Текст книги "Том Марволо Гонт (СИ)"

Автор книги: Михаил Француз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 32 страниц)

глава 32

***

– Здравствуй, Джеймс, – поздоровался я с сидящим за столиком уже другой Нью-Йоркской кафешки мужчиной с соломенного цвета волосами. – Как жизнь?

– Здравствуй, Том, – со вздохом ответил на приветствие Хортон, откладывая в сторону газету. – Поздравляю, ты умудрился навеки вписать своё имя крупными буквами в летописи Ордена.

– Я случайно.

– Даже не сомневаюсь, – хмыкнул он, пока я усаживался напротив и открывал меню. – Но теперь у Наблюдателей только о тебе и разговоров. Видеозаписи с твоими боями пользуются небывалой популярностью. Особенно та кассета, над которой твои спецы трудились, с казнью Ксавье.

– А из ЧАЭС есть? – заинтересовался я.

– Нет, на территорию электростанции я пролезть не успел. И, как выяснилось, слава Богу. Учитывая, что за светопреставление вы там с Курганом устроили, – нахмурился Хортон. – Ученые и следователи до сих пор не понимают, что там произошло.

– Там произошло обезглавливание очень сильного Бессмертного, что спровоцировало взрыв энергоблока, – пожал плечами я.

– Это как раз понятно. Не понятно, почему на месте ДВУХ энергоблоков остался только здоровенный котлован, который уже превратился в озеро, между прочим. И где последствия взрывной волны, которая должна была сравнять все с землёй на пару десятков километров вокруг, если бы был взрыв, силы достаточной для создания такой воронки?

– “Люди живут на земле долгую жизнь. Только растрачивают её по малым крупицам. Но если собрать её в одно время, в одном месте, то результат может получиться… потрясающий”. Хуан Санчес Вилья-Лобос Рамирес, – процитировал я с улыбкой одного из самых ярких персонажей вселенной Горца. – Сознательное управление Животворной Силой, Джеймс. Рамирес учил этому Коннора, Коннор Дункана, Дункан меня. Такая вот преемственность поколений… Я выжег всё, что осталось от энергоблока. Всю радиоактивную гадость. Пытался хоть как-то уменьшить последствия своей ошибки.

– Хм… – задумался Хортон. – Не знал, что Бессмертные так могут.

– Не все. Только старые и очень сильные.

– А ты к каким относишься?

– После убийства Кургана – к “очень сильным”.

– Понятно, – что-то для себя отметил в памяти Хортон. – Несмотря на твои усилия по минимизации ущерба, Том, тридцатикилометровую зону вокруг АЭС эвакуировали и закрыли для проживания и посещения. Радиационный фон там сильно превышает норму. Особенно после того, как прошли ливневые дожди, которые не прекращались два дня после аварии.

– Ливни? – нахмурился я. Не верю в такие совпадения. А погодной магией владеют только Волхвы и Африканские Шаманы. Африканцам в Припяти делать нечего. Сибирь тоже далеко. И за пределами своих лесов Волхвы сильно ослаблены… Точно! Дурмстранг! Там был один специалист-погодник. Волхв-отступник, изгнанный своими за увлечение Темными Искусствами. Евгений Старицкий его звали, насколько я помню. На один дождик его сил должно было хватить. Особенно, при поддержке других Профессоров и Директора. А почему они вообще решили вмешаться? Так логично же: Болгария от Украины недалеко. А ветер переменчив. Чтобы обезопасить себя, решили “вылить” опасный дождик прямо там, где он и сформировался. Умно. Логично. Рационально. Одобряю. Но грибочки под Припятью теперь лучше не собирать. А то ещё покусают грибника ненароком…

– Ливни, – подтвердил Хортон. – Метеорологи в недоумении. По всем законам и закономерностям, радиоактивное облако должно было на Европу отогнать воздушными потоками, но оно эти дни висело над Припятью, как привязанное, пока полностью не вылилось. Иначе как “чудом” это явление не называют. Ты что-то об этом знаешь? – заметил мою задумчивость он.

– Нет, – очнулся я от своих мыслей. – Дождь – это уже не я.

– Да? – хмыкнул он недоверчиво. – Пусть будет: “не ты”.

– Пусть будет, – ответно улыбнулся я.

***

Сегодня после общей тренировки, когда все разошлись по своим делам, меня позвал Пух.

– Том, есть интересная тема, – рыкнул он, откладывая газету в сторону.

– Очень внимательно тебя слушаю, – сказал я, подходя и трансфигурируя себе стул.

– Припять, – припечатал он. – Что ты знаешь о ней?

– Неожиданный вопрос, – напрягся я, усаживаясь на стул за его столом. – Я взорвал четвертый энергоблок, убив на его крыше сильного Бессмертного. Затем сжёг Адским Пламенем то, что осталось, а маги Дурмстранга, используя погодную магию, заставили всю радиоактивную пыль из атмосферы выпасть осадками над нынешней Зоной Отчуждения. Люди из тридцатикилометровой зоны эвакуированы. Радиационный фон на всей территории выше безопасного.

– Вот! – поднял указательный коготь перед собой Пух. – Две с половиной тысячи квадратных километров ничейной земли с дурной славой и условиями жизни непригодными для магглов, – прорычал он, а я крепко задумался. Как-то эту проблему под таким углом еще не рассматривал. И этот взгляд был… свежим. И гораздо более оптимистичным, чем все иные. – А ещё два полностью рабочих энергоблока по 1000 мегаватт каждый. Плюс целый город с полной инфраструктурой, который легко может быть полностью переключен на питание от этих двух блоков.

– Очень интересно, – кивнул я. – Продолжай.

– А у тебя есть несколько десятков опытных сильных магов, преданных лично тебе.

– Это где же? – замер я, хмурясь, в попытке вспомнить “такое добро” в своем хозяйстве.

– В Азкабане, – рыкнул медведь и поправил очки у себя на носу.

– И как ты предлагаешь их оттуда достать? – хмыкнул я.

– Дядю своего же ты как-то достал? – ответил Пух и оскалился, изображая улыбку. Был бы кто нервами похлипче меня – поседел бы. Или обделался от такой “доброй” улыбки.

– То – один узник, мало кому интересный: помер и помер. А это несколько десятков опаснейших преступников, – для проформы возразил я. Медведь лишь оскалился чуть сильнее. – Ладно, Винни, я понял тебя. У! Ты мой мохнатый гений! – прислонился я своим лбом к его лобастой башке и почесал его затылок. – Что бы я без тебя делал!

– Раз за разом проигрывал “бородатому долькоману”, – спокойно прорычал медведь, когда я его отпустил и поправил очки когтем.

– Это был риторический вопрос, – рассмеялся я. – А как же Хогвартс?

– Десять-двенадцать лет вполне достаточный срок, чтобы обжиться на новом месте и оставить за себя толкового управляющего, – ответил медведь.

– Так самку хочется? – сочувственно усмехнулся я.

– Весна, – философски заметил Бенджамин Пухус, снимая очки и протирая их платочком. – Позанимаемся?

– С удовольствием, – хмыкнул я, вставая со стула.

***

Хмурым майским утром к скалистому неприветливому острову причалила одинокая лодка. Из неё на берег вылез высокий черноволосый мужчина в тёплой мантии и поздоровался со встречающими его двумя волшебниками.

Те ответили на приветствие и пригласили следовать за собой к мрачному замку ужасов – Азкабану.

В кабинет начальника тюрьмы после вежливого стука в дверь, дождавшись разрешения, вошёл тот самый черноволосый волшебник, что получасом ранее причалил к берегу.

– Здравствуйте, мистер Терренс, – поздоровался он.

– О, Том! Заходи-заходи, – радостно приветствовал его начальник тюрьмы. – Ты снова к нам? Странно, обычно гости у нас редкость. Добровольные, я имею в виду.

– Здесь не настолько всё плохо, как все утверждают, – улыбнулся вошедший, беря от стены стул и усаживаясь напротив сидящего за столом начальника тюрьмы – Кларенса Терренса.

– Так считаете вы один, Том, – улыбнулся Кларенс.

– Ну, вполне может быть, – пожал плечами гость. – Не зря же меня пять лет назад вся страна знала как Лорда Судеб Волан Де Морта. Мы с дементорами на короткой ноге.

– В… В… Волан… – аж начал заикаться Кларенс. – Не произносите это имя!

– А почему я должен бояться своего имени? – удивился гость, весело улыбаясь.

– Беду накличете! – сделал отгоняющий злых духов жест из религии Христиан Кларенс, выдав себя этим, как магглорожденного или полукровку. – И не шутите так! Сами-знаете-кто умер пять лет назад в Годриковой Впадине! И слава Богу! До сих пор, вспоминая то время, вздрагиваю. Как же хорошо, что этот монстр убился об Гарри Поттера!

– Как скажете, мистер Терренс, – спрятал улыбку гость. При этом глаза его смеялись.

– Вы по делу, Том? – вздохнул, возвращая самообладание Кларенс.

– К сожалению да, мистер Терренс. Хотя и хотелось бы сказать, что всего лишь пришёл распить бутылочку этого прекрасного огневиски, – поставил гость на стол литровую бутылку одного из самых дорогих сортов волшебного алкоголя. Да еще и судя по году на этикетке не менее чем тридцатилетней выдержки. Последовало легкое движение руки гостя, и на столе сформировались два стакана подстать напитку. Дальше гость ловко сковырнул пробку и уверенными движениями налил огневиски в оба. – Ваше здоровье, мистер Терренс, – поднял свой стакан он.

– За встречу, – улыбнулся Кларенс и тоже поднял стакан. Стекло мелодично звякнуло, когда мужчины аккуратно столкнули бокалы и выпили. Точнее Кларенс выпил, а гость лишь немного смочил губы. – Эх, хороша, зараза! – поёжился начальник Азкабана. Гость щелкнул пальцами и появившийся домовой эльф принялся быстро выставлять на стол соответствующую напитку закуску. – Так, что за дело, Том?

– Давай, ещё по одной, Кларенс, – предложил гость сноровисто вновь наполнил стакан Терренса и чуть плеснул себе.

– Давай, – согласился тот. Чокнулись, Терренс опрокинул в себя ещё порцию огневиски, тогда как гость, снова лишь немного пригубил напиток.

– Да в принципе ничего сложного, Кларенс, – пожал плечами гость, отставляя стакан и накалывая вилочкой скользкий маринованный опенок с тарелочки. – Все, как в прошлый раз, три года назад.

– А на этот раз кто? – подналег на колбасную нарезку начальник Азкабана.

– Да ты их наверное и не знаешь, – ответил гость, снова наполняя стакан Терренса.

– “Их”? – удивился Клеренс, глянув на своего собеседника и чуть задержавшись на веселых глазах, заметно расслабился лицом.

– Да, – улыбнулся гость и подвинул ему свиток. – Вот списочек.

– Двадцать восемь человек?!! – возмутился Кларенс, бегло просмотрев содержимое свитка, и снова вскинул голову, упершись взглядом во все так же смеющиеся глаза гостя.

– Зато представь: какие деньги! Если за одного было две тысячи галлеонов, то за двадцать восемь, это же целых пятьдесят шесть!

– О да… – вяло протянул Клэренс, так и не разорвавший зрительного контакта с гостем. – Но такое большое число одновременно умерших заключенных вызовет подозрения…

– А почему они должны умирать одновременно? – удивился гость.

– Но как же…

– Пусть они себе числятся живыми по всем бумагам и отчётам, – весело улыбнулся гость. – Заодно и финансирование, выделяемое на их содержание, можно будет сэкономить. А ведь это немалые деньги!

– О да… – вновь выдохнул Терренс.

– А заключённые, опять же в бумагах, пусть умирают по два, по три в год. Это же вполне естественная убыль для тюрьмы с дементорами, не правда ли? – продолжая держать зрительный контакт, говорил гость.

– Конечно, Том… – ответил Клэренс. – Конечно.

– Деньги на твой счёт в Гринготтсе уже переведены. Так что не будем тянуть, правда? – сказал гость, поднимаясь со стула. – Нам ведь надо ещё успеть прикончить бутылку этого прекрасного напитка!

– Конечно, Том… – поднялся из-за стола магглорожденный волшебник Кларенс Терренс, глаза которого были немного менее подвижными, чем обычно. – Конечно...

***

Утром Кларенс проснулся за своим рабочим столом, в своём кабинете. Голова у него немилосердно трещала. И причина этого в явном виде присутствовала на этом самом столе: целых три пустых бутылки дорогущего огневиски, остатки обильной закуски на красивых тарелках и одна бутылка, пустая всего лишь до половины.

Кларенс прилип к ней взглядом и трясущимися руками схватил ее, после чего жадно припал к горлышку. Спустя две минуты и добрую четверть содержимого бутылки, он отлип от неё, жадно отдышиваясь. Боль начинала отступать, а в голове начинало проясняться. Пришло ощущение блаженства. Кларенс с удовольствием закусил выпитое остатками жареной курицы с одной из тарелок. Прожевал и начал процесс восстановления дня вчерашнего. И повода – с чего же он так напился то, и главное с кем?

Спустя пару минут он схватился за волосы и застонал. Он вспомнил! И лучше бы не вспоминал, право слово!

На столе справа от закуски, так и лежал вчерашний свиток со списком. Кларенс, отпустив свои волосы, дрожащими руками поднял его, развернул и вчитался в строки. И чем дольше читал, тем сильнее дрожали его руки и безумнее становились глаза.

Он же сам, своими собственными руками вчера продал за пятьдесят шесть тысяч галеонов (безумные деньги!!) двадцать восемь Пожирателей Смерти!!! Кому? Тому Гонту… человеку, который прямо называл себя Волан Де Мортом!! Вот Дементор!! А деньги? Деньги, деньги, деньги… Перевел ли он деньги? Не обманул ли?

Тут в окно постучалась официального вида почтовая сова. Терренс встал, дошёл до окна, впустил сову, забрал у неё послание и отпустил. Послание было из Гринготтса. Уведомление о пополнении счёта на пятьдесят шесть тысяч галлеонов.

Кларенс вернулся за стол, налил себе полный стакан огневиски и залпом выпил его. Всё действительно так и было. Он сам, САМ, по собственной воле, жадности и глупости, выпустил двадцать восемь ПСов… И получил за это деньги. И теперь, кому бы он об этом не заявил, всегда потянется, как соучастник. А это Азкабан. Его Азкабан. Вот только не уютный кабинет вдали от дементоров и пронизывающих сквозняков, а самая что ни на есть камера. С полным комплексом удовольствий…

Ни за что!!! Нет! Только не камера. Только не эти твари в балахонах!

А значит что? Значит надо молчать. Надо заметать следы. Надо действовать по той самой Дементоровой схеме, которую предложил этот… искуситель. Жизнь продолжается. И за хорошую жизнь следует побороться!!!

***

глава 33

***

Выкупить из Азкабана двадцать восемь Пожирателей… Мне бы самому такое даже в голову не пришло. Сама мысль бы не появилась. Но Винни эту идею подал. И я задумался. А потом пошёл и сделал. И получилось!

Дементоры… Если бы у меня-Виктора не было опыта общения с Джиной, то они были бы страшными. Но опыт был. И Джина страшнее…

Первый раз я с ними столкнулся в восемьдесят втором, когда мне срочно потребовался управляющий на постройке поместья в Ирландии. Самому мне этим заниматься не было никакого желания. И вспомнил я про Морфина Гонта, который томится без дела и без пользы…

Да, это характеризует меня не с лучшей стороны, то что я вспомнил о нём только, когда он понадобился, а не просто так, но я даже спорить с этим не буду: Виктор был эгоист, которому какое-то дело было только до его «ближнего круга», про Волдеморта в этом контексте не стоит даже вспоминать. А Морфин Гонт – это даже не рядом с «ближним кругом». Но пользу принести может. Значит – ресурс.

И я списался по совиной почте с Начальником Азкабана, собрал о нем кое-какую информацию… и прибыл на остров лично. Магом я был ещё очень и очень слабым, так что лезть к нему в голову опасался, зато изворотливость Тома и знание людей Виктора в сочетании с тугим кошельком сотворили чудо, не хуже волшебной палочки: я купил себе дядю.

Звучит цинично. Но так оно и есть.

Вывез его в Ирландию, оформил (с гоблинской помощью) его, как Морфина Гонта, но не того, который приговорён к Азкабану, а тёзку, приехавшего в Ирландию из Бразилии. Всё чин чинарём, все бумажки в порядке, комар носа не подточит.

Труднее было договориться с ним самим. Воспринимать меня всерьёз этот ворчливый старик не хотел ни под каким видом: полукровка, выродок, позор рода – вот кто я был для него. Пришлось отбросить вежливость и ставить идиота на место грубой силой.

Вырубил и снова отвёз его в Азкабан. На денёк, показав, что как вытащил его оттуда, так и засунуть могу обратно, с одинаковой легкостью. Как шёлковый стал! Дементоры умеют мозги прочистить.

Вот уже четыре года на моё благо трудится.

А у меня появилось полезное знакомство.

Которым я и воспользовался. Но теперь магически я был гораздо сильней, чем раньше, да и в легиллименции поднаторел. Так что стесняться не стал: аккуратно обошёл штатный амулет защиты разума (достаточно серьёзный, кстати), приглушил критичность восприятия и здравый смысл Терренса, «позвенел деньгами», подпоил Огденским. И всё – двадцать восемь опаснейших преступников продано джентльмену с приятной улыбкой.

Как я их забирал? Просто: заходили с Терренсом в камеру, я вызывал эльфа (с разрешения Начальника Азкабана, ибо защита от домовиков там естественно имелась, но «ключи» от неё были у него), усыплял объект, а эльф уменьшал и переправлял объект в лодку, где аккуратно складировал в чемодан. В специальные ячейки.

После, на лодке я с острова уплыл, выйдя из зоны действия антиаппарационного барьера, и переместился в аэропорт. Самолётом до Украины, а дальше аппарацией в Припять.

Больше суток пришлось потратить на создание пригодных для жизни условий в пустующей школе: почистить от радиации, запустить водоснабжение и водоотведение (магически), понаставить защитных барьеров и фильтров воздуха, переместить при помощи эльфа запас продуктов и восстанавливающих зелий, запас чистых мантий и белья, понаставить коек, разместить на этих койках мои «приобретения». И накрутить антиаппарационный барьер, чтобы эти приобретения не разбежались.

Эльфа назначил присматривать за бывшими узниками, кормить их, объяснять, как пользоваться туалетом, водопроводом, душевыми… И оставил ПСов на две недели восстанавливаться. А сам вернулся в Нью-Йорк.

За день до того момента, как появиться, я переслал через эльфа двадцать восемь волшебных палочек (точных копий тех палочек, что были у ПСов раньше, благо все параметры Волдеморт прекрасно знал) и распоряжение: собраться в назначенный час в актовом зале.

***

Белла не понимала, что происходит. Кто-то в черной мантии с капюшоном на голове в сопровождении Начальника тюрьмы вошёл в её камеру, направил на неё руку, и всё. Проснулась она на нормальной кровати, а не на привычной уже прелой соломе. Голая, а не в тюремной робе. Под одеялом, в светлой непривычного вида комнате с большими застеклёнными окнами, в которые светило солнце.

Рядом стояли ещё кровати, на которых лежали другие женщины. И всех этих женщин она знала. Все они были с ней в свите Темного Лорда, а после его смерти (мысль об этом снова отозвалась болью в душе Беллатрисы), насколько ей было известно, попали в Азкабан, как и она сама.

Проснулась она из всех первой. Рядом с кроватью на стуле нашла одежду, пришедшуюся ей в пору, как размером, так и фасоном. Именно такие мантии Белла носила до Азкабана, когда… была со своим Лордом.

Перед ней возник эльф в белой чистой наволочке без гербов. Он склонился в поклоне и начал объяснять… расположение комнат, удобств, распорядок работы столовой… и то, что из здания выходить нельзя, так как снаружи в воздухе и почве опасный для жизни яд, названный им странным словом «радиация».

Приведя себя в порядок и перекусив, Белла потратила почти час на расспросы слишком наглого для обычного домовика эльфа. И узнала не так уж много.

Первое: их тут двадцать восемь человек. Все Пожиратели, которые были в Азкабане. Оттуда их вытащил и переправил сюда хозяин эльфа. Кто он, эльф говорить отказался. Зачем – не знал.

Второе: они находятся в оставленном магглами городе. Оставленном потому, что хозяин эльфа взорвал какое-то маггловское строение, распространившее смертельный яд на две сотни километров вокруг. И этот яд будет действовать ещё сотни лет.

Город находится на территории Украины, называется Припять.

И третье: задача эльфа – помочь им восстановиться после пяти лет пребывания в Азкабане. Для этого в здании имелась кухня, спортивный зал, душевые, запас продуктов, шоколада и зелий.

Что будет потом, эльф естественно не знал. Только то, что его хозяин обязательно через какое-то время прибудет лично и встретится с ними. Через какое именно, эльф тоже не знал.

Дальше начали просыпаться остальные.

В тот же день состоялся общий совет. На котором ничего так и не решили: метки не потемнели, оставаясь такими же бледными, значит Лорд мёртв. Кто собрал ПСов здесь – неизвестно. Для чего – непонятно. Вот только выйти из здания или аппарировать из него невозможно: очень сильные барьеры и чары не позволят. На их взлом без волшебных палочек уйдёт больше месяца, да и то в этом нет уверенности. Только переругались. Даже дошло до драки. И от беспалочковой Авады погиб Яксли. Слабак.

А то, что снаружи яд, узники этой новой тюрьмы могли легко убедиться по собачьим и птичьим трупам, которые было видно из окон.

Однажды в зоне видимости проехала техника с магглами, которые все были в специальных защитных костюмах и с оружием. Лиц в окнах школы магглы не замечали, что ясно говорило о наличии магглоотталкивающих чар на здании.

А через двенадцать дней, когда ПСы уже готовы были начать на стены кидаться от безделья, эльф принёс волшебные палочки. И новость о скором прибытии своего хозяина.

К утру живых Пожирателей осталось десять, а школа представляла собой поле боя.

Как ни странно, чары периметра продолжали держаться.

К десяти утра все выжившие в дурацкой междуусобице, всё ещё слегка разгорячённые, собрались в том, что осталось от актового зала и, заключив временное перемирие, принялись ждать.

Хозяин эльфа оказался пунктуален. Минута в минуту он появился на сцене. Призвал беспалочковым «акцио» стул и уселся на него.

Был он высок и широкоплеч. Большего разобрать было нельзя, так как одет он был в чёрную мантию с накинутым на голову капюшоном, на котором ещё и специальные чары маскировки имелись, мешающие опознанию.

– Бардак, – проворчал он. – Это все, кто остался? – ответом ему было молчание. – Что ж. Вы наверное гадаете, кто я? – и снова молчанье. – Я Лорд Судеб Волан Де Морт, – на это заявление тут же прилетела Авада от Рудольфуса. Маг на сцене легко увернулся, а Рудольфус упал на пол, захлёбываясь собственной кровью из пробитого ножом горла. – Повторяю: Я Лорд Судеб Волан Де Морт. Меня убили, но я смог возродиться, – сказал маг на сцене и поднялся во весь свой немалый рост. ПСы продолжали молчать. – Я вытащил вас из Азкабана, как только вернул себе достаточно сил для этого. И что я вижу? Вы передрались между собой!!! – ПСы продолжали молчать.

Белла смотрела на темную фигуру и не знала, что думать. Метка молчала. Лорд был ниже ростом, чем этот. И голос у Лорда был другой. Но вдруг?..

– Мы проиграли войну в Британии. Дамблдор победил. Меня заманили в ловушку в дом Поттеров, где я был убит. Но я бессмертен. Я нашёл способ возродиться. Пойдёте ли вы за мной? – продолжал говорить маг на сцене.

– Ты не Лорд! – встал со своего места один из выживших, закатав рукав на руке и показав на Метку, которая оставалась неактивной.

– Сколько я помню, ты первый протестовал против них, Мальсибер, когда я начинал их ставить. Чем недоволен теперь? – ответил маг и легко спрыгнул со сцены.

– Ты не Лорд! – упрямо повторил тот.

– Наградить бы тебя «Круциатусом», – вздохнул маг, подходя ближе. – Но не хочу снова сходить с ума, – вместо Непростительного мелькнула рука мага в черной мантии, и Мальсибер упал на пол, корчась в беззвучном крике, держась обеими руками за свой живот. – Я возродился. Мой разум восстановился и очистился. Я стал мыслить ясно. И мне открылась причина нашего поражения… – Белла продолжала смотреть на мага в черной мантии, и в её душе боролась надежда на то, что это действительно Лорд, что он жив, с подозрением, что это просто самозванец. Наглый, самоуверенный, но глупый. – Причина была в безумии…

– Ты не Лорд! Убить самозванца! – зло прокричал Рабастан, вскидывая палочку, до этого остановившимся взглядом наблюдавший за лужей крови, расползавшейся под телом своего брата, и сразу с нескольких сторон в мага полетели Непростительные. Тот снова легко, даже грациозно, словно бы играючи, увернулся от них. Но тут полетели «Облака праха», «Плети боли», «Путы отчаянья», «Тлен», «Гниль» и другие площадные заклинания.

Перед левым кулаком мага образовалась небольшая, круглая, размером с тарелку пленка «Зеркального Щита», которой тот чрезвычайно ловко орудовал, отправляя летящие в него заклятия обратно в противника, а иногда наоборот, в совершенно другого, внося этим сумятицу и неразбериху. При этом сам он быстро и вполне осмысленно передвигался. Кто-то скастовал Адское Пламя, полетели молнии, снова Непростительные, режущие проклятия, «бомбарды» и «редукто»… Пожиратели были бойцами опытными, подготовленными, сильными магами-боевиками, за две недели вполне успели восстановиться, пусть не до пика своей формы, но по крайней мере почти до нормального состояния. Всех слабаков повыбили ещё вечером и ночью, так что тут оставались только самые сильные, умелые, живучие… но вся их сила оказывалась бесполезной против верткой, подвижной тени без лица, в которую превратился в их восприятии маг. Все их атаки уходили мимо, в никуда и в них же самих, тень постоянно оказывалась в неудобных для атаки положениях, не позволяя себя окружить, постоянно заходила во фланг и в тыл…

Белла в общем безумии не участвовала, она смотрела на своего Лорда и уже не сомневалась, что это именно он. Пусть манера боя и движения были другими, пусть он не пользовался своей любимой Авадой и Круциатусом, но «Зеркальный Щит» знал только ОН. А уж управляться с ним с такой легкостью и естественностью, а уж когда в правой его руке полыхнул меч из Адского Пламени…

Вот только атаковать им было уже некого. Мертвы были все, кроме них двоих. Маг повернулся к ней темным провалом, что был у него под капюшоном, поднимая огненный меч для удара. Белла упала на колено и радостно улыбаясь подняла голову с безумным счастьем в глазах, глядя на приближающегося мага.

– Мой Лорд! – произнесла она. – Вы вернулись!!! – маг остановился. Огненный клинок погас, плёночка щита исчезла. Маг огляделся по сторонам и раздражённо по змеиному зашипел, как шипел Лорд, когда бывал зол.

– Идиоты! – перешёл он с парселтанга на человеческую речь. – Недоумки! Дебилы! – пнул он ближайшее тело, которое от этого пинка рассыпалось могильным прахом. – Агрессивные дегенераты! Столько сил! Столько надежд! И всё Дементору под хвост!

– Мой Лорд! Я готова служить Вам! Приказывайте! – воскликнула Беллатриса, прижимая правую руку к сердцу.

– Белла, – так же быстро успокоившись как и вспыхнув, повернулся к ней маг и скинул с головы капюшон. Девушка задохнулась от накрывшей её волны радости: она узнала это лицо. Так выглядел Лорд до того, как Тёмные ритуалы, даруя силу, вытравили из его облика всё человеческое. Тогда, когда он ещё интересовался женщинами… И оно казалось ей божественно прекрасным. – Хоть ты кидаться не стала.

– Как я могла, Мой Лорд?! – воскликнула она. – Я ваша, душой и телом!

– Да? – задумался он и почесал в затылке. – И что же мне с тобой делать?

– А для чего Вы собрали нас всех здесь?

– Хотел Университет Магии построить. Наш собственный, на ничейной земле, не относящейся ни к какому Министерству, не скованный никакими законами и ограничениями, где мы могли бы растить истинных магов и учить их настоящему волшебству… – вдохновенно говорил Лорд, а потом обречённо уронил руки. – Но, видимо, не судьба…

– Мой Лорд! Но мы можем начать его вместе! – ещё более воодушевлённо воскликнула Беллатриса.

– Нет, Белла, – покачал головой он. – Для двоих здесь слишком много работы. Я рассчитывал на двадцать восемь умных, сильных и опытных магов. С ними можно было бы горы свернуть! А получил двадцать семь трупов… Ладно, пойдем отсюда, – сказал он, беря Беллатрису за руку и отпуская контроль выпущенного Эйвери Адского Пламени, которое он до сих пор усилием своей воли сдерживал, перехватив после смерти того «нить» управления чарами. Огонь с рёвом взвился, а Лорд аппарировал.

Оказались они в каком-то переулке, какого-то маггловского города. Лорд, не прибегая к помощи не только заклинаний и палочки, но даже и жестов, трансфигурировал свою чёрную мантию в простой неброский маггловский костюм. Потом повернулся к Беллатрисе и проделал с её мантией то же самое, только превратил её в лёгкое светлое платье. Девушка смотрела на эти действия с немым восхищением.

– Итак, меня зовут Том Марволо Гонт, Глава Рода Гонтов. Я полукровка. Мой отец был магглом и носил фамилию Реддл, мать была из Старого Чистокровного Рода Гонтов, из которого была изгнана за связь с магглом. Так что в Хогвартсе я учился под фамилией отца.

– Это Ваша «легенда», Мой Лорд? – спросила Белла.

– Это правда, – ответил он. – Я скрывал её раньше, поскольку стыдился своего происхождения. Убил отца-маггла, подставил и засадил в Азкабан брата матери… Но после своего возрождения многое переосмыслил и принял Род матери официально. Стал его Главой. Так что имя Том Гонт – моё по праву.

– Гонт… это не те ли Гонты, что ведут свой Род от самого Слизерина?

– Те, – кивнул Лорд. – Но Слизерины в моём Роду были по женской линии, но да – потомками Салазара мы являемся, так же как и потомками Кадма Певерелла.

– Но почему Вы скрывали это? – удивилась Беллатриса.

– Потому, что ненавидел своего отца-маггла, – пожал плечами Лорд. – Ладно, сейчас мы отправимся в маггловский аэропорт и маггловским самолётом полетим в Ирландию, там аппарируем на мои родовые земли, где дядя сейчас отстраивает нормальное поместье вместо той хибары, что была там раньше. Ты будешь помогать ему, пока я займусь твоей легализацией.

– Легализацией? – удивилась Беллатриса. – Разве это возможно?

– Я же легализовался? – хмыкнул он.

– Потрясающе… а как Вы вытащили нас из Азкабана?

– Купил. По две тысячи за штуку, – расплылся в улыбке Лорд. Лорд УЛЫБАЛСЯ! И у него была потрясающе красивая улыбка. Беллу так это поразило, что она забыла даже о чём спрашивала. Осталась только эта ослепительная улыбка Её Лорда.

Тот поводил рукой у неё перед глазами, не дождавшись реакции пощёлкал пальцами. Беллатриса встрепенулась и покраснела.

– Говорю, что купил вас по две тысячи галлеонов за штуку у Начальника тюрьмы, – повторил Лорд.

– Купили?! – изумилась она. – Как это?

– Дал взятку за то, что он проведёт вас по бумагам, как умерших. А вас самих заберу из камер туда, куда хочу. Вот так вот всё просто.

– Невероятно… Он сумасшедший?

– Нет. Просто я – Мастер Легилименции. А встреча была личной. Штатный амулет Защиты Разума ему не помог. Зато он стал богаче, – пожал плечами Лорд. – Надо бы, кстати, успокоить мужика, рассказать, что они поубивали друг друга и нигде уже не «всплывут».

– Друг друга? – удивилась Беллатриса.

– А ты разве не заметила? Я никого из них пальцем не тронул. Только уворачивался. Они проклинали друг друга сами... Ну, кроме Рудольфуса, конечно, – ответил Лорд, пока они спокойно шли по улице в сторону аэропорта. Причём Лорд естественно и непринуждённо взял Беллатрису под ручку, что вызвало немой шок счастья у последней.