Развод не по плану (СИ)

Текст добавлен: 12 сентября 2026, 12:00

Текст книги "Развод не по плану (СИ)"

Автор книги: Майя Нур

Жанр:

Современные любовные романы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

Назад к карточке книги

Глава 35

Я проснулась от странного ощущения, будто в квартире что-то изменилось. Несколько секунд лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, что именно, а потом вспомнила вчерашний вечер, разговор на кухне, его спокойное «тебе нужно съехать» и собственные слова о том, что я считала эту квартиру домом. От воспоминания внутри снова неприятно сжалось, и я открыла глаза.

На часах было почти девять.

Я долго не вставала, потом всё-таки поднялась и начала собираться. Чемодан так и стоял открытым у кровати. За ночь я ничего из него не вынула, но и собирать дальше не стала. Мне хотелось уйти как можно скорее и одновременно было страшно сделать первый шаг к двери.

Когда я вышла в коридор, Богдан уже был дома. Он сидел на кухне. Перед ним стояла чашка кофе, к которой он явно не притронулся.

Я остановилась. Он поднял голову. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

– Доброе утро.

Голос у него был хриплым.

– Доброе.

Я хотела пройти мимо, но он встал.

– Подожди.

– Зачем?

– Мне нужно с тобой поговорить.

Я усмехнулась.

– Вчера ты уже поговорил.

– Вчера я сказал не то.

Я замерла.

Богдан подошёл ближе, но остановился на расстоянии, будто боялся, что если сделает ещё шаг, я отступлю.

– Я всю ночь думал о том, что ты сказала.

Я ничего не ответила.

– Ты спросила, почему я хочу, чтобы ты съехала. Я не ответил.

– Я заметила.

Он тяжело выдохнул.

– Потому что испугался.

Я нахмурилась.

– Чего?

– Тебя.

Я растерялась.

– Меня?

– Не в том смысле.

Он провёл рукой по лицу.

– Ева, моё расследование стало намного опаснее. Мы вышли на людей, которых я ищу уже очень давно. И чем ближе я подбираюсь, тем больше понимаю, что они могут быть не просто преступниками, которые где-то существуют отдельно от меня. Они знают, как работать. Знают, как уходить от наблюдения. Знают, как давить на людей.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

– И я понял, что ты стала для меня человеком, за которого я отвечаю не только потому, что когда-то пустил тебя сюда.

Я молчала.

– Я начал бояться, что однажды кто-нибудь увидит тебя рядом со мной и решит использовать тебя против меня.

В груди болезненно кольнуло.

– Поэтому ты решил просто выгнать меня?

– Да.

– И даже не объяснить?

Он покачал головой.

– Я хотел объяснить.

– Но не смог.

– Не смог.

Я опустила глаза.

– Ты очень плохо умеешь говорить о чувствах.

– Знаю.

Я невольно улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Богдан тоже улыбнулся, но его лицо почти сразу снова стало серьёзным.

– Я не хочу, чтобы ты уходила.

Сердце ударило сильнее.

– Тогда зачем сказал?

– Потому что считаю, что должен был.

– А я считаю, что мог бы спросить меня.

Он кивнул.

– Мог.

Несколько секунд мы молчали. Потом я тихо сказала:

– Я вчера испугалась.

– Я знаю.

– Не из-за квартиры.

Он смотрел на меня.

– Я испугалась, что ты решил, будто я тебе больше не нужна.

Его лицо изменилось. Богдан подошёл совсем близко.

– Ева.

Я подняла глаза.

– Ты мне нужна.

Он сказал это просто. Без красивых слов. И от этого стало ещё тяжелее.

– Тогда больше никогда не решай за меня, что мне безопаснее.

Он кивнул.

– Хорошо.

– И не выгоняй меня, когда тебе страшно.

– Хорошо.

Я почувствовала, как слёзы всё-таки выступили на глазах. Богдан осторожно вытер одну пальцами.

– Прости.

Я накрыла его руку своей.

– Ты тоже.

– За что?

– За то, что вчера кричала.

– Ты имела право.

– Всё равно.

Он несколько секунд смотрел на меня. Потом обнял.

На этот раз я прижалась к нему сразу, будто всю ночь ждала именно этого. Его руки крепко сомкнулись вокруг меня, и я наконец позволила себе заплакать, уткнувшись ему в плечо.

– Всё хорошо, – тихо сказал он.

– Теперь?

– Теперь.

Я подняла лицо. Мы смотрели друг на друга совсем близко. Он медленно коснулся моей щеки.

Я не отстранилась. Богдан поцеловал меня.

Сначала осторожно, почти вопросительно, а потом крепче, когда я сама обняла его за шею. В этом поцелуе уже не было прежней неуверенности. В нём было всё, что мы оба пытались не произносить вслух последние недели: страх, нежность, желание остаться рядом и невозможность снова сделать вид, будто между нами ничего нет.

Когда мы наконец отстранились, Богдан коснулся лбом моего лба.

– Чемодан разберёшь?

Я тихо рассмеялась сквозь слёзы.

– Разберу.

– Хорошо.

– Но есть условие.

– Какое?

– Больше никаких решений за меня.

– Договорились.

Я снова поцеловала его. И на этот раз уже сама не хотела останавливаться.

Мы вернулись в спальню, и остаток утра растворился в объятиях, поцелуях и той близости, которой оба слишком долго боялись дать название. Впервые между нами не осталось ни неловкости, ни попытки отступить, ни вопроса, что будет потом.

Когда спустя некоторое время мы лежали рядом, я смотрела в потолок и улыбалась.

Богдан провёл ладонью по моим волосам.

– О чём думаешь?

– О том, что вчера хотела собрать вещи и уйти.

– А сегодня?

Я повернулась к нему.

– Сегодня никуда не хочу.

Он улыбнулся.

– Хорошо.

Я положила голову ему на грудь и закрыла глаза. И впервые за очень долгое время мне не хотелось думать о том, что будет завтра.

Потому что сегодня я была там, где хотела быть.

Рядом с ним.

Глава 36

После того утра мне казалось, что всё наконец встало на свои места.

Чемодан я действительно разобрала, причём Богдан несколько раз проходил мимо шкафа и с совершенно серьёзным видом проверял, не собираю ли я вещи снова. Я каждый раз делала вид, что не замечаю, а он каждый раз едва заметно улыбался. Между нами что-то изменилось окончательно: теперь не нужно было искать повод прикоснуться друг к другу, не нужно было делать вид, что мы просто живём под одной крышей, не нужно было отворачиваться, если наши взгляды встречались слишком надолго. Всё стало проще.

Наверное, именно поэтому я совершенно не ожидала, что прошлое ворвётся в эту новую жизнь так грубо.

Это случилось днём.

Я вернулась с работы раньше обычного, потому что смену сократили, и уже подходила к подъезду, когда увидела Игоря.

Я узнала его сразу.

Он стоял возле машины, прислонившись к двери, и выглядел почти так же, как в тот день, когда я ушла. Только теперь в его лице было что-то новое – нервозность, которую он тщетно пытался спрятать за привычной уверенностью.

Я остановилась.

Он тоже заметил меня.

– Наконец-то.

Внутри всё сжалось.

– Что ты здесь делаешь?

– Разговаривать приехал.

– Я не хочу.

Я развернулась, но он быстро подошёл следом.

– Ева, хватит.

– Не подходи ко мне.

Он остановился.

– Ты уже месяц прячешься здесь.

Я резко обернулась.

– Я не прячусь.

– Конечно. Просто живёшь у какого-то мужика.

От этих слов меня передёрнуло.

– Тебя это не касается.

– Меня касается всё, что делает моя жена.

Я замерла. Жена. Это слово теперь звучало почти чужим.

– Мы пока не развелись, – напомнил Игорь. – И ты прекрасно это знаешь.

– Знаю.

– Тогда хватит устраивать этот спектакль. Поехали домой.

Я покачала головой.

– Нет.

Он усмехнулся.

– Ты серьёзно думаешь, что можешь просто взять и исчезнуть?

– Я никуда не исчезала. Я сказала тебе, что ухожу.

– И кто решил, что ты можешь уйти?

Я почувствовала, как внутри снова поднимается тот старый страх. Не такой, как раньше. Теперь в нём была злость.

– Я решила.

Игорь резко схватил меня за локоть.

– Поехали.

Я дёрнула рукой.

– Отпусти!

Он сжал сильнее.

– Не устраивай сцен.

– Отпусти меня!

– Ева.

Я услышала шаги за спиной. Тяжёлые. Спокойные. Игорь обернулся первым.

Богдан стоял у подъезда. Я даже не заметила, когда он подошёл. Он посмотрел сначала на руку Игоря, сжимавшую мой локоть, потом на его лицо. И выражение его глаз изменилось.

– Убери руку.

Игорь усмехнулся.

– А ты, значит, тот самый?

Богдан подошёл ближе.

– Я сказал: убери руку.

– Это семейное дело.

– Тогда решай его без рук.

Игорь не отпустил. Богдан взял его за запястье и сжал так, что тот сразу побледнел.

– Отпусти её.

– Ты мне не...

– Я тебе сейчас объясню.

Голос Богдана оставался тихим. От этого становилось страшнее. Он одним движением отвёл Игоря от меня. Тот попытался вырваться.

– Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь?

– Мне всё равно.

Богдан шагнул вперёд. Игорь отступил.

– Ещё раз подойдёшь к ней без её разрешения, – произнёс Богдан, – и следующий разговор будет уже не со мной.

Игорь побледнел.

– Ты мне угрожаешь?

– Нет.

Богдан посмотрел ему прямо в глаза.

– Предупреждаю.

Несколько секунд мужчины молча смотрели друг на друга. Потом Игорь перевёл взгляд на меня.

– Ева, ты ещё пожалеешь.

Богдан мгновенно сделал шаг вперёд.

– Уходи.

Игорь отступил.

– Это ещё не конец.

– Для тебя – конец.

Игорь ещё несколько секунд стоял неподвижно, потом развернулся и ушёл к машине. Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом.

Только тогда поняла, что всё это время дрожала. Богдан повернулся ко мне.

– Он тебя ударил?

– Нет.

– Точно?

Я кивнула. Он осторожно взял меня за плечи.

– Ева.

Я подняла глаза.

– Я испугалась.

Он притянул меня к себе. И только в его объятиях я наконец позволила себе выдохнуть. Через несколько минут, когда мы поднялись домой, я сидела на кухне, обхватив руками кружку.

– Богдан...

– Да?

– Нам с ним нужно развестись.

Он сел напротив.

– Да.

– Я не знаю, как.

– Разберёмся.

Я посмотрела на него.

– Ты правда поможешь?

– Конечно. Завтра займёмся документами.

Я впервые за всё время почувствовала, что это действительно возможно. Что двенадцать лет моей жизни наконец могут остаться в прошлом не только на словах.

Я посмотрела на Богдана. Он накрыл мою руку своей.

– Теперь он не сможет заставить тебя вернуться.

И впервые я поверила в это.

Глава 37

После того дня многое стало проще.

Не потому, что исчезли проблемы, а потому, что у каждой из них наконец появилось название. Игорь больше не мог просто объявить, что я должна вернуться, а я перестала жить с ощущением, будто моя прежняя жизнь всё ещё держит меня за руку и в любой момент может потянуть обратно. Мы с Богданом занялись разводом почти сразу: собрали документы, подали заявление, уточнили все необходимые формальности, и неожиданно для меня оказалось, что двенадцать лет брака, которые казались огромной частью моей жизни, можно постепенно разобрать на несколько подписей, заявлений и официальных процедур. Богдан помогал мне спокойно и без лишних комментариев, но иногда, когда я начинала нервничать, просто накрывал мою руку своей, и этого хватало, чтобы я перестала думать о том, сколько всего осталось позади.

Прошло около двух недель.

За это время я успела окончательно привыкнуть к работе, накопить первые ощутимые деньги и впервые купить что-то для себя, не спрашивая мысленно разрешения у Игоря. Богдан по-прежнему иногда задерживался, но теперь мы не превращали каждое его возвращение в событие. Мы просто жили. Вместе завтракали, спорили о том, кто должен мыть посуду, иногда выбирались куда-нибудь вечером, а дома могли часами лежать рядом на диване, разговаривая обо всём подряд. Я узнала, какой фильм он пересматривает, когда устал, какую музыку слушает за рулём и что терпеть не может кинзу. Он узнал, что я начинаю нервничать, когда слишком долго молчу, что после тяжёлого дня мне хочется сладкого и что я до сих пор иногда просыпаюсь ночью, потому что мне снится прежняя квартира.

Однажды вечером мы вернулись домой после позднего ужина в небольшом кафе. На улице шёл дождь, и пока мы поднимались по лестнице, Богдан несколько раз стряхивал воду с моего пальто, ворча, что я опять вышла без зонта.

– Ты следователь или мой отец? – рассмеялась я.

– Следователь.

– Тогда веди себя соответственно.

– Соответственно я должен составить на тебя протокол.

– За что?

– За систематическое нарушение здравого смысла.

Я рассмеялась, а он вдруг остановился на лестничной площадке и посмотрел на меня.

– Что?

– Ничего.

– Опять смотришь.

– Могу перестать.

– Не надо.

Он улыбнулся и поцеловал меня.

Мы ещё долго не могли оторваться друг от друга, хотя прекрасно понимали, что стоим посреди лестницы, а кто-нибудь из соседей в любой момент может открыть дверь. В итоге я сама потянула его за руку к квартире, смеясь от собственной неловкости, и едва мы оказались внутри, как снова поцеловала его.

В ту ночь мы не остановились на поцелуях.

Между нами уже не оставалось страха, что утром кто-то пожалеет о случившемся или решит сделать вид, будто ничего не произошло. Мы были вместе потому, что оба этого хотели, и этой простой мысли оказалось удивительно много. Остаток ночи прошёл в объятиях, поцелуях и близости, о которой раньше мы оба старались не думать.

Утром я проснулась раньше Богдана. Несколько минут просто лежала рядом и смотрела на него. Без привычной тревоги. Без ощущения, что всё это ненадолго.

Он открыл глаза и сонно посмотрел на меня.

– Что?

– Ничего.

– Ты опять смотришь.

– Привыкай.

Он улыбнулся, притянул меня ближе и поцеловал в волосы.

– Уже.

Я положила голову ему на грудь. За окном начинался новый день. А на кухонном столе лежала папка с документами на развод.

Я посмотрела на неё и вдруг поняла, что впервые за много лет прошлое действительно осталось позади.

Не потому, что я его забыла.

А потому, что впереди наконец появилось что-то своё.

Глава 38

Я не сразу поняла, что меня похитили.

Сначала всё выглядело настолько обыденно, что я даже не почувствовала опасности. После работы я вышла из магазина, привычно проверила телефон и пошла к остановке. Богдан должен был забрать меня позже, но мы ещё утром договорились, что я сначала заеду за продуктами. День был совершенно обычным, и, наверное, именно поэтому я не заметила мужчину, который несколько минут шёл следом.

Я поняла, что что-то не так, только когда возле остановки рядом со мной остановилась машина.

Дверь открылась.

Я успела сделать шаг назад.

Дальше всё произошло слишком быстро.

Чья-то рука закрыла мне рот, вторая перехватила за плечо. Я попыталась вырваться, ударила нападавшего локтем, услышала ругань, почувствовала резкую боль и запах чего-то едкого.

Потом всё исчезло.

Когда я пришла в себя, первое, что почувствовала, – холод. Руки были связаны за спиной. Я попыталась пошевелиться и сразу поняла, что ноги тоже зафиксированы.

Голова кружилась. Несколько секунд я просто сидела с закрытыми глазами, пытаясь вспомнить, где нахожусь.

Потом увидела комнату. Старая мебель. Серые стены. Одно небольшое окно, закрытое плотной шторой.

И мужчина, стоявший у двери.

– Проснулась?

Я молча смотрела на него.

– Где я?

Он не ответил.

– Что вам от меня нужно?

Мужчина только усмехнулся.

– Скоро узнаешь.

Дверь закрылась. Я осталась одна. Тогда страх наконец пришёл по-настоящему.

Я попыталась дёрнуть руками. Бесполезно. В голове сразу возник Богдан. Он наверняка уже знает.

И от этой мысли стало ещё страшнее. Потому что я прекрасно понимала, зачем меня взяли. Не ради меня. Ради него.

Не знаю, сколько прошло времени. Час. Может, больше. Дверь снова открылась. Вошёл другой мужчина. Он поставил на стол бутылку воды.

– Пей.

Я не притронулась.

– Я хочу домой.

– Скоро.

– Богдан знает, где я?

Он усмехнулся.

– Теперь знает.

У меня перехватило дыхание.

– Вы ему позвонили?

– Да.

– Что сказали?

– Что если он хочет увидеть тебя живой, должен приехать один.

Я закрыла глаза.

– Нет.

Мужчина посмотрел на меня.

– Что?

– Он не должен приезжать.

– Это уже не тебе решать.

– Вы не понимаете.

Я почувствовала, как голос дрожит.

– Он не станет делать то, что вы хотите.

– Станет.

– Почему?

Мужчина наклонился ко мне.

– Потому что ты ему дорога.

Я замолчала. Это было самое страшное.

Не то, что меня похитили. Не то, что я была связана. А то, что они действительно знали. Знали про Богдана. Знали про меня.

И теперь использовали то, что было между нами, против него. Я сидела неподвижно, пытаясь не заплакать. Потом дверь снова открылась. На этот раз вошёл тот же мужчина.

– Он согласился.

Я подняла голову.

– Когда?

– Сегодня ночью.

Он положил на стол телефон.

– Мы дадим тебе послушать.

Телефон зазвонил. Мужчина включил громкую связь. Я услышала голос Богдана. Спокойный. Слишком спокойный.

– Я приеду один.

У меня задрожали руки. Я закрыла глаза.

– Богдан...

Но он меня не слышал.

– Где?

Мужчина назвал адрес. Потом отключился.

В комнате снова стало тихо. Я смотрела на телефон. И впервые за всё время поняла, что теперь боюсь не за себя. Я боялась за него. Потому что знала Богдана достаточно хорошо.

Он действительно придёт.

Один.

Глава 39

Я не знала, сколько времени прошло с тех пор, как они сказали, что Богдан согласился приехать. В плену время переставало быть временем: минуты растягивались до бесконечности, а потом вдруг исчезали, оставляя после себя только тупую усталость и ощущение, что ты уже слишком долго находишься в одном и том же месте. Я сидела на стуле, связанная, с затёкшими руками, и смотрела на дверь, за которой время от времени слышались чужие голоса. Иногда кто-то проходил по коридору, иногда раздавался звон металла, хлопала другая дверь, и каждый такой звук заставлял меня вздрагивать.

Я пыталась думать рационально. Богдан знает, что делает. Он следователь. Он не пойдёт туда без плана. Он обязательно что-нибудь придумает.

Я повторяла это про себя снова и снова, как заклинание, хотя сама прекрасно понимала: если бы речь шла о ком-то другом, Богдан никогда не согласился бы на встречу в одиночку. Но речь шла обо мне.

И именно это было страшнее всего. Я закрыла глаза. Вспомнила его утром.

Он стоял у кухонного окна, сонный, ещё не до конца проснувшийся, и ворчал, что я опять оставила кружку возле раковины. Я тогда рассмеялась и сказала, что теперь он официально обязан терпеть мои привычки всю оставшуюся жизнь.

Он ответил:

– Не худшая перспектива.

Я тогда поцеловала его. Совсем коротко. А теперь сидела в чужой комнате и думала о том, что это может оказаться последним воспоминанием, которое у меня останется.

От этой мысли стало трудно дышать.

– Богдан...

Я прошептала его имя и сама услышала, как дрогнул голос. Мне хотелось плакать, но я упрямо держалась. Не потому, что была сильной. Потому что боялась, что если начну, уже не остановлюсь. Дверь открылась. Я резко подняла голову. Вошёл мужчина, который приносил воду.

– Время.

– Куда?

– На встречу.

У меня перехватило дыхание.

– Я тоже пойду?

Он усмехнулся.

– Разумеется.

Мне развязали ноги, но руки оставили связанными. Я попыталась встать и едва не потеряла равновесие. Ноги затекли настолько сильно, что пришлось несколько секунд стоять неподвижно.

– Быстрее.

Я посмотрела на него.

– А если я не пойду?

– Пойдёшь.

Он сказал это без угрозы. Как констатацию. Я пошла.

Коридор оказался длиннее, чем мне казалось. Меня провели через несколько дверей, потом вывели наружу. На улице было прохладно. Я зажмурилась от света, хотя солнце уже почти ушло за горизонт.

Меня посадили в машину. По дороге я пыталась запоминать всё, что могла. Повороты. Фонари. Вывески. Здания. Даже цвет домов.

Не потому, что была уверена, что смогу потом этим воспользоваться. Просто мне нужно было чем-то занять голову. Я не могла сидеть и ждать. Я должна была хоть что-то делать.

Машина остановилась возле какого-то старого здания. Меня вывели наружу. Внутри было холодно. Пахло сыростью, металлом и чем-то химическим. Потом я увидела стул.

И поняла, что всё это время меня везли именно сюда. Меня снова посадили и привязали.

– Здесь будешь ждать.

– Где Богдан?

Мужчина ничего не ответил. Он ушёл. Я осталась одна. На этот раз ненадолго. Через несколько минут за дверью послышались шаги. Медленные. Уверенные. Я сразу узнала их. Даже не видя его.

Богдан.

Сердце ударилось о рёбра так сильно, что стало больно. Дверь открылась. Он вошёл. Один.

И у меня вырвался тихий всхлип. Я никогда не была так рада его видеть. Он остановился. Наши взгляды встретились. Я хотела сказать ему, чтобы он уходил. Хотела крикнуть, что это ловушка. Хотела сказать, что люблю его. Но горло сжалось.

Вместо этого я только прошептала:

– Ты зачем пришёл?..

Богдан посмотрел на меня. И я увидела в его глазах то, чего никогда раньше не видела. Страх. Он быстро подошёл ближе, опустился передо мной на корточки и осторожно коснулся моего лица.

– Ты цела?

Я кивнула.

– Они тебя били?

– Нет.

Он прикрыл глаза на секунду, словно только теперь позволил себе вдохнуть.

– Хорошо.

Я заплакала.

– Ты не должен был приходить.

– Должен.

– Нет.

Я судорожно покачала головой.

– Они убьют тебя.