Текст книги "Две плети (СИ)"

Автор книги: Майя Невская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 29 страниц)

Глава пятьдесят первая

– Здравствуйте, Хозяин. – Я стояла в холле, прислонившись к стене, и с улыбкой смотрела на Богдана. Мы неделю не виделись. И это внезапно оказалось слишком долгим сроком врозь.

– Заждался тебя, девочка. – Он сложил руки на груди, так же внимательно изучая меня.

– Пробки, – пожала я плечами, объясняя свое опоздание.

Я не делала попытки приблизиться к Богдану. Просто смотрела на него, не в силах отвести глаза. Очень соскучилась по нему и поэтому тихо впитывала его близость, наслаждалась вниманием, которого мне так не хватало все эти дни.

– Так и будешь там стоять?

Оторвавшись от стены, я зашла в квартиру. Богдан помог мне снять плащ. На мне было тонкое шерстяное платье, обнажающее плечи и мои ошейники. Последнее было единственным, что позволяло мне ощущать присутствие двоих мужчин. Пусть один из них и был сейчас далеко, но так или иначе продолжал незримо присутствовать рядом.

Богдан прижал меня к своей груди. Откинув голову ему на плечо, я закрыла глаза. Долгие мгновения мы не двигались. Крепко прижимая меня к себе, он водил носом у моего виска. На время стерлись все правила, все роли, что мы на себя взяли. Мы были просто мужчиной и женщиной, которые соскучились друг по другу…

Мы переместились в гостиную. Я сидела у Богдана на коленях и обнимала его за шею, перебирая пальцами короткие волосы на затылке. Он поглаживал меня по спине.

– Ты сегодня очень тихая.

– Соскучилась сильно. – Я теснее прижалась к нему, желая получить максимум его тепла. И Богдан давал мне желаемое, крепко удерживая в объятиях. Повинуясь порыву, я поцеловала его. Через секунду отстранилась и запоздало спросила, – можно, Хозяин?

– Не останавливайся, девочка. – Он обхватил меня за шею, побуждая продолжить начатое.

Я посасывала его губу, лизала язык, целуя медленно, почти осторожно. В этот момент я чувствовала особенную нежность к Богдану и старалась выразить ее через поцелуй. Меня разрывало от потребности быть к нему ближе, хотелось раствориться в нем… Перехватывая инициативу, Богдан усилил давление на мою шею. Я отдавалась настойчивым и в то же время нежным прикосновениям. Сильная энергетика окутывала, проникала под кожу, питала меня…

– Что-то не так? – Спросил он, продолжая водить носом вдоль моей скулы.

– Непривычно, что мы только вдвоем. – Я поглаживала пальцем вену на его руке. Я привыкла, что мы постоянно втроем. И сейчас наша близость без третьего участника ощущалась неполной.

– Скучаешь по нему?

– Да… Мне его не хватает.

Богдан продолжал обнимать меня и вдруг сжал так сильно, что на секунду стало трудно дышать. Обхватив за шею, я положила голову ему на плечо, вдохнула запах. Присутствие Богдана немного глушило тоску по Зорану. Не до конца, но этого хватало, чтобы держаться.

Несколько минут мы не двигались. Богдан не разжимал рук. Я тоже не желала отстраняться. Как два магнита намертво приклеились друг к другу. В нашу тихую близость вмешался звонок телефона.

– Да, Зоран, – принял Богдан вызов.

Я вся обратилась в слух. Мы созванивались с Зораном днем, но этого мне не хватило. Короткий разговор лишь разбередил душу и усилил тоску.

Затаив дыхание я, не отрываясь, смотрела на Богдана. Я слышала голос Зорана в динамике, жадно ловила каждое слово.

– Алина с тобой? Не могу до нее дозвониться.

– Со мной. На видео переключись.

Богдан развернул на меня экран, и теперь я могла видеть Зорана, а он меня. Его волосы были немного взъерошены, на губах улыбка, две верхние пуговицы его синей рубашки были расстегнуты. Он выглядел расслабленным. На заднем фоне звучала приглушенная музыка, разговоры, смех.

– Здравствуй, Алина.

– Здравствуйте, Хозяин.

Зоран вставил сигарету в рот и щелкнул зажигалкой. Я не сводила глаз с экрана, всматриваясь в знакомые черты. Скользила взглядом от глаз, по линии носа, к губам и обратно.

– Придвинься ближе, девочка. Дай мне на тебя посмотреть.

Я взяла телефон у Богдана, показывая себя Зорану с лучшего ракурса. Он смотрел на меня, курил и молчал. Его горячий, пристальный взгляд ласкал меня через экран. Богдан обхватил меня за бедра и повел ладони вверх, забираясь под платье. Они снова были оба со мной, пусть и не совсем так, как мне бы того хотелось, но прямо сейчас и этого было достаточно.

– Красивая, – выдохнул Зоран дым.

– Еще какая. – Богдан продолжал меня неторопливо поглаживать.

– А в ошейниках особенно. – Зоран слегка склонил голову набок. – Приятно видеть тебя в них, Алина.

– Мне нравится их носить. – С Богданом и Зораном страх снова принадлежать мужчине постепенно растворился. Они вернули меня в Тему, показав, что она может быть иной.

– Знаю. – Зоран глубоко затянулся. – У тебя это в глазах написано.

Я взглянула на Богдана. Он кивнул, подтверждая слова друга.

– Что еще в них написано?

– Расскажу, когда вернусь.

– Буду ждать.

– Зоран, дорогой, твоя очередь говорить тост, – прозвучал женский голос на заднем плане.

Зоран сделал последнюю затяжку, оставляя от сигареты лишь фильтр, и выкинул окурок.

– Я должен идти, девочка.

Хотелось задержать его еще хотя бы на минуту, но не позволяя себе этого, я кивнула.

– До встречи.

Богдан забрал у меня телефон и перебросившись с Зораном парой фраз, завершил вызов. Обхватив за шею, он долго смотрел на меня. Его взгляд напролом проник в душу, вслед за Зораном бередя ее. По глазам я старалась прочесть его мысли, пыталась угадать, о чем он думает. Сдавшись, решила спросить прямо, но Богдан опередил меня. Не давая и рта раскрыть, снова поцеловал. Я тихо вздохнула, прижимаясь к нему. Он потянул платье вниз и накрыл ладонями мою обнаженную грудь. Большими пальцами надавил на соски, заставляя их затвердеть. Я откинулась назад, прогибаясь в пояснице. Богдан облизал сосок, втянул в рот, прикусил. Я отдавалась его настойчивым ласкам. Кожа пылала под обжигающими прикосновениями. Без стеснения я вжалась в его пах в поисках необходимого и желанного контакта.

– Разденься, Алина.

Глядя как Богдан расстегивает брюки, я быстро стянула по ногам платье вместе с трусиками и вернулась к нему на колени. Богдан обхватил член у основания. Размазывая по нему свою влагу, я медленно опустилась на него. Давая себе пару секунд насладиться ощущением наполненности, я начала двигаться.

Гостиная наполнилась стонами, вздохами, рваным дыханием. Я отдавалась. Богдан брал. Близость дарила наслаждение, погружала в вязкий туман. Сегодня наш секс был совсем другим. Спокойным, медленным, тягучим. Я не гналась за удовольствием, я наслаждалась каждой секундой этого процесса. Поднималась и снова опускалась на него. Богдан удерживал меня за ягодицы, заполняя собой до предела. Притянув к себе за ошейники, настойчиво поцеловал. Его язык и член были глубоко во мне, дарили удовольствие, возносили к небесам.

– Можно я кончу, Хозяин? – Спросила я, задевая его губы. – Пожалуйста… Мне очень надо.

Богдан улыбнулся.

– Считаешь, именно так надо просить у меня разрешения?

Я помотала головой, и особо не задумываясь, что делаю, лизнула его губы.

– Пожалуйста, – прерывисто дышала, двигаясь на нем. – Хозяин… Хозяин… – Я запрокинула голову. Богдан накрыл ладонями мою грудь. Мял, сжимал, теребил соски. – Пожалуйста… очень прошу вас… позвольте мне кончить.

– Мне так нравится слушать, как моя девочка меня умоляет.

Не получив разрешения, я отчаянно простонала.

– Я не могу больше сдержать это…

– Знаю, что можешь.

– Не могу, – мотала я головой и попыталась остановиться, чтобы отсрочить оргазм, но Богдан продолжил сам насаживать меня на себя, практически не оставляя шансов не нарушить приказ. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

Богдан ускорился, заставляя меня умолять еще отчаяннее. Откинувшись на подголовник, он вдавил пальцы в мои бедра, кончая.

– Можно, Алина.

Сделав еще несколько движений, с тихим стоном я последовала за Богданом, обмякая в его руках. Он прижал меня к себе, заключая в сладкий плен объятий. Пару минут я успокаивала дыхание, ждала пока сердцебиение придет в норму. После оргазма мои чувства словно обнажились. К глазам подкатили слезы.

– Только не уезжай, пожалуйста, – нарушил мой шепот повисшую вокруг нас уютную тишину. Сейчас я вдруг особенно остро ощутила, насколько отчаянной стала моя привязанность к Богдану. Совсем не то легкое чувство, которое я испытывала несколько недель назад. Теперь оно окрепло, видоизменилось, полностью выходя из-под контроля…

– Не уеду. – Он погладил меня по щеке. – И тебе не дам.

– Я не собираюсь никуда уезжать.

Богдан поглаживал меня по обнаженной спине. Вдоль позвоночника, следуя за его прикосновением, разливался ручеек из мурашек. Как я не старалась ограничить происходящее между мной и мужчинами определенными рамками, а чувствовала, что не преуспела в этом. Мои чувства вышли за границы Темы, с каждым днем распространяясь все дальше за ее пределы.

Глава пятьдесят вторая

Сегодня я посвятила весь день Арине. Мы пообедали вне дома, потом прошлись по магазинам и докупили ей еще кое-что из одежды и других необходимых вещей. Вечер решили продолжить в кинотеатре. И теперь сидя в полупустом зале, ожидали начала фильма. Вкус у Арины был специфический. Она всегда выбирала тяжелые для восприятия картины, предпочитая авторское, некоммерческое кино. Из любви к сестре я всегда соглашалась с ее выбором, раз за разом пытаясь найти то, что ее так привлекает в подобных сюжетах.

С Богданом мы не виделись несколько дней. С Зораном и того больше. И это время вдали от них стало внезапно трудно пережить, особенно после услышанного признания Зорана в домике и не менее неожиданного ответа Богдана. Я старалась не придавать особого значения этим словам, не анализировать их, но они то и дело всплывали в голове. И в последнее время все чаще. А после осознания собственных чувств подсознательно хотелось, чтобы они были взаимными. Хотя я понимала, что тогда между нами тремя все непременно осложнится. В один момент я словно оказалась на перепутье, не понимая, что делать, как быть дальше. За неимением вариантов, я пустила все на самотек.

– Отойду в туалет, пока фильм не начался.

Как только Арина скрылась из вида, я почувствовала вибрацию в сумке.

– Зоран, – выдохнула я, ощущая радость от его звонка.

– Алина, – отзеркалил он мое приветствие. – Чем занимаешься, девочка?

– Пришли с Ариной в кино. Ждем начала сеанса.

– Что будете смотреть?

– Что-то артхаусное.

– Неожиданно, – усмехнулся Зоран.

– Арина такое любит. У меня же ощущение после просмотра, что мой мозг изнасиловали в особо извращенной форме.

– Мне казалось, тебе нравятся извращенные формы, – сказал Зоран тише, интимнее.

Облизнув губы, я представила, что он сейчас рядом. Прижимает меня к себе, целует в шею, мнет ладонями мое тело. Непроизвольно я даже отклонила голову в сторону, ощущая фантомные прикосновения… Тоска по Зорану становилась почти отчаянной.

– Нравятся. – Я откинулась на подголовник, смотря на белое полотно экрана. – Некоторые очень сильно.

– Я рад, что это так. Иначе мы бы не встретились.

В словах Зорана мне упорно слышалось нечто большее, чем просто радость от факта нашего знакомства. А чересчур эмоциональное прощание перед его отъездом лишь усиливало сейчас это ощущение.

– Алина, ты здесь?

– Да, прости, задумалась.

– О чем?

– О том, что я тоже рада знакомству с тобой.

Наше общение выходило за рамки Темы, становясь все более личным. И я поощряла это, сама открываясь перед Зораном и Богданом все сильнее. Делать этого не стоило, но контролировать не получалось. Оставалось надеяться, что это не приведет нас троих к непредсказуемым последствиям.

– Это приятно слышать.

Продолжая гипнотизировать взглядом экран, я все глубже погружалась в свои мысли, отчаянно желая, чтобы Зоран был сейчас рядом.

– Зоран… – начала я, но отчего-то продолжить не решилась. Я уже и без того наговорила слишком много всего, что вероятно не стоило озвучивать.

– Что, Алина? – Вынуждал он договорить.

Слушая его дыхание, ловя каждое слово, я становилась с ним все откровенней.

– Тебя слишком долго нет… Мне тебя не хватает… Очень сильно не хватает…

В разговоре снова возникла пауза. Раздался щелчок зажигалки. Я представляла, как Зоран сейчас глубоко затягивается, медленно выдыхает дым. Даже, кажется, почувствовала никотиновый запах…

В этот момент вернулась Арина.

– Богдан? – Спросила она одними губами.

– Зоран, – так же беззвучно ответила я.

Она понимающе улыбнулась и положила голову мне на плечо.

– Это взаимно, Алина, – прозвучало тихое в трубке.

Теперь уже замолчала я, против воли придавая этим словам слишком много значения… Мне бы остановиться, приструнить эмоции, взять под контроль чувства, но не хотелось этого делать. Искушение было слишком велико, чтобы пытаться сопротивляться ему.

– Снова задумалась о чем-то?

– Быть может.

– Расскажешь?

– Не думаю.

– Секрет?

– Нет, просто… – я запнулась, подыскивая нужные слова и не найдя, вздохнула. – Почему этот разговор становится таким сложным?

Я слушала дыхание Зорана, незаметно начиная дышать с ним в унисон.

– Потому что просто уже не получается.

Фраза за фразой наш разговор приобретал особый, слишком глубокий смысл. Не придавать этому значения, делать вид, что ничего не изменилось, уже вряд ли получится.

Свет в зале погас, на экране появились первые кадры, сопровождаемые громким звуком.

– Фильм начинается?

– Да.

– Позвонишь мне перед сном?

– Хорошо.

– Буду ждать.

Нехотя я завершила вызов. Некоторое время я пыталась сосредоточиться на происходящем на экране, но не получалось. В голове продолжали звучать и наводить смуту в душе слова Зорана. К середине фильма я полностью перестала улавливать сюжет и, сдавшись, позволила мыслям унести меня к Зорану и Богдану, о котором я тоже думала не переставая. Я не могла точно сказать, в какой момент возникла привязанность к мужчинам, но отчетливо ощущала, как она с каждым днем крепла. И это меня все еще беспокоило, потому что наша связь на троих подобного не предполагала.

Из кинотеатра домой мы возвращались на такси. Примерно на полпути позвонил Богдан.

– Вообще тебя без внимания не оставляют. Наперебой названивают, – проговорила Арина, заметив имя на экране, и с улыбкой уткнулась в свой телефон.

– Привет, – откинулась я на подголовник, начиная улыбаться.

– Чем занимаешься?

Обычно все мои разговоры с мужчинами, так или иначе, сводились к назначению встречи, но в последнюю неделю я общалась с каждым просто так, без особой цели. И эти беседы ни о чем нравились мне не меньше, чем сессии с ними.

– Были с Ариной в кино.

– Забрать вас? – Предложил Богдан.

– Не надо. Мы уже в такси. Скоро будем дома. – На заднем плане послышался неясный шум. – А ты чем занимаешься?

– Выхожу из офиса.

– Работаешь в выходной?

– Были срочные вопросы. Что за фильм смотрели?

– Что-то очень сложное для восприятия, поэтому не могу рекомендовать.

– Заинтриговала.

– У моей сестры очень странный вкус на фильмы. Всякий раз мне приходится пробираться через лабиринты режиссерской мысли. И всегда безуспешно.

Арина улыбнулась, бросив на меня веселый взгляд. Вставив в уши наушники, она увлеклась просмотром какого-то видео, перестав вынуждено подслушивать мой с Богданом разговор.

– Какие у вас дальше планы?

– Особо никаких.

– Тогда может, поужинаешь со мной?

Я перевела взгляд в боковое окно, наблюдая за мелькающим городом за стеклом.

– Прости. Я обещала Арине, что весь день проведу с ней. – Безумно не хотелось отказывать Богдану тем более, когда все внутри меня хотело принять его предложение, но и сестре я задолжала много своего внимания.

– Ладно, – послышался щелчок сигнализации. – Приму отказ с достоинством.

– Я бы очень хотела увидеться.

– Знаю. Может мне повезет и в следующий раз моя девочка ответит согласием.

– Непременно ответит.

Как и при недавнем разговоре с Зораном сейчас между мной и Богданом повисла тишина, которую никто из нас не спешил прерывать. Я слушала его дыхание и, на мгновение закрыв глаза, представила, что нахожусь рядом с ним в его машине.

– Чем ты в итоге займешься?

– Поеду домой. Так что если передумаешь… – Богдан не стал договаривать фразу, оставляя мне возможность решить самой.

Очень трудно было примирить желание поехать к Богдану и чувство долга перед сестрой. Арина, конечно, не маленький ребенок и справится без меня, но я не могла себе позволить оставить ее. Сегодня наш день от и до. Мне не хотелось нарушать данное сестре обещание. Слишком часто в прошлом я выбирала не ее, за что до сих пор меня преследовало чувство вины.

– Знал бы ты как мне трудно тебе отказывать, – тихо сказала я, ощущая в душе неприятную тяжесть.

– Алина, хорошая моя, вынуждаешь меня приехать и испортить вам девичник.

– Ты не испортишь.

– Звучит как приглашение, – усмехнулся он, заставляя осознать, как неоднозначно прозвучали мои слова. – Улыбнись, моя девочка. Иначе действительно приеду поднимать тебе настроение.

Слова Богдана согрели, заставили неприятное ощущение в груди раствориться. Он не позволил мне мучиться чувством вины перед ним. Какой все же сильный контраст между Богданом и Ним.

Я уткнулась виском в холодное стекло.

– Мне очень повезло с тобой. Очень рада, что ты тогда не проигнорировал мое сообщение.

– Не смог пройти мимо твоего «Здравствуйте, Богдан».

Я вспомнила, как отчаянно ждала от него ответа, как волновалась при первом разговоре, а потом и встрече и каким потрясающим было все наше взаимодействие потом.

– Мне тоже повезло с тобой, Алина, – вдруг сказал Богдан. – И я не только про секс.

Сегодняшние разговоры с мужчинами выходили не такими расслабленными как обычно, внезапно приобретя какое-то слишком сложное настроение. Чем дальше, тем меньше происходящее между нами напоминало игру.

– А про что еще?

Щелкнула зажигалка. Как и Зоран Богдан закурил. Они во многом были похожи друг на друга и в то же время были разными, уникальными каждый по-своему. И оба они притягивали меня одинаково сильно.

– Ты ведь умная девочка. Все понимаешь.

Последняя фраза повисла между нами, продолжая эхом звучать в голове. Она наполняла душу теплом и в то же время наводила в ней еще больший хаос.

– И что с этим делать? – Дотронулась я до крошечной точки на стекле, пытаясь ее стереть. – Ведь нас трое…

Послышался тяжелый вздох. Богдан продолжал молча курить. Я смотрела на точку, которая не желала исчезать.

Такси остановилось около дома, вынуждая меня завершить разговор, который ни я, ни Богдан не знали, как продолжить.

С каждым днем связь, которая должна была быть простой и понятной скручивалась в запутанный клубок, крепко привязывая нас друг к другу и создавая, казалось, неразрешимую проблему. Слишком много участников, слишком много внезапных чувств и повисших вопросов. И я понятия не имела, что с этим делать. Пока лишь позволяла себе плыть по течению, надеясь, что не утону, надеясь, что куда-нибудь выплыву…

Глава пятьдесят третья

Три года назад

Неделя в Казани, проведенная вместе с Кириллом скоро останется лишь в воспоминаниях. Это были самые счастливые семь дней за последние несколько лет. Я получила от Кирилла столько внимания и ласки, сколько не доставалось мне ни разу до этого. Теперь я не хотела покидать этот город, который, к слову, даже не посмотрела.

Кирилл летал в Казань по работе. Я же все время провела в гостинице. Выходить в город он мне запретил. Я должна была все время находиться в номере обнаженная и ждать его возвращения. И я послушно ждала, потому что ослушаться его приказа даже мысли не возникало.

Единственное, о чем я жалела в этой поездке так это о том, что у меня не получилось ничего купить Арине в качестве сувенира. Последний шанс сделать это, был здесь, в аэропорту. Оглядевшись по сторонам, я заметила киоск, где продавали татарские сладости.

– Господин, можно я отойду? Хочу купить что-нибудь для сестры в подарок из Казани.

Кирилл несколько мгновений смотрел на меня, словно обдумывая мою просьбу. На секунду показалось, что он мне этого не разрешит.

– Позволю при одном условии. – Его гипнотические глаза подавляли мою волю, подчиняли сознание. Все во мне сосредоточилось на Кирилле, застыло в ожидании его слов. – Попроси у меня на это деньги. Своими пользоваться запрещаю.

На несколько секунд я перестала дышать. Казалось, даже мир вокруг замер, пока смысл сказанного медленно доходил до меня. Приказ Кирилла вызвал в душе хаос. Мгновенно захотелось отказаться от намерения привезти Арине подарок, но я понимала, что Кирилл все равно не отступит. Он хотел моего подчинения, хотел, чтобы я сдалась ему и в этом. А я всегда старалась делать все, чтобы угодить ему. Никогда и ни в чем не отказывала. Делала все, что он хотел. Привыкла подчиняться полностью.

До этого момента все приказы Кирилла были относительно несложными. Но нынешний… нынешний посягал на что-то основополагающее…

Последний раз деньги я просила у родителей, и было это в подростковом возрасте. Я давно обеспечивала себя сама, привыкла к финансовой независимости. Это было тем, что позволяло мне чувствовать себя уверенно и твердо стоять на ногах. Пусть в моменте, но Кирилл хотел этого меня лишить.

Под его спокойным взглядом я боролась с собой. Мне было легко стоять перед ним на коленях, но просить деньги язык не поворачивался. Это было неловко. Даже унизительно. Душа металась в теле, словно захваченная в силки птица.

Я пыталась уговорить себя, что в подобной просьбе, по сути, нет ничего страшного, но это не помогало. Внутри разгоралась настоящая буря, которую унять не получалось. Она сносила все на своем пути, кирпич за кирпичиком разрушая мои установки и принципы. Желание во что бы то ни стало угодить Кириллу, в очередной раз брало верх. Я чувствовала, как внутри меня что-то треща по швам, с отчаянным сопротивлением ломается…

Еще до конца не осознавая происходящее, я заговорила:

– Господин…

– В глаза мне смотри.

Я тут же подчинилась. И теперь просить стало в два раза сложнее. Но подсознательная потребность быть для него идеальной заставляла переступать через себя.

– Господин, я хочу купить сестре подарок. Не могли бы вы… не могли бы вы дать мне на это денег… пожалуйста… – закончила я еле слышно. Пульс зашкаливал. Удары собственного сердца полностью перекрывали шумные звуки аэропорта.

– Попробуй еще раз. Ты просишь у меня деньги недостаточно искренне.

Я смотрела на Кирилла, чувствуя, как в глазах скапливаются слезы. Я находилась в сильном эмоциональном напряжении, которое рвало мою выдержку на части. Мимо проходили люди, не подозревая о том, какая буря происходит у меня внутри.

Кирилл не облегчал задачу, заставляя снова и снова повторять тихую просьбу, пока ее звучание не устроит его полностью. Я едва выдерживала это давление. Спустя несколько минут этой моральной пытки душа была разорвана в клочья.

– Господин, мне трудно просить вас о чем-то подобном, но без вашей финансовой помощи мне не справиться. – Дыхание сорвалось. Слезы жгли глаза. Продолжая ломать себя, я искала внутри недостающую искренность. – Вы всегда ко мне достаточно добры и я очень это ценю. Пожалуйста… Господин, не отказывайте мне… – Одна слеза все же сбежала по щеке. Я тут же ее смахнула. Напряжение достигло апогея. Хотелось упасть на колени и разрыдаться в голос. С отчаянием я смотрела на Кирилла, умоляя его прекратить мои мучения.

– Уже лучше. – Кирилл протянул мне пластиковую карточку. – Позже отблагодаришь меня за каждый потраченный с моего счета рубль.

– Да, Господин, – проговорила я почти шепотом и на едва гнущихся ногах, сжимая в ладони символ моего унижения, ушла в магазин.

За несколько минут до вылета, давясь слезами, я благодарила Кирилла, отсасывая ему в кабинке мужского туалета.

Наша связь длилась уже два года. За это время я хорошо изучила Кирилла, но не смотря на это все еще не знала, чего от него ожидать. Раз за разом ему удавалось выбить меня из колеи, устраивая эмоциональные встряски, после которых я чувствовала себя выпотрошенной до основания. День за днем он пробирался глубже, подчинял еще сильнее, на ином уровне… Казалось, не осталось ничего, что я бы не сделала для и ради Кирилла. Сегодняшний унизительный эпизод это доказал.

– Впредь все свои траты согласовываешь со мной. – Он застегнул ширинку и вышел из кабинки, оставляя меня приходить в себя в одиночестве.

* * *

– Как слетала в Казань? – Спросила Арина, устраиваясь на моей кровати. – Попробовала эчпочмак?

Разбирая вещи, я помотала головой.

– Как-то не довелось.

– Ты шутишь? – Скептически посмотрела на меня сестра. – Ты была в Казани и не попробовала блюдо национальной кухни? Кирилл тебя что, все время в постели продержал?

Фактически так оно и было, но я не грустила по этому поводу. Я провела фантастическую неделю с Кириллом. Город за пределами номера и местная кухня меня мало интересовали.

– Зато тебе я привезла чак-чак. – Я протянула Арине коробку с главной татарской сладостью, предпочитая не вспоминать, что мне пришлось сделать ради этой покупки. Прошло несколько часов, а меня все еще потряхивало. Чувство унижения никак не хотело меня покидать. Казалось, оно прочно въелось в душу.

Сегодня Кирилл лишил меня финансовой свободы и самостоятельности, сделав зависимой от его решений. Несмотря на то, что в моем кошельке было достаточно денег, внезапно я потеряла к ним доступ. Я бы не смогла нарушить прямой запрет. Для меня это было немыслимо. Контроль и власть Кирилла надо мной становились подавляющими. Я же в своем желании угодить безропотно подчинялась, не задумываясь о том, куда подобные отношения могут меня привести…

– За чак-чак спасибо. Может, сходим куда-нибудь вечером? Я очень соскучилась по тебе за время твоего внезапного отпуска.

– Прости. Сегодня не получится. Вечером Кирилл ждет меня у себя.

– Вы же и так только что неделю вместе провели.

– Прости. – Я ненавидела себя за то, что в очередной раз мне приходится делать выбор не в пользу сестры, но отказать Кириллу я была не способна. Он сказал, что вечером я должна быть у него, я ответила послушное «да, Господин».

– Понятно, – вздохнула Арина. – Все забываю, что Кирилл для тебя важнее всех.

Сердце сжалось от слов сестры. Чувство вины уже не помещалось в груди. Ее обида была обоснована. Я действительно отдалилась. Кирилл заполнял собой почти все мое время. И это меня устраивало, потому что я тоже хотела проводить с ним любую свободную минуту. Но и Арине я была нужна. Только как примирить эти две части моей жизни не понимала. Я чувствовала, что все меньше контролирую собственную жизнь, и все больше в ней становится подчинено Кириллу и его желаниям.

– Это не так. Ты знаешь, что я люблю тебя. Ты самый близкий для меня человек.

– Я этого больше не чувствую. Ты отдалилась. Вообще не помню, когда мы с тобой последний раз выбирались куда-то вместе. Да даже разговаривать толком перестали. Только и слышу от тебя постоянно «Кирилл, Кирилл», всегда только он. Больше для тебя никого не существует.

– Прости, – повторяла я как заевшая пластинка. – Мы обязательно сходим куда-нибудь вместе, но не сегодня.

– Ясно, – вздохнула Арина и, больше не говоря ни слова, вышла из моей комнаты, оставив нетронутый чак-чак на кровати.