Текст книги "Земля: Выживание. Том II (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

Голод накрыл не как привычная пустота в животе, а как тяжёлый, тупой звон, раздавивший грудь изнутри. Я даже на секунду перепутал его с откатом от использования энергии. Дыхание сбилось. В висках что-то коротко перестукивалось, а пальцы стали гораздо теплее, чем обычно. Хотелось есть. Нет, не просто перекусить – жрать.

Забавно, однако, с развитием я всё реже вспоминал про еду, организм перестраивался, как это объясняла моя наставница. А тут… как отрезало.

– Вейла, это последствия поглощения кристаллов? – спросил, так и не вставая. Голос вышел хрипловатым, диким. Горло просило хоть какой-то жидкости.

– А ты думал что все будет так просто? – фыркнула она. – В конце, когда ты начал тянуть свою собственную энергию. К нашему общему сожалению, сделал это с некоторым избытком. Но это не самое страшное, что вообще могло бы случиться. – неопределенно закончила она.

– Понял тебя. – выдохнул. – Сегодня продолжать поглощение можно?

– Пока нет. – тут в её голосе появились более серьезные нотки. – Но, чтобы не терять попусту энергию, можем попробовать замедлить их распад. – выдала она важную информацию. – И да, нам бы в идеале получить экранированную емкость для них. Чтобы не беспокоиться о том, что останемся без возможностей для развития.

– Записал и поставил галочку. – буркнул недовольным тоном, она всегда выкладывает важную информацию в самую последнюю очередь. – Добавил это в список дел, идет сразу после «выжить и не накосячить».

– В идеале – в список «прямо сейчас». – проворчала она в ответ, но гораздо мягче. – Ладно. Позже. Все равно мне тебе ещё объяснять, что для этого нужно. Хотя мог бы хоть раз и сам информацию поискать! Но у тебя сейчас дела поважнее: посмотри, что там за пределами комнаты.

Её тон прозвучал не загадочно, а скорее деловито. Я силой воли раскинул сферу. После всего произошедшего, она так и не стала шире, хоть мне казалось, что и должна была. Зато картинка внутри сделалась чище, как будто кто-то протер стекло. Зернистость ушла, контуры собрались в кучу. Звуки слились не в гул, а в отдельные слои: здесь – шелест шторы, там – скрип карниза за окном.

Я сосредоточил внимание на соседней комнате, той самой, где Нюхач устроил у окна наблюдательную зону. И если до этого там был один силуэт, собранный с ровным дыханием, и винтовкой в руках. То сейчас силуэтов было два.

Ноги ожили раньше головы, и я сорвался в соседнюю комнату. Дверь поддалась под напором ладони, но силы я не очень рассчитал, и та гулко хлопнула о стопор.

Меня встретил теплый полумрак помещения, запах каши и тонкая струйка пара над крохотной горелкой. Аня сидела ко мне спиной, чуть согнувшись, одной рукой придерживала кружку, другой – мешала что-то ложкой. Плечи дернулись вверх на резкий звук. И весь мир сразу сузился до единственной линии между мной и ей.

– Аня… – воздух вылетел, словно до этого я держал его в себе сутками напролет.

Она дёрнулась, резко подпрыгнув, едва ли не задев локтем горелку. Я успел поймать её в движение и уже не отпускал. Обнял так, как обнимают самых близких людей.

Прижал со всей силы, мне было страшно. Мне казалось, что она снова может исчезнуть из моих объятий. Все это было похоже на то, как если бы я пытался «вшить» её обратно. Потому что именно мир хотел у меня забрать ученицу. Туда, в объятия, ушёл весь шум дома, гул ветра и даже раздирающий голод. Осталось только дыхание девушки где-то около моей груди.

– У-у-учитель?.. – раздался хриплый голос снизу, с легкой заминкой на первой букве, как тот самый «шаг в пустоту».

– Тсс. – прижал я её к себе ещё сильнее, поглаживая по голове. – Молчи. Я здесь. Слышишь? Здесь.

Я держал её, и только спустя мгновение понял, что держу слишком уж сильно. Кости под пальцами протестующе заныли, плечи жестко упирались в мой торс, и в этот момент она выдохнула, с трудом выталкивая слова:

– У… тель, в-вы м…ня заду-у-шите…

Отстранился от неё ровно на ладонь, чтобы видеть лицо ученицы. Глаза у девушки сверкали, сейчас в них не было лихорадочного блеска. Кожа – не белая, а теплее, чем должна быть у того, кто только что выплыл из провала. Губы хоть и были потрескавшиеся, но больше не отдавали синевой.

– Всё-всё. – сказал уже другим голосом. – Отпускаю. Ты главное больше не уходи так далеко.

– Я и не с-с-собиралась. – едва заметно улыбнулась она и тут же пошатнулась. Ноги ещё помнили постель лучше, чем пол, хоть и не так уж много времени она в ней провела.

Подхватил её под локти, усаживая на ближайший стул. На горелке стояла обычная вода, которая уже успела закипеть. Поэтому спустя минуту, в наших чашках булькал чай. Нюхач, до этого сидевший у окна, кашлянул сухо и предупредительно:

– Тише, командир. Стены тут не самые толстые, мало ли заметят нашу радость. Будет совсем не хорошо.

– Помню. – коротко кивнул ему, так и не оторвав взгляда от Ани. – Бери чай, и присоединяйся к нам.

– Уже. – пробормотал лесник, и накрыл горелку какой-то жестянкой. – И да, я тоже рад, что ты в строю, Аня.

Девушка попыталась что-то сказать, но вместо фразы получился какой-то сиплый звук. Я обхватил её ладонями металлическую кружку. Тёплое железо выровняло дрожь. Она сделала глоток, потом ещё один, и на третьем смогла вздохнуть глубже.

– Как… долго? – шёпотом, будто боялась спугнуть ответ.

– Несколько дней. – тихо сказал я. – Но все равно, важно другое. Ты здесь. А всё остальное подождет.

– Ради этих двух слов ты и рвал жилы? – с каким-то скептицизмом спросила Вейла, но несмотря на это, тон у неё был заботливым что ли.

– Не начинай, пожалуйста. – мысленно ответил девушке. – Ты же сама все знаешь.

– А я что? Я ничего. Я просто тут поплачу в уголке от умиления. – фыркнула она, но мне казалось, что это было больше наигранно.

В процессе перепалки с Вейлой, успел проверить пульс у Ани, он был вполне стабильным, отчетливые шестьдесят семь ударов в минуту. Приемлемо для такой ситуации. Попробовал расширить свою способность на ее организм, чтобы проверить энергетически. И, к удивлению, это вышло совсем без труда. Мне предстала девушка совсем в другом спектре. Из-за чего, грубо говоря, видел линии ее энергосистемы. Пусть по ощущению она еще была слабой, но она, черт побери, была. И была сформирована.

– В-вы же не уйдете? – спросила ученица с какой-то детской прямотой.

– Нет, не уйду. – сказал сразу, приподнимая уголки губ. – Даже если к нам будут ломиться или стучать в дверь.

– Никому не открывайте. – проворчал Нюхач, убирая винтовку на колени. – Вот заладили… Я тут для красоты, что ли?

– Для красоты ты не подходишь. – ответил ему беззлобно. – Ты скорее наш якорь спокойствия, в бушующем океане.

– Ага. Спокойствие – это моё второе имя. – буркнул мужик, но в голосе определялась усталость.

Аня улыбнулась, как будто и не было всех этих дней между жизнью и смертью. Я заметил, как она потянулась свободной рукой ко мне. Неуверенно, подобно ребенку, который учится заново. Подал ей свою ладонь, в которую тут же легли длинные и тонкие пальцы, сильно сжимающие, в попытках проверить, настоящий ли я?

– Вы… – она остановилась, потому что слова слиплись. – п-правда были з-здесь? – я заметил, как небольшие капли падают ей на колени, а по щекам, не скрытым волосами, текли две тонкие дорожки слёз.

– Всю дорогу. – ответил ей с нежностью. – И буду дальше.

Она кивнула, даже не пытаясь спрятать облегчение. К влажным ресницам не липли большие слова. И мне это нравилось многим больше любых тостов.

– Давай ешь уже, развели тут… – вмешалась Вейла с недовольным голосом, но без своих излюбленных театральных пауз. – А то ты так себе болячек заработаешь, как там у вас… гастрит вроде. Неловко выйдет. – подвела она итог своим мыслям.

– Уже. – сказал ей мысленно и вслух попросил: – Нюхач, что-нибудь съедобное есть? Голоден как волк.

– Справа. У тебя под ногой сумка с едой. – отозвался тот. – Я, между прочим, так и думал, что ты первым делом полезешь жрать… то есть, есть.

– О как, приятно знать, что предугадываешь наши пожелания. – не удержался я от смешка.

– Не за что. – хмыкнул бывший лесник. Но я видел, как он с облегчением отвел взгляд от нас в сторону лагеря. Люди, которые давно потеряли своё, редко выдерживают такие картины со спокойствием.

Я поставил на стол какие-то хлебцы длительного хранения. Вместе с ними несколько шоколадных батончиков. А ещё нашлось что-то похожее на брусок с орехами, который быстро разломал на три одинаковые части.

Одну взял сам, а вторую и третью протянул моим спутникам. Девушка послушно взяла, и с благодарностью откусила небольшой кусочек. Жевала вдумчиво, подбирая с губ крошки, как будто это было самым изысканным блюдом. Нюхач же просто взял свой кусок, и закинул его в рот.

Так мы и сидели молча. Наслаждаясь нашим незамысловатым совместным завтраком.

Мужчина коротко доложил, что мимо нашего дома проходил патруль солдат. Ничего любопытного в их маршруте не было. Просто обход периметра. Но, было то, что удивляло. В прошлый раз они так далеко не заходили пешими. Неужели это было связано с той группой людей? Однако эти мысли быстро ушли на второй план, потому что и без того было что обсудить.

Вечер подкатил за нашими беседами стремительно, как вода в подземном лотке. Небо вытянулось чистым стеклом – без единого облачка. Из-за крыш ползла ровная, сухая синева, и через пару минут её уже прорезали мириады звезд. Не жёлтые, не праздничные, скорее холодные, похожие на рассыпанную соль по черной железной поверхности. Свет от них был ярким и притягательным, казалось что город купался в лучах, и светился сам по себе.

Аня заснула очень быстро, это было не мудрено, после всех событий, она ещё долго продержалась. Я уложил её на кровать, подсовывая под ноги сложенное одеяло.

На секунду задержал ладонь над местом, где по идее у неё должен был проступить символ стадии. Об этом мы ещё поговорить не успели. А раздевать девушку было бы не очень тактично.

Но меня порадовало, что был отклик от силы. Пусть и тихий. Потом прикрыл дверь так, чтобы она не щёлкнула, и вернулся в комнату, где Нюхач уже устроился у окна на привычном для себя посту.

Город подтянулся следом за нами, он явно хотел напомнить о себе. Где-то около шахт лифта позвякало – звук прошёл вниз, скатываясь куда-то на глубину, где его уже не было слышно. Первой ассоциацией был стеклянный шарик, который подростки кинули, чтобы проверить, насколько там глубоко.

Ветер ткнул в раму, и стекло в лоджии ответило тонким дребезгом. Снаружи, через улицу, лагерь так же проживал свою жизнь. Опасливым шёпотом разговаривая с постояльцами, чтобы, не дай бог, не разбудить какую-нибудь тварь.

Я присел на край стола, рядом с компаньоном. Звёздный свет распластался по подоконнику и тонкой лентой уходил на пол. В нём всё казалось более выпуклым: потёртость на ламинате, царапины на ножнах, пыль на спинке стула.

– Что ж, пора идти. – сказал я негромко.

– Куда ты в этот раз собрался? – не оборачиваясь, спросил Нюхач. Он видел меня боковым зрением, и этого ему хватало.

– Ближе к ним. – кивнул я в сторону лагеря. – Хочу раздобыть информации, если получится, может и узнать откуда они, и куда двигаются.

– Опять сам пойдешь? – в его голосе были некоторые недовольные нотки, но он старался их не показывать.

– Да, пока один. Ане ещё многому надо научиться, а уходить вдвоем с тобой, чтобы оставить её? – я покачал головой. – На такое не пойду.

– Понял тебя, командир. – повторил он и всё-таки повернул голову. – Сигналы на случай опасности?

– Нет времени о них думать. – меня радовали его предосторожности, но сейчас с этим было тяжко. – Да и если что, думаю, ты поймешь. – я повернулся в сторону выхода, и решил добавить. – Но если они будут резко сниматься с лагеря, следуйте за ними.

– А ты? – спросил тот.

– Если что, думаю, смогу вас найти.

– Хорошо. – кивнул бывший лесник. – Запомнил. И это, командир… не спорю, скажу банальность: будь аккуратен.

– Обязательно. – сказал ему. – Мне сейчас явно не до красивых смертей.

– Это радует. – губы у него дрогнули в сторону, похожую на улыбку. – Мне они тоже не нравятся.

– И мне. – подала голос Вейла, лукаво дёрнув занавес в голове. – Я вообще против смертей, особенно твоих.

– Ты в меня не веришь⁈ – спросил у неё, стараясь скопировать интонацию, с которой девушка ко мне ворвалась.

– Алекс! – чуть-чуть подняла она тон, с некоторой долей веселости. – Конечно же я в тебя верю. Но могу ведь и переживать, верно?

– Понял, вопрос риторический.

Я накинул на себя маск-халат, несмотря на теплые вечера и начинающееся лето, в нем было вполне себе комфортно. А на спину, по старой доброй традиции, нацепил рюкзак.

Не забыл проверить и свой клинок. Гладкое движение, звон металла и привычная тяжесть, оттягивающая руку, никаких неожиданностей не случилось. Шнурки на обуви затянул посильнее и поплотнее. Не хватало мне в горячке боя споткнуться, и рассмешить всех противников.

– Всё, давай, следи в оба глаза. – сказал Нюхачу, когда уже полностью собрался.

– Смотрю я, смотрю… – глухо отозвался тот.

Вышел в коридор. Лестница приняла меня со всей аккуратностью и почтением. Тут не было мусора, за исключением осколков стекла, которое где-то выбило. Лампочки, естественно, не горели. Как и не работали лифты вместе с другой электроникой.

Когда я бегом спустился вниз, на площадке третьего этажа, в дальнем углу увидел что-то мелкое. Это не было похоже на монстра, скорее какая-то мышь, или большое насекомое? Удивительно, что они вообще выжили и смогли приспособиться. Хотя с этим у них, по логике, гораздо лучше, чем у людей.

Дальше шел на носках. Осколки поддались, как ледяная крошка, и я сразу ушёл в тень, к выходу. Снаружи встретила вечерняя прохлада, и запах деревьев. За пару месяцев, как машины перестали выбрасывать отходы в воздух, тот сильно очистился. Это не могло не радовать, но, пожалуй, других плюсов не было.

И, хоть ещё не наступила полноценная ночь, вокруг все было ясным. Звёзды рассыпали ровный, холодный свет, которого хватало, чтобы не споткнуться о собственную тень. Сфера раскрылась без единого усилия, слоями падая на местность.

Старый маршрут, по которому я в прошлый раз проникал на их территорию, тянулся привычной дугой. Через проезд к торцу здания, потом вдоль стены, и прямо на козырек.

Я уже был прямо напротив, когда мне вернулось невесомое ощущение. Кто-то очень аккуратно перекрыл мой ход сверху. Там были как сигнальные приспособления, так вполне себе и летальные. Нечто похожее на растяжку.

– Обойдем? – тихо спросила Вейла. – Или думаешь, что сможешь пройти?

– Да я бы прошел прямо тут… – так же тихо начал отвечать ей. – Но, не уверен, что знаю как правильно обезвреживать такие ловушки. Если верхнюю ещё обойду, то внизу точно приземлюсь прямо на них. Уж больно хорошо они перекрывают друг друга.

Я присел на корточки, сосредотачиваясь, и начал осматриваться по сторонам. Не может быть, что они перекрыли все входы. У них просто не должно быть столько людей. Слишком большая территория. Значит, есть где обойти.

Свернул в сторону подземной парковки, надеясь, что оттуда смогу попасть внутрь. Рампа уходила вниз двумя широкими дугами. По краям торчали отбойники; один был надрезан и торчал лоскутом, похожий на язык.

Воздух снизу был тяжелее и влажней. Звёздный свет у входа распадался, дальше был только чёрный колодец. Я перехватил ремень, проверил клинок и на шаг замедлил дыхание.

– Алекс, будь осторожнее. – предупредила Вейла с привычной насмешкой. – И почаще обращайся к собственным чувствам. Хоть ты и чувствуешь угрозу интуитивно, но есть и то, что не несет «прямой» опасности. А тут уже твоя чуйка пока дает осечки.

– Убедительно звучит. – кивнул в пустоту.

Внизу был шлагбаум. Сейчас он стоял чисто для вида, помочь кого-то остановить? Явно нет. Обогнул его со стороны, направляясь глубже. Под ногами совсем слегка хлюпала вода, которая ещё не успела уйти после дождей.

На стенах мерцали старые стрелки «P1» и «Выезд». Бетон местами расходился, и вода собиралась в тонкие ручейки, в которых дрожал мой силуэт.

Я двигался вдоль колонн, как вдоль стволов гигантских деревьев. Это было похоже на лес, только мертвый. На некоторых из них виднелись номера секций, на других только облупившаяся от влаги краска. Слева тянулись ряд за рядом пустые места, иногда чередующиеся с машинами, которые не успели отсюда уехать.

Спустя пять минут неторопливого хода, смог наконец выйти к наклонной площадке, Внутри была пара траволаторов, ведущих прямо на верх. А за ними служебная дверь, раскрашенная когда-то в зелёный. Она сидела очень уж плотно и не поддавалась просто так.

Положил ладонь рядом, к замку, пропуская внутрь энергию. Та бодро ответила, показывая схематично устройство замка. А из глубины помещения вернулся отклик, что коридоры ведут в ту сторону, куда мне надо. Поэтому принял решение идти именно тут, и не подниматься в главный зал. Пока что.

Хотел уже расплавить запирающий механизм, как почувствовал приближение патрульной двойки сверху. Они шли прямо в сторону траволаторов. И до меня начал доноситься их диалог.

– … товарищ капитан, так точно… приходил запрос от майора Маркова…

Внутри всё сжалось в один гигантский узел, стоило мне услышать эту фамилию. Все, о чем там говорили дальше – ушло на второй план. А в голове набатом раздавалось лишь:

«Марков»

Глава 5

Фамилия ударила так, как бьют кулаком в солнечное сплетение. Марков. На миг, всё окружение: бетон, сырость, ночной воздух – стянулось в тонкую рамку вокруг одного звука. Сердце сбило ритм, а сквозь пальцы пробежала дрожь.

– Алекс, ты чего так напрягся? – спросила Вейла спокойным голосом. – Ты раньше времени то не надейся, что это тот самый. Всё ж таки фамилия у вас штука повторяемая.

– У нас, это у кого? – отозвался на одном автоматизме.

– У вашего вида, то есть человеков. – хмыкнула она, странным образом сделав смешной акцент на последнем слове.

– Ты права. – отозвался на её доводы, ведь действительно, раньше времени надеюсь.

Служебная дверь, как стояла до этого, так и продолжала стоять. Только после того, что мне довелось услышать, сейчас от неё ощущался холод. Прошлось действовать по новому плану, в замок лезть не стал, просто прислонил ладонь рядом с механизмом, и направил разгоряченную энергию внутрь.

Спустя пару секунд, изнутри, прямо на пол, упало несколько капель расплавленного металла. А дверь поддалась на легкое усилие, и без единого звука отворилась.

– Вот чтобы ты так с самого начала действовал. – одобрила мою работу Вейла.

– Сказала любительница театральных фраз и сценических «па». – вернул ей ответ шпилькой.

За дверью было широкое помещение, и пара узких коридоров, ведущих в разные стороны. Запах тут стоял не самый приятный. Есть у меня ощущение, что тут осталось какое-то количество людей. И, к сожалению, не живых.

Наверху было слышно, как патруль неторопливо уходил в сторону. И где-то в той стороне раздался короткий чих. Я прижался плечом к стене, несмотря на то, что такой необходимости вовсе не было. Если верить моим ощущениям.

Коридор уходил зигзагами вглубь, а низкий потолок неприятно давил. Особенно страдала мораль. На протяжении всего пути, двери встречались в основном с левой стороны. А с правой виднелись стеллажи да полки. На них лежали различные лотки. Одни были пустые. Другие с какой-то проволокой, или рулонами полиэтилена.

Из темноты хода, мой фонарик выловил две параллельные полоски, оставленные тележкой. Выглядело это в этом мире сюрреалистично. Я пошёл в сторону, откуда тянуло свежим воздухом. Очень вероятно, что именно в той стороне и находится выход.

Прошло ещё минут десять, прежде чем коридор вывел меня к фанерной заглушке вместо стеклянной раздвижной двери. Внизу у неё была щель, через неё сюда и проникал свежий воздух.

Я присел, чувствуя, что с той стороны никаких ловушек нет. Аккурат отсюда начиналась внутренняя галерея торгового центра. И, как я понимал, если пойти налево, то там будет центр всего комплекса. Логично что мне надо наоборот, в сторону парковки. Значит идти мне направо.

Когда я аккуратно подрезал фанеру, и наконец вылез из служебного коридора, мое внимание привлек полуразрушенный купол наверху. Часть его обвалилась, от чего под ногами скрипело стекло. Но даже так, звезды, виднеющиеся отсюда, проливались вниз серебристой пылью.

– Алекс, прекрати любоваться звездами. А то тебя даже ленивый заметит. – неожиданно вмешалась Вейла, пусть и с правильной мыслью.

Отвечать ей не стал, и просто двинулся в нужном направлении, стараясь держаться стен, чтобы в случае непредвиденной ситуации – спрятаться за ближайшими витринами.

Продолжал я свое движение на одних ощущениях, скрывая звуки и тени. Фонарик использовать было опасно, потому что луч света во тьме подобен крику. Пришлось снова направить тонкую струйку энергии к глазам. Мир стал контрастнее. Стрелки на стенах вспухли чёрным, как если бы их рисовали маркерами. Края дверей ложились чёткими линиями, швы плитки перестали быть сплошной серой кашей.

Чем ближе подходил к центральному входу, тем больше было пустого пространства. Видимо, ребятки что снаружи, сначала разобрали всё, что было плохо приколочено в непосредственной близости.

Спустя ещё пять минут, я наконец вышел к створкам центрального входа. Они были разворочены, и в большей степени разобраны. Снаружи виднелись яркие полоски света. Которые то и дело разрывали ленты самой тьмы.

– Алекс. – негромко сказала Вейла. – Ты же не попрешь напрямик, я надеюсь?

– Конечно нет. – ответил мысленно девушке. – Попробую по максимуму скрыть свое присутствие, благо способность позволяет хорошо чувствовать пространство.

Прислушавшись к ощущениям, обнаружил, что левее меня дежурила пара бойцов. А рядом с ними, на вышке, был ещё один. Он то и дело работал с прожектором, вглядываясь куда-то в темноту улиц.

Справа, ближе к складу, где мне уже довелось побывать, кто-то тянул небольшую тележку. Колёса прошлись по неровности и тихо заскрипели. В промежутках между палатками у земли висел тёплый пар. Очевидно, что там не утихали плиты и работала кухня. Пахло крупой и чем-то мясным. А ещё дальше, за палатками, шепнула рация. Но я услышал только ответ:

– Принято, Пальма, все сделаем. – голос говорившего был спокойным, казалось даже безмятежным.

Я держался краев. Ещё в прошлый раз приметил, что камеры сосредоточены на наблюдение за внешним периметром. Пользуясь чувством пространства, всё, что попадало в сферу, легко мной идентифицировалось.

– Алекс, а ты точно был добропорядочным гражданином? – с какой-то долей скептицизма задала вопрос Вейла.

– Что ты имеешь в виду? – кинул ей ответ, совсем не понимая куда та клонит.

– У тебя слишком уж хорошие навыки для обычного человека. Ну, по проникновению и воровству…

Но закончить ей не дал, чувствовал, что ещё немного, и я правда так не выдержу:

– Вейла! Это между прочим все из-за тебя. Я вообще не уверен, что ты мне по ночам, пока я сплю, не вшиваешь какие-то дурные мысли.

– Ну вообще-то ты бы понял, будь это так. – насупилась она, и зацокала каблучками вдаль моего разума.

Обошел сначала груду коробок, в которой судя по всему находились их пищевые отходы и мусор. И нагнувшись, пролез под наклоненной стойкой. Дальше заскользил вдоль бочек с водой, оставляя после себя одно дыхание.

В один момент мне уже чудилось, что меня сейчас поймают патрульные, и придется использовать свои силы, чтобы их вырубить, но бойцы не дойдя до меня, остановились. После чего до моих ушей донесся диалог:

– Гребаные уроды, как можно быть такими животными? – раздался голос мужчины, стоящего ко мне спиной. По характерному звуку чирканья, было понятно, что он пытался подкурить сигарету.

– Да… – многозначительно и коротко вторил ему собеседник. – Весь мир катится в задницу, нападают монстры, а эти уроды ещё и убивают выживших.

– Да к черту всё, сейчас бы просто полежать на кровати и залипнуть на пару часиков…

Несмотря на то, что диалог их был не самым информативным, особенно его последняя часть, все равно получилось кое-что да узнать. И, судя по всему, в ту ночь они столкнулись с какими-то бандитами. Что ж, не зря помог.

– Алекс, а не из той же это банды, что и ваш Нюхач? – подкинула интересную мысль Вейла.

– Не знаю. Но может быть все что угодно. – коротко ответил ей, и не задерживаясь, протиснулся между двумя тентами после чего пополз в тени забора прямо к одной из самых больших палаток.

Я вжимался в тень, прислушиваясь к ощущениям. Аккуратно прошелся сканированием по убранству самой крупной палатки, и ближайшим помещениям. Толстый брезент не стал для меня преградой, и все было как на ладони. Особенно несколько фигур, собравшихся за столом в центре.

Хотелось послушать о чем они говорят, поэтому пришлось подползти немного ближе. Выбор пал на место, где юбка чуть-чуть отставала от земли. Лёг так, чтобы моя фигура оставалась в темноте. А сзади очень удачно закрывался бочками из-под дизеля.

Голоса внутри шли низко и деловито, зачастую какими-то непонятными урывками и терминами, которые я совсем не понимал.

– По мед части… – говорил человек, у которого судя по голосу, скоро случится обморок от усталости. – Мы забиты, командир, просто забиты. Тяжёлых двенадцать человек. Если не заберут завтра, то послезавтра мы их будем хоронить. – он сделал паузу. – Одного уже сегодня закатали в мешок. Ещё двадцать человек средних. Их тоже, по-хорошему, обратно. Остальные легкие. Одна радость, что девятки успели притащить хоть что-то.

– Понял. – ответил второй голос, не менее уставший. В нем чувствовались сухие нотки, но несмотря на ситуацию, он не был пропитан отчаянием. – Что по снабжению?

– С едой всё более-менее в порядке. – подключился третий собеседник, судя по тону, он явно принадлежал женщине. Так что собеседница. – А вот с горючкой могут быть проблемы уже завтра. Если ничего не придет с конвоем, то у нас с натягом хватит на то, чтобы уйти обратно. – на этом моменте раздался какой-то слабый шорох, после чего голос продолжил. – По медикаментам вы слышали все от Хана.

– Хан? – раздался неожиданно голос Вейлы в голове. – Не знала, что у вас такие причудливые имена тут есть.

– Ну-ка цыц! – шикнул ей, прислушиваясь к диалогам. – Потом обсудим твои познания в наших именах, дай послушать.

Один из людей постучал пальцем по столу, а следом все заполнила тишина. После чего голос их командира её перерезал:

– Ладно. Значит так. – коротко рубанул он фразы, как будто давая себе время на передышку. – Днем встречаем конвой. В первую очередь грузим людей, потом все остальное. Пальма. – неожиданно выдал говоривший чей-то позывной.

– Командир? – вторил ему тот самый женский голос.

– Эти задачи на тебе. Если не привезут горючки, и пополнение – сразу докладывай. Ясно?

– Так точно! – отрапортовали ему в ответ.

– Если всего этого не будет, то мы должны оперативно сняться с места, и уходим на базу. Поняли?

– Поняли. – раздался дружный хор голосов, после которого вмешался ещё один человек, до этого ничего не говоривший.

– Командир, без приказа уйдем?

– Всю ответственность беру на себя, уверен, товарищ майор нас поймет. – поспешил заверить его голос начальника.

Когда услышал про майора, то очередной раз меня посетила надежда, что это именно тот, о ком я думал. Но из этих мыслей меня снова дернули голоса, продолжающие свой диалог.

– И ещё. – заговорил тот самый, кто почти всю беседу молчал. – Допросили выживших, они наконец раскололись. Их штаб находится тут. – договорил мужчина. Жаль, конечно, что он не озвучил конкретного места, но похоже показал его своим сослуживцам на карте.

– Будут какие-то приказы, командир? Зачищаем?

– Нет. – раздался все тот же сухой голос. – Сейчас в приоритете конвой, и основное задание. Все остальное после доклада, который от нас ждут утром, перед отправкой конвоя.

Внутри прошуршала бумага. Очень может быть, что это кто-то двинул карту или папки на столе. Раздался противный скрежет, двигающегося стула. Но хозяимн с него не встал, и остался на месте, что и показало мне сканирование их пространства.

– По конвою время же не сдвигали? – раздался всё тот же голос их командира изнутри палатки.

– Нет. – пришел ответ. Голос был очень звонким, можно сказать юношеским. Совсем молодой парнишка. – Все пройдет штатно, если не возникнет сложностей.

Дослушать речь паренька я не успевал, потому что рядом со мной прошлись ещё несколько солдат. Они тащили какой-то тюк, и в пол тона матерились.

Чтобы не искушать судьбу, и не быть замеченным, стянул себя глубже в тень, и пополз вдоль брезентовой стенки. Такими незамысловатыми движениями, спустя минуту я обогнул штабную палатку, и оказался рядом с соседствующей.

Та была сильно меньше. Стояла плотно, с утяжеленной юбкой, но на одном углу верёвка сидела не самым идеальным образом: узел сдвинулся в сторону, и кромка оставляла тонкую щель.

Я снова прислушался к ощущениям, внутри никого не обнаружил. Очевидно, что можно внутри переждать высокую активность людей в лагере. Большую часть информации, которая была нужна – уже узнал. Поэтому я спокойно поддел юбку двумя пальцами и скользнул внутрь, оставаясь у стены.

Внутри было темно. Чтобы совсем уж не биться о местное убранство, повторно пустил тонкую нить энергии к глазам. Края тут же приобрели четкие контуры.

Перед глазами прорезалась раскладушка с наброшенным сверху пледом; у изголовья сложенное полотенце, как в казарме. Справа стол, на нем была карта и какие-то бумаги. Рядом с ними маленький блокнот, нож, обмотанный изолентой, карандаш и ручка.

Я присел на стул, стоящий у самого стола, и активно продолжал наблюдать за пространством. Блокнот лежал открытым на чистом листе. Перевернул пару страниц, и на следующей, в верхнем правом углу первого ряда, увидел: «Никаноров Валентин». Перелистнув ещё несколько страниц, обнаружил, что владелец этого блокнота иногда просто писал свое имя, иногда фамилию. Кажется, делалось это чтобы просто не забыть, а как оно вообще, писать.

– Наверное, это их командир. – едва слышно сказала Вейла.

Пока решил отложить блокнот, и осмотреться вокруг себя. Перевёл взгляд на куртку в пиксельном камуфляже. На нагрудной липучке было пусто. Либо у них проблемы с шевронами, либо их просто не носили.

Зато на внутреннем кармашке торчал уголок тканевого патча. Я зацепил его ногтем, вытаскивая на сантиметр. Белые буквы на тёмном фоне гласили: «НИКАНОРОВ». Чтобы было не заметно, что я тут лазил, убрал все обратно, и сделал так, как было до моего вмешательства.

Сбоку, на краю кровати, лежала маленькая папка на клипсе. Я приподнял верхние кромки пальцем, не в силах удержаться, решил заглянуть туда одним глазом.