Сучки и скандалисты (ЛП)

Текст добавлен: 12 июля 2026, 22:30

Текст книги "Сучки и скандалисты (ЛП)"

Автор книги: Мелани Карсак

Жанры:

Эротика и секс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Назад к карточке книги

– Нет, вовсе нет. Миссис Брайарвуд очаровательна. Просто… агент Брайарвуд внушает трепет.

Я рассмеялась.

– Трепет? Разве ты не сталкивался с самыми жуткими демонами, когда-либо проникавшими в наше королевство?

– Да, но ни один из них не взирал на меня с таким отеческим превосходством. Как ты думаешь… я справился?

– Эдвин.

– Я совершенно искренен, Клемени. Я очень хочу, чтобы люди, которые тебе дороги, одобрили нашу… партию.

Нашу партию.

– Да, ты справился.

Эдвин довольно улыбнулся.

– Хорошо. Агента Брайарвуда и твою бабушку я покорил. С таким тылом, думаю, я вполне готов встретиться с твоим мистером Филиппсом, кем бы он ни был.

– В этом-то и вопрос, верно?

Эдвин кивнул.

– Я не был в музее с самого детства. Матушка время от времени водила меня сюда. Мне было лет десять, когда я был здесь в последний раз.

На самом деле я никогда не была в музее, но мне было слишком неловко в этом признаться. В конце концов, вход стоил недешево, а бабушка тратила деньги только на самое необходимое. Но больше всего мои мысли занимал Эдвин и та легкая заминка, которую я услышала в его голосе, когда он заговорил о матери.

– Мне жаль, что ты потерял маму.

Эдвин кивнул.

– Спасибо. Это была огромная утрата. А с отцом мы… ну, никогда не ладили.

– И он уехал на Антигуа?

– У нас там поместье. Виктория поручила ему кое-какие дела от имени короны. Мой отец, – Эдвин сделал паузу, – несколько лет назад совершил весьма сомнительный выбор в отношении своей подопечной. Последовал скандал, и он покинул страну.

Я приподняла бровь.

– А подопечная?

– Когда она не получила желаемого, она оставила моего отца с разбитым сердцем и упорхнула в Италию в поисках следующей жертвы.

– Мне очень жаль.

– В каком-то смысле нам повезло. Отец разгадал её игру как раз вовремя. Он оставил семейное поместье, Уиллоубрук-парк, мне, а сам ушел на покой вместе со своей подмоченной репутацией.

– Должно быть, тебе пришлось нелегко.

– Теперь это не имеет значения. А как же ты, Клемени? Только ты и твоя бабушка?

– Вдова Лувель вырастила меня. По правде говоря, я понятия не имею, кто мои настоящие родители. Меня подкинули в приют церкви Сент-Клемент-Дейнс, – сказала я, чувствуя привычный укол неловкости.

– Совсем никаких зацепок о семье?

Я покачала головой, но тут же вспомнила слова Львиного Сердца. Мне нужно было отправиться в «Страну Лета». Я колебалась, стоит ли говорить об этом Эдвину. Но что сказать? Что сверхъестественные существа считают, будто от меня пахнет розами? Что это вообще значит?

– Это не важно. Мы сами проложим себе путь, – сказал Эдвин.

Я улыбнулась ему.

– Иногда в буквальном смысле.

Он усмехнулся.

– Истинная правда.

Мы доехали на трамвае от Туикенема до Британского музея, прибыв примерно за час до назначенного времени экскурсии Филиппа Филиппса. Мы отметились у охраны, те посмотрели на нас с подозрением, – предупредив о своем присутствии и возможных осложнениях, и нам позволили пройти. Огромный музей много лет находился на реконструкции и открылся лишь недавно. Мы с Эдвином направились к ассирийской экспозиции.

– Кто из наших работает в «Колонии воров», присматривая за моими старыми знакомыми? – спросила я Эдвина, пока мы лавировали между массивными древними изваяниями.

Эдвин нахмурился.

– Боюсь, не «Клемени Лувель австралийского разлива». Есть неплохие полевые агенты, но, похоже, недостаточно хороши.

Я остановилась перед статуей крылатого льва с головой человека.

– Из королевского дворца в Нимруде. Связан с Иштар, богиней войны, – прочитал Эдвин на табличке.

Я задрала голову: скульптура была вдвое выше меня. Мне пришло в голову, что сверхъестественные существа не просто бродили по нашему королевству сотни лет, но делали это по всему миру на протяжении тысячелетий в самых разных обличьях.

– Боевой лев был символом богини войны, – продолжал Эдвин.

Я изучала статую. Голова человека была в шлеме. Были ли в древней Ассирии львы-оборотни? Внезапно я порадовалась тому, что охочусь всего лишь на волков.

Мы перешли от статуй к рельефам, снятым со стен древних храмов. На них я видела огромные корабли, сцены войны, богов, богинь и еще больше львов.

– Когда я столкнулась со Сколльсоном, Львиное Сердце предупредил меня, что волчья культура глубоко укоренилась в норвежских мифах, потому что в какой-то момент «иных» там было чуть ли не больше, чем людей. Думаешь, у других народов было так же? – спросила я, кончиками пальцев едва касаясь изображения человека-льва.

Эдвин задумчиво посмотрел на барельеф.

– Мы можем подшучивать над нашими братьями Пеллинорами и их бесконечной, казалось бы, тщетной охотой на драконов, но есть причина, по которой короля Артура называли Пендрагоном.

Я фыркнула.

– Ты ведь это не серьезно? Драконы?

Эдвин шутливо приподнял бровь, затем снова повернулся к фигуре на стене.

– Просто радуйся, что тебе не нужно о них беспокоиться. К тому же твои волки не дают тебе скучать. Хорошо, что сэр Ричард склонен с тобой разговаривать. Агент Грейсток сообщила мне, что его содействие не так-то легко заполучить.

В его голосе прозвучали нотки, которые я не могла пропустить. Подозрение? Ревность? Возможно, я видела больше, чем следовало.

– Он слишком умен и хитер для общего блага, но он верен короне. Просто ему нужно твердо напоминать об этом время от времени.

Эдвин кивнул, но я заметила, что он стал держаться чуть более скованно.

И в этот момент ладони и подошвы ног начало покалывать. Я подала знак Эдвину.

– Кто-то здесь, – прошептала я.

Кивнув, Эдвин взял меня за руку, и мы нашли укромное место в стороне от толпы, за статуей богини Астарты. Зал был полон людей. Я сканировала галерею. Кто-то здесь. Кто? Где?

Эдвин достал небольшое устройство, которое использовал в деле Крампуса. Покрутив ручку, он просканировал комнату. К моему удивлению, прибор ожил, начал светиться и интенсивно пищать.

Эдвин нахмурился.

– В чем дело? – спросила я.

– Реликвии заряжены. Они сбивают настройки.

– Заряжены? – переспросила я, глядя на изваяние древней богини.

У статуи Астарты были широкие округлые бедра, руки поддерживали грудь, едва прикрытую тканью. У неё было безмятежное лицо, а голову венчал полумесяц. Я закрыла здоровый глаз и взглянула на неё «лунным». Что-то было там, прямо под поверхностью камня, словно волна жара, исходящая от фигуры.

Но тут я услышала смех, который невозможно было ни с чем перепутать.

Я вздохнула.

Эдвин посмотрел на меня.

– Что такое?

– Элоди, – прошептала я почти неслышно.

Убедившись, что вуаль полностью скрывает мое лицо, я выглянула из-за статуи на звук подчеркнуто женственного смеха. Там, под руку с джентльменом, которого она навещала прошлой ночью, стояла Элоди. Он указывал на барельеф с царем Гильгамешем. Элоди, безупречно одетая в лимонное платье с кружевной отделкой и с прелестным зонтиком в руках, ловила каждое его слово.

– Проклятье, – выдохнул Эдвин, расстегивая пиджак и доставая пистолет.

– Что случилось?

– Я не знаю, что здесь происходит, но я точно знаю, кто он такой.

– Он? – спросила я. – Филипп Филиппс?

Эдвин кивнул.

– Да, Филипп Филиппс. Разумеется, это не настоящее имя. Его зовут Рампол, и он – демон.

Услышав свое имя, человечек обернулся и посмотрел через весь зал прямо на нас. Его глаза на мгновение ярко вспыхнули, а лицо потемнело.

Элоди, которая всё еще фальшиво смеялась, похлопывая его по руке, заметила, что её спутник отвлекся. Проследив за его взглядом, она обернулась и увидела нас. Её глаза сузились, когда она оглядела меня. Ярость исказила её лицо, когда она поняла, кто перед ней. Она сердито мотнула головой, сжав челюсти.

Но в этот момент я беспокоилась не о ней. Кем бы ни был этот Рампол, он узнал Эдвина, и это жуткое существо явно собиралось разверзнуть здесь ад.

Глава 14: Восхождение Иштар

– Разрази меня гром, – прошептала я, выхватывая пистолет из сапога.

– Клемени! – предостерегающе окликнул меня Эдвин.

Но ему не нужно было говорить ни слова. Ставни на высоких окнах галереи с грохотом захлопнулись, и лампы над головой разом погасли. По залу закружился яростный вихрь.

Туристы, шокированные и напуганные этой внезапной погодной аномалией посреди мирного похода в музей, бросились к дверям. И это было кстати: Филипп Филиппс как раз собирался сбросить свою личину благонамеренного джентльмена.

Факт, который, кажется, застал врасплох даже Элоди.

– Какого черта?! – воскликнула она, отступая от спутника.

– Глупая волчица, – пророкотал голос Филиппа Филиппса, эхом отдаваясь под сводами зала. Он взмахнул рукой в её сторону, и Элоди отлетела в другой конец комнаты.

– Черт побери, – выругалась я и выхватила нож.

Двери галереи захлопнулись, а ветер усилился.

– Эдвин Хантер, – позвал демон, медленно направляясь к нему.

В зал ворвался один из музейных охранников с пистолетом наизготовку.

– Что здесь происходит?! – потребовал он ответа.

Демон поднял руку. Странный черный дым вырвался из его пальцев, хлестнув подобно мечу, и вонзился мужчине прямо в грудь. Фонтан крови брызнул на статую из храма Иштар. Мой «лунный глаз» увидел, как изваяние вздрогнуло, а голова повернулась в сторону демона.

Эдвин вытащил из кармана механическое устройство. Он двинулся на демона, громко выкрикивая слова на латыни.

Филипп Филиппс – Рампол – задергался в конвульсиях.

– Молчать! – скомандовал демон и потянулся к Эдвину, на кончиках его пальцев клубился черный дым.

– О нет, так не пойдет, – сказала я, прицелилась и выстрелила.

Пуля попала в цель, пробив грудь демона. Он на мгновение замер, обернувшись так, словно его кто-то похлопал по плечу, и посмотрел на меня.

Он швырнул свою руку в мою сторону.

Я ахнула.

– Нет! – закричал Эдвин.

Элоди расхохоталась.

Я замерла, глядя, как странный змееподобный дым несется ко мне. Но вдруг внутри меня что-то вспыхнуло. Словно включили свет.

Я подняла руку.

– Нет.

Дым остановился, отпрянув, будто наткнулся на невидимую преграду прямо передо мной.

Эдвин активировал устройство в руке. Машина выпустила в демона маленькие деревянные дротики; от удара тот пошатнулся. Эдвин снова начал нараспев произносить слова изгнания.

– В этот раз тебе не сбежать, Рампол. И теперь у меня вдвое больше причин уничтожить тебя, – произнес он, бросив на меня тревожный взгляд.

Элоди наблюдала за сценой широко раскрытыми глазами. Поняв, что это её шанс, она начала прокрадываться к выходу.

Держа демона на мушке, я колебалась.

– Эдвин! – крикнула я, указывая на ускользающую волчицу.

Он кивнул в сторону двери, давая понять, что я могу идти, а сам направился к Филиппу Филиппсу… точнее, к тому, что от него осталось. Облик маленького человека стекал с тела демона, как плавящийся воск. Эдвин продолжал заклинание.

Дернув ручку двери, Элоди выскочила наружу.

Проклиная свое дурацкое платье, я бросилась за ней.

Элоди мчалась по узкой галерее, то и дело оглядываясь. Увидев, что я не отстаю, она прибавила ходу. Мимо нас промчался отряд охраны, спешащий к ассирийскому залу.

Их ждал жуткий сюрприз.

Элоди юркнула сквозь толпу в портретной галерее и толкнула боковую дверь. Я выскочила следом за ней на улицу, но в ту же секунду получила чем-то тяжелым по голове. Пошатнувшись, я обернулась и увидела Элоди: она стояла передо мной, угрожающе выставив свой зонтик.

– Серьезно, Элоди? Зонтик? – я бросила на неё насмешливый взгляд. Не хотела признавать, но зонтик был увесистым.

Она злобно уставилась на меня.

Восстановив равновесие, я сунула руку в карман и надела припрятанный там серебряный кастет.

Элоди снова замахнулась. Я пригнулась, развернулась и нанесла ей короткий удар в живот.

Отпрянув, она опять взмахнула зонтом. Я перехватила его, дернула волчицу на себя и резко ударила ногой в корпус.

Элоди выронила зонт и отступила. Она оглянулась, явно собираясь дать деру.

Я выпрямилась и со всей силы съездила ей по лицу.

Я услышала характерное шипение, когда серебро кастета коснулось её кожи.

Она вскрикнула и отшатнулась, прижав ладонь к щеке.

– Красная Шапочка, – прошипела она. – Ты за это заплатишь. Ты, Львиное Сердце и этот агент Хантер.

– Связаться с демонами… Ты могла пасть еще ниже?

– Ты думаешь, я знала, что он демон?!

– Значит, ты не только коварная, но и глупая.

Элоди бросилась на меня, но я встретила её правым апперкотом.

Однако мгновением позже раздался выстрел, и пуля просвистела прямо у моего уха.

Я обернулась и увидела двух её сучек, обе держали меня на мушке.

Элоди сверкнула глазами.

– Это еще не конец, Лувель, – прорычала она, её глаза налились красным.

– Ты права. Всё закончится только тогда, когда ты ответишь за то, что сделала с Квинном.

Всё еще прижимая руку к щеке, она развернулась и побежала к своей стае.

Я подумывала о том, чтобы погнаться за ними, открыть огонь или устроить еще больше хаоса, но небо над музеем закручивалось черной воронкой, будто в центре Лондона внезапно зародилось торнадо. Учитывая, что девки Элоди целились в меня, пришло время отступать.

Я распахнула дверь музея и вбежала обратно.

Я неслась в зал, где оставила Эдвина. Охранников, что пробегали мимо меня, нигде не было видно. Я дернула ручку галереи, но дверь была заперта намертво.

Изнутри доносился громкий голос Эдвина, читающего латынь. Ему вторил странный шипящий голос Филиппа Филиппса, который отчаянно пытался избежать гибели.

Но сквозь эти звуки я услышала еще один голос. Глубокий женский голос звал меня:

«Клемени, приди. Воительница, приди».

Дверь щелкнула и медленно отворилась.

Первое, что я увидела – вернее, увидела моим «лунным глазом» – были вспыхнувшие обсидиановые глаза статуи боевого льва. Он повернул голову и посмотрел прямо на меня.

Я во все глаза уставилась на изваяние – живое, дышащее изваяние, которое видел только мой особый глаз. Существо склонило голову в мою сторону.

Демон взвыл и разразился проклятиями на языке, которого я не понимала. Оторвав взгляд от статуи, я повернулась к Эдвину и монстру.

На полу, там, где раньше был Филипп Филиппс, лежала груда плоти и одежды. Посреди неё возвышалась почти призрачная фигура демона Рампола. У него были рога, длинный хвост и ярко-желтые глаза.

Ветер бушевал неистово. Весь зал превратился в эпицентр бури.

Выкрикнув последнее слово заклинания, Эдвин замер с выражением непоколебимой решимости на лице.

Рампол оцепенел. А затем взорвался.

Ошметки пепельной слизи разлетелись по залу, забрызгав всё вокруг, включая меня. Эдвин, готовый к такому исходу, успел отвернуться. Я же стояла там, с ног до головы покрытая останками демона.

– Разрази меня гром!

– Клемени! – позвал Эдвин.

Пока я вытирала жижу с лица, я услышала плач и всхлипывания. Охранники, пробегавшие мимо меня, забились в угол у подножия льва Иштар. Я взглянула на статую: она еще раз вздрогнула, на губах застыла улыбка, и изваяние снова замерло.

Эдвин, стряхивая слизь с руки, подошел ко мне. Он достал из кармана платок и протянул его мне.

– Кажется, это определенно не твоя неделя, – заметил он.

– Это еще слабо сказано.

– Элоди?

– У неё было численное преимущество. Пришлось отпустить. – Я посмотрела на тело охранника, лежащего на полу, и покачала головой. Какая бессмысленная смерть. Элоди за многое придется ответить.

– Я охотился за Рамполом годами. Он ушел от меня в Португалии, и с тех пор я не мог напасть на след. Никогда бы не подумал на Австралию. Что он делал с волками?

– Понятия не имею, но я не думаю, что Элоди знала о его истинной сути. Или она лжет. Вероятно и то, и другое.

– Что ж, похоже, нам обоим предстоит большая уборка. Я свяжусь с агентством. А ты… о, дорогая, – он покачал головой. – Ты выглядишь ужасно, Клемени Лувель.

– И не поспоришь. Пойду к бабушке.

Эдвин усмехнулся.

– Ты уверена?

Я вздохнула. Сначала прорыв труб, потом взрывающийся клык, а теперь это? Что дальше? Внезапно я порадовалась тому, что оборотни в полнолуние всего лишь становятся вчетверо сильнее и волосатее.

Эдвин улыбнулся мне.

– Я бы поцеловал тебя, но… сама понимаешь.

Я хмыкнула. Относительно чистой ладонью я взяла его за руку и сжала её.

– Скоро увидимся.

Я направилась к выходу из музея, прекрасно осознавая, какое зрелище собой представляю. Но, по крайней мере, в мире стало на одного демона меньше. Теперь осталось сократить поголовье оборотней.

Сразу после ванны.

Глава 15: Тайны бабушки

Собравшись с духом, я постучала в дверь бабушки.

– Бабушкс?

– О, Клемени, апельсины и лимоны, моя Клемени! – отозвалась пожилая женщина, гремя замками. Дверь распахнулась, она уже была готова заключить меня в объятия, но внезапно замерла.

– Что это такое? – спросила она.

– Скорее «кто», если быть точной.

Бабушка принялась ворчать на французском и отступила, пропуская меня внутрь. Продолжая бормотать под нос, она направилась на кухню.

– Снимай это платье. Сейчас принесу горячей воды.

– Спасибо, ба.

– Ох, Клемени…

– По крайней мере, это не кровь.

Бабушка фыркнула.

– Как будто то, во что ты вляпалась, кем бы оно ни было, делает ситуацию лучше. Твое платье!

– У меня есть еще одно.

– Да, всего одно. Клянусь, ты портишь их нарочно. Надеюсь, хотя бы Эдвин успел увидеть тебя до того, как ты покрылась этой мерзостью.

– Это по вине Эдвина я в ней и оказалась.

Бабушка снова выругалась по-французски.

Я усмехнулась.

– Помни, ба, что он – сэр Эдвин Хантер. И, насколько я узнала, у него где-то есть прекрасное загородное поместье, – добавила я, пытаясь переключить её внимание с состояния моей одежды на что-то более приятное.

– Что? Где? Как оно называется?

– Уиллоубрук-парк.

– О, Клемени, звучит очень солидно. Да, это подойдет идеально. Он уже сделал предложение?

В своей крошечной комнате я начала стягивать испорченное платье. Боже, запах был неописуемый. Платье придется сжечь. Я рассмеялась:

– Нет, бабуль.

– Что ж, ты должна его поторопить. Тебе нужно показывать чуть больше кожи, девочка моя. Очаруй его. Дай ему повод для решительных действий.

– Ба! – воскликнула я, одновременно шокированная и позабавленная.

Я взглянула на свое белье: его определенно не мешало бы обновить, если я собиралась впечатлить мужчину. Но бабушка ошибалась. Мне не нужно было ничего выставлять напоказ, чтобы завоевать Эдвина. За это я его и обожала. К моему великому счастью, Эдвину я нравилась такой, какая есть.

Бабушка вошла с тазом мыльной воды. Она неодобрительно цокнула языком:

– Кожа да кости.

– Ты всегда так говоришь.

– Ты всегда и была такой.

– И мышцы.

Бабушка снова цокнула.

– Выйди ты за пастора Кларка, уже была бы пышечкой и носила под сердцем ребенка. А вместо этого один Бог знает, в какие неприятности ты влипаешь.

– Но тогда бы у меня и в мыслях не было Уиллоубрук-парка, верно? Я видела Джессику и Квинна сегодня утром. Они ждут ребенка.

Бабушка подставила табурет и усадила меня. Она тут же принялась мыть мне голову.

– А я думала, Квинн уже вышел из того возраста.

– Разве мужчина бывает в неподходящем возрасте для такого?

Бабушка хмыкнула.

– Нет. Ты права.

Я улыбнулась.

– Джессика просто сияла.

– Как и все женщины, когда носят дитя от любимого человека. И ты когда-нибудь станешь такой же.

Я нахмурилась. Я никогда не считала себя материнским типом. И тот факт, что я не знала, кто я и откуда, всегда заставлял меня чувствовать, что дети – не мое дело. Когда я столкнулась с Марлоу, тот странный свет внутри меня вспыхнул и спас меня от падения с дирижабля. Сегодня он спас меня от демона.

«Кто твоя семья?» – спрашивал Львиное Сердце. Воспоминание об этом вопросе снова отозвалось гулом в голове. Я не знала. Понятия не имела, почему я такая и что это вообще значит.

– Бабушка, – осторожно начала я. – Были ли когда-нибудь… я просто подумала… были ли какие-то знаки, указывающие, откуда я взялась? Кто-нибудь искал меня? Хоть какая-то зацепка?

Моя бабушка, втиравшая мыльную воду в мои волосы, замерла.

Я не хотела ранить её этим вопросом. Она была для меня всем. И всё же.

– Когда мы нашли тебя? Нет. Ничего. Но когда ты была маленькой, в церковь на службу однажды пришла женщина. Она не сводила с тебя глаз. Но как только служба закончилась, она ушла, не проронив ни слова.

Я нахмурилась.

– Может, ей просто нравились дети?

Бабушка молчала.

– Ба?

– У неё были длинные черные волосы и стальной взгляд, совсем как у кое-кого, кого я знаю. Когда я закончила последнюю песнь для проповеди, я спустилась вниз, чтобы найти её, но её и след простыл.

– Ты… ты никогда не рассказывала мне об этом.

– А что рассказывать? Может, это было просто совпадение.

– Но это было достаточно странно, чтобы привлечь твое внимание.

– Почему ты спрашиваешь, девочка моя? – бабушка снова принялась мыть мне голову.

– Просто… Иногда я чувствую, что во мне есть что-то иное.

– Конечно, ведь нет во всем мире девочки чудеснее тебя.

– Нет, ба. Во мне есть что-то… другое. То самое «другое», что заставило Элизу Грейсток заметить меня.

– Элиза увидела, что ты сообразительная, вот и всё.

Я нахмурилась. Я поняла, что даже если бабушка точно знает, о чем я говорю, она никогда в этом не признается.

– Прости, что спросила. Надеюсь, ты знаешь, что я никогда ни на кого тебя не променяю. Я просто…

– Любопытствовала. Это естественно. Особенно если ты мечтаешь о собственной семье. С Эдвином. В Уиллоубрук-парке. Где я поселюсь вместе с вами.

Я рассмеялась.

– Само собой.

Бабушка похлопала меня по плечу, но после этого хранила удивительное молчание, пока намыливала мои волосы мылом с ароматом роз, смывая последние следы Филиппа Филиппса.

– Я люблю тебя, бабулечка.

– И я тебя люблю, моя Клемени.

Глава 16: Встряска

Тщательно отмытая, переодетая и благоухающая как человек, который еще час назад не был покрыт демонической слизью, я рассыпалась в благодарностях бабушке и снова отправилась на работу.

Был уже вечер, а значит, скоро зайдет солнце. Ситуация с Элоди становилась неуправляемой. Если я собиралась снова сойтись с ней лицом к лицу, мне определенно требовалась помощь.

Я свернула в сторону Темпл-сквер. К моему удивлению, братья-Тамплиеры, завидев меня, просто открыли ворота. Я узнала одного из стражников.

– Сэр Хендел, – кивнула я ему. В преддверии сумерек я не могла не заметить огненно-рыжий блеск в его глазах.

Он склонил голову.

– Агент Лувель. Львиное Сердце в часовне.

– Спасибо, – ответила я и вошла на площадь, отчетливо слыша, как за моей спиной лязгнули засовы.

Ладони закололо. Мог ли Ричард быть замешан во всем этом хаосе? Или Тамплиеры? Не иду ли я в ловушку?

Заткнись, Клемени. Помни, кто они такие.

Я отругала себя за паранойю. Руки чесались лишь потому, что я входила на территорию стаи, не более того.

Как можно тише я приоткрыла дверь часовни и вошла внутрь. Пересекла мраморный пол ротонды, где располагались святыни. У алтаря в передней части зала я заметила Ричарда: он стоял на коленях в молитве, вонзив меч перед собой рукоятью вверх, так что тот напоминал крест.

Я замерла.

Он знал, что это я. Мне не нужно было ничего говорить. Я прислонилась к одной из высоких колонн и принялась наблюдать за ним.

Меня трогало то, что он до сих пор оплакивал семью, потерянную так давно. В этом была неистовая любовь и преданность. То, что его забота распространялась и на Бриони, говорило о благородстве этого человека гораздо больше, чем его волчья природа. Рыцарь. Вдовец. Благочестивый муж. Ученый. Жаль, что он оборотень. Действительно, очень жаль.

Львиное Сердце прошептал последние слова молитвы, закончив их тихим «аминь», и поднялся. Он осенил себя крестным знамением, пристегнул меч к поясу и повернулся ко мне.

– Среди стай ходят слухи, что ты обладаешь мистической силой. Никто не может понять, как им всегда не удается выследить тебя. Они никогда не слышат твоего приближения, даже не чуют тебя.

– А что насчет тебя?

– Я знал, что это ты.

– Как?

– Красные розы… и гардения, – произнес он с усмешкой.

Я закатила глаза.

– Я думала, пребывание здесь причиняет тебе боль.

– Так и есть. Ну, выкладывай, агент Лувель. У тебя на лице написано, что что-то стряслось.

– Элоди. Я верю, что она собирает войска и пытается короновать нового альфу.

– Кого? – Львиное Сердце спросил это с низким рычанием.

– Сына Сирила, если мое чутье меня не обманывает.

Лайонхарт сжал челюсти.

– Сын Сирила. Он здесь?

Я покачала головой.

– Не знаю. Она работала с австралийским торговцем, чтобы вернуть старую стаю в Лондон. Конечно, он был вовсе не торговцем, а демоном, принявшим человеческий облик.

– Демон? Какой именно?

– Рампол.

Ричард нахмурился.

– Его – я полагаю, остатки его туши я соскребла с подошвы сапога совсем недавно – можно больше не опасаться. Элоди просто использовала его (или так думала), чтобы протащить псов Сирила обратно в королевство. Сомневаюсь, что она вообще знала о его демонической сути. Честно говоря, не уверена, кто из них кого использовал. В любом случае, она взбудоражила волков идеей воссоединения старой стаи под началом сына Сирила. Кажется, она одержима местью нам обоим.

Львиное Сердце шумно выдохнул.

– Ты была права. Мне следовало изгнать её.

– Я знаю, – ответила я, подмигнув.

Он закатил глаза и жестом указал на выход. Мы вышли на улицу. Небо в сумерках переливалось оттенками индиго, пурпура и оранжевого.

– Мальчика зовут Коул. Я помню толки, когда Клара уехала. Со стороны Элоди это умный ход. Он должен быть в самом соку – молодой и сильный, – сказал Львиное Сердце.

– Но он не Тамплиер.

– Нет, – Ричард мягко улыбнулся, но какой-то шум привлек его внимание, и он обернулся к одному из зданий на площади. К моему удивлению, там оказалась Бриони. С саквояжем в руках она направилась к нам.

– Клемени! – тепло окликнула она меня, помахав рукой.

Я вопросительно приподняла бровь, глядя на альфу.

– Она не может оставаться в городе, пока Элоди мутит воду, но и здесь ей не место. Я отправляю её в деревню на время, – вполголоса пояснил он.

– Пошли с ней кого-нибудь.

Львиное Сердце кивнул.

– Сэр Джеффри будет сопровождать её.

Бриони подошла и кивнула Ричарду.

– Я готова. Сэр Джеффри уже идет. Еще одна остановка, и я в пути.

– Остановка? – спросил альфа.

Она кивнула.

– Я забыла свой дневник в квартире.

– Прошу, не задерживайся.

– Поверь мне, у меня нет никакого желания снова видеть тех людей. Но я рада тебя видеть, Клемени. Почему так получается, что там, где опасность, ты всегда где-то рядом?

– Просто везет.

– Я бы никому не пожелала такого везения.

Я усмехнулась.

К нам через площадь подошел коренастый оборотень.

– Сэр, – сказал он, почтительно поклонившись альфе. Затем окинул меня взглядом и склонил голову.

– Сэр Джеффри. У вас есть всё необходимое? – спросил его Львиное Сердце.

– Да, сэр.

Ричард посмотрел на Бриони. Мы с сэром Джеффри, поняв намек, отошли в сторону. Но любопытство взяло верх: я краем глаза наблюдала за парой. Между ними чувствовалась нежность. Бриони явно его любила, но любил ли он её? Я видела, что она ему дорога. Но была ли это любовь? Я просто не видела искры. Или, может быть, во мне говорила ревность.

Вздохнув, я отвернулась и оглядела территорию. Я заметила, что волки здесь очень заняты. Обычно это место было спокойным, но сегодня стая была в движении. Что они затевали?

Ричард вполголоса пожелал Бриони счастливого пути.

Никакого поцелуя.

– Пока, Клемени. Береги себя, – улыбнулась Бриони, проходя мимо нас вместе с сэром Джеффри. Она положила руку мне на плечо и шепнула на ухо: – Присматривай за ним для меня.

Улыбнувшись, я кивнула.

– Конечно. – Я бросила взгляд через плечо на Львиное Сердце; он ухмылялся. Я подмигнула ему.

Бриони и сэр Джеффри вышли за ворота. Через несколько мгновений снаружи затарахтел паромобиль, и они уехали.

– У тебя есть план, я полагаю? – спросил альфа.

– Нам нужно выследить Элоди. Тамплиеры должны собрать бродячих псов в темном районе. И когда я говорю «собрать», я имею в виду – покончить с их жалкой жизнью. Мне кажется, это станет весомым аргументом.

– У меня был такой же план. Как видишь, тамплиеры уже готовятся, – он указал на площадь. – Блэквуд возглавит нападение на темный район.

– Если у тебя уже был план, зачем тогда спрашивать меня?

– Хотел убедиться, что мы солидарны.

– И как ты узнал, что я вообще зайду?

Львиное Сердце одарил меня своей волчьей ухмылкой, но ничего не сказал.

Я нахмурилась – не столько на него, сколько на дурацких бабочек, порхавших у меня в животе. Я представила, как достаю пистолет и перестреливаю их всех, но как бы я ни старалась – даже в собственном воображении – я всё время промахивалась.

– Ну что, едем? – спросил он.

– Полагаю, ты снова хочешь встряхнуть меня на своем байке.

– Я бы ни за что на свете не упустил возможность встряхнуть тебя, агент Лувель.

– Твоя девушка только что уехала. Перестань со мной флиртовать.

– Кто здесь флиртует?

Я покачала головой.

– Ладно. Поехали.

Глава 17: Определенно «может быть»

– Я тоже следил за Элоди. Мы видели, что она мутит воду, но не понимали, в чем именно дело, кроме вербовки старых псов Сирила. Сегодня утром мы засекли Антуанетту с подручным и организовали слежку. У меня есть зацепка, где искать, – сказал Ричард, натягивая мотоциклетные очки. Он протянул пару мне, на мгновение задержав взгляд на моем лице. – Ты перестала носить повязку.

– Она сбивала мне равновесие, – ответила я, что было полуправдой. На самом деле зрение «лунного глаза» стало неожиданным даром. Как и в зале ассирийских древностей, он видел то, чего не замечал обычный глаз. Почему и как – я до сих пор не понимала, но мне это нравилось.

Ричард кивнул, но по выражению его лица было ясно, что он не вполне поверил. Раздражающе проницательный оборотень.

Я надела очки.

– Кто?

– Кто «кто»?

– Чьими глазами ты следил за Элоди? Я не видела ни одного Тамплиера в темном районе.

– И не увидишь. Элоди бы их мигом учуяла. Я воспользовался помощью одной дружественной ведьмы.

– Ведьмы?

– Да.

– Надо же, у тебя друзья в самых странных местах, не так ли?

– О, агент Лувель, ты даже не представляешь насколько. Прыгай, – он указал на место позади себя.

Я скользнула на сиденье и обхватила его руками. Каждая клеточка моего тела затрепетала. Он был таким теплым. И ощущался… правильнее, чем следовало.

– Надо же, агент Лувель…