Текст книги "Неучтенная 2 (СИ)"

Автор книги: Мэри Дар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 32

Глава 32

Глава32

– Это что?!

Я стояла посреди номера отеля и в полнейшем шоке смотрела на нечто очень жёлтое и очень пушистое – нечто, что с гордым видом держал в руках Киллиан.

– Это тебе платье. Пойдёшь со мной на свидание?

– На свидание? – я нервно икнула, переводя взгляд с него на этот канареечный взрыв на макаронной фабрике.

– Да! Смотри, я купил тебе платье как в твоих мечтах!

Моих мечтах? Я даже боюсь представить, откуда он решил, что этот пушистый ужас – предел моих грёз. Я терпеть не могла жёлтый цвет! А уж это обилие меха, перьев или из чего там состояла эта «пушистость»…

– Э-э, как бы тебя так не обидеть…? – пробормотала я, пятясь к стене. – Господи, Киллиан, если я надену этот канареечный кошмар, у любого прохожего капилляры в глазах лопнут от одного взгляда на меня! Я же буду выглядеть как радиоактивный цыплёнок, который только что сбежал с праздника безумного шляпника.

Я перевела взгляд с платья на виноватое лицо соседа. Странно, раньше я за ним такого катастрофического отсутствия вкуса не замечала. Всегда одет с иголочки, всё подобрано идеально... Впрочем, ладно. Раз он выбрал в спутницы жизни меня, значит, со вкусом на женщин у него всё в полном порядке. А вот с текстилем – беда.

– Не пойдёшь? – его лицо мгновенно осунулось.

Тут я задумалась. На свидание я– то пойду. Вернее, не совсем на свидание. Так, на встречу близко знакомых людей. Всё-таки мы взрослые люди и должны вести себя подобающе. К тому же в этом мире у меня никого нет, а он проделал такой путь ради меня. Нам нужно решать, как прорываться в Светлую империю, а без него я там и шагу не ступлю.

Но это платье?! Как он вообще додумался купить такое пышное нечто? Он же видел мой гардероб! Да и порывов покупать мне одежду у него раньше не наблюдалось. Видимо, так сильно хочет загладить свою вину, что здравый смысл временно покинул чат.

– Рина! Я тебя очень прошу, если не хочешь свидания…

– Я пойду с тобой на… дружескую встречу! – быстро перебила я его. – Но! Я терпеть не могу жёлтый цвет. И эти пышные юбки… Ты же видел, что я обычно ношу!

Выражение лица Киллиана менялось на глазах: от щенячьего восторга до глубочайшей досады. Видимо, он ожидал, что я с криками радости брошусь примерять этот наряд.

– Если хочешь, я примерю… – добавила я из чистой жалости.

– Не стоит. Ты права. Это ужас, – Киллиан с отвращением посмотрел на жёлтый комок в своих руках. – Просто Шанти сказал… Шанти! Я его убью!

Киллиан пулей выскочил из моего номера, бросив это «произведение искусства», созданное будто специально для Бель из мультика, прямо на кровать. А я осталась стоять в тишине, размышляя, собираться мне в итоге или нет?

Что он там сказал? Шанти? Ну конечно! Мой котопёсик явно вышел на тропу войны и виртуозно ввёл бедного влюблённого сески -соседа – декана в заблуждение. Мстительный меховой комок… Впрочем, ладно, сами разберутся. Мужики, как-никак.

Гостиницу я выбрала практически сразу, и, если честно, Межмирье мне чертовски нравилось. Этот коктейль из земного модерна и щепотки магии давал потрясающий эффект: сервис был просто на высоте, и я пребывала в тихом восторге.

Ещё по дороге я приметила, что здесь полно салонов красоты. Один из них я намерена посетить в самое ближайшее время. К нашей «встрече» (ладно, будем называть это свиданием) я должна выглядеть идеально!

Киллиана я любила. Да, обижалась до глубины души, но всё же решила,что жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на бесконечные драмы. Я его прощу. Скоро. Но сначала – немного помучаю, для профилактики. Скажем так, позволю мужчине искупить вину.

Так что план на ближайшие часы предельно прост: я иду в город, сама выбираю себе сногсшибательное платье и туфли, от которых у Киллиана окончательно снесёт крышу, заглядываю в салон – и вуаля! Буду убивать наповал своей красотой. Пусть знает, какое сокровище чуть не потерял из-за своей лжи и ужасных советов одного наглого кота.

Киллиан

С приходом Шанти в кафе наш разговор с Риной сошёл на нет. Но по её глазам я понял главное: у нас всё получится. Она всё ещё злилась, и это было справедливо, но в её взгляде уже не было того холода, от которого у меня внутри всё вымерзало. Она дала мне шанс – просто посидеть рядом, просто поговорить. И для начала этого было более чем достаточно.

Ладно, главное, что мы в одном мире. Теперь я костьми лягу, но сделаю так, чтобы она меня простила. Буду терпеливым, буду полезным, буду... да кем угодно буду, лишь бы она снова начала мне улыбаться так, как раньше. Обида пройдёт, я это чувствую, а всё остальное – решаемо. Разберёмся и с маньячкой, и с Источником, и с этим безумным городом. Главное – не накосячить снова.

Мы бродили по улочкам Межмирья в поисках жилья. Рина деловито заглядывала в каждый номер, проверяя всё – от мягкости матраса до вида из окна, а мы с Шанти плелись сзади, ведя тихие, чисто мужские беседы.

– Ты её на свидание пригласи. И такое, чтобы ей понравилось. Как в её мечтах! – важно наставлял кот, подёргивая усами.

– Так откуда ж я знаю, о каком свидании она мечтает?!

– Для этого у тебя есть я! Но предупреждаю! Если ты хоть раз ещё обидишь мою Риночку, тебе точно не поздоровится. Я хоть и пушистый, но в глотку вцеплюсь – глазом моргнуть не успеешь.

Да, я подкупил Шанти. Чем? Едой, естественно. Пока он грыз огромный бутерброд, между нами установилось подобие перемирия. Но он всё равно заставил меня почти что кровью поклясться, что я больше девочку не обижу.

– И что? Ты действительно знаешь, о чём она грезит?

– Обижаешь! – Шанти вытер лапой майонез с морды. – Слушай меня внимательно и делай, как я скажу...

Некоторое время спустя, оставив Рину отдыхать в отеле, мы с Шанти отправились по магазинам.

– Киллиан, бери это! – Шанти ткнул лапой в пышное, ярко-жёлтое нечто, напоминающее взбесившийся одуванчик. – У Рины на родине это последний писк моды. Она мне как-то мысленно показывала – «Белль» какая-то. Она плакала, когда видела это платье!

– Ты уверен? – я с сомнением потрогал жёсткую фатиновую юбку. – Цвет какой-то… агрессивный.

– Сосед, хватит прикидываться улиткой. Ты что не видишь, что девочка на тебя смотрит как охотник на кабана?! Бери это жёлтое великолепие! Этот цвет не агрессии, это триумф жизни! – Шанти сделал максимально честные глаза. – Она будет в восторге. Упадёт наповал! Ты же хочешь, чтобы она тебя простила? Это платье – твой пропуск в её сердце. Верь мне, я её лучше знаю.

Через пару часов:

– Ты что мне наплёл?! – я держал Шанти за шкирку в коридоре отеля, и меня буквально трясло от обиды. А ещё было невыносимо стыдно за то, что я, взрослый мужик, так опростоволосился и доверился этому недокоту. Тяжёлому, кстати! – «Любимый цвет! Будет как принцесса!» Ты видел её лицо?! Она на меня смотрела как на умалишённого!

– Сам дурак, что поверил! – Шанти даже не пытался вырваться, висел с самым наглым видом. – Думал, я тебя просто так взял и простил? Будешь знать, как связываться с Шанти и доводить мою Рину до слёз! Это тебе за каждую её слезинку, «декан» недоделанный!

Ну да. Сам дурак. Ведь он водил меня по магазинам три часа, носом крутил – мол, это не то, Рина не оценит… А я верил каждому слову! Хорошо, что я отказался покупать те туфли со стразами и загнутыми носами, что он советовал. Тогда бы Рина точно мне ими же по голове настучала. Пятисотлетний следователь, гроза преступного мира… Ну что я творю?

– Живи пока, – я опустил кота на пол. – Но я этого не забуду. Жди ответа.

– Война? – Шанти воинственно задрал хвост.

– Временное перемирие с элементами партизанских вылазок.

– Посмотрим!

– Посмотрим!

– Вот и посмотрим!

Я глубоко вздохнул, пытаясь вернуть самообладание. Теперь я начинаю понимать Рину… её терпению можно ставить памятник.

– Шанти, передай ей, пожалуйста, что свидание всё-таки будет сегодня. И вот, держи золотые, отдай их Рине. Пусть сама купит себе платье и что там ещё девушкам нужно для счастья.

– Я передам, – тон кота внезапно стал серьёзным. Он подошёл ближе и посмотрел мне прямо в глаза, как настоящий защитник рода. – Но я ещё раз повторю: если ты не любишь мою Рину – отойди в сторону. Не ломай ей жизнь. Девочка по-настоящему страдала, когда узнала правду.

– Это вообще-то не твоё дело, Шанти, – я выдержал его взгляд. – Но зная, как тебя любит Рина, скажу прямо, чтобы мы к этому больше не возвращались. Я люблю её. И никогда больше не обижу. И уж тем более никуда не денусь.

– Уверен?

– Как то, что лето теплее зимы, солнце восходит на востоке, а рыбы плавают в воде! Я её столько лет ждал и, поверь, никогда больше не отпущу. Так что да – я уверен.

Шанти внимательно вглядывался в моё лицо несколько секунд, а потом коротко кивнул, признавая мою искренность. Я развернулся и направился в сторону ювелирного квартала. Платье пусть выбирает сама – не родился ещё на свет мужчина, который лучше знает вкус своей дамы. Куплю ей украшение. Золото оно и в Межмирье золото, а наши кроны здесь принимают с удовольствием.

Рина

Ещё в гостинице Шанти передал, что Киллиан будет ждать меня в ресторане отеля в восемь вечера, и вывалил на кровать целую горсть золотых монет. Но я – девушка гордая и вполне могу себя обеспечить. Принципиально не стала трогать золото Киллиана: взяла свои честно заработанные у Аэна монеты и решительно вышла из номера.

Из салона красоты я выпорхнула уже вечером – неприлично красивая и одуряюще вкусно пахнущая. Что со мной сегодня только не делали! Кажется, меня пропустили через все стадии магической реновации: маски, скрабы, обёртывания, депиляция и массаж, от которого я едва не замурлыкала, как Шанти. Когда ел. Следом пошли маникюр, педикюр, покраска и укладка волос. А финальным штрихом стал макияж, превративший меня в настоящую роковую леди.

До салона я успела заскочить в бутик за новым нарядом и теперь чувствовала себя Роуз из «Титаника». Я так же эффектно спускалась по широкой винтовой лестнице, внизу которой меня ждал замерший Киллиан.

Я знала, что выгляжу великолепно в своём новом платье с разрезом до бедра. Главное теперь не утонуть в собственном пафосе и помнить про айсберг, если он начнёт что-то недоговаривать или снова врать сразу иди к шлюпкам.

Спускаясь по лестнице, я кожей чувствовала на себе восхищённые, а местами и откровенные взгляды мужчин. Это было чертовски приятно – ощущать себя центром этой маленькой вселенной.

–Так тебе, Киллиан! – мстительно подумала я, подбородок выше, шаг увереннее. – Будешь знать, кого обижать. Стой там, внизу, и медленно осознавай масштаб своей потери. Смотри, любуйся, но помни – эта роскошная женщина в красном тебе больше не по зубам, пока ты не докажешь обратное!

Ресторан производил впечатление. Здесь я окончательно перестала понимать, в каком мире нахожусь. Казалось, я снова на Земле – настолько всё выглядело современно и стильно. Никаких тебе прокопчённых таверн или душных кафе Мидара. (вру конечно. Там тоже сервис тоже приличный). Я будто попала в дорогой итальянский ресторан, стилизованный под девятнадцатый век. Тяжёлые скатерти, приглушённый свет, звон дорогого хрусталя и этот непередаваемый аромат хорошего кофе и изысканных вин...

Так, Даша, соберись. Главная задача на вечер: не разбить антикварный хрусталь, не запутаться в собственных ногах и – программа максимум – не подавиться едой в самый романтичный момент. А то знаю я себя. Пока Киллиан будет клясться в вечной любви, я в это время буду исполнять партию умирающего лебедя с куском лосося в горле.

Глава 33

Глава 33

Глава33

– Необычно. Тебе идут эти белые пряди.

– Спасибо. Решила добавить немного света, чтобы не слишком выделяться со своими тёмными волосами… Расскажи о себе.

Киллиан смотрел на меня в упор, и, наконец, кивнув каким-то своим внутренним мыслям, произнёс:

– Ты, наверное, уже догадалась, что я и мои предки из Светлой империи?

– Догадалась.

– Если по правде, я только родился в Тёмной империи. У матушки роды были преждевременные. А так рос и развивался я в Светлой.

– Опять соврал! – я вскинула бровь.

– Не совсем. Мой отец был представителем Светлой империи и много лет прожил в Тёмной. Тот дом, в котором ты живёшь… он действительно принадлежал моим родителям. Как я уже сказал, родился я там, но всё детство, юность и часть зрелого возраста провёл в Светлой империи. А когда мне исполнилось тридцать, я должен был принять обязанности отца – он как раз решил уйти на покой.

– Подожди, так ты был послом? – Если это означает дипломатического представителя, то да. Но в моём случае им я так и не стал. Незадолго до того, как между нашими империями возникла Пелена, я прибыл в Лэйвон. Принимал дела, знакомился с документами, а родители в это время собирали вещи. Как сейчас помню радость матушки от того, что она наконец возвращается домой…

Киллиан на мгновение прикрыл глаза, и в этом жесте было столько боли, что моё желание «мучить его подольше» слегка поутихло.

– Я очень хорошо помню тот день. Попрощавшись с родными, на следующее утро я ждал сестру – Элоизу. Она перед замужеством хотела попутешествовать и решила начать с Тёмной империи. Я встретил её у портала с огромными сундуками… ещё смеялся, зачем ей столько вещей на пару недель. А вечером… вечером я пришёл домой и не смог в него войти.

Я невольно подалась вперёд.

– Что случилось?

– Пелена... Сначала мы думали – технический сбой.Ещё через несколько дней не пришёл товар из Светлой империи. Решили подождать пару-тройку дней, думали, что возникли проблемы с логистикой, но спустя ещё некоторое время поняли, что нас обманули, поэтому было принято решение выдвигаться на переговоры. Но… портал исчез. Маги пытались пробиться через стену, но попытки были тщетны. Пытались связаться с родными, но безрезультатно. И вот тут все поняли, что попасть на ту сторону мы не сможем.

Киллиан тяжело вздохнул.

– Позже мы заметили, что магия стала угасать. Не резко, но ощутимо. Сильных магов рождалось всё меньше, сложные заклинания перестали получаться, начались катаклизмы. И я понял: дело в Источнике.

– И как ты это понял? – я прищурилась, глядя на него поверх меню.

– Насчёт Источника я не был уверен на все сто процентов, – Киллиан сложил руки в замок, став на мгновение тем самым серьёзным следователем. – Но у меня было пять столетий на раздумья, изучение древних манускриптов о магических всплесках и сотни собственных опытов. Когда ты живёшь так долго, начинаешь замечать закономерности там, где другие видят лишь хаос. Я годами сопоставлял архивные записи с нынешним угасанием магии в Империи. Все ниточки вели в одно место. Вот и Ава подтвердила мои подозрения.

– Хорошо. С этим разобрались, про катаклизмы ты мне говорил… А что с магией?

– Вырождается магия. Если бы ты училась в академии, то поняла бы, что многие предметы носят лишь номинальный характер. Вот твоя подруга, Лэйман… Если бы она училась каких-то триста лет назад, она увидела бы огромную разницу в обучении. Она бы изучала множество сильнейших заклинаний, училась бы применять их на практике, а потом и в работе…

Раньше маги были сильнее, и им было проще ловить преступников. А сейчас что? Сейчас студенты больше изучают законы, а по сути, когда закончат обучение, кроме бумажной работы они почти ничего не смогут сделать для поимки преступников. Ты сама видела, как медленно продвигается дело с этой психопаткой. В былые времена она давно была бы уже повешена.

– Почему тогда их вообще принимают в Академию? – Чтобы собрать в одном месте тех, у кого есть хоть крупицы дара. Обучить их хоть чему-то, пока магия не исчезла окончательно. Ну и… студенты влюбляются, женятся, рожают детей, у которых тоже может быть дар. Академия – это такой своеобразный… как бы попроще сказать…

«Дом-2», понятно… Скрещивание видов в естественной среде обитания.

– Я поняла. А твоя магия?

– Моя магия, как ни странно, осталась при мне. Конечно, я не афиширую, что всё ещё могу использовать многие заклинания, о которых в Тёмной империи даже не слышали. К тому же работать на прежней должности я больше не мог. Поэтому я на некоторое время скрылся, а позже устроился в департамент.

– А что говорят люди? Что они думают о том, что магия исчезает?

– Ничего. Они этого просто не замечают. Столетия стирают память. Маги слабели постепенно, поколение за поколением. Для них нынешний уровень – норма. Только такие «старики», как я, помнят, каково это – по-настоящему дышать силой.

– Сколько, говоришь, тебе лет?

Киллиан поперхнулся вином и мгновенно замолчал.

Ха! Получи, дорогой мой «Мистер Врун». Знай, что перед тобой женщина, которая одним движением брови может заставить замолчать даже Шанти! Хотя нет, тут я загнула – Шанти не замолчит никогда, даже если ему пасть зашить, он будет ворчать через ноздри.

– Ты уверена, что хочешь знать? – наконец выдавил он, пытаясь вернуть себе самообладание. – Помнится, тебя не слишком устраивал возраст декана…

Ну да, он меня и сейчас не устраивает… Но считать я, слава богу, умею. Если тридцать ему было в момент закрытия Пелены, плюс пятьсот лет изоляции… получается, что ему пятьсот тридцать. Мать моя женщина!

– Посчитала? – Киллиан ухмыльнулся, заметив мой ошарашенный взгляд. – Не переживай, жить я буду ещё долго. И ты будешь. А если нет… то и я не смогу.

От этих слов по спине пробежал холодок. Он это серьёзно?

– Я ещё не решила, прощать тебя или нет! – я тряхнула головой, отгоняя нахлынувшие чувства. – Ты меня обманывал! Я тебе всё о себе рассказала, я ни разу тебя не обманула. Да, в самом начале могла утаить некоторые факты, но всё же – ты знаешь обо мне всё! А ты? Ты притворялся двумя разными людьми и наверняка насмехался надо мной, глядя, как я мечусь между тобой и деканом Вэйном!

– Не выдумывай! – Киллиан мгновенно стал серьёзным, и в его голосе прорезались властные нотки. – Вся эта ситуация ни капли не смешная. Мне было не до смеха, Рина, когда я понимал, что запутался в собственной лжи и могу потерять тебя из-за этого.

Я снова начинала злиться. Разумом я понимала, что ему можно верить, но в душе всё ещё ныла старая рана – недоверие к мужчинам, которое, как я думала, давно затянулось и превратилось в шрам. Видимо, Киллиан своим поступком содрал корку с этого шрама. Я ведь думала, что он особенный, а он оказался… ненамного лучше Лиама.

– Дай мне время, – отрезала я, понимая, что если мы продолжим сейчас, то свидание закончится грандиозным скандалом.

– Конечно. Столько, сколько тебе нужно.

– Расскажи лучше, откуда у тебя знания о камнях и заговорах? – я решила сменить тему на более безопасную.

– Это дар моей семьи. Обычно он передавался по женской линии, но не в каждом поколении. Моя прабабка была ведающей, и я часто наблюдал, как она создаёт талисманы. Конечно, я был ещё мал и совсем не понимал сути процесса, но видел, с каким безграничным уважением к ней относились люди. – Киллиан на мгновение задумался и тепло улыбнулся своим воспоминаниям. – Когда мне было лет двадцать, я поспорил с другом, что у меня тоже получится заговорить камень. В семейном архиве я нашёл несколько книг с заклинаниями, перечитал каждую по десятку раз и… Спор я, конечно, проиграл, а вот знания остались в голове навсегда.

– Скудноватые у тебя знания, – поддела я его, пряча улыбку.

– Что нашёл, то и запомнил, – развёл он руками.

– Шучу! Ты мне тогда очень помог. Спасибо.

Киллиан склонил голову и снова улыбнулся. Ну вот зачем, спрашивается, он опять демонстрирует свою фирменную секси – ямочку на щеке? Я же сейчас буквально растекусь лужицей по этому дорогому паркету. Похоже, он прекрасно знает свои козыри и бьёт ими наповал!

– Потанцуем? – внезапно предложил он.

– Я не умею, – честно призналась я, представив, как отдавливаю его пятисотлетние ноги своими новыми туфлями.

– Доверься мне.

Он встал и протянул мне руку, приглашая пройти в центр зала. И в этом жесте было столько уверенности, что я, вопреки здравому смыслу, вложила свои пальцы в его ладонь.

Киллиан уверенно вёл меня в танце, который напоминал смесь вальса и страстного танго. Его рука крепко держала меня за талию, даря ту самую уверенность, что я сегодня не опозорюсь и не запутаюсь в собственных ногах.

Он не отводил пронзительного взгляда от моего лица, а на крутых поворотах прижимал к себе чуть сильнее, будто боясь, что я ускользну. Кружение, остановка, шаг в сторону, порывистое сближение. Ещё шаг. Наклон. Резкий рывок за запястья и осторожные, почти невесомые касания рук. Так не касаются постороннего человека. Так касаются только любимой.

Я смотрела на расстёгнутый ворот его рубашки и едва сдерживала себя, чтобы не коснуться пальцами его кожи. Хотелось уткнуться носом в шею, чтобы ещё лучше распробовать его запах – аромат чего-то совершенного, мужественного и терпкого.

На поворотах голова шла кругом, окружающий мир смазывался, превращаясь в пёструю карусель из огней и лиц. Я сосредоточилась только на Киллиане. Я смотрела на него снизу вверх и видела, как его зрачки расширились от чего-то первобытного, горячего… и я, кажется, догадывалась, о чём он сейчас думает. Так не смотрят на человека, с которым тебя ничего не связывает. Так смотрят на желанную женщину.

Медленное раскрытие рук, безмолвное кружение и снова резкое сокращение расстояния. Объятия и мимолётный, нежный поцелуй, коснувшийся моих губ. Это было чувственнее и интимнее, чем секс. В этот момент я была инструментом в его руках, послушным каждой его команде. Дыхание сбилось, по телу пробежала волна мурашек. Как же мне хотелось продолжения… И нет, совсем не танца.

– А ты хорош! – выдохнула я, когда музыка стихла. – Наверное, сказывается опыт… всё же столько лет практики.

Киллиан усмехнулся и уже собирался проводить меня обратно за столик, как вдруг дорогу нам преградил другой мужчина, приглашая меня на танец.

Я не хотела с ним танцевать. Я видела, как потемнел взгляд Киллиана, но внезапно внутри проснулось желание позлить его. Показать, что я не принадлежу ему целиком и полностью, что я тоже умею мстить, когда меня обижают.

– Ну, ну. Я скоро. – шепнула Киллиану и он отпустил мою руку.

Незнакомец закружил меня в танце. Он пытался что-то говорить, завязать беседу, но я не отвечала. Моё внимание было приковано к Киллиану. Я наслаждалась яростным блеском его глаз, которые он не отводил от меня ни на секунду. Видела его плотно сжатые от злости губы, и меня заполняло почти детское чувство удовлетворения. Наконец-то я заставила его ревновать! Пусть прочувствует то же самое, что чувствовала я, когда он таскал веники своей… как выяснилось, сестре.