Текст книги "Там, где только прошлое Книга 8"

Автор книги: Майя Малиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

Глава 3

Дмитрий был прав, когда не поверил в безмятежное состояние Эл. Дома, среди суеты двадцатого века, шумных улиц, бегущих людей и житейских неурядиц Эл впадала в состояние отчужденности, и поэтому ее не захлестывал общий для всех поток суеты. Ничего в этой жизни не было, что могло бы ее удивить или расстроить. Не было прежней чувствительности, способностей, память прочно удержала жизнь рядом с владыкой, и еще более дальнее прошлое. Эл ни от чего не хотелось избавляться, все имело свою ценность, свое место, свое время. Суета обыденной жизни двадцатого века потому не касалась ее, что она ею не жила, не погружалась в нее, у Эл были иные заботы.

Она обожала бывать дома и следить, как ее приемная семья живет, казалось бы, скучной жизнью. Эл в этом видела особую гамму, особую мелодию, как сказал бы Игорь. Она смотрела на них с отстраненной улыбкой мудреца, однажды освобожденного от суеты опытом души. То, что имело ценность для них, уже не имело ценности для нее. Эл просто жила среди их забот, не принимая их так же серьезно, как они, помогая по мере надобности, не стремясь решить за них их жизненные задачи. Ее невозмутимость и равновесие создавали то особое пространство, о котором говорил Алик. Она хранила спокойствие и ненапряженную готовность к чему угодно.

Примерно в том же состоянии она жила и в будущем. Контракт с Космофлотом, сроком на год, позволил Эл немного вжиться в роль землянина. Она не заботилась о том, чтобы развенчать большинство выдумок о себе, не скрывала пиратский опыт и военные навыки, которые после миров владыки оказались не утраченными, почему бы не пользоваться ими, если в них была нужда.

Когда разговоры касались прошлого и ей намекали на то, что оно не чисто, она ничего не возражала, признавая за собеседником право так считать.

Едва ли мнение о ней сильно изменилось за этот год, ей ни разу не предложили назначения. Галактис также хранил молчание. Роль пилотажного инструктора устраивала Эл вполне. Год истечет и не станет повода удерживать ее. Потом непременно что-нибудь да произойдет, если не произойдет, то к лучшему. Эл считала, что заслужила отдых.

Третья фаза полетов завершилась. После проводов последней группы Эл вернулась на Землю. Она жила на острове Тома, приглашая в гости всех, кто пытался с ней сблизиться вновь. Визиты были делом обычным. После каждого возвращения ее кто-нибудь ждал.

На этот раз появился Игорь. Он сидел на перилах веранды и качал босыми ногами, привычка осталась жива с юности.

Эл в мощном костюме для орбитальных полетов, шла по тропе к дому и помахала ему издали рукой.

– Сейчас, – сказала она без приветствия, поравнявшись с ним, поднимаясь по скрипучим ступеням веранды. – Только переоденусь.

Эл появилась в дверях в легкой домашней одежде, с двумя стаканами молока.

– Будешь? – предложила она Игорю.

– Нет. Ты же выпьешь оба. Как полеты?

– Хорошо. – Она залпом осушила половину стакана. – Все. Кончились полеты. Нику не видел?

– Нет.

– У Лондера торчит, – сказала Эл, примешав слово из прошлого.

Игорь не понял именно это слово.

– Что? – переспросил он.

– Она у Лондера, – пояснила Эл. – Ты тут давно?

– С полудня.

– Я задержалась. Как узнали, что семинар последний и полеты тоже, так и завалили вопросами, некоторые из старых составов появились. Три часа объяснялась, охрипла совсем.

Эл покашляла.

– Не жалко бросать обучение? Трудно?

– Нет. Трудно не мне. Человеческое сознание еще не приспособлено к катерам такого класса. Полдела скопировать пиратский катер. Для тех, кто привык к коллективным полетам, индивидуализм в новинку. Они оказываются после скачка в незнакомом районе, не группой, а в одиночку, без страхующих товарищей, без прикрытия, без оперативных служб. Вот тут, один на один с буферной зоной и начинает вылезать коллективная академическая подготовка. Пилот не может взять в толк, что должен, просто должен быть один. Стереотипы. Они стараются прыгать группой. Забавно, когда оказываются в разных местах. Пираты использовали группы пилотов с телепатической связью, а нашим это недоступно. Я посвятила этому явлению не один день, результатов не добилась. Кураторы сделали мне замечание, что я развиваю в пилотах эгоцентризм. Да, кажется так.

– И что ты ответила?

– Что взять с пирата. Я их послала полетать в буферной зоне.

– Ты провела занятие для кураторов? В буферной зоне? Кто тебя туда допустил? Они не пилоты, они контролем сознания занимаются.

– Нет, в буферную зону меня не пустили бы, даже если война опять начнется. – Эл засмеялась. – Выражаясь проще, я в словесной форме отправила их куда подальше.

– Куда? Эл, ты странно себя ведешь. Ты выругалась.

Эл кивнула.

– Мы давненько не общались, – вздохнула она.

Он посмотрел на нее серьезно. Эл смотрела на океан усталым взглядом человека, который сделал все что мог. Она время от времени отпивала молоко сразу из двух стаканов по очереди. Один почти опустел.

– А что потом? – спросил он.

– Тебе бы не в мои дела вникать, а собой заняться. Ты вялый. Тебя тяготит обыденность, – произнесла она нараспев.

– Ты уже год тут. И будто бы ничего не происходит.

Эл улыбнулась.

– Ни катастроф, ни войны, ничего, что со мной ассоциируется.

– Я так не думал, – заверил Игорь. – Ты изменилась. Привыкнуть не могу. Я хотел тебя повидать, вот и прилетел. Я вчера дал концерт. Последний концерт, посвященный войне, и зарекся ничего такого больше не сочинять.

– Как симфония?

– Не спрашивай. Застрял. Эл, да что же это такое? У меня кризис. Хочется сесть в катер и разбить его.

– Ты не перевел жизнь в другое русло. Это трудно.

– Я знал, что ты поймешь.

– Я знаю двух людей, которые тебя реанимируют. Это я и Оля. Выбирай.

На лице Игоря сначала возникло недоумение, потом решимость.

– Я выбираю тебя.

– Значит, Ольгу с собой не зовем? – спросила Эл хитро.

– Куда?

– Хочу слетать в одно место. Олю не приглашала, хотела с тобой посоветоваться.

– Мы – одна команда.

– Ты, я и Оля – да. Ты и Оля – команда?

– Ты о чем, Эл? Не пойму.

В ответ она еще шире улыбнулась.

– Нет. Ты понимаешь, друг мой.

– Эл, мне действительно непонятно.

Лицо Эл стало похоже на одну большую улыбку, она намеренно оскалила зубы.

– Ты от кого пытаешься прятаться? Димку на тебя натравить, что ли. Он не откажется.

– Мы увидим Димона? – удился Игорь. – Мы снова будем вместе? Эл!

Она слабо закивала головой.

– Я попытаюсь.

Игорь от волнения сделал глубокий вдох.

– Наконец-то. Тебе наскучила обыденность.

– Ничуть. Это вам она наскучила. Попробую вас развлечь. Пойду, свяжусь с Ольгой.

– У нее отпуск с завтрашнего дня. Она хотела заняться своей научной теорией.

– Потом займется.

Эл ушла в дом, а Игорь подумал об откровенном намеке Эл. Она навела справки. Странно, что Эл, деликатная в подобных вопросах, так открыто подтрунивала над ним. Почему? Он не сердился, но вспоминать о прошлой неудаче в отношениях с Ольгой не хотел, особенно обсуждать это с кем-то из друзей. Он рассчитывал, что Эл больше не затеет подобного разговора.

– Она летит сюда, – сообщила с порога Эл. – Уже избавила Лондера от хватки Ники, они будут здесь обе.

– Эл, ты устала, наверняка. Отдыхай. Я встречу их.

– Они не тебя хотели видеть. Я их подожду.

– Куда мы летим?

– Не скажу.

– Эл, ты странная.

– Ты нервничаешь, проецируешь свое угнетенное состояние на меня, а я не нахожу в моей нынешней жизни поводов для уныния. Мне тут в кайф.

– Что было последним? – опять не понял он.

– Хорошо мне.

Эл зевнула, отошла от него и уселась на ступеньках, на то самое место, где любил сидеть ее воспитатель Том. И поза была похожа. Игорь подумал, что она вспоминает его, поэтому копирует его манеры. Он опять залез на перила, и они замолчали.

Жара спала, с океана повеяло свежестью.

Молчание не тяготило Эл, она всматривалась в горизонт и думала о своем, а Игорь ерзал на перилах, от чего они временами скрипели.

– Будет шторм, – проговорила Эл.

Игорь подумал, что она определила погоду по системе климатконроля, а потом предпочел думать, что Эл сама в состоянии предсказывать ненастье, ведь она знает эти места.

Шум приближающегося катера стал для него долгожданным, потому что он извелся, ожидая хоть какого-то движения от Эл. Она все сидела и сидела. Затеять разговор он не решился, поскольку она и так говорила полдня.

– Пойдем встречать? – предложил он.

– Не-а. Сами придут.

Подобное равнодушие удивило его. Он не мог взять в толк, что Эл слишком устала, чтобы совершать какие-либо телодвижения.

– Загораете? – спросила Ника, пыхтя, приближаясь к ним.

Вот у кого энергии было хоть отбавляй. Она подталкивала грузовой контейнер впереди себя, а поскольку поверхность под ногами не была ровной, он никак не мог двигаться быстрее, и Ника толкала его вперед.

– Хоть бы встретили, – посетовала она.

– Привет, – сказала Эл. – Олин груз?

– Да. Она тут отпуск проведет, – ответила Ника. – Ох, тяжела наука.

Контейнер плюхнулся на песок перед крыльцом. Ольга неспешно подошла последней, посмотрела на контейнер, потом на Эл.

– Привет. Куда это?

Эл пожала плечами.

– Твой груз. Устраивай, как хочешь.

– Можно я займу хижину на другом берегу? Хочу поработать в одиночестве.

– Не получится. Мы завтра улетаем, если твои дела неотложные, то мы с Игорем обойдемся без тебя, – сказала Эл, не меняя позы и выражения лица.

– Нет. Дела не срочные. Куда летим?

– Она не скажет. Привет всем, – ожил Игорь.

– А я? – возмутилась Ника. – Вы летите без меня?

– Пока да. Я забираю Геликс, – сообщила Эл.

– Ага, вы летите куда-то на моем корабле, без меня, – фыркнула Ника.

– Корабль мой, точнее Галактиса, – возразила Эл. – Ты не все тесты прошла, мадам. Космонавигация трудная для тебя дисциплина?

Ника потупилась.

– Я не буду штурманом. Мне это не интересно. Мне не хотелось готовиться.

– Она не может перевести галактические координаты в земные, – поправил Игорь. – Я же предлагал помощь.

– Всего-то? – Эл подняла брови. Ника насупилась. – Как ребенок, ей богу.

Она встала со своего места и поманила Нику за собой в дом.

– Тащи карты. Помогу.

Эл ушла. Ника постояла немного.

– Зачем мне! – возмутилась она громко.

– Твое дело. Ты все равно никуда не полетишь. Дело решенное, – раздался изнутри дома голос Эл.

Ника умоляюще посмотрела на Игоря и Олю, не найдя сочувствия в лицах, она послушно пошла в дом.

Ольга обошла контейнер, решая как с ним поступить, если он вдруг стал не нужен.

– У Эл завидное терпение. Она буквально дрессирует ее. Действительно, зачем ей навигация? – спросила она.

– Затем же, зачем и тебе. Если Ника окажется без нас и Геликса в космосе, то она, скорее всего, погибнет, – сказал Игорь. – Опять же, это элемент воспитания.

– Я все слышу! – раздался голос Ники.

– А я для тебя и говорю! – выкрикнул в ответ Игорь. Он дал выход скопившемуся раздражению. – Эл не мы, нянчиться не станет. Хочешь быть рядом – трудись.

– Бе-бе-бе-бе-бе, – передразнивала Ника.

– Угомонись. Летать на орбите заставлю, – строгий голос Эл вызвал минутную тишину как внутри, так и снаружи дома.

– Строга-а-а, – протянул Игорь.

Эл выглянула в дверь.

– Погуляйте вы двое, а.

– Пойдем, – позвала Ольга Игоря. – У нее не хватит сил на нее и на нас.

Вечер был замечательный, Ольга наблюдала за Игорем, подметив его напряжение и мрачность. Они вышли на береговую полосу, прошлись шагов двести, Оля посмотрела на него снова.

– Ты что хмурый? Как можно в таком раю.

– Я не хмурый.

– Ты сердитый.

– Немного. Я долго ждал Эл, она прилетела поздно, вот и скопилось в душе от ожидания.

– Она опоздала? Случилось что-то? – встревожилась Ольга.

– Нет. У нее были последние учения сегодня. Обсуждение затянулось.

– Последние? Уже? Я совсем забыла. Как время быстро прошло.

– Ты, как обычно, все забываешь за работой.

– А ты, как обычно, хандришь из-за своего творческого кризиса. Занялся бы чем-нибудь другим.

– Не могу. Мне трудно. Как вы живете в спокойно обстановке? Я поражаюсь на Эл, она весь год пробыла тут или в прошлом, или летала, но она словно по течению плывет. С удовольствием.

– Просто нам, женщинам, удобно в спокойной атмосфере. Эл заядлый островитянин, что в этом дурного. У нее есть дом, место, где уютно и легко. А куда мы летим?

– Не знаю.

– Не сказала? Сюрприз. Нику не берет. Интересно.

Он не мог поддержать этот разговор, потому что не хотел говорить об обыденных делах, о работе, о музыке. Ему хотелось чего-то возвышенного, чего ни Ольга, ни теперешняя Эл не могли ему дать.

Ольге тоже захотелось побыть одной. Самое время искупаться.

– Ты тут побудь, а я искупаюсь там, в глубине острова. Эл поставила опреснитель, так что там два метра пресной воды. Красота.

Игорь проводил ее взглядом, вздохнул, вспоминая, как Эл подсмеивалась над его чувствами. Потом опять погрузился в размышления о том, что "крылья за спиной" уже не растут. Он шел все дальше, без намерения обойти остров кругом, но, сам того не заметив, забрел далеко, так что ближе было идти вперед, чтобы попасть к дому.

Ника выскочила из кустарника, подошла к нему, пошла рядом.

– Поговори с Эл. Я хочу с вами, – заискивающе заговорила она.

– Я в воспитательный процесс не вмешиваюсь. Как с навигацией? Эл объяснила?

Ника прорычала коротко, потом заговорила.

– Объяснила и тут же заснула. Спит в кресле. Я слиняла, не стала ее будить.

– Что ты сделала?

– Это слово такое, Эл употребляет всякие словечки, как это. Слинять. Свинтить. Исчезнуть. Уйти.

– Я иногда ее не понимаю. Тебе проще. Не узнала у Эл, куда мы летим?

– Я не спрашивала.

– Будто тебе нужно спрашивать.

– Нет. Я с Эл таких трюков не делаю. Мне неловко, все равно, что ребенка обидеть.

– У-у-у, да у тебя появились принципы.

– Они и были, – возразила Ника.

– Как с навигацией? Понятно или помочь?

– Тьфу, занудство.

– Всего-то запомнить двенадцать констант и таблицу поправок. Что не так? Ты же не глупая.

– Меня не надо заставлять делать то, что я принимаю как перспективное знание, а это мне не пригодиться.

– Ты это в небесных прорицаниях прочла?

– Я не вижу будущего. Я могу предугадать короткую цепь событий.

– Интеллектуальная подвижность еще никому не вредила. Тренируй ум.

– Хватит меня воспитывать. Ты ворчишь, потому что настроение плохое. Оля купается, составил бы ей компанию.

– Она не звала меня с собой. Наоборот.

– Она тебя стесняется.

– Я знаю. Я с тобой личные отношения обсуждать не буду.

– Очень мне нужны такие обсуждения. Как думаешь, если я сейчас сгоняю на материк, тест сдам, она меня возьмет?

– Нет. У Эл какие-то планы, тебе придется подождать.

– Я не ребенок.

– Не спорю.

– Тогда почему?

– Я не знаю. Иди к Ольге приставай с расспросами.

– Я уже, она послала меня к тебе. Эл дрыхнет, а вам до меня дела нет. Уйду я от вас.

– Дрыхнет, это из той же категории, что слинять? А со сдачей теста затея удачная. Эл будет рада.

Ника вздохнула, добиться поддержки ей не удалось, а поэтому придется все же сдать зловредный тест.

Они добрались до дома в темноте. Ольга сидела в гостиной одна, с ногами забравшись в просторное кресло, погруженная в задумчивость.

– Я отправила Эл спать. Хотите, поболтаем?

– Я иду учить константы, – пробормотала Ника, – разговаривайте без меня, бездельники.

Ника тихонько кралась вниз, в рабочие комнаты под домом.

– Как Эл умудрилась сохранить авторитет. Это чудо, что Ника ей подчиняется, – сказал Игорь.

– Лучше при Нике подобную тему не обсуждать, – предостерегла Ольга. – Со способностями или без них Эл может научить ее человеческому образу жизни.

Игорь пожал плечами.

– А она и раньше от человека не отличалась. Только разве что в ярости. У меня нет одежды для полетов, – вспомнил он.

– Здесь поищи, ты же не в официальный рейс, так прогуляться.

Спокойствие Ольги удивило его, она равнодушно ждала полета. Эл выспится и даст команду собираться. Оля продолжала сидеть, а раньше, непременно суетилась бы, составляла список, перекладывала свои мелочи.

– Ты устала? – спросил он.

– Нет. Тут хорошо. Я слушаю шум волн, звуки ночи. Мне уютно.

– А когда ты будешь собираться?

– А, ты об этом. Что-то мне подсказывает, что сборы излишни. Эл нас удивит.

Он задержал взгляд на Олиной фигуре, свернувшейся в кресле, на ее изящный формах. Защемило в груди, зашевелилось чувство, которое он скрывал от нее за дружеским отношением. Если бы не слова Эл сегодня, он не заострил бы внимание на Ольге, вел бы себя обычно, как уже привык, а теперь не мог быть долго рядом. Он решил слетать на материк, якобы за одеждой для полета. Ника полетела с ним сдавать тест.

Глава 4

Геликс поддерживал интересную и содержательную беседу весь путь, в дискуссию были вовлечены все. Речь шла об исследованиях речевых особенностей сходных цивилизаций. Каждый знал, как минимум три языка, поэтому тема оказалась интересна всем. Эл вела себя менее оживленно, чем друзья, но доводы приводила веские, как знаток не только особенностей языка, но цивилизаций-носителей. Игорь, как хороший аналитик подметил, что Эл пользуется каким-то еще опытом, полученным явно после войны. Когда Эл завела речь о музыкальности языка и о музыке, как части цивилизационного потока, Игорь вцепился в тему и оживился настолько, что стал похож на того юношу, который, казалось, умер в нем. Он заподозрил, что Эл о музыкальности знает не понаслышке.

Разговор прервался, когда Геликс сообщил, что готов их высадить. Место, где они оказались, было до боли знакомо.

– Это та самая база, – замирая, сказала Ольга. – Та самая, Эл.

– Да.

Эл пошла по пирсу, придирчиво осматриваясь. Двое друзей неохотно зашагали за ней. Они шли вдоль всех пирсов. Эл пересчитала корабли, запросила полетное расписание. Пока ей не задавали вопросов, Ольга и Игорь следовали за ней как немая свита. Эл рассматривала расписание, что-то прикидывая в уме, потом заключила:

– Геликс шустрый. Рано прилетели. Нам здесь сутки обретаться, пока мы останемся одни.

Двое переглянулись и снова не спросили ничего. Эл тем временем направилась к тому самому пирсу, с которого пропала в прошлый раз. Она шла туда тем же ровным темпом. Ольга встревожилась.

– Эл, – позвала она и разволновалась так, что не могла выговорить ничего.

– Зачем мы здесь? – спросил Игорь.

– Завтра узнаете, – ответила Эл.

– Тут не слишком приятно, – сказал Игорь, то, что не могла высказать Ольга.

Эл посмотрела на Ольгу, подошла и прижала ее к себе.

– Ну, доктор, что дрожишь мелкой дрожью. Я не исчезну. Я тут, – ласково стала успокаивать Эл.

Ольга обняла Эл за талию, чтобы быть уверенной в ее словах. Ее трясло, было неловко перед Эл, однако, справиться с накатившим воспоминанием было сложно. Эл приняла решение, не мучить друзей, увела их с пирса.

Они бродили по базе, переговаривались с прибывшими, среди которых оказался земной экипаж, что было приятно для Ольги и Игоря, но неприятно для Эл, которая под предлогом встречи быстро ушла.

– Что это Эл прячется? – спросила Ольга, когда они шагали к Геликсу, где надеялись застать Эл.

– Это просто. У нее нет разрешения на дальние полеты. Эл без разрешения улетела. Если ее тут идентифицируют, то неприятности обеспечены. Мы тоже хороши, обрадовались совместному путешествию.

Они поднялись на борт. Эл сидела посреди овального зальчика в огромном для нее кресле, с видом бодрым и даже заинтересованным. До их появления она оживленно болтала с Геликсом о чем-то малосущественном, судя по тому, как легко оборвался разговор.

– Ты быстро ушла, – сказал Игорь.

– Не хотела нервировать народ.

– Вот и я о том, у тебя нет разрешения. Так?

– А оно мне нужно? Геликс и я не нуждаемся в разрешении на полеты.

– Эл, ты хочешь сказать, что ушла не из осторожности?

– Я просто ушла. Мою физиономию в академическом зале, только ленивый не видел.

– Почему? Поболтала бы с людьми, – заметила Ольга, соображая, что Игорь прав, а Эл не хочет признаваться.

– О чем? О погоде? – усмехнулась Эл.

Оля задумалась. Эл разговоры не увлекают, говорит она то, что думает, ей все равно предъявят ли претензии по поводу несанкционированного отлета или нет. Равнодушие Эл ко всему окружающему забавляло Ольгу, не вызывая ничего кроме тайного восхищения уверенностью Эл.

Сутки тянулись словно они год сидели на базе. Отсчет велся на отлеты очередного корабля. Терпение Игоря понемногу истекало, в голову лезли неприятные воспоминания.

– Эл, развлеки рассказом, что за человек ушел с тобой отсюда? – спросил он.

– Я все ждала, кто первый сдастся, – улыбнулась Эл. – Тест на любопытство.

– Я должна была спросить первой? – обиделась Ольга.

– Не-а. Он, – Эл указала на Игоря. – Мы с Геликсом угадали.

– Я предложил пари, – заговорил Геликс приятным баритоном. – Но наши воззрения на вопрос оказались идентичными. Эл более точно предсказала время, которое потребуется для того, чтобы напряжение наросло, и прозвучал этот вопрос.

– Вы затеяли состязание! – возмутилась Ольга. – Эл, ты поддерживаешь подобные затеи? Это неприлично.

– Отчего же. Я тренируюсь. Интуиция, все такое, – Эл покрутила в воздухе пальцем, изображая спираль.

– Раз так, то тебе придется ответить на мой вопрос, поскольку мне неприятны такие испытания с твоей стороны, – заявила Ольга.

– Может быть, она хочет всем сразу рассказать, чтобы не повторяться, – предположил Игорь уязвленным тоном.

Пари Геликса и Эл ему не нравилось, так же как Ольге. Он готов был не слышать ответа.

– Они примерно знают. Алик немного лучше, – Эл говорила с легкой насмешкой.

– Кто он? – потребовала Ольга.

– Он искал убийцу для своего отца.

Ольга вздрогнула при этих словах.

– Но он быстро сообразил, что я не гожусь для такой ответственной роли. Поэтому он с участием отнесся к моему намерению покончить с собой. Предложил помощь и заверил, что есть отличное место.

– Варварство какое-то! – возмутилась Ольга.

– Эл, ты шутишь? – спросил Игорь. – Не поверю, что ты хотела покончить с собой. Это не вяжется…

– Ты высокого мнения обо мне, спасибо. Вам предстоит узнать столько несвойственного моему старому образу, что эта новость покажется несущественной деталью. Он увел меня с собой, чтобы я умерла, как умирают достойные герои.

– Ты не умерла. Ты передумала, – обрадовалась Ольга, словно только что нашла ответ на мучивший ее вопрос.

– Я не передумала. Трудно передать словами то, что мне довелось испытать за границами этого мира. Я просто не умудрилась умереть. Мой спутник оказался неточен в определениях.

– А имя у спутника есть? – спросил Игорь.

– Лоролан.

– Красивое имя. Как музыка. Как звук колокольчика.

– Завораживающее имя и завораживающее существо, – согласилась Эл.

– Познакомишь нас, когда-нибудь? – спросила Ольга.

– Не приведи случай вам познакомиться с ним. – Эл замахала руками.

– Просто ангел смерти, какой-то. Димка так его назвал, – сказал Игорь с волнением в голосе.

– Ты ушла с ним. Куда? – поинтересовалась Ольга.

– Вот туда-то мы сейчас и направляемся. Терпение, друзья мои.

Новость совершенно сбила обоих с толку. Напрасно они пытались заставить Эл говорить опять. Она отказала им, мотивировав тем, что лучше один раз увидеть.

Штурмовать упрямство Эл было занятием утомительным. Пару часов ожидания, вместо препирательств, показалось им разумным ходом, но напряжение росло. Игорь и Эл погрузились каждый в свои мысли, наступило молчание, которое на Ольгу действовало угнетающе. Она убеждала себя, что Эл испытывает их, Эл всегда затевала проверки, избирая неординарные условия. Вся атмосфера за пределами борта Геликса заставляла Ольгу сжиматься в комок. Она проявляла сдержанность с надеждой на скорое окончание. Они выйдут наружу, прогуляются по пустующей базе, может быть появятся Димка и Алька. Такой ход мыслей был более вдохновляющим, чем переживания прошлого или фантазии о будущем губительном месте.

Ольга стала копаться в карманном секретаре, избавляясь от старых записей, заметок, писем, списков. Процесс вызывал у нее внутреннюю суету, потому что планировала она всегда много, больше, чем способна была физически сделать, а поскольку она работала тоже много, то не считала себя человеком, нарушающим собственные планы от лени или непредвиденных обстоятельств. Пункты перекочевывали из старого списка в новый, дела росли как лавина. Ольга с расстроенным видом убрала секретаря.

Она оглядела Игоря, который задремал. Сейчас она посмотрела на него с презрением, он своим творческим кризисом оправдывал безделье последних двух лет. Недовольная собой и им Оля перевела взгляд на Эл в огромном кресле, которое якобы было местом пилота. Геликсу пилот не нужен.

Взглянув сначала мельком на лицо, потом пристальнее Ольга подметила странное выражение. Так выглядел бы человек, который находиться в состоянии сна наяву. Эл сидела спокойно, не шевелилась. Она должна была заметить пристальный взгляд хоты бы краем глаза, рефлекторно среагировать, посмотреть на нее. Эл погрузилась в свои мысли так глубоко, что впала в транс. Ольга при встречах с Эл, которые были за последний год частыми и выглядели как обмен новостями, постоянно замечала и не могла привыкнуть к новым повадкам Эл. Вот такое замирание на месте было одним из них. Ольга продолжала размышлять. Одно дело удивиться при первой встрече, отметить перемены, другое – сталкиваться снова и снова со знакомым с детства человеком и не узнавать его. Нельзя сказать, что Эл изменилась до неузнаваемости, выглядело все так, будто она скрывает свои прежние привычки и нрав, словно ведет игру с тайным смыслом. Затея с визитом на базу напоминала одну из шуточек Дмитрия, и Оля сочла, что Эл устала притворяться.

Эл все сидела отстраненная, лишь глаза ее временами двигались, созерцая некие картины из воображения. Она все еще не заметила взгляда, что Олю удивляло. Она наблюдала за Эл в открытую, пока ей не стало казаться, что Эл отсутствует сознанием в реальном мире и перенеслась в какой-то свой.

***

Эл не заметила, как выскользнула из уютного зала на Геликсе, как оказалась в районе красных скал. Принимая решение не возвращаться сюда, Эл вспоминала эти места, как средоточие некоей силы и одновременно защиты и покоя. Она пешком преодолела расстояние до потока из двух ручьев, перепрыгнула на другую сторону и поднялась к проходу в скалах более сложным, но коротким путем. Ее не интересовала красота внутри маленького природного чуда в скальной крепости, снаружи пейзаж напоминал глиняную композицию из возвышенностей и низин, которую невидимый мастер создал по понятному только ему замыслу. На такие чудеса способен только могучий и естественный разум самой Природы.

Она пошла по темному коридору в пространство, где были спрятаны ниши, которое она условно назвала храмом. Эл уже успела подзабыть обстановку здесь, что само по себе странно при ее памяти, или пространство сменило вид. Над головой были звезды, как в ее видениях, а перед ней единственная ниша. Эл пережила точную гамму ощущений сопровождающих появление двери, оказалось, она способна их снова пережить. Следом изменилось пространство, Эл очнулась в сквере недалеко от дома, где была их первая квартира, от дома, где теперь жил Дмитрий. Она даже огляделась, поискала его глазами, однако взгляд натолкнулся на персонаж здесь невиданный. Это был рыжеволосый странник, знакомый Эл по мирам владыки, который двигался по аллейке в ее сторону прогулочным шагом. Если бы не эта грива волос, он сошел бы за обычного подростка. Вид, был приемлемый, кроме прически да еще не по сезону обернутого вокруг шеи шарфа крупной вязки. Он шагал к ней, остановился, осмотрел, приветственно кивнул, как старый знакомый. Эл повторила его кивок с удивлением, поскольку увидеть его повторно здесь никак не ожидала.

– Здравствуйте, Эл.

– Здравствуйте, здравствуйте, – протянула она, припомнив обстоятельство их встречи в мирах.

Обязательно скажет, что этот мир недостаточно хорош.

– Нет. Не скажу, – ответил он.

Он выглядел озабоченно, когда смотрел на нее.

– Пройдемся? – предложила Эл.

– Да.

Они шли бок о бок, Эл позволила молчанию затянуться, поскольку ей не хотелось снова оказаться в неприятной ситуации, когда ее расценивали как нарушителя очередного свода каких-то там законов, непонятно кем установленных.

– И это тоже верно, – заговорил он. – Вы не испросили разрешения у местной силы на право существовать в этом мире, срок предыдущего договора уже истек.

– За этим?…

Он не дал договорить.

– Нет. У меня особенная миссия.

– Прямо таки миссия. И еще особенная, – позволила себе шутить Эл.

– Наша первая встреча была напряженной. Я был необъективен к вам.

Эл повернула голову в его сторону и вдруг поняла, что он вообще не подходит под образ среднего местного подростка, который элементарно не может так плавно и красиво изъясняться, ходить, манерно держаться. Она улыбнулась.

– Вы забавный, – не удержалась она от комментария.

– В мою задачу не входит угождать вашему взору.

– Угодили. Вид достойный кисти художника.

– Я старался. Продолжим. Где ваш меч?

– Так вы же знаете это лучше меня, вы с Радобортом уходили, меч был у него.

– Вам следует получить его обратно, как можно скорее.

Тут Эл остановилась, подумала и спросила.

– А зачем?

Он остановился, посмотрел тем же презрительным взглядом, какой Эл еще помнила.

– Я обещал вашей матушке, что передам дар, но при взгляде на вас впервые я не решился его отдать, слишком мощная сила была в вас сосредоточена, потому что опасно отдавать сильному, но не готовому, ценность мудреца. Во второй раз я вижу, что положение обратное. Что ж будет немного больно, но зато хранилище надежное.

При этих словах в воображении Эл возникла Елена Васильевна, ее приемная мама, которая и сама могла бы передать что-либо. Тут Эл начала вникать в странность событий.

– Видение?

– Да, это видение, – подтвердил он.

Пространство изменилось, стало "храмом" в скалах. Они стояли под звездным пространством потолка, странник уже не подросткового вида, а просто как рыжее бесполое существо неопределенного возраста, сказочное и внушающее восторженные чувства, стояло в одной из ниш. Это была одна из дверей. Эл не знала назначение каждой ниши, поэтому и заняла центр сооружения, чтобы не быть увлеченной каким-нибудь потоком сил.

Странник шагнул из арочного проема в зал.

– Ты знал ее? – очнулась Эл.

– Знал когда-то.

– Где она?

– Мне не известно. Ты выбрала странный мир для жизни. Почему столь несовершенный и противоречивый? Трудный.

Эл пожала плечами.

– Я там родилась.

– Забавный аргумент. Ты не хочешь следовать дальше по своему пути?

– Слово "дальше" мне не нравиться, – задумчиво произнесла Эл.

– Ты права, мне не следует спрашивать. Это всего лишь естественное любопытство.

– Я полагаю, что тебя стоит освободить от миссии и отпустить в мир, который однозначно лучше тех, что я себе выбираю, – предложила Эл.

– Мне нравиться твоя ирония. Но я постиг твой замысел. Ты выбираешь трудные миры, чтобы становиться сильнее.