Текст книги "Бывшие. Скандальная беременность (СИ)"
Автор книги: Марьяна Громова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
10 глава. Молитвы
– Сёмочка, внучок, давай я тебе чайку с ромашечкой заварю? Она, знаешь, как успокаивает, – мама, как курица-наседка, суетится вокруг своего, а точнее, нашего единственного цыпленка.
– Ба, ну, какой чай, ей-Богу! Тут впору нажраться! – психует он.
– Ты уже один раз нажрался, – усмехается Фомин-старший. – Последствия до сих пор всей семьей разгребаем.
Мне хочется сказать бывшему мужу, что никакой «всей семьи» нет уже давно! Но в этой ситуации как-то смешно именно к этим словам придираться…
– Сам-то от сына недалеко ушел, – комментирует мама.
– Да, кстати, что значит нас «развели по одному сценарию»? – наконец, «догоняет» бабушкину шутку Семён.
– Кого это нас?
Мы все молчим. Ну, не могу я сказать сыну: «Тебя и папу! Потому что вы спали с одной женщиной, твоей тёщей»! Не могу! Язык не поворачивается. Да еще при маме.
Зато маме всё ни по чем – ни стыда, ни совести в таком-то возрасте:
– Ну, как что? – с умным видом начинает она вкрадчивым тоном. – А то, что отец твой тоже там, в Катиной постели, отметился.
– В смысле? Па? – Семен даже подрывается с дивана.
– Ничего не отмечался я там, – открещивается Фомин. – Я не так и много выпил в тот вечер, чтобы не помнить, был между мной и Катей… простите, Зоя Петровна, секс или не было. Секса не было. Я уверен.
– А может, ты врешь! – ехидно сужает глаза мама.
При Катерине (такое у меня сложилось впечатление) она даже поддерживала зятя, а теперь, когда «общий враг» покинул территорию, снова начала с наслаждением «покусывать» Фомина.
– У тебя, вообще, в крови врать – вон, Верочку обманывал с продавщицей…
– Зоя Петровна, давайте на меня сейчас стрелки не переводить. А то я у вас кругом виноват, во всех бедах. Скоро вы меня и в том, что на улице дождь собирается, обвините!
– ОЙ! – пугается мама, хватаясь за сердце. – Там дождь собирается? А я во дворе подушки сушиться повесила! Намокнут теперь!
Я даже не успеваю возразить ей и сказать, что в окно видно во всю палящее солнце.
Она, с удивительной для такого возраста прытью, срывается к выходу из квартиры.
Макс шумно и с облегчением выдыхает.
Семен выхватывает телефон из кармана и начинает яростно листать телефонную книгу.
– Ма, дай Машкин телефон. Я у себя удалил со психу.
Диктую ему. Тут же набирает.
– Маш, нам поговорить надо.
Она, услышав его голос, кричит в трубку «козел» и отключается.
– О чем говорить с ней будешь? – спрашивает Макс.
– Ну, как о чем? Эта дура не сказала мне, что беременна!
– Семён! Не называй ее так! Маша перед тобой ни в чем не виноват. А вот ты перед нею… – делаю многозначительную паузу.
– А я, мам, что-то прям засомневался в своей вине. Ну, точнее, да, было – мы с Машкой поругались, я в клуб пошел, там с одной телкой зависал. Но ничего такого у меня с нею тогда не случилось. Просто Машке насолить хотелось и отдохнуть немного. Я от измены не открещивался потому только, что думал, будто той ночью с этой… – кивает в сторону выхода из квартиры. – Переспал. Но… Если это, и правда, развод такой, то, может, и у меня с нею ничего не было? Я думал, что лучше уж пусть Машка думает, что я ей направо-налево изменяю, чем знает, что с ее матерью… И тогда я перед Машкой не виноват ни в чем! А вот она, зараза такая передо мной виновата!
– Да она-то перед тобой в чем виновата?
– Она мне о ребенке не рассказала! Права такого не имела – не рассказать! Это – и мой ребенок тоже!
Вот мужики! Вот эгоисты!
Набирает Машу снова. Я немного выдыхаю. То есть, получается, есть шанс, пусть маленький, но шанс, что сыночек мой не виноват… Господи, пусть только каким-то образом это подтвердится!
– Катерину надо заставить тест на отцовство сделать, – говорит мне Фомин.
– Если упрется, насильно же не заставим, – деловито обсуждаю с ним ситуацию.
Ловлю себя на мысли, что нарушаю данное себе самой обещание – никогда вообще не говорить с ним! Вот ведь говорю, причем еще говорю спокойным тоном! И! Самое главное… При этом не испытываю ненависти к нему! А ненависть должна быть… Должна быть обязательно! Так, ненависть, ты, давай, возвращайся немедленно, нечего мне тут капризничать…
– Машка, если бросишь трубку, я приеду домой и дверь выломаю! Поняла? – орет сын в телефон.
Сейчас Маша узнает, что мы рассказали ему о беременности и напрочь разорвет со мной всякие контакты!
– Сынок, не говори ей, что ты знаешь о ребеночке! – ловлю руками его кудрявую голову и шепчу в свободное от телефона ухо.
– Прошу тебя! Пожалуйста! Не говори!
– Что ты хотел, гад? – мне слышно, как это спрашивает Маша.
– Сама ты… – начинает Семён, но вдруг его голос проседает и он не заканчивает фразу. – Машка, нам поговорить надо. Нормально.
– Не хочу я с тобой разговаривать!
– Я хочу…
Затаив дыхание, слушаю. Господи, надоумь его как-то выйти из этой ситуации, как-то помириться с Машей! Господи, я сама в церковь пойду и свечку поставлю, только бы у них всё наладилось! Вздрагиваю, когда меня неожиданно обнимает за плечи Фомин.
– Вера, пошли, – утягивает в соседнюю комнату, закрывает дверь. – Пусть без лишних ушей поговорят.
А мы пока… Что «мы пока»? Это я успеваю подумать, но озвучить нет…
Прижав меня спиной к стене, изменщик и наглец в одном лице впивается своими губами в мои губы…
11 глава
«Подле-е-ец! Бесстыдник! Да что он себе позволяет!» – эти мысли стрелой пролетают в моей голове и исчезают, не оставив там и следа.
И остается только что-то расплывчатое, безвольное, сладкое… О том, что он всё также классно целуется, как и пять лет назад. О том, что у него очень нежные губы. И очень наглые руки… И эти руки, пока я там пыталась что-то думать, уже облапали меня всю!
И да, для его подлой натуры это всё, наверное, кажется нормальным – пришел, зажал, облапал. Ну, кобель он, что с него взять! Но я-то, я! Я почему так расчувствовалась вся, как будто у меня мужика сто лет не было.
А потому, Верочка, что у тебя сто лет не было мужика.
Нет, два поклонника имеются. Разве мама соврет? Но ни один из них так до постели и не был допущен. Хотя вот… Распахиваю глаза и смотрю из-за уха Фомина на свою кровать. Вот я даже для предполагаемого будущего любовника приобрела такой вот сексодром. Да только сплю в нем одна.
И, конечно, исключительно по этой причине – потому, что мужика у меня давно уже не было, и только по ней, я так реагирую на этого мерзавца! И колени предают – предательски подгибаются. И руки предают – зачем-то обвивают его плечи. И даже губы! Ну, эти-то куда? Зачем отвечать ему? Зачем? И мозг предает – напрочь отказывается оттолкнуть, обозвать и послать. То есть сделать то, что я сделать просто обязана!
Отрывается от моих губ и, увлекая в сторону кровати, шепчет на ухо, разгоняя полчища мурашек по всему моему телу:
– Как же я соскучился по тебе… Как же я хочу…
Боже, я, конечно, не верю ни единому слову! Конечно… Но! Это так надрывно, так сладко звучит, что я, словно загипнотизированная, следую туда, куда ведет, повинуясь его рукам и его голосу. И вот уже чувствую икрами прикосновение матраса.
Ситуацию, как обычно, спасает мама.
Входная дверь оглушительно хлопает. И из прихожей раздается ее рассерженный голос:
– Фомин! Эт-то что за дезинформация! Там дождя еще до субботы, как своих ушей, не видать! А я-то, я! Три этажа пешком промотала! Смерти он моей захотел!
– Подлец! – наконец, я прихожу в себя и нахожу в себе силы оттолкнуться от него и отпрыгнуть подальше.
– Да чего я подлец-то? – недоумевает он. – Я не говорил, что дождь пошел. Зоя Петровна сама это всё придумала!
– Да причем здесь Зоя Петровна! – негодую я. – Ты что здесь устроил? Ты зачем это сделал?
От возмущения я даже толком не могу сформулировать фразу.
– Хотел, – разводит он руками. – Вот и сделал. И ты мне отвечала.
– Не отвечала я!
– Отвечала!
– Ты просто застал меня врасплох!
– Пусть так. Но ты все равно мне отвечала. И не спорь. Это очевидно. Я чувствовал.
– Лучше бы ты чувствовал, что ко мне за версту приближаться нельзя! Вот что тебе нужно чувствовать!
– Вер, давай попробуем сначала начать, – вдруг произносит Макс и проникновенно смотрит мне в глаза.
– В каком смысле сначала? В прошлое вернемся? Так невозможно это. Машину времени так до сих пор и не изобрели.
– Вер, ты же понимаешь, о чем я. Когда я тебя потерял, я только тогда осознал, насколько сильно ты мне всегда была дорога! Я только тебя одну и любил всю жизнь. А больше никого и никогда.
– Знаешь, Макс, мне кажется, вот это всё нами уже было проговорено. Еще тогда, до развода, когда я узнала о твоей любовнице.
– Да, я виноват перед тобой. Но, Вер, я однажды оступился. Это случилось по глупости, по пьяни. Нет! Я понимаю! Это меня не оправдывает нисколько! И да, после нашего развода я пытался жить с Натальей. И другие женщины были. Но я ни с кем не смог…
– Ой, вот только не нужно говорить, что все эти пять лет ты страдал от тоски по мне!
– Но именно так и было.
– И между делом, в перерывах между страданиями и тоской успевал находить «других женщин» и тестировать их на роль жены?
– Зачем ты утрируешь? Всё не так было, – вздыхает Макс. – Но уже никак не будет и ни с кем! Если ты меня простишь, я клянусь, я буду верен тебе! Я даже не посмотрю на другую!
– Когда-то я именно так о тебе и думала. Что ты никогда не посмотришь на другую. И всегда будешь верен. И представь, мне даже не нужны были твои обещания и уверения в этом! Я просто верила беспрекословно! В тебя. В то, что ты такой – верный, надежный. А оказалось…
– А оказалось, что я – мудак, – со вздохом подводит итог Фомин.
Киваю, полностью соглашаясь с последним утверждением.
12 глава
Терпение, конечно, хорошее качество. И я убеждаю себя терпеть. И ни в коем случае не звонить Семёну.
Но целый день, как на иголках. Встретились они вчера с Машей? До чего договорились?
Запрещаю себе даже мечтать о том, что они могли бы помириться. Но вдруг! Вдруг!
И уж тем более я запрещаю себе думать о Максе.
Тут вообще без вариантов – действует железное правило. Если о Максе не думать, то его как бы для меня и не существует!
А его, действительно, для тебя не существует! Слышишь, Вера?
День тянется бесконечно долго. И всё в нём скучно и обыденно. На работе целый день бумажки-бумажки. Ни судов тебе, Верочка, ни встреч с клиентами…
И это очень плохо для меня. С судами и клиентами нет времени для глупых мыслей. А так… Есть! И они бесконечно лезут в голову, ошпаривая, как кипятком, короткими вспышками воспоминаний о вчерашнем поцелуе.
И я ненавижу своего бывшего мужа, кажется, ещё больше, чем обычно. За то, что посмел так запросто пошатнуть мой спокойный размеренный мир, который я целых пять лет создавала с нуля. И я теперь снова мучаюсь и томлюсь, предчувствуя новую встречу с ним.
Я знаю Фомина. Очень хорошо знаю. К сожалению.
Он не понимает слова «нет».
Но…
Телефон мой молчит. И к вечеру я даже успеваю немного расслабиться и успокоить себя мыслью о том, что все люди с годами меняются. Наверное, даже Фомин.
Телефон звонит ровно в тот момент, когда я запираю дверь своего кабинета, собираясь ехать домой.
Вздрогнув, роняю сумку на пол.
Присаживаюсь на корточки, чтобы поднять. И ровно то же самое делает… Макс! С букетом ромашек!
Откуда взялся? Как сумел так меня подкараулить, что я даже не заметила его, когда вышла?
И я ведь знала, что явится! Я целый день к этой встрече готовилась! Я такие речи сочиняла, что закачаешься! И вот…
Потеряв дар речи, как дурочка, хлопаю ресницами.
Потому что он… Сволочь он! Других эпитетов просто нет. Вырядился! Белая рубашечка. Строгие брюки. Модная щетина на подбородке. Цветочки прикупил… Мои любимые.
– Привет! – делает вид, что подает мне сумку. Но обманным движением вместо неё подсовывает букет.
И я!! По инерции беру. Потом, конечно, пытаюсь всучить обратно. Но он, естественно, не берет. Прикрывается моей сумочку, как щитом, типа, руки заняты…
– Фомин! – наконец, ко мне возвращается голос. – Что всё это значит?
– Верочка, – сохраняя серьёзное выражение лица, он смеется одними глазами. – Я же вчера говорил тебе, что хочу тебя вернуть. Ну, и вот…
– И что «вот»?
– Возвращаю! Понадобится, буду серенады под окном петь и устраивать необычные свидания.
– Глянь-ка, как тебя прижало! – усмехаюсь я. – А что, кандидатки на роль очередной любовницы закончились уже?
– Я тебя люблю.
– А я тебя больше нет.
– Это неправда.
От уверенности в его голосе. От самого факта такого заявления. От того, что он посмел явиться и сказать это!!! Меня так бомбит изнутри, что хочется прямо вот этим букетом ка-ак зарядить по наглой физиономии!
Но… Смотрю на цветы. Красивые. Разве же они виноваты, что у меня бывший муж – мудак?
Телефон в сумке звонит снова.
– Сумку отдай! – тяну к ней руку, требовательно глядя в его глаза. – У меня важный звонок.
С тяжёлым вздохом сумку все-таки возвращает.
Хоть бы он, действительно, был важный! Иначе попробуй ещё от этого настырного избавься! Так до самой машины и пойдет вслед за мной!
И!
Ну, хоть раз в жизни звезды неожиданно сложились в нужное созвездие над моей головой!
– Да, Денис! Приве-ет, мой дорогой! – отвечаю самым медовым голосом, какой только могу из себя выдавить.
От неожиданности такого обращения мой бывший клиент, который неоднократно предлагал встретиться и чаще всего получал отказ, на том конце провода теряет дар речи.
– Ты по поводу встречи? – продолжаю играть на публику я. – Так да, конечно, я тебя жду!
– Верочка! Мы разве договаривались? – теряется несчастный Денис, попавший в такой вот неожиданный замес.
Я очень надеюсь, что Фомину не слышны эти отговорки. И, перебивая Дениса, продолжаю:
– Да-да, я не против… конечно, давай, да…
Ой, потом как-нибудь придется объясняться с Денисом. Но это потом! Сейчас главное – избавиться от Фомина!
Краем глаза поглядываю на Макса. Ох, как же приятно! Как невозможно приятно ощущать вот это: он пришёл меня завоевывать, а меня на его глазах «уводит» другой!
И он подозрительно и яростно щурится. Он сверкает глазами. Он ждет чего-то там от меня! А я якобы иду на свидание с другим! Получи, Фомин! Прочувствуй!
– Верочка, я тут неподалёку от твоего офиса был, – наконец, окончательно приходит в себя Денис. – И позвонил, думая, что может, если ты еще на работе, то захочешь кофе выпить. Хотя, конечно, для кофе и поздно уже…
– Да, без проблем. Давай. Я еще здесь, в офисе.
Ох, если Денис сейчас прямо сюда подойдет за мной, это вообще будет чудесно!
– Тогда я иду!
– Ну, иди-иди…
Отключаюсь.
Поворачиваюсь к Фомину.
Сую в его руки букет.
Он, видимо, от неожиданности берёт.
– Фомин, у меня свидание сейчас по расписанию. Так что не мог бы ты покинуть… помещение!
– Не мог бы. Я, пожалуй, останусь. Посмотрю на твоего жениха…
И мне сначала очень хочется поругаться, сказать, чтобы уходил, чтобы отстал и всё в этом духе. Но потом я решаю, что не дождется! Наоборот. Пусть посмотрит!
Денис – фитнес-тренер, который недавно развёлся со своей престарелой богатой женой. Я подозреваю, что он подыскивает новую – престарелую и богатую. И по какой-то прихоти судьбы решил, что я ему подхожу.
Нет, содержать молодого альфонса я не намерена.
Но Фомину там точно есть на что посмотреть!
13 глава. Представление
Денис появляется буквально через мгновение.
Снизу, с тихим шелестом поднимается лифт. Створки его открываются. И нашим с Фоминым взглядам предстает широкоплечий красавец в спортивном костюме.
Фомин бросает мне насмешливый взгляд, как бы намекая на то, как одет мой друг.
Да просто человек с работы! Как будто ты сам в своих магазинах в костюме и брюках товары раскладываешь!
– Верочка, привет! – Денис по-хозяйски целует меня в щеку, обвивая рукой талию. – Рад тебя видеть, дорогая!
В другой ситуации я бы непременно возмутилась такому самоуправству, тем более, что у нас с ним пока еще не настолько всё далеко зашло! Но сейчас в душе прямо-таки фейерверк взрывается! Вот тебе, предатель! Получи и распишись! Думаешь, что я никому не нужна и страдаю тут в одиночестве пять долгих лет без тебя? А вот нет! У меня красавец-любовник имеется!
Ну, пусть пока не любовник, но ты-то, Фомин, этого знать не можешь!
И тем более, если так пойдет, то я, может, и решусь лечь с Денисом в постель! Да точно решусь! Что тут, в конце концов, такого? Все мы – люди взрослые, а секс нужен для здоровья!
Оценивающе осматриваю Дениса, мысленно нарочно сравнивая с бывшим мужем.
Ну, что сказать?
Конечно, Денис моложе, тренированнее, ухоженнее Макса. Думаю, эти непреложные истины и самому Фомину сейчас невооруженным глазом видны!
Пытаюсь думать о Денисе с позиции влюбленной женщины. Ну, хотя бы представить себе, что я и он вместе.
Ах, языки пламени на шее – какая красота! Этот орлиный взор – такое ощущение, как будто он тебя прям вот тут, возле стеночки на глазах у всех облапал и облизал. Ну, ясно всё – молодость, темперамент. В постели он, наверняка, неутомим! И мне кажется, у меня вполне себе получается влюбленный взгляд…
После того, как облапал и облизал меня глазами, Денис, наконец, обращает внимание на Фомина.
Протягивает руку для приветствия.
– Добрый вечер! Денис, – представляется он.
– Макс, – отвечает Фомин, демонстративно перекладывая букет в левую руку. И только потом жмет руку Денису.
Сталкиваются взглядами, как будто скрещивают шпаги. Денис, прищурившись, переводит взгляд на цветы в руках Макса. Как будто пытается просчитать ситуацию и понять, что происходит.
– А вы… – начинает Денис, намекая мне, что нужно бы объяснить, кто есть кто.
– Денис, это Максим – мой бывший муж. Макс, это Денис – мой… друг! – нарочно делаю многозначительную паузу перед последним словом. Да, мне немного неловко перед Денисом за этот неприкрытый намек. Но желание виртуально щелкнуть по носу Фомина пересиливает неловкость. Взглядом пытаюсь внушить Денису, что я ему потом всё объясню.
Нажимаю на кнопку вызова лифта, потому что пока мы тут знакомились, кто-то снизу уже его спустил.
– Очень приятно, – говорит Денис.
– Не могу ответить тем же, – неожиданно заявляет Макс. – А вы давно спите вместе?
Потеряв дар речи, ошарашенно хлопаю ресницами.
И что отвечать на эту наглость?
– Да мы вообще-то не… – зачем-то мямлит такой же ошарашенный Денис.
– Да мы вообще-то не обязаны перед тобой в таких вещах отчитываться! – подхватываю я. – И нам пора! Правда, Денис?
– Да, конечно, – с готовностью кивает он в ответ.
Подхватываю его под руку и готовлюсь шагнуть в подъезжающий лифт.
– Постойте! – раздается за нашими спинами.
Ой, вот только не надо! Тон такой, словно он – оскорбленный и обманутый муж! И собирается сейчас начать разборки с более удачливым соперником.
Испуганно оборачиваюсь.
– Хорошего вам вечера! – неожиданно с усмешкой произносит Фомин.
Но при этом глазами сверкает так, словно обещает мне все кары небес в будущем.
– И вам, – бормочет Денис.
Шагаем в открывшиеся дверцы лифта. Фомин так и остается стоять.
Этот момент триумфа я совершенно точно запомню на всю свою жизнь! Потому что это просто кайф непередаваемый! Нарочно взглядом «фотографирую» картинку. То, как он стоит с этим своим букетом. То, как он смотрит – в глазах недовольство, на лице растерянность.
Вернуть он меня захотел! Подлец!
Думал, что только пальцем поманит, и Верочка побежит к нему, теряя тапки! Да щаззз! Не на ту напал! У меня всё с личной жизнью просто замечательно!
Занятая своими радостными мыслями, я практически забываю о Денисе.
Но он, видимо, решает, что за участие в недавнем представлении ему положена некая плата. Ну, точнее, вполне определенная плата…
Неожиданно вжимает меня своим тренированным телом в стену лифта.
– Верочка, – мурлычет мне на ушко. – Что это было такое, ммм?
Вздыхаю.
Собственно, можно сейчас и не отвечать.
Можно, согласно моего плана, просто расслабиться и… получать удовольствие! И, в конце концов, пора бы уже провести некое тестирование, чтобы просто понять, это Макс настолько хороший любовник, что я на него так реагирую, или все они такие, а это просто я никого, кроме Макса, не пробовала.
И я сама поворачиваю свое лицо к лицу Дениса и подставляю губы…
14 глава
И мы целуемся.
Ужас какой! Прямо в лифте! Я, как та глупая школьница…
Он, как… Как будто с ума сошел! Кусает мои губы, языком ввинчивается чуть ли не в самое горло!
Невольно, хоть я и пытаюсь об этом не думать, и не в коем случае не сравнивать, в голову приходят мысли о том, что Макс целовал меня нежнее, и мне было с ним приятнее, и я вся трепетала от его вкуса и запаха, и мне хотелось продолжения…
А тут… Прискорбно понимать, что нет, не нравится. Более того, искусанные губы горят, руки зажаты его мощным тренированным телом, которое из-за этого, кстати, факта, еще недавно мне казалось жутко привлекательным, а теперь я из-под него и выбраться-то не могу!
Упираюсь ладонями в его грудь. Толкаю. Мычу что-то в рот, пытаясь освободиться. Но он не реагирует! Наоборот, сползает своими наглыми руками мне на задницу и лапает там, настойчиво задирая вверх юбку!
Ну, ничего, ничего! Лифт уже вот сейчас приедет! И это безобразие, наконец, закончится!
Издав странный рык, Денис бьет правой рукой куда-то вбок по стенке лифта. Я даже не сразу понимаю, что бьет он по кнопкам. Лифт, дернувшись, останавливается.
Но почему-то не открывается!
Кое-как отвернув голову в сторону и разорвав наш поцелуй, лепечу:
– Денис, ты что делаешь! Мы же в лифте! Отпусти меня немедленно!
Собственно больше ничего не успеваю сказать, потому что он рукой поворачивает мое лицо к себе и снова припадает к губам. На мгновение ошарашенно замираю. То есть вот так, да? Что хочет, то и делает!
Но потом начинаю изо всех сил барахтаться и вырываться, уже пугаясь не на шутку!
Но он явно сильнее, и моя юбка под его руками настойчиво ползет вверх, куда-то к талии.
А-а-а-а! В панике дергаюсь всем телом, как рыба, выброшенная на берег, и луплю кулаками его по чем попало! Я не хочу! Нет!
Неожиданно дергается и лифт. И дверцы его открываются!
Я даже успеваю заметить разъяренное лицо Фомина и то, как он бросается к нашей сладкой парочке.
Потом всё происходящее сливается в какой-то жуткий ком из криков, ударов, моих воплей!
Глаза фиксируются на картинке – белые ромашки, растерявшие свои лепестки, валяются на полу, и по ним топчутся-топчутся мужские ботинки…
– Вышла из лифта! – орет на меня Фомин.
И это становится последней каплей. Рыдая, выскакиваю на площадку, таща свою сумку за ремешок по полу.
И в первую секунду решаю сбежать! Вот просто взять и удрать отсюда! Потому что никто им права не давал так со мной разговаривать и такое со мной делать!
Но почему-то стою и смотрю.
Как ни странно в этом страшном бою побеждает Фомин. Видимо, опыт и возраст играют тут какую-то роль. Потому что внешне кажется, что Денис и крупнее, и сильнее, и выше.
Но мой бывший муж всё-таки умудряется зажать локтем шею несостоявшегося любовника и рычит ему прямо в лицо:
– Ещё раз, сука, увижу тебя рядом с ней, руки переломаю, чтобы не смел трогать! Это – моя женщина!
– Бывшая, – хрипит Денис, нелепо выкатив глаза и ловя руками одежду Фомина.
– Еще раз повторяю, если ты сразу не понял. Это – моя баба! Только тронь. Убью! Это ясно тебе?
– Ясно, – сдается Денис.
– Ну, и замечательно, – Фомин отпускает его.
Денис сползает вниз по стеночке.
Фомин выходит из лифта, жмет на кнопку. Лифт с сидящим внутри Денисом закрывается и едет вверх.
Стою. Как дурочка. Заплаканная. Растрепанная. Одежда в безумном хаосе. Юбка задрана!
Дрожащими руками поправляю одежду, не зная, что делать – то ли благодарить Макса за спасение, то ли сделать замечание, потому что я, вообще-то, не его женщина, что бы он там ни говорил!
– Ты совсем охренела, Вера? – Фомин подхватывает меня под локоть и тянет в сторону лестницы. – Ты что это устроила?
Это обидно. Потому что я разве виновата, что он так расценил! Я же не просила его так делать!
Хотя, Верочка, ты сама полезла к этому парню с поцелуями… И может быть… Может быть, в современном мире у молодёжи так принято – и в лифте сексом заниматься, и не спрашивать у женщины, хочет она или не хочет этого секса…
– Я думал, ты – умная, взрослая женщина, а ты, – продолжает меня отчитывать Фомин. – Дурочка ты! Если это было чисто для меня представление, то зря! Я и без него знаю, что ты нравишься мужчинам!
Господи, стыдно-то как! А ведь всё в точку…
Зажмуриваюсь на мгновение, собираясь с силами. Останавливаюсь. Он, естественно, останавливается тоже. Смотрим друг другу в глаза.
– Я разве просила тебя вмешиваться⁈ Нет, я тебя не просила! Чего ты полез?
– Вера, он бы просто трахнул тебя прямо там, в лифте, – Фомин неожиданно меняет тон. И вместо осуждения и психов я вдруг слышу в его голосе что-то другое! Как если бы он очень за меня испугался и теперь понял, что я спасена и немного расслабился!
Подтверждая мою догадку, Фомин шагает в мою сторону и, схватив за плечи, притягивает к себе.
Уткнувшись носом в его плечо, выдыхаю…
