Текст книги "Индийский лекарь. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Михаил Майоров

Соавторы: Алексей Аржанов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

К сожалению, я не знал всех подробностей произошедших событий в моей семье. Мой дядя был прав, так поступать было нельзя. Но действительно ли прошлый Аджай решил отказаться от общения со своим отцом? Вопрос хороший.

Вполне возможно, что мать была против общения. Настроила своих детей против отца, выставив его виноватым во всех бедах семьи. Достаточно распространенная ситуация, если разобраться. Родители порой используют детей как оружие в своих конфликтах, не думая о последствиях для их психики. Ребёнок оказывается заложником чужой войны, в которой нет победителей.

Не хочу делать поспешных выводов, заочно обвиняя мать, но за короткий промежуток времени у меня появилось к ней слишком много вопросов. Нужно обязательно с ней поговорить по этому поводу. Выслушать её версию событий. Возможно, у неё были веские причины для такого решения.

За всё время нахождения в новой жизни я успел просмотреть все фотографии на телефоне. Но ни на одной из них не фигурировал отец, даже на детских фотографиях. Словно его просто не существовало в жизни прошлого владельца тела. Словно кто-то методично стёр все следы его присутствия. Ни одного семейного снимка, ни одного воспоминания. Только пустота там, где должен был быть отец.

До встречи с дядей у меня было стойкое ощущение, что отец бросил семью, оставив мать с двумя маленькими детьми. А в итоге выясняется, что он всё это время хотел со мной общаться. Значит, правда была куда сложнее, чем казалось на первый взгляд.

– У вас есть номер моего отца? – обратился я к дяде. – Если он действительно хотел бы со мной пообщаться, то мы могли бы договориться о встрече.

Я решил, что лучше сразу перейти к делу, миновав неудобные вопросы. Тем более, у меня не было возможности на них ответить. Не знаю, почему прошлый Аджай отказался от общения с отцом, но я искренне хотел поддерживать связь со своими родителями.

В прошлой жизни мне приходилось пренебрегать общением с близкими людьми. Работа поглощала всё моё время и внимание. Я не готов был наступить на старые грабли. Если мне выпал шанс начать новую жизнь, то прожить её надо без ошибок прошлого. Не допустить, чтобы самые важные люди остались за бортом.

– Слышал бы он сейчас твои слова… – дядя расплылся в искренней улыбке. Глаза его заблестели от невысказанных эмоций. – Увы, он не пользуется мобильным телефоном, поэтому единственная возможность с ним поговорить – это увидеться в реальной жизни.

Неожиданно. Сложно представить себе жизнь в современном мире без сотовой связи. Сейчас каждый человек пользуется телефоном. И не только ради общения с близкими из любой точки мира. Благодаря телефону можно узнать любую новость, происходящую в мире. Можно вызвать такси, заказать еду, найти работу. Телефон стал продолжением руки современного человека.

Интересно будет узнать, почему он решил отказать себе в этом. Сомневаюсь, что это связано с какими-то финансовыми проблемами. Скорее всего, причины куда глубже.

– Почему он не пользуется телефоном? – поинтересовался я.

– Я пытался донести до него эту мысль, – с досадой ответил дядя, качая головой. – Но он наотрез отказался. Даже слушать не хотел. У меня есть предположения относительно причин отказа от использования мобильного телефона, правда, не знаю насколько они правдивы.

– Так что в итоге? – потребовал я продолжения рассказа.

– Телефон у него вызывает негативные ассоциации, – дядя серьезно задумался, будто заново переживая те события. – Он часто пытался дозвониться до твоей матери после развода, но она не отвечала на его звонки. Просто сбрасывала, даже не давая ему сказать ни слова. Представь, какого это? Звонить день за днём, надеясь услышать голос своих детей, и натыкаться только на холодное молчание? В итоге твой отец просто разбил свой телефон об стену. После этого я не видел, чтобы он пользовался хоть какой-либо современной техникой. Но даже после этого он продолжал писать вам письма. Регулярно, каждый месяц.

– Его можно понять, – я кивнул головой в знак согласия. – Нет ничего хуже, чем видеть безразличие к себе. Особенно от самых близких людей.

– Но это лишь мои догадки, Аджай, – добавил дядя. – Твой отец через год после развода стал вести предельно религиозную жизнь. В свободное от работы время он проводит жизнь в молитвах Богу. Может, отчасти, причина ещё и в этом. Правда, наша религия не запрещает пользоваться новыми технологиями. Я к религии отношусь скептично, но всё-таки знаю об этом достаточно. Ведь твой дед был настоящим сикхом, Аджай! Поэтому воспитание мы получили соответствующее.

Когда я только попал в новое тело, мне часто приходилось слышать вопросы и шутки относительно своей религиозной принадлежности. Это было связано с моей фамилией, которая была распространена среди сикхов. Людей, исповедующих сикхизм. Он представлял собой монотеистическую религию, которая зародилась в пятнадцатом веке в регионе Пенджаб, расположенном на северо-западе Индийского субконтинента. Эта религиозная традиция возникла на стыке индуизма и ислама.

Среди сикхов довольно распространена фамилия Сингх, которую носят преимущественно мужчины. У женщин есть другой вариант фамилии – Каур, что означает львица. Несложно догадаться, что Сингх – это лев.

Шутки или вопросы в мой адрес на работе зачастую были связаны с внешним видом, которому я не соответствовал, хоть и носил эту фамилию. К разочарованию коллег, я не носил кирпан на поясе и дастар на голове. Кирпан – это небольшой кинжал или меч. Дастар – разновидность головного убора в виде тюрбана.

Было бы интересно посмотреть на реакцию пациентов, если бы я явился на приём в таком виде. С другой стороны, мне кажется, что этому вряд ли бы кто-то придал значения в Индии. Но в Российской империи я бы точно всех удивил.

– Думаю, что вы знаете, где живет мой отец? – поинтересовался я.

– Мы живем недалеко друг от друга, когда меня выпишут – с удовольствием устрою вам встречу. Я в отличии от него техникой не брезгую пользоваться! – воодушевлённо предложил дядя.

– Прошло так много времени, что у меня совсем вылетело из памяти, как вас зовут, – я решил объяснить своё незнание его имени. Вышло очень неплохо. – Надеюсь, что вы не будете держать на меня обиду и напомните, как вас зовут?

– Нанак, – ответил дядя. – Ничего страшного. Вполне возможно, что ты меня даже не помнишь, ведь ты был совсем маленьким мальчишкой, когда мы в последний раз виделись.

– Я был на ночном дежурстве, когда вы поступили, – решил рассказать немного о подробностях нашей первой встречи. – Услышал свою фамилию, предположил, что человек в приемном отделении может приходиться мне родственником.

– Подожди, – дядя серьёзно задумался. – Твоя мать всё-таки решила оставить тебе фамилию отца?

А вот это поворот, конечно, интересный. Ведь я даже не интересовался относительно фамилии своей матери. И у нас вполне могли быть разные фамилии.

– Видимо, так и есть! – лаконично ответил я, чтобы избежать потенциально неудобных вопросов, ответы на которых не смогу дать.

– Кхм, но меня больше удивило то, что мы встретились с тобой в больнице, – добавил Нанак. – Никогда бы не подумал, что ты станешь врачом.

Не совсем понимаю, к чему клонит дядя. Создавалось впечатление, словно у меня было совсем другое предназначение в жизни.

– А в чем проблема? – поспешно поинтересовался я.

– Твои родственники по линии матери на протяжении многих веков были связаны с армией, – ответил дядя. – Я ожидал тебя увидеть в военной форме, но явно не в медицинском халате.

Речь шла о кастовой системе? У меня не было времени углубиться в этот вопрос, но кое-что уже успел узнать про это. Профессия человека наследовалась. Если твой отец был ремесленником, то ты вряд ли станешь врачом. С каждой минутой я всё больше убеждался в том, что совсем мало знаю о своей семье, что по отцовской, что по материнской линии.

Про сикхов мне было известно, что они в отличии от других не признают кастовую систему. Может, причина разлада в моей семье произошла именно на этой почве? Обязательно постараюсь узнать об этом поподробнее от матери.

– Нет, – отшутился я. – Мне больше нравится помогать людям, чем нести бремя военной службы.

– Это верно! – с гордостью отметил дядя. – Ведь ты спас мне жизнь! Кто бы мог подумать, что меня спасет мой племянник, которого я уже не видел больше двадцати лет.

– Теперь всё изменится, – решительно произнёс я.

Рад, что так всё вышло. Встреча с отцом была не за горами, осталось только дождаться выписки дяди из больницы. Будет интересно глянуть на своего старика. Неужели он действительно ходит с кирпаном на поясе?

– Дядя Нанак, а вам не сказали, когда вас собираются выписать? – спросил я.

– Сказали, что минимум неделю меня здесь собираются держать, – вздохнул дядя. – Не люблю я лежать в больницах, но со здоровьем в последнее время у меня одна проблема за другой. Видимо, возраст начинает брать своё.

– Сомневаюсь, что дело в этом, – заметил в ответ. – Вы хотя бы артериальное давление измеряете?

У моего дяди был отёк легких кардиогенного происхождения. По результатам электрокардиографии было небольшое отклонение в ритме сердца. Конечно, его ещё будут обследовать, но теперь его здоровье будет находиться в надежных руках. Постараюсь внимательно за этим проследить. Не хватало ещё, чтобы мои родственники лежали в больницах.

– Вот ты тоже спросил, Аджай! – ухмыльнулся дядя. – Меня ничего не беспокоило до той ночи. Зачем мне надо его измерять? Я же не старый дед, а вполне себе ещё ничего мужчина. Здоровее многих моих товарищей по работе. У одного сахарный диабет, второй ночью не видит. В общем, цирк!

После этих слов мне всё стало ясно. Мой дядя – типичный пациент мужского пола, который обратится в больницу лишь в том случае, если будет предельно плохо себя чувствовать. А на небольшое недомогание или головную боль он закроет глаза, всё-таки нужно же ведь быть мужчиной. Правда, подобное мышление чаще всего и приводит к печальным результатам. Увы, все мы болеем, кто-то больше, кто-то меньше, но каждому следует следить за своим здоровьем.

Ведь мужской пол чаще всего предрасположен к сердечно-сосудистым заболеваниям, не говоря уже о том, что многие свои эмоции приходится перерабатывать внутри себя. Женщина? Если кто-то огорчит, то она заплачет – станет полегче. Не говоря уже о том, что их гормональная система способствует защите от всех проблем с сердечно-сосудистой системой.

Мужчины как пациенты в какой-то степени проблематичнее, но если их убедить в том, что следует беречь своё здоровье, то они уже четко следуют всем указаниям. Главное подобрать подходящий ключ. А это язык фактов и суровой правды.

– Дядя Нанак, а вы знаете, как древние греки называли артериальную гипертензию? – решил я задать один из самых любимых вопросов, адресованных моим пациентам в прошлой жизни.

– К сожалению, человек я не особо начитанный… – хотел начать дядя.

– Тихим убийцей, – перебил я. – Потому что долгое время человека может ничего не беспокоить. Вы вполне можете каждый день жить с высоким давлением, а ведь оно губительно влияет на целую группу органов, а именно: сердце, почки, мозг. Артериальная гипертензия – это заряженное ружье, которое в один момент обязательно должно упасть и выстрелить. Так зачем нам ждать этого? Если можно вытащить из него патроны, чтобы подобной ситуации не произошло?

– Видимо, той ночью ружьё выстрелило, – дядя задумался. – Это что же мне теперь, как старухе, каждый день себе давление измерять и таблетки в себя пихать?

– Настоятельно вам рекомендую именно так и поступить, если вам хочется жить, – строго подметил я. – Отёк легких кардиогенного происхождения – это серьезный звонок от вашего организма. Выбор, конечно, за вами. Но мне не хотелось бы, чтобы мой дядя раньше срока ушел из жизни.

– Пожалуй, – дядя замолчал на мгновение. – Нет, ты прав, Аджай. Если бы я ушел из жизни этой ночью, то вообще не знаю, как бы жена одна наших детей вытянула.

– Тем более, а сколько их у вас? – едва сдерживая улыбку, поинтересовался я.

– Пять, – улыбнулся дядя. – Две девочки и три мальчика! Хотел бы с ними увидеться?

Удивительно, конечно, что в Индии часто встречаются многодетные семьи. В Российской империи три – уже многовато. А здесь целых пять человек.

– Конечно, – заверил я. – Будет здорово, если соберемся как-нибудь вместе.

Мы долго говорили с дядей, обсуждая вопросы лечения. Мои доводы относительно здоровья он принял на удивление достаточно быстро. Ещё весомым плюсом стало то, что я работаю врачом. Ему нет необходимости обращаться в больницу, ведь всё лечение мог подобрать ему самостоятельно.

С отцом дядя последние годы стал общаться значительно реже. И это неудивительно! Дядя Нанак работал на двух работах, чтобы обеспечить свою семью. Пять маленьких детей – это большая нагрузка. Также он совсем не брезговал помогать своей жене справляться с домашними обязанностями.

По разговору я сделал вывод, что мой дядя – хороший человек. Заботится о семье, беспокоится о них. Интересно, похожи ли они с моим отцом. Всё больше загадок, но ответы скоро будут.

Мы договорились с дядей, что вместе сходим проведать моего отца после его выписки из кардиологического стационара.

Попрощавшись, я счастливым поехал домой. Даже не ожидал, что у меня оказывается так много родственников!

– Наконец, ты вернулся! – радостно прошипела Шеша.

– Видимо, следовало взять тебя с собой, – усмехнулся я. – Как у тебя дела? Не надоело сидеть в четырех стенах?

– Меня куда больше утомляет сидеть с тобой на приеме, слушать жалобы пациентов на приёме, – капризно ответила змея. – Потом весь день голова начинает болеть.

– Ты серьёзно? – удивился я. – Раньше ты совсем не жаловалась на это.

– А у тебя разве такого нет? – поинтересовалась Шеша.

– Предельно редко, – я пожал плечами. – Раньше было тяжеловато из-за климата, но теперь я к нему привыкаю потихоньку.

Хотя не совсем так. Тропический зной не оставлял меня в покое даже ночью. Никакой физической нагрузки, а вся одежда промокает за считанные минуты. А ты ещё сидишь весь прием в медицинском халате, что ещё сильнее усугубляет дело.

Казалось, что этот удушающий влажный воздух вот-вот превратит меня в какую-нибудь диковинную амфибию. Сейчас, видимо, организм успел привыкнуть.

– Знаешь, Аджай, я ведь здесь не просто так! – внезапно заявила Шеша. Голос её стал серьёзным, почти торжественным.

– Что ты имеешь в виду? – удивился я.

– Я часто думала о своем предназначении. Порой эти размышления растягиваются на целые сутки без сна. Мне кажется, что мы связаны куда теснее, чем ты думаешь. Ведь моё появление совпало с твоим переселением в новое тело. Только до сих пор не могу понять, а какова моя роль? Ты можешь лечить людей даже без моей помощи.

Видимо, разговор намечается действительно серьезный. Я бы предположил, что у моей подруги началась депрессия. Или откуда такие мысли возникли в её голове?

– Мы уже ведь говорили об этом, разве нет? – я серьёзно задумался. – Времени, увы, мало, но хотелось бы показать тебя своему наставнику, который, как и я, видит чакры.

– Не торопи события! Я не закончила! – Шеша хотела, чтобы я внимательно её выслушал. – В последнее время у меня в голове возникает образ невероятной красоты храма. Не знаю даже, как его описать. Огромные каменные колонны, уходящие в небо. Резные узоры на стенах, словно застывшие молитвы. Золотые купола, сверкающие под солнцем. И что-то ещё… Что-то важное, что я не могу разглядеть. Но у меня есть предчувствие, что если я туда попаду, то смогу всё вспомнить. Мне кажется, что это может помочь нам обоим!

– Кхм, а ты точно не можешь его хотя бы примерно описать? – спросил я, заинтригованный её словами.

– Думаю, что в этом нет необходимости, – отозвалась змея. – Давай я лучше тебе покажу!

Не успел я даже толком сообразить, как перед моим взором возникло видение. Воздух вокруг меня словно загустел, стал плотным и тяжёлым. Моё тело пробило холодным потом, и я вот-вот готов был потерять сознание. Сердце колотилось в груди, словно пытаясь вырваться наружу.

Но оно того стоило. Ведь я всё же смог увидеть то, что хотела показать мне Шеша.

Величественный храм возвышался передо мной, словно гора из белого мрамора и золота. Его шпили пронзали небеса, а резные стены казались живыми. Узоры на них двигались, переплетались, рассказывая какую-то древнюю историю. В центре храма горел яркий свет, пульсирующий в такт моему сердцебиению. И я знал – там, в этом свете, скрыта тайна. Тайна Шеши, тайна моих способностей, тайна нашей связи.

Первый ключ к разгадке нашей магии.

Глава 5

Видение продлилось недолго, но образ величественного храма до сих пор стоял перед глазами.

– Доводилось ли тебе что-нибудь подобное видеть в округе? – прошипел голос Шеши в голове.

– Подожди, мне нужно немного отойти, – я сел на пол и вытер пот со лба.

– Тебе стало плохо, Аджай? – взволнованно спросила змея.

С каждой секундой мне становилось легче. Что же это было, интересно. Неужели мне стало так дурно лишь от одного видения? Такого раньше не бывало.

Нужно будет обязательно проконсультироваться по этому поводу с Чирандживи. Во время видения мои чакры начали работать в таком темпе, что душа готова была покинуть тело.

– Всё в порядке, видимо, накануне просто голову напекло, – улыбнулся я. – Подобного храма в окрестностях города я не видел. Если бы мне попалось что-то подобное на глаза – обязательно бы запомнил.

– Аджай, пожалуйста, не шути так, – жалобно прошипел голос в голове. – Я испугалась, что могу тебе навредить. У меня видение подобных ощущений не вызывало.

– Успокойся, всё в порядке! – я, набравшись сил, перебрался с пола на кровать. – Не знаю, что это за храм, но от него исходит небывалой силы энергетика.

– Нам нужно попытаться его найти! – инициативно предложила Шеша. – Весь день впереди! Собирайся!

– Меня, конечно, воодушевляет твой энтузиазм, но незачем выходить на улицу, – ответил я. – Для начала я могу его попытаться найти в интернете.

– Тебе виднее! – согласилась Шеша. – Но мне не терпится туда попасть!

В отличии от своей хвостатой сожительницы у меня были двоякие чувства от произошедшей ситуации. Возникало ощущение, что если бы я сейчас оказался в этом храме, то моя душа сразу же покинула бы это тело. Словно мои чакры не были готовы к такой нагрузке.

Я взял телефон в руки и открыл поисковую строку интернета. Первым делом я решил осмотреть все храмы, находящиеся в моем городе. Но ничего похожего из видения не смог обнаружить. Значит, в моем городе его точно нет.

– Нашел? Нашел? – каждые тридцать секунд спрашивала Шеша.

– Его точно нет в нашем городе, – с досадой ответил я. – У меня уже возникли определенного рода сомнения.

– Это ещё какие? – уточнила Шеша.

– А действительно он существует? – я задумался. – Может, это видение из твоей прошлой жизни. Или плод твоей фантазии.

– Плод моей фантазии? – возмутилась змея. – Ты же сам чувствовал исходящую от него силу, Аджай. Разве тебе самому не было бы интересно в него попасть? Мы смогли бы получить ответы на все наши вопросы! Мне кажется, что для нас – это задача первостепенной важности! Разве ты не согласен со мной?

– Дело не в этом, – отрезал я. – Мне просто внезапно вспомнились слова Чирандживи о срединном пути.

– Первый раз о таком слышу… – протянула Шеша.

– Это одна из концепций в буддизме, – пояснил я. – Нужно придерживаться срединного пути, избегая крайностей. Ведь это касается не только еды и каких-либо удовольствий, но и духовного пути. Состояние после видения дало мне понять, что я ещё не готов.

– Если бы я тебя не знала, Аджай, то подумала, что ты боишься умереть, – подметила Шеша. – Но один вопрос мне не дает покоя… Ты решил удариться в религию?

Я улыбнулся в ответ, но решил ничего не отвечать. Пусть она увидит мой поток мыслей, и на основании этого уже сделает свой вывод.

Не верил в какого-либо из Богов в рамках каких-либо религиозных культов, но и не мог отрицать существования чего-то за гранью нашего понимания.

Ведь даже моя реинкарнация была настоящим чудом! Если бы я решил поделиться этим с кем-то – что в этой жизни, что в прошлой, то мне бы просто покрутили у виска. А позже вызвали бы психиатра с нарядом крепких санитаров.

Но ведь это действительно произошло. Минуя смерть, я оказался совсем в другом мире и теле, оставив свои прежние воспоминания о прошлой жизни.

Хорошо, далеко ходить не будем. Существование Шеши и мое видение чакр. Ничего из этого наука не может обосновать. Но ведь это есть! Так и с Творцом нашего мира. Возможно, что он дергает за ниточки, изменяя судьбу своего творения, а может уже давно забыл о нашем существовании.

Возвращаясь ближе к сути, религиозные практики для меня – это инструмент, который я могу использовать для блага людей. Простые медитации здорово помогают мне сохранять и накоплять энергию.

Если бы я вовремя не встретил Чирандживи, то смог бы спасти своего дядю лишь ценой собственной жизни. Медитации позволили мне расширить свой энергетический потенциал, а не потерять его в процессе работы. Ведь перед ночным дежурством у меня был обычный рабочий день. Времени отдохнуть совсем не было.

Каждый день в нашей жизни – это испытание на прочность наших нервов. Окружающий мир пытается вытянуть из нас жизненные соки, но ведь их можно сохранить и использовать в своих целях.

Конфликтные ситуации на работе, проблемные пациенты, повседневная жизнь – всё это лишает нас сил, а для использования чакр – это важный элемент. Нет сил – будешь лечить в ущерб своему собственному здоровью.

Срединный путь – это избегание крайностей. Не нужно торопить события, но и не надо стоять на месте. Жить нужно здесь и сейчас. Наша жизнь так скоротечна, что мы и сами не замечаем, как она проходит мимо нас.

Поэтому поиски храма подождут. Мы непременно найдем его, это вопрос времени, но спешить не следует. Тем более бросать все возможные силы на его поиски.

Шеша внимательно следила за моим ходом мыслей и больше не пыталась настаивать на своем предложении.

На следующий день

Оставалось десять минут до начала смены, когда ко мне в кабинет пришел заведующий терапевтического отделения.

– Добрый день, Аджай! – поприветствовал меня Манмохан Шарма.

Выражение лица заведующего было хмурым. Словно его что-то тяготило.

– Здравствуйте, – спокойно кивнул я.

– У меня есть к вам небольшая просьба… – протянул Шарма. – Можете прямо сейчас съездить на адрес?

– Вы собираетесь снять меня с приёма? – удивленно поинтересовался я. – Вы же должны были видеть, сколько человек у меня сидит в очереди.

– По этому поводу не беспокойтесь вообще! – воскликнул заведующий. – Как-нибудь разберемся с этой проблемой. Может, часть пациентов сам приму, остальных пусть регистратура по другим терапевтам раскидает.

Хм, очень странно. Снимать меня с приёма, чтобы я съездил на адрес. Что-то подобное у меня уже было в прошлой жизни. Зачастую такие просьбы достаются сотрудникам, которым начальство очень доверяет. Уверен на сто процентов, что на адресе меня будет ждать проблемный пациент.

И суть его проблемы совсем не в здоровье. Меня хотят послать к жалобщику. Пациенту, любящему писать доносы на имя главного врача, жаловаться в местное министерство здравоохранения.

– Человек с моего участка? – аккуратно поинтересовался я.

Подобные вопросы начальство не любит, но меня распирало от любопытства. Удержаться было предельно трудно. Неприязнь к таким вопросам связана с тем, что некоторые терапевты наотрез не хотят принимать пациентов с других участков, а тем более ездить по чужим адресам.

– Нет, с другого, – немного нахмурился заведующий отделением. – Терапевт этого участка вчера ушел на больничный.

Для человека, ждущего помощь на дому, неважно, с твоего участка врач или нет. А на адресах у пациентов часто возникают просьбы к приехавшему доктору. Особенно у нетранспортабельных больных. Чтобы выписал направление на инструментальное обследование, анализы, записал на прием к узкому специалисту. Просьб множество.

Дома у пациента у тебя нет доступа к рабочему компьютеру, ведь всё оформляется в электронном виде: от направлений на анализы до записи к узкому специалисту. Поэтому приходится всю необходимую информацию записывать в какой-нибудь блокнот, чтобы на рабочем месте этим уже заняться. А это – максимально неудобно и занимает слишком много времени.

Поэтому терапевты предпочитают работать исключительно со своим участком. Мне всегда было всё равно на эту бюрократическую условность. Хотя по закону, если мне не изменяет память, пациент имеет право выбирать, к кому из специалистов обращаться.

– Я могу съездить, – заявил я. – Никаких проблем. А что за пациент?

– Жалобщик, – хмуро ответил Шарма. – Если быть более точным, то это – сын пациента. Последние несколько дней терроризирует меня. Вот добрался сегодня и до главного врача.

– А почему так вышло? – поинтересовался я. – Ведь терапевт с их участка только вчера ушел на больничный. А вы говорите про несколько дней…

– Он им очень много успел наобещать, в итоге ничего особо выполнить не успел, – признался заведующий. – На то были весомые причины, но сына пациента он об этом не предупредил.

– Да, неприятная ситуация вышла, учитывая, что он ушел на больничный, – задумавшись, отметил я.

Вот мы и подобрались ближе к проблемам, возникающим на адресах. Если все проблемы решаются через сына пациента, то сам больной с очень высокой вероятностью нетранспортабельный. Вышла проблема с записью и нужно отзвониться пациенту и предупредить об этом. А ведь на участке числится минимум две тысячи человек.

Каждый врач активно поддерживает связь минимум с десятью пациентами. Бывает меньше, но кому как повезет. Инвалидности, нетранспортабельные пациенты с адресов. Большая нагрузка, ведь просьбы и проблемы больных нужно держать в уме.

Про время вообще молчу. Ты можешь работать на полторы ставки и у тебя вообще свободного времени даже позвонить не будет, чтобы сообщить об изменении расклада дел. В общем, ситуация была действительно неприятной.

– В общем, рассчитываю на вас, доктор! – Шарма протянул мне листочек, на котором был указан адрес и личный номер телефона пациента. – Около ворот больницы вас уже ждёт машина.

Видимо, действительно сын пациента успел вынести весь мозг заведующему отделением. Иначе объяснить не могу такую тщательную подготовку к моей поездке. Ладно, разберемся!

Я снял халат и убрал в шкаф. Поспешно вышел из кабинета и сел в лифт. Спустя пять минут я сидел в легковой машине, предназначенной для быстрого посещения больного на дому.

– Доктор Сингх? – обратился ко мне водитель.

– Всё верно, – кивнул я.

– Диктуйте адрес, – попросил водитель.

Через десять минут мы добрались до многоэтажного дома. Найти адрес у меня не составило труда. В начале своего карьерного пути в прошлой жизни я работал преимущественно с нетранспортабельными пациентами на дому. Через всякое доводилось пройти: и неработающий лифт, и частный участок с злой собакой не на цепи. В общем, молодость была по-своему авантюрной и весёлой.

Дом был значительно приличнее моего. В подъезде чисто, лифт работает. Так, седьмой этаж. Я вошёл в лифт и нажал необходимую кнопку.

Квартира сто пятьдесят девять. Звонок в дверь. С порога на меня смотрели с неприязнью. А я за этим успел соскучиться!

– Добрый день, врач-терапевт Аджай Сингх, вы вызывали врача на дом? – обратился я к мужчине средних лет.

– Да, но не себе, – недовольным тоном ответил сын пациента. – Отцу. А почему наш участковый врач не приехал? Мне очень хотелось именно с ним поговорить… На звонки не отвечает, не дозвонишься. Теперь ещё и присылают какого-то интерна.

Новая жизнь в новой стране, а пациенты совсем не отличаются друг от друга по отношению к врачам. С порога на меня обрушилась тонна недоверия, а ведь я даже не успел приступить к осмотру. Меня такое не смущало. Скорее вызывало небольшую улыбку, ведь его отношение в скором времени изменится.

– Врач с вашего участка ушел на больничный, – ровным тоном ответил я. – Поэтому меня послали проведать вашего отца.

– Давно работаете? – мужчина смерил меня недоверчивым взглядом с головы до ног.

– Чуть больше полугода в этой больнице, – ответил я.

– Мда, дожились, ладно, проходите, – с досадой смирился сын пациента.

Отстаивать свою честь словесно – самое бесполезное занятие. Изменить отношение к себе можно лишь вежливостью и вниманием к проблемам пациента.

Я вошел внутрь. Квартира была очень большая, с дорогой мебелью и современным ремонтом.

– Держите, – мужчина протянул мне пару бахил.

– Мне будет проще разуться, – отказался я.

– Как вам удобнее, – пожал он плечами.

В скором времени мужчина меня провел в комнату к своему отцу.

Всё как я и думал. Пациент был нетранспортабельным. Возраст явно солидный, учитывая морщины и редкие седые волосы. Я сразу же стал концентрироваться на изучении чакр пациента.

– Давно он уже так лежит? – поинтересовался я.

– Последние пять лет, – сухо ответил мужчина. – В возрасте восьмидесяти семи лет у него случился перелом шейки бедра. Врачи сказали, что вряд ли уже срастутся кости. Хоть в этом не обманули. Так теперь и лежит, к сожалению. А ведь раньше ходил, прыгал как кузнечик.

Впервые на лице у мужчины появилась едва заметная улыбка. Воспоминания. Как часто мне доводилось видеть эту картину. Когда дети пациентов вспоминали о своих родителях в годы, когда они ещё сами передвигались по квартире. Да и на улицу выходили подышать свежим воздухом. А сейчас такая вот грустная картина.

– Папа, доктор к тебе приехал, может, поздороваешься с ним? – обратился сын к лежащему в постели старику.

Я анализировал каждую чакру, двигаясь от самой первой, расположенной внизу, и постепенно поднимался выше. Да, проблем со здоровьем у этого старика было много. Возраст взял своё.

– Второй день со мной не хочет разговаривать, – ласково произнёс мужчина. – Да и от еды отказывается, что на него вообще не похоже. Я ведь пытался дозвониться до нашего участкового. А он, вы меня простите за выражение, гад, трубку брать не хочет. Я ведь не так часто ему звонил.

– Прошу простить моего коллегу, – я заступился за этого терапевта. – Врачи тоже люди. Болезни мимо нас, к сожалению, не проходят. Думаю, что если бы он находился на рабочем месте, то обязательно бы с вами связался.

– Он ещё неделю назад мне обещал, что отца направление выпишет в стационар, – пожаловался собеседник. – Я ведь звонил заведующему по этому поводу, а тот говорит, что нужны анализы. Неужели они не могут их взять уже непосредственно в стационаре? Просто не понимаю, в чем проблема!

– Перед госпитализацией берут не только общетерапевтические анализы, но и на сифилис, гепатиты B и С, которые могут быть опасными для других пациентов.