Текст книги "Снова в детство (СИ)"

Автор книги: Михаил Леккор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

А каких-то два наших предприимчивых, но бестолковых пацака вообще потихонечку протащили в помещение спальни полторашку пива и пили ее почти открыто. Благо Алексей где-то был на стороне и за ними уследить не мог. Только раз пришел, глазами провел и умотался. Мол, ребята молодые, сознательные. Сами же должны понимать, соревнование завтра, организм должен быть отдохнувшим и освежевшем. А то сами будете мучаться и загибаться.

Ага, так они тебя и послушали! Щас, как бы тебе эти сознательные не устроили еще и крупную пьянку, протащив между делом продукт Менделеева. У нас это в привычку. Так сказать традиция даже у подростков старше десяти лет. Я, конечно, извиняюсь, но такова реальность пусть и не у всех мальчишек.

Анну а я что могу? Я сейчас уже не декан, а лишь сопливый деревенский мальчишка, которого самого надо строго контролировать. Мог бы подраться, да только еще наши генсеки КПСС как раз в советское время показали – одной голимой силой алкоголизм не победишь.

И вообще, не пошли бы вы кого-нибудь подальше и порезвее, а? Я ведь добрый и тихий, пока все хорошо, а так я и в морду могу влепить, и не так уж и слабенько. Будете потом всем фингалом отсвечивать и кровью пол заливать, объясняя, какой вы, в общем-то хороший и культурный.

Поэтому молчал и не вякал, пока они пили пиво пенное, но когда парни на пьяную голову попытались приколоться над самым робким и слабым, молча встал рядом, показывая, что и морда может стать… ну эта большая и смешная.

– Ну, – угрожающе произнес грозный Я, – вы, никак, сволочи, собираетесь устраивать пьяный дебош? И меня беспокоить?

Получилось весьма внушительно. Может еще потому, что пьяных я не любил с раннего детства и наши ханурики вполне могли вполне получить весьма конкретно по любой части тела – хоть кулаком по шее, хоть ногой по промежности. И я не шутил, пацаки!

Пьяненьких из помещения моментально унесло на ближайшие улицы. А может, и не на ближайшие. Райцентр наш в этом отношении был весьма хулиганистый, так что они вполне могут успешно поискать на пьяную голову приключений и, скорее всего, обещанных еще мной народных «подарков». Обойдется только синяками и шишками, уже хорошо! А то ведь и ноги-руки могут поломать, «погуторить» с ними вплоть до смертоубийства

Хотя пусть идут, тем более, они уже никого особо не интересовали из-за моей защиты и… нового гостя. Или, вернее гостьи. Ха, я аж обалдел. Представительница прекрасного пола вломилась в мужскую комнату! И не забоялась, что к ней будут приставать. Или даже сама хочет? Горожанка из Ижевска, больше не откуда.

Это была такая не только прилично красивая, но и довольно приукрашенная городская фифа. Так что я сразу понял, что никто из нас не имеет с ней никаких шансов с ней погулять, несмотря на повышенную активность. Судя по всему, в нее было вложено столько денег, что бесполезно было дергаться. Хватит нам и деревенских девчонок, пусть (эх!) и не любящихнас.

Правда, молодое мое тело реципиента, так или иначе, эмоционально задергалось, запищало на уровне эмпатии, заверещало о любви и тяги к девичьему организму. Но мой старческий разум его твердо поприжал и сделал весомый втык.

И нечего тут физическую активность проявлять и головками крутить. Человек, разумеется, – животное разумное, но не только голова вертит телом. Бывает, как у друга Сереги – и тело головой.

Оное тело на это страшно обиделось и притихло, а я опять завалился на свою кровать и потихоньку начал читать и перечитать незабвенного академика Рыбакова, ныне покойного. Это в XXI веке, в ХХ столетии он еще благополучно жил, хотя и тогда уже был стариком.

Вот и книжка. Поскольку обложка у нее отсутствовала, то и название только предусматривалось, а я, как на грех, не знал, не моя специализация. Ладно, это же знаменитый Рыбаков. Что бы он не писал, все равно что-нибудь о Киевской Руси и об отважных древнерусских жителях. Древность страшная.

А ведь они еще тут в ХХ веке совсем не развитые, не знают о «гордых украх», самых передовых и самых продвинутых, строящих весь прошлый мир. Ну и прочую дрянную муть. Везет же счастливым предкам в СССР!

Внезапно уголком глаза увидел позабытую девичью фигуру. Не ушла ведь, хотя я по умолчанию это предполагал. Ага, то-то и там стало тихо. Парни явно закончили обезьяний хоровод вокруг гостьи и замолкли. А быстро как-то! Неужели она такая умная – разумная?

Ай, не смешите мои старые тапочки. Девушка и умная! Девушкам положено быть красивыми, приветливыми и капризными в зависимости от ситуации. Ум и разум у них в комплекте отсутствует по причине того, что не входит в список девичьих прелестей. Это мой обобщающий вывод по прошлой жизни (почти шесть десятков лет без малого).

Я бы еще смаковал мужские мысли о высоком уме мужском и невысоком, пусть и прелестном женском, как кровать, на которой я лежал, заскрипела, завизжала, а мое гордое тело, как какую-то дохлятину, отодвинули в сторону.

Эк она, милая, сильна, ведь в юношеском теле где-то 55 – 60 кг! Не фига себе стальные мышцы у девушки! Бодибилдинг или к такой семейной жизни готовится? Хозяйкой быть пусть не Медной горы, то хотя бы трехкомнатной ижевской квартиры. Ну и мужа заодно мучить и стебать.

Последнее предложение я ненароком сказал вслух и удостоился изумленного и сердитого взгляда изумрудных глаз. Под этим соусом я тоже разрешил себе пустить глаза, уже синие, по прямому назначению. Стал в наглую осматривать дерзкую узурпаторшу, потихоньку отбирающую у меня мою же собственную кровать, положенную в вашему покорному слуге на ближайшие сутки.

Что еще сказать? Ослепительной красавицей ее никак не назовешь. Хотя и ужасной уродиной тоже. Белокурая шевелюра, сразу бросаемая в глаза, окаймляла хорошенькое курносое личико лет двадцати с половиною. Сразу скажу – в этой жизни многовато для меня.

Надеюсь, она уже замужем и занимается активной сексуальной жизнью. А я небрежно пройду мимо ее. Мне стало как-то печально, в надрыв, но одновременно спокойно. А ей уже надо почаще вспоминать о муже и не приставать ко всяким близлежащим парням. Ко мне, например. Я ведь тоже уже половозрелый и не стальной по темпераменту.

А тело у нее реально чрезмерно физически подковано, но в этом тоже есть своя прелесть. По крайней мере, целлюлит нигде не свисает, складки жира глазам не мешают. С другой стороны, грудь могла быть и несколько побольше, хотя бы «тройка». Хотя все это дело мужского вкуса и предрасположенности. Хотя пусть ее, я еще от первой любимой женщины не прошел, как вторую заводить, фу!

– Девушка, – решил я, наконец, подать свой убедительный голос, подождав ее молчания, – вообще-то я вас, прелестниц, изредка ем, но сегодня уже плотно покушавши. Не говорите до греха, до несварения. Именно поэтому данное блюдо может быть свободно. Диета, знаете. Спортсмен я все такое.

– Странно, – удивилась она, пропусти мимо прелестных ушек специфику моего кормления, – ведь, в принципе, юноши всегда ухаживают за девушками, даже иногда женатые. Вам случайно корова в детстве между ног не пнула копытом? Импотенцией нечаянно не страдаете? Если да, тогда я к вам больше не буду приставать. Жалею, знаете, таких инвалидов, пусть даже сексуальных.

Хм, а она бойкая. Или даже отчасти борзая. И чего пристала к пожилому человеку? Не видит разве – я отдыхаю! Мы покушали, а теперь читаем. Не понятно, что ли? Надо с ней поговорить поконкретней и пожестче.

– Я так понимаю, пока вам не скажу скабрезных пошлостей и не пущу в ход свои руки по вашему телу, вы не успокоитесь, – сделал я вполне логичный вывод по этому женскому индивиду, пытающему меня то ли склеить, то ли просто слегка соблазнить на всякий случай.

– Фу, какие вы пошлые! – сказала она с отвращением, по моему, изрядно фальшивым, – меня, кстати, зовут Мария Пушина, и я являюсь дочерью главного тренера лыжной сборной Удмуртии. работаю так сказать помощницей на общественных началах, помогаю отцу отбирать талантливых кандидатов в сборную. И не надо наглеть, я это очень не люблю, и, значит, ваши возможности продвинутся выше и дальше резко сократятся.

От этих слов удивление мое резко увеличилось. Ха, а завтрашние гонки, значит, уже никак не нужны! Сейчас одна девица посмотрит и все, можно по родимым домам!

По моему, кое-кто пользуется личным положением и выбирает себе любовников посмазливее. Или, хотя бы, пытается понежиться в волнах добровольно-обязательных поклонников. Куда им деваться. Ну я ей сейчас пну с правой мужской! Век будет помнить и детям своим посоветует не ехать в Игру.

– Очень приятно. Здравствуйте! Но я вам, похоже, явно не похожу. Поэтому и до свидания тоже, – сообщил я категорично. Все, куда уж прямее. Девушка, вы мне не подходите. Тембр, например, нравится выше. И так далее.

– Я вам не верю! – сказала назойливая дива, – как может нормальный мужчина хотя бы не смотреть на красивую девушку. А потом, мальчики сказали, что вы самый быстрый и всех перегоните. Ну-ка, опровергнете.

– Мало ли что они вам скажут, – небрежно отбросил я их слова, как не совсем надежные, – смотря ведь еще как спросить.

Как она по-женски все соединила, и себя и меня, как бы мы и вместе. Деревенский увалень сразу бы сомлел. Но я на это никак не поведусь, не на того напала, девушка!

Мария как-то смешно задумалась. Похоже, она дергалась между желанием уйти от меня грубого и невежливого и любопытством, а какой я в деле. Как лыжник понятно, не как любовник. Как-то я сказанул весьма неясно. Я имею в виду обязательно только на лыжах, товарищ общественный помощник главного тренера.

Переходя же к известным парням на соседних кроватях, что же они, стервецы, такое обо мне шустрое наговорили, что явно опытная девушка вдруг взяла, да и поверила? Теперь уже и у меня появился к ней определенный интерес.

– Такого рода любопытство надо обязательно подпитывать материальным стимулом, – объяснил я, – а простое женское любопытство есть наивное словоблудие. Это еще ученый Павлов доказал, когда наших собак жестко резал.

Мария опять задумалась, по лицу прошла волна пренебрежения.

– Надеюсь, он резал их не на ваш ужин, – не могла не съязвить она. Потом сделала она ставку на жадность: – у меня есть с собой несколько рублей, – … и проиграла. Еще как проиграла. Бывшему декану совать рубли, как взятку! Мда-с, еще бы банальную бутылку водки дала. Как вас не стыдно, девушка!

Я посмотрел ей в лицо и повторил вслух свое предложение, подавая его с циничной улыбкой. Мол, девушка, кроме красоты у вас, как обычно, ничего нет. Да и красота не броская.

Но попытка оскорбить и увести ее от меня не удалась.

– Я никогда не пыталась заинтересовать знакомых парней, чем-то важным, кроме своей красоты, – в кои-то времена растеряно сказала она, – может, сам скажешь? И ничего, что я к тебе на так просто на ты?

Я подумал. Разумеется, я уже привык к старости, что мне обращаются только на вы. Но ведь сегодняшний реципиент – обычный деревенский мальчик, к которому еще элементарно рано выкать. А потом хорошенькие девушки иногда могут и похамить.

Конечно, все в определенных рамках. А то свистит, как рак на соседней горушке. Только что мне рассказывала, что именно она отбирает возможных кандидатов, а тут уже только своя красота.

– Попробуйте, – разрешил я неопределенно, – может быть, вам за это ничего и не будет!

Мария неуверенно засмеялась. Потом попыталась восстановить свое девичье самочувствие:

– Олег, а вам не кажется, что это невежливо – к вам подошла девушка, а вы лежите на постели без задних ног?

Ха-ха, кажется, сарказмом запахло! Так ведь я тоже могу! И даже очень!

– Да, я вот тоже считают, что невежливо. Только я лег в постель после тяжелого рабочего дня и вкусного ужина, как какая-то вертихвостка сразу подбежала к кровати. Как не хорошо, право. Вы, кстати, не знаете, где она?

Она несильно ткнула рукой по ребрам, признавая поражение, и предложила:

– Давай, поспорим на белковый торт!

– И на что же поспорим? – уточнил я. Ставка была небольшая, но на что?

– На то, что ты займешь первое место в этих районных соревнованиях, – немедленно ответила Мария. Видимо, за что, она уже решила за нас обоих. Вот ведь хитрая какая!

– Ха, это совсем мне интересно! – сразу же опротестовал я и объяснил: – спорщиков всегда бывает две стороны. И обе они ставят не только на что спор, но и на что спор. Приз – торт с меня. И поцелуй с тебя, ты же девушка!

– То есть, что с меня? – не поняла Мария, толи по простоте душевной, толи из какой-то хитрости.

– Смотри, – пояснил я для блондинок, – спорим мы на торт, проигравшая сторона ставит. Плюс поцелуй. А на что спорим? Я ставлю свое первое место. А что ставишь ты?

– А-а, – поняла Мария, подумала, решила: – давай так, если ты выиграешь, то я постараюсь выбыть тебе место в сборной Удмуртии. Ну и поцелуй, если уж так хочешь.

Пояснила для простодушных ибестолковых спортсменов, чью роль оптом должен буду, как понимаю, играть я.

Девушка между тем продолжила:

– Потенциально победитель игринских соревнований по лыжам может стать участником сборной. А, может, и нет. Победителей районных состязаний много, а сборная Удмуртии тоже нерезиновая. И вот тут свою роль играю я.

Мария явственно картинно рисовалась в свете мужских взглядов. Вот ведь бл… женщина с низкой социальным порогом ответственности! Да, а что делать?

Я как-то сразу заколебался. Какой-то странный спор. Обычно, когда один проигрывает, то второй выигрывает. А тут я должен обязательно победить, тогда только Мария начнет участвовать. С другой стороны, ладно. Гарантия тоже хороша! Но ведь и душок субъективизма и кумовства какой идет!

А, где наша не бывала!

Освободил руку, протянул к девушке:

– Спорим на торт!

Мария с подчеркнутым удовольствием пожала мою руку (мол, наконец-то, Фома неверующая!), а я наряду с позитивным итогом дела, вдруг понял, что фактически сам зажал себя в медвежий угол. Теперь выигрывать надо обязательно и буквально с блеском! Мария, как блестящий стратег женского ремесла, показала кусочек кружевного платка. Такой воздушно-белый и ярко пахнущий, что даже голова закружилась.

А я даже победить не знаю у кого! Конкретно фамилии соперников, их слабые и сильные стороны. И как победить! Опыта почти нет. План будущей лыжной гонки через чур академический и теоретический для практического соревнования. А ты, давай, беги. Не победишь, будешь виноват только ты, победишь – соратники и без тебя найдутся.

Вот ведь зараза, эта ижевская девка! Подловила, так подловила. И ведь не пожалуешься никому, засмеют!

Ванька, – позвал я одного из парней, – разбей наш спор!

Конечно же, болтающиеся здесь члены лыжной команды только делали вид, что занимаются своими делами. А сами «висели» на нашем разговоре, на все 100% используя глаза и уши. Ваньке не надо было повторять, он уже был тут. Торопливо разбил спор и лишь потом с опозданием поинтересовался:

– А я что с этого буду иметь?

– Я тебя тоже поцелую, – с насмешкой указала Мария на красную цену посредника. Ванька заведомо стал ругаться на публику, покраснев. Остальные, потрунивая, смеялись и шутили. А я с досадой посмотрел на уходящую девушку. Вот ведь гадина, а задницей-то как крутит, знает, что смотрю, играет своими девичьими прелестями. И как с такой madmuazelпоспоришь? И что, спрашивается, проходила? Деревенского парня на торт подловить? А ты не высоко себя ставишь, господин бывший декан?

Уважаемые читатели! Бесплатная часть 1 романа серии закончена!

Глава 9

Утро следующего утра было солнечным, а потому для зимы невольно морозным. В феврале светило поднималось по небосклону уже высоковато даже для Среднего Предуралья, но утренники были холодными, я бы даже сказал, откровенно морозными, и поэтому с учетом такого условия, старт лыжного соревнования был назначен на двенадцать часов.

То есть прямо в полдень. Самая светлая и самая теплая пора. А закончат быстро, морозные сумерки не успеют воцарится. В конце концов, 15 километров для лыжников это не так уж и много. Если только организационный момент не затянется

Алексей, заранее зная это, заставил всех позавтракать поплотнее. Благо завтрак был по-шведски и каждый брал, сколько хочет и чего хочет. Конечно, в конце 1980-х годов шведская система была еще широко не известна. Повара просто объявили, что завтрак будет свободный, каждый сам берет с раздачи искомое. Но сущность завтрака от этого не изменилась.

Лично я взял шкворчашую на плите яичницу, питательное какао и даже на взгляд вкусные блины с вареньем. Посмотрел на укоризненный взгляд тренера Алексея, добавил еще две сосиски по-баварски. Все, больше не просите, элементарно в желудок не влезет. Он не безразмерный.

Однако физрук, несмотря на мои искренние протесты, сунул в кульке еще два пирожка. Вот ведь гад, куда я это положу в ЖКТ, разве только в прямую кишку, м-гм?

Девушки, кстати, ели не многим меньше парней. По-деревенски, не жеманничая. Какой там жирок с такой физподготовкой! Свое бы сохранить, а то костлявые тоже не нравятся парням…

Поели, сунулись на улицу, махая кульками с пирожками. Алексей с дополнительным завтраком пристал не только ко мне, но и к остальным. С ним нехотя согласились, но и в желудок класть не торопились. Учитель тоже не настаивал, излишне не ругался. Потом покушаете, было бы что под рукой!

На улице особо не понравилось, очень по зимнему морозно, да еще колючий ветер. Ну его к аллаху, лучше в помещение, раз есть такая возможность!

Пока мазали – перемазывали мазь на своих лыжах, пока слушали лекцию физрука о «международном положении», стало уже одиннадцать. Алексей вообще-то рассказывал много интересное, особо для пьяниц, которым он дал последнее предупреждение, но и болтологии было достаточно.

А так, сказал еще много об особенностях юниорских трасс пгт Игра – мальчиковой (15 км) и для девчонок (10 км). Их специфике в игринском варианте.

А в конце мягко, но многословно обругал лично меня и в присутствии всей команды. Мария Пушина действительно оказалась любимой дочкой главного тренера сборной Удмуртии и оказывала на него довольно большое влияние, о чем знали все близлежащие. То есть не то, что совсем, но если она кого-то невзлюбит, то хана!А ты вчера и себя подставил, и все наше село. Теперь она может не возлюбить всех выходцев с. Зура! Кто ты после этого?

Я удивился. Тот же Алексей недавно так плакался, что за все годы школьной работы я у него оказался первым зримым кандидатом в сборную из нашей школы. Зачем же плакаться по тому, чего и так нет? Крокодиловы слезы лил?

– А-а! – махнул рукой на мои вопросы физрук и пояснил, что он много обо мне рассказал, хвалил меня, как мог, но в итоге вчера она все равно ушла из нашей мужской спальни в откровенном гневе. Сущая ведьма на дьявольской метле в шабаше. И виноват в этом конкретно я, такой белый и пушистый!

Пришлось прилюдно покаяться, посыпать пеплом главу, в жизни просто именуемую башкой. Сам я, тем не менее, не очень-то напрягался, понимая, что будет в любом случае решено на будущей лыжне. Пройду хорошо – наверняка меня все простят и даже Мария. Нормально пройду, похлопают по юношеской щеке, а кое-кто даже поцелует. Не пройду победно и даже средне, что ж, так в 17 лет еще и другие дороги наличествуют. Ели что, пойду опять в мой ГГПИ и повторю карьеру доблестного педагога и немного ученого! Чего плакаться зря?

С этим настроением и пошел на местный старт – присмотреться и подготовиться. Собственно, порядок самой гонки был уже подготовлен учителями, и нам, участникам, ничего не оставалось делать. Зам-мечатльная спортивная демократия! Хотя мне-то что. Надел тряпочку с номером 112 на грудь и спину поверх теплой компактной куртки и прошел к оному старту. Номер означал порядок бега и твое место в нем.

– Нормально получил порядковый номер, – прокомментировал Алексей Митрофанович, – как раз где-то посередине. Давай, теперь все зависит только от тебя!

Пошел, одев черные очки. А то уж под лучами ожившего солнца снег сильно сверкал, аж глазам было больно. Я сосвоими старческими знаниями знал, что это не только неудобно, но и осложняется различными глазными болезнями. И даже куриной слепотой. Поэтому и схватил торопливо свои очечки. Не хватало еше по такому пустяку пострадать!

Со стартами выпускали двойками, но, в связи с большим количеством участников, очень с небольшими промежутками через десять секунд. Поэтому, как я и ожидал, первые километры шли, а, точнее, быстро катили в общей массе, кое-как перемешавшись. Я своего напарника быстро потерял. Толи он ушел вперед, толи отстал, не знаю.

Меня вскоре беспокоила уже другая проблема. Катили все вместе, масса активных, но все равно бестолковых детей, наверняка будут столь же массовые столкновения. А это уже, что не говори, а конец. Если даже каким-то чудом не упадешь, времени потратишь много, чтобы оказаться в верхушкепелетона.

Поэтому вопреки вчерашним планам пройти спуск осторожно, но сравнительно быстро, спускался я отвратительно медленно, постоянно учитывая участников, как впереди, так и сзади. Все опасны!

Времени на это тратилось много, наверняка я по хронологии не попадал даже в двадцатку лучших. Зато мне удалось пройти целых три кучи малы из торопыг. Особенно крупной оказалась третья. Как там у Лермонтова в «Бородино» – смешались ноги, руки, головы. Нет, кровь здесь не текла. По крайней мере, ее было сравнительно мало. А так, масса тел, рук, ног, лыж, палок. Лыжники, с матерщиной пытавшиеся выбраться. Все было впечатляющее и почти ужасное. Прошел около них по целине, про себя мурлыкая веселую песенку о несчастной маркизе и о количестве несчастий в ее хозяйстве.

Нет, я совсем не хотел над ними поиздевнуться. Или цинично порадоваться отсутствию сломанных конечностей. А вот получить радость по поводу своей целостности очень даже хотел.

Ура, я миновал все эти завалы! Как говорится, минуй нас Бог и вешняя любовь, и горький стыд и скорбное веселье. Поэт прошлого, конечно, имел немного другое, но что поделать, августейший царь (или условно демократический генсек) были далеко, а проблемы текущей жизни совсем рядом и оказались очень даже болезненны.

После третьей груды из лыжников идти стало заметно проще. Ведь количество идущих участников уменьшилось. Появилась возможность не только увеличить скорость, но и полюбоваться окружающей зимней природой Приуралья.

А то лишь увидел белизну и все. Точнее, разумеется, снежная равнина сама так больно ткнула этой самой белизной в глаза, хоть беги отсюда. А ведь природа у нас всегда замечательная, хоть и не такая излишне яркая во все сезоны года. Даже зимой. Ведь смотришь и не на смотришься. Вековые громадные ели, сиротливые березки, уснувшие ручьи, едва угадывающие под метровыми слоями снега. Ах, смотрел бы и любовался, да надо бежать к желанному финишу.

С опозданием подумал, что это и есть, наверное, еще одна цель лыжных гонок, пусть и второстепенная, – прошвырнуться по зимнему лесу, по зимним полям, одухотвориться заснувшей природой. Ибо ни что так не заставляет умиротворять душу, как картина одного края.

Очередные «неудачники», сломавшие инвентарь и теперь уныло кое-как бредущие пешком по лыжне, заставили на ненадолго забыть о природе. Ба, да это мои соратники по школе из 10 «Б»! Причем если Наташа действительно была невольной жертвой, сломав в недавней лютой свалке одну лыжу, то одноклассник Серега к ней просто присоседился. Лыжи у него были целые, знай да беги. Только зачем ему это? Люблю таких, помнящих о синице в руке. Гоночных талантов он не имел никаких, призовое место для него, как планета Марс – даже взгляд издалека уже награда. А тут такая девушка! Сергей, насколько я помнил, уже целый год, как за ней ухаживал. Сегодняшние гонки могут стать счастливым финалом, когда Наташа, наконец, выбросит белый флаг капитуляции. Ну, или победоносно схватит лакомый кусочек.

Проскочил мимо, приветственно взмахнув рукой. Они свое счастье уже, как-никак, добыли, а вот мне еще бежать и бежать – за тортом и за эфемерным поцелуем. Так сказать, праздничный флаг мне в руки и большого производственного и личного счастья. Тем более, с подачи многомудрой Марьи так и получается. Сначала я должен получить первое место в соревновании, а только потом получить заветный поцелуй.

С моего старческого многолетнего опыта это было очень мало, но ведь и статус соревнования оказывался откровенно низким. Если бы хотя бы региональный. Но опять же, – продолжал я дискутировать сам с собой, – вы сначала попробуйте победить и на этом так называемом низком уровне. Я ведь тоже не такой уж и именитый профессиональный спортсмен. Хотя сейчас, по моему, в СССР вообще только одни любители.

Ох! Половину пути точно прошел. Я это почувствовал по тяжести бега. Не только из усталости, но и из-за того, что начался затяжной подъем. Как я уже говорил, он был не сильный, но на скорости тела сказывался.

И все же, мне было лучше. Тело было такое же молодое, но уже тренированное, а дух вообще был более закаленный. И этот дух, взяв в железные объятия тело, стал заставлять его обгонять соперников одного за другим. А ведь они еще и стартовали раньше! То есть субъективно они бегут рядом, но объективно по времени уже где-то далеко позади! От осознания этого я весело кричал сорванным голосом: «Лыжню!». А если обгоняемые не соглашались (как правило), то сам обгонял их.

Ведь сил-то у меня было не больше, чем у них, просто я брал духом. А что вы думаете, крепкий дух важен только когда ты с гранатами бросаешься под танки? Нет, он и при беге на лыжной трассе весьма нужен!

Тем более, бежал с ускорением, периодически проводя спурт. Отстающие спортсмены с завистью смотрели мне в след, не понимая, что мне тоже очень тяжело, просто порою хреноватенько!

Где-то в километрах полуторах от финиша я с досадой понял, что и закаленный дух уже не помогает. Тело совсем стухло, желая лишь одного – лечь прямо на лыжню и тарарам на все вокруг. И первое место, и поцелуй этой сладкой стервочки Марии. Мало ли девок кругом? Даже у нас в классе столько удмуртских красавиц! А потом, цинично выражаясь, ни одна самая раскрасавица не может дать больше, чем обычная женщина.

Дело в другом. Мужчина ты или погулять вышел? Смирно! На подоконниках быстро и дисциплинированно строится!

В общем, заставил я и тело, и теперь уже дух не сдаваться, разломав последнюю трассу на несколько небольших. Вы когда-нибудь слышали теорию малых дел? Вот, а у меня появилась концепция малых трасс. Сначала вон до того куста, потом сто метров до небольшого поворота. Что тут этот малой валяется? Сил нет? Ай-яй-яй! Впрочем, я ему тоже помочь не в силах. Так что обойти и дальше.

А вот и долгожданный финиш! Прицепимся еще к одному загнанному лыжнику и спуртуемся с ним. Обгонять его ни сколечко не надо. Он из числа выпущенных раньше. Это ведь, кажется, что он впереди меня, а на самом деле по времени он телепается в километре позади и безнадежно отстал.

Франтоватый парень, о котором я вел речь, тоже понимал, что он уже безнадежно мне проиграл, хотя географически шел впереди. И от этого совершил, на мой взгляд, безрассудный поступок. Или ему в кровь также был буквально вбит принцип – финиш надо проходить с ускорением?

Из последних сил, из какого-то еще малюсенького резерва организма, он совершил настоящий финишный спурт, как будто прочитал мои последние мысли. Я, конечно же, с удовольствием прилип к нему.

Пусть и устал сильно, но на прицепе, за спиной впереди идущего оказалось куда как легче. И зря он думает, что я отстану. Я сейчас, как зомби. Только наоборот. То есть, у настоящего зомби тело еще существует, а дух убит. А у меня наоборот – тело издохло, хотя и не до конца, зато душа мучительно живет, пахнет и заставляет идти тело.

Ух, так мы и подошли. Самим казалось – легко и быстро, со стороны виделось – тяжело и медленно. Чувствовалось, лыжники отдали гонке все имеющиеся силы, а сейчас просто механически идут.

Но ведь дошли же! Пришли с официальным временем, и оно почти фантастическое! Ура победителю!

Совершенно теперь не обращая внимания на впереди идущего спортсмена, который в ином случае мог бы стать победителем, комиссия из организаторов на финише галопом прискакала ко мне поздравлять, обнимать и кричать радостные возгласы.

А мне в этот миг совершенно до всех было до синей лампочки. Сил совершенно нет, дыхание сорвано напропалую. Неужели есть такое счастье – лечь на случайную скамеечку и тебя бы никто не доставал?

Шедший впереди Алексей, все понимающий практикой бывшего спортсмена, первым делом посадил меня на переносной стул, крепко растер грудь. Дыхание выровнялось и стабилизировалось. Откуда-то появились новые силы хотя бы достойно принять поздравления.

Красное марево перед глазами постепенно растаяло, я уже стал видеть не только расплывчатые фигуры позади своего физрука, но и конкретные лица людей. Правда, это плоховато помогало. Люди все были неизвестные и какие-то не очень веселые. Скорее, официально деловые.

В принципе, удивляться здесь было нечему. Мой Олег Ломаев, будучи еще молодым парнем, по сути, мальчишкой, в Игре почти никого не знал, тем более в Удмуртии за пределами родного села. Это с годами я постепенно узнавал земляков. А пока ни я никого, ни меня никто.

И относились они ко мне соответственно прохладно. Я еще был не старый земеля из нашего района, а мальчишка из чужого, хотя и соседнего села. А это две довольно большие разницы.

Осторожно встал со стульчика (стульчака?) – земля не закружилась, не стала сторожко убегать. Хорошо быть все же молодым. Хотя усталость еще наваливалась, но, в сущности, я уже постепенно восстанавливался. Снова бежать, естественно, не могу (завтра, наверняка, тоже), но спокойно ходить и даже потихоньку пить воду без опасности выпустить ее также через рот обратно, это, пожалуйста!

Как водится у вежливых людей и корректных подчиненных, первым поздоровался. И ничего что я их совсем не знаю. Явно, что это игринские учителя или мелкие игринские же спортивные чиновники. И, если я случайно не ошибаюсь, есть даже люди из Ижевска. Мария же говорила вчера вроде бы, что приедут и из республиканского комитета физкультуры. Кстати, а где она сама схоронилась?

Осторожно повертел головой, отыскивая среди окружающих. Давление, пульс, дыхание – все приближается в норме. Лишь Марии не видно. Вот ведь, гадина такая. Если бы сегодня проиграл, точно бы уже подошла и тут нагло вертелась, хвастая победой над мужчиной и домогаясь выклянченного приза.

– Кого ищешь? – ехидно поинтересовался Алексей, почувствовав, что речь идет об общей знакомой. Пояснил с улыбкой: – буквально только что уехала. Как увидела, что ты побеждаешь, так и усвистала на легковой машине. А ты как думаешь, проигрывать даже молокососу стыдно! Поговори пока с ее именитым отцом.