Текст книги "Там, где только прошлое Книга 8"

Автор книги: Майя Малиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)

– У нас массовое покаяние? Потом придет Дмитрий и повиниться, что он первый сорвал с себя ненавистное одеяние. Он же первый, как бешенный, накинулся на капитана Нейбо.

Оля знала, что Лена изумиться, наблюдая ее испуг, она сделала паузу, посмотрела на Лондера и продолжала.

– Да. Ника пригрозила его пристрелить, а телохранитель Нейбо отправил пилота в обморок.

– Так он преодолел влияние костюма?

– Костюм повредил плазмоид. Дмитрий только разорвал его в клочья в порыве страсти.

– Но потом он опять его надел и не был тупым исполнителем. Я видела, – неожиданно уверенно заявила штурман. – Он преодолел влияние.

– Ну, допустим, – согласилась Оля, вид у нее стал таким, будто этот вопрос больше ее не интересует.

Лена поспешила уйти.

– Ты злая, – заметил Лондер. – Почему ты невзлюбила ее? Напрасно. Рейс трудный. Она себя отлично показала. Она протеже Эл? В этом причина?

– У нее гормоны захлестывает. У Димона в любом рейсе найдется нежная поклонница.

– Оля-Оля, с тех пор, как тебя стали считать профессионалом, ты стала циничной. Тебе не идет. Кто бы сюда не явился, для каждого у тебя найдется острое слово. Дмитрию ты припомнила нападение, Эл манипуляцию всеми нами, Игорю ты предъявишь обвинение, что он опять защищал свою первую любовь, а не тебя. Я лоялен к капитану Нейбо и знаю его тайну. А Рассел виноват в том, что попал в плен. Но вообрази себе одну простую ситуацию. Эл заявила о себе в новом качестве. Реальность такова, что пропади она опять, то я предвижу, что она найдет, чем себя занять и будет эффективна и другом качестве. Она сможет без вас прожить. Сможешь ли ты без нее?

– И это истинная правда!

– Дмитрий! – Лондер крепко пожал руку, вошедшему пилоту.

– Ну! А меня будут исследовать? – потребовал он.

Ольга молча нацепила на него браслет.

– Как Курк? – спросил он, чтобы сменить тему.

– Не могу ничего обещать, – сухо сказала доктор. – У тебя нервное истощение.

– О-о-о, это хорошая новость. Я могу совершать любые безумства и свалю все на нервный срыв.

– Например? – спросила Ольга.

– Дам по морде Эл. Знаешь, как сильно я хотел это сделать, когда проснулся? Не-е-ет! Я лежал и думал, что мне с этого? Я не бью девушек, но она и не девушка в данном случае, она мой командор. Неувязочка. Капитану Нейбо я готов был горло перегрызть, а вот командора я выслушаю. Есть разница между этими двумя персонажами, да такая, что моему разуму ее не постичь. Если я накостыляю Эл, она мне ничего не скажет. Она в очередной раз исчезнет из моей жизни. Я задал себе точно такой же вопрос, который озвучил Лондер. И не ответил на него. Потому что я не то чтобы правды жажду, я хочу понять, в чем мы участвовали.

– Для неврастеника, ты правильно мыслишь, – заметил Лондер с улыбкой.

– Оль, навести нашего поэта, он с койки не встает. У него настоящее истощение всего. Я слышал, он кучу народу угробил.

– Я тоже стреляла в живых. Я к нему не пойду, – отказалась Ольга.

Лондер покачал головой в след своим недавним мыслям.

– А дистанционно его можно обследовать? – спросил Дмитрий.

– Бери браслет и иди.

Дмитрий посмотрел на нее сверху вниз, взял другой браслет более увесистый и поиграл им. Ольге показалось, что он хочет стукнуть ее этим предметом.

– Ненависть – плохой советчик. Я жалею, что современные врачи не дают клятву Гиппократа, – сказал он.

Дмитрий ушел, продолжая играть браслетом.

– Он меня упрекает? – удивилась Ольга.

***

В каюте Игоря было тихо. Дмитрий присел на край постели и без церемоний надел браслет на руку Игоря. Тот отвернулся от него к стене.

– Ты как вчера родился, – вздохнул Дмитрий.

– Я устал. Уйди, пожалуйста, – попросил Игорь.

– У тебя ожоги. Может, дойдешь до лазарета, а? Браслетик сам отнесешь. Там тебя подлечат. Капитана навестишь.

– Я не хочу никого видеть.

– Зато тебя хотят видеть.

– Не важно.

– Я на тебя Нику натравлю, – пригрозил Дмитрий.

– Она тут была.

– Тогда я пойду и узнаю у нее, что с тобой твориться.

Игорь повернулся снова на спину.

– Я – убийца. Достаточное объяснение?

– Для ветерана войны у тебя запоздалая детская реакция.

– Я раньше не убивал.

– Правда? Ты ремонтировал военные катера, в том числе и мой. Я на нем не в рай летал. Так что жертвы можно делить пополам. Брось хандрить. Это костюм, это просто остаточное действие костюма. Ты скажи еще, что ненавидишь Эл, будет полный список синдромов.

– Нет. Эл я не виню. Она поступила сообразно пиратским законам. Она боролась с пиратами и поступала как они. Это я позволил сделать себя бездушной машиной. Вот это уже мой выбор. Меня в этот рейс силком не тянули. Ты преодолел влияние костюма, а я – нет.

– Ты уже и это знаешь?

– Да. Знаю.

– У меня был повод.

– Нет. Ты сильный. Алик сильный.

– Алик в коме, – напомнил Дмитрий. – Если бы он не дернулся по наитию Лондера, то вместо группы катеров шарахнул бы по сцепке всем флотом. Он сделал неверный шаг.

– Ты-то откуда знаешь?!

– Я хотел его вытащить из костюма до того, как он отправил меня вам на помощь. Тогда он больше соображал, чем у пиратов на борту. Но этот вопрос мы разрешим только, когда он сам нам скажет.

Игорь опять замер, глядя в пустоту перед собой. Он заговорил спустя минут пять.

– Я впервые понял, почему я тогда не смог простить Эл ее пиратство. Я понятия не имел, через что она прошла.

– Это было очень давно для нее. Винится теперь бессмысленно.

Дмитрию хотелось, чтобы он говорил. Он готов был ему возражать и даже поссориться на время, выдвигая заведомо противоречивую точку зрения. Зато он знал наверняка, Игорь молчит, когда растерян, когда у него нет осмысленности внутри. Как только он начинает делиться мыслями, рассуждать вслух, тогда процесс вступил в завершающую стадию. Его необходимо просто выслушать.

– Этот случай не единственный, когда нам придется убивать. Хочешь быть пацифистом, тогда приготовься к потерям. Кто-то рядом будет погибать, друг или ты сам, – подбросил зацепку Дмитрий.

– На острове, когда я делал оружие, я спрашивал себя: смогу ли я применить его? Я не верил в возможность того, что стану убивать сам. Довольно было небольшого воздействия на мою психику, и я превратился в убийцу.

– Ты путаешь самозащиту с оголтелой жестокостью. Мы наполовину животные. Нами управляют инстинкты. Инстинкт самосохранения самый сильный. Или ты или тебя.

– Всегда меня удивляет, как ты просто относишься к таким вещам!

– Я просто не придумываю себе ни вины, ни оправдания. Это часть моего пути. В свое время я много книг перечитал. Философия, религия, мистика. Просто я осознал, что ничего не могу открыть, ничего не могу объяснить в своей жизни. Я понял, что у меня есть личные обязанности, никто не сделает ничего за меня. Я, Дмитрий Королев, другого такого нет.

– Ты относишься к тому редкому типу людей, которые верят своему сердцу, – вздохнул Игорь.

Он опять помолчал.

– Ты прав. Я не хочу встречаться с Эл, – заключил он. – Я чувствую какой-то частью себя, что позиция неправильная.

– Я же сказал, что тебе необходим врач. Поскольку Ольга и Лондер занимаются Расселом, то они к тебе не придут. Или туда сам.

– Я не могу сейчас. Я не хочу выходить наружу.

– Я принесу тебе воду, еду, инъекции ты сам в состоянии сделать, пилюлей не подавишься. Мне потребовалось несколько суток. Кажется. У тебя с чувством времени будут проблемы. А знаешь, я тебе советую, потом, еще разок влезть в костюм. Ощущения непередаваемые. У меня были роскошные галлюцинации. Зато я понял смысл.

– Нет, – протестовал Игорь. – Ни за что.

– Ты захочешь.

– Я не такой сумасшедший, как ты.

– Тебе понравиться, – настаивал Дмитрий.

– Прекрати!

– Я могу испариться.

Дмитрий встал, делая первый шаг к двери, он чуть задержался.

– Нет. Можешь остаться. Все эти лекарства – глупости. Мне нужно выговориться.

– Что ж, сын мой, покайся. Я приму твою исповедь…

***

Лондер мягко положил руки на плечи, сидящей на табурете Ольге.

– От того, что ты будешь на него смотреть, он не очнется раньше, – сказал он.

– Через пару часов он может придти в себя. Надо всем объявить. Мы можем лететь. О, космос. Я должна буду ему сказать, что все умерли, что корабль бросили.

– А у меня есть идея на этот счет. Пусть с ним говорит Эл. Он все сам поймет, как только они глазами встретятся. Он желал, что бы она его спасала. Соглашайся.

– А что и соглашусь. Имею право избавить себя от подобных объяснений.

– Привет. Я могу войти? Я слышал, что тут можно пройти обследование?

Это был один из тройки пилотов. Ольга даже не вспоминала он них. Этот явился первым. Она жестом поманила его.

Это был повод оторваться от Рассела, можно сказать, развеяться. Ольгу интересовало состояние человека, который безропотно выполнял команды на уничтожение. По слухам они трое стали очень эффективными придатками системы.

– Как общее самочувствие? – спросила она.

Пилот присел в кресло для осмотров, дернул плечами вверх-вниз.

– Хорошо.

Он улыбнулся.

– А как вы относитесь к тому, что было с вами?

– Да-а-а, – протянул он с неожиданным удовольствием в голосе. – Заваруха еще та. Такого в Космофлоте не преподают.

– Вы остались довольны заданием и своим наставником? – спросила Ольга.

– Случилось все так, как предупредила капитан. Она и на учениях говорила, что простых и гуманных решений принимать не следует.

– Вы первый пациент в этом кресле, который не испытывает подавленности или угнетенности. Вы не считаете ваше участие в экспедиции ошибкой?

– Нет. Опыт – лучше не бывает.

– А как вы собираетесь служить дальше? В Космофлоте эти методы приведут вас, в лучшем случае, в запасной состав, – предупредила Ольга.

– А я не вернусь в Космофлот. Командор предложила мне статус пилота на этом корабле. Я остаюсь служить под ее командованием.

Ольга от неожиданности плюхнулась на свой стульчик.

– Вы бредите, пилот?

– Доктор? – пилот внимательно и сочувственно посмотрел ей в глаза.

Лондер склонился к нему.

– Капитан Нейбо предложил тебе службу, парень? Тебе и твоим коллегам?

– Да. Этот борт – чудо. Он не повторим.

– А костюм? Вы согласитесь с тем, что этот адский костюм будет вас контролировать? – обреченно спросила Ольга.

– Странно. Я думал, вы знаете. Когда главный пилот преодолел контроль костюма, это передалось и нам. Мы выжили благодаря этой второй коже. У капитана он был поврежден, потому он и пострадал, а мы выжили. Он вас прикрывал, доктор. Наверно осмыслить все сразу трудно, да и на тренингах нас учили тому, что не следует сразу предаваться анализу. Капитан очень точно объяснила нам перед началом экспедиции, что от нас требует абсолютное повиновение. Тогда со временем контроль прекратиться, кожа приведет нас к разумному контакту друг с другом и никто не пострадает, что от наших действий будет зависеть выживание обеих групп. Я никого не ощущал так остро, как моих товарищей, а теперь и братьев, я даже чувствовал этих странных пилотов. Всех. У меня немалая полетная практика, ничего более совершенного со мной пока не случалось. Я не придаток корабля, я часть его разума. Раньше я не мог понять командора Эл, когда она говорила, что летаем не мы, а наш разум.

– Это ее любимая фраза. Только я не слышала от командора, что она собирается летать дальше на этом чудище. Когда вы получили приглашение?

– Недавно. Мы встретились на базе. Прямо в коридоре. Не мое дело обсуждать старшего по званию. По-моему, этот костюм ее изматывает. Я знаю, вы заняты пациентами, но ей, тоже требуется уход, – он впервые утратил свою уверенность и смутился.

Ольга повернулась к Лондеру.

– Я ничего не понимаю! Этот ужас будет продолжаться? Пилот, – она повернулась к молодому человеку, – у меня просьба. Найдите Димона, пусть он придет сюда. И… И Игоря тоже, в каком бы виде он ни был. Пусть придут оба.

Пилот поспешил уйти.

Ольга сидела на своем месте, у нее начали трястись губы.

– Какой-то мальчишка рассуждает об энергии костюма… Он, оказывается, знает, знал… заранее, – голос ее стал скрипучим. – Их предупредили. А мы как идиоты пытаемся решить эту проблему… Это подло!

Лондер присел в кресло пациента, взял за руку Ольгу.

– Она опять нацепила свою маску?! – глотая слезы, выговорила Ольга.

Лондер не решался ничего говорить.

Он посмотрел на данные снятые с пилота. У него было отличное здоровье, ничего схожего с тем, что он виде у Игоря и Алика.

Дмитрий и Игорь появились довольно быстро. Лондер уступил место Игорю и, не дожидаясь начала разговора, нацепил на него анализаторы. Для его состояния браслета было маловато.

– Ну и как это понимать? – спросил строго Дмитрий. – Мы Рассела потеряли?

– Обрели, – успокоил Лондер. – Ох, ребятки. Если Эл в ближайшее время не прояснит ситуацию, вы ей голову проломите. Я найду ее и скажу, что Рассел скоро проснется и что ваши умы нельзя оставлять без внимания.

Лондер ушел, а Ольга нервно стала пересказывать историю с пилотом.

– Она машет руками как в былые времена. – Дмитрий предостерегающе указал на Олю. – Трагедия века. Я видел Эл в коридоре без костюма с ее милыми кудряшками на голове. Тебе не приходило в голову, что у пилота остаточный какой-нибудь синдром после костюма?

– Он бодр и здоров, в отличие от вас. От него, – Ольга ткнула пальцем в грудь бледного Игоря.

– Мне больно, – пожаловался он.

Ольга бросила взгляд на экраны с показателями состояния Игоря.

– Лекарства ему помогут не во всем. Тебе нужна другая терапия, – заявила она.

– Так займись, – промурлыкал Дмитрий двусмысленным тоном.

– Заткнись! – фыркнула Ольга.

– Ты осматривала Эл? – вопрос Игоря показался Ольге своевременным и конструктивным.

– Нет. Ею занимается Лондер.

– Старик не выглядел встревоженным. Он что-то знает.

– Да. Он признался. Чужие люди знаю больше, чем мы. Это отвратительно, – возмутилась Ольга.

– Задай еще умный вопрос, – попросил Дмитрий Игоря и положил ладонь ему на голову. – Для дохлятика ты отлично мыслишь.

– Я предлагаю продолжить наше обсуждение. Пилот нас отвлек. Оля, как ты думаешь, какой механизм мог взорвать колонию?

– Зачем это обсуждать? – простонала Оля. – Эл собирается стать Нейбо! Вот что важно.

– Это связанные вещи? – с раздражением и упорством настаивал Игорь. – Я хочу понять, кто виноват? Мы причастны к взрыву колонии или нет?

– Мы? – удивилась Ольга.

– Ты заметила. Я помню, что было что-то в твоем поведении. Ты должна была понять.

– Да. Изменился цвет облаков. Я и Ника летали вниз. На поверхности планеты была вулканическая активность, а в атмосфере видимо происходили изменения. Газы стали, как это точно, энерго-насыщенными. В фазе взрыва. Перевозбуждение атмосферы… А мы тут при чем?

– Колония была построена на планете в фазе коллапса. Взрыв должен был произойти естественным путем. Колонисты должны были знать об этом. Источники энергии колонии ускоряли процесс, но он длился бы еще месяцы, даже год. А произошло все за часы. Это искусственный взрыв.

– Люди, вы так до чертиков договоритесь, – возразил Дмитрий. – У пиратов куча технологий. Климатическая катастрофа – это не новость.

– Если бы узнать, что там осталось. Астероиды, пыль, плазматические остатки, – предполагал Игорь.

– Плазмоид! Мы недосчитались одного – телохранителя Нейбо, – напомнила Ольга.

– Двоих. Капитана Торна тоже нет, – поправил Дмитрий.

– Он мог улететь, когда мы собирались? – спросил Игорь.

– Он просто исчез, – сказала Ольга.

– Он оставался на базе? – спросил Дмитрий.

– Да не осталось никакой базы. Тут было такое светопреставление. Нас накрыло зарево. Очень красивое зеленое зарево. Оно все тут поглотило. Я, лично, очнулась уже в колони. И о капитане Торне не вспоминала до этого момента. И об Эл я тоже не вспоминала до какого-то момента.

– Оль, сделай что-нибудь, – попросил Дмитрий, указывая на изможденного Игоря.

– Да. Оставайся в кресле. Тебе нужен сон. Много сна.

– Я не могу спать, – признался Игорь. – Мне сниться… Я убиваю всех, кто мне попадается.

– Я дам тебе снотворное. Останешься тут.

– Оленька, – позвал ее Дмитрий. – Вон тот экранчик показывает, что Курк очнулся.

Ольга посмотрела сквозь энергетическую завесу. Пальцы Рассела дергались.

– Он проверяет, жив ли. Я тоже так делал. Пальцы. Руки, ноги, – обрадовано сказал Дмитрий. – Глаза не открывает. Боится.

– Позови Эл. Я усыплю Игоря. Ему лучше не общаться с ней.

– Идет.

– Ты знаешь, где она?

– Ко мне почти сразу вернулись мои ощущения. Да, я знаю, что она топает сюда по коридору. Я уйду. И тебе советую.

Игорь закатил глаза, его тело беспомощно замерло в кресле.

– Спит, – констатировал Ольга. – Не хочу ее видеть. Есть другой выход.

Эл вошла в бокс, огляделась. Обессиленный Игорь спал в кресле для осмотров. Эл подошла к нему.

– Что, бросили тебя? Поспешили удрать.

Она подошла к терминалу.

– Кресло в жесткий режим, – скомандовала она. – Программа "отдых". Действие снотворного отменить.

Кресло вытянулось в прямой топчан. Игорь тут же повернулся на бок.

– Я одна знаю, что он не любит спать на спине? – Эл нашла покрывало и набросила на спящего. – Отдыхай, умница.

Она встала у энергетического экрана и посмотрела на Рассела.

– Может быть, зрение к тебе придет не сразу, а слух должен быть в норме. Привет, Рассел, с пробуждением. Купол в локальный режим.

Энергетическая стенка исчезла, а вокруг Курка заискрился приятного глазу голубого цвета купол.

– Изнутри выглядит как небо летом, – сказала она, присаживаясь в допустимой близости от Рассела.

– Твой голос, – прохрипел Рассел. – Эл.

– Рада, что ты жив.

– Экипаж.

– Все мертвы. Ты один.

– Почему?

– В мои планы не входило всех спасать. Увы, тебе придется жить с этими переживаниями дальше.

– Глупый поступок.

– Не-а. Ты купился на чью-то уловку. Тобой манипулировали.

– Ты предупреждала.

– Я предупреждала о другом, чтобы ты в буферную зону не совался. Здесь не место для землян. Мы здесь – лишние.

– Сколько ты заплатила?

– Почти все, что у меня было.

Рассел, наконец, открыл глаза. Купол над его головой действительно был небесно голубым, тонким. Через него он различил силуэт лица, словно беседовал с небожителем.

– Я твой раб. Так кажется.

– А зрение-то в норме. Ты Оле теперь по гроб жизни обязан. Это она тебя достала. Сама. В одиночку.

– Оля? Трусиха наша?

– Она теперь не трусиха. Я с ней встретиться боюсь. Она бушует, как торнадо.

– Выкупом не обошлось, – заключил Рассел.

– Как сказал бы Дмитрий, для потенциального трупа ты отлично мыслишь.

– Да именно так бы он и сказал, – услышала Эл дрожащий голос Игоря.

– Что? Не спиться? Кошмары?

– А я слышал, что ты ходишь в черном, капитан, – сказал он, глядя на улыбку Эл.

– Да глупости болтают.

– Привет, – сказал ему Рассел.

– Привет. Спасибо, что выжил, – поприветствовал Игорь.

– Что за кошмар? – спросила Эл.

– Сорок два на этот раз, – сказал Игорь.

– М-м-м. Ступай-ка ты на другой борт, надень костюм и побудь в нем. Ты не Димка, чтобы на себе кожу рвать. Тебе другой способ нужен.

– Что это изменит?

– Тебя.

– Я не хочу.

Эл махнула рукой.

– Когда дойдешь до второй сотни трупов, тебе и так полегчает, только не просыпайся сразу.

– Я сейчас уйду отсюда. Но ты обещала, – Игорь, покачиваясь, как пьяный, ткнул в нее пальцем. – Ты обещала, что выслушаешь нас. Когда?

– Час. Я тут пробуду час. А потом мы встречаемся на головном судне в главном модуле. И не удивляйся, там будут все.

Игорь побрел прочь.

– Я не в том состоянии, чтобы допрашивать тебя, – с трудом выговорил Рассел длинную фразу.

– Вот поправишься, тогда я тебе и расскажу. А сейчас давай не будем говорить о делах. Знаешь, что самое замечательное в первом пробуждении? Что жизнь безгранична и бесконечна, что она не прекращается ни на мгновение…

– Я давно не умирал, Эл, со времен Уэст.

– Зато у меня есть некоторый опыт в этой области. Я помогу тебе прийти в себя. У нас час.

– Ты позволишь экипажу устроить тебе трепку?

– Хм. Я не девочка, чтобы меня отчитывали. Давай займемся твоим здоровьем.

– Я подслушал. Алик в коме. Ему помоги.

– Не могу сейчас помочь. На него у меня не хватит сил.

– Я экземпляр более мелкого калибра?

Рассел улыбнулся как смог.

– Что я в тебе особенно люблю, так это твою догадливость.

– Ты можешь лечить?

– Однажды, я вылечила слепую девушку.

– Почему не предложишь Ольге помощь?

– Она на данный момент меня ненавидит. Моя помощь будет секретной.

– Что мне делать? – спросил Курк.

– Помолчать, прежде всего. Лежи. Дыши ровно. Я возьму тебя за руку.

Глава 13

Экипаж собирался медленно. В головном зале корабля на овальной в сечении тумбе седела Эл. Ноги ее не доставали до пола, она болтала ими время от времени и каблуки ее летных ботинок цокали по стенке, издавая мягкий, приятный на слух звук. Тумба недавно служила рабочим местом для Лены, на нем она держала свой навигатор, а теперь вынуждена была держать его в руках.

Эл была одета в обычную летную форму, просторную, без регалий и знаков флота.

Лена и трое пилотов пришли первыми. Штурман прочла торжество во взгляде командора, она встретила их приветливо. Лена никак не могла вспомнить, какой видела Эл в последний раз. Она плохо помнила последнюю встречу с экипажем. Смутно. Давно. Прошло по земным меркам не более недели. События теснились в ее памяти, поэтому она посмотрела на Эл "свежим" взглядом. Эл будто все равно, что видавшие виды ветераны ее экипажа говорят о ней сквозь зубы, что капитан в коме. Все живы и задачу они выполнили. Это верно. Только разговоры о цене предприятия будоражили всех.

Лена перед встречей поделилась соображениями с пилотами. Их симпатии оказались на стороне Эл. Троица считала, что командор вела себя согласно ситуации, что они не имеют понятия о действиях другой группы, но когда Дмитрий стал вести себя странно, то и корабль управлялся не слишком верно, а значит, пилот ошибался. Лена впервые иначе оценила ситуацию, когда Дмитрий не стал портить костюм капитана.

– Вам нужны мои поздравления? – спросила Эл у молодой части экипажа.

Один из пилотов подошел к ней и протянул руку.

– Когда-то вы сказали, командор, что пожмете нам руки, если мы выживем в первой военной операции. Обещание еще действует?

Эл в ответ обхватила его кисть обеими руками.

– Конечно. Я горжусь вами. Все-таки, я имею право считать вас своими учениками.

Двое других пилотов, последовали примеру своего товарища.

Лена подумала и тоже подошла. Эл вдруг соскочила с тумбы и обняла ее. Лена вздрогнула от неожиданности.

– Ее тоже благодарите, – призвала Эл, – она провела вас самым нужным курсом. Жаль, что мои рекомендации в Космофлот испортят тебе карьеру, а то бы я большими буквами написала, что ты хороший штурман, Лена Бересова.

– Я рада вернуться на Землю, – сказала Лена.

– Ты не останешься здесь штурманом? – удивились пилоты.

– А ей не предлагался этот вариант. Зато. – Эл подняла палец к потолку. – Как на счет учебы в Галактическом флоте?

– Потом, как-нибудь, – вздохнула штурман.

– Предложение всегда в силе, – заверила Эл.

– Командор, может быть нам уйти, – предложил пилот. – В предстоящей беседе будет много личного, наше присутствие не слишком уместно.

– Нет, ребята, вы остаетесь. Дело серьезное. Я действительно хочу, чтобы вы были здесь. Моих друзей ваше присутствие не смутит, они слишком сильно хотят высказаться. Тут есть, где сесть, так что устраивайтесь.

– А можно вопрос? Почему вы выбрали нас троих? – спросил другой пилот.

– Потому что вы самые бесшабашные и не боитесь умереть, – сказала Эл серьезно, потом улыбнулась. – Я шучу. Этот корабль требовал обкатки на землянах. Вы могли быть не самыми лучшими в ваших пилотажных группах, но вы подходили под этот корабль.

– А как он называется этот корабль? Я тут подумал, что мы не знаем имени того, на чем летаем, – поинтересовался третий.

– "Дождевая бабочка", – ответила Эл.

Молчание стало ответом.

– Слишком красиво для таких убийственных функций, – первой проговорила Лена.

– Это аллегория. Буквально истинное название корабля не переводиться на земной или галактический языки. Так назывался прототип. Он был создан цивилизацией, которая, наблюдая за хищником со своей планеты, взяла чисто природную идею для технического решения. В свое время мне удалось переработать его для землян.

– Но зачем?

– Это превосходство. Он дает превосходство. То к чему так упорно стремилась наша цивилизация. Необходимое превосходство. Но об этом я продолжу говорить, когда все соберутся. Если меня сегодня вообще выслушают.

Эл посмотрела за спины, все рефлекторно оглянулись, в зале было пусто. Остальные члены команды опаздывали.

– Они придут, – успокоила Эл.

Эл опять устроилась на своей тумбе и пригласила жестом найти удобные для беседы места.

Они сели близко друг от друга, их отдаленность от остальных, подчеркнутая изначально, сделала четверку сплоченной.

– А почему штурман была без костюма? – поинтересовался один из пилотов.

– А это самое трудное. Поскольку результат воздействия не был определен, то один из команды должен был оставаться нейтральным. Реакция, усиленная костюмом, отличалась от реакции простого землянина. Нужно было проверить совместимость включенных в систему элементов и элементов вне системы. Лена пустила на борт Дмитрия, так как его костюм был уничтожен. Однако, система знала его до контакта с костюмом. Это, как раз, запасной вариант. Но на этот случай были и другие дублирующие механизмы. Капитан спал, когда Дмитрий и Лена решились повредить его костюм. Система тут же разбудила Алика. Он не подал виду, но слышит их. Прости Лена, но на случай твоего срыва, ошибки, элемента непредсказуемого поведения в навигаторе содержались специальные программы, которые управляют кораблем без твоего участия. Ты догадалась в самом конце. С человеком или без человека корабль сам в состоянии собой управлять. У корабля был приоритет – спасать жизнь экипажа. Если бы вероятность поражения была бы высока, скажем процентов семьдесят, то корабль просто исчез бы из опасной зоны целиком или частями.

– А какой приказ был у капитана? Я слышал фразу, что он нарушил приказ, – напомнил пилот.

– Приказ был один: не покидать корабль, ни при каких условиях.

Эл вздохнула.

Лена потупилась. Она, как Лондер, ощущала свою причастность к ошибке капитана. Она много раз прокручивала в голове ту ситуацию, когда Дмитрий навис над капитаном. Интуитивно пилот догадался, что действует неверно, и оставил капитана в покое, а она упрямо продолжала верить, что костюм ему вредит.

– Выходит, что действие костюма не следовало преодолевать? – спросила она.

– Не знаю, – призналась Эл. – Для обычного человека с обычными реакциями вроде вас, его влияние благотворно. Но мои друзья – люди не совсем обычные. Тут можно затеять целое исследование, правда, в мои дальнейшие планы оно не входит.

На счет необычных людей Лена бы согласилась.

Эл хотела что-то добавить, но умолкла. В зал впорхнула Ника.

– Привет, – сказала она всем и никому конкретно. – Меня берут на совет?

Эл протянула руку в ее сторону, подзывая девочку. Ника подошла с видом виноватым. Она встала возле Эл, а потом к удивлению всех обняла Эл за шею.

– Я – олух, – заявила она.

– Хм. Да, ладно. Все вы хороши. Никто не догадался. Даже про взрыв с подсказкой додумались. Старая гвардия, тоже мне. А где они?

– Они совещаются, – вздохнула Ника.

– Зови.

– Вот прямо сбегать?

– Сбегать, – кивнула Эл.

– А может Дим… Дмитрию мысль?

– Сбегать.

Ника так же порывисто выпорхнула из зала.

Эл осмотрела молодежь, ерзавшую на своих местах.

– У меня будет просьба. Вам важно знать ту информацию, которая тут прозвучит. Только не вмешивайтесь в разговор. Ваша защита мне не потребуется. И еще. Экипаж распущен. Вы привыкли, что в Космофлоте действия капитана или командора нижестоящие чины не обсуждают. В нашем случае они имеют право на критику. Я обещала, во-первых, я их обманула, во-вторых. Пусть шумят. Имеют право. Они не мой экипаж, они мои друзья. Они пошли за мной, потому что слепо верили в мое благородство, а благородства тут как раз не было. Наблюдайте и ждите развязки. Если кто-то в последствии откажется остаться на этом корабле, никакого нарушения данного слова здесь не будет, а такое желание у вас обязательно возникнет.

Пилоты удивились, а Лена застыла в напряжении.

В зал скоро медленно начали входить остальные, кроме Алика. Приветствий не было. Лондер первым нашел себе место и сел ближе всех к Эл. Он посмотрела на нее и, как бы утешая, кивнул, Эл чуть улыбнулась ему и закусила губу. Она следила понемногу за каждым. Она опять постукивала каблуками по тумбе, цокающие звуки, похожие на потрескивание будто бы разряжали атмосферу в зале.

Стало тесно. Дмитрий по-хозяйски растолкал по периметру зала три управляющие капсулы и сел прямо на пол, опираясь спиной на свою пилотажную. Он был в безрукавке, на кисти у него болтался медицинский браслет, а на шее портативный прибор связи в виде кольца. Перед приходом сюда он проверял, что творилось на информационных каналах буферной зоны. Там был жуткий гвалт. О возвращении капитана Нейбо трезвонили повсеместно. Совет колоний не требовал его смерти. Ничего такого. Ему не ставили в вину разгром баз, взрыв колонии. К ужасу пилота, без всякого намека на понятную ему логику, пираты хотели возвести капитана Нейбо обратно в ранг правителя. Волосы на затылке шевелились. Он старался на Эл не смотреть. Он очень хотел бы бурно озвучить свое мнение об этой операции, но кожей чувствовал, что если поднимет волну возмущения, то Эл может принять предложение конфедерации. Тогда ему полагалось бы последовать за ней, а себя в качестве телохранителя капитана Нейбо он вообще не представлял. Он один раз бросил на ее беглый взгляд и потупился.

Игорь выглядел немного отдохнувшим. В груди не утихла та жгучая боль, которая терзала его весь период от возвращения на борт до этой встречи. Он знал, что сколь резко они не обвинили бы Эл, таким путем ему душу не облегчить. Ему было тяжело и противно, спорить он не хотел. Его вполне устроил бы рассказ Эл о причинах своих поступков, а причины должны быть. Только их он хотел знать. Ни обвинений, ни оправданий он слышать не хотел.

На Эл в упор смотрела только Ольга. Она искала в ее лице раскаяние, хоть намек на сожаление, но лицо напротив оставалось каким-то противно умиротворенным и поэтому не слишком живым. Ольга заметила налет усталости во взгляде Эл.

Последней появилась Ника, на этот раз она смиренно села среди молодой части экипажа и, поджав губы, посмотрела на Эл. Дело в том, что половина секретов была ей известна. Так Ника думала. Она желала бы выступить в защиту воспитательницы, только Эл не призовет ее на помощь. А Нике так хотелась продемонстрировать остальным свою догадливость и осведомленность. Она по улыбке Эл, адресованной ей, догадалась, что шанса у нее не будет.

Эл перестала цокать каблуками о тумбу и в зале воцарилась полная тишина. Она не ждала, кто взорвется первым, она ожидала момента, когда все поднимут глаза и посмотрят на нее. Она дождалась, когда последний из них вопросительно посмотрит. Она несколько раз встретилась глазами с каждым.