Текст книги "Оковы прошлого (СИ)"

Автор книги: Марк Кузьмин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 29 страниц)

Глава 11
Стеклянная

Утреннее солнце сияло на небосводе, и его яркие лучики пробивались сквозь листву. Денек выдался теплым, несколько жарче обычного для этих и так далеко не холодных широт, но ласковый ветерок несколько сглаживал все, делая ситуацию вполне терпимой, особенно если не стоять на солнцепеке… Жаль только, что в плотной мотозащите его было не почувствовать, а ее черная поверхность, кажется, умудрялась раскаляться даже в тени. Однако приходится терпеть. Скоро приедет Эри, и мы поедем на работу, а для меня эта одежда еще и броня, фактически, причем не оставляющая не единого места незащищенным. Наручи. поножи, шлем – все на месте.

«Надо было брать белую модель, что не так солнце ловит. Я еще чего-то удивлялся, почему она тут продается дороже…»

Нет, в принципе в этом всем было бы не так уж и жарко… Если в нем гонять с ветерком, а не стоят и киснуть. А я сейчас, увы, как раз стоял под деревом недалеко от своего дома и ждал приезда своей напарницы.

Еще вчера она позвонила и сказала, что работа от Церкви уже подготовлена, и мы должны будем к десяти приехать к ним. Потому я встал пораньше, поел, оделся и был готов. Эри отзвонилась и уже скоро должна подъехать.

И вот я стоял и наслаждался спокойствием, насколько это позволяла мрачная и холодная туча за спиной. Кстати, она давала дополнительную защиту от солнца, потому я был даже доволен. Польза от Болтушки приобретает новые формы.

– Хватит дуться, – сказал я, смотря на проплывающие в небе облака.

– И ничего я не дуюсь, – ворчала Болтушка-Приставала.

– Ты дуешься и сильно.

– Нет! Тебе кажется! Ничего такого! Все!

Мы помолчали некоторое время.

Затем я улыбнулся.

– Неудачница.

– Заткнись! Я просто впервые играла в эти файтинги! Даже не знала, что нажимать на джостике! – рычала моя фея.

– Да, да, а бахвальства, сколько было, – усмехнулся я. – Не ты ли заявляла, что легко меня победишь. А по итогу продула во всех боях.

– Молчи! Карни отомстила за меня! Она отлично играет! – скрежетала она острыми зубами, но поделать ничего не могла.

– Да, я сильно удивился.

Я-то думал, что Карни будет, как и Болтушка, не понимать, как управляться с геймпадом. Все же Приставала, игралась только на моем ноутбуке и в телефоне, а джойстик до этого не держала. Карни тоже, но в процесс въехала очень быстро и после пары обучающих матчей уже она выносила нас с Болтушкой почти без урона. Если дать ей пару дней практики, то и на какой-нибудь киберспорт отправлять можно. У нее реакция повыше, чем у простого человека и нажимать кнопки она может очень резво.

– Но ты-то все равно продула.

– У-у-у-у-у! Я отомщу!

– Принимай поражение с гордостью. Подавай Карни хороший пример своей стойкостью, чтобы она видела какая ты крутая.

Не знаю, что я несу, но судя по задумчивой мордочке феи, та может и задумается над чем-нибудь. У меня появилась редкая возможность немного потыкать носом Болтушку и этим хочется воспользоваться.

– Как будто в этом есть смысл, – ворчала Приставала. – Кто знает, сколько еще будет такое продолжаться…

Её слова заставили меня вновь вспомнить слова Энн и её предупреждение. Болтушка не моя фея, она Временный контракт и когда моя найдется, то с ней мне придется попрощаться. Пускай я уже вроде, как и решил все и не хотел об этом думать, но подобные мысли сами возникают, и я не знаю, как к ним относиться.

«Может мне связаться с Энн и спросить у нее? Хотя, что мне спрашивать? Я даже четко сформулировать свой вопрос не могу, а еще людей доставать начну. Глупость какая. К тому же она и так занята…»

Из моих мыслей меня вывел звук мотора знакомого мне мотоцикла. Боливар подъехал к дереву, где я стоял, и за ним сидела Эри.

– С новосельем, – сказала Эрик Эйбон. – Залазь и поехали.

– Конечно, Эририн, – улыбнулся я.

Моя напарница издала стон умирающего мамонта, когда услышала эти слова. А Болтушка выплыла из своей депрессии и начала откровенно ржать над ней.

– Клево саппортишь, Эририн, – смеялась фея.

– Нохинду, я тебе это припомню, – прорычала Эри.

– Я всякого ожидал от твоих хобби, но такое…

– Это не хобби! А, между прочим, оплата твоего осмотра! – прорычала Эйбон. – Энн не волнуют деньги, вот и просит меня играть на её стримах. Ненавижу эти долбанные ММО!

– Да, известный стриммер, – хмыкнул я, решив потом почитать о том, что такая «Лулу». – И ты у нее на подтанцовках.

– Не напоминай, – застонала напарница. – А этой чего?

– Болтушка в депрессии, что в сухую продула мне в файтинге, хотя до этого грозилась всех порвать. Было нечего делать, и устроили маленький турнир, где она умудрилась проиграть, просто упав с арены.

– Заткнись! Я еще отыграюсь! Карнюша за меня отомстит!

– Да-да-да, не надо уже который раз повторять.

– Я, кажется, велел тебе не связываться с Карни, – нахмурилась Эри говоря от мужского лица. – Она приносит неприятности всем, кто с ней возится.

– Ну, извини, ничего тут не поделаешь. Лучше о себе думай, Эририн.

Эри лишь покачала головой, но продолжать не стала.

Велела мне запрыгивать, и мы поехали работать.

Ехали мы в полной тишине. Я ничего не говорил, а Эри лишь тихо ворчала и пыхтела от злости. Ничего, перебесится немного и можно будет уже разговаривать. За это время совместной работы я уяснил, какая она вспыльчивая, но в тоже время отходчивая. Выплеснув эмоции, она утихает и начинает быть рассудительной и спокойной. Так что к приезду уже можно вести дела и что-то спрашивать.

Забавную цену Энн назначила Эри за свою помощь. Я всякого ожидал, но точно не такого.

Ну да ладно, на эту тему можно много думать, а потому лучше сконцентрируюсь на предстоящем визите. Мы едем в штаб главной секты в городе, что называют просто Церковь Очищения. Я все же почитал в интернете про эту организацию. Точнее, официальные данные о ней.

На первый взгляд, выглядело это все как вполне обычная церковь католического образца, проповедующая вполне себе стандартные вещи и возглавляемая неким Отцом Иосифом. В интернете полно всяких статей о том какая эта организация хорошая и как много делает для города. Всякие благотворительные вечера, праздники и прочие мероприятия они создают с завидной регулярностью.

На второй взгляд можно было уже заметить, что какая-либо конкретная конфессия там не отмечена…. И это уже несколько напрягало. Конечно, я еще по школьным урокам истории помню, что католики подчиняются Ватикану, а местные явно нет… Но чтоб вообще не приписывать себя ни к какому течению и при этом не кичиться какой-нибудь нарочитой инаковостью – это как-то против всех законов маркетинга. Мое подсознание современного человека, привыкшее к агрессивным попыткам его к чему-нибудь привлечь, исходило сигналами в духе «здесь что-то не так». Не знал бы подноготной, все равно бы старался держаться подальше… Впрочем, не знай я подноготной, и рыть бы на эту тему не стал, я и религия несколько несовместимы.

Существовала, тем не менее, Церковь вполне успешно. Гребла весьма обширные пожертвования прихожан, и имела множество льгот от Мэрии за «вклад в развитие города». Насколько это, правда, понять сложно, но выходило, что Церковь и правда многим помогает: спонсирует приюты, дома престарелых и даже жертвует крупные суммы в пользу больниц.

Иначе говоря, из-за всех сил изображают из себя обычную христианскую организацию. Как все это сочетается с нападающими на людей дуболомами с бандитскими нападками – пойди пойми. Почему Неспящие позволяют им копить силы – тоже пойди пойми.

Нет, то есть я понимаю, почему саму Церковь терпят. Контроль над ушибленными религией психами, которые в присутствии всякой чертовщины появляются постоянно – дело нужное. Но не слишком ли им позволили разгуляться? Хотя может, когда сам все увижу – пойму.

– Приехали, – сказала Эри, припарковав своего стального коня.

– А? Тут? – удивился я, сняв шлем и посмотрев на здание.

Когда она сказала, что к ним поедем, то я думал, что напрямую в какую церковь отправимся, ну или в какой-нибудь роскошный особняк, а не… простое офисное здание. Небольшой пятиэтажный дом со стеклянными стенами. Смотрелось с одной стороны довольно стильно, а с другой весьма скромно.

– Не будут же они организовывать работу своих участков прямо в церквях, где полно прихожан. А особая роскошь у них запрещена, ведь перед людьми нужно себя показывать благородными и не жадными. Не смотри, что здание выглядит скромно, оно защищено не хуже какого-нибудь бункера с бронированными стеклами. Не знаю, выдержит ли выстрел танка, но бомбу пережить точно сможет.

– Хм-м-м, я так понимаю дорогие дома и роскошь у них где-нибудь заграницей? – хмыкнул я.

– Ну, учитывая, что многие там сноходцы и покинуть город они не могут, то и недвижимость вне Найзельберга им не нужна. А на самом острове не так много мест, чтобы особняк каждого богатея ставить. У нас даже кинозвезды, когда приезжают, то живут или в отелях, или в Курортном городке.

Ну да. Остров пускай большой, но не бесконечный же. Конечно, его активно расширяют, делая искусственные части, но это процесс не быстрый и если здесь будет много тех, кто захочет отдельный домик с участком, то места закончатся. Главы компании такого не имеют, как и кинозвезды. Читал об одном скандале, когда какой-то «принц» из Африки хотел купить себе землю, но ему отказали, и никакие угрозы не помогали. Все потом само как-то затихло, но ранее часто мелькающий в новостях богатей внезапно решил стать затворником и заимел панические атаки. Видать, довел Мэрию до подключения не особо ласкового сноходца…

Но вернемся к текущим делам.

Народа в офисном здании было не так уж и много. Оно и не удивительно, ведь тут не прием прихожан, а именно административное здание, где делами занимаются, так что заходили сюда только те, у кого есть конкретные цели. Как пояснила Эри, именно тут они распоряжаются финансами, принимают пожертвования от инвесторов и заключают всякие свои сделки.

Мы вошли внутрь стеклянного здания и оказались в просторном фойе, где нас встретила улыбчивая консьержка, что было, хотела спросить у нас о цели визита, а может предложить пару брошюрок, но сказать она ничего не успела.

– Они приглашены, – прозвучал в полупустом коридоре женский голос.

Словно из воздуха перед нами появилась какая-то странная девушка. На вид немногим старше меня, довольно высокая и стройная, с длинными снежно-белыми волосами, что водопадом спадали ниже плеч. Облаченная в черный деловой костюм, что еще сильнее осветлял её и без того белую кожу и бледно-серые глаза. Её взгляд был довольно холодным, а лицо застыло в ласковой полуулыбке, будто принадлежащей какой-нибудь кукле.

Заметив незнакомку, консьержка лишь вежливо поклонилась и вернулась к своим делам.

Сама же «белая леди» подошла к нам.

– Здравствуй, Эри, – сказала она. – Рада снова тебя видеть. Неужели, чтобы найти причину навестить подругу тебе нужно попасть в неприятности?

– Привет, Бьянка, – фыркнула моя напарница. – Будь моя воля, я бы тут никогда не появлялась.

– Все как обычно, – покачала головой эта белая.

Затем она повернулась ко мне.

От её взгляда мне стало как-то не по себе, словно она мне в душу смотрит. Её серые, словно лишенные зрачков глаза смотрели так, как будто видит насквозь.

– Нет, я не читаю твои мысли, – ответила эта Бьянка. – Просто хорошо умею разбираться в людях и понимаю их эмоции.

– Понятно, – поежился я.

– Так ты тот самый напарник Эри, который сумел выдержать её невыносимый характер? – уже теплее улыбнулась она. Перемена была разительной, ведь только что она напоминала собой живой манекен, а в следующий миг словно стала человеком. – Немалое достижение. Даже мне долго в компании этой вредины тяжело находится.

– Пф, это и я могу сказать про тебя, – закатила глаза Эйбон. – Ник, это моя старая подруга детства, Бьянка Иванова. Она же дочь главы церкви.

– Очень приятно, – сказал я, не зная, как на все это реагировать.

Эта девушка какая-то странная, даже Болтушка не горит желанием шутить про нее и показываться. Не знаю в чем причина, но что-то необычное от нее ощущается, что не дает покоя. Сложно объяснить это словами, просто какая-то мешанина чувств.

– Бьянка, прекрати уже «смотреть», раздражаешь.

– Все больше не буду, – хихикнула эта беловолосая девушка.

Наваждение резко пропало, словно его и не было, а девица перед нами перестала казаться кем-то невероятным и стала просто обычной девушкой.

– Лучше скажи, какими ты тут сама судьбами? – спросила Эри. – Сложно поверить, что ты сама вызвалась нас встретить.

– Я просто узнала от папы, что отбывать «наказание» будешь ты и раз уж он тут, то и я решила встретить тебя. Мы все же подруги детства и порой хочется пообщаться с кем-то не смотрящим на меня снизу.

– Значит он тут, – нахмурилась моя напарница. – А я думала, что все же на заместителя все оставит.

– Да, папа ждет вас в своем кабинете, – кивнула Бьянка. – Прошу за мной.

Мы двинулись следом за этой девушкой по коридорам стеклянного здания. Шли мы молча, под напряженное сопение Эри и ледяное спокойствие нашей ведущей. И пока Болтушка не решила влезть с каким-нибудь глупым вопросом или комментарием, тишину решил нарушить я:

– У вас весьма красивый акцент, Бьянка, но английский видно ваш не родной.

– М? – повернулась она ко мне. – Как понял?

– Я изучаю иностранные языки с детства, даже в университет по этой специальности поступил. Ну и опыт общения с носителями языка имею.

Странно б было не иметь в наш век интернета… Все же живое общение – лучший способ научиться говорить на другом языке.

– Угадал. Я из Брюсселя родом.

– Но при этом у вас фамилия явно не родная.

– Это моего отца, – поведала Бьянка. – Когда я осталась сиротой, он удочерил меня, и с тех пор я ношу его фамилию.

Об этом человеке информации довольно мало. То, что я находил в интернете, старательно обходило личность главы Церкви и больше концентрировалось на том, что он делает и каких успехов добился во благо города. Возможно, стоило спросить Нохинду, но я как-то не подумал об этом.

– А можете ли мне рассказать, в чем вообще смысл вашей организации? – задал я давно интересующий вопрос. – Устранять нежелательные секты можно и иными путями. А в чистоту помыслов людей у власти мне верится с трудом.

– Понимаю твои опасения, – кивнула Бьянка. – Но могу тебя заверить, что у моего отца помыслы действительно добрые. Когда-то давно он был сам не самым хорошим человеком, но попав в Найзельберг, пострадал от деятельности фей и едва не погиб. Выжив, он искренне решил измениться и помогать другим. Поэтому и создал все это, чтобы помогать тем, кто нуждается в помощи.

– А методы у него необычные, – вспомнил я отца Уолша.

– Знаю, что ты подумал, но такие «паршивые овцы» как Уолш всегда были, есть и будут, в местах, где есть деньги и власть. Увы, нам запрещено иметь штатных телепатов, чтобы проверять новеньких, а следить за каждым мы физически были не способны. Проблема Уолша была не в том, что он был вечным «подчиненным, о которого вытирают ноги», а в том, что он имел психологическую зависимость от такого положения. Он давно мог бы стать лучше и быть повышен, но сам себе мешал быть счастливым.

– Это все понятно, но вы не ответили на вопрос.

Она резко остановилась, а затем повернулась ко мне.

Кроме нас в коридоре никого не было, а источаемая ей энергия быстро отвадила обычных людей от этого места. Да и есть у меня уверенность, что нас вряд ли кто видит и слышит вообще.

– Люди – существа слабые по своей природе. Не каждому дано быть стойким и многим нужен…

– Поводырь?

– Можно и так сказать. Многие люди готовы отдавать свои деньги, время и жизни ради того, кто их поймет, поддержит и наполнит существование смыслом. Именно бессмысленность – самый страшный враг общества. Какая-нибудь другая секта вполне бы промыла такому несчастному мозги, подчинила, сломала, выжала все сбережения, а затем выкинула как отработанный мусор, а может и того хуже, – вздохнула дочь главы церкви. – Однако мы не такие. Наша цель – позитивна, мы не стремимся разбогатеть и сбежать, ибо для многих побег просто невозможен. Мы направляем людей на созидание и мир, а не разрушение. Если они хотят отдавать свои деньги, то мы примем, не все, часть, а потом потратим их на поддержку больниц, приютов и реабилитационных центров, – она посмотрела мне в глаза. – Мы не паразиты, мы – симбиотический организм, что берет часть и приносит пользу.

– Прямо так пользу? – хмыкнул я.

– Ты даже не представляешь, какую силу могут иметь простые слова, – Бьянка посмотрела в окно. – Выслушай человека, прояви к нему сострадание, пожалей и помоги разобраться в себе и завтра этот человек от отчаяния не возьмет в руки оружие, чтобы отомстить жестокому миру. И это решает проблемы. Вы, Неспящие – боретесь с проблемой, решаете их, а мы их предотвращаем.

– И при этом вы устраняете другие секты.

– Поправка. Мы устраняем деструктивные секты. Если появилась одна, мы сначала пытаемся с ними договориться, принять к себе и спокойно все решить. И если уже не получается, то в дело идет силовой метод. Сестры Милосердия всегда готовы прийти и выжечь еретиков, да и не только они.

– Выжечь надо Ваху из твоей головы, – фыркнула Эри. – Хватит уже пафос разводить. Пошли поскорее. Потом созвонитесь и поболтаете, если так хотите.

– Вот из-за такого отношения Эри и тяжко терпеть, – улыбнулась Бьянка.

Она быстро провела нас до последнего этажа, и мы остановились прямо перед дверью в главный кабинет главы Церкви Благоденствия…

Глава 12
Святой

Кабинет главы Церкви Благоденствия представлял собой довольно скромное место. Если здание еще было неким интересным дизайнерским решением, то вот рабочее места главы огромной и очень богатой организации отдавалось чем-то аскетичным.

Простой, тяжелый стол, высокое кресло, пустые стены без картин, лишь пара шкафов, да несколько цветочных горшков. Даже ковра на полу нет, а светильники максимально стандартные и обычные. Как-то неловко начинаешь чувствовать себя тут.

А вот хозяин этого кабинета словно яркий лучик выделялся на фоне всего обычного и словно наполнял помещение каким-то величественным смыслом.

Высокий худой мужчина на вид лет пятидесяти, с бело-серыми длинными волосами, свисающими с его головы. Четкие морщины, что обрамляли острые черты лица, а небольшая также же белая бородка дополняла образ загадочного немолодого человека. Одет он был в белоснежный длинный кафтан, что действительно отдавал чем-то старинным или религиозным, а под ним виднелись белые брюки и также туфли.

Мужчина поднялся со своего места и подошел к нам, а… затем с доброй улыбкой обнял Эри.

Это было так неожиданно и… как-то… просто, что я даже опешил.

– Рад тебя видеть, Эри, – произнес мужчина. – Как хорошо, что ты не пострадала.

– Я тоже вам рада, сэр, – кивнула она и в её голове даже какое-то тепло проскользнуло. – Со мной все хорошо.

– Я хотел встретиться раньше, но, увы, из-за работы не мог освободиться.

– Я понимаю.

– Так это ты её напарник, – посмотрел он на меня.

– Э-э-э, да, сэр, – несколько растерянно ответил я.

– Надеюсь, вы продолжите сотрудничество и в будущем, – отец Иосиф кивнул. – С божьей помощью Эри удавалось выживать в одиночку все это время, но нельзя постоянно рассчитывать лишь на Него.

– Я выживаю благодаря подготовке, расчету и собственным способностям, – пробурчала моя напарница, которой явно не нравятся, когда о ней говорят в таком ключе, – Не надо выставлять все так, будто я дура, выезжающая лишь на удаче…

– Отсутствие крупных неудач уже можно считать удачей, – улыбнулся священник, – И, учитывая, что твой дар не слишком хорошо справляется с непредвиденными обстоятельствами, то, что ты до сих пор столкнулась с чем-то неучтенным и способным тебя убить только пару раз – воистину благословение божье.

Эри ощутимо скривилась.

«Значит и у нее-таки бывали проколы», – немного злорадно подумалось мне.

Хотя злорадствовать тут явно не стоит – любой такой «прокол» может стоить жизни, и, учитывая, что вряд ли наше начальство докладывает главе Церкви, последствия должны были быть куда заметнее, чем пара строчек в отчете, раз уж этот «падре» знает. Скорее всего, девушку еще долго таскали по целителям…

– В любом случае, я позвал тебя не затем, чтобы читать лекцию, – Иосиф прошел обратно за свой стол и указал нам на свободные кресла. Бьянка же как-то незаметно покинула кабинет, отправившись по каким-то своим делам, и оставив нас одних. – Стоит поговорить о вашей проблеме и ее последствиях.

– А в чем собственно проблема? – спросил я.

– Проблема прежде всего в том, что церковь – организация добровольная. Времена, когда на тех, кто не слушался начальства, можно было натравить инквизицию, к сожалению, давно прошли. Сейчас же у каждого есть свои представления как лучше, и когда твои приказы слишком отличаются от мнения большинства, начинается ненужная самодеятельность.

Ну да, Бао об этом тоже говорил, причем почти теми же словами. Быть может, он в свое время тоже такую речь выслушивал?

– Поэтому, не смотря на степень вины членов нашей организации, – продолжал священник, – на тех, кто причинил нам неприятности всегда накладывается епитимья. Священная задача во имя его, исполняемая во искупление своих прегрешений… И если искуплять особо нечего, то задача обычно оказывается легкой, а «под столом» сиим «грешникам» передается внушительная сумма денег, компенсирующая им и предыдущий неприятный опыт общения с нами, и само участие в оном представлении… К сожалению, ситуацию, в которую втянул нас Уолш, просто так решить не получится.

– Почему?

– Если бы Уолша вы убили или он сам бы где-то помер, то никаких проблем бы не возникло, – покачал Иосиф головой. – Мы бы провели обычную схему, а после того как кто-нибудь из наших достал и допросил душу этого дурака, то обставили бы так, что паства бы вам даже благодарна была, за проявленное смирение. Никаких проблем. Однако все куда сложнее.

– Вы так и не смогли его найти? – нахмурилась Эри.

– Его точно нет среди живых, но и среди мертвых тоже, – мрачно произнес глава секты. – Одно дело будь он убит, но тут полностью пропал, с душой. И последними кто его видел, были именно вы.

Ситуация и правда сложная.

Тут четко прописана вина этого идиота, чья деятельность была абсолютно не согласованной и вредительской для организации. Его успех мог принести пользу только ему одному, но в случае, если бы ему не удалось скрыть все следы, проблем бы нажила вся Церковь. Однако, он неожиданно исчез с концами и теперь мало того, что допросить его не выйдет, так еще и искать нужно того, кто сжирает людей с душами сразу. Вроде есть такие твари, что даже огрызка души не оставляют, но такие только в Мельхиоре и водятся, а там что-то точно найти довольно сложно.

Вот и получается, что мы тут как бы крайние и у некоторых имеются подозрения.

– Ладно, и как же мы тогда решим данный вопрос? – спросила Эри. – Нам нужно найти его «убийцу»?

– К счастью, нет, этим мы сейчас сами занимаемся. Вам же просто придется выполнить задание, несколько… сложнее обычного. Задержка в делопроизводстве как раз и была вызвана тем, что мы пытались выбрать что-нибудь, что было бы достаточно сложным и опасным, чтобы уничтожить все кривотолки…. Но при этом достаточно простым именно для вас двоих.

О, какая забота.

Все же у меня к Эри накапливается очень много вопросов, которые потом нужно будет озвучить и в этот раз она отнекиваться не сможет. Тут кое-что пояснить нужно.

– Как вы знаете, мы занимаемся тем, что устраняем все другие секты. Это, конечно, не Первая Волна, где от количества подобных организаций было не продохнуть, но в подполье все еще появляются подобные. И вот одна такая недавно вымерла.

– Вымерла? Как это?

– Когда мы пришли с ними на переговоры, все сектанты уже были убиты… и… – он помрачнел, – съедены…

– Они что-то призвали, и оно и разорвало?

– Если учесть, что среди трупов мы не нашли тела главы секты, то вполне возможен вариант с проклятием или одержимостью.

– Оборотни, значит – покачал я головой.

Я не так давно читал об этом.

Не вся одержимость заканчивается подавлением или уничтожением личности. Во множестве культур есть целый пласт мифов, описывающих превращение человека в чудовище, вампира, оборотня… Даже в они – «сестрица» Ибараки, оказывается, даже в мифах когда-то была человеком.

И самое жуткое в таких ребятах – это то, что они как минимум некоторое время сохраняют человеческое обличие и человеческое поведение. Ходишь мимо их дома. Здороваешься, а потом оказывается, что твой сосед – маленько людоед. В общем, спасибо всяким древним Чикатило за порождение таких милых мифов, век бы без них жил.

– Это произошло вчера и не найдя толком зацепок, я приказал свернуть расследование, чтобы передать его вам. Узнайте, что именно случилось и устраните проблему.

– На месте преступления ваши люди многое забрали?

– Только трупы убрали, остальное я приказал не трогать. Если хотите осмотреть тела, то езжайте в морг.

– Хорошо, мы займемся этим немедленно, – сказала Эри, поднимаясь с кресла. – Как будут какие-нибудь сведения, мы сообщим.

– Вот адрес, – протянул он листок. – Удачи вам.

Попрощавшись с главой церкви, мы были, покинули его кабинет, а потом и само здание, двинувшись в сторону мотоцикла. Шли мы в молчании, и лишь у самого мотоцикла несколько выдохнули. Ощущение того как будто над нами что-то нависло и держало все это время, наконец-то, отпустило.

– Не самый приятный опыт, – нахмурился я. – Это что было?

– Бьянка, – ответила моя напарница. – Она, разумеется, всегда защищает своего папу и в её присутствии долго находится дискомфортно.

– И что у нее за сила такая?

– Она может воплощать в себе силу ангелов. Реальных таких, библейских, её фея их каким-то образом «отражает»… Не зря все величают её как Святая или Голос Господень, на проповедях не слушать её невозможно.

– Жуть какая, – поежился я.

– Ты только что встретил одного из сильнейших сноходцев в городе. Она и еще десяток других – это самые опасные ребята на всем острове среди людей. И таким дорогу лучше не переходить.

– А сам отец Иосиф? Он какой силой обладает.

– Никакой. Он обычный человек.

– Серьезно? – оторопел я.

– Да, просто он чертовски умен и харизматичен.

– Чтобы создать огромную секту этого мало.

– Создание сект – это его специализация, – фыркнула она, садясь за свою машину. – В прошлом он был известен тем, что создавал секты: находил слабовольных людей, промывал мозги своими речами и умением играть на чувствах, получал полную преданность и верность, а затем эти секты продавал богатым людям.

– А зачем кому-то нужна секта? – вылезла Болтушка.

– Это очевидно, – покачал я головой. – Когда у тебя полно денег всегда приятно тешить свое эго кучкой абсолютно верных и боготворящих тебя болванов, которые и в постель пойдут, и умрут за тебя.

– А еще их можно отправить работать за еду, – кивнула Эри. – Это был очень прибыльный бизнес. Но с тех пор как Иосиф попал в Найзельберг, он едва не погиб от одной кицунэ и, выжив, поклялся измениться. Теперь он свою секту не бросит и даже наоборот, пропагандирует исключительно позитивные идеи.

– Я уже знаю, как они работают.

Бьянка рассказала свое виденье.

В этом есть смысл, но у всего в мире есть две стороны. Так что и тут тоже есть немало подводных камней. Сам факт того, что у них есть какие-то «Сестры Милосердия», что наверняка просто карательный отряд, уже о многом говорит.

– Ну и как со всем этим связана именно ты? – посмотрел я на Эйбон. – Ты с ними в очень теплых отношениях.

– Мой наставник и опекун возглавлял одно из крыльев этой секты. – ответила она. – Точнее, то, что им стало, уже после его ухода. Садись.

Надев шлем, я устроился на мотоцикл, и мы поехали, а попутно Эри через микрофон рассказывала, что и как.

– Когда в городе были большие… беспорядки, восемь лет назад, то подобные организации плодились как грибы после дождя. Точнее тогда это были никакие не секты, а просто волонтёрские группки тех, кто помогал пострадавшим. Многие из них вообще образовывались стихийно и случайно. Как, например, группа Вайтнайта, изначально были теми, кто завалы разгребал, а потом стали и преступников вместе ловить. Ну, а мой наставник – некогда матерый экзорцист, после отставки решивший пойти в священство, о душе позаботиться, причем не только своей. Он заботился о выживших, утешал, выслушивал, помогал справиться с пережитым. И вокруг него тоже постепенно стали собираться люди. В тот момент в городе образовалось немало таких религиозных общин, и те, что буддийского толка, постепенно начали собираться именно вокруг наставника, просто потому, что тот знал, как даже обычному человеку справиться с нечистью… Но как бы он не был хорош во вдохновении людей и усмирении духов, в том, чтобы людьми управлять, он был профан.

– Его оттерли от власти?

– Ну, попытались, – кивнула она. – Ублюдки понимали, что пока он жив, люди все равно будут слушать именно его, и решили по-тихому прикопать. Мы сумели отбиться, но прекрасно понимали, что продолжать так нельзя. Тогда-то отец Иосиф и предложил моему опекуну уйти на покой и передать все ему. Он как раз пытался сделать свою секту межконфессиональной, с буддистским и мусульманским крылом, и ему это как-то даже удавалось… В ответ тот поклялся никогда не мешать и не вредить всем, кто ушел и даже помогать всеми возможными способами. Так все и закончилось.

– Вот оно как… Так значит, вот как Уолш узнал где ты живешь.

– Ага, за мной немного приглядывают, но не мешают и не лезут, проповедникам запрещено даже близко к моему жилью подходить. Но дуракам закон не писан.

– И что теперь? Можно ли доверять им?

– Они не обманут нас. Доверять, разумеется, никому нельзя, но им самим выгодно быть максимально честными.

– Но вот про компенсацию нам ничего и не сказали…

– Не бойся, не обидят. Как минимум, стандартный оклад для сложной работы. И платить будут не официально, а в качестве «благодарности». Зато никаких налогов…

– Чудно, – фыркнул я. – Я и так не знаю, куда деньги девать, а теперь то…

– Покупай мотоцикл.

– Называть его каким-нибудь глупым именем не дам.

– Из-за тебя мой пулемет захотел именоваться «Карлсоном», так что должен мне, – буркнула она. – Настраивайся на работу. Мы почти приехали…