Текст книги "Наш "Титаник" не затонет, обещаю... (СИ)"

Автор книги: Мария Тетюшева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

13.

My Darkest Days – Porn Star Dancing (Acoustic)

POV Tom

Я одеваюсь, и мы с Биллом покидаем его каюту, направляясь в сторону нижних уровней. По дороге нам почти никто не встречается. Наверное, большая часть пассажиров уже празднуют на палубе или в столовой. Нам же и ещё некоторым людям захотелось повеселиться внизу, потому что на палубе, где шастают полицейские и члены корабля, особо не разгуляешься.

Мы спускаемся на тот уровень, где должны были уже собраться члены моей команды, и оказываемся в небольшом помещении, которое очень похоже на один из кабаков, где я раньше бывал. Здесь прокурено и полутемно, словно свет пробивается сквозь засаленные окна, хотя и окон то здесь нет. Какие-то коробки, тусклый свет под потолком, множество неоткрытых бутылок с алкоголем и закуски. Смех оглушает нас, я замечаю Джоша и Питера, которые расположились в разных углах помещения. Кто-то из незнакомых парней играет на гитаре, а второй на какой-то гармошке. Здесь шумно и душно.

– Я так и знал, что они уже вовсю развлекаются, – говорю я и тяну Билла в сторону компании, в которой расположился Джош.

Они играют в покер.

Мальчишка не отвечает и пробирается вслед за мной через людей. Когда мы подходим ближе, я сажусь на единственное свободное место и усаживаю парня к себе на колени, отчего он немного смущается.

– О, Том, – Крис переводит взгляд с меня на Билла и вскидывает брови, мол, кто это такой. – Ничего себе, какого ты красавца себе отхватил!

Билл смущённо отворачивает голову, пытаясь спрятаться от взглядов парней, но у него ничего не получается. Меня это забавляет, и я улыбаюсь.

– Это Билли, – говорю я. – Не обижайте его.

– Да никто и не собирался, – Джош фыркает и достаёт откуда-то снизу две бутылки с пивом, ставя их передо мной.

Я беру одну и открываю.

– Хочешь? – смотрю на мальчишку, сомневаясь, стоит ли ему давать выпить. Ходя, думаю, ничего страшного от одной бутылки не случится.

Парень пожимает плечом, неловко косясь в сторону парней, которые совсем забыли о его существовании, потому что снова увлеклись игрой в покер, затем вздыхает и кивает. Кажется, он чувствует себя здесь немного не на своём месте.

– Держи, – я протягиваю ему бутылку и открываю вторую.

Парень забирает её и осторожно делает глоток, снова смотря на карточную игру.

– Не хочешь с нами, Том? – Джош забирает себе выигрыш под разочарованные стоны остальных – я делаю глоток и бросаю в него ироничный взгляд.

– Ты же знаешь, что я тебя сделаю!

– Это мы ещё посмотрим!

Он начинает раздавать карты – я кладу руку на бедро Билла и на мгновение утыкаюсь в его плечо носом, вдыхая приятный запах. Мальчишка внимательно наблюдает за тем, как мы начинаем играть, изредка делая небольшие глотки. В этот момент он похож на кота.

– Повышаю ставку, – смеётся Джош спустя несколько минут и бросает на стол пару купюр.

Я фыркаю и тоже кладу деньги поверх всех остальных.

– Открываемся? – спрашиваю я, осматривая всех.

Билл заглядывает ко мне в карты и хмурится. Наверное, он не умеет играть в покер.

– Да, – Джош показывает свои карты, довольно улыбаясь. – Съели?

Остальные парни чертыхаются и бросают их на стол, очевидно, очков они набрали куда меньше, чем мой приятель. Я коротко смеюсь и показываю свои карты.

– Съел?

Джош стонет, отмахиваясь.

– С тобой не интересно играть.

– Просто ты не умеешь, – смеюсь я, затем беру свою банку и делаю несколько глотков. – Не хочешь потанцевать? – спрашиваю у Билла.

Мальчишка выпрямляется, когда я обращаю на него внимание, и улыбается.

– Пошли, – говорит, вскакивая с моих колен.

Билл ставит свою бутылку на стол – я поднимаюсь на ноги и беру его за руку. Мы направляемся в сторону танцпола и растворяемся в толпе, которая отрывается под старую мелодию гитары. Сюда бы нормальную клубную музыку, тогда можно было развлечься по-настоящему. Хотя, с другой стороны, так тоже неплохо.

Я беру мальчишку за руку, и мы начинаем танцевать. В голове всплывает фильм «Титаник», когда Роза и Джек были на нижнем уровне, и я усмехаюсь себе под нос. Как же много совпадений, даже страшно. Осталось ещё заняться сексом в машине в грузовом отсеке, тогда вообще будет здорово.

Мы танцуем долго – Билл улыбается и смеётся. А после весь вечер мы развлекаемся с компанией моих приятелей, с которыми уж точно не соскучишься. Мы напиваемся, танцуем до последних сил, веселимся и смеёмся. Хочется, чтобы этот вечер никогда не заканчивался.

– Том, что ты делаешь? – хихикает Билл, когда мы уходим из этого душного помещения и собираемся выйти на палубу, чтобы подышать свежим воздухом.

Он хватает мою руку, которую я засунул ему под кофту, и переплетает пальцы. Мы слегка пьяны.

– Если твои родители увидят тебя в таком состоянии, да ещё и со мной, они меня убьют, – смеюсь я, прижимая его к своему боку.

Мальчишка резко замирает и испуганно смотрит вперёд.

– Тогда мне нельзя на палубу, – говорит он. – И в каюту нельзя, вдруг они там.

Я закатываю глаза и целую его в висок.

– Тогда пошли ко мне, – предлагаю я.

Мальчишка радостно улыбается и кивает – испуг, что его увидят родители, тут же спадает на «нет». Я тяну его в сторону своей каюты, совершенно забывая обо всём на свете.

– Только у меня не такие хоромы, как у тебя, – предупреждаю я.

– Да ладно, – отмахивается Билл. – Какая разница…

Я не отвечаю, облизывая засохшие губы. Мы подходим к комнате – я открываю дверь и впускаю мальчишку внутрь, после чего хватаю его за плечо и прижимаю к двери, целуя и отрезая ему пути к отступлению. Билл шумно выдыхает и обнимает меня за шею, даже не сопротивляясь. Стискиваю его в охапку, обнимая, и углубляю поцелуй, проникая языком в его рот. От его запаха и прикосновений кружится голова…

Отстраняюсь и целую его шею, ставлю засос и немного прикусываю её, словно пытаясь прокусить кожу, запускаю руки под кофту и чувствую, как мальчишка дрожит от нетерпения, когда я касаюсь его. Наше дыхание сбивается, сдавленные стоны и выдохи смешиваются, и мне кажется, что я начинаю сходить с ума, задыхаясь от его тела.

Руки снимают с него шарф, который падает на пол, расстёгивают кофту и стаскивают её с плеч. Мальчишка отстраняется от стены и позволяет одежде рухнуть вниз – я тут же прижимаю его обратно, впиваясь в губы. Его тонкие пальцы неловко касаются моего ремня, расстёгивают его и цепляются за края футболки. Уже и не помню, где я оставил свою кофту, но это не важно. Сейчас мне настолько жарко, словно я в аду. В райском аду.

Подхватываю за бёдра и заставляю обнять себя ногами, после чего переношу на свою кровать. Мы оказываемся стоя на коленях напротив друг друга, не прекращая поцелуй. Я задираю его футболку и касаюсь губами груди, начиная скользить языком по соску, – Билл выгибается и стонет, и я понимаю, что всё. Я теперь точно не смогу сдержаться.

Снимаю с него футболку и целую в плечо, затем в скулу, и только потом раздеваюсь сам. В глазах на мгновение темнеет из-за алкоголя, я трясу головой и снова целую мальчишку. Он садится и отклоняется назад – я начинаю расстёгивать его джинсы и стаскиваю их, затем пытаюсь раздеться сам, но у меня плохо получается. Штаны падают на пол, локоть немного подкашивается, и я падаю на кровать, меняясь с Биллом местами.

Мальчишка смеётся, нависая надо мной. Его волосы щекочут кожу – я скольжу руками по талии и сжимаю попу, запуская руки ему в боксеры. Замечаю на щеках парня небольшой румянец и целую его в нос, затем в губы.

Мы остаёмся полностью без одежды – мальчишка стоит на коленях спиной ко мне, его взгляд совсем немного затуманен алкоголем, но я вижу, что он отдаёт себе отчёт, что делает. Он смущается, как обычно, но делает вид, что это не так.

– Только я… – бормочет он.

– Знаю, – я целую его в плечо, обнимая рукой за талию и прижимая к себе.

Глажу его спину, отчего Билл выгибается сильнее, скольжу рукой по животу и бёдрам. Затем сжимаю его попу, обжигая дыханием его плечо, и начинаю вводить в него один палец, растягивая.

Билл выдыхает, прикусывая губу. Я слышу, как он шумно сглатывает. Начинаю вводить второй палец, отчего мальчишка шикает и прикусывает губу.

– Потерпи, – шепчу я, крепче обнимая его.

Вытаскиваю пальцы и пристраиваюсь, начиная медленно входить. Билл сдавленно стонет от боли – я кусаю его в плечо, чтобы отвлечь. Вхожу полностью и замираю. Он какое-то время приходит в себя, затем откидывает голову назад, положив её на моё плечо, и я делаю плавное движение, наблюдая за тем, как меняются его эмоции на лице. Он прикусывает губу – я меняю ракурс и попадаю в простату – и на выдохе стонет. Я немного ускоряюсь, однако продолжаю попадать в его чувствительное место.

Сжимаю его руками, прижимая к себе, целую, не переставая двигаться. На его лбу скапливаются капельки пота, тело становится влажным и горячим. И он стонет. Стонет так красиво и сладко, что я готов вечно слушать этот звук. Я даже готов поставить его на звонок, чтобы знать, когда мне будет звонить Билл!

Наверное, я точно схожу с ума…

***

– Прохладно… – шепчет Билл, когда мы выходим на палубу ранним утром.

Здесь тихо и никого нет, наверное, гулянка давно закончилась.

Я беру его за руку, веду к поручням и останавливаюсь. Прижимаюсь к его спине и кладу предплечья на железные прутья так, что Билл оказывается между руками. Утыкаюсь в его волосы и замираю, закрывая глаза. Мы молчим долго. Очень долго.

– И что дальше? – шепчет мальчишка.

Я приоткрываю веки и смотрю на часть его лица.

– О чём ты?

– Что дальше? – повторяет Билл. – Когда мы приплывём в Европу. Что потом?

Я вздыхаю и прикрываю глаза. Действительно, что потом? Я заберу груз, сойду с лайнера и отправлюсь по своим делам, позволяя мальчишке вернуться в свою обычную жизнь. Если повезёт, он даже не узнает, кто я на самом деле. Он будет помнить меня таким. Помнить меня нежным и добрым.

– Ну…

И тут я слышу их.

Я слышу выстрелы…

14.

Deftones – Change

POV Bill

Я слышу выстрелы, и моё сердце замирает, словно кто-то внезапно включил заморозку всех моих органов. По коже пробегает дрожь, и я шумно сглатываю. На мгновение мне кажется, что это просто моё воображение. Ничего не было, этот странный звук просто показался мне. Наверное, сейчас я посмотрю на Тома и увижу, что тот всё так же безмятежно смотрит на океан. Но…

– Что за... – шепчет у меня над ухом Том.

Мне не показалось.

Парень тоже это слышал.

Я пытаюсь собраться с мыслями, чтобы спросить, что это только что было, но я не могу даже пошевелиться.

Может быть, просто кто-то из полицейских случайно выстрелил? Или же они решили так отметить последний день на лайнере? Кто знает, что у копов в голове творится.

Да, точно, ничего серьезного не произошло. Просто чья-то шутка. Глупая шутка.

Том отстраняется от меня и делает шаг в ту сторону, откуда раздались выстрелы, но в это же мгновение дверь распахивается, и на палубу вылетает какой-то парень. Он осматривается, замечает нас и почти бегом направляется в нашу сторону. Том крепко хватает меня за руку, и в этот момент я узнаю в незнакомце человека, который увёл моего любовника в прошлый раз с палубы. Наверное, они друзья.

– Какого чёрта это только что было? – шипит Том, когда парень оказывается рядом с нами.

– Том, Том, – парень поднимает руки и переводит дыхание. Он красный и вспотевший, наверное, бежал очень долго.

– Джош, мать твою, я спросил... – злится парень, но его перебивают.

– Питер...

Том отшатывается от него, словно от прокаженного.

– Что он? Какого чёрта он опять натворил? – ещё больше злится Том.

Он сжимает мою руку с такой силой, что мне становится больно, но я лишь тихо шикаю.

– Он, – Джош вздыхает и мгновение молчит. – Он подбил всех начать операцию раньше. Они уже захватили рубку капитана. И ещё двое копов мертвы.

Я хмурюсь, уже не обращая на боль никакого внимания. Какая ещё операция? Кто захватил рубку капитана и причём тут вообще Том? Что здесь происходит, чёрт возьми?

Том скрипит зубами, пытаясь что-нибудь придумать. Они молчат довольно долго или мне просто кажется. Шум ветра сбивает меня с толку, мне становится невыносимо жарко, путь здесь и холодно, вода, бьющаяся о бока корабля, начинает раздражать. Я ничего не понимаю, а из-за шума в голове хочется кричать.

– Том, что происходит? – я пытаюсь привлечь к себе внимание. – Что это были за выстрелы? Почему полицейские мертвы?

Джош смотрит на меня так, словно видит впервые, а Том даже вздрагивает, вспоминая о моём присутствии.

Парень поворачивается ко мне и хватает за плечи. Наши лица оказываются на одном уровне, и я даже теряюсь.

– Послушай, Билл, – его голос тих. – Ты должен вернуться в свою каюту и не выходить оттуда, ты меня понял?

Я собираюсь уже возразить, но меня опережают.

– Не получится, Том, – говорит Джош.

Мой любовник резко отстраняется.

– Почему это? – непонимающе спрашивает он.

Джош теряется и нервно облизывает губы. Он какое-то время молчит, заламывая за спину руки, а потом бормочет:

– Ну, понимаешь... Питер собрал всех из первого класса и запер в столовой, сейчас они обчищают каюты...

– Что? – рычит Том, хватая парня за ворот кофты и прижимая к поручням, но продолжая держать меня за руку, отчего меня бросает вперёд и я чуть ли не падаю.

Джош выгибается и наполовину оказывается за бортом. Он крепко хватает держащую его руку парня и нервно сглатывает.

– Что ты сказал? – почти орёт Том. – Питер грабит пассажиров?! Он что совсем рехнулся?!

– Том, – Джош пытается вырваться из его хватки. – Том, остынь...

До меня вдруг начинает доходить, о чём они говорят. Они захватили всех людей из первого класса. Моя каюта находится там же. Мои родители уже должны были вернуться, значит, их тоже взяли в заложники... Меня охватывает страх и смятение, но гнев Тома возвращает меня в реальность.

Парень отпускает друга и стискивает руки в кулак.

– Какого чёрта этот ублюдок творит?! Да я сам его сброшу в воду под винты, чтобы его на кусочки порубило! Дегенерат!

Джош хватает его за плечи и встряхивает.

– Возьми себя в руки! Ты лидер нашей группы, а этот урод увёл у тебя из-под носа всех людей, пока ты играл с этим мальчишкой!

Он тычет на меня, и я чувствую какую-то безнадежность. Он просто играл со мной? Почему Том ничего не говорит, он мог бы возразить по этому поводу! Почему он молчит? Неужели действительно всё это было только игрой?

Том смотрит на меня и успокаивается.

– Надо отвезти его в безопасное место, – говорит парень. – Что с другими пассажирами?

Я удивляюсь, насколько быстро получается у моего любовника прийти в себя.

Джош пожимает плечом.

– Он перекрыл все выходы и входы на уровни, которые ниже первого класса. Туда просто так не пробраться.

Том вздыхает и прикрывает глаза.

– Надо добраться до моей каюты, затем до Питера. Я ему покажу, что значит срывать мою операцию, – раздраженно бурчит парень.

Я слушаю их и ничего не понимаю. Моя голова идёт кругом.

– Лифт, как я понимаю, перекрыт? – Джош кивает. – Есть ещё несколько небольших лифтов, уверен, что они тоже не работают, – начинает бормотать парень, а я не понимаю, откуда он всё это знает. – Есть один ход, о котором Питер не знает, но нам придется идти в обход.

Он сильнее сжимает мою руку и тянет в сторону выхода с палубы. Джош не отстаёт, а я машинально следую за парнем, продолжая ничего не соображать. Мы оказываемся в тепле, быстро пересекаем главный зал – здесь так пусто, что даже страшно, – и идём в сторону служебного прохода, по которому мы спускаемся вниз по лестнице и оказываемся в каюте Тома. Я всё ещё не могу забыть, как мы с ним занимались здесь любовью, и это сбивает меня с толку ещё больше. Том усаживает меня на свою кровать.

– Будь здесь, Билл. Не выходи из каюты, пока я не вернусь, хорошо?

– Но...

– Пожалуйста...

Я вздыхаю и киваю, а потом он целует меня в губы, словно на прощание, и вместе с Джошем уходит. Я остаюсь один. Совершенно один.

Не знаю, сколько проходит времени, но я постепенно начинаю паниковать всё больше и больше. Тишина давит – я сжимаю руки в кулаки и вскакиваю на ноги, начиная расхаживать по маленькой каюте. Почему Том вёл себя так странно? Очевидно, что он знаком с теми людьми, которые захватили корабль. Они, я уверен, настоящие террористы. Этот Джош упоминал, что Том их лидер, а какой-то Питер захватил его место, пока парень был со мной. Значит, Том глава террористов. Ничего не понимаю. Неужели он притворялся всё это время? Неужели то, что между нами было, это всего лишь игра? Я, конечно, знал, что будущего у нас не будет, но всё равно как-то обидно. Но сейчас не до этого.

Мои родители. Они где-то там. Возможно, их не успели схватить, и они не знают, что происходит. Когда они вернутся в каюту, то их поймают. Надо найти их. Я не смогу просто так сидеть здесь.

Если Том думает, что я буду послушным мальчиком, то он ошибается. И как только я найду родителей, а потом Тома, я потребую, чтобы он всё мне объяснил.

Я решительно открываю дверь и осматриваю пустой коридор. Прислушиваюсь, а потом выскальзываю из каюты и направляюсь вдоль по коридору.

15.

Panik (a.k.a. Nevada Tan) – Jeder

POV Tom

Мы оставляем мальчишку в моей каюте и выходим в коридор. Голова идёт кругом, и я не могу сосредоточиться – обычно я готов к любому развитию событий, даже такому, как случай с Питером, но сейчас в моей голове всё перемешалось и превратилось в кучу непонятного дерьма. То ли это из-за внезапности, то ли из-за того, что с Биллом я ослабил свою бдительность, я не знаю. Мне требуется время, чтобы переключить свои мысли и вернуться из воспоминаний о сексе к своей работе. Если я завалю заказ, то моя репутация пойдет к чертям, денег я большое не увижу, и мне придётся сменить свой бизнес на что-нибудь менее прибыльное. Это будет крахом всего, что я имею.

– Я так полагаю, что они уже вычистили все коробки с оружием? – спрашиваю я, пока мы с Джошем направляемся в сторону грузового отсека.

В коридорах никого, словно все люди разом превратились в пыль и исчезли. Тишина напрягает, но это лишь помогает мне выстроить в голове цепочку моих дальнейших действий.

– Да. Он сам лично занимался погрузкой оружия, поэтому в курсе, сколько было оружия и взрывчатки, – тянет парень, и по его голосу я понимаю, что всё куда хуже, чем я думаю.

Я поджимаю губы и качаю головой – мы замираем у поворота в машинное отделение, и я уже слышу, как шум пробивается сквозь стены и долетает до нас. Наверное, люди оттуда не выходили. Сомневаюсь, что Питер будет пачкать руки о простых рабочих.

– Нет, – я прислоняюсь к стене и смотрю на друга. – За несколько минут до закрытия ящика я положил кейс рядом со взрывчаткой. Сомневаюсь, что Питер открывал его, он не настолько туп, – я немного улыбаюсь, наблюдаю за реакцией Джоша.

Удивление сменяется пониманием, а потом и уважением. Я машу рукой, чтобы он следовал за мной, и иду дальше в сторону входа в машинное отделение – мы незаметно проходим в душное и невыносимо шумное помещение и пробираемся к лестнице. Рабочие заняты своим делом, копошатся и снуют, не замечая, как двое посторонних пробираются по второму ярусу к входу в грузовой отсек.

Мы пересекаем расстояние до двери и вскоре оказываемся в нужном месте – нам приходится ещё какое-то время бродить между ящиками и коробками в поисках нашего груза. Мы находим его в дальней части у самой стены лайнера.

Это большие деревянные коробки, разделённые плотной перегородкой. С одной стороны спрятано наше оружие, с другой животные. Мы перевозим диких зверей, поэтому никто особо не будет присматриваться к содержимому.

– Воняет, – тянет Джош.

Я немного морщусь из-за противного запаха, всё-таки ящики не убирали почти неделю, и бросаю взгляд на открытые части груза. Оружие уже вынесли.

Нам приходится постараться, чтобы отыскать нужный нам ящик со взрывчаткой, и ещё больше усилий требуется, чтобы открыть его.

Железные контейнеры спрятаны под соломой – я очищаю поверхность рукой и только потом замечаю свой кейс сбоку.

Я достаю его и кладу на пол, садясь на корточки. Кодовый замок пищит после нажатия на кнопки, и крышка открывается. Внутри два пистолета, патроны и нож.

– Всё-таки ты гений, Том, – бормочет парень, хватая пальцами оружие и заряжая его.

– Обычный параноик, – пожимаю плечом, вставляя обойму в пистолет. – Пойдём к Питеру и попытаемся уговорить его прекратить этот балаган. Я почти уверен, что ничего из этого не выйдет, поэтому ты будешь под прикрытием. Если со мной что-то случиться, ты должен будешь убить Питера. Без него остальные не будут глупить.

Джош внимательно смотрит на меня, и мне кажется, что он вот-вот возразит мне, но парень лишь кивает.

Я прячу нож в ботинок и прикрываю его джинсами – мы молча возвращаемся через машинное отделение и оказываемся в коридоре. Питер в столовой, я уверен. Там же и пассажиры первого класса. Большая часть моих людей, наверное, грабит каюты, поэтому у меня есть шанс застать парня с парочкой предателей.

Конечно, если он не захотел лично присутствовать при вандализме.

Мы с Джошем поднимаемся по служебной лестнице и оказываемся в холле. Здесь до безумия тихо – корабль такой огромный, что можно легко потеряться. Джош остаётся здесь, а я решительно иду в сторону столовой – со щелчком запускаю пулю в дуло пистолета и прячу оружие за пояс штанов, тщательно прикрывая его кофтой.

Сворачиваю в коридор, ведущий к моей цели, и замираю – арка в столовую находится слева, рядом с ней один человек с автоматом. Он не сразу замечает меня, поэтому ему требуется время, чтобы направить на меня оружие. Я узнаю в нём Дина.

Он неуверенно смотрит на меня, затем оглядывается через плечо, наверное, ища взглядом нового лидера, и строит виноватую мину.

– Извини, Том, ничего личного, – бормочет парень. Я подхожу немного ближе, и он кричит куда-то себе за спину. – Питер, он пришёл.

Я останавливаюсь и немного поднимаю руки, мол, не собираюсь нападать. Быстрые шаги приближаются, и в коридор выскакивает Питер – он рукой нажимает на автомат Дина, чтобы тот его опустил.

– Боже, Питер, какого чёрта ты здесь устроил? – наигранно улыбаюсь я. – Ты хоть слушал меня, когда я объяснял план? – смотрю на него, как на глупого мальчишку. – До начала операции ещё почти три часа, уговора не было, что мы будем брать заложников, тем более грабить их каюты.

Питер закатывает глаза – в его руке пистолет – и делает небрежный вид.

– Ты меня действительно бесишь, Трюмпер, – бросает парень. – Строишь из себя благородную деву Марию. Заложников не брать, всё по тихому, чтобы никто не видел... Осточертело, – он взмахивает рукой, словно показывая мне корабль, и улыбка с моего лица сходит так же внезапно, как и появляется. – Это лайнер, здесь куча зажравшихся миллионеров. Мы можем срубить куда больше денег, чем за этот чертов заказ!

Парень замолкает и смотрит на меня с прищуром. Кажется, что он вот-вот набросится на меня и разорвет на части.

– Ты действительно такой дурак? – не понимаю я. – Вы убили полицейских. Это уже настоящий терроризм. Как только мы все вернёмся на берег, за нами будут охотиться копы всего мира, и твоя сладкая жизнь полетит к чертям, – я брезгливо морщусь. – Если меня схватят, я утащу тебя за собой.

Питер морщится, на мгновение теряясь.

– Не будь таким наивным, Том, – холодно тянет парень. – Наша работа всегда предполагает риск.

Я шикаю и сжимаю кулаки. С ним бесполезном разговаривать.

– Если ты хочешь сдохнуть, пожалуйста, – грубо отрезаю я. – Мои люди...

– Твои люди, Трюмпер, сейчас грабят каюты, – обрывает меня парень. – Теперь они подчиняются мне, потому что большинство из них захотело встать на мою сторону. Так что решай, либо ты присоединяешься ко мне, либо отправляешься к заложникам, – он тычет пистолетом в сторону арки, где, вероятно, находятся пассажиры лайнера, и я вдруг понимаю, что вот он, мой шанс. Достать пистолет и выстрелить. И всё.

Я мгновение медлю, а потом тянусь к боку и выхватываю оружие, но Питер оказывается быстрее. Он вскидывает руку, и теперь мы стоим и держим друг друга на прицеле. Никто не стреляет.

– Опусти пистолет, Питер, – спокойно говорю я. – И я прощу тебе твою глупую выходку.

Мне не страшно, нет. Скорее просто тоскливо, я устал и хочу поскорее с этим закончить.

Питер не двигается.

– Я ведь выстрелю, – говорю я. – И не промахнусь.

Он переступает с ноги на ногу.

– Я знаю, – кивает Питер. – Приведи мальчишку.

Моё сердце замирает, и я нервно сглатываю. Дин уходит.

Нет. Не может быть. Он не может оказаться у них, он сидит в моей каюте. Это просто невозможно.

Парень возвращается, таща за собой кого-то, затем толкает его к Питеру, который хватает парня за шкирку и встряхивает.

Его голова опущена, чёрные волосы закрывают лицо, а руки заломлены и связаны за спиной. Питер хватает мальчишку за волосы и поднимает его голову.

Я замираю, и, кажется, что мир рушится.

Ведь в лапах предателей ни кто иной, как мой Билли.