Текст книги "Ты - моя вселенная (СИ)"

Автор книги: Мария Сильвер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Слишком долго этого ждала, имею право насладиться им сполна. Снимаю с него последнее, что мешает действовать. Задерживаю дыхание от вида обнаженного мужчины.

Стас же заинтересованно наблюдает за происходящим. А я умею удивлять.

Обхватываю большой, стоящий колом орган и медленно вожу рукой по его основанию. Слегка сжимаю. Стас раскидывает руки в стороны, зажимает одеяло и тяжело вздыхает. Увеличиваю темп, сама получая неописуемое удовольствие, наблюдая за его бьющимся в экстазе телом.

Громкие стоны мужчины как бальзам для собранного из осколков сердца.

– Где ты этому научилась, – доносится хриплый голос до помутненного сознания.

– В интернете много полезной информации, – выдаю свой секрет.

Ночами часто представляла эту картину, сегодня ставшую реальностью.

– А говорят, что интернет зло, – улыбается в ответ любимый человек. Неожиданно укладывает на лопатки и пристраивается рядом. С этим мужчиной нельзя терять бдительность даже на доли секунды.

– Теперь моя очередь, – шепчет в опухшие губы и начинает медленно смаковать.

Одновременно с поцелуями мускулистая рука Стаса ложится на мою промежность. Через тонкую ткань нижнего белья начинает ласкать намокший бутон. По всему телу проходит электрический разряд. Внизу живота начинает нестерпимо тянуть.

Начинаю хныкать и дергаться под его рукой. Любовник всё понимает и опускает трусики. Ловлю его ладонь и кладу между ног, идеально выбритых накануне. Надавливаю на его пальцы и начинаю стонать.

– Маленькая командирша, – усмехается Стас. Убирает в сторону мою руку. Возвращается и раздвигает чувствительные складки. Добирается до сочащегося влагой центра. Медленно водит пальцем, не давая разрядки.

– Не мучай, – рвано выдыхаю, еле составляя слова в предложения, – мне больно там, сделай что-нибудь.

– Потерпи. Тебя нужно растянуть. Я слишком большой, – проявляет заботу в ненужный момент.

Больше не могу, вот-вот взорвусь. Хочу почувствовать его в себе. Плевать, насколько он большой. Пусть быстрее утолит нестерпимое желание.

На мой призыв Стас проникает пальцем и гладит внутри. От невероятных ощущений прогибаюсь в спине, кусаю губы, но облегчения не наступает. Мучитель добавляет второй палец и увеличивает темп. Терплю из последних сил.

– Сейчас, пожалуйста, – говорю, едва шевеля губами. Сдвигаю ноги в коленях для лучшего проникновения.

Стас отвечает на приглашение и пристраивается между ног.

– Готова?

– Давно готова.

И момент, который я ждала так долго, наконец наступает. Стоны становятся громче, предвкушая облегчение. Стас мучает меня медленным проникновением. Дает привыкнуть. В качестве мести сжимаю и разжимаю член мужчины внутри себя. На что Волков дергается и шипит.

Сжимаю руками его ягодицы и подталкиваю глубже. Тогда одним резким движением человек, которому я отдала своё сердце навсегда, меняет жизнь на "до" и "после".Вторгается в страждущую плоть, принося боль, смешанную с кровью и глубокое наслаждение. Стас двигается не спеша, медленно увеличивая темп.

Слезы счастья стекают по лицу. Приносят невероятное облегчение. Наши стоны сливаются во едино, как и наши тела, сердца и разум. Душа распадается на миллионы атомов удовольствия и собирается обратно.

Соня Феникс перестает существовать как отдельная личность, полностью отдавая себя мужчине, который доставляет великое, ни с чем несравнимое чувство – быть любимой.

Глава 23

Просыпаюсь ближе к обеду, безгранично счастливая и удовлетворенная. Подтягиваюсь на кровати, как грациозная кошка под лучами теплого солнца. Тело ломит от усталости. В промежности чувствую легкий дискомфорт. Стас терзал моё тело всю ночь. Только ближе к рассвету заснули.

Любимый уже встал и во всю орудует на кухне. Судя по звукам, готовит завтрак. Вчерашняя ночь возродила во мне надежду на совместное будущее. Уже представляю, как выхожу замуж за Стаса в белом свадебном платье.

Буду каждое утро готовить его любимые завтраки, собирать на работу, вводить в семейную традицию поцелуйчики на удачу. Просто мысль о том, что до конца наших дней смогу заботиться о нем, приносит сладостное блаженство. Хочу, чтобы наша семья жила в большом загородном доме и чтобы в нем слышался радостный детский смех двоих, а лучше троих малышей с голубыми, как прекрасные лесные озера, глазами Стаса.

С такими радостными мыслями забегаю на кухню, чтобы увидеть любимого, по которому успеваю соскучиться, и замираю от увиденного.

– Настя? Ты как сюда попала? – не могу скрыть неприятное удивление и разочарование.

– И тебе привет, подруга, – льется жизнерадостный голос, – Стас ключи дал, попросил за тобой присмотреть.

– Я что, маленькая? И где он сам? – одолевает неприятное предчувствие.

– Не знаю, – пожимает плечами подруга, попутно помешивая жидкое тесто для блинов, – он у тебя ночевал?

– Да, – выдаю односложный ответ.

– Переспали? – поглядывает с хитрым прищуром лиса.

Киваю в ответ, не дожидаясь её реакции. Сейчас не это важно. Ухожу искать телефон. Срочно нужно позвонить утреннему беглецу. Может, случилось что-то серьезное.

Но мужчина недоступен и на следующий день, и через неделю. От беспокойства схожу с ума. Никто не знает, куда он исчез. Виктору Александровичу Стас сообщил лишь о том, что уезжает на неопределенное время. Он же не сбежал, как последний трус? Конечно, нет. В это никогда не поверю. Он всегда отвечает за свои поступки. Принцип у него такой.

Проживаю эту неделю как зомби. Практически ничего не ем, плохо сплю, потом засыпаю на парах или вообще не иду на учёбу. С работы отпрашиваюсь. Настя каждый вечер заглядывает ко мне. Не хочет оставлять одну, но ей приходится.

Хочется выть, как одинокий волк на серебряный диск луны и реветь из-за варварского поступка мужчины, наплевавшего на меня в очередной раз. Даже ни разу не позвонил.

Начинается вторая неделя длительного ожидания. На смену отчаяния приходит лютая злость. Скотина! Как он может так поступать с нами после нашей жаркой ночи. Я живой человек и мне очень больно. Он об этом не подумал, решив не выходить на связь?

Больше не собираюсь прогуливать занятия и необходимо выйти на работу. Здравый смысл, помахавший мне ручкой, постепенно возвращается.

Погрузившись в свои мысли, не замечаю знакомую машину, припаркованную около дома. Прохожу мимо. Родной голос, ранящий душу, окликает, зовет по имени. Замираю. Может, уже мерещится желаемое.

Разворачиваюсь и вижу реального Стаса. Бегу навстречу человеку, который исполосовал меня на тонкие лоскуты за это время. Кидаюсь на него и начинаю судорожно бить маленькими кулачками по твердой груди. Выплескиваю весь накопившийся гнев. Волков никак не реагирует. Сносит все мои удары, будто неподвижная гора.

– Где ты был? Я чуть с ума не сошла, – обвинения так и слетают с моих губ.

– Соня, садись в машину, нам надо поговорить, – серьезным холодным тоном бьет прямо в сердце.

Чую неладное, но послушно выполняю его просьбу.

В машине тепло, приходится раздеться. Стас же сидит в легкой серой куртке. Немного взволнованный, волосы растрепаны. На автомате тяну руку и укладываю его непослушные пряди, пропуская через пальцы.

Волков перехватывает замерзшую ладонь и кладет обратно мне на колени.

Его реакция обескураживает, поднимает волну возмущения. Где тот Стас, который без остановки любил мое податливое тело.

– Эй, ты чего? – обхватываю ладошками его щетинистое лицо, поворачиваю к себе. Чувствую под пальцами приятное покалывание немного отросших волос.

Приближаюсь к нему и нежно целую твердые зажатые губы. Он игнорирует меня, отстраняется, отводит взгляд, не желает даже смотреть в мою сторону.

– Соня, не надо, – ледяной тон отрезвляет поплывшее от его близости сознание.

– Я не понимаю. Поговори со мной. Что с тобой происходит? – прошу мужчину открыться. Мне важно узнать о его настоящих чувствах.

– Прости за ту ночь. Это было ошибкой. Я не должен был приближаться к тебе, – его слова в очередной раз убивают меня, но на этот раз окончательно.

– Что ты такое говоришь? Я же чувствую, что небезразлична тебе, – пытаюсь переубедить человека, будто это возможно.

– Через месяц я женюсь на Кате, – приговаривает невиновного к смертной казни. Все силы разом покидают меня. Вердикт вынесен и обжалованью не подлежит. Вечный покой в сырой земле – вот что ожидает меня в будущем, а не частный дом, полный детского смеха и родительской любви.

– Ты любишь её? – я должна знать, чтобы окончательно перестать дышать и уйти в спасительное забытье, остановить непрекращающийся поток предательских слез.

– Люблю, – говорит уставшим голосом, будто этот разговор высосал из него все соки.

– Ты обещал никогда не бросать меня, – вспоминаю о его обещании, данном после похорон бабушки.

– Прости, маленькая, – искреннее сожаление в голосе Стаса вбивает последний гвоздь в крышку гроба. Не могу больше находиться рядом с ним. Слишком мучительно.

– Прощай и будь счастлив за нас двоих, – через силу выдавливаю болезненное пожелание.

В последний раз разглядываю черты любимого человека, чтобы больше никогда не вспоминать. Его раскаивающиеся глаза будут до конца жизни преследовать меня. Выбегаю из машины и бегу домой, как спринтер на финише. Прихожу в себя, лишь очутившись в спасительных стенах.

Глава 24

Месяц спустя.

Не могу пропустить Свадьбу Стаса. Я должна своими глазами убедиться, что он женится на другой женщине. Надеюсь, что тогда мне станет легче и смогу его отпустить.

За месяц пламенного ада поняла, что потеряла всякий интерес к жизни. Осунулась, похудела. Просто существую, как безликая тень. Не умею жить без него. Будто вырвали сердце и душу, оставив лишь оболочку, которая, несмотря на мертвость внутри, продолжает существовать. Испытывает естественную нужду.

На регистрации свадьбы много народа. Теряюсь среди толпы гостей, специально неприметно одевшись. Держусь в отдалении, подальше от знакомых лиц.

Катя выглядит бесподобно в белом платье в пол, как модель, сошедшая с обложки модного свадебного каталога. Стас ничуть не уступает ей, одетый в приталенный черный смокинг. Счастливая невеста фотографируется с многочисленными гостями. Стас в двух метрах от неё о чем-то переговаривается с Димой, который выступает сегодня в роли шафера. Нигде не вижу Виктора Александровича. Видимо, решил пропустить официальную часть.

Начинается государственная регистрация, которую успешно прослушиваю, внимательно сосредоточившись на женихе.

Стас не выглядит счастливым, хоть и старается улыбаться. Он может обмануть кого угодно, только не меня. Прекрасно знаю, как выглядит его искренняя улыбка. Не понимаю, что здесь происходит, но всё похоже на фарс.

Пробираюсь вперед, ближе к нему. Регистраторша просит жениха и невесту подтвердить намерение заключить брак согласием.

– Прошу ответить вас Екатерина, – врывается в мой лихорадочный разум противный голос работницы ЗАГСа. Понимаю, что она ни в чем не виновата, но в данный момент ненавижу её не меньше невесты.

– Да, – ни секунды не сомневается без пяти минут официальная жена.

Подбираюсь ближе к жениху и прожигаю его взглядом. Он будто нутром чувствует меня и поворачивается в нужную сторону. Наши глаза встречаются. Смотрю жадно, впитываю, как губка его образ. Удивление на его лице сменяется на обреченность и сожаление.

– Прошу ответить вас, Станислав, – продолжает грузная тетка.

Неотрывно смотрим друга на друга. Качаю головой, прося сказать нет. Молю его. Если бы могла, упала бы на колени. Жених отводит глаза и произносит утвердительно:

– Да.

Порой не замечаешь, в какой миг оказываешься на краю пропасти. Понимание приходит слишком поздно, когда уже летишь молниеносно вниз. Жизнь перед глазами не пролетает. Прекрасные воспоминания не сопровождают в последние минуты. Только ожидаешь смертельный удар, который поставит жирную точку в несчастной истории.

Ко мне подходит встревоженный шафер и быстрым шагом уводит из регистрационного зала в холл.

Успеваю кинуть прощальный взгляд на чужого мужа, пропитанный жгучей ненавистью, ревностью и разочарованием. Я чертова мазохистка, раз сюда пришла. Ожидаемое облегчение не наступило.

– Пойдем. Незачем тебе на это смотреть, – решает за меня друг печальным жалеющим голосом.

Мне настолько становиться плохо, что начинает тошнить. Приходится немедленно бежать в уборную. Дима спешит за мной и без стеснения заходит в дамскую комнату. Успеваю добежать до раковины и опустошить два дня не видевший еды желудок. Наружу выходит только жидкость.

– Может в больницу тебя отвезти? – предлагает не на шутку встревоженный друг.

– Всё в порядке, просто я ничего не ела, – успокаиваю ослабшим голосом. Даже стоять нет сил.

– Давай отвезу тебя домой.

– Нет. Я сама доберусь. Иди к Стасу, – без раздумий отказываюсь. Никого не хочу больше видеть.

– Это он попросил тебя отвезти, – произносит Пономарев, вызывая во мне вспышку гнева.

– Передай ему, чтоб катился к черту! – шиплю, как ядовитая змея, готовая наброситься в любую секунду.

– Соня, живи дальше. Он сделал свой выбор, – вздыхает человек, который не понимает, что Стас и есть моя жизнь.

Ухожу из ЗАГСа под недовольный ропот надоевшего за пять минут мужчины. Беру такси и еду в спасительные объятия родной квартиры.

Глава 25

Время беспощадно летит вперед, не замечаю, как пролетает ещё один месяц. Близится апрель, а с ним и годовщина смерти бабушки. Обязательно нужно сходить на кладбище. Не была там со дня похорон.

Порой кажется, что и моя жизнь превращается в кладбище. Каждый день хороню частичку себя, счастливые воспоминания, прожитые вместе со Стасом. И тот единственный раз, когда я могла свободно его любить, могла прикоснуться и не быть отвергнутой.

Каждую ночь прошлое отравляет мои внутренности. Едкий яд сжигает, оставляет лишь прах.

Как робот делаю то, что необходимо ежедневно выполнять, но от этого не становлюсь живым человеком. Это только набор функций, алгоритм, который заставляет двигаться.

О Стасе ничего не слышно. Виктор Александрович перестал со мной делиться обстоятельствами личной жизни женатого сына. Родители всегда на стороне своих детей. Попросил не лезть в сложившуюся семью, хоть сам и был против его женитьбы на Кате. Как отец он, наверное, прав. Принимает любые решения своего ребенка и не мешает делать собственные ошибки.

В этот момент я ощутила, что потеряла ещё одного близкого человека.

Осталась только Настя, но у неё своя жизнь, которая бурлит и изливается живыми потоками. Летом она собирается уехать к своему любимому, возможно, даже переедет к тетке.

Чувствую себя одиноким увядающим цветком, корни которого засыхают без дождя в пустыне. Любому живому организму нужно питание, а я все своё уже истратила и больше не получаю.

– Соня, очнись! Ты меня вообще слушаешь? – щелкает перед моим носом недавно забежавшая в гости рыжая бестия, отрывая от философских размышлений.

– Что? – переспрашиваю, глядя на подругу, которая зачем-то притащила с собой кучу экспресс-тестов на беременность, – опять какие-то эксперименты проводишь?

– Ага, только испытывать будем на тебе, – сообщает со всей серьезностью.

– Почему на мне? – искренне недоумеваю.

– Как будущий врач смело могу предположить, что ты беременна, – ошарашивает своим заявлением подруга.

– Бред, я бы заметила, – говорю с точной уверенностью, что не могла залететь.

– Тебя тошнит, у тебя периодическое головокружение и усталость, а ещё ты постоянно спишь, – Настя загибает пальцы один за другим, пытаясь меня убедить.

– Ты прикалываешься? А я думаю, что это из-за того, что Стас женился, – сарказм ядом сочится с языка.

– Вы предохранялись?

Вопрос застает меня врасплох, начинаю нервно дышать. Нам настолько снесло крышу от желания, что спроси, как зовут, не вспомнили бы. Наутро собиралась сходить в аптеку за таблетками экстренной контрацепции, но Стас исчез, потом вообще было не до этого.

– НЕТ.

– Я купила струйные тесты, на них нужно пописать. Одна полоска будет значить отрицательный результат, две – положительный, – Настя вручает в руки тесты и подталкивает к двери ванной комнаты с совмещённым санузлом.

Дрожащими от волнения руками забираю приборы, которые покажут дальнейшую судьбу.

Пребываю в легком волнении во время ожидания результата первого теста. Неужели судьба смилостивилась надо мной и решила подарить своё собственное маленькое счастье, частичку от любимого человека. Не собиралась становиться матерью в столь раннем возрасте, но сама мысль о том, что у меня может быть ещё одна родная душа, приводит в невероятный трепет.

Положительный. И последующие тесты тоже. Медленно оседаю на резиновый коврик и облокачиваюсь на холодную стену. Не могу поверить, что беременна. У нас с Волковым будет малыш. Неудержимая радость переполняет, словно поток живой воды приносит исцеление в сердце.

Наш ребенок – наше продолжение. Смысл дальнейшего существования.

Надежда, которая вдруг возродилась из пепла несбывшихся желаний, принесла с собой веру в лучшее будущее и любовь к новой зародившейся жизни.

От переизбытка эмоций не могу сдержать ливня горячих слез. Сижу, схватившись за колени, и громко плачу. На мой рев прибегает Настя и усаживается рядом со мной. Забирает положительный тест из моей руки.

– Что будешь делать? – слышу предсказуемый вопрос.

– Жить, – только сначала в больницу схожу. В голове лишь одно – забота о малыше.

Глава 26

– Срок беременности 10–12 недель. Диаметр плодного яйца 61 мм, размером с мандаринку, – сообщает радостную новость пожилой врач.

– Это мальчик или девочка? – задаю волнующий вопрос.

– Пол ребенка ещё рано определять. Дождитесь 18 недели для более точного результата.

Хочу быстрее дать ему имя, а пока пусть будет Мандаринкой, как сказал гинеколог.

– Доктор, а можно получить снимок УЗИ?

– Да, конечно.

Выхожу из больницы окрыленной и самой счастливой мамой на свете. В руках несу первую фотографию моего малыша и направления на различные анализы. С мандаринкой всё хорошо, развивается согласно сроку.

Не спеша иду домой вдоль бесснежного тротуара, оглядываю огни вечерних зданий и вновь замечаю черный тонированный джип, который уже видела на днях. Номера дурацкие – три шестерки. Только безбожники ездят на таких машинах, как сказала бы бабушка.

– На фоне беременности у мамы развилась мания преследования, – шепчу Мандаринке, обнимая в защитном жесте еще незаметный живот.

Машина проезжает мимо. Вздыхаю с облегчением. Дурные мысли лезут в голову. Раньше посмеивалась над мамочками, которые тряслись над своими чадами, сдувая с них пылинки. Сейчас сама превратилась в такую.

Невольно вспоминаю об отце ребенка и немедленно набираю его номер. Стас должен знать про наше крохотное счастье.

Идут длинные гудки. Начинаю сомневаться в своем решении, как берут трубку.

– Стас…привет, – не знаю, с чего начать разговор и замолкаю. В трубке тоже провисает долгое молчание, только слышно, как собеседник шумно дышит.

– Слушай сюда, наглая сука! – раздается яростный женский голос, – хватит его преследовать. На свадьбу приперлась, теперь ещё и названиваешь.

Обвинения так и сыпятся в мой адрес. Поднимают волну раздражения.

– Дай телефон Стасу, мне нужно сказать ему кое-что важное, – прошу довольно грубым тоном, не желая церемониться с Катей.

– Он уснул после горячего секса, – сообщает довольная жена, намеренно причиняя боль.

– Разбуди его, это важно, – приходится проигнорировать предыдущее сообщение, чтобы добиться желаемого.

– Соня, прошу тебя по-хорошему, оставь нас в покое. Мне нельзя волноваться, я жду ребенка, – кидает на прощанье беременная жена Волкова и сбрасывает звонок.

Слышу звук разбивающегося о тротуар телефона. Неожиданная новость приводит в смятение. Не понимаю, плакать или истерически смеяться. Поднимаю неживой телефон с разбитым вдребезги экраном и выкидываю в ближайшую урну.

– Мандаринка, вот и остались мы вдвоем, – продолжаю идти дальше, ведя с молчаливым собеседником диалог, – я тебя никогда не брошу. Ты теперь мой мир и моя маленькая вселенная. Твой папочка оставил после себя самый большой подарок. Я буду любить тебя и беречь до конца своих дней.

Останавливаюсь на пустынном перекрестке. Дожидаюсь, когда включится разрешающий сигнал светофора. Дорога плохо освящается.

Дохожу до середины пешеходного перехода. Вдруг замечаю несущийся на сумасшедшей скорости автомобиль. Страх сковывает всё тело. Дикий рев мотора разрезает слух. Яркие фары ослепляют глаза, и…сильнейший удар откидывает вперед. Дичайшая боль пронзает всё тело. И перед тем, как уйти в забытье, успеваю разглядеть номер сворачивающей за угол темной машины. Три шестерки.