Текст книги "Межгалактическая Академия Псиона Курсантка по приказу (СИ)"

Автор книги: Мария Вельская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5.3.

Свидетельством брака, впрочем, уже  давно выступали не кольца. Большинство людей предпочитало не носить вообще никакие обрядовые предметы, оставляя лишь бумагу-свидетельство и обновленные  документы, копия которых, как раз, сейчас осталась в Академии.

– А ты замужем?  – Кто-то хитро сверкнул глазами. Чернющие. Они могли бы быть страшными, если бы не светившаяся в них сейчас жизнерадостность и  теплота.

Было что-то в этом парне… настоящее? Уверенность. Какая-то внутренняя твердость.

– Да, – вздохнула, злясь про себя. Уж с кем не хотелось иметь дел, так это с Шаэлом

– Похоже, ты  не слишком рада.

– Считай, что у меня брак  по расчету, – откликнулась, фыркнув.

– Расчет-то хоть оправдался?  – Меня нагло пихнули локтем.

Я в ответ стукнула нахала ногой прямо в косточку ступни.

– Сама не могу понять...

Парень взвыл, недовольно щурясь.

– Злюка! Таких красавцев, как я, надо встречать поцелуем!

– В щечку?  – Хихикнула, не сдержавшись.

В ответ раздался довольный смех – и мне протянули руку.

– Маэртон Нарроу, можно просто Маэр. Ихниль. Мою расу мало кто знает, поскольку мы не входим в Союз. Да и собственного государства у нас нет. Живем кто где. Я вот с детства проживаю на Аугри с мамой, а отец в разъездах. Хочу пойти по военной стезе.

Ихниль. Я и правда про таких  инопланетников ничего не слышала. Выглядит практически как человек. Такая яркая южная внешность. Если бы не вертикальный зрачок…

– Иорин Шаэл. Вроде как человек, но не совсем. Сирота, замужем. Считай, что и замуж-то вышла только потому, что хотела попасть именно в Межзвездную Академию. Только здесь псионики могут раскрыть свой дар полностью.

Я уверенно пожала чужую ладонь – и Маэртон открыто улыбнулся снова.

Вот же дружелюбная личность!

– Ты целеустремленная девушка, Иори. Завтра встретимся перед экзаменами? – Вдруг предложил.

А я растерялась. Зачем он так? Зачем такой спокойный и доброжелательный? Зачем набивается в друзья? Случайно ли он вообще сюда подошел? Слишком много у меня секретов, чтобы паранойя спала мертвым сном.

– Боюсь, мой муж будет против, – усмехнулась, – он хотел меня подбросить попозже, к самому  началу.

И не стоит ему знать, что экзамены  я, считай, уже  сдала.

– Тогда встретимся после? Здесь же, часа в три пополудни?

Вот неуемный!

Но, как представлю постную физиономию Каэртана…

– По рукам! – Согласилась.

– Запишешь номер моего комма? Или давай свой, я тебе позвоню?

– Запишу, – Согласилась неохотно, активируя недавнее приобретение.

Ничего себе! Уже шесть часов вечера! Вот это мы посидели! Интересно, почему не трезвонит ещё капитан? Действительно занят?

Отказаться от этого знакомства  я была не в силах. И даже натренированная годами интуиция молчала, с любопытством изучая будущего одногруппника. В  том, что этот упорный парень поступит, я даже не сомневалась.

Маэр проводил меня до выхода из парка и даже чуть дальше – к небольшой уютной площади, в центре которой стояла статуя.

Высокий молодой юноша в форме санара с энерго-мечом в одной руке и бластером – в другой – рвался куда-то вперед, не замечая, что сквозь разорванный на груди китель зияет страшная рана. Красивое лицо с резкими чертами было искажено страданием – вышел, как живой.

– Кто это?  – Спросила тихо, уже вызывая флайер-такси.

– А ты не знаешь? Правда? Считай его – кивок  на статую – местной  достопримечательностью. Лейтенант Эран Россиани. Старшекурсник Военной Академии и очень сильный псионик. Говорят, он владел почти всеми стихиями и имел способности к работе с антиматерией. Он погиб в возрасте двадцати трех лет, за год до выпуска, защищая город от атаки проникших лазутчиков.

Голос нового знакомца звучал спокойно, но с уважением, и… какой-то затаенной усмешкой? С чего вдруг?

Сердце стукнуло. Россиани?!

– Постой-ка, он имеет отношение к адмиралу флота Россиани?

– Он был его единственным сыном, – без улыбки заметил юноша, качнув головой, – твое такси  приехало. Давай, не  опаздывай к мужу на огонек! До скорого!

Вот он уже  беззаботно улыбается и машет рукой. Человек-контраст.

Глава 5.4.

Уже запрыгнув во флайер, я обернулась. Навсегда оставшийся мальчишкой герой рвался к небесам. А на сердце отчего-то было муторно.

Про героев хорошо читать в фантастических романах и исторических хрониках, но вряд ли их близким легче  от того, что их дети в реальности стали героями. Куда лучше, если бы они просто остались живы. Беда в том, что настоящий герой – чаще всего мертвый герой.

Несмотря на не самые радужные раздумья, доехала я до отеля удивительно быстро – хотя и в воздухе порой случались пробки. Отель “Пайрам” находился в элитной части города, здесь было много зелени, мало дорог и округа радовала в это время практически сонной тишиной. Ключ от номера был с собой, так что звонить не пришлось.

Странно. Слишком тихо. Неужели Шаэл ещё не вернулся? Вот развернуться бы сейчас – и бежать прочь, да только поздно. Связь. Эта странная связь между нами, пугающие видения, ниточка, уходящая в Империю. Цветы, Таэру, прошлое… Стыдно и грустно, но без него я, всю жизнь уверенная в себе  и своих действиях – сейчас не справлюсь.

– Каэртан, вы здесь? Капитан? Прошу прощения, что немного опоздала…

Скинула обувь, с наслаждением пройдясь босиком по ковру.

В голове  было пусто. Наверное, слишком много впечатлений за последние дни.

В гостиной никого. В спальне – тоже. Кровать супруга ровно застелена, ни следа присутствия. Вообще ничего. Ничего – вплоть до того, что никаких вещей псионика я не нашла. В сердце поселился неприятный склизкий комок. Надоело помогать? Пошутил и бросил? Решил таким образом подставить?

Глупости. Это вряд ли бы ему что-то дало, но…

Факт один – Каэртан Шаэл в отель не вернется, судя по тому, что я вижу.

Вызвать портье? Привлечь внимание? Спрошу завтра, когда буду уходить.

Сердце тяжело бухало в ушах, пальцы судорожно сжались.

Ничего. Я же уже привыкла решать свои проблемы сама – так не стоит от этого отвыкать. Сейчас лучше всего поужинать, лечь спать – ах да, и будильник  на комме поставить.

На всякий случай набрала внесенный в память номер – “абонент не подключен к гала-сети, перезвоните позже”.

Что ж, на другое и не рассчитывала. Лазать по инфопространству настроения не было и в лучшие времена. Разве что полезное найти?

Например, “20 способов придушить нежно любимого супруга”, “Как выяснить отношения и никого не угробить” или “Жениться или убиться”.

У лапши был на редкость пресный вкус, а сыр казался слипшейся массой. Наверное, просто аппетита нет. Отбили такими новостями.

Только набив желудок хоть какой-то едой, и, баюкая в ладонях чашечку горячего ароматного чая, я прикрыла глаза, сосредотачиваясь.

Да, резкого скачка дара не будет, но… я была на многое способна и  без этих псионических штучек.

Сконцентрироваться.

Есть только тьма вокруг – но её покров легко разорвать. Кто умеет видеть – всегда увидит даже едва  заметный след. Я и увидела. Линии вероятностей пусть медленно и неохотно, но повиновались. Привычная, немного, быть может, скучная, но нужная  работа. Под рукой есть знакомый холод пластика  и стило.

Вот так. Я все выпишу. Выстрою. Смогу.

Пальцы чертили схемы, высчитывали результаты, рисовали графики и таблицы. Где-то, интуиция вдруг начинала бунтовать против очевидного – и приходилось все резко менять. Это дар?

Я не видела знакомой алой цепи – не смогла сейчас вызвать это странное состояние.

Но хватило и того, что успела узнать. Было уже за полночь, когда я, зевая, крепко-накрепко заперла дверь и окна. Устроилась спать в гостиной номера – благо, диван там был довольно широкий, а вот окон не было. Все остальные двери тоже заперла, не забыв активировать защитный контур. Было ощущение, что этой ночью все  будет спокойно.

Каэртан жив и здоров, но далеко отсюда. Ушел по собственной воле, и решение это принято было ещё до того, как  мы сюда вселились. Чем было продиктовано подобное решение – неясно, но и я не девочка-фиалка – фу, не вспоминать эту  гадость! – чтобы истерить, что меня бедную бросили. Завтра в Академию – и выбить комнату в общежитии.

А с супругом дражайшим мы встретимся – и довольно скоро. Для этого достаточно продолжать оставаться в Академии. Что ж – поживем, увидим, доживем – узнаем, выживем – учтем.

Осталась в легкой майке и нырнула с головой под одеяло. Отрубаться мгновенно и где придется я уже давно научилась. Спину обожгло жаром – и я провалилась в беспокойный сон.

– Ну  здравствуй, человечка!

Темнота расцветилась огнями, вспыхивая ярко-ярко. Раздался знакомый резкий шелест, сменившийся скрежетом.

Огромные крылья распахнулись прямо перед носом, обдавая потоком воздуха.

– Вы?!

Сделала шаг назад. Сон во сне? Видение?

– Нет, это всего лишь моя реальность. И здесь я господин и владыка. Все, кто попадают сюда, не могут выйти без моего разрешения.

Хотел напугать? Только я уже свое  отбоялась.

– Так что вы хотели? – Усмехнулась криво. – Сделать из меня новую игрушку, господин ар-ани?

Крылатый в лице не изменился, но от него прилетело неуловимое ощущение  раздражения от моей иронии.

– Слишком смела стала, смертная?

Крылья сомкнулись вокруг тисками. Одно чиркнула по руке – и я вдруг ощутила совершенно реальную боль.

Дрогнула. Неужели это действительно не мой сон, не дурацкое воображение?

– Нет, – космический демон успокоился быстро. Холодная строгая красота, как  и в первый раз, ударила  под дых, заставляя любоваться им почти против воли.

Медово-янтарные волосы. Лицо – совершенное творение скульптора, словно вырезанное из камня умелой рукой. Тонкие сильные пальцы, оканчивающиеся когтями.

– Нравлюсь? – Спросил без капли самодовольства.

– Вами можно любоваться вечно, господин, – уважительно склонила голову, – но полюбить – невозможно.

Думай, кому  и что говоришь! Вот же, так  и не научилась держать язык  за зубами.

Меня цепко ухватили за подбородок сильные пальцы хищной птицы.

– Мне нравится, твоя честность, – глубокий голос древнего звенел тысячью осколков, вонзаясь в сердце. Слушая его, я словно забывала себя, – и нравится, что ты любуешься мной. Однако, в одном ты не права, человечка. Скоро ты полюбишь меня. Как своего создателя. Как своего отца. Так, как будет правильно…

У него была ядовитая улыбка. Опасная, как стилет, направленный в сердце.

– О чем вы? И что все  это значит?

Я дернулась – но разве мои силы сопоставимы с могуществом демона? Если это, тем более, действительно его реальность.

Тьма расступилась, сползла клоками, отдергивая свою завесу, и я сжала зубы, глядя на темнеющую лабораторию с множеством установок  и яркими синими лампами, придающими всему вокруг оттенок мертвечины.

Этот сон становится совсем невеселым.

– Не буду говорить, что это будет не больно, – пропел крылатый. Крылья его исчезли. Тело болезненно ныло, а глаза – слипались вопреки всему.

– Пока можешь поспать, – милостиво разрешили, укладывая  на стол.

Если это сон – почему спине так холодно? И куда делись все мои вещи?

– Чтоб вам…

– Не говори того, о чем пожалеешь, – рассмеялись в ответ, добавляя надменно – я делаю тебе великое одолжение.

– А предоставить меня самой себе не пробовали, господин?   – Яростно сверкнула глазами.

Я не привыкла сдаваться!

– Красавица, – острый коготь почти нежно прошелся по щеке, а потом… – но мне жаль, что ты так медленно соображаешь. Не будь меня – и тебя бы хоронили в тот день, когда ты упала в древние тоннели, переполненные чуждой тебе пси-энергией. Не будь меня – вы никогда бы не ушли от погони. Хочешь знать, что тебя  ждало?  – Прошипели мне в лицо.

Вспыхнул экран. Казематы. Тяжелые цепи, блокирующие энергию, энерго-оковы и миска воды на полу. Никакой одежды, кроме робы. Никакого личного пространства. Редкие прогулки под надзором тюремщиков, адская боль под скальпелем ученых, пытающихся усилить дар пленницы для Таэру.

В голове помутилось от какого-то слепящего животного ужаса.

– Хватит!  – Закричала.

– Нет, ты все ещё не понимаешь, – спокойный шелест древнего.

Новая картина. Совет. Я – в бесцветном серебряном комбинезоне с плотной металлической лентой ошейника на шее, в которую встроен индикатор самоуничтожения в случае попытки побега.

Я – на шаг позади высокого седого инопланетянина, равнодушно смотрящая  на то, как пытают рыжеволосого псионика, оказавшегося имперским шпионом. Янтарные глаза с дикой яростью смотрят на пленителей – он сражается до последнего, не позволяя себя подчинить, а меня заставляют ломать его волю. Его  – и других заключенных.

Поощрительный обед в дорогом ресторане. Собственная комната. Почти всесильная  рабыня Совета.

Я очнулась, чувствуя, что по щекам впервые за долгие годы текут слезы. Самое ужасное, боялась я не за себя – в жизни всякое бывало. За других. И ещё – в душе подняла свою безобразную голову злость. И ярость.

– Вот теперь ты действительно поняла, – глаза-воронки уставились на меня, – это будущее, которого не будет – благодаря мне. Умей быть благодарной, – в негромком голосе прозвучала очевидная  угроза.

– Так чего вы хотите  от меня? – Омерзительное чувство беспомощности!

– Не бойся меня. И… не закрывайся. Может быть больно, может быть ужасно, мерзко, отвратительно. Но помни – ради чего ты живешь. Я не самое доброе существо. Не самое порядочное. В нашей жизни было много жестокости и крови. Но никогда мы со своими же не обращались вот так. Мы и с врагами так не обращались, кроме кровников.

Удивительно, что он снизошел до объяснения. Был непривычно серьезен и… открыт?

И я решилась. Лучше  уж принимать все изменения с удовольствием. Как  говорится – расслабьтесь, и…

– Хорошо, – голос звучал чуть хрипло. Спросить или нет?  – а вы не знаете?

– О твоей крови? Знаю. Но нет смысла сейчас  об этом говорить. Пока это не имеет значения, – он снова  тихо рассмеялся.

Я кожей ощущала азарт экспериментатора с почти безграничной силой. Сказать, что было не по себе – значит, ничего не сказать.

– Хорошо. Хорошо, я поняла, ар-ани аэрто, – чужая ладонь почти нежно утерла мои слезы.

– Не плачь, девочка. И ничего не бойся. Я не позволю тебе пострадать.

Воодушевляющее обещание. Мир погрузился во тьму.

И он был прав – это действительно было не слишком приятно. Что бы со мной ни творили. Но все когда-нибудь кончается – и закончилось и это, принося в ответ отблеск чего-то нового. Невероятного. И загадочного.

Глава 6. Маленькие секреты.

Призраки водятся везде. Все дело в том, что они следуют за нами, живыми. И существуют лишь благодаря нам.

Из наблюдений псионика Совета

Будильник орал над головой песней популярного исполнителя. Исполнителя я терпеть не могла всей душой. Голос у него отсутствовал, как и мелодия у “песни”, но это и помогало проснуться.

Тело ломило так, что в первый момент хотелось завыть. Так, а ну-ка живо вспомнила те чудные времена, когда приходилось ночевать в подворотне, и не то, что кровати и будильника – не было нормальной одежды! И встала! Что же вчера было-то?

Пришлось вставать. Медленно, с неохотой, “со скрипом”, как говорится. Ледяная вода в душе помогла взбодриться. Я замерла, осматривая в зеркале собственное лицо. После  этого пришлось осторожно прислониться к стене, чтобы не выдать ошеломления. Каэртан уверял, что я изменюсь, но, во имя космоса, эта молодая женщина с холодным прищуром ртутно-серебристых глаз и точеными скулами, с отросшими волосами, которые стали заметно гуще и приобрели странный фиолетовый отблеск, ничем не походила на прежнюю простоватую студентку-заучку.

Не было неземной красоты – но было ощущение скрытой силы. Уверенности. Той жесткости и умения себя поставить, за которым идут, не рассуждая. И в этом было что-то от того ар-ани из моих снов…

Давясь завтраком внизу, в зале отеля, не раз и не два я помянула древнего добрым словом. В самом прямом смысле, честное комическое! Любая боль стоила таких впечатляющих результатов. Я слышала, как переговариваются на кухне официантки. Как встревоженный начальник охраны говорит о том, что некто пытался проникнуть в номер 313 на третьем этаже. Постойте-ка, в мой номер?

– От двери соседнего номера  остался только пепел. Вот только ничего не тронули – залезли на балкон соседнего номера и оставили там два цветка.

Сердце замерло.

– Цветка?  – Недоверчивый бас.

– Два цветка хризантемы. Это снова Цветочник, грэсс, и мне это нравится все меньше. Надо известить властей…

В голове  зашумело – похоже, пока способности были нестабильны. Кончики ушей нестерпимо закололо. Я встала – и замерла, увидев, что вилка, которую крутила в руке, подслушивая, завязана в узел.

Воровато оглянулась – и сунула её в карман. Похоже, проблемы у меня посерьезнее, чем  любитель цветочных угроз.

Все вещи собраны, осталось только дождаться разрешения въехать в общежитие.

Я улыбнулась – не могла и не умела долго циклиться на плохом. Какой смысл? Если что-то случится, так все я никогда не предугадаю, ну, а предупрежден – значит, вооружен.

Вперед и с песней – покорять просторы.

А любитель цветов… Я нехорошо прищурилась, разглядывая однозначно затвердевшие  и заострившиеся ногти. Что ж, я сама, пожалуй, доведу до руководства Академии происходящее. Глюк там или не  глюк, а надежды на Каэртана и уж тем более на местные органы правобеспорядка нет.

Прогулявшись по городу, до ворот в Академию я, с сумкой наперевес, добралась к полудню. Как раз, если повезет, успею устроиться, а там и встреча с Маэром не за горами.

– Простите, не подскажете, где мне  найти адмирала Лакири? – обратилась к высокому русоволосому сатару в форме с нашивками четвертого года обучения.

– А вам по какому вопросу? Абитуриенты сейчас направляются на экзамены, – на меня грозно зыркнули.

– Мне обещали дать знать о результатах вчерашних обследований и моих экзаменов. Я сдавала досрочно, – ответила спокойно.

Заметила – если смотреть собеседнику прямо в глаза, он начинает считать, что у тебя есть право на многие вопросы.

– Но у нас…

– Рихтер, пропусти сатара Шаэл, – знакомый чуть хрипловатый голос с резкими нотками заставил развернуться и прищелкнуть каблуками сапог.

Сегодня я надела легкие темные брюки мужского кроя, а в тон – белую рубашку и пиджак-китель. Пусть жарковато, но зато прилично. Тем  более, на  территории Академии прекрасно работали системы климат-контроля.

– Адмирал!

Мы оба с незнакомым курсантом вытянулись в струнку.

– Вольно. Сатар  Шаэл – за мной. Рихтер – продолжать дежурство.

Мужчина  шел быстро, но было заметно, что одна  нога чуть запаздывает. Ранение?

Через несколько минут мы уже оказались в кабинете адмирала, где-то очень высоко над простыми смертными, на верхних уровнях здания.

– Адмирал, нэр?  – Спросила негромко.

– Садитесь. И рассказывайте, – бросили мне в ответ.

– Что? – Немного растерялась. Собиралась потихоньку подвести к тому, что было нужно, но военные, видимо, совершенно другой сорт людей.  Или нелюдей.

– То, что хотели. Ваша аура просто полыхает – даже меня слепит. И изменения по сравнению со вчерашним днем видны невооруженным глазом. Так что, если вы не хотите, чтобы с вами говорили уже другие специалисты, думаю, вам стоит объясниться, – спокойный, чуть насмешливый голос мужчины отрезвил.

Глаза-сверла так  и впились, казалось, сканируя каждый миллиметр тела.

Вот же древний! Удружил, называется, от души!

Опустила голову – просто не хотела, чтобы если на лице проскользнут эмоции – преподаватель заметил. Надо думать, очень хорошо думать, что говорить.

Вот только адмирал не собирался давать мне времени.

– Где ваш муж, сатар Иорин? Как известно службе безопасности академии, эту ночь вы провели в отеле одна.

А в кровать они не заглядывали? Хотя эти могли. Но что мне терять? Жизнь. Свободу. Надежду. Пальцы впились в подлокотники.

– Хотела бы  я тоже это знать, – заметила холодно, – я знаю не больше вашего. На звонки он не отвечал с вечера, хотя, когда мы с ним попрощались в Академии, он…

– Каэртан Шаэл заходил в Академию? Сам, лично?!

Мужчина  подался вперед, почти перегибаясь через стол.

– Да,  – что я опять сделала не так?  – Почему вы считаете, что он не мог сюда зайти? – поинтересовалась настороженно.

– Потому, Иорин, – адмирал откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза, – что сюда нет допуска посторонним. Будь они хоть трижды капитанами и представителями псиоников Союза. Мы не входим в Союз. И то, что сио Шаэл так легко сюда прошел, и не одна система не подняла тревоги, значит лишь одно – он уже  бывал здесь раньше. В качестве преподавателя – или курсанта. Вам об этом ничего не известно?

Какой разносторонний у меня супруг, однако.

– Ничего, – сообщила совершенно честно.

Может, поэтому  он и молчал? Знал, что меня будут расспрашивать? Но куда тогда исчез?

– Правда, – стальные глаза на мгновение вспыхнули, подтверждая подозрение. Контр-адмирал Лакири был псиоником очень высокого уровня. Тем, кто мог распознавать правду  и ложь, – и тем интереснее мне будет услышать… какова причина вашего поступления?

– В этом нет никакого секрета,  – я спокойно улыбнулась, чуть склонив голову, – я хочу закончить обучение по специальности и развить свой дар. Я не собираюсь заниматься никаким самоубийственным шпионажем. И, какие бы задачи ни стояли перед моим мужем – я о них не знаю. Что бы Каэртан ни собирался делать, он занимается этим в одиночку. И я очень беспокоюсь за него, адмирал. Потому что ещё вчера он совершенно точно не собирался бросать меня.

Риниец посмотрел долго, тяжело. А затем бросил куда-то в сторону:

– Ну что, доволен?

– Не очень, но девушка ни в чем не виновата, – раздался спокойный звонкий голос.

Часть стены исчезла – и к нам вышел высокий молодой парень. На вид ему было от силы  лет двадцать пять, но глаза говорили, что он куда старше. Поразительной красоты ярко-бирюзовые глаза, неестественно большие, с чуть светящейся радужкой.

– Рад видеть такого очаровательного сатара в нашей Академии. Среди этих черствых сухарей успеваешь и забыть, каково это – общаться с прелестными девушками! – Сообщили мне с улыбкой котищи.

Мою ладонь поцеловали, ухватив запястья. Пальцы у парня были стальные – не вырвешься так просто.

– Гиаран Акаи, псионик Z-класса.

Этот уровень пси-энергии я знала, как и этого инопланетника, хотя никогда не встречалась с ним лично. Мало кто не знал одно из девяти сильнейших в галактике существ. Говорят, одним желанием он мог уничтожить целую планету. Не верилось, что это никто не контролирует. Вспомнились омерзительные видения, от которых внутри снова все скрутило узлом. Рабские  ошейники…

– Что вас так сильно напугало?  – Последовал хлесткий вопрос сио Акаи.

Мужчина смотрел на меня без улыбки, и вот этот вот пронизывающий до костей взгляд до боли напоминал ар-ани.

– Дурной сон, – ответила честно, – вы меня, так полагаю, знаете. Вы искали Каэртана?

– Искал, – задумчиво заметили, – мне показалось, он может знать что-то о судьбе человека, который исчез много лет назад. Тот человек был моим другом… и отблеск его ауры я уловил в сио Шаэле. Признаться, это меня несказанно удивило.

Ясно, что ничего не ясно. Но сейчас со мной говорить не  будут. Придется попытаться заслужить их доверие. Вокруг слишком много секретов, чтобы  позволить нажить  себе ещё врагов.

– Я не знаю ничего о прошлом Каэртана, да и его планов на будущее – тоже. Думаю, вы  и так прекрасно понимаете, что наш брак был союзом по расчету.

На это Акаи лишь ухмыльнулся. Только теперь я заметила, что его пальцы все это время  обхватывали браслет на моем запястье.

– Древняя вещица. И сила  древних пьянит не хуже вина, – его глаза безумно и жадно блеснули.

Как интересно стало жить! Тьма и звезды, да раньше я и представить себе не могла знакомства с такими невероятными личностями. Испугаться? Ни в коем случае. Кто тут нормальный – ткните пальцем, бросьте камень. Каждый справляется с драконами в своей душе так, как может. Как говорила матушка-настоятельница храма Звездного пути, при котором находился наш приют: “У каждого в душе живет дракон, детка. Не нужно с ним сражаться. Не нужно его убивать. Его нужно приручить. Но ни за что и никогда не идти у него на поводу”. Вот только нет задачи сложнее, чем найти мир с самим собой.

– Гиаран!

От резкого оклика Даэрана Лакири псионик вздрогнул – и дернулся в сторону, словно очнувшись.

– Прошу прощения, забылся, – только искренности в словах – ни на грош.

– Не нужно извиняться из вежливости. Вы  мне ничего не должны, – возразила.

– О, вы чувствуете? – Кажется, он удивился.

Кто меня  за язык дергал? Что-то слишком расслабилась.

– Немного. И не всегда. В последнее время это острее, но…

– Но это связано с тем, что вы попались на крючок к одному из древних, – закончил этот странный парень с улыбкой, от которой могло бросить в дрожь.

В этот момент я почти прониклась к нему симпатией.

– Это действительно так? Он прав – и древние  живы? – Адмирал был задумчив и выглядел усталым.

– Вам виднее, простите. Я не могу об этом ничего сказать, – заверила с легкой улыбкой, хотя никакой легкости не чувствовала.

Адмирал замолчал. Зато Акаи подошел вплотную и уставился своими мерцающими невероятными глазищами.

Его узкая ладонь с длинными пальцами скользила вдоль моего тела, не касаясь кожи, но вызывая странное покалывание, которое сосредоточилось полностью в спине, почти обжигая.

За миг до того, как  жжение стало нестерпимым, он резко отдернул ладонь.

– Ты мне нравишься, – заметил без улыбки, – демон космоса вложил в тебя много сил. Очень много. Так  интересно, чего же бессмертное создание хочет сделать!

Он потер ладони, словно в предвкушении. Хм. Не поздно ли попытаться отсюда сбежать?

– Мне больше понравится, если мне все-таки озвучат мою дальнейшую судьбу, – ответила, стараясь говорить ровным прохладным тоном. И глаз не отводить, не прятать, – но, самое  главное, мне все-таки есть, что вам рассказать. Возможно, это просто выдумка истощенного разума или последствия того, что со мной происходит, но…

– Говорите, сатар Шаэл. Акаи, сядь, – и одного этого железного тона было достаточно, чтобы псионик повиновался.

А я… рассказала. О странных цветочных подарках и о том, как опасно оказалось оставаться в номере одной. И о том, что некий Цветочник, похоже, снова вышел на охоту.

Мужчины помрачнели, но обсуждать происходящее при мне отказались. Однако буквально через несколько минут и пару  звонков адмирала мне предоставили комнату в общежитии, куда меня и  должны были сейчас сопроводить. Заодно, настоятельно порекомендовали в ближайшее время не покидать стен Академии.

– Экзамены вы сдали, – осчастливил меня сио Лакири, – и достаточно блестяще. Там, где не  хватало знаний, вы брали упорством. Конечно, в реальной обстановке ваше тело к такому ещё не приспособлено, но капсула неплохо вас обучила. Я возьму вас к себе, поскольку в любом случае являюсь куратором псиоников, а они проходят обучение отдельно от остальных. Первый день учебы – завтра. В семь утра – первая пара, не  опаздывайте. Расписание придет вам  на комм. С группой познакомитесь также завтра.

– Не пропустите торжественное мероприятие, оно будет сегодня в девять вечера, – заметил Акаи с ядовитой улыбкой, – а мы с вами скоро увидимся. Кажется, у меня проснулась жажда к преподаванию, – сообщил, ухмыляясь.

Космос упаси от таких преподавателей.

К счастью, ни убивать, ни сдавать меня пока никому не  будут. Интересно, как много знаний хранится в стенах этой Академии, если даже появление  древнего их не шокировало и почти не удивило?

Спустившись на одном из скоростных лифтов вниз и направившись в сторону холла, где, как обещали, меня будет ждать провожатый, я так задумалась, что не сразу услышала, как меня удивленно окликнули:

– Иорин? Альде, это правда ты?

Сердце подскочило к горлу, судорожно забившись. Куда только выдержка делась?! Нет, внешне я  даже в лице не поменялась, продолжая идти, как  ни в чем не бывало. Этого просто не может быть. Не может.

– Иорин?

Меня попытались схватить за руку, но занятия единоборствами отточили рефлексы. Резко ухватила протянутую руку, выворачивая и заставляя противника развернуться спиной, если тот не хотел покалечиться.

Впрочем, надо отдать должное – он быстро освободился, тихо шипя что-то про диких кошек.

Нисколько не изменился с нашей последней встречи. Высокий, стройный. Фигура стала более массивной, мускулы явно не от тупого качания в зале. Рубашка расстегнута на две пуговицы, волосы слегка взъерошены – все так же кудрявятся.

Сердце на мгновение  защемило, но я быстро смогла взять себя  в руки. Забудь уже.

– Прошу прощения, но я вас не знаю. Вы имеете привычку всех незнакомых людей хватать за руки?  – Отчеканила холодно, стараясь смотреть сквозь него и не  разглядывать светлые волосы, которые  отросли с нашей последней встречи, нос с небольшой  горбинкой – я прекрасно помнила, как он её получил, упрямо поджатые губы.

– Ройнар Игалион, сатар третьего года обучения.

– Иори Шаэл. Видимо, тезка той, которую вы ищете, – усмехнулась, чувствуя, как лед ворочается на сердце.

Не верит? Растерян? Разглядывает внимательно и… не узнает.

– Извините, и в самом деле показалось, что вижу подругу.

– Ничего страшного, – добродушно махнула рукой, – бывает. Я резко реагирую на то, что меня пытаются схватить.

Насколько же сильно я изменилась?

К счастью, вот и проводник. И  можно отвернуться и уйти, чеканя шаг и чувствуя, как в жаркий день мне вдруг становится очень холодно.

Снова парень и снова – очень симпатичный. Их здесь отбирают именно по этому критерию? Короткая стильная стрижка, небольшая рваная челка, узкие черные глаза и едва уловимый акцент. Не человек. Кажется, айнарец. Эти инопланетяне имели две формы и пси-способности к менталу.

Мы успели пересечь весь двор и отправиться вглубь университетского парка, когда старшекурсник, задумчиво изучая меня, как картину, наконец, заговорил.

– У нас мало девушек. Сама понимаешь, какой сюда отбор и насколько строги правила. Девчонки такое не любят, да и не выдерживают нагрузок. А те, кто есть, уже  давно разобраны. Конечно, отношения между учащимися запрещены, но вот начать тишком встречаться, а потом заключить брак возможно.

– Думаю, меня это не коснется, Лар-ан, – усмехнулась, сама с любопытством оглядываясь по сторонам, – я уже замужем. И мой муж, хоть и не является преподавателем или студентом Межгалактической Академии, вряд ли обрадуется, увидев, что на меня кто-то пытается претендовать.

– Может, оно и к лучшему. Хорошо, что сказала, – он поправил китель, зашагав быстрее, – сообщу парням, чтобы не питали иллюзий.

– Буду признательна, – разговаривать с ним было неожиданно легко. Никакого предубеждения или спеси.