Текст книги "Бывший. Добьюсь тебя снова (СИ)"
Автор книги: Марта Макова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
Глава 41 Арс
Я узнал его сразу, как только он вышел из машины и преградил нам с собакой дорогу. Именно с ним я видел осенью Белку в ресторане.
Слушал его не комментируя. Пускай выговориться. Информация лишней не будет. Должен же я знать, что на уме у этого бывшего. А врал он – как дышал.
Первая волна бешеной ревности захлебнулась и откатилась назад, как только он о детях заливать начал. Не знал он о Белке главного. Не рассказала она ему. Мне призналась с затаённым страхом, что не приму эту новость, доверилась. А ему нет. Так что врал он про то, что серьёзно у них с Белкой.
Я молчал, а этот Герман выходил из себя, не смог до конца удержать лицо, нервно задёргался, не видя ожидаемой реакции. Ну что сказать – молодец, до угроз скатываться не стал. Видимо, понял, что не на того нарвался.
Звонок Влада прервал занятную исповедь Белкиного бывшего.
– Арс, у нас ЧП. Авария. Есть пострадавшие, возможно, не обошлось без жертв.
Сжал трубку до скрипа, до треска пластика. Плохо! Жертвы это худшее из того, что может случиться. Можно заново отстроить здания, мосты, города, но человеческие жизни невозможно вернуть.
– Давай конкретнее, Влад. Где, что, когда, сколько пострадавших. – моментально потерял интерес к Белкиному бывшему. Развернулся и не прощаясь пошёл к подъезду, оставляя неудачника плеваться кипятком у меня за спиной.
– Новый завод. Рванула электроподстанция. Был пробный запуск первой линии производства. Там сейчас пожарные, МЧС и скорые. Больше информации пока нет.
– Ясно. Я на месте, сейчас поеду туда. Осмотрюсь что и как.
– Всё-таки в Крае? – хохотнул друг. – Мёдом тебе там намазано? Расскажешь хоть, что за фея тебя там околдовала?
– Даже познакомлю, а сейчас давай по делу. Сюда экспертов наших, комиссию, юристов, адвокатов. Бегом, пока местные следы не затёрли.
– Корпоративным летим?
– На джете сюда. Немедленно. У вас время до вечера. Я уже освободился и еду туда.
Жертвы, чёрт! Сколько, какие? Мозг моментально переключился на решение возникших проблем.
Прости, любимая, придётся отложить поход на киностудию, ситуация требует моего личного присутствия на объекте.
На место приехал на арендованной помощником машине и застал удручающее зрелище. Развороченное и сгоревшее новенькое здание подстанции, построенной специально для нашего завода. Именно отсюда должно было питаться электроэнергией производство.
Глядя на разрушенное сооружение, обгоревшие и расплавившиеся трансформаторы, обломки оборудования и обрывки проводов, перебирал возможные варианты случившегося. Диверсия местных? Они не слишком радовались "понаехавшим" москвичам, занимающим ещё свободные ниши в бизнесе. Косяк "Энергосилы", ведущей работы на объекте? Может просто человеческий фактор, кто-то что-то недосмотрел, не проконтролировал?
– В больнице три человека, один погибший. – бледный, с чёрными кругами под глазами и посиневшими губами, директор нашего, так и не заработавшего завода, держался молодцом. Владел всей информацией к этому часу, не паниковал и не истерил, смотрел твёрдо и уверенно. Я не ошибся в нём, назначая на эту должность. Только его синие губы вызывали беспокойство. Сердечного приступа нам сейчас не хватало! Ещё одной жертвы.
– Скорую для Александра Викторовича вызови. – повернулся к его трясущемуся и вытирающему потный лоб заму. – Человеку плохо.
– Не надо скорую. – отмахнулся тот. – Я нормально.
– Я вижу. Только нам еще с полицией общаться.
Последние не заставили себя долго ждать, с разбегу заявив об аресте, причём и моём тоже.
– Прошу пройти вас в машину. – рьяный капитан оскалился в довольной улыбке, словно рецидивистов, находящихся в общероссийском розыске, поймал.
– У вас и ордер на арест есть?
Тратить время на бестолковые разговоры в полиции? Лично я ничего существенного рассказать им не мог. Вот местные – да. Пускай с ними и общаются.
– Ордера нет. – заупрямился капитан. – Но допросить вас необходимо.
– Тогда вызывайте официально. Я пока к пострадавшим в больницу съезжу, узнаю какая им помощь нужна. – я отвернулся, потеряв интерес к этому персонажу. Прощаясь, пожал руку директору завода. – Александр Викторович, наши адвокаты, эксперты и юристы уже летят. Советую вам дождаться их, прежде чем начнёте давать показания в полиции.
Тот понимающе кивнул. Крепкий мужик, не растеряется, я был в нём уверен.
Оставив всю компанию на обломках бывшей подстанции, зашагал к автостоянке у заводских ворот. Правильно сделал Денис, когда снял гостиницу и арендовал для меня машину сразу к моему прилёту сюда. На своих колёсах быстрее.
Картина произошедшего вырисовывалась очень некрасивая. Первые выводы пожарных неприятно удивили. Мощности трансформаторов, поставленных на подстанцию, не соответствовали необходимым нормам. Первый же запуск производства привёл к взрыву. Их просто разорвало в ошмётки. Кто виноват? Мутно всё.
День пролетел, как один час. Больница, встреча с родственниками пострадавших. Успокоил их, заверив, что всё лечение будет за наш счёт, все необходимые лекарства, операции, нахождение в лучших клиниках обеспечим и оплатим. Страховки выплатим, на курорты и в санатории, при необходимости, отправим. Больничные листы будут со стопроцентной оплатой.
Потом пошерстил документацию – договора с “Электросилой” и поставщиками электрооборудования. На первый взгляд всё было нормально, но может специалисты накопают что-то, чего я мог не разглядеть.
К вечеру прилетела моя команда. Разместилась в одной гостинице. Выезжать на объект было уже поздно, поэтому устроили экстренное заседание прямо в имеющемся в отеле зале для презентаций и прочей лабуды.
Понимая, что это может затянуться на несколько часов, отправил Белке сообщение, чтобы не ждала и ложилась спать.
О том, что снова накосячил, понял, когда на следующий день, разрулив самое первоочередное, загрузив всех работой, наконец, примчался к ней и застал неожиданную картину.
Глава 42. Бэлль
Сон ещё не отпустил, тягучие невнятные мысли перетекали одна в другую, но в груди уже привычно тяжелело.
Со стоном перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку.
Яркий свет, горячее солнце, весёлое весеннее щебетание и перекличка птиц за окном вызывали раздражение. Внешний мир совсем не совпадал настроением с моим внутренним состоянием.
Щенок тихонько скрёбся в дверь спальни. Звал меня на прогулку, требовал внимания к своей лохматой персоне. И правда, нужно придумать собаке новое имя.
Откинув одеяло, села на кровати. Прищурила глаза на яркое утро за окном. Весна вовсю входила в свои права, солнечных дней становилось всё больше. Скоро подсохнут дороги и земля, и можно будет добраться до кордона на машине. Жизнь продолжается.
И хорошо, что у меня есть собака, она не даст заскучать и затосковать.
– Ну что, дружочек. – потрепала мохнатую чёрную голову и прицепила поводок к ошейнику. – Я придумала тебе имя.
Щенок, будто понимая всю важность момента, замер, внимательно смотрел своими обсидиановыми бусинами.
– Назову тебя Арсеем. – заглянула в чёрные глазки и чмокнула в кожаный носик. – Арсей. Нравится?
Лохматый хвост взялся резво мести пол. Всем видом щенок показывал, что он счастлив и на всё согласен. Особенно если мы прямо сейчас пойдём гулять. Глядя на его довольную морду, засмеялась.
– Но имей в виду, дружочек, если будешь плохо себя вести, быстро превратишься в Сеньку.
На Сеньку он тоже был согласен, о чём говорил весь его нетерпеливый и счастливый вид.
– Ну и любя буду звать тебя Арсенио. – застегнула молнию на спортивной кофте, сунула ноги в кроссовки. – Ну что, Арсей, идём гулять?
Пёс радостно подпрыгнул и залаял.
Утренняя пробежка прочистила мысли и подняла настроение. Домой я вернулась бодрая и готовая жить дальше несмотря ни на что. К чёрту мужиков. У меня есть любимое дело, мои родные, собака, планы. А сердце... оно поболит и перестанет, не в первый раз. Я справлюсь.
Вымыла лапы Арсею, накормила его, приняла душ, сварила себе кофе, включила комп. Привычные занятия. Шаг за шагом, действия за действиями. Через душевную боль, через гнетущие мысли, через очередное разочарование. Никому и ничему не позволю сломать себя.
Звонок женщине-монтажёру, звукорежиссёру, актёру, который будет озвучивать фильм. Работа над ним кипела. Моё присутствие было уже необязательным, мне пообещали прислать черновой вариант для просмотра на почту.
Спасением сейчас могла бы стать поездка на кордон. Позвонила Фролову, узнать о ближайшем рейсе вертолётчиков. Придётся ждать ещё два дня.
– Арсей. – позвала собаку. Щенок сунул любопытный нос в приоткрытую дверь комнаты. Похлопала себя по бедру. – Ко мне, Арсей.
Послушный малый, сообразительный. Запрет ходить по квартире где ему вздумается и своё место в понял сразу. Носился только по прихожей и кухне. А так, терпеливо сидел под дверью и иногда поскуливал, зовя поиграть. Но сейчас его позвали, и он с радостью подбежал ко мне.
– Скоро поедем в одно прекрасное место, дружочек. – щенок стоял на задних лапах, положив передние мне на бедро, внимательно слушал, а детская игривость прорывалась весёлым маханием хвостом и блеском чёрных глазёнок. – Тебе там понравится. Вот уж набегаешься вволю. Но имей в виду, дядька у меня строгий. Будет воспитывать тебя по всем собачьим правилам. Ну и видеться мы с тобой будем редко. А оставить тебя здесь я не могу, меня часто подолгу не бывает дома.
Пёс радостно гавкнул, соглашаясь со всем, что я ему предлагала. Глупыш. Я буду по нему скучать.
La Fuine бодро и ритмично оживил лежащий на компьютерном столе телефон. Этот рингтон был поставлен у меня только на одного человека.
– Бонжур, Бэлль! – жизнерадостный бас моего друга и коллеги Гастона Дюрье заставил сердечко забиться в предвкушении.
– Привет, красавчик! – удержать расползающуюся улыбку было невозможно. – Что у нас на этот раз?
– Марокко, звезда моя!
– Когда?
– Прямо сейчас! Маршрут расписан. Отели забронированы. Проводники наняты. Тебе осталось только прилететь.
– Люблю тебя, Гастончик! – взвизгнула в восторге. Ура! Мы летим в Марокко! Давно мечтала поснимать красные Атласские горы. – Кидай на почту информацию, красавчик!
Раскатистый, басовитый хохот приятно ласкал слух, словно лечебная мазь снимал тихо, но непрерывно ноющую боль в груди.
– Я знал, что ты согласишься, Бэлль! Буду встречать тебя в Касабланке.
Глава 43. Арс
Прямо с порога сгрёб Белку обеими руками, прижал к себе и уткнулся носом в шелковистые волосы. Как же охренительно она пахла! Наконец-то! Впервые за два неполных дня я снова услышал своё сердце. Живое, выталкивающее в артерии кипящую кровь, а не ледяную злость.
– Привет. – выдохнул в макушку и только сейчас понял, что вместо отзывчивой и пылкой Белки в моих руках застывшая статуя.
Немного отстранился и заглянул в любимое лицо.
Не понял...
Что могло произойти за время, пока я разгребал свои проблемы? Вместо счастливой и сияющей Белки, которую я оставил вчера утром, на меня смотрела прежняя холодная, чужая амазонка с язвительным и высокомерным взглядом.
– Что случилось? – мысли в голове запрыгали теннисным мячиком, отскакивали от черепа и, сталкиваясь в полёте, опять хаотично разлетались. Я снова сделал что-то не так? Обидел внезапным уходом? Передумала? Разыгрывает? Здесь был Герман? Наплёл ей какую-нибудь чушь, как пытался врать мне?
– Ты мне ответь. – скривила губы в недоброй улыбке. – Ты же решил сбежать. Зачем вернулся? Что-то забыл?
Тряхнул головой, в попытке расставить мысли по местам. Бессонные и напряжённые сутки давали о себе знать заторможенностью.
– Сбежать?
Белка скинула мои руки и развернувшись пошла вглубь квартиры. Быстро разулся, повесил на вешалку пальто, на ходу потрепал по голове крутящегося у ног щенка и поспешил за ней.
– Ты собираешься? – радостно оглядел раскрытый чемодан на кровати и аккуратно сложенные в нём вещи. – Наш корпоративный самолёт полетит обратно только послезавтра. Время ещё есть.
– Я не полечу с тобой, Арс. – не глядя на меня, сняла с плечиков яркий, летний сарафан и аккуратно сложила его.
Равнодушная, холодная, сосредоточенная. Да, блядь! Где моя пылкая Белка? Откуда опять взялась язвительная стерва?
Решительно вырвал тряпку из её рук.
– Что произошло? Ответь. Я хочу знать. Я не умею читать мысли. – зашвырнул скомканный сарафан в чемодан. – Бесят эти ваши бабские штучки – сама придумала, сама обиделась, а ты, мужик, догадайся!
Белка захлопнула крышку чемодана, села на край кровати и потёрла ладонями лицо. И сразу стала какой-то потерянной. Плечи опустились, голова поникла. Хрупкая, уязвимая. Присел перед ней на корточки, погладил ладонями бёдра и заглянул в опущенное лицо. Твою ж мать! Сидит, губы кусает!
– Белочка, Бельчонок мой, ну что ты? Что случилось? – потянулся убрать упавшую на лицо прядь. Дёрнулась, отстраняясь, недобро сверкнула зеленью глаз.
– Скажи мне, Арс. Вчера после разговора с Германом, ты просто сбежал ничего не объяснив, ночью прислал сообщение "не жди меня". Что, по-твоему, я должна была подумать?
Ну треш! Растерянно потёр пятернёй затылок. Я даже не предполагал такой расклад. Всё с этой женщиной у меня не так, как с другими. Ни перед кем из них никогда не считал нужным держать подробный отчёт о своих делах. Сказал "не жди", значит ложись спать и не жди. Сказал "дела", значит, у меня важные дела или встречи, много работы, полная загрузка, не до разговоров и объяснений.
– Прости. – покаянно уткнулся в красивые колени, поцеловал одну, вторую, растёр ладонями напряжённые мышцы стройных бёдер. – ЧП у нас произошло. Пришлось срочно сорваться, я был ближе всех, можно сказать, на месте, вот и поехал сразу, как только узнал.
Подняла на меня враз потемневший взгляд.
– Что-то серьёзное? На вашем заводе?
– Да. Авария. – внимательно рассматривал хмурое лицо. Такая холодная, далёкая. В эту минуту совсем не моя, чужая, словно и не было наших дней и ночей.
– Но ты мог бы позвонить мне, сказать. Почему сорвался, почему не можешь приехать домой. Мне не пришлось бы пережить эти ужасные сутки. Я была уверена, что ты тоже меня бросил.
Тоже! Твою мать, я реально идиот! После её рассказа мог бы подумать, понять, что Белка именно так отреагирует. С ней нельзя, как с другими. Если хочу, чтобы была со мной, нужно срочно перестраиваться.
Поднялся с пола и сел на кровать рядом. Хотелось обнять и успокоить, но чувствовал, что оттолкнёт.
– Прости, я не подумал. Не привык отчитываться перед своими женщинами. Да и не больно-то они нуждались в моих объяснениях. Кажется, им вообще было неинтересно, что у меня происходит на работе.
– Странные отношения у тебя с женщинами.
– Обычные. – пожал плечами. – Я обеспечиваю, она не выедает мозг.
Белка резко вскочила и решительно открыла чемодан. Подхватила скомканное платье, лежащие сверху и дёргаными движениями сложила его.
– Меня не устраивают такие отношения. – швырнула тряпку обратно. Окатила презрительным взглядом как болотной водой. – Я не нуждаюсь в твоих деньгах, и сидеть тихой мышью под веником не собираюсь!
– Нет, Белка, нет! Мне не нужна тихая мышь. – рванулся к дикой амазонке, стиснул, не давая ускользнуть. – Мне ты нужна. Я всё понял. Уяснил. Исправлюсь.
У тебя не будет третьего шанса, Резцов. Не та женщина, не тот характер и мировоззрение. Если не перестроишься, можешь вообще потерять.
– Скажи, почему ты отказала Герману?
Старательно выкручивающаяся из моих рук Белка, тормознула, подняла на меня полный недоумения взгляд.
– Не хочу повторить его ошибок.
Моё объяснение вызвало у неё лёгкий смешок. Хлопнула ресницами и недоверчиво, мелко потрясла головой.
– Что он тебе сказал? О чём вы говорили, Арс?
– Он врал.
– Откуда ты знаешь?
– Я тебе верю, а не какому-то левому, тем более обиженному, мужику.
– Герман хотел, чтобы я бросила всё, засела дома, варила ему борщи и встречала вечерами у дверей с домашними тапочками в зубах.
– Э-э-э... – не удержал смешок. – Оказывается есть ещё больший идиот, чем я.
– Герман не идиот, он хитрый, умный и упорный. Подозреваю, что он ещё может появиться.
– Ну пусть попробует. – и пока Белка расслабилась и, кажется, повеселела, воспользовался моментом и поцеловал сухие, горячие губы. – Увезу тебя в Москву, там у него не будет шанса даже близко подойти к тебе.
– Насчёт Москвы. – положила ладонь мне на грудь в попытке отстраниться. – Сейчас я с тобой поехать не могу.
Что за новости? Сделал вдох-выдох, усмиряя поднимающееся раздражение вперемешку с тревогой. Спокойно, Арс! Причин у Белки поможет быть много: фильм, собака, ещё что-то, чего я не знаю, может, к Михалычу с Марией планировала ехать. Хотя зачем ей в апреле в тайге летний сарафан?
– Почему? – ненавязчиво поглаживал стройную спину, пытаясь плавными движениями успокоить Белку и заодно обуздать рвущееся из меня недовольство.
– Улетаю на пару недель в Марокко. Намечаются отличные съёмки. Давно мечтала об Атласских горах. – зелёные глаза мгновенно загорелись предвкушением и азартом.
Внутри заворочался неизвестный зверь. Ревность? Беспокойство за её безопасность? Нежелание расставаться? Всё разом и сверху ещё мой эгоизм чистой воды.
С трудом пересилил себя. Всё справедливо. Это её работа, её жизнь, её мечты. Я не вправе мешать и тем более запрещать. Нужно как-то подстраиваться, ей же тоже придётся это делать. Мы должны найти общее решение, прийти к одному знаменателю, понять, принять друг друга, обеспечить поддержку.
– Ты поедешь одна в чужую страну? А как же безопасность? – это тревожило меня больше всего. Красивая, одинокая женщина в дикой местности. Мало ли кто может ей встретиться. Люди, зачастую, гораздо опаснее дикого зверья.
– Нет, конечно. – Белка беззаботно пожала плечами. – С Гастоном. Он отличный и надёжный спутник в таких поездках. Это не первая наша с ним экспедиция.
Какой ещё Гастон? Грубое, непечатное слово, созвучное с этим именем, так и крутилось на языке, просилось выплюнуть его из себя вместе с чёрной ревностью.
– Кто это?
– Гастон Дюрье. Знаменитый французский фотограф. Мой коллега и хороший друг. Я вас обязательно познакомлю, при случае. Он классный парень.
Парень? Пока Белка закрывала чемодан и запихивала его в гардероб, я набрал в интернете имя этого классного парня.
Заскрипел зубами, увидев его улыбающуюся на весь экран телефона довольную морду. И с этим белозубым и темнокожим жеребцом я должен отпустить свою женщину?
Глава 44. Белка
– Через час будем в Бене-Меллале, немного осталось. – ведущий машину Гастон искоса бросал взгляды на меня, сидящую на пассажирском сидении и рассматривающую свежие снимки на камере. – Есть хорошие кадры?
– Маготы оказались очень дружелюбными, позировали, как заправские модели. – фотография самца бесхвостого "берберского макака" был изумительной. Я немного приблизила её, чтобы полюбоваться клыкастой, ощерившейся в "улыбке" мордой обезьяны.
– Они были бы ещё дружелюбнее, если бы ты не съела все бананы по дороге в Узуд. – заржал приятель.
– Я не успела позавтракать и была голодная. – пихнула друга локтем. – Если бы ты не орал, что лучше выехать пораньше, я бы успела нормально поесть.
– Думал обернуться одним днём. – Гастон беспечно пожал плечами.
– Но макаки остались без бананов, и виноват перед ними только ты.
Мы весело рассмеялись.
Мне нравились наши с Гастоном простые и шутливые разговоры. Их непринуждённость и теплота. Прекрасно хоть иногда говорить о разной ерунде или рассказывать, и самой слушать забавные истории из жизни фотографов. Не делится подробностями своего немного пугающего настоящего или болезненного прошлого и всё равно чувствовать прилив душевных сил, как после долгого утешительного разговора. Именно такой близости мне постоянно не хватало с другими мужчинами.
С Гастоном мы много лет знали друг друга. Познакомились на моей первой парижской выставке, подружились и уже не раз вместе предпринимали вот такие вояжи.
Сильный, надёжный, умный молодой мужчина был прекрасным другом и спутником в многодневных поездках по, временами, небезопасным местам и странам.
– Белль, твой бриллиант на пальце отсвечивает мне прямо в глаз. – Гастон демонстративно прищурил правый глаз. – Жених специально подарил тебе его, чтобы ослепить меня и убрать со своей дороги конкурента?
Я вытянула руку и, растопырив пальцы, покрутила ладонью. Полюбовалась на кольцо, которое Арс надел мне на палец перед самым моим отъездом.
– Ты бы видел, с каким лицом он рассматривал твою фотографию, когда я сказала, что еду с тобой. – не смогла сдержать улыбку, вспомнив этот момент. И только мой рассказ, что темнокожий великан не интересуется женщинами, у него другие предпочтения, немного успокоили Арса. Но, кажется, не до конца.
– Я красавчик! – Гастон распрямил плечи, выпятил мощную грудь и игриво задёргал бровью. – Твой жених ревнивый?
– Ещё не поняла. – я потрогала пальцем сверкающий огранённый камень, погладила его, вспоминая лицо Арса в тот момент, когда я согласилась надеть кольцо на палец. Как ушло с него напряжение, в глазах засверкали искорки и через секунду в них полыхало настоящее пламя, жадное, обжигающее.
За неделю, что мы с Гастоном колесили по Марокко, я успела ужасно соскучиться по своему мужчине и каждый день ловила себя на мыслях: вот это Арсу было бы интересно, что бы Арс сказал, увидев это, Арсу наверняка понравилось бы здесь.
Решение отпустить меня, не пытаться удержать, не настаивать на отмене поездки, далось ему нелегко, но Арс справился с собой. Выбрал доверие. Я оценила. Оставила ему приблизительное расписание и карту наших с Гастоном маршрутов. Клятвенно пообещала отзваниваться каждый день и рассказывать все новости.
От охранника, которого Арс пытался навязать мне, категорически отказалась. Громкий топотун за спиной только мешал бы. Даже если он бывший спецназовец, умеющий выживать в любых условиях. Опасностей на нашем пути не предусматривалось. Эта поездка была скорее приятным путешествием, чем серьёзной экспедицией в дикую природу.
Арс словно почувствовал, что в эту минуту я думаю о нём. Телефон залился мелодией звонка.
– Привет, Бельчонок. Как дела? – любимый голос заставил прикрыть глаза от удовольствия и растекающегося по венам тепла.
– Привет, Сенечка. – не осталась я в долгу. Пригрозила же когда-то, не поверил.
– А по заднице? – напустил суровости в голос.
– Не дотянешься, я далеко.
Арс хмыкнул в трубку, а я злорадно улыбнулась.
– Ла-а-дно... – слышала, как он улыбается. – Как у тебя дела? Где вы сейчас?
– Возвращаемся в Бене-Меллаль. – посмотрела в окно на, расстилающийся у подножия горы, розовый, в предзакатных лучах солнца, город. Небольшой, тихий и уютный.
– А дальше по программе?
– Ещё сутки будем здесь. Отдохнём и поедем в Мерзугу. По пути ещё горы и природу поснимаем, а потом целую неделю в Сахаре. Ммм... – закатила я глаза. – Здесь так красиво, Арс, ты не представляешь!
– Представляю. Ты же присылаешь мне фотографии. И я завидую.
Я прямо через телефон чувствовала и слышала, как Арс улыбается.
– Я жутко соскучился, Белка. Без тебя даже Москва как неродная стала.
– Скоро вернусь. – на секунду мне захотелось всё бросить, прыгнуть в самолёт и полететь к нему. С порога попасть в крепкие объятия. Но рядом фыркал веселящийся Гастон и я быстро погасила непрошеный порыв. – Что тебе привезти из Марокко, Сенечка?
– Себя, любовь моя. И поскорее. И мне нравится, как звучит в твоих устах Сенечка. Пожалуй, соглашусь, чтобы ты меня так звала.
– Ладно, привезу тебе бабуши и джеллаб. Будешь как настоящий марокканский король.
– Расшитые золотом? – уже откровенно смеялся Арс. – Я в них в офис ходить буду, чтобы все знали, кто здесь главный.
– Для офиса самые яркие куплю! – хохотала я, представляя Арса в разноцветных, с загнутыми носами, бабушах и расшитом халате, гуляющего по офису в Москва-Сити.
За болтовнёй и смехом не заметила, как въехали в город и, ни слова не понимающий по-русски, но улыбающийся, глядя на моё веселье, Гастон, припарковался на автостоянке нашего отеля.
Попрощавшись с Арсом и пообещав перезвонить перед сном, поплелась за гружёным нашими камерами другом. Устала. Страшно хотелось в прохладный душ, потом съесть вкусный тажин на ужин и завалиться спать. В длинном, полутёмном коридоре вечно сонного отеля притормозила, чтобы завязать распустившийся шнурок ботинка и пропустила Гастона далеко вперёд. Но стоило мне сделать несколько шагов вдогонку к нему, как сзади на меня кто-то напал. Закрыв одной рукой рот, второй крепко обхватил поперёк живота и втащил в приоткрытую дверь чужого, темного номера.
