Текст книги "Две плети (СИ)"

Автор книги: Майя Невская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 29 страниц)

– Рад знакомству, Алина. – Он, как и при встрече, склонил голову и поцеловал мою ладонь. – Надеюсь, еще увижусь с тобой.

– Выпендрежник, – покачал головой Богдан и, положив руку мне на талию, повел к дому.

– Спасибо что проводил, – поблагодарила я, когда мы оказались у квартиры, которую я снимала. – И в целом за вечер тоже спасибо.

Мы смотрели друг на друга и оба молчали. Оставалось только попрощаться, но тогда между нами осталась бы недосказанность. Ведь мы встретились сегодня, чтобы познакомиться, пообщаться вживую, решить, хотим ли практиковать Тему друг с другом.

Внезапно Богдан сделал шаг ближе, вставая ко мне практически вплотную. Его запах мгновенно проник в нос. Приятный. Очень.

– Я заинтересован в тебе, Алина. Хочу тебя к себе вниз, – без лишних заигрываний сказал он. – Что насчет тебя?

Богдан тыльной стороной ладони поглаживал мою щеку. Я тянулась навстречу его прикосновению, предвкушая удовольствие, которое он может мне подарить. Мне хотелось узнать, каково это находиться под его властью, подчиняться ему.

– Я… – произнесла я почти шепотом и тут же прочистила горло, – я тоже этого хочу.

Богдан мягко, но уверенно обхватил меня за горло. Я смотрела ему в глаза, ощущая, как пульс снова ускоряется под кожей. Он улыбнулся, вероятно, тоже почувствовав мою реакцию.

– Жду тебя завтра у себя дома. Обсудим все. – Он сделал шаг назад, лишая меня своего тепла. – Я пришлю адрес.

Мы продолжали смотреть друг на друга, пока Богдана не скрыли от меня закрывшиеся створки лифта.

_______

Визуалы героев можно увидеть в моем телеграм-канале. В поиске наберите «Майя Невская».

Глава шестая

Весь день я старалась загрузить себя работой. Проектировала в программе план будущего дома, тщательно просчитывала все размеры, располагала коммуникации, лавируя между пожеланиями заказчика и строительными нормативами. Это здорово помогало отвлечься от предстоящей встречи с Богданом. Но стоило мне завершить на сегодня работу, как голова снова оказалась захвачена лихорадочными мыслями. Чем меньше оставалось времени до нашей встречи, тем сильнее я ощущала растущее приятное волнение внутри.

Мне очень не хватало Темы. Тело и душа ее жаждали. Попытки уговорить себя отказаться от нее с каждым днем делали меня все более несчастной и неудовлетворенной не только физически, но и морально. Два года я занималась самообманом, пытаясь довольствоваться ванильными связями, и намерено лишая себя того, что мне было необходимо. Но сейчас я снова готова погрузиться во все это. Я стала взрослее, умнее, чуточку опытнее, и больше не позволю себе настолько раствориться в Верхнем, как это случилось в первый раз. Это был главный страх, удерживающий меня от Темы, но я смогла его побороть, и теперь ничто не мешало мне вновь пойти навстречу собственным желаниям.

– Здравствуй, Алина. Проходи. – Богдан отступил на шаг, приглашая меня в свою квартиру.

Едва я переступила порог, Богдан подошел ко мне вплотную и медленно обхватил мое запястье. Несколько мгновений он смотрел мне в глаза, а потом улыбнулся.

– Мне нравится твоя реакция на меня.

С выдохом из меня вырвалась нервная улыбка. Весь путь сюда, я чувствовала, как неустанно растет мое волнение, а сейчас оно достигло апогея. Будь Богдан обычным мужчиной, я бы воспринимала его проще, на равных, но он был Тематиком, Верхним, а это не могло оставить меня равнодушной.

– Выпьешь чего-нибудь?

– Воды если можно.

Богдан достал стеклянную бутылку из холодильника, наполнил стакан и протянул мне.

– Спасибо. – Взяв стакан в руки, я его едва не выронила. Не доверяя себе сейчас, я поставила его на стол. В моей жизни было мало событий, способных заставить настолько сильно нервничать. Только Тема так влияла на меня. Только она дарила мне такие мощные эмоции.

Богдан приблизился ко мне и, остановившись за моей спиной, положил ладони на стол, окружая меня собой. Я чувствовала его дыхание у своего виска.

– Нет причин для волнения, Алина.

Его близость сама по себе уже была достаточной для меня причиной. Рядом с Богданом мои реакции сходили с ума. Эмоции не поддавались контролю, достигая максимума.

– Я бы рада это контролировать, но не получается.

Тыльной стороной ладони Богдан медленно провел по моей руке от плеча до запястья. Вслед за его прикосновением на коже проявились мурашки.

– Мне нравится, что не получается. – Он провел носом по моей щеке, спустился к шее. Я отклонила голову в сторону, наслаждаясь интимным контактом. – Не прячь от меня ничего, Алина. У моей девочки не должно быть от меня секретов.

Энергетика Богдана обволакивала, успокаивала, медленно глушила нервозность. Тело постепенно расслабилось, сердцебиение пришло в норму. Я снова владела собой.

– Полная откровенность?

– Исключительно.

Мне нравилось обнажаться перед Верхним не только физически, но и эмоционально. Невозможность ничего утаить, быть всегда открытой и честной с ним делало подобную связь особенной, очень близкой. Пока я не знала, как соединить это и мое намерение не вовлекаться в эти отношения слишком глубоко, но я надеялась найти баланс.

– Обсудим твою анкету. – Перед глазами оказался смартфон Богдана и моя страничка на черном сайте. Он пролистал ниже до моих предпочтений и Табу. – Вопрос ошейника мы уже затронули. Я тебя услышал. Пока мы его использовать не будем. Но я буду настаивать, Алина, давить, если потребуется. – Кончиками пальцев он провел по моему горлу, а потом несильно, но уверенно обхватил его. – Потому что хочу видеть тебя обнаженную на коленях в моем ошейнике. – Пульс под его ладонью снова ускорился. Богдан подошел ближе. Теперь моя спина прижималась к его груди вплотную. – А ты хочешь лишить меня такого удовольствия.

Лишить Верхнего удовольствия – одно из худшего, что может сделать нижняя. Наши с Богданом предпочтения и запреты по большей части совпадали, но ошейник мог стать камнем преткновения. Я не желала снова надевать его, опасаясь наступить на те же грабли. Свой ошейник я носила с благоговейным трепетом. Он прочно связывал меня с моим Верхним, с Ним, служил постоянным напоминанием о том, кому я принадлежу, в итоге сделал меня безропотной вещью. Я не могу допустить подобное снова.

– Ты сказал, что для тебя это не проблема. – Хваталась я за его слова в кофейне. Больше я не хотела вручать такую власть над собой другому человеку, не хотела настолько слепо подчиняться, не хотела отдавать всю себя подобным отношениям.

– Я сказал, что ничего, с чем бы я ни справился.

– Что это значит?

– Что тебе стоит довериться мне, Алина. Обещаю, я не сделаю ничего, что навредит тебе физически или морально.

К Богдану меня влекло. Мне хотелось сдаться ему, подчиниться, но подсознательные страхи останавливали меня. Прошлый опыт оставил на мне глубокий отпечаток. Я держалась за свои Табу довольно крепко.

– А если я так и не смогу надеть… ошейник?

– Сделаю все, чтобы ты смогла. – Он продолжал поглаживать мое горло.

Слова Богдана врезались в сознание. У него были в Теме свои желания, которые я тоже в свою очередь должна была учитывать. Это ведь не односторонняя связь. Мы встретились для обоюдного удовольствия. Но я не была уверена, что решусь когда-нибудь снова надеть ошейник. И надеялась, что этот момент не станет для нас чем-то непреодолимым.

– Очень не хочу тебя разочаровывать, – проговорила я и, взяв стакан, все-таки сделала несколько глотков воды. Рука Богдана по-прежнему была на моем горле. – Но не факт, что я соглашусь на ошейник.

Чуть усилив давление, Богдан вынудил меня откинуть голову ему на плечо. Скользнув рукой выше, он дотронулся пальцами до моих губ.

– Не факт, что не согласишься. Возможно, даже будешь умолять, чтобы я позволил тебе его надеть.

Я помотала головой. О чем угодно я могла бы его умолять, но вряд ли об этом. Улыбку Богдана я не увидела, но почувствовала.

– Строптивая девочка. – Его голос и прикосновения плавили тело, пока сознание отчаянно цеплялось за собственные границы и Табу. – Придется плотно заняться твоим воспитанием, чтобы не возникало желания спорить со мной. – Богдан уверенно затягивал меня на самую глубину, усмиряя сомнения и неуверенность. – У тебя будет стоп-слово. Я не собираюсь тебя его лишать. У меня нет цели демонстрировать власть ради власти. И я не хочу, чтобы ты рассматривала ошейник как мое желание поработить или подавить тебя. Ошейник – символ твоей преданности, уважения, желания быть моей. – Он снова обхватил мое горло, как будто заставляя почувствовать, как может ощущаться его ошейник на коже…

Я слушала Богдана, вспоминая, что когда-то относилась к ошейнику так же как и он, но постепенно этот символ моей преданности стал моими оковами, лишил меня воли, едва не уничтожил мою личность. Ничего удивительного, что теперь я предпочитала быть осторожной.

– Не бойся поговорить со мной обо всем, что тебя волнует или пугает. Уверен, смогу успокоить и избавить тебя от страхов. Только не молчи, Алина. Я должен знать, если в какой-то момент тебе станет некомфортно со мной.

– Обещаю озвучить, если что-то пойдет не так.

– Рассчитываю на это. Продолжим. – Богдан снова вернулся к моей анкете. – Порка, бондаж, кляпы, вибраторы, пробки… – перечислял он мои предпочтения. Я тут же ярко представила, как Богдан меня связывает или затыкает рот кляпом… Мгновенно я почувствовала возбуждение. Все практики, где стояло мое «да», он пролистнул, останавливаясь на пунктах, рядом с которыми я указала неуверенное «возможно». – МЖМ, передача власти, публичность. – Богдан провел носом вдоль моей скулы, склонился к уху. – Есть где разгуляться.

Я судорожно облизнула губы. Тело, едва успев расслабиться, снова напряглось и возбудилось еще сильнее, когда картинки озвученных пунктов промелькнули в голове.

– Там написано «возможно». Это значит почти «нет». – Давала я заднюю собственным фантазиям.

– Я сделаю так, что твое «возможно» станет почти «да».

Не сдержавшись, я все же сжала бедра. Не думала, что обсуждение моей анкеты может быть таким возбуждающим. Не теряя времени, Богдан включился в нашу игру, настойчиво утягивая меня за собой в этот порочный мир.

– Думаю, прямо сейчас я хочу получить свое стоп-слово.

У моего уха раздалась тихая усмешка.

– Уже так хочется меня остановить?

На самом деле нет. Сейчас я наоборот хотела, чтобы Богдан продолжал. Мое тело точно жаждало продолжения, начиная изнывать. Но все же нам нужно все обсудить, прежде чем мы начнем играть.

– Нет, не хочется, но это помогло бы мне чувствовать себя с тобой более уверенно.

– Прямо сейчас твоя неуверенность не мешает тебе наслаждаться происходящим. – От Богдана не скрылись мои реакции, и это заставило меня нервничать чуть сильнее. Как будто я вся была у него на ладони. Хотя мне самой не хотелось сильно раскрываться перед ним, но от меня как будто бы этот момент не зависел. – Будем использовать стандартные слова-сигналы: зеленый – спокойно продолжаем, желтый – мы достигли твоих пределов или близки к этому, красный – немедленно остановить происходящее.

Такой вариант меня полностью устраивал.

– Хорошо.

– Есть что-то, что ты не указала в анкете, но хотела бы мне рассказать?

На некоторое время я задумалась, прокручивая в голове любую информацию, которая может быть важна для нашего взаимодействия.

– У меня аллергия на ибупрофен. – Это может иметь значение, если Богдан решит использовать обезболивающую мазь после порки.

– Понял. – Он переместил руку с моего горла чуть ниже, останавливаясь над грудью. Тело хотело более откровенных прикосновений, но Богдан никуда не спешил, медленно разжигая во мне огонь на этой ступени. – Что-то еще?

– Больше на ум ничего не приходит.

– По моей анкете у тебя есть вопросы?

Я заставила себя сосредоточиться.

– Думаю, нет. – Анкета Богдана была хорошо составлена и не требовала уточнений. – Но у меня есть вопрос другого плана. Как ты хочешь, чтобы я к тебе обращалась?

– Хозяин. На время сессий я твой Хозяин, девочка.

– Хозяин, – повторила я, наделяя это слово особым смыслом.

К Нему я обращалась иначе. Господин. И сейчас была рада, что Богдан настаивал на ином обращении. Мне хотелось избежать любых напоминаний о прошлом опыте, начать с чистого листа насколько это было возможно.

– Ты предохраняешься?

– Нет.

– Будет удобнее, если начнешь. Я здоров, но для твоего спокойствия могу сдать анализы.

– В этом нет необходимости. Я тебе верю.

– Останешься сегодня у меня?

Я понимала, что сегодняшняя наша встреча вряд ли ограничится только разговором и, придя сюда, так или иначе, была готова к сексу. Все во мне было настроено на Богдана. Меньше всего мне хотелось сейчас от него отстраняться.

– Да, Хозяин. Останусь.

– Сними трусики.

Глава седьмая

Вот так резко мы перешли к самому захватывающему.

Все еще стоя к Богдану спиной, я ощущала растущее волнение. Оно растекалось по венам, проникая в каждую клетку тела. Мне нравилось это состояние. Нравилось, когда возбуждение и нервозность шли рука об руку. Тесно переплетаясь, они создавали волшебную смесь, заставляли чувствовать себя по-особенному. Ваниль мне такого дать не смогла.

Богдан отошел от меня. Больше я не ощущала его тела, но продолжала чувствовать на себе горячий взгляд. Медленно выдохнув, я потянула подол платья выше, оголяя бедра. Подцепив белье, я медленно сняла его. Сердце билось о ребра как безумное. Развернувшись, я посмотрела на Богдана.

– Я подержу. – Он забрал у меня трусики и засунул в карман брюк. Под его взглядом я чувствовала себя беззащитной, и без белья это ощущение усилилось в разы. – Сядь на стол.

Градус нашей встречи стремительно повышался. Не сводя глаз с Богдана, я подчинилась.

– Покажи мне себя.

Я снова собрала платье на талии, оголяя бедра, и медленно развела ноги шире. Едва Богдан коснулся взглядом моих половых губ, низ живота прострелило. Горячее возбуждение увеличило количество смазки. Сладкое томление, острое желание полностью вытеснили ставшее лишним смущение. Ему просто не осталось места.

– Нравится сидеть на моем столе, Алина?

Богдан меня не трогал, только смотрел, а я чувствовала себя так, будто в этот самый момент мы занимаемся сексом физически.

– Да, Хозяин. Очень.

Он сократил расстояние между нами и оперся ладонью о стол. Другой рукой обхватил мою ногу и медленно повел от колена выше. Чем ближе он подбирался к тому месту, где я больше всего хотела почувствовать его руку, тем жарче мне становилось.

– Хочу узнать, как ты кончаешь. – Костяшкой указательного пальца Богдан провел по моему лобку, останавливаясь в миллиметрах от нужной точки. – Собираюсь изучить тебя всю.

Бедра напряглись. Я ждала. Он не двигался. Прозвучавшие слова подбросили поленьев в бушующий внутри меня огонь, вынуждая его разгореться еще сильнее. Продолжая смотреть мне в глаза, Богдан коснулся половых губ. Горячая волна прокатилась по телу, оставляя после себя россыпь мурашек. Едва он надавил пальцем на клитор, я тихо простонала и непроизвольно закрыла глаза, на мгновение чувствуя облегчение. Но очень скоро этого уже не было достаточно.

Снова посмотрев на Богдана, я мысленно умоляла о продолжении. Наблюдая за мной, он усилил нажим, заставляя задыхаться от желания почувствовать больше. Сдвинувшись на столе, я вжалась в ладонь Богдана.

– Такая нетерпеливая мне досталась девочка.

Его голос обволакивал. Прикосновения плавили. Пожар внутри увеличивался.

– Простите, – судорожный выдох, – Хозяин.

Облизнув пересохшие губы, я постаралась вести себя сдержаннее, хотя все внутри меня умоляло послать все к черту и просто насадиться на его пальцы.

– Я поработаю над твоей выдержкой, – пообещал он.

В каждом действии Богдана чувствовалась спокойная уверенность, в которой мне хотелось раствориться. Ощущение долгожданной власти надо мной пьянило. Несколько лет я уговаривала себя, что все это мне больше не нужно. Самообман. Нужно. И очень сильно.

Истосковавшееся по ощущению мужской власти тело изнывало, сгорало изнутри. Я пыталась сдерживать стоны, но быстро бросила это бесполезное занятие, полностью отдаваясь умелым ласкам. Напряжение сковало тело. Каждый нерв как натянутая струна. Низ живот объяло огнем.

В поисках необходимой опоры, я уткнулась лбом в плечо Богдана.

– Можно я кончу, Хозяин?

– Не так быстро. – Он чуть замедлил движения, ослабил нажим, заставляя поманивший меня приятными ощущениями оргазм отступить. – Потерпи немного.

Хотелось простонать от отчаяния, но я сдержалась. Прикусив губу, я боролась с собой, стараясь обуздать неумное желание получить разрядку.

Богдан продолжил изощренно мучить меня, наращивая давление и темп. Подводил к черте, но не давал ее пересечь. Томил в ожидании. Заставлял изнывать и снова просить разрешения.

– Пожалуйста… Хозяин, пожалуйста.

Он молчал, продолжая настойчиво тереть клитор. Кружил вокруг, гладил, сдавливал его пальцами, вынуждая меня громко стонать. Еще пара минут в таком режиме и на столе подо мной будет мокрое пятно. Не контролируя себя, я сжала бедрами его руку.

– Алина, веди себя хорошо. Иначе я передумаю, и ты сейчас ничего не получишь.

Я заставила себя раздвинуть ноги. Быть хорошей девочкой было значительно труднее, чем плохой. Для последнего вообще не требовалось никаких усилий.

Богдан доводил меня до безумия, а я сдерживала себя, чтобы не начать снова его умолять. С самого начала он демонстрировал, что просто не будет. И мне это нравилось. Изощренная пытка, захватывающая игра, ни с чем несравнимые ощущения. И этого я хотела себя лишить…

Грудь страдала в кружевном плену и тоже требовала внимания. Соски затвердели. Я потерла их сквозь платье.

– Я разве разрешал тебе себя трогать? – Раздался горячий шепот у моего уха.

– Простите, Хозяин. – Я вцепилась в край стола, удерживая себя от спонтанных действий.

Богдан продолжал проверять меня на прочность, мучая настойчивой лаской. А я старалась не кончить без разрешения, но чувствовала, что проигрываю. Тело начало дрожать. Мышцы бедер подрагивали. Меня охватила паника. Очень не хотелось нарушить приказ Богдана в первый же день.

Я облизывала губы, тут же кусала их, тихо стонала, выдавая всем этим свое безнадежное отчаяние.

– Хозяин… – рваное дыхание мешало говорить.

– Теперь можно, Алина.

Еще несколько уверенных движений и внизу живота произошел взрыв. Зажмурившись, я сильно прикусила губу, стараясь сдержать стон, но он все равно прорвался на свободу. Обхватив за горло, Богдан вынудил меня открыть глаза. Изображение было расфокусировано. Тело все еще ощущало отголоски яркого оргазма. Далеко не после каждого полноценного секса я чувствовала себя настолько удовлетворенной как сейчас.

– Что надо сказать, девочка?

– Спасибо, Хозяин.

Ласки закончились, но взаимодействие между нами продолжалось в каждом прикосновении, слове, взгляде. Оно витало в воздухе, не отпуская меня ни на мгновение. Богдан провел пальцем по моим губам, размазывая на них мою смазку.

– Оближи.

Не сводя с него глаз, я подчинилась, с извращенным удовольствием выполняя его приказ. Это порочное занятие приносило мне головокружительное наслаждение, вызывало забытые эмоции. Со всем старанием я облизывала его палец, желая сделать то же самое с его членом. Это желание с каждой секундой становилось все навязчивей.

Едва все закончилось, я почувствовала, как ко мне возвращается смущение. Избегая смотреть на Богдана, я одернула изрядно измятый подол, прикрывая бедра. Богдан помог мне слезть со стола, тут же прижимая меня к себе. Выдохнув, я прикрыла глаза, уговаривая себя расслабиться.

– Неловко?

– Есть немного.

– Нравится ощущение?

Я улыбнулась.

– Очень.

Испытывать этот неловкий стыд было одновременно мучительно и по-извращенному приятно. Эта гамма ощущений заставила меня впервые за два года почувствовать себя по-настоящему живой. Я ощущала внутри легкость, как будто оковы, удерживающие меня, наконец, исчезли. Тюрьма, в которую я заточила свои желания, только что разрушилась, даря мне невероятное чувство свободы.

– Если тебе нужно, ванная по коридору, первая дверь слева.

Приведя себя в порядок, я вернулась в гостиную. Сев в кресло напротив Богдана, я непроизвольно застыла взглядом на его руках, которые творили со мной невероятные вещи несколько минут назад. Его длинные пальцы подарили мне такой яркий оргазм, который не шел ни в какое сравнение с тем тусклым, что я доставляла себе сама.

– Мне понравилось смотреть, как ты кончаешь.

Богдан снова заставил меня испытать смущение, которое я постаралась подавить и, улыбнувшись, слегка склонила голову набок, непроизвольно начиная флиртовать с ним.

– Есть шанс, что в таком случае вы не будете лишать меня оргазмов, Хозяин?

Богдан усмехнулся.

– Есть шанс, что я накажу тебя за попытку манипуляции.

– Простите, Хозяин. – Я пыталась подавить улыбку, но она все равно прорвалась наружу. – Просто прощупываю почву.

– Прощупывай активнее, и мы перейдем к наказаниям быстрее, чем я планировал.

Я помотала головой, отказываясь от предложения. Наказания я не хотела приближать. Ничего приятного они мне совершенно точно не сулили.

– Собираюсь быть хорошей девочкой.

– Это правильно. – Богдан продолжал внимательно на меня смотреть. – Не хотелось бы тратить совместное время на наказания вместо более приятных занятий.

– Мне ведь все равно их не избежать. Верхний всегда найдет, за что наказать.

Богдан медленно скользил взглядом по моему телу сверху вниз, вернулся к глазам. Между нами было несколько метров, но это не мешало его энергетике подобраться ко мне вплотную.

– С тобой даже искать не надо. Сегодня ты уже дала мне повод тебя наказать.

Я невольно напряглась и сжала подлокотник кресла.

– Накажете? – Спросила я осторожно и замерла в ожидании ответа. Совсем не хотелось начинать наши отношения с подобных практик.

– На первый раз прощу, Алина, но только потому что мне понравилась твоя шутка. В следующий раз, будь уверена, легко не отделаешься.

Я тихо выдохнула и так же тихо, почти благодарно улыбнулась.

– Я отвыкла от всего этого. Для меня как будто сейчас все происходит впервые. Могу допускать ошибки.

– Напомнить правила?

– Не нужно. Я их знаю и постараюсь не нарушать.

Мне очень хотелось, чтобы в этот раз все было иначе, хотелось, чтобы наша с Богданом Тема сложилась удачнее. Я устала сопротивляться своим желаниям, устала ежедневно на протяжении последних двух лет глушить их в себе. Мне хотелось сдаться, хотелось подчиниться. Этого не хватало моему телу и душе.

Взгляд Богдана скользил по моему телу, от ног поднимался выше, коснулся бедер, живота, облизнул грудь. Когда он достиг моих глаз, я непроизвольно затаила дыхание. Еще не успевшая развеяться интимная атмосфера между нами снова становилась плотной и вязкой. Я знала, что последует дальше и не ошиблась.

– Тогда продолжим. На колени, Алина, – тихо, но твердо произнес Богдан.