давая ответ.

– Сотни?

– Только нашими силами, да. Если не расширять десантные когорты, не оставлять корабли на постоянной основе и не получать снабжение из внутренних систем. И речь только об одном крупном участке планеты.

– Это слишком долго, слишком. – скривился Альберт. – У нас другие приоритеты.

– Для мира, где изначально должны были сделать жертвенные камни, и после сорванного Восхождения с массовым вторжением порождений Изнанки – это ещё очень быстро.

– Для нашей эскадры это вечность.

– Именно по этой причине нам не следует оставаться единственной силой, которая работает на этой планете.

Перед ними развернулась Земля. Красные и жёлтые зоны вспыхнули разом, и зелёные участки сразу превратились в редкие островки, с трудом выживающие в океане безумия.

– Что ты предлагаешь?

– Я считаю, что Землю необходимо интегрировать в Империю как можно быстрее. – сказала Листура. – Возможно, под патронажем вашей семьи, и никак не после того, как местные сами разберутся с последствиями. Сейчас. Признать мир находящимся под имперской защитой, сформировать постоянное командование, расквартировать гарнизоны, медицинские корпуса, инженеров и исследовательские группы.

– Идея хорошая. – согласился Командор. – Но Сенат… они будут в восторге, особенно учитывая программу… которая тут проводилась. – тяжело выдохнув, он добавил. – Такой мир потребует огромных вложений ещё до того, как начнёт приносить Империи минимальную пользу.

– Именно по этой причине я и предлагаю взять дому Арквель ответственность за молодой мир. – безэмоционально продолжала Листура. – Сенат, они такое точно переживут. А вы сможете укрепить авторитет, тем более, когда ваш голос в Сенате находится на стороне Императора.

– Листура! – впервые за долгое время Альберт повысил голос. – Это не то, что надо обсуждать, тем более тут.

Женщина мгновенно упала на колено и ровным голосом ответила.

– Готова понести любое наказание. Но… это ведь правда.

Командор прикрыл глаза, задумываясь о чём говорила Арбитр Молчания. Для Империи слово «интеграция» всегда было поводом к гордости, влекущем за собой огромные растраты. Для этого мира оно означало куда больше, чем могло казаться на первый взгляд. Чужие гарнизоны на орбите и поверхности, новые правила, новые дороги, медицину, образование и неизбежное столкновение местных порядков с Имперскими. Альберт прекрасно понимал, сколько сопротивления вызовет даже попытка объяснить людям, что их планета отныне существует не одна. Но альтернатива лежала перед глазами красными пятнами, и спорить с ней было сложнее.

Листура смахнула часть красных отметок.

– Если оставить всё как есть, местные будут умирать ещё десятки циклов. Порождения уже меняются. В нескольких секторах низшие действуют организованнее, чем раньше. Мы нашли следы групп псиархов, которые не лезут в прямой бой, а выращивают вокруг себя кормовые зоны. Через несколько циклов здесь появятся устойчивые владения Изнанки. Потом, руководствуясь снижением потерь, выжигать их придётся с орбиты.

Альберт вспомнил так называемых людей, которых они вытаскивали из разрушенных поселений. Грязные, худые, вооружённые примитивным металлом и всё равно пытавшиеся удержать жизнь в своих руках. Он видел цивилизации, ломавшиеся от куда меньшего. Эти пока держались.

– Подготовь предложение по интеграции. Военные потребности, медицина, снабжение, зоны размещения. Проблему Восхождения вынеси отдельно. И… Сделайте всё это от имени Дома Арквель.

Перед ним сразу вспыхнула метка пакета данных.

– Уже? – посмотрел с улыбкой Альберт на женщину.

– Лгать не буду, я знаю вас давно и не сомневалась, что вы согласитесь.

– А вот вдруг не согласился бы? – нахмурился он, но больше для вида, чем на самом деле.

– Подготовила бы более длинную версию.

Командор успел только качнуть головой, когда дверь обзорной галереи резко раскрылась. Седан Ламир вошёл почти бегом. Для Капитана Оси, который даже во время боя двигался с точностью строевого механизма, одного этого хватило, чтобы разговор мгновенно перестал быть спокойным. Он остановился в нескольких шагах и ударил кулаком по нагрудной пластине.

– Во славу Первых, Командор. Разрешите срочное донесение.

– Докладывайте, Капитан Оси. – ответил Альберт на правах командира эскадры.

Седан посмотрел сначала на него, потом перевёл взгляд на Листуру, под началом которой проводил засекреченную операцию.

– Командор, вас в срочном порядке требуют на мостик. Получен входящий вызов по каналу высшего командования. Идентификация подтверждена трижды. Приоритет выше, чем у Адмиралтейства.

Альберт одним движением отправил пакет Листуры в личное хранилище, поставив напоминание, чтобы направить в совет Дома.

– Кто вызывает?

Седан задержал ответ всего на мгновение.

– Гранд Адмирал Перворожденных, Арквель Ленса Ариантано.

Командор, стоило услышать это имя, моментально ускорил шаг, направляясь к выходу, на ходу кинув за спину фразу.

– Листура, предложение по Земле не закрывай. Вернёмся к нему после разговора.

– Будет исполнено, Командор.

Седан отступил, освобождая проход, и тихо добавил, когда Альберт оказался рядом.

– Связисты сказали, что госпожа Ленса потребовала соединение напрямую через центральный мостик. Без штабного ретранслятора.

Альберт ничего не ответил. Он прекрасно понимал, что фигура такого уровня не выходила на связь без причины. А если для разговора она использовала привилегии своего звания и предыдущих заслуг, значит, причина уже успела превратиться в приказ. Альберт почти машинально открыл общую схему эскадры на внутреннем интерфейсе и тут же закрыл. До разговора гадать было бессмысленно. Его флот и без того последние циклы жил на разрыве между Землёй и внешними задачами, а любое новое распоряжение придётся оплачивать временем, ресурсами и, возможно, жизнями экипажа.

До мостика идти было не так далеко, не больше пары мгновений. По пути Альберт успел заметить, что корабль словно почувствовал изменения раньше него. По коридорам двигались дополнительные группы техников, у грузовых развилок стояли платформы с энергоячейками, снабженцы о чём-то спорили рядом с закрытыми терминалами, но, увидев Командора, все моментально освобождали дорогу.

Створки мостика разошлись.

Внутри всё работало как обычно. Тактические сферы вращались над постами, офицеры вели орбитальные группы малых кораблей, включая редкие группы малых атмосферных ударников, вылетевших с Химеры. На центральной проекции Земля занимала половину пространства. Рядом висели маркеры крейсеров и малых судов.

– Во славу Первых, Командор! – раздалось с нескольких сторон.

– Во славу.

Альберт поднялся на центральный постамент. Перед ним уже горела закрытая пиктограмма вызова с красной окантовкой личного канала Гранд Адмирала. Он задержал палец над активацией, но, подумав, сказал.

– Всем покинуть мостик.

Несколько голов повернулось к нему.

– Командор? – переспросил старший офицер.

– Всем. Управление передать резервному центру. До отдельного распоряжения сюда никто не входит.

– Есть, Командор.

Движение началось мгновенно. Офицеры снимали каналы с личного управления и передавали их в резервный контур. Через несколько фаз мостик, который почти никогда не пустовал, стал непривычно огромным. Последний офицер вышел. Створки сомкнулись. Альберт включил внутренние поля, чтобы их не могли подслушать, на всякий случай проверил изоляцию и коснулся красной пиктограммы.

Пространство перед ним потемнело. Изображение появилось после короткой ряби. Ленса сидела в высоком кресле, но теперь за её спиной не было старой библиотеки и причудливого питомца. В глубине помещения двигались размытые фигуры офицеров, а по стене проходили красные полосы боевого режима. На женщине был тёмный адмиральский мундир со знаками отличия, которые многие современные офицеры видели только в академических архивах. Она смотрела прямо на Альберта.

– Во славу Первых, госпожа Гранд Адмирал.

Ленса медленно и с каким-то недовольством подняла бровь. Альберт выдержал несколько мгновений.

– Привет, бабушка.

– Уже лучше. – улыбнулась женщина, которой по Земным меркам едва ли можно было дать лет пятьдесят. – Внук, собирай эскадру. Ты возвращаешься.

Переспрашивать, куда именно, не требовалось. Если Ленса говорила «возвращаешься», речь могла идти только о пределах Первой Империи.

– Срок?

– Начать подготовку немедленно. Как только корабли будут готовы к переходу, уходишь из системы.

– Что произошло?

Пальцы Ленсы, до этого размеренно стучавшие по подлокотнику, замерли.

– На периферии нескольких наших систем тяжёлая ситуация.

– Насколько?

– Настолько, что я снимаю тебя с операции, которую сама считала приоритетной несколько циклов назад.

Этого хватило. В голове Альберта уже перестраивались мысли, возможные маршруты возвращения и списки кораблей, которые можно забрать, не обрушив земную операцию. Флагман, носитель, тяжёлые крейсеры, большая часть фрегатов. Часть лёгких сил, как и одно полноценное формирование Ордена Пламени Первых, придётся оставить.

– А Земля?

– Что именно?

– Если я уведу эскадру сейчас, стабилизация замедлится в несколько раз, если вообще не развалится. – махнув рукой над предплечьем, перед ним возникли такие же отчёты, которые он сам недавно видел. – Листура оценивает работу только по одному местному государству минимум в сотню циклов. По всей планете положение ещё хуже. Здесь недостаточно сил даже для удержания очищенных зон, если порождения начнут давить одновременно.

– Я знаю.

– Тогда кто останется?

– Альберт.

В её голосе появилось знакомое предупреждение. Он помнил его ещё с тех времён, когда был слишком молод и пытался спорить с ней почти по каждому приказу. Командор всё равно продолжил.

– Этот мир нельзя бросать. Массовое Восхождение прошло с дефектом. У местных повреждена сама энергетическая система. Они быстро растут до порога и потом почти останавливаются. Если оставить их сейчас, через несколько больших циклов мы получим либо мёртвую планету, либо устойчивый очаг Изнанки.

– Вот как. – сощурилась Гранд Адмирал.

– Листура подготовила предложение по интеграции Земли в Империю, и я собирался передать его наверх после проверки. Основная цель – взять колыбель молодой расы под патронаж Дома Арквель.

– Не передавай.

– Почему? – нахмурился Альберт, совсем не ожидая получить такой ответ.

– Потому что всё уже продумано.

Он замер, наблюдая, как бабушка довольно откинулась в кресле. На мгновение по её лицу прошла знакомая и такая домашняя усмешка, совершенно не сочетавшаяся с боевыми сигналами за спиной.

– Ты иногда забываешь, внучок, что не единственный Арквель, способный увидеть очевидное. Землю не оставят. Решение принято единогласно под моей ответственностью. Детали получишь ещё до того, как будешь готов выходить из системы.

– Неужели даже Сенат согласился?

Гранд Адмирал закатила глаза и, кажется, даже фыркнула. Чем удивила собственный командный состав, замедлившийся за её спиной на пару мгновений.

– Я сказала, решение принято.

Альберт покорно прикрыл глаза. Если Ленса отвечала именно так, вопрос с Сенатом либо уже решён, либо Сенату только предстояло узнать, что он согласился без собственного ведома.

– Понял.

На короткие удары сердца между ними возникло почти забытое ощущение обычного разговора. Потом за спиной Ленсы вспыхнул новый красный сигнал. Женщина мгновенно подобралась, взгляд ушёл в сторону, словно она прочитала пришедший пакет прямо поверх связи. Когда она опять посмотрела на Альберта, той самой домашней теплоты в её лице уже не осталось.

– В общем, не тяни с выходом. Я серьёзно.

– Насколько у меня мало времени? – в очередной раз решил уточнить Альберт.

– Если повезёт, достаточно. – такой ответ, пожалуй, он был хуже, чем если бы ему назвали точные цифры. Вот только переспросить шанса не было, и Гранд Адмирал Ленса подняла руку в официальном жесте.

– Во славу Первых, Командор.

Альберт выпрямился.

– Во славу Первых, Гранд Адмирал!

Связь оборвалась. Несколько фаз мостик оставался пустым, а перед Альбертом продолжала вращаться Земля, пока по её поверхности неторопливо мигали разноцветные метки. Местные, так называемые «люди», ещё не знали, насколько близко подошли к моменту, когда их история перестанет принадлежать только им.

Командор вернул управление основному центру и разблокировал двери.

– Старшему составу вернуться на посты. Начальнику штаба ко мне, включая всех Капитанов Периметра. И отдельно пригласите Капитана Оси, Седана Ламира.

Альберт ещё раз посмотрел на голубой мир. Земля оставалась позади, а они не закончили свою работу. Наоборот, глобально та только начиналась. А где-то на периферии Первой Империи уже происходило нечто, ради чего Ленса решила вернуть его ударную эскадру домой.