355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мэри Херберт » Валориан » Текст книги (страница 3)
Валориан
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 23:02

Текст книги "Валориан"


Автор книги: Мэри Херберт



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

– Что это такое? – с трудом проговорил он.

– Теперь ты обладаешь даром творить чудеса, охотник.

– Магия?! – с сомнением проговорил он. – Этого просто не существует в природе.

Амара снова сделала движение руками, словно хотела обнять всю долину у ее ног, и ее волосы зашевелились, как трава под дуновением ветра.

– Нет, она существует. Когда был создан наш мир, следы энергии, использованной при его создании, остались незримо присутствовать в глубине всего живого. Эта энергия существует в твоем мире, Валориан, и в нашем. Ты не раз наблюдал ее проявления. В результате действия волшебства рождается радуга и то, что вы зовете чудесами. Это благодаря ей появляются существа, которых вы никогда не видели и знаете только по легендам и преданиям. Так было и так будет всегда.

– Но почему же тогда люди ничего не знают об этом даре и не умеют управлять им?

– Некоторые люди знают о существовании колдовства. Но никто не может распоряжаться им. До сих пор.

Валориан неверяще смотрел на свои руки. Голубая аура постепенно исчезала. Вот не осталось никаких следов ее былого присутствия.

– Но как я воспользуюсь своим даром? – все еще с явным сомнением спросил он.

– Пользуйся силой своего духа, – терпеливо объяснила богиня. – Реши для себя, чего ты хочешь, ясно определи эту мысль в своем сознании, а затем призови себе на помощь волшебство. Если ты проговоришь, что ты хочешь, это усилит волшебство. Ты можешь создавать разрушительные молнии и защитные поля, ускорять появление предметов и убирать их. Воспользуйся своим воображением. Тебя ограничивает только твоя собственная сила духа и твоя собственная слабость.

– Воображение, – прошептал Валориан.

Он с трудом мог согласиться с тем, что говорила ему богиня. Но не мог же он вступать с богиней в спор, не попробовав ее дара. Он прикрыл глаза и сосредоточился, представляя себе небольшую светящуюся молнию. Но он ничего не почувствовал и не заметил. Ничего не произошло и не изменилось вокруг него. Ясно, что ничего и не могло произойти.

– Охотник, твой дар с тобой! Сосредоточься! – услышал он отрывистое приказание богини Амары.

Удивленный, он быстро попытался освободить свое сознание от всех посторонних мыслей, переполнявших его, оставив в голове лишь видение молнии, блестящей молнии, которая должна была ужаснуть горфлингов и помочь ему благополучно покинуть недра Гормота.

Внутри него словно сжалась неведомая пружина. Валориан вдруг испытал чувство власти, никогда прежде ему неведомое. Оно наполнило его сознание и распространилось по всему телу. Медленно он поднял правую руку и выставил ее вперед. К его великому изумлению, странные силы повиновались ему. Он открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как из его пальцев вырвалась и ударила в камни голубая молния. Ее нельзя было назвать сильной и ужасной, но это было его творение, и он следил за ней, раскрыв рот, пока она не исчезла.

Амара подняла голову. Она была заметно удовлетворена:

– Отличная работа, Валориан! Ты научишься.

Охотник поклонился ей, его лицо выражало смесь владевших им чувств восторга, шока и упоения успехом.

– Леди Амара, позвольте задать вам всего лишь один вопрос. – Она кивнула. – Почему вы выбрали именно меня? Ведь наверняка есть много людей, куда более достойных, чем я, отважнее, да и лучше в бою.

Она рассмеялась:

– Да, Валориан, наверное, есть и другие. Но мой избранник должен обладать умом, а не только отвагой. Ведь голыми руками, одной лишь храбростью горфлингов не возьмешь.

И без предупреждения богиня вдруг исчезла в облаке переливающегося света, который высоко поднялся над головой охотника. Амара светилась в сером воздухе блестящей звездой.

– Подожди! – закричал Валориан. – Куда мне идти? Как я смогу найти тебя?

– Тебя отведут Посланники, – отозвался голос Амары. – Я сама найду тебя, когда настанет время.

Хуннул прощально заржал ей вслед.

Валориан смотрел, как блестящее облако поднялось высоко в небо и унеслось прочь с быстротой кометы. С ее исчезновением его сердце наполнилось странными чувствами, и не последнее место среди них занимал страх. Богиня умчалась, а с ней исчез покой и успокоение. Валориан почувствовал, как его сознание начинало отчетливо представлять себе, что ему предстояло исполнить. Ни один человек в здравом рассудке не согласился бы добровольно войти в безумные пещеры Илгодена и выйти оттуда живым. Это было невозможно. Тем не менее он сам вызвался на это, и ему теперь ничего не оставалось делать, как с помощью или без волшебства рискнуть.

Он снова различил вдали тяжелый топот приближающихся Посланников смерти. Словно огромные белые призраки, они возникли на фоне неба, излучая сияние вокруг себя, и остановились перед охотником.

На этот раз Валориан склонил голову перед всадниками. Хуннул сделал шаг вперед и встал рядом с белыми лошадьми Посланников. Охотник и его спутники двинулись вперед по каменистой долине.

ГЛАВА 3

Посланники неслись вперед, обгоняя грозовые облака, увлекая за собой черного жеребца. Почти сразу же путь им преградило облако черной пыли, но они пронеслись сквозь него, не останавливаясь. Валориан кинул взгляд через плечо. Ему открылось, что долина из камня, где бы она не была, давно пропала из вида. Он и сопровождавшие его всадники прокладывали теперь путь через стену плотных, совершенно темных облаков. Никаких звуков не долетало до его ушей, за исключением легкой вибрации воздуха от цокота копыт. Он не видел никакого света вокруг себя, разве что бледное свечение, исходившее от четырех Посланников смерти. В этом мраке Валориан не мог даже разглядеть головы своего коня. Полное отсутствие привычных ощущений привело к тому, что он начал терять ориентацию в пространстве. Он сосредоточил свой взгляд на настороженных ушах своего коня, словно это был теперь центр его мироздания.

А потом неожиданно для его глаз и мыслей лошади вынесли их из густых облаков прямо в царство мертвых. Охотник задохнулся. Его глаза непроизвольно сожмурились от неожиданно яркого света. Хуннул словно споткнулся и мог бы упасть, если бы Валориан инстинктивно не помог напуганному коню, переместив свое тело на его крупе. Жеребец резко подпрыгнул и замер, непонимающе мотая головой.

Валориан сильно поморгал глазами, прежде чем широко раскрыть их, и с любопытством огляделся вокруг. Четыре Посланника по-прежнему были рядом, терпеливо ожидая, когда же он присоединится к ним. Темная стена пыли и облаков пропала, вместо нее теперь возникло что-то вроде широкого зеленого луга. Очень далеко можно было разглядеть очертания высокой горы, застывшей, словно часовой посреди долины. А свет, который заливал все вокруг, исходил с вершины этой горы, яркий и всепроникающий, словно солнце в смертном мире живых. Охотник понял сразу, что эта гора и была священной горой Илгодена, где обитали боги, наблюдая за людьми.

Наполненный внутренним трепетом, Валориан тронул коня, а четыре Посланника смерти заняли места по двое спереди и сзади него. Они неторопливо двигались по широкому лугу, пока Валориан смотрел и наслаждался несказанной красотой этого места. Ему никогда не приходилось прежде встречать настолько безупречного зеленого луга. Он был слегка округлой формы, лишенный деревьев, покрытый зеленым ковром травы, из которой местами выглядывали нежные лепестки цветов, едва достававших до колен Хуннула. Над головой раскинулось лазурное небо, а свет, исходивший с вершины горы, был мягок и нежен.

Валориан вдруг понял, чего не хватало этой картине: здесь не было ветра, насекомых, животных и людей. Ему показалось очень странным отсутствие всего этого, потому что в мире живых все луга были полны жизни. Спустя некоторое время его начал тревожить царивший повсюду покой и пустота. Он хотел было задать молчаливым Посланникам несколько вопросов, но тут его глаза уловили, движение.

Несколько человек приближалось справа, спускаясь со склона холма. При виде Валориана они радостно замахали руками, и даже на таком расстоянии он понял, что они были в полном восторге от его появления. Один человек отделился от толпы и побежал к нему. Валориан вдруг понял, что было в его размашистом беге что-то невообразимо знакомое. Он внимательно следил за его приближением. Теперь со всех сторон его окружали люди, мужчины, женщины и дети, некоторые шли пешком, кое-кто был на коне, но все они радостно приветствовали его и махали руками. С растущим удивлением он смотрел на них, но потом обернулся, чтобы встретить подбегавшего к нему человека.

Неожиданно черные волосы бежавшего рассыпались густой волной, и Валориан понял, кто это была его младшая сестра, умершая, когда ей было четырнадцать лет. За ней шли его родители, брат и бабушка с дедушкой. И хотя они все умерли много лет назад, только сейчас по-настоящему Валориан понял, как ему их не хватало.

Он направил Хуннула им навстречу.

– Адала! – радостно позвал он.

Он уже хотел было соскочить на землю и обнять свою сестру, как вдруг в ушах его негромко зазвучало неясное предостережение. Удивившись, он обернулся на Посланников, посмотрел в воздух у себя над головой, обвел взглядом простиравшийся вокруг луг. Никого не было рядом с ним, чтобы произнести эти слова предостережения, но он явственно слышал его. Должно быть, это Амара призывала его торопиться, решил он, потому что отчетливо понял теперь, что, слезь он с коня, отойди в сторону от него и своих попутчиков, чтобы встретить родственников, он навеки попал бы под власть этого прекрасного луга и его гостеприимных обитателей. Он забыл бы о цели, стоявшей перед ним, и потерял бы всякую возможность помочь богине, обрекая таким образом свой мир на уничтожение. Неохотно, но все же уверенно он вновь вскочил на коня и заставил Хуннула продолжить свой путь.

– Валориан, старый разбойник! Ты пришел! – радостно кричала Адала. Ее молодое красивое лицо было устремлено на Валориана, когда она побежала рядом с ним. – Да у тебя есть конь, везучий ты слизняк! Тебя, должно быть, похоронили со всеми почестями. Да еще и эскорт из четырех всадников! Сорс оказывает тебе великую честь. Хотя я и не знаю почему.

Валориан взглянул на нее. Адала всегда любила поболтать. Она все всегда делала с бьющей через край радостью, которая ярким светом освещала каждое ее движение и выражение лица. Она даже любила свою дурную кобылу, которая в один прекрасный день размозжила ей голову о ствол дерева.

К этому времени его окружили уже его отец, мать и младенец брат, вокруг подходили и подходили другие люди. И вся эта болтающая толпа шла рядом с лошадьми, окликая его и задавая вопросы.

Валориан взглянул на них с высоты своего коня и был изумлен тем, как много знакомых лиц его окружало. Там были его друзья, приятели и даже несколько врагов, а также несколько родственников, о которых он знал лишь из семейных преданий. Он улыбался и махал всем рукой, но не останавливался и не делал попыток слезть с лошади.

– Валориан! – Раздавшийся голос перекрыл голоса остальных говоривших. – Как твои дела, сынок?

Охотник с радостью ответил на приветствие человека, который шел рядом с Адалой:

– Я здесь, отец. Это, наверное, что-то значит.

Старик по-прежнему казался таким же здоровым и крепким, как и в тот день, когда встретил свою смерть от руки трех солдат Тарниша. Он радостно засмеялся в ответ и ударил сына по ноге. Валориан едва почувствовал этот удар. Смерть, несомненно, понизила его способность к восприятию.

– Отец, ты видишь этого коня? – воскликнула Адала. – Разве он не красавец? Ты что, украл его, Валориан?

– Ш-ш-ш, Адала, – успокоила девочку мать. – Ты успеешь вдоволь наговориться с ним, когда он вернется после встречи с лордом Сорсом.

Валориан вздрогнул. Он только что встретил свою семью. Он не мог сказать им об истинной цели своего визита.

Не успел он сказать и слова, как отец задал ему вопрос:

– Ответь мне, Валориан. Только две вещи: как живет твой брат и исполнил ли ты свой долг перед кланом, прежде чем уйти?

Валориан готов был застонать. Ему не хотелось рассказывать отцу о своей невеселой жизни. По крайней мере, он мог бы начать с приятного. Возможно, он успеет уехать до того, как отец спросит его об остальном.

– Айдан в добром здравии и счастлив. Во всяком случае, он был таким перед моим отъездом. Он собирался жениться.

– Айдан? Так он благополучно пережил все опасности и достиг зрелости? Хвала Шургарту!

Адала передразнила отца:

– Эта дикая кошка в шкуре овечки? Он женится? Бедная девушка!

Валориан не мог удержаться от улыбки. Он тоже частенько сомневался в том, что брат, близнец Адалы, доживет до зрелых лет. Уж больно дик и непоседлив был ее братец, впрочем, мало отличаясь от нее самой.

– Ему тебя очень не хватало, – сказал Валориан сестре. – И я думаю, что некоторые его поступки были порождены печалью.

Она вдруг замолчала, ее улыбка сменилась печалью, но вот уже она снова ожила и потянулась к голове Хуннула:

– Ну, теперь, по крайней мере, хотя бы ты с нами. Можно я прокачусь на твоей лошадке?

– В другой раз, – неопределенно ответил ей Валориан. Он показал рукой в сторону бескрайнего луга: – Это что, все, что здесь есть?

– Бог мой, конечно же, нет, – отозвалась она. – Это только малая часть. В царстве мертвых много мест и много людей. И ты сможешь распорядиться своей вечной жизнью, как тебе вздумается.

– Хватит болтать, девчонка, – утомленно проговорил отец. – Валориан, тебе не удастся увильнуть от ответа. Родили ли вы с Кьерлой сына?

– Нет, – ответил коротко Валориан и крепко сжал зубы.

Он не хотел продолжать этот разговор. Его отец сам выбрал Кьерлу ему в жены, когда Валориан едва стал мужчиной. Старый воин сказал, что она выглядела здоровой племенной кобылой. У нее были широкие бедра, полные груди, она была высока ростом. Она принесет много детей в шатер Валориана. Сердце Валориана было отдано другой, но он подчинился воле отца, желая доставить ему удовольствие. К его собственному великому удивлению, женитьба на Кьерле оказалась самым мудрым поступком в его жизни.

Единственная проблема заключалась в том, что она так и не родила ему ребенка. За пятнадцать лет, что они прожили вместе, она даже ни разу не забеременела. Многие не раз предлагали Валориану прогнать ее и привести в шатер новую жену. Но он всегда отвечал отказом. Он и Кьерла научились любить друг друга любовью, скрадывавшей отсутствие детей. Хотя он знал, что она горько страдала от того, что не могла понянчить в своих руках ребенка, и ушла бы по первому его требованию, но он никогда даже не задумывался об этом. Кьерла обладала высокой силой духа, которая не раз поддерживала их обоих, и мужеством. Как жаль, что его отец никогда не сможет этого понять!

– Что? – проговорил старик. – Но почему тогда эта бесполезная…

Его перебила жена, положив руку на его плечо:

– Сейчас это уже вряд ли имеет значение, супруг мой. Позволь нашему сыну отдать дань уважения лорду Сорсу.

Когда она заговорила, Валориан наклонился и погладил ее волосы. Они были все такие же седые, как и в день ее смерти. Но лицо, которое она обратила к нему, светилось радостью и счастьем.

– Мама, – спокойно сказал он, – может случиться так, что я не вернусь назад.

– Но почему? – заплакала Адала. Его родители смотрели на него с немым вопросом в глазах.

– Я направляюсь в Гормот, что у горы Илгодена, в качестве посланца богини Амары к горфлингам.

Внезапно все вокруг стихло.

– Нет, это невозможно, – наконец выдохнула Адала. Светившееся радостью лицо его матери вдруг увяло, омраченное страхом.

– Валориан, не будь сумасшедшим, – закричал кто-то из его дядьев, – никто из смертных не может взять верх над горфлингами.

Его дедушка вышел вперед, яростно сотрясая руками и делая жесты в сторону гор:

– Разве тебе не известно, что эти существа – олицетворение зла? Они уничтожат тебя!

Только его отец продолжал молча смотреть ему в глаза взглядом старого мудрого орла.

– Если Амара остановила свой выбор на тебе, – с нажимом в голосе проговорил он, – тогда ты должен идти.

Охотник согласно кивнул, выражение его холодных голубых глаз было таким же, как и у его отца. Чтобы немного успокоить своих родителей, он сказал:

– Богиня дала мне оружие. Так что я не совсем беззащитен.

Старик сжал ему руку:

– Тогда воспользуйся им с умом, и я уверен, что мы встретим тебя, когда ты вернешься.

– Спасибо, отец, – ответил Валориан. Пора было ехать. Он боялся того, что не сможет бросить свою семью, несмотря на то что в его мозгу постоянно звучало предупреждение Амары. Он прощально взмахнул рукой перед своими родственниками и друзьями и пришпорил жеребца. Четыре молчаливых Посланника окружили его.

– Да пребудет с тобой святой Шургарт! – отчаянно размахивая руками, прокричала Адала.

– Да хранит тебя святая Амара! – присоединился к ней отец.

И как-то вдруг очень быстро вся эта толпа, благожелательно махавшая ему руками, растаяла в бескрайних просторах зеленых полей, и Валориан вновь скакал один вместе со своей свитой. Зеленый луг мягкой волной переливался перед ним, разбивая свои волны у подножия священной горы, которая словно одинокий часовой подпирала небо.

Даже издалека Валориан мог заметить, что эта гора была намного больше, чем любая известная ему из земного мира. Ее исполинские серо-черные склоны нависали над окружавшим ее пространством, словно крепостные стены. Массивные зубчатые скалы высоко вздымались в разреженном воздухе. Легкая завеса облаков и тумана скрывала вершину горы, где обитали боги и богини, но не мешала сиянию вечного яркого света.

По мере того как Валориан и Хуннул приближались к священной горе, Валориан заметил в траве довольно широкую тропинку. Она прямо бежала к склону горы, и даже в ярком свете, который струился с вершины горы, можно было заметить, что она сама бледно светилась. Он понял, что они шли по одной из многих троп, проложенных душами умерших к трону великого Сорса. Он внимательно смотрел на нее, недоумевая, как он мог сойти с тропы, чтобы начать поиски пути в Гормот. Посланники не дадут ему уйти, да и убежать от них он точно не сумеет. Но, с другой стороны, Валориану совершенно не нравилась перспектива предстать перед судом лорда Сорса.

По незыблемому закону, существовавшему в царстве мертвых, каждая новая душа должна была встретиться с лордом Сорсом, прежде чем занять свое место, и при обычных обстоятельствах именно так он и поступил бы. Но положение, в которое был поставлен он, никак нельзя было считать нормальным! Валориан опасался, что, если он встретится с Сорсом до того, как отправится на поиски короны Амары, бог смерти может задержать его, отвлечь или просто не позволить ему идти. Меньше всего на свете Валориану хотелось бы провести здесь бесконечно долгое время, препираясь с богом, в то время как его земля захлебывалась бы в потоках дождя. Он тихо свистнул сквозь зубы и устроился поудобнее в седле, приготовившись к ожиданию. Пока его сопровождали четыре всадника, он ничего не мог предпринять, разве что только следовать за ними, тайно надеясь на то, что ему удастся улизнуть.

Спустя некоторое время Валориан понял, что по тропинке шли и другие люди. Неподалеку один-единственный Посланник сопровождал целую группу мужчин, судя по их одежде и смуглому цвету кожи, тарнишей. Все они шли пешком. Перед ними шествовала другая группа, состоявшая из мужчин, женщин и детей. Взглянув назад через плечо, Валориан заметил статную женщину, должно быть, чадарианку, ехавшую с ребенком на руках на серой кобыле. И они все, подобно Валориану, направлялись к Илгодену, чтобы встретиться с богом смерти.

Тропинка начала медленно подниматься вверх. Цветущий луг остался позади, на смену ему пришли усыпанные камнями склоны. То тут, то там на них выступали гранитные вкрапления. Вскоре справа и слева возникли другие тропинки и слились с тропой, по которой следовал Валориан. Охотник увидел новых людей: несколько незнакомых охотников, несколько чадарианцев, сарсисианцев. И еще кто-то, чье происхождение он не мог определить, все они двигались вперед, сопровождаемые Посланниками. Он мрачно пошутил про себя, что у всадников смерти явно выдался тяжелый денек.

И только тогда он вдруг с изумлением заметил, что его собственный эскорт куда-то исчез. Они словно испарились, не сказав ему ни слова и не дав никаких объяснений, оставив его в полном одиночестве на этой тропе. Теперь он вполне мог исчезнуть и приступить к поискам входа в подземелье, в обитель грозных горфлингов. Он пожалел, что богиня ничего не сказала ему, где надо было искать его. В этих грозных горах он мог быть запрятан где угодно.

Хуннул испустил короткое ржание, отвлекая Валориана от его мыслей. Мимо проезжала молодая женщина с ребенком на руках. Она вежливо кивнула ему, ребенок проворковал что-то нежным голоском, но сопровождавший их Посланник не удостоил Валориана даже взглядом. Они проехали мимо и исчезли из вида за грудой валунов.

Охотник подождал некоторое время, пока тропинка не стала пустой, а потом поднялся и сошел с ее светящейся поверхности.

Ничего не случилось. Дорога была пуста, не было никаких сигналов тревоги, его свита не возвращалась. Заметно расслабившись, он направил Хуннула прочь от тропинки на поиски входа в царство горфлингов.

* * *

– Он пришел, лорд Сорс.

Темное, ничего не выражающее лицо бога смерти повернулось в сторону коленопреклоненного Посланника. Бог чуть кивнул:

– Так значит, Амара нашла своего посланца. Кто он?

– Охотник по имени Валориан, – отозвался всадник.

– Ах, да. Сын Далтора. Чтобы выполнить это задание, ему потребуется все мужество его отца и все хладнокровие его матери. Это должно быть интересным делом.

Бог откинулся на спинку своего величественного трона и переплел пальцы рук:

– Дай человеку некоторое время на поиски, а потом открой вход. Я дам ему шанс показать свой характер.

Посланник низко поклонился и отступил прочь.

Из сумрака, окутывавшего обитель Сорса, выступила Амара и подошла к брату. Казалось, что она вся светилась жизнью и переполнявшими ее эмоциями, ее контраст с могильной величавостью Сорса был разителен. Она была подобна солнцу в мрачной холодной пещере.

– Ты ведь не будешь мешать? – спросила она.

– Я не стану этого делать, если и ты будешь стоять в стороне.

– Договорились.

Сорс сделал знак другим божествам:

– Шургарт и Крат, будьте свидетелями!

Бог войны и покровительница судеб приблизились к трону и встали рядом с Амарой.

– Вы все слышали! – провозгласил Сорс.

Крат подтвердила:

– Да, человек пойдет один.

– Да будет так.

* * *

Валориан не имел ни малейшего представления, сколько времени прошло с тех пор, как он сошел с тропы умерших. Но все же, сколько прошло времени по меркам бессмертных? Он не мог найти ответа на свой вопрос, потому что здесь не было ночи и звезд, не было солнца и дня. Вместо этого все заливал золотой свет, и везде были только склоны светившейся горы, сквозь которые он никак не мог проникнуть.

Охотник знал, что он с Хуннулом уже по меньшей мере три раза объехал всю гору кругом, то поднимаясь вверх, то скатываясь вниз, с трудом прокладывая себе путь сквозь нагромождения валунов. Пока что они ничего не нашли. Единственные попадавшиеся им дорожки все вели к трону Сорса. Не было никаких других следов, которые могли бы насторожить его и привести в конце концов ко входу в Гормот. Эта гора была такой же неприступной и загадочной, как и сам Сорс.

Когда они в четвертый раз завершили объезд горы, Валориан слабо тронул поводья и заставил жеребца остановиться, а сам обвел взглядом склон. Он печально склонил голову. Это была самая странная изо всех известных ему гор. Ни ветерка, никаких следов животных, ни тепла, ни холода, ни льда. Только камни.

Наверное, он смог бы без труда забраться на вершину горы, но Валориан еще не вполне освоился со странными преимуществами, которые ему давало бессмертие. Он не чувствовал своего тела, поэтому не был утомлен, хотя все же можно было предположить, что царство мертвых создавалось с учетом законов природы. Ведь он не просто объезжал гору. Ему с Хуннулом приходилось с трудом прокладывать себе путь по ее поверхности. После четырех кругов он был явно утомлен от их бесполезности.

Валориану только оставалось надеяться, что им не нужно будет подниматься выше в своих поисках. Тропинка становилась слишком узкой и опасной для его коня, а они были всего лишь на полпути к вершине. Ему не хотелось оставлять своего коня, если только можно было идти вперед вместе. Во всяком случае, можно было не опасаться, что они разобьются. Он предполагал, что, даже если они и упадут, им придется просто заново проделать весь путь наверх.

Охотник взял лошадь под уздцы и провел за собой по узкой тропинке до широкого выступа. Неподалеку извивалась та самая тропинка, которую они незадолго до этого покинули. Он посмотрел наверх, туда, где пелена облаков и тумана скрывала от глаз любопытных обитель богов. Заметил ли Сорс, что его не было среди новопреставленных душ перед его троном? Заметил ли кто-нибудь из других божеств, как он, подобно насекомому, ползал по стенам их жилища? Он прислонился к Хуннулу и пожалел, что находился сейчас именно в этом месте.

Легкая дрожь пробежала по коже Хуннула, и это насторожило охотника. Он увидел Посланника, который спускался по тропе, сопровождая мужчину, по внешнему виду смахивавшего на сарсисианского мародера. Валориан с силой отодвинул жеребца в тень большого валуна, прячась от взгляда Посланника, затем осторожно высунул голову из своего укрытия. Посланники обычно сопровождали души умерших наверх, к Сорсу, если только… Валориан поближе подошел к тропинке как раз вовремя, чтобы увидеть, как сверкающий белый всадник свернул с нее в направлении, известном только ему одному. Умерший человек покорно следовал за ним.

Валориан глубоко вдохнул воздух. Посланник, должно быть, сопровождал его ко входу в Гормот, владение горфлингов.

Ему надо было просто последовать за ним, и это привело бы его в нужное место. Валориан быстро вывел Хуннула на горную тропу и спустился с ним до того места, где Посланник свернул в сторону. И тут в камнях Валориан наконец разглядел неясную тропинку, проложенную бессчетным количеством обреченных душ, прошедших этим путем. Тропинка резко изгибалась вверх по крутому склону и неожиданно обрывалась рядом с огромным утесом.

Укрывшись за карнизом скалы, Валориан наблюдал, как Посланник и обреченная на муки душа остановились перед каменной стеной. Громким голосом Посланник выкрикнул одно-единственное слово. Раздался сильный шум, повторенный раскатистым эхом в скалах, и Валориан, раскрыв рот, увидел, как в каменной стене медленно появился широкий проход, А ведь он уже проезжал мимо этой скалы, но ничего не заметил тогда. Шум сменился скрежетанием, когда проход полностью раскрылся. В него могли свободно пройти сразу несколько лошадей. За проходом начинался туннель, полный адского мрака.

Открытая дверь внезапно втянула в себя несчастного сарсисианца, стоявшего рядом с Посланником. Его отчаянный крик сотрясал скалы, когда он оторвался от земли в безнадежной попытке бегства.

Но белый всадник оказался проворней. Из поднятой руки вдруг вырвался сноп огня и поймал беглеца, не успел тот сделать и двух шагов. Луч перехватил грудь умершего, прижав его руки к бокам. Осужденный яростно сопротивлялся, его лицо было искажено ужасом. Но Посланник не обращал на это ни малейшего внимания.

Необъяснимым образом осужденный начал двигаться вперед к отверстию. Сарсисианец пытался сопротивляться, но волшебная сила неумолимо продвигала его к разверзнувшемуся отверстию. Когда он был уже внутри черного туннеля, сияние исчезло. Из темноты донесся веселый возглас. Душа замерла от ужаса.

Посланник опустил руку и заговорил: – За совершенные тобою преступления ты навеки приговариваешься к обитанию в недрах Гормота. Оставь надежду всяк сюда входящий.

И не успел сарсисианец понять, о чем шла речь, как тяжелая дверь с мрачным стуком захлопнулась у него за спиной, навсегда оставляя его в темноте. Все стихло. Казалось, что гора опять погрузилась в вечное молчание. Посланник торопливо проследовал мимо, не посмотрев на спрятавшегося в камнях охотника.

Валориан бессильно откинулся на камень, парализованный страхом от увиденного. Не раз и не два все его существо восставало против самой идеи войти внутрь. Наконец он почувствовал себя настолько слабым и беззащитным, как должен себя чувствовать приговоренный к смерти.

– Амара, – тихо простонал он, – почему ты выбрала именно меня, чтобы сделать это?

Он заставил себя вскочить на коня и медленно приблизился к подножию каменной скалы. Он молча смотрел на серый камень, безуспешно пытаясь подавить в себе страх. Он дал слово богине и не мог теперь нарушить его. Но еще ничто в жизни не далось ему с таким трудом, как команда, произнесенная Посланником. Только когда он подумал о том, что сам принял решение отправиться в недра Гормота, он смог говорить.

Собрав по крохам оставшееся у него мужество, Валориан попытался прояснить свои мысли и произнес слова странного приказа Посланника, надеясь, что у него все получится, как надо. Несколько минут он ждал, но дверь так и не открылась. Тогда он выкрикнул команду громким голосом, подражая интонациям Посланника, но стена оставалась по-прежнему каменно неподвижной. Его надежды сменились отчаянием. На что он мог надеяться, если ему не удавалось даже проникнуть внутрь?

Он уже собрался слезть с коня и стучать по двери кулаками, как вдруг ему на ум пришла одна мысль. Посланник использовал странную силу, чтобы смирить сопротивление умершего человека, вполне возможно, что эта сила была порождена волшебством. Валориан предположил, что в таком случае всадник должен был воспользоваться волшебной силой и для того, чтобы открыть дверь.

Валориан опустил голову. Стоило попробовать. Амара наградила его способностью к волшебству, и пора ему было начинать учиться пользоваться им. Как она сказала? «Проясни в сознании, что ты собираешься делать». Он закрыл глаза и всеми своими мыслями сосредоточился на двери, а затем отчетливо повторил приказ Посланника.

Из его самых потаенных глубин возникла и вырвалась наружу незнакомая ему сила. Последовало долгое томительное молчание, а потом очень медленно огромный камень со скрипом отодвинулся в сторону. Темнота распахнула перед ним свои двери. Валориан, глядя в бездонные глубины темноты у своих ног, не знал, радоваться ему своему успеху или ужасаться. Но, по крайней мере, заклинание сработало.

Валориан инстинктивно вытащил свой меч и сказал:

– Пора, Хуннул.

Впервые за все время огромный конь отказался выполнить его приказ. Его уши плотно прижались к голове, он дрожал и даже сделал несколько шагов в сторону.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю