Текст книги "Две плети (СИ)"
Автор книги: Майя Невская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц)
Глава двадцать седьмая
Я вертела в руках инструкцию по сборке комода и пыталась понять, с чего начать. Сегодня утром мне доставили кучу коробок, содержимое которых должно стать мебелью… в идеале.
Через пару часов ко мне должны приехать Богдан и Зоран, и я рассчитывала успеть собрать хотя бы часть до их прихода. Мужчины хотели поговорить, но о чем, не сказали, заставляя мучиться в неведении.
Снова оглядев гору разрозненных деревянных деталей, я вздохнула и, полагаясь на свое высшее архитектурное образование, приступила к делу.
Я не следила за временем, поэтому звонок в дверь прозвучал неожиданно, вынуждая меня прерваться.
– Привет. – Богдан улыбнулся. Позади него Зоран махнул рукой в приветствии. – Впустишь нас?
– Да, конечно. – Я отступила, приглашая их войти.
Неожиданно Богдан провел по моей щеке, демонстрируя на ладони налипший пенопласт.
– Что у тебя здесь происходит? – Он окинул меня взглядом, особенно задерживаясь на шуруповерте в моей руке.
– Моя младшая сестра скоро переезжает ко мне. Я обустраиваю для нее комнату. Мебель вот собрать пытаюсь.
Богдан забрал у меня инструмент, вместо него вручив бумажный пакет.
– Давай мы сами.
Я бросила взгляд в зеркало, бегло оценивая свой внешний вид. Короткие джинсовые шорты, белая майка, волосы убраны в хвост, который немного истрепался. Заправив выбившиеся пряди за уши, я пошла за мужчинами.
– Может быть, хотите кофе?
Зоран посмотрел на меня, лаская взглядом ноги, грудь. Я почувствовала, как затвердели соски, наверняка становясь заметнее сквозь майку.
– Или чай, – продолжила я тише и облизнула губы.
Он покачал головой, отказываясь от предложения. Я села на пол рядом с мужчинами, наблюдая за тем, как лихо они вдвоем взялись за дело и буквально за десять минут собрали до конца комод.
– Не хочешь посмотреть, что мы тебе принесли? – Богдан указал глазами на пакет у моих ног.
Я заглянула внутрь, обнаруживая несколько анальных пробок разного размера и смазку.
– Просто прекрасно, – пробормотала я.
– Если это сейчас был сарказм, то снимай шорты. – Глядя на меня Богдан принялся расстегивать ремень.
Зоран усмехнулся.
– Нет, – улыбнулась я и помотала головой. – Это не он. Я действительно испытываю восторг сейчас.
– Раз так, то иди засунь в себя самую маленькую и возвращайся.
Я прикусила нижнюю губу, смотря на Богдана, чувствуя как внизу живота приятно ноет. Перевела взгляд на Зорана, снова на Богдана, а потом кивнула.
– Да, Хозяин.
Уединившись в ванной, я помыла игрушку, нанесла на нее немного смазки и, спустив шорты с трусиками до колен, аккуратно ввела в себя пробку. Забытое ощущение наполненности заставило тело отреагировать. Возбуждение согрело низ живота. Соски напряглись еще сильнее. Мне нравилось ощущать пробку внутри. Нравилась мысль, что я делаю это по приказу Богдана.
Вернувшись в комнату, я осторожно опустилась на колени, принимая позу покорности, ни на секунду не прекращая ощущать пробку внутри.
За время моего отсутствия мужчины успели наполовину собрать каркас кровати. Дело у них действительно шло быстро. Я наблюдала за Богданом и Зораном, скользила взглядом по их рукам, отмечая, как напрягаются мышцы, когда они прикладывали усилие при сборке, по тренированным телам…
– Алина, – позвал Зоран, заставляя меня перевести заторможенный взгляд с его торса на лицо. Он понимающе улыбнулся. – Крепления вон те подай, будь добра.
Богдан усмехнулся, тоже заметив, что я витаю в облаках. Дотянувшись до небольшой коробки, я так и оставаясь на коленях, протянула ее Зорану, глядя на него снизу вверх. Он медлил, не забирая ее, будто специально удерживая меня в этой позе. Мощная энергетика опустилась на меня сверху. Я ощущала ее кожей, каждым нервным окончанием, каждым вздыбившимся волоском. Вернувшись на место, я еще некоторое время находилась под ее магнетическим влиянием.
– Спасибо, – поблагодарила я, когда мужчины положили матрас на собранную кровать. – Сама бы я, вероятно, собирала все это не меньше недели.
– Теперь угостишь нас кофе? – Богдан протянул руку, помогая мне встать.
– Конечно.
Пробка внутри напоминала о себе при каждом движении и вызывала реакции по всему телу, но я старалась их игнорировать. Заварив кофе в турке, я разлила его по чашкам. Богдан притянул меня к себе на колени и надавил ладонью на пробку сквозь шорты, вызывая небольшую дрожь в теле.
– Как ощущения?
– Мне очень нравится, – проговорила я тихо и, положив голову Богдану на плечо, пересеклась взглядами с Зораном. Я была рада его видеть. После недавней близости мысли о нем не отпускали. Меня продолжало тянуть к нему с невероятной силой. Влечение нисколько не ослабло. Мне хотелось вновь ощутить себя между ними двумя.
– Мы хотим поговорить с тобой. – Богдан провел ладонью по моему бедру. – Что ты думаешь обо всех ситуациях, когда мы были втроем?
– Мне понравилось все. Каждый момент. Не перестаю думать об этом. – Я снова взглянула на Зорана. – Все это было очень волнительно и очень горячо. – Я улыбнулась, покачав головой. – Но все еще не понимаю, как решилась на это.
– Ты хотела этого. Тебя лишь нужно было немного подтолкнуть. – Богдан провел носом от моего виска до скулы. – Понравилось отдаваться сразу обоим?
– Очень, – прошептала я и, не удержавшись, уткнулась носом в его шею, остро нуждаясь в нем. – Спасибо за эту возможность. Если бы не ты, это так бы и осталось несбыточной фантазией.
– Хотела бы повторить?
По несколько раз в день я вспоминала нашу близость на троих, возрождала ощущения, снова и снова прокручивала в голове этот невероятный секс. Ответ был очевиден.
– Да. Очень.
Пристальный взгляд Зорана без труда удерживал мой. Обнимал, согревал, жег своей интенсивностью.
– Ты в курсе, что Зоран Верхний?
– Догадываюсь.
Богдан продолжил:
– Он с удовольствием включился в нашу игру пару раз, но быть на вторых ролях постоянно он не будет. Это не его формат. – Эти слова заставили меня испытать тоскливую горечь и грусть оттого, что Зоран больше не захочет к нам присоединиться. – Поэтому у нас к тебе предложение.
– Какое? – Я продолжала смотреть на Зорана, мысленно умоляя его остаться с нами.
– Двойное подчинение. Мы оба будем твоими Верхними, ты нашей нижней. Мы предлагаем тебе Тему на троих.
Такого поворота событий я не ожидала. Слова Богдана эхом звучали в голове. Взгляд метался между мужчинами. Прозвучавшее предложение заставило на секунду представить, как это может быть между нами…
– Прежде чем ты ответишь, ознакомься. – Зоран дал мне свой телефон, где была открыта его анкета на том же черном сайте. Мне она почему-то не попалась, когда я искала Верхнего. – Если появятся вопросы, задавай.
Сидя на коленях у Богдана я внимательно изучала анкету Зорана от пункта к пункту. Судя по написанному, ему преимущественно нравились жесткие практики, жесткие девайсы, грубый секс на грани насилия. Теперь я понимаю, почему мне не попалась его анкета. Ее просто исключил фильтр, который я выставила. Хотя не могу сказать, что прочитанное меня как-то испугало или напрягло. Ничего такого, чего я бы не пробовала раньше, в предпочтениях Зорана не было. Он приучил меня ко многому…
– Тебе нравится все самое жесткое.
– Тебя это пугает?
– Нет, – ответила я не глядя на него, продолжая изучать анкету. – Все это я практиковала кроме разве что игрового изнасилования.
– Хотела бы попробовать?
Посмотрев на Зорана, я прикусила губу, размышляя о подобном, рисуя в голове сценарий этой игры.
– В твоем случае это будет групповое, – сказал Богдан мне на ухо, чем вызвал горячую волну мурашек на спине. – Позволила бы нам сделать это с тобой?
– В Табу у меня этого нет, – сказала я осторожно, еще до конца неуверенная, что стоит соглашаться на подобное, – а все, что не запрещено, разрешено.
Закончив изучать анкету, я вернула телефон Зорану. Он все так же пристально смотрел на меня и теперь ждал моего ответа. Оба они ждали. А для меня это не было вопросом выбора. Я не испытывала сомнений. Я хотела их обоих одинаково сильно, и ощущать их власть над собой тоже желала не меньше. От одной мысли стать нижней для обоих сразу сердце учащенно забилось. О таком я даже не фантазировала. Двойное подчинение, двойные ощущения, все в двойном размере. Я облизнула губы, предвкушая, как горячо и остро это будет между нами.
– Я согласна.
Напряжение вокруг мгновенно рассеялось. Как будто до этой минуты мужчины допускали вариант, что я откажусь.
– С этого момента, Алина, Зоран тоже твой Хозяин. Обращайся к нему соответствующе.
– Иди ко мне, девочка.
Через мгновение я оказалась на коленях у Зорана.
– Хозяин, – впервые я обращалась так к Зорану. Это заставило меня испытать невольный трепет. Физически я ощущала, как власть Зорана оборачивается вокруг меня, мгновенно подчиняя.
– Я просмотрел твою анкету. Ты довольно много позволяешь с собой делать. Список Табу минимальный. – Так же как и Богдан Зоран провел горячей ладонью по моему бедру вверх до самых шортов. – Просто подарок для Верхнего. Но я надеюсь, ты действительно осознаешь свои границы, потому что недавняя порка вызвала вопросы.
– Осознаю. К заполнению анкеты я подходила ответственно и не указывала то, к чему на самом деле не готова. Какие-то практики мне нравятся больше, какие-то меньше, но я не стала их исключать, потому что для меня не проблема их практиковать, если Верхний хочет. Да и все же они приносят мне удовольствие, просто меньше, чем другие практики. А насчет наказания я объяснила, почему так вышло. – Я посмотрела на свои ладони. – Просто вопрос привычки.
– От которой надо избавиться.
– Приложу все усилия.
– Следующий момент. – Зоран провел ладонью по моему горлу. – В вопросе ошейника я солидарен с Богданом. Так дело не пойдет, девочка. Без ошейника ты ничья. Нас это не устраивает.
Я судорожно выдохнула и прикрыла на секунду глаза. Богдан обещал давить на меня по этому поводу. Зоран, по всей видимости, тоже собрался это делать. Я понимала, что этот момент для них принципиален, но сама не ощущала в себе смелости снова надеть ошейник. Может быть, позже это изменится.
– Дайте мне время… пожалуйста, – проговорила я, глядя на свои бедра. – Прямо сейчас я не готова.
Мужчины молчали. Не выдержав этого давления, я почувствовала слезы на глазах. Встав на ноги, я хотела выйти из кухни, выбраться на мгновение из-под их энергетики. Зоран перехватил меня за талию и вернул к себе на колени.
– Куда собралась?
– Мне нужна минута. Отпустите… пожалуйста.
Зоран прижал меня к себе, погладил по голове. Не желая демонстрировать им свои слезы, я закрыла лицо ладонями.
– Плачь, сколько тебе будет нужно, Алина, но при нас, – сказал Богдан.
– Не смей убегать. – Зоран продолжал удерживать меня в объятиях, а я старалась взять себя в руки, но все попытки проваливались.
Я даже самой себе не могла объяснить, почему плачу. Наверное, из-за собственной слабости. Я так любила носить ошейник раньше, так жаждала его получить. Эта вещь была для меня невероятно важна и ценна. И она же, точнее слепая привязанность к Верхнему, едва не стала моей смертью, фигурально выражаясь. Ошейник это символ, материальное воплощение этой привязанности, которой я сейчас старалась избежать всеми силами.
Я смахнула слезы со щек и прикоснулась к рукам Зорана, побуждая меня отпустить.
– Мне нужно умыться.
Он позволил мне встать. Я умылась здесь же на кухне, спиной ощущая направленные на меня взгляды. Промокнув лицо бумажным полотенцем, я подошла к окну и распахнула его. Пару минут я стояла и смотрела в темноту, дыша свежим воздухом. Когда почувствовала, что полностью успокоилась, посмотрела на мужчин.
– Обычно я хорошо владею собой, но сейчас не справилась. Простите меня, пожалуйста. – Стало неловко оттого, что я устроила едва ли не истерику у них на глазах. Разговор про ошейник всколыхнул во мне слишком много болезненных воспоминаний и ненужных эмоций.
– Тебе лучше? – Спросил Богдан.
– Да, Хозяин.
– Готова продолжить разговор?
Я неуверенно кивнула. Зоран протянул руку, без слов прося вернуться. Через пару секунд я снова сидела у него на коленях.
– Не стесняйся своих эмоций. И самое главное, никогда больше не пытайся убежать от нас, – настаивал Богдан.
– Не буду.
– Пообещай. – Зоран обхватил меня за подбородок, вынуждая посмотреть на себя.
– Обещаю не убегать, Хозяин.
– В следующий раз накажем за подобную выходку.
Кажется, мужчины на меня не сердились и даже простили за этот эмоциональный эпизод, но я все равно чувствовала в себе необходимость сказать то, что было у меня сейчас на душе:
– Я понимаю, что если отказываюсь от ошейника, то вам может показаться, что я отказываюсь от вас как от Верхних. Это не так… Совсем не так… Понимаю, что своим отказом, вероятно, вас двоих обижаю. И мне очень жаль, что так происходит. Но в данный момент я ничего не могу с этим поделать. Это сильнее меня.
– Алина, заставлять тебя надевать ошейник мы не будем. Можем уговаривать, давить, но не заставлять. – Зоран теснее прижал меня к себе. – Последнее просто не будет иметь смысла.
– Это решение ты примешь сама. Добровольно, – продолжил Богдан мысль Зорана. – Алина мы не собираемся так сильно влиять на твою жизнь, как это делал он. Тебе нечего опасаться.
Я положила голову теперь Зорану на плечо, кутаясь в тепло его объятий. Богдан придвинулся ближе и сжал мои колени.
– Расскажи нам, что он с тобой сделал.
Мне не понравилась эта формулировка. Ведь я оставалась с Ним добровольно, соглашаясь на многое и желая этого многого всей душой. Он никогда не держал меня силой. Я стремилась проводить с Ним каждую свободную минуту, а Он позволял мне это…
– Я ведь все уже рассказала. Мне нечего к этому добавить.
– Ты рассказала весьма усеченную версию, всякий раз избегая деталей, – продолжал Богдан. – Нам нужно это обсудить, Алина. Твоя реакция на ошейник сильное тому подтверждение. Не вынуждай нас идти по минному полю, как это случилось с последним наказанием.
– Откройся нам, девочка, – Зоран погладил меня по голове. – Нам нужно знать все через что ты с ним прошла.
Я вздохнула. Меньше всего мне хотелось обсуждать Его с Богданом и Зораном. Он в прошлом. Я не желала возвращаться к Нему даже мысленно. Но выбора мужчины мне не оставляли. Я знала, что Тема обнажает не только тело, но и зачастую душу. Сейчас Зоран и Богдан настаивали на втором, заставляя меня копошиться в нежелательных воспоминаниях.
– Все началось стандартно, – произнесла я.
Глава двадцать восьмая
Пять лет назад
Уже семь месяцев я и Кирилл были вместе. Хотя слово «вместе» не совсем нам подходит. Мы не пара. Я его нижняя. Он мой Верхний. Принятый между нами формат. Но как бы не назывались наши отношения, я чувствовала к Кириллу сильную привязанность, порой на грани зависимости. Он подсадил меня на себя, на эти невероятные ощущения. Без него я теперь с трудом могла существовать. Он занимал все мои мысли. Все во мне было подчинено ему. Я жила от встречи до встречи с ним. В моменты, когда оставалась одна, меня начинал одолевать страх. Я боялась наскучить Кириллу, опасалась, что он найдет кого-то лучше меня. В такие минуты я сходила с ума. И только новая встреча на время успокаивала.
Мы не виделись долгих десять дней. Это время далось мне тяжело. Кирилл никогда не говорил, когда мы встретимся вновь. Всякий раз уходя от него, я ощущала разрастающуюся в душе тоску. И только когда он снова появлялся на горизонте, она на время исчезала. В такие моменты я старалась надышаться им, пропитаться энергетикой, чтобы потом иметь возможность какое-то время продержаться без него.
После очередной разлуки я испытывала повышенную потребность в Кирилле. Мне хотелось смотреть на него, быть рядом, прикасаться. Хотелось быть ближе настолько, насколько это возможно. Раздевшись, я подползла к Кириллу и потерлась щекой о его бедро. От долгожданного контакта на глазах навернулись слезы. Эмоции после вынужденной разлуки зашкаливали. Я находилась буквально в шаге от того, чтобы расплакаться.
– Мне вас не хватало, Господин… Так сильно не хватало. – Я поцеловала его колено. Прижалась телом к ноге. Я искала любую возможность для контакта. – Слезы бежали по щекам. Я не пыталась их сдержать, позволяя жить своей жизнью. Хотелось умолять Кирилла никогда меня не оставлять, но произнести это я не решилась. Не те между нами отношения для подобных слов. Вместо этого я задала вопрос, – могу я что-нибудь для вас сделать?
– Можешь. – Кирилл указал глазами на свой пах. – Приступай.
Не мешкая, я расстегнула ширинку и, оттянув резинку боксеров, обхватила член. Во рту начала скапливаться слюна пока я наблюдала за тем, как он становится твердым в моей руке. За эти месяцы я изучила желания Кирилла от и до. Знала, с каким темпом ему нравится, чтобы я сосала или с какой силой сжимала его член. Он научил меня всему. Воспитал под себя. Я стремилась стать для него идеальной.
Закончив удовлетворять его, я вернулась в предыдущую позу, опускаясь ягодицами на пятки. Кирилл привел себя в порядок и, наклонившись ко мне, обхватил за горло. За эти месяцы я научилась различать холодные оттенки его взгляда, улавливала настроение, эмоции, которые скрывались за кажущимся равнодушием. Сейчас он смотрел на меня почти благодушно. Насколько вообще это слово было к нему применимо.
Сегодня совладать с собой у меня не получалось. После десяти дней тишины долгожданная близость вызывала сильные эмоции. Очередная слеза скатилась по щеке. Кирилл сжал ладонь чуть сильнее. Я наслаждалась, упивалась его вниманием, которого сейчас было непривычно много. В этот момент внутри, будто что-то щелкнуло, и я осознала, что моя привязанность переросла в нечто большее, в кое-что более сильное и значимое, во что-то, что невозможно было утаить. Я никогда ничего не скрывала от Кирилла. Не собиралась молчать и об этом внезапном открытии.
– Я люблю вас, Господин, – прошептала я, отчаянно желая, чтобы он знал о моих чувствах, о том, как много значит для меня. Хотела показать ему, насколько сильна моя привязанность.
Кирилл ничего не ответил, но по едва заметному движению губ, напоминающему улыбку, показалось, что ему понравилось услышанное. Его ледяной взгляд продолжал меня согревать. Хватка на шее снова усилилась. Стало трудно дышать. Кирилл продолжал сдавливать мое горло. Внезапно запаниковав, я вцепилась в его руку, со страхом и отчаянием смотря на него.
– Терпи, – сказал он спокойно, продолжая хладнокровно душить меня. – Не смей сопротивляться мне.
Я привыкла беспрекословно ему подчиняться. Для меня не существовало иных вариантов. Кирилл и его желания всегда стояли для меня на первом месте. Доверяя ему себя, свою жизнь я опустила руки, чувствуя, как от нехватки воздуха сознание медленно ускользает. Последнее, что я помнила, это непроницаемые глаза Кирилла, пристально наблюдающие за мной, а потом наступила темнота…
В себя я пришла от сильных пощечин. Я лежала на полу, Кирилл нависал надо мной. Вместе с сознанием вернулся страх, когда я поняла, что только что произошло. На секунду снова поднялась паника, но уверенный взгляд Кирилла мгновенно заставил меня успокоиться.
– Умница, – погладил он меня по щеке.
Кирилл вышел из гостиной, а я вновь приняла позу покорности. Восстанавливая дыхание, я старалась уложить в голове случившееся. В душе творился хаос. Разум кричал, что я сошла с ума, позволяя делать с собой такое. И в то же время я испытала восторг от прозвучавшего в голосе Кирилла одобрения. В этот момент я осознала, что мое доверие к нему не имеет границ…
Он вернулся спустя две минуты, держа в руках широкий кожаный ошейник черного цвета. Глаза мгновенно приклеились к этой вещи. Я мечтала о нем долгие месяцы, представляла, как ношу на шее символ принадлежности к моему Господину. И вот, наконец, этот момент становился реальностью. Я посмотрела на Кирилла, до конца не веря в то, что сейчас моя мечта осуществится.
Не сводя с меня глаз, он присел передо мной и сдавил пальцами мой подбородок. Я судорожно облизала губы.
– Не терпится?
Я кивнула, отчаянно смотря ему в глаза.
– Господин, пожалуйста, позвольте мне носить ваш ошейник. – Я готова была его умолять. Эта вещь была для меня слишком вожделенна. Я чувствовала, как внутри все начинает дрожать от нетерпения, волнения, предвкушения.
– Ты заслужила его, девочка.
С благоговейным трепетом я переживала этот невероятный момент. Я затаила дыхание, пока Кирилл надевал на меня ошейник. Он плотно облегал шею, даря волшебные, ни на что непохожие ощущения. Я позволила себе насладиться ими в полной мере, пока Кирилл жестко не обхватил меня за горло, вновь завладевая моим вниманием.
– Чья ты теперь сука?
– Ваша, Господин. Всегда только ваша.
– У тебя нет права его снимать. Спишь в нем, в душ ходишь в нем. Дома, на работе, везде, где бы ты не находилась ты должна быть в нем.
А я и не хотела его снимать. Никогда и ни за что. Этот ошейник был для меня самой большой ценностью, с которой я не хотела расставаться ни на секунду. Он согревал меня, служил доказательством, что я принадлежу Кириллу. Теперь я была его по-настоящему, он сделал меня своей окончательно. Ошейник стал для меня молчаливым обещанием, что Кирилл не пропадет однажды, оставив меня. Я почувствовала себя спокойнее, увереннее.
– Да, Господин.
Кирилл притянул меня к себе в объятия, впервые за все время даря так много своего тепла и ласки. Ощущая эйфорию, я прижалась щекой к его груди и, закрыв глаза, улыбнулась. Мне хотелось запомнить этот момент до мельчайших подробностей. Происходящее сейчас было для меня очень значимым и важным. Не хотелось упустить ни одной детали. А дальше произошло то, что я совсем не ожидала. Кирилл пальцем приподнял мой подбородок и коротко поцеловал меня. Всего секунда, мгновение, но мне хватило и этого, чтобы испытать трепетный восторг. Он редко это делал, поэтому каждый поцелуй был для меня исключительным. Сейчас в объятиях моего Господина я ощущала что-то похожее на счастье…
Этот ставший идеальным эпизод, к сожалению, слишком быстро закончился. Кирилл встал, лишая меня своих объятий. Глядя сверху вниз, он обвел мои губы двумя пальцами, протолкнул их мне в рот. Я тут же с готовностью откликнулась, начиная сосать. Кирилл неотрывно следил за мной, купая сегодня в своем внимании.
– Теперь поблагодари меня за подарок, который я тебе сделал. – Он расстегнул ширинку.
И я благодарила, долго и со всей душой вылизывая его член. Я обожала доставлять Кириллу удовольствие. Это была моя основная обязанность, и я всегда старалась выполнять ее максимально хорошо. А сейчас делала это с двойным усердием, ощущая внутри безграничную любовь.
Сегодня Кирилл словно подчинил меня еще больше. Казалось, наша связь стала прочнее, фундаментальнее. И все из-за подаренной возможности носить его ошейник. Эта особенная вещь привязывала меня к Кириллу крепче чем, что бы то ни было, заставляла любить его еще сильнее.
Сейчас чувство принадлежности ему стало осязаемым. Оно плотно облегало шею, всему миру сообщая о том, что у меня есть Господин. Я теперь вся его, до последней клетки…
