355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мэри Лайонс » Всего лишь поцелуй » Текст книги (страница 2)
Всего лишь поцелуй
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 00:19

Текст книги "Всего лишь поцелуй"


Автор книги: Мэри Лайонс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава 2

Легкий летний ветерок колебал воздушные занавески в спальне Хэрриет, но девушке было жарко. Она ворочалась в постели, напрасно пытаясь забыться сном.

Осознав тщетность своих усилий, она решительно отбросила одеяло. Накинула легкий халат и прошлепала босиком через всю гостиную к стеклянным дверям.

Ну как она могла? Дура и есть дура! Как она только позволила так вертеть ею этому Финну Маклину?

С самого начала их знакомства, еще несколько месяцев назад, он вызвал в ней чувство неприязни. Она попробовала разобраться, отчего у нее возникло подобное чувство к человеку постороннему, которого она видит в первый раз. Но так и не поняла.

Все из-за тети Джейн, мрачно решила про себя Хэрриет, но тут же посмеялась над такой нелепицей. Неблагодарная! Конечно, если бы не тетя, оставившая ей в наследство замечательный дом и восхитительный сад, она бы никогда не столкнулась с Финном Маклином. Так что ж с того? Докучливая мошкара всегда найдет лазейку, чтобы проникнуть в самый распрекрасный, самый замечательный дом, напомнила себе она.

Хэрриет отворила стеклянные двери и вышла на балкончик. Она вдохнула всей грудью мягкий ночной воздух, напоенный ароматом жасмина, сирени и ранних роз. И сразу же ощутила умиротворение. На балкончике стояла пара садовых стульев. Хэрриет присела на один из них. Удовлетворенно вздохнув, она откинулась на спинку, уставившись на звезды, поблескивавшие в темном небе высоко над головой.

В сокровенных мечтах она иногда видела себя единственной владелицей такого сокровища – газона в пол-акра,[5]5
  Акр – около 0,4 га.


[Закрыть]
деревьев, уединенных дорожек и цветников, ярко цветущих круглый год. Этот внутренний сад был общим для нескольких домов, окружавших его. Из разговоров с соседями Хэрриет знала, что они испытывают те же чувства, что и она.

Лэдброк-Эстейт было почти неизвестно за пределами района, составляя большую часть Ноттинг-Хилл и Холланд-Парк. Оно состояло из шестнадцати таких садов, отгороженных от постороннего глаза и исключавших доступ к ним чужих. Что и делало их замечательными в своем роде: гуляли там лишь жильцы, живущие в непосредственной близости от садов. Потому-то не многие знали об их существовании. Даже Хэрриет, в последние годы частенько навещавшая тетю, не подозревала о зеленом оазисе с задней стороны тетиного дома.

Только после смерти тети Хэрриет узнала, как же ей повезло.

Как-то один из ее двоюродных братьев заметил, что «шансы Хэрриет в лотерее повысились». На самом деле он имел в виду вовсе не игру. Просто тетя Джейн, особа весьма эксцентричная и по натуре своей властная, завела привычку постоянно менять завещание в пользу то одного, то другого из ее многочисленных племянников и племянниц. Тетя умерла в прошлом году, случилось это неожиданно. И Хэрриет, к своему немалому удивлению, обнаружила, что оказалась счастливой обладательницей огромного дома в Лэнздаун-Гарденз, а также акций и ценных бумаг, кой-чего да стоящих.

– Повезло же тебе! – воскликнул ее двоюродный брат Мартин, узнав новость. – В прошлом году кандидатом в наследники был я. Да, видать, в чем-то провинился. Может, тем, что оставил работу и ушел на сцену? усмехнулся брат. Он обнял Хэрриет и пожелал ей удачи с новым приобретением. – Это ужасно старый дом, он кишмя кишит кошками и заставлен пыльной мебелью. Что ты будешь с ним делать? Продашь?

Хэрриет пожала плечами. Дом в самом деле сильно запущен. Разумнее всего было бы отдраить его до блеска и выставить на продажу. Родители были только за, особенно мать.

– Это единственное, что ты можешь сделать, дорогая, – решительно заявила та. – К чему тебе, спрашивается, огромный домина, да к тому же в малопрестижном районе Лондона? Ты должна как можно выгоднее продать его и купить маленький, аккуратненький домик. Где-нибудь в районе Найтсбридж или Слоун-Сквер.[6]6
  Найтсбридж – фешенебельный район лондонского Уэст-Энда; известен своими дорогими магазинами, в т. ч. ювелирными и антикварными. Слоун-Сквер – фешенебельная площадь в лондонском Уэст-Энде.


[Закрыть]
То, что надо.

Обычно они редко находили общий язык, но на этот раз Хэрриет не могла не признать, что мать, наконец, дала ей дельный совет. Хэрриет тогда снимала маленькую квартирку в Айлингтоне, а ее мать жила далеко от столицы, в графстве Глочестершир. Тогда обе и представить себе не могли, что Холланд-Парк и Ноттинг-Хилл вскоре станут самыми популярными районами Лондона.

Хэрриет оставалось лишь догадываться, в чем секрет такой популярности. Может быть, то были огороженные со всех сторон садики, казавшиеся особенно привлекательными в летнее время, когда центр города окутывал горячий, пыльный воздух. А может, причина крылась в необъяснимой тяге людей к перемене мест. Как бы там ни было, но стоит лишь какой-нибудь поп-звезде или владельцу крупной компании «открыть для себя» Холланд-Парк или Ноттинг-Хилл-Гейт, как все вдруг загораются желанием поселиться там.

Потому-то сотрудник агентства недвижимости, куда она обратилась, желая продать дом, видимо оживился, узнав, в каком районе находится дом. А когда Хэрриет услышала, что может выручить от продажи дома чуть ли не миллион фунтов, ноги ее едва не подкосились. Она рухнула на стул как подкошенная и уставилась на агента, не веря ушам своим.

– Но я и не подозревала… то есть я хочу сказать… Вы шутите? только и смогла выговорить Хэрриет: в какой-то миг у нее слегка закружилась голова и она готова была рухнуть в обморок.

– И в мыслях не было, – доверительно сообщил ей мистер Эванс. Он нетерпеливо щелкнул пальцами своему помощнику, чтобы тот быстренько принес стакан воды – девушка, похоже, собралась покинуть этот бренный мир. – Я осмотрел дом, – продолжал мистер Эванс. – Повсюду, конечно, разруха, но… Если как следует убраться, вы сможете выручить что-то около той самой суммы.

– Я… мне просто не верится! – только и пробормотала ошеломленная Хэрриет. – А вы уверены? Ну, то есть… не хочу показаться невежливой, но… это ведь огромные деньги!

– Не такие уж и огромные! – Мистер Эванс легко взмахнул рукой. Знаете, на днях ко мне обратилась молодая пара… они подыскивали себе дом… вроде вашего… Ну так вот, они готовы были выложить два-три миллиона за дом в хорошем состоянии. Если бы ваш был поприличнее, вы бы получили за него еще и не такие деньги. Но я уверен, миллион мы с вами наверняка выручим, тут даже не сомневайтесь.

Миллион фунтов! Сумма запредельная, размышляла Хэрриет по дороге в свою маленькую квартирку в Айлингтоне. Когда-то она выбрала этот район, потому что оттуда ей удобнее добираться до работы на Странд.[7]7
  Странд – одна из главных улиц в центральной части Лондона, соединяет Уэст-Энд с Сити.


[Закрыть]

В университете она училась на юридическом факультете и сейчас работала рядовым юристом в крупной юридической фирме. Но оказалось, что вовсе не об этом она мечтала. Она поняла, что пыльный, бумажный мир юристов не для нее. Дело оставалось за малым – выяснить, чем же она хочет заниматься в жизни. Да еще существовала надобность в средствах к приличному существованию причина, по которой Хэрриет, собственно, и не решалась уйти с этой работы и пуститься на поиски новой.

Все последующие дни «миллион фунтов» не шел у Хэрриет из головы.

Как-то ее посетила шальная мысль: а что, если бросить работу и жить на проценты от продажи дома? Но она быстро сообразила, что такая жизнь не по ней. На первый взгляд заманчиво валяться в свое удовольствие и ничего не делать. Но Хэрриет не сомневалась, что очень скоро такое праздное, пустое существование ей наскучит.

Родители, разумеется, были только рады неожиданно привалившему ей наследству. А ее приятель, Джордж, так вообще – наверное, впервые в жизни ожил.

– Послушай, Хэрриет, да это кругленькая сумма! – воскликнул он, улыбнувшись при этом несколько шире обычного. – И такой хорошенькой головке, как твоя, даже не придется беспокоиться о наилучшем вложении капитала. У меня есть толковые парни в Сити, они с умом распорядятся таким миленьким гнездышком с золотыми яичками.

Хэрриет просто диву давалась, с какой готовностью все стремились потратить деньги, еще даже и не полученные ею. Мать настоятельно советовала приобрести небольшой, уютный домик в престижном районе: «Так удобно, дорогая… я бы останавливалась у тебя, приезжая в Лондон за покупками». Друзья советовали спустить все деньги на кругосветное путешествие; кто-то подкинул идею открыть шикарный ресторан.

Ее подруга, Триш Палмер, тоже не осталась в стороне и предложила Хэрриет приобрести пустующее помещение рядом с ее антикварной лавкой на Ледбари-Роуд.

– Не так быстро, Триш! – сонно пробормотала Хэрриет. Была суббота, половина седьмого утра, и она помогала подруге расставлять антикварные вещицы на лотке. По субботам подруга торговала ими на ближайшем рынке Портобелло-Роуд. – Конечно, я рада иногда помочь тебе, – продолжала Хэрриет, согревая руки кружкой горячего кофе. – Но я ничего не смыслю в антиквариате. По мне, так сама идея приобрести антикварный магазин и превратиться в преуспевающего торговца древностями звучит нелепо!

– Тебе вовсе не надо заводить непременно антикварный магазин, заметила на это Триш. – Можешь продавать что угодно: одежду, цветы, украшения. Только глянь на магазинчик той девицы – у нее одни лишь кошельки да сумочки. А как разбирают!

– Да, у нее талант, – завистливо вздохнула Хэрриет. – А я вот ну ни капельки не чувствую в себе предпринимательской жилки!

И все же именно Триш натолкнула ее на мысль о том, как распорядиться домом.

Однажды в выходные Хэрриет попросила Триш и Софи помочь убраться в доме – ожидались потенциальные покупатели. Подруги, увидев огромный дом, поразились его размерам.

– Стоило вынести всю эту пыльную рухлядь, и дом сразу преобразился, сказала Софи, опираясь на щетку. Она задрала голову полюбоваться на красивый карниз под высоким потолком гостиной второго этажа.

Триш перепачканной рукой откинула со лба влажную прядь выбившихся волос.

– Жаль, что после трудов праведных тебе придется продать дом. Такое бы наследство да мне… уж я бы уцепилась за него.

– Мне все равно не по средствам жить в нем, напомнила ей Хэрриет. Отбросив тряпку в сторону, она объявила, что все они заслужили чай.

По дороге на кухню, находившуюся внизу, на первом этаже, Триш все переживала, что подруга вынуждена расстаться с таким прекрасным старинным домом.

– Брось! – засмеялась Софи и обвела рукой с шоколадным печеньем большую кухню, неожиданно оказавшуюся светлее, чем она была вначале. Скажи на милость, как Хэрриет будет жить в огромном доме одна?

– Зачем одна? – возразила Триш. – Она запросто может разделить дом на квартиры – по одной на каждом этаже. Она может сдавать их друзьям или…

– Что? Сдавать квартиры внаем? – усмехнулась Софи. – Не смеши! Хэрриет, стряпающая для своих постояльцев, перед тем как мчаться на работу?

– Да уж, своему времени я найду лучшее применение! – со смехом согласилась Хэрриет.

Вспомнив, что дел еще невпроворот, а времени мало, они продолжили уборку.

Прошла неделя. Хэрриет медленно обходила чистый, пустой дом, дожидаясь агента вместе с клиентом, пожелавшим его осмотреть. Она все вспоминала слова Триш.

Как бы сделать так, чтобы оставаться владелицей дома и одновременно жить в нем! Такое удовольствие отворять высокие застекленные двери огромной гостиной на первом этаже и выходить в уединенный, прекрасный сад.

Мечтания ее прервал звонок в дверь. Хэрриет поспешила в холл и открыла дверь. Перед ней стоял агент по недвижимости. Рядом с ним был высокий мужчина, агент представил его как некоего мистера Маклина. Мистер Маклин захотел осмотреть дом еще до официального объявления о продаже дома.

Хэрриет посторонилась, пропуская мужчин. В холле было сумрачно, и она толком не разглядела незнакомца.

Потом она водила их по огромным пустым комнатам. И постепенно ей стало казаться, что этот мистер Маклин не очень-то заинтересовался домом.

Хэрриет провела мужчин в солнечную гостиную на первом этаже. И там, разглядев мистера Маклина, потеряла дар речи – тот был не просто красив, а умопомрачительно красив.

Он был одет свободно, по-выходному, но безупречно. И равнодушно скользил взглядом по комнатам. Хэрриет вдруг подумала, что сама она, наверное, выглядит невероятно скучно.

Она никогда прежде не имела дел с посетителями, желающими осмотреть квартиру, и потому изрядно поломала голову, решая, в чем же их встречать. Нет, конечно, одежда не самое важное. Но агент предупредил, что первое впечатление решает очень многое. И настоятельно советовал ей навести во всем доме идеальную чистоту.

– Неплохо бы также расставить по комнатам вазы с цветами, – сказал он ей. – Своим клиенткам я всегда говорю, что совсем нелишне, если в комнатах стоит аромат свежесваренного кофе или только что испеченных булочек. – При этом агент заговорщически подмигнул Хэрриет, будто только что раскрыл ей профессиональный секрет.

Хэрриет едва ли была способна выполнить все его рекомендации. Довольно и сияющих чистотой комнат. Она вызвала мойщика окон, и дом стал совсем другим.

Правда, одеться Хэрриет должна была так, чтобы создавалось впечатление, будто она только в таких домах всю жизнь и обитала.

Потому она отвергла кожаную мини-юбку едва ли подходящий наряд, если взбираться по лестнице, показывая дорогу. Не годилось и ее любимое платье, из воздушного шифона в теплых тонах коричневого и зеленого, – чересчур легкомысленно. Хэрриет взяла один из строгих костюмов, темно-синего цвета, в каких она обычно ходит на работу. Снова не то – слишком строго. В конце концов она остановилась на самом незамысловатом, но проверенном варианте темно-синие джинсы, белая в обтяжку футболка и клубный пиджак в тон джинсам.

Но к чему все эти волнения, если мистер Маклин безмолвно следует за ней! Даже когда она распахнула высокие стеклянные двери просторной гостиной на втором этаже, он не проронил ни слова. Хэрриет его молчание показалось оскорбительным.

Она вышла через двери на балкон; прямо внизу раскинулся сад. Хэрриет выразила надежду, что посетители, так же как и она, по достоинству оценят сочную, пышную растительность. Но мистер Маклин лишь едва глянул на дивный вид и пробубнил себе под нос что-то вроде «Недурно». И тут же вышел с балкона.

Да он жалкий мещанин! – подумала про себя раздосадованная Хэрриет, запирая стеклянные двери.

Как назло, замок заело, он, видимо, заржавел двери вообще редко отпирали. Хэрриет пыталась повернуть ключ, но все впустую, ключ не поворачивался. И тут рядом с ней возник этот высокий незнакомец.

– Позвольте, я помогу вам, – спокойно прозвучал его голос. Он взял из рук Хэрриет ключ.

Позже она вспоминала эту сценку. Он слегка коснулся ее руки, желая взять ключ. Но почему ее будто током пронзило от его прикосновения? Почему, она вскрикнула и даже отскочила, уронив при этом ключ, который с грохотом упал на паркетный пол? Хэрриет сама себя не понимала.

Тогда она здорово смутилась. Ее обыкновенно бледные щеки густо покраснели. К тому же Хэрриет с досадой заметила, как губы мужчины, склонившегося за ключом, скривились в усмешке.

Да, он чертовски хорош собой, ну и что? Хэрриет поспешно отстранилась. И повела их вниз, туда, где находилась кухня.

Там она молча слушала, как агент расписывает преимущества такого большого пространства первого этажа, находящегося немного ниже уровня земли.

–..и, конечно, если вы все еще желаете разделить дом на несколько квартир, – продолжал агент, – он идеально подходит для такой цели. Светлые, просторные комнаты…

– Вы не сделаете этого! – неожиданно для себя с жаром воскликнула Хэрриет. Ее возмутила сама мысль о том, что дом ее тети может быть разбит на отдельные квартиры.

– Вот как? – усмехнулся мистер Маклин и медленно повернулся к девушке.

Он как будто только что заметил ее. Мужчина прошелся взглядом по высокой, стройной фигуре, омываемой теплыми лучами солнца, проникающими через окно. Рассмотрел длинные огненные волосы, перехваченные сзади темно-синей лентой; оживленные солнечным лучом, они вспыхнули феерическим блеском.

Хэрриет, в смущении от своего столь неожиданного взрыва, почувствовала себя еще более неловко, когда высокий мужчина медленно и уверенно двинулся к ней.

– И что же именно заставляет вас думать, будто я не могу разделить дом на квартиры? – ледяным тоном осведомился он, остановившись прямо перед ней.

Все то время, пока они ходили по дому, он даже не обращал на нее внимания. И тут вдруг Хэрриет заволновалась, обнаружив себя объектом его пристального внимания. Взгляд огромных голубых глаз светился умом и силой; он будто буравил ее насквозь. Хэрриет стало совсем не по себе, ноги ее были как ватные.

Она оперлась о белую фарфоровую раковину и попыталась взять себя в руки. И чего это она ведет себя так глупо, точно девчонка? Да она видала сотни парней, мало в чем уступавших этому! Так что она не даст ему спуску. Ведь дом-то вес еще ее.

– Я продаю дом, а не отдельные квартиры, попробовала возразить Хэрриет, и ей самой стало противно от своего неожиданно тонкого, срывающегося голоса, обыкновенно чистого и ясного. – Моя тетя ужаснулась бы при мысли о том, что ее старый добрый дом задумали нарезать на квартиры и распродать по частям.

Воцарилась глубокая тишина. Мужчина пристально смотрел на нее, но непонятно было, о чем он думает.

– Поправьте меня, мисс Уэнтворт, если я ошибаюсь, – с усмешкой протянул он, нарушив наконец гнетущую тишину. – Сдается мне, я не обсуждал свои планы с вами?

– Конечно, не обсуждали, – огрызнулась Хэрриет. Ее раздражало, что с ней обращаются как с дерзким ребенком, посмевшим ослушаться умудренных опытом взрослых. – Но тетин дом не достанется тому, кто вздумает распродавать его по кускам, – упрямо твердила она.

– Не вижу, каким образом вы можете мне помешать, – насмешливо возразил он ей несколько снисходительным тоном, приводившим ее в бешенство. – Три года назад было дано разрешение на перепланировку домов, и я просто не понимаю, каким образом вы можете помешать покупателю делать с его собственностью все, что тот пожелает.

– Что? – Хэрриет воззрилась на агента, который явно нервничал, пока эти двое перебрасывались колкостями. – Я и не слышала даже, чтобы моя тетя думала о разделении дома на квартиры. Почему вы мне не сказали? – гневно потребовала она ответа.

– Я и сам узнал только вчера, – пожал плечами агент. – И все же, к чему беспокоиться? – продолжал он примирительно. – Это только повышает стоимость дома.

– Но… но это не просто здание какое-нибудь, это же дом! – вскричала Хэрриет, не отдавая себе отчета в том, что несет ерунду. – Я-то думала, в доме будет жить семья, любоваться садом и… – Она умолкла, поняв, что только выставляет себя на посмешище.

– Что ж… – Агент пожал плечами и весело обратился к мистеру Маклину, предлагая еще раз пройтись по дому.

Хэрриет молча прошествовала перед мужчинами наверх, предоставив их самим себе. В голове у нее крутилась только одна мысль: она ни за что, ни при каких обстоятельствах не продаст дом этому отвратительному Маклину. Он не наложит свои лапы на этот дом, никогда!

Прошло две недели, а ничего путного она не придумала.

Наверное, тете было очень одиноко в таком огромном доме. Потому она и получила разрешение на перепланировку. Казалось бы, какое Хэрриет дело до того, что станется с домом после продажи? Однако ей почему-то было дело, как, впрочем, и до ненавистного типа тоже. Да кто он такой? Какой-нибудь паршивый застройщик, которому наплевать, что будет с домом, лишь бы выжать из него побольше денег.

Как-то среди ночи Хэрриет неожиданно проснулась. Похоже; пока она спала, мозг ее все думал и думал. Потому что Хэрриет вдруг стало ясно: решение есть. Она не продаст дом. Она будет жить в нем сама!

Хэрриет выбралась из кровати и босиком кинулась в соседнюю комнатушку; в гостиной тетиного дома поместилось бы четыре таких комнатки. Девушка схватила бумагу, карандаш и стала считать.

Если первый и второй этажи она оставит себе, то сможет прекрасно жить и, что самое главное, у нее будет отдельный выход в расчудесный сад. Но сделать это она сможет, только если разделит дом на отдельные квартиры, по одной на каждом этаже.

Выходит, она сделает то же самое, что собирался сделать этот Маклин. Но только при этом в доме будет жить она сама и он будет под ее присмотром. Итак, нужно только собрать денег на перепланировку одного этажа и сдать квартиру. Тогда найдутся средства и на остальные этажи.

Какое-то время Хэрриет лихорадочно подсчитывала на бумаге. Потом замерла, уставившись на цифры. Да! Если экономить на всем, задумка удастся. В ее плане была еще одна весьма привлекательная деталь – она сможет распрощаться с постылой работой. Хэрриет возьмет отпуск на год, чтобы заняться переустройством дома. А уж за год она должна определиться, чем заниматься дальше. Хэрриет надеялась, что дом после реконструкции хотя бы оправдает затраты, а то и принесет немалую прибыль.

Придя в восторг от такого плана, Хэрриет едва дождалась, чтобы обсудить его с Софи. Подруга не только поддержала ее, но и поинтересовалась, не сдала бы та ей первый этаж.

– Мне до смерти надоела моя конура, – пожаловалась Софи. – Когда мы убирались, я все представляла себе миленькую квартирку. Сколько комнат, да таких светлых! К тому же потолки высоченные, наверняка футов одиннадцать,[8]8
  Около 3,5 м.


[Закрыть]
как думаешь? И вход отдельный, с улицы. Квартира вышла бы просто замечательная!

Воодушевленная поддержкой Софи, Хэрриет не мешкая позвонила агенту. Тот, на удивление, выказал максимум понимания.

– Вижу, вы любите дом, – тяжко вздохнув, заключил он. – Что ж, раз вы в состоянии жить в нем и оплачивать все расходы, связанные с его содержанием, я только рад за вас.

Хэрриет подумала, что он весьма любезен, особенно если учесть, что только что потерял кругленькую сумму комиссионных. Но некоторое время спустя она вынуждена была пересмотреть свое мнение об агенте. Тот случайно или намеренно сообщил ее телефон разъяренному мистеру Маклину.

– Чертова девчонка! – скрежетал Маклин зубами в телефонную трубку. – Я потратил столько денег и времени, проверяя разрешение на перепланировку и полагаясь на землемеров. А делить дом я и не думал.

– Думали, думали! – бросила в ответ Хэрриет. – Я отлично слышала, как вы с агентом обсуждали, как бы переделать первый этаж в квартиру.

– Ради бога! Да я просто хотел устроить моего младшего брата, Джека, который большую часть года работает за границей. Я хотел, чтобы у него был свой угол на то время, когда он приезжает в Англию, – резко звучал голос мистера Маклина. – А в остальной части дома я собирался жить сам.

– Что ж, мне очень жаль…

– Вам ничуть не жаль! – прорычал он, живо представив себе ухмылку на ее лице. – Если бы я не исповедовал принцип ненасилия, я бы свернул вам шею! – мрачно добавил он. – Мне в самом деле нужен был этот дом.

– Ах, как не повезло! – выпалила она и бросила трубку, положив конец перепалке.

Существуй в мире справедливость, на том ее общение с мистером Маклином и закончилось бы. Так думала Хэрриет, тяжело вздыхая и глядя на газон и деревья в лунном свете. Доверилась, и кому – Софи! Ее подруга то и дело влипала в истории. И вот Софи впустила в ее Райский сад Змея – Финна Маклина!

Хэрриет поднялась и медленно прошла через большую гостиную обратно в спальню. Она поняла, что выбора у нее нет. Придется потерпеть. В конце концов, Финн будет снимать квартиру всего полгода. Так что, если удача улыбнется ей, а контракт будет нерасторжимым, она сделает все, чтобы видеть своего жильца как можно реже.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю