Текст книги "Сучки и скандалисты (ЛП)"
Автор книги: Мелани Карсак
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Мы вышли на улицу, где нас ждал паромобиль.
– Агенты, – поприветствовал нас Томас, еще один агент-резидент, играющий роль слуги. Одетый как обычный лакей, если не считать пистолетов на поясе и в сапоге, он как раз зажигал уличный фонарь перед домом.
– Доброе утро, Томас, – отозвалась я.
– Лувель и Роуз вместе. Да поможет им Бог, – хохотнул он.
– Не о Боге им стоит беспокоиться, – со смехом бросила агент Роуз, направляясь к машине.
Я скользнула на пассажирское сиденье, пристегнулась ремнями и оставила при себе свое мнение об этой адской колымаге. Роуз подправила пару рычагов; двигатель заклокотал и зашипел, после чего мы рванули через город.
– Итак, кого мы идем карать? – спросила я.
– Месяц назад леди Кэролайн Грэм посетила Бат вместе со своей племянницей Пенелопой. Пенелопа была очарована бродячими артистами, проезжавшими мимо. Она зачастила на их представления. К несчастью, когда цирк уехал, Пенелопа исчезла вместе с ними.
– И я так понимаю, наши артисты обладают весьма неординарными талантами.
– Именно так, и они – чертова угроза. Я выследила их до самого Лондона. Они сняли старый театр. Я ждала рассвета, прежде чем идти на разведку. Нам нужно проверить, числится ли Пенелопа еще среди живых. И если нет – будь добра, прикончи её. В противном случае мы отправим этих гастролеров обратно в Европу, откуда они приперлись, или уничтожим их на месте, смотря что случится раньше.
– Похоже на план.
Мы пересекли город и въехали в район, хорошо известный своими развлекательными заведениями – от оперы до бурлеска. Группа, описанная Роуз, определенно отлично бы здесь вписалась, если не считать того факта, что все они – нежить. Она остановила машину неподалеку от старого театра. Котел протяжно зашипел.
Агент Роуз взглянула на небо. Горизонт окрасился в нежные оттенки оранжевого и розового.
– Сколько их? – спросила я.
– Семь, если только Пенелопа не обращена, тогда будет восемь. Как минимум четверо – очень старые.
– Полагаю, чем старше, тем сильнее?
Она кивнула.
– Совсем как волки.
Роуз вышла из машины и подошла к багажнику. Я последовала за ней. Она открыла его, явив моему взору настоящий арсенал. Пистолеты, бомбы, ножи и любое другое мыслимое устройство для разрушения были припрятаны внутри.
– Разрази меня гром, – прошептала я. – Кажется, мы только что стали лучшими подругами.
Роуз ухмыльнулась:
– Выбор богатый, но у меня закончились освященные колья, – сказала она, похлопав по своему поясу.
– А эти неплохи, – заметила я, коснувшись кастетов.
– Забирай. Они посеребрены, – сказала она, отвязывая кастеты и протягивая их мне.
Я натянула их на пальцы.
– Агент Роуз, я полагаю, мы теперь помолвлены.
Она рассмеялась.
– Прости, Лувель. Я уже замужем. Пошли, – сказала она, с щелчком захлопывая багажник.
– Погоди, что?
Агент Роуз лишь усмехнулась, но не ответила.
Мы направились к театру. Разумеется, через парадную дверь заходить не стоило. Я осмотрела входы. Сбоку здания имелся вход в подвал, но подземелья и вампиры казались мне скверной идеей. К крыше вела пожарная лестница.
– Туда, – сказала я, указывая вверх.
Агент Роуз кивнула, и мы двинулись к стене. Подпрыгнув, Роуз ухватилась за нижнюю перекладину и подтянулась. Я последовала за ней.
Пока мы карабкались вверх, кожу на голове начало странно покалывать, а ладони зачесались. О да, здесь определенно что-то было не так.
Мы перемахнули на крышу и огляделись. Дверь вела на чердак. Роуз подала мне знак, и мы направились к ней. Просунув лезвие в дверную раму, я поддела замок, и мы вошли внутрь.
Когда Роуз выхватила свой деревянный кол-кинжал, я сделала то же самое. Внезапно мне стало не хватать моих пушистых друзей.
– Как там Квинн? – спросила Роуз. Мягкий утренний свет пробивался сквозь запыленные чердачные окна. Дерево на стенах, полу и даже потолке было бледно-пепельного цвета. В одном углу стояли сундуки, в другом – висел ряд костюмов, покрытых многодюймовым слоем пыли. Театральный реквизит из гниющего папье-маше разил затхлостью и выглядел так, будто над ним изрядно поработали крысы.
– Лучше. Всё еще восстанавливается. Скоро я его навещу, – прошептала я, гадая, лучшее ли это время для светской беседы. Разве у клыкастых слух не такой же острый, как у волков? Может, это и не имело значения, пока они спали. Но упоминание о моих планах поехать в Туикенем наполнило мой желудок нервным возбуждением. Я пригласила Эдвина поехать со мной. Квинн встречал Эдвина лишь мельком, когда тот возглавлял «Теневой дозор». На этот раз я собиралась представить своего бывшего напарника и друга своему кавалеру.
– Передавай ему привет. Я думала, тебя поставили в пару с Харпер.
– Она на ротации. Я бы не отказалась поработать с ней снова.
Роуз издала короткий смешок.
– Хорошо, когда кто-то прикрывает спину, полагаю, – сказала она, но ничего не добавила. Я нахмурилась, обдумывая её слова. Её манера поведения говорила о том, что она предпочитает работать в одиночку, но я также знала, что они с агентом Ридом были близки. Агент Роуз была загадкой.
Мы дошли до двери на другой стороне чердака и начали спускаться.
Снизу потянуло легким сквозняком. Я прислушалась, ловя любой звук, но стояла гробовая тишина. Мы вышли с лестницы и оказались в закулисье. Действуя бесшумно, мы прошли по коридору, пока не оказались в самом центре старой сцены.
Сцена выходила на ряды кресел, обитых красным бархатом. В глубине зала виднелся балкон. Вдоль стен тянулись большие арочные окна, занавешенные тяжелыми портьерами, не пропускавшими свет. Лишь одно окно, где ткань сверху надорвалась, впускало немного солнечного сияния. Пылинки кружились в воздухе там, где единственный луч падал на проход между креслами.
Но самым примечательным предметом в зале были восемь гробов, выстроенных в ряд на сцене.
Разрази меня гром.
Ухмыльнувшись, агент Роуз оглянулась на меня. Она выхватила деревянный кинжал из-за пояса и эффектно его подбросила.
– Готова развлечься?
Агент Роуз медленно приблизилась к гробам.
– Посмотри на резьбу, – прошептала она. – Эти – самые старые, – указала она на деревянные ящики. Я поняла, что она имела в виду. В то время как дерево на некоторых гробах выглядело относительно новым, старые гробы были сделаны из древней дорогой древесины и украшены искусной резьбой.
– Так, Пенелопа, где же ты? Эники-беники… – прошептала Роуз, водя пальцем в воздухе, стоя за двумя более новыми гробами. Закончив считалочку, она указала на гроб из свежеструганного пиломатериала.
Сжимая деревянный кинжал, она сделала мне знак.
Я приготовилась, выставив кол перед собой.
Быстрым движением Роуз сдвинула крышку гроба.
Раздался странный, пронзительный визг, и мгновение спустя молодая женщина выскочила из гроба и бросилась на Роуз. Движение было настолько стремительным, что застало меня врасплох. Черные волосы девушки были спутанными и длинными. Лицо было белым как молоко, ногти – длинными и острыми.
Я двинулась на помощь Роуз, но услышала сзади скрежет дерева.
– Клемени, берегись! – крикнула Роуз, швыряя на пол напавшую на неё вампиршу. Роуз прыгнула сверху, прижимая её к доскам.
Я обернулась и увидела, как из своего гроба выскальзывает вампир-мужчина. Он был высоким, стройным, с прекрасными золотистыми волосами и самыми яркими голубыми глазами, которые я когда-либо видела. Он склонил голову набок, разглядывая меня.
Он глубоко вдохнул, а затем уставился на меня, наморщив лоб, будто в недоумении.
– Словно красные розы, – прошептал он. – Кто ты?
Сзади завизжала вампирша, с которой боролась Роуз.
Вампир посмотрел через мое плечо на Роуз.
Не упуская шанса, я крепко сжала деревянный кинжал и атаковала, с силой вогнав кол в грудь вампира.
Вампир перевел взгляд с кола в своей груди на меня.
– Меня зовут Красная Шапочка, – сказала я с ухмылкой.
Вампир встретился со мной взглядом, и в следующий миг он взорвался.
В буквальном смысле взорвался.
Разрази меня гром.
Кровь, части тела и безымянные ошметки разлетелись повсюду. Ошеломленная, я стояла, глядя на груду плоти и потрохов на полу – и на себе.
Сзади раздался крик, а затем похожий влажный, хлопающий звук.
Агент Роуз вздохнула и подошла ко мне, глядя на месиво у моих ног.
– Вот почему я советовала подождать с завтраком, – с ухмылкой сказала Роуз, вытирая руки. Я оглянулась и увидела кровавую кашу на месте, где только что была вампирша.
– Не Пенелопа, – констатировала она, указывая на то, что осталось от трупа. Она помедлила секунду, а затем выудила какой-то комок из моих волос. – Прости, стоило предупредить. Этого звали Винсент, – сказала она, стряхивая кусочек Винсента на пол. – Должно быть, у него был чуткий сон, – добавила она и протянула мне мешочек. – С ними будет проще.
Я оглядела свою одежду.
– Он испачкал Фентона, – проворчала я, стирая кусок Винсента с клочка шкуры Фентона, который носила на поясе.
На это Роуз рассмеялась.
Стряхнув с себя кровавые ошметки, я открыла мешочек, который дала мне Роуз. Внутри были гвозди.
– Гвозди?
– Освященные. По одному на гроб – и дело сделано. Правда, это может их разбудить. Так что будь наготове, – сказала она и направилась к самому большому и старому гробу. Забравшись наверх, она приставила гвоздь к крышке и, используя рукоять пистолета, забила его.
Я принялась за другой. Только я забила крышку, как соседний гроб начал открываться.
– Агент Роуз! – крикнула я.
Роуз спрыгнула с гроба, над которым работала.
Мгновение спустя крышка отлетела в сторону, и из гроба стремительно выскочил мужчина. Его бледные глаза сверкнули, переводя взгляд с меня на Роуз.
– Шиповник [прим. пер.: Briar Rose – оригинальное имя Спящей Красавицы], – прошипел он.
Запустив руку под жилет, агент Роуз выхватила что-то и рассыпала по полу между нами и вампиром. Сначала я не поняла, что это. Все трое мы стояли, глядя на мерцающее вещество на досках. Спустя миг я осознала – это песок.
– Ну, это просто подло, – прошипел вампир. Наклонившись, он принялся медленно пересчитывать песчинки, а я наблюдала за этим с замиранием сердца.
– Где Пенелопа? – спросила Роуз.
– С чего бы мне тебе говорить?
Агент Роуз снова полезла в карман и подсыпала еще немного песка на пол.
Вампир громко вздохнул.
– Грубиянка.
– Не поможешь заколотить остальные? – спросила она, указывая на оставшиеся гробы.
Я кивнула.
– Кто она такая? – спросил вампир, глядя на меня.
– Не твое дело.
Забивая следующий гвоздь, я вся обратилась в слух, ловя каждый шорох. Меньше всего мне хотелось еще одного взрывающегося вампира. Я посмотрела на свою одежду. Её придется изрядно замачивать.
– И Пенелопа? – снова спросила Роуз.
– Грязный Красный Капюшон. Мы знаем, кто ты такая.
– И всё же вы перешли мне дорогу, – парировала Роуз.
Я ухмыльнулась.
Приготовившись забить гвоздь в следующий гроб, я обнаружила, что сосновый ящик уже заколочен.
– Проблема, – сказала я.
Роуз посмотрела на меня.
– Уже закрыт.
– А, это, должно быть, Пенелопа, – сказала она и подошла ко мне. – Приглядывай за ним. Песок займет его на ближайшие несколько дней, но всё же.
Достав из сумки ломик, Роуз осторожно принялась вскрывать гроб, снимая крышку. Я настороженно следила за вампиром. В его глазах застыла холодная ненависть, когда он уставился на Роуз.
Крышка гроба с грохотом отлетела.
– Ну, приступим. Пенелопа, дорогая, ты выглядишь ужасно, – произнесла Роуз, наклонившись над невидимым телом. Спустя мгновение она отстранилась. – Проклятье.
– Слишком поздно? – спросила я.
Роуз покачала головой:
– Заражена, но еще не обращена.
– Она – подарок, – произнес вампир с злобной улыбкой.
– Для кого? – спросила Роуз.
Он расхохотался:
– Сама догадайся.
Роуз нахмурилась.
– Её можно спасти? – поинтересовалась я.
– Да, но это будет долго и мучительно, – ответила Роуз, после чего снова повернулась к вампиру, считавшему песчинки. – Я спросила – для кого?! – вскричала она, пиная клыкастого.
– Для того, кого ты очень хорошо знаешь, – прошипел тот со смешком.
– Дерьмо, – выругалась Роуз, и её лицо исказилось от досады. Она выхватила кинжал из-за пояса и, не раздумывая, вонзила его вампиру в сердце.
Успев вовремя отвернуться, я закрылась от брызг.
Агент Роуз тяжело вздохнула, подошла к последним гробам и закончила заколачивать их освященными гвоздями.
Я перевела взгляд с кровавого месива, бывшего вампиром, на открытый гроб. Осторожно подойдя, я заглянула внутрь и увидела одну из самых красивых девушек, каких когда-либо встречала в жизни. Лежа на шелковом ложе в голубом платье, с вьющимися черными волосами, обрамляющими лицо, она походила на фарфоровую куклу.
Её дыхание было прерывистым. Я уставилась на неё. На её шее отчетливо виднелся след от вампирского укуса.
Внезапно девушка издала хриплый, судорожный вздох. Её голубые глаза широко распахнулись. Сначала они были такого же ледяного цвета, как у Винсента, но затем потемнели до грозового сине-зеленого с коричневыми крапинками.
– С-спасите меня, – прошептала она.
Услышав это, Роуз подбежала к нам. Действуя бережно, она помогла девушке выбраться из гроба.
– Всё хорошо, мисс Грэм. Мы здесь, чтобы помочь. Мы отвезем вас в безопасное место, – успокаивала её Роуз, помогая встать на ноги. Я удивилась, услышав в её голосе нежность.
– Я была в Бате, – проговорила девушка дрожащим голосом. Она поскользнулась на вампирской крови, выходя наружу. Девушка оглянулась в замешательстве, изучая кровь на полу. Её взгляд упал на гроб. – Это что… это гроб?
– Нет-нет, – соврала я. – Не глупи.
– Клемени, можешь отвести её к моей машине?
Я покосилась на след укуса на шее девушки.
– Она опасна?
Роуз покачала головой:
– Нет. Она не обращена, только заражена.
– Уверена?
Роуз ухмыльнулась и отвела взгляд.
– Вполне. Выводи её. Я закончу здесь дела.
Я кивнула. Помогая девушке спуститься по ступеням со сцены, я повела её через зал.
Сзади Роуз подошла к окнам и принялась срывать портьеры. Старая ткань с грохотом рвалась, оседая пыльными облаками. Солнечный свет залил театр.
– Глазам больно, – прошептала Пенелопа, зажмурившись.
Я полезла в сумку, выуживая со дна свои старые очки. Я не пользовалась ими с самой аварии. Всё собиралась их выложить, да руки не доходили.
– Вот, – сказала я, протягивая их ей.
Она немного поморщилась, глядя на них, но надела. Я тихо хмыкнула про себя. Мы только что спасли её из вампирского логова, а она воротит нос от дизайна моих очков? Типично.
Я вывела девушку на улицу и помогла Пенелопе сесть в машину. Роуз вышла из театра через несколько минут. Она задержалась, чтобы забаррикадировать двери.
– Всё уладила? – спросила я.
Она кивнула.
– Пришлю команду подтереть этот беспорядок, а потом отправлю то, что осталось от этой шайки, восвояси.
Я покосилась на Пенелопу.
– А она?
Роуз вздохнула.
– Я позабочусь о ней.
– Тогда я отсюда доберусь домой сама.
Роуз кивнула.
– Спасибо за помощь.
– Обращайся.
– Береги себя, Клемени.
– И ты… Шиповничек?
Она ухмыльнулась и скользнула на водительское сиденье.
– Шиповничек я только для них, – сказала она и завела двигатель, который зашипел, выпуская облако пара в утренний воздух. – Вообще-то – Аврора.
Помахав мне пальцем, она развернулась и укатила.
Я посмотрела на свою одежду. Внезапно я очень порадовалась тому, что всё-таки не съела черничный скон. Если бы съела, сейчас была бы покрыта и сконом, и Винсентом.
Вздохнув, я огляделась, чтобы сориентироваться, и направилась к дому, надеясь поймать попутку на ту сторону реки.
Глава 6: О чем не знает миссис Кольридж
Проскользнув через окно в свою конуру у миссис Кольридж, я на цыпочках двинулась по комнате, стараясь не тревожить скрипучие половицы. До сих пор хозяйка не разгадала мой новый фокус. Я сильно подозревала: узнай она, что я забираюсь на соседнее здание, перехожу по доске между крышами и лезу в окно лишь для того, чтобы избежать расспросов, она бы выставила меня вон в тот же миг. Какая-то часть меня мечтала о моменте, когда я окажусь на пороге у Эдвина, и мне некуда будет идти. Было бы ужасно жаль потратить целый час, нежась в ванне на львиных ножках, которая, как я воображала, у него имеется. А после ванны, разумеется, провести остаток утра под простынями с этим великолепным мужчиной. Но увы. Пока что от своего нового кавалера я не получила ничего, кроме поцелуя. А что до той ванны…
Я окинула взглядом свою каморку. В углу с потолка капало в ведро. Я уже перестала спрашивать, откуда берется эта вода. Это больше не имело значения. Я была здесь только для того, чтобы смыть грязь и поспать. Как только я немного отдохну, сразу вернусь к выслеживанию Элоди.
Я посмотрела на свою одежду. Настоящее позорище. Неудивительно, что даже возница угольной телеги не захотел меня подвезти.
Я скинула всё, с удивлением обнаружив, что кровь просочилась даже сквозь корсаж до панталон. Что ж, я всегда интересовалась спецификой работы агента Роуз. Любопытство удовлетворено. Пусть оставляет себе свои взрывающиеся клыки. Я наполнила таз мыльной водой и застирала вещи, развесив их на веревке, натянутой через всю комнату. Быстро протерев доспехи, я напомнила себе, что нужно будет отполировать металл, когда проснусь. Кое-как почистила клинок и отложила в сторону. Займусь им позже. Глаза слипались от усталости. Взяв губку, я вымыла волосы и хорошенько отскребла тело, растирая уставшие конечности лосьоном с ароматом гардении, который бабуля подарила мне три Рождества назад. Не помню, открывала ли я его хоть раз до этого. Достала сорочку, которую выудила из шкафа, когда – пусть и на миг – подумывала надеть платье к Квинну. Хоть я и отказалась от этой идеи, у меня не было времени убрать элегантные дамские шмотки обратно.
Легла на свой тонкий матрас и закрыла глаза. Мысли об Эдвине туманили разум. Внезапно представила нас в той самой ванне: теплая вода плещется вокруг, а руки Эдвина обнимают меня.
Я проснулась бог весть сколько часов спустя от звука щетки, скребущей по металлу. В голове стоял туман. Сначала я подумала, что странный звук доносится из коридора. Понадобилось мгновение, чтобы осознать: шумят внутри моей комнаты. Я дернулась к пистолету, который лежал рядом с кроватью, но его там не было. Я вскочила, готовая прикончить любого, кто меня обнаружил, но увидела Львиное Сердце.
Он сидел и чистил мой наруч, бережно придерживая серебряный доспех рукой в перчатке. Он прервался, чтобы смазать металл маслом. Мой кинжал, пистолеты и прочее оружие уже были вычищены и отполированы до блеска. Он взглянул на меня из-под пряди светлых волос.
– Тебе следовало почистить снаряжение перед сном, – заметил он.
– Я устала.
Он поднял наруч, счищая что-то красное и липкое.
– Кто-то знакомый?
Я покачала головой.
– Клыкастый.
Ричард усмехнулся своей волчьей полуулыбкой, которая всегда вызывала во мне неуместный прилив энергии. Словно читая мои мысли, он перевел взгляд на меня.
И тут до меня медленно дошло, что я полуголая. Я посмотрела на свою свободную сорочку. Бледно-абрикосовая ткань почти ничего не скрывала. Грудь едва не выпадала из глубокого выреза, соски просвечивали сквозь тонкий материал – Львиное Сердце только что увидел больше, чем любой другой мужчина в моей жизни.
Слегка улыбнувшись, он отвел глаза и вернулся к работе. Сердце заколотилось в груди, и сотни неподобающих мыслей пронеслись в голове. Мне стоило огромных усилий напомнить себе, что я принадлежу Эдвину Хантеру и что мне нравится Бриони Пэкстон.
Львиное Сердце встал и присел на край моей кровати. Он протянул мне наруч и, снимая перчатки, внимательно всмотрелся в мое лицо.
Встретившись с ним взглядом, я заметила серое кольцо вокруг его голубых зрачков и крошечный шрам у брови. Если не знать правды, он казался бы совершенно обычным человеком. По правде говоря, когда-то он им и был. Просто теперь он стал другим.
Ричард протянул руку и нежно погладил мои длинные волосы, убирая их за плечо, которого он слегка коснулся. Мое сердце забилось еще сильнее.
– Очень красивое платье, – сказал он, коротко взглянув на наряд, висящий на дверце шкафа. – Собираешься куда-то?
– Просто прогулка.
– С кем?
– С кое-кем. Ты меня отвлекаешь.
– От чего?
– От того факта, что я на тебя злюсь.
– Неужели? А мне всегда казалось, что вам не помешало бы немного отвлечься, агент Лувель.
– Возможно, но я предпочитаю сама выбирать, на что отвлекаться.
– И?
– И я настаиваю на том, что позволять тебе отвлекать меня – ужасная идея.
– Но ты сама – сплошное отвлечение. А смесь масла гардении и твоего чудесного аромата роз отвлекает больше, чем я готов признать.
Я тяжело сглотнула, отгоняя видение того, как я тяну Львиное Сердце на себя, как мой язык исследует его рот, и ощущение его тела между моих ног.
Разрази меня гром, Клемени. Возьми себя в руки.
– В таком случае, возможно, тебе не стоит заползать ко мне в окно.
– Я и не заползал. Я вошел через парадную дверь.
– Боже правый, надеюсь, миссис Кольридж тебя не видела.
Альфа хмыкнул.
– Однажды я прокрался мимо лагеря сарацинов. Думаю, с миссис Кольридж я как-нибудь справлюсь.
Я криво ухмыльнулась:
– Хорошо. А теперь, прежде чем случится что-то предосудительное, скажи, зачем ты здесь.
– Я задолжал тебе объяснение.
– О да.
Львиное Сердце вздохнул.
– Моя стая недовольна.
– Почему?
– Потому что они не хотят быть жандармами королевства. Они хотят продолжать свою работу, чтобы их не отвлекали всякой чепухой.
– Чепухой вроде возвращения старых псов Фентона и Сирила?
– Именно.
– И Элоди, которая что-то… замышляет?
– Именно так.
– Они ведь знают, что на них всё еще лежит мандат королевы?
– Знают, но они не в восторге. И, честно говоря, я тоже. Я тоже… отвлечен.
Опять это слово.
– Чем?
– Бриони…
А. Мой желудок скрутило в тугой, ревнивый узел. К моему удивлению, я почувствовала раздражение. Она мне нравилась. Правда. Просто…
– Раз Элоди что-то замышляет, я обеспокоен. Я не хочу, чтобы с ней что-то случилось. Бриони – невинный человек во всей этой… неразберихе, – произнес Львиное Сердце.
Его слова повисли в воздухе. То, что его сердце принадлежит ей, меня не касалось. Холодность Ричарда до этого позволяла мне задвинуть подальше свои невысказанные, нежелательные и путаные чувства к нему. В этой пустоте моё сердце занял Эдвин. И Бриони мне нравилась. Нравилась. Нравится. Я просто… Но в этот миг я осознала истину. Сэр Ричард Спенсер тоже боролся с этим странным влечением ко мне. Вот почему этот большой и злой волк был таким ужасным искушением. И вот почему он был здесь, по крайней мере отчасти.
– Понимаю, – выдавила я.
– Я… Когда-то, очень давно, у меня была семья. Моя жена и сын погибли, пока я был с королем Ричардом. Они сгорели при пожаре. Меня не было рядом. Я ничего не сделал, чтобы их защитить. Они тоже были ни в чем не повинны. Они умерли, пока я исполнял волю своего монарха. А потом Богу было угодно превратить меня в это, – сказал он, и в его голосе прозвучали нотки яростного отвращения. – Я не могу допустить, чтобы с Бриони что-то случилось из-за меня. Ты понимаешь?
– Понимаю, но самоустранение не поможет. Наоборот, сейчас самое время показать королевству, что ты – альфа. Элоди – хитрая змея, и она что-то затеяла. Нам нужно остановить её до того, как её план придет в действие. Ты должен раз и навсегда показать им всем: тех, кто вздумает играть с тобой, ждет расплата.
– Или мне нужно договориться.
– Думаешь, старые псы Сирила позволят тебе отступить? Ты сам знаешь, что нет, Ричард. И это ниже твоего достоинства. Они всё равно придут за тобой.
– Не если я исчезну. Не если я оставлю дела сэру Блэквуду.
– Тогда они придут за твоими братьями. Я знаю, ты этого не допустишь. Тамплиеры должны показать, что власть у них в руках. Иначе начнется хаос. Ты неясно мыслишь.
Львиное Сердце снова взглянул на меня из-под своей челки. В его выражении лица промелькнула уязвимость, которой я никогда не видела прежде. Его взгляд скользнул по мне.
– Очевидно, что так.
Я усмехнулась.
– Прекрати. У тебя и так хватает проблем в отношениях. Возможно, рыцарство дорого обошлось тебе в прошлом, и мне искренне жаль, но сейчас ты должен быть тем рыцарем, которым являешься. Сейчас не время для отступления. Я знаю, твои братья предпочли бы зарыться в книги, но Дис [прим. пер.: богиня или дух в мифологии] хорошо сказала: пока ты не покажешь зубы, они будут испытывать тебя на прочность.
– Дис? Ты говорила с Дис?
Я кивнула.
– Я не знал, что она пробудилась в этом году.
– Пробудилась.
– И она говорит с тобой?
Я пожала плечами.
Львиное Сердце хмыкнул.
– Интересно. Ты уже побывала в «летней стране», как я советовал?
– Я слишком занята тем, что разгребаю твои завалы.
Альфа ухмыльнулся и встал. Он подошел к окну и выглянул наружу.
– Хороший вид на фабрику. Почему ты живешь именно здесь, в таком месте?
– Ты меняешь тему.
– Возможно. Но всё же – почему здесь?
– Река перебивает мой след. Я не хочу, чтобы кто-то снова нашел дорогу к моей бабушке.
– На освященной земле ты была бы в большей безопасности.
– Что ж, если на рынке появится свободная часовня, я обязательно её куплю. Хватит увиливать. Что ты собираешься делать?
– Я сделаю, как ты советуешь, но на одном условии, – сказал он и обернулся. Он пересек комнату и остановился перед платьем, висящим на шкафу. Красивое платье, нежно-голубое, с кружевом на лифе.
– Да? – отозвалась я, подозрительно глядя на него.
– Я хочу увидеть тебя в этом. Хотя, признаю, красный цвет тебе идет больше.
– Очень остроумно. Я как раз собиралась его убрать.
Львиное Сердце взял шелковую юбку в руку, пропуская ткань сквозь пальцы. Снова та часть меня, которой не следовало о нем так думать, затрепетала.
– Нет, ты должна его надеть, – мягко сказал он. – Я бы очень хотел увидеть тебя в нем.
Я приказала бабочкам в животе утихомириться.
– И ты соберешь братьев и поможешь мне покончить с этой неразберихой?
– Да.
– Ладно. Договорились.
Ричард ухмыльнулся.
– Хорошо, – сказал он и подошел к двери. Он отпер её и повернул ручку так тихо, что я даже не услышала щелчка. – Не забудь запереться. Никогда не знаешь, какие монстры могут бродить поблизости.
Я улыбнулась.
– Прощайте, сэр Ричард.
– До свидания, агент Лувель.
Когда Львиное Сердце ушел, я вылезла из кровати и заперла дверь. Я прислушалась, пытаясь уловить звук его шагов на лестнице или в коридоре, но не услышала ничего. Он был чертовски тихим. И сложным. И красивым. И очень опасным для меня. Я закрыла глаза, чувствуя укол вины. Ричард был досадным, волчьим соблазном. Тем, который мне был не нужен. Теперь у меня был Эдвин. А Ричард был просто… проблемой. Сейчас нам нужно было сохранить порядок в королевстве. Сейчас мне нужно остановить Элоди. А еще я должна внести свою лепту в безопасность Бриони, что подразумевало отсутствие каких-либо вольностей с её мужчиной. Укол ревности кольнул меня.
Я вздохнула.
Отодвинув чувства в сторону, но всё же оставив платье висеть снаружи, я пошла одеваться. Я ухмыльнулась, взглянув на свое идеально вычищенное снаряжение. Пора возвращаться к работе.
Глава 7: Темный квартал
Навигация по Темному кварталу не была задачей, которой когда-либо радовались Красные Капюшоны. Начнем с того, что здесь обитало практически всё зло, таившееся в королевстве. Сверхъестественные существа, жившие здесь – от безразличных до откровенно враждебных, – почти не признавали нас. Люди, забредавшие в эти зоны, по большей части делали это по неведению. Сверхъестественное всегда существовало в нашем мире, но его представители упорно трудились над тем, чтобы сохранить свою истинную природу в тайне. Если и была в человечестве одна универсальная истина, так это то, что люди не любят тех, кто от них отличается. От вампиров до оборотней и гоблинов – среди нас жило множество «иных». И они мудро позволили правде о себе превратиться в сказки. Честно говоря, я не винила их за то, что они скрывали свое естество.
Приведя все свои чувства в полную боевую готовность, я вступила в Темный квартал. Переулок был настолько узким, а крыши средневековых зданий так тесно прижимались друг к другу, что по небу едва ли можно было понять, что сейчас день. Мои сапоги мягко цокали по булыжной мостовой. Газовые фонари здесь всё еще горели, но они располагались далеко друг от друга и отбрасывали слабые, немощные тени. Опустив голову, я углубилась в квартал. С тех пор как её бордель закрыли, Элоди и её стая отступили в темную зону. Теперь мне предстояло выяснить, чем она там занимается.
Я чувствовала на себе взгляды из темных окон. Гоблин в тяжелом плаще сидел в нише и пил. Густой запах алкоголя, окружавший его, обжигал мне нос. Он бросил на меня мимолетный взгляд.
– Лучше сними этот плащ, агент, – хохотнул он. – С ним ты похожа на мишень.
Я нахмурилась и свернула за угол. Его слова мне не понравились, но он был прав. Проходя мимо тощей как щепка женщины, которая остановилась и уставилась на меня, провожая каждый мой шаг безумным хихиканьем, я выругалась про себя. Проклятье. Даже если я найду Элоди, весь район будет шептаться о моем присутствии еще до того, как я успею разглядеть, что она замышляет. Я осмотрела ближайшие здания. В переулке стояла стопка ящиков. В самом верху стены домов почти соприкасались. Быстро взобравшись на груду коробок, я полезла вверх по стене, перебираясь от одного выступающего камня к другому. Ухватившись за конек крыши, я подтянулась и выбралась наверх. Сердце бешено колотилось от напряжения. Отряхнув ладони, окинула взглядом крыши Темного квартала. Теперь я была на своей территории. Развернувшись, направилась по крышам к зданию, где, по слухам, обосновалась Элоди.
Пока я пробиралась через квартал, волосы на затылке встали дыбом, а подошвы ног и ладони начало покалывать. Сканируя местность своим «лунным глазом», мне приходилось часто моргать: здоровый глаз видел пустую улицу, в то время как лунный отчетливо фиксировал фигуру женщины, идущей по переулку. В поле белого света я могла разобрать лишь её силуэт, окруженный тенями домов. Она была в черном платье и крутила зонтик. Она была там – и в то же время её не было. Я наблюдала, как призрак свернул за угол.
Замечательно. Меньше всего мне сейчас не хватало стычки с демоном, привидением или еще какой-нибудь нечестивой тварью, с которой я не знала, как совладать. Элементаля и взрывающегося вампира на эту неделю мне уже хватило с лихвой. А тут еще этот эмоционально нестабильный оборотень, играющий моим сердцем. Тот факт, что у Львиного Саердца когда-то была семья, которую он любил и потерял, тронул меня. Но мне нужно было сосредоточиться на работе, а не на его личных дилеммах. У меня и своих хватало.
Когда призрак исчез, я взяла разбег и перепрыгнула через переулок, следуя по улице к тому месту, где видели Элоди. Квартал, в котором она поселилась, был вполне в её вкусе. Я заметила таверну, опиумную курильню и бордель – но не её собственный.
