Текст книги "Подонок. Заберу тебя себе (СИ)"

Автор книги: Мария Кац

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

– Не всегда. Только когда ты так смотришь.

И вот опять.

Две минуты.

Ему потребовалось ровно две минуты, чтобы я снова перестала понимать, куда девать руки и почему вдруг становится жарко.

Макс между тем отталкивается от косяка.

– Собирайся.

– Куда?

– Прогуляемся. У тебя, кажется, сегодня выходной.

Я смотрю на него.

Просто прогуляемся. Никаких перевязок. Никаких «ты мне должна». Никакой работы, случайно найденных видеозаписей или очередной ситуации, из которой меня нужно вытаскивать.

Он приехал ко мне. Потому что захотел. И от этого понимания внутри становится как-то особенно неспокойно.

– Ты два дня не появлялся.

Фраза вырывается сама, и я тут же жалею. Макс перестаёт улыбаться лишь на мгновение. Не становится холоднее. Просто внимательнее смотрит на меня.

– Работа бывает не только у Золушки, а в роли злых сестёр и мачехи выступает начальство.

Хочу сохранить строгое лицо, но не могу. Просто от души начинаю смеяться. Господи, как он так может? На него даже обидеться нельзя. Хотя глупо обижаться на что-то вымышленное, потому что между нами ничего нет.

Я ведь знаю, чем он занимается. Видела, как ему звонят. Как меняется лицо, когда дело касается работы. Слышала, как разговаривают с ним остальные.

– Идём, – протягивая мне руку, произносит.

Глава 14

– Давай ещё раз. И на этот раз постарайся попасть в меня, а не убить человека-невидимку.

Смотрю на Макса исподлобья, убирая с лица выбившуюся прядь.

Нет, я, конечно, никогда не пользовалась особой популярностью у парней, и опыта у меня далеко не столько, сколько у Леры, но на свидания я всё-таки ходила. Поэтому некоторое представление о них имею.

И ни в одном из вариантов Макс не должен был привезти меня в спортзал и лично взяться за уроки самообороны.

– Я старалась, – отвечаю на выдохе.

– Заметил. Человек-невидимка уже в реанимации.

Уголок его рта дёргается, и мне хочется ударить его уже без всяких учебных целей.

Вот такое у меня свидание. Хотя свиданием Макс это, конечно, не называл.

Когда мы вышли из мотеля, он только велел садиться в машину, а на все вопросы отвечал, что я слишком любопытная. Потом минут двадцать куда-то вёз, свернул к невысокому серому зданию и сообщил, что мы приехали.

Я ожидала чего угодно. Кафе. Парк. Может быть, кино. Но точно не спортивный зал.

Оказалось, после багажника, мотеля и моего удивительного таланта находить неприятности Макс решил, что мне жизненно необходимо научиться хотя бы нескольким приёмам самообороны.

Идея, конечно, разумная. Только можно было предупредить. Тогда я хотя бы не пришла в джинсах. Кроссовки ещё подходят, а вот кофта уже через десять минут летит на скамейку. Под ней остаётся обычный чёрный топ, в котором я собиралась спокойно гулять по городу, а не пытаться причинить физический вред мужчине, явно получающему от происходящего слишком много удовольствия.

Макс даже футболку не снял. И, судя по тому, что за всё это время на его лбу не появилось ни капли пота, происходящее тренировкой считает только один человек – я.

– Ты специально двигаешься, – обвиняю его.

– А ты рассчитываешь, что человек, который решит на тебя напасть, встанет перед тобой и скажет: «Алёна, я готов, бей»?

– Было бы воспитанно.

На этот раз он смеётся уже в голос. И мне почему-то нравится этот звук.

За всё время нашего знакомства я чаще видела Макса собранным, спокойным, иногда насмешливым. Но сейчас в нём почти нет той настороженности, которая будто постоянно живёт где-то под кожей.

Здесь он другой. Расслабленный. Живой. И я ловлю себя на том, что рассматриваю его вместо того, чтобы слушать.

– Золушка, – вздрагиваю, видимо, я слишком глубоко ушла в собственные мысли. – Я минуту объясняю, что делать.

– Я слушала.

Макс смотрит слишком понимающе.

– Повтори.

Вот зараза.

– Нужно… – тяну время, пытаясь вытащить из памяти хоть что-нибудь. – Ударить тебя.

– Потрясающе. Можно выдавать сертификат.

Закатываю глаза.

– Можешь объяснить ещё раз.

Он подходит ближе и обхватывает моё запястье.

– Если тебя схватили, не пытайся перетянуть человека на себя. Особенно если он сильнее. Здесь захват слабее.

Пальцем касается места между большим и указательным пальцами.

– Разворачиваешь кисть сюда и резко выдёргиваешь. Твоя задача не победить его силой, а освободиться и увеличить расстояние.

В первый раз ничего не получается.

Во второй тоже.

На третий рука наконец выскальзывает из его пальцев.

– Получилось!

– Безусловно, если на тебя нападут, ты сначала извинишься перед человеком за неудобство.

Возмущённо смотрю на него.

– Неправда.

– Ты передо мной извинилась, когда наступила мне на ногу.

– Это элементарная вежливость.

– Во время попытки меня ударить?

Я не выдерживаю и смеюсь.

Да, возможно, с агрессией у меня действительно некоторые проблемы.

Макс снова берёт меня за руку, но теперь разворачивает спиной к себе.

– Второй вариант. Если схватили сзади.

Его ладонь ложится чуть выше моего локтя, и смеяться я перестаю моментально.

Потому что теперь слишком хорошо чувствую его за спиной. Тепло тела. Запах парфюма. Дыхание где-то над макушкой.

Отлично. И как в таких условиях предполагается запоминать самооборону?

– Не замирай. Сразу опускаешь центр тяжести и разворачиваешь корпус. Тебе не нужно красиво уложить человека на пол. Нужно выиграть несколько секунд и уйти.

– Очень обнадёживает.

– Зато правда.

Макс показывает движение: короткий разворот корпуса, локоть, шаг в сторону.

Никаких эффектных бросков, после которых девушка моего размера внезапно отправляет взрослого мужчину через весь зал.

– То есть главная задача – убежать?

– Главная задача – остаться целой. Всё остальное оставь героям боевиков.

Теперь он говорит без улыбки. Наверное, слишком хорошо знает, насколько настоящая драка не похожа на кино.

– А если нападающих несколько?

Макс отпускает меня.

– Тем более не геройствуешь. Ищешь возможность уйти, привлекаешь внимание, двигаешься туда, где есть люди.

– А если это опять гостиница с администратором, который занят важными делами?

Он смотрит на меня секунду, и я замечаю, как уголок его губ едва заметно приподнимается.

– Тогда звонишь мне.

Ответ звучит настолько просто, что я не сразу нахожу, что сказать.

– А если ты на работе?

– Блять, Золушка.

Понятно.

Звонить.

Отвожу взгляд, пряча улыбку.

Я вдруг понимаю, что мне легко. Не просто весело. Легко рядом с мужчиной. Без постоянных попыток придумать правильную фразу, понять, как себя вести и чего он от меня ждёт.

Наверное, Лера была права хотя бы в одном. Мне действительно стоит перестать заранее решать, чем всё закончится.

– Ладно. Последний раз – и поехали, – бросая короткий взгляд на часы, произносит.

Макс отходит на несколько шагов. Сжимаю кулак, делаю шаг и бью. В последний момент Макс резко смещается в сторону. Кулак рассекает пустой воздух.

– Макс!

По инерции меня ведёт вперёд. Нога цепляется за покрытие, и я уже почти лечу следом за собственным ударом, когда его пальцы крепко смыкаются на моём локте.

Рывок – и Макс разворачивает меня обратно и притягивает к себе. Я врезаюсь в его грудь. Ладонь машинально упирается в футболку, а его рука уже удерживает меня за талию.

Лицо Макса совсем близко. Настолько, что вся моя воинственность куда-то моментально испаряется.

– Так нечестно, – выдыхаю я.

Он чуть приподнимает бровь.

– А я разве говорил, что хулиганы будут играть с тобой честно?

– Но ты не хулиган.

– Это претензия или комплимент?

– Жалоба на преподавателя, – несмотря на сбившееся дыхание, усмехаюсь. – Ты специально поддавался.

– Какая самоуверенная Золушка.

Усмешка медленно появляется на его губах. Я успеваю заметить её прежде, чем Макс наклоняется и целует меня. Сразу уверенно, совсем не так, как тогда в машине.

Глава 15

– Ты же сказал, что мы идём гулять.

Макс захлопывает дверь машины и кивает на парк впереди.

– Мы и гуляем. Просто сегодня вместе с половиной города.

Над входом растянуты праздничные флаги, между деревьями горят гирлянды, от сцены доносится музыка. Людей столько, что я невольно прижимаю к себе кофту, которую после спортзала так и не надела.

Вот такое у Макса свидание. Сначала научить девушку вырываться из захвата, потом поцеловать так, что она забывает половину изученного, и сразу привезти на День города. Очень последовательный человек.

А самое забавное в этом, что он просто потом отстранился, словно ничего такого и не произошло. Спокойно сказал: «Поехали». Всё. Без лишних слов.

– Есть хочешь? – спрашивает он, когда мы вливаемся в толпу.

– Немного.

Он молча сворачивает к палаткам с едой и через пять минут я стою с огромным бургером, который едва помещается в руках, а Макс совершенно бессовестно таскает мою картошку.

– Купи себе.

– У тебя вкуснее.

– Она из той же пачки.

– Значит, дело в хозяйке.

Замираю с салфеткой в руке. Он спокойно отправляет картошку в рот, будто ничего особенного не сказал. А я снова краснею. Проклятая привычка. Но теперь я замечаю, что Макс на меня смотрит. Коротко. Но я вижу.

– Куда мы идём?

– Увидишь, – бросает он, в своей манере безэмоционального, но всё замечающего мужчины.

– Нормальные люди предупреждают девушку.

Макс останавливается и медленно поворачивает голову. До меня доходит сказанное.

– Я не это имела в виду.

– А я ничего не сказал.

Господи, ну, вот за что мне это? Что не так со мной, когда этот тип рядом оказывается?

За спиной раздаётся смех, заставляя обернуться и уже через секунду я понимаю, где мы.

– Нет, – мотаю головой.

– Боишься?

Одно слово, но сколько вызова. Словно для него вообще вся жизнь – вызов.

– Давай сюда.

Первый выстрел уходит так далеко от центра мишени, что Макс демонстративно смотрит вправо.

– Что?

– Проверяю, все ли живы.

– Очень смешно, – морщусь в ответ. Второй получается лучше. После четвёртого я уже почти горжусь собой и протягиваю ему винтовку.

– Теперь ты, – он даже бровь приподнимает. Да, согласна, язык мой живёт отдельной жизнью.

– Плохой план.

Произносит Макс и делает быстро четыре выстрела, после которых я буквально готова требовать проверку оборудования на сговор.

– Выпендриваешься.

– Немного, – с довольной усмешкой отвечает.

Работник тира снимает с крючка приз, и я начинаю смеяться ещё до того, как Макс его принимает. Огромный розовый заяц. В его руках. Картина настолько прекрасная, что я даже жалею об отсутствии телефона.

– Тебе идёт.

Макс протягивает чудовище мне, и я снова мгновенно краснею.

Мы идём дальше, сворачивая с шумной аллеи подальше в глубь парка.

– А ты всегда такой? – первая начинаю разговор после затянувшейся паузы.

– Какой?

Хороший вопрос. Я сама не знаю, что именно пытаюсь выяснить. – На работе ты другой.

Макс несколько секунд смотрит вперёд, словно проверяя мою вменяемость.

– На работе я отвечаю не только за себя.

– Тебе нравится то, чем ты занимаешься? – вопрос срывается с губ быстрее, чем включается мой мозг.

– Иногда.

– Очень убедительно.

– Я не по рекламному буклету профессию выбирал, Золушка.

– А почему выбрал?

Он бросает на меня короткий взгляд.

– Длинная история.

– У нас ещё много времени.

Он снова только усмехается в ответ и не спешит ничего рассказывать. И я неожиданно не хочу вытаскивать ответ силой. Мне начинает казаться, что Макса вообще нужно узнавать именно так – по мелочам, которые он сам не считает важными. Он всегда идёт со стороны дороги. В толпе автоматически замечает всё вокруг. Не любит сладкий кофе, но уже знает, какой беру я. С людьми говорит коротко, зато минуту назад поймал за капюшон чужого ребёнка, который едва не влетел в ограждение, и спокойно отправил обратно к матери.

К вечеру людей становится ещё больше. Мы уходим ближе к реке, и первый залп салюта разрывает небо как раз тогда, когда выходим к ограждению. Золотые искры рассыпаются над водой.

– Красиво, – вырывается у меня.

– Согласен.

Поворачиваюсь. Макс пристально смотрит на меня, заставляя сердце учащённо биться. Видимо, совсем забыло, что сегодня ему уже было мало одного потрясения.

Следующий залп освещает его лицо, и мне вдруг совсем некстати вспоминается, что через несколько дней я уеду. Домой. Туда, куда ещё недавно так отчаянно хотела вернуться. А Макс останется здесь. Не будет чёрной машины возле мотеля. Его внезапных сообщений. «Золушки». Дурацких приказов, от которых я сначала злюсь, а потом почему-то всё равно делаю, как он сказал. От этой мысли праздник вокруг сразу становится тише. Я отворачиваюсь к реке.

Странно.

Ещё несколько дней назад я считала, сколько осталось до возвращения домой. Хотела поскорее закончить с работой у тёти Марины, сесть в поезд и вернуться к своей нормальной жизни.

Теперь при мысли об этом почему-то неприятно тянет внутри. И я совершенно не понимаю почему.

Мы с Максом знакомы всего ничего. Между нами вообще ничего нет. Пара встреч. Несколько поцелуев. Розовый заяц.

Даже звучит глупо.

– Замёрзла?

Я даже не успеваю ответить, как моих плеч касается его куртка.

– Всё нормально, – улыбаюсь, пока он кутает меня в свою вещь. В его личную вещь, которая пахнет им, которая всё ещё сохранила его тепло.

Прекрасно. Теперь мне осталось только окончательно сойти с ума и решить, что это тоже что-то значит.

Снова смотрю на салют, но сосредоточиться уже не получается.

Почему мне вообще хочется, чтобы это что-то значило?

Макс ведь ничего мне не обещал. Я ему тоже. Мы даже не говорили о том, что происходит между нами.

– Всё, – произносит Макс, когда над рекой гаснет очередной залп. – Поехали.

– Уже?

Он смотрит на часы.

– Могу ещё покатать тебя по городу. Но тогда до двенадцати можем не успеть. Прижимаю зайца к груди, скрывая за ним половину лица.

Мы разворачиваемся в сторону парковки. Я иду рядом, утопая в его куртке и прижимая к груди розового зайца. От собственного вида хочется смеяться. От собственных мыслей – уже не очень.

Наверное, мне просто нравится Макс. Людям же могут нравиться другие люди. Для этого необязательно сразу понимать, что с этим делать. Тем более скоро я уеду. И всё само закончится.

Очень удобная мысль.

– Макс?!

Громкий женский голос заставляет меня поднять голову. И именно в этот момент на Макса буквально вешается брюнетка. Тёмные волосы рассыпаны по плечам, короткое платье подчёркивает длинные ноги, а улыбается она так, будто только что нашла человека, которого очень давно искала.

– Макс! Ты откуда здесь взялся?!

Я останавливаюсь в паре шагов. С розовым зайцем в руках. В его куртке на плечах. И с совершенно идиотским ощущением, будто мне только что наступили куда-то прямо внутрь.

Глава 16

– Макс! Ты откуда здесь взялся?!

Брюнетка буквально повисает на нём. Её руки обхватывают его шею, и она прижимается всем телом так, будто они давно не виделись. Или будто у них вообще такие отношения.

Я застываю в паре шагов.

Розовый заяц в руках вдруг кажется самым идиотским предметом в мире. Куртка на плечах – тоже. Я чувствую себя маленькой и глупой. И, кажется, сейчас краснею так, что это видно даже в темноте.

– Привет, – произношу ровно, чуть отводя её руку в сторону.

– Я думала, ты в командировке.

– Вернулся.

Она снова касается его плеча. Проводит пальцами по предплечью так, будто имеет на это полное право. Макс не убирает руку. И это почему-то задевает сильнее, чем если бы он сам её обнимал.

Я отвожу взгляд и делаю вид, что рассматриваю гирлянды на деревьях. Но краем глаза всё равно вижу, как она улыбается ему. Как её пальцы задерживаются на его груди.

Медленно выдыхаю, напоминая себе, что меня это не должно волновать. Мы даже не встречаемся. Просто пару раз поцеловались. С кем не бывает?

– О, – брюнетка окидывает меня быстрым взглядом. Заяц. Куртка. Моё глупое лицо. – Это и есть твоя сестра?

Я почему-то задерживаю дыхание. Макс смотрит на меня. Коротко. Лицо непроницаемое.

– Нет, – отвечает ровно.

Всё. Одно слово. Я знаю, что это правда. Я действительно не его сестра. Но почему-то в его устах это звучит как «она никто». И внутри становится гаденько, что я едва не сжимаю зайца до хруста.

– А-а-а, – тянет девушка. – Ясно.

Она снова поворачивается к Максу и, привстав на носочки, целует его в щёку.

– Ну, ты позвони, – она переводит взгляд на меня. – Когда освободишься.

Я молчу. Потому что любое слово сейчас будет звучать жалко. Или зло. Или ещё хуже.

Она машет рукой и исчезает в толпе, оставляя нас стоять на аллее.

– Идём, – говорит Макс.

Я иду за ним, стараясь не смотреть на его лицо.

В машине я молча забираюсь на переднее сиденье. Зайца откладываю на заднее. Потому что держать его сейчас в руках – слишком похоже на попытку спрятаться.

Мы едем молча. Я смотрю в окно и считаю фонари. Один. Два. Три.

– Ты чего молчишь? – спрашивает Макс через несколько минут.

– Устала, – отвечаю коротко.

Он бросает на меня быстрый взгляд, но ничего не говорит. Я чувствую его напряжение. Оно витает в воздухе между нами. Но я не хочу его разряжать.

Он мне ничего не должен. Я ему – тоже.

Я почти бегу к мотелю, когда он тормозит у входа. Открываю дверь, не дожидаясь, пока он её откроет. Не оборачиваюсь.

– Алёна, – слышу за спиной его голос.

– Спокойной ночи, – бросаю через плечо и захлопываю дверь.

Я слышу, как он говорит что-то ещё, но не разбираю. Не хочу разбирать.

Захожу в номер, закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Внутри всё клокочет. Злость. Обида. И какая-то детская несправедливость, которую я не хочу признавать.

Почему я вообще злюсь? Он же ничего не обещал.

Я тоже.

С кем не бывает?!

Тянусь к молнии и только сейчас понимаю, что на мне всё ещё его куртка. Согревающая. С его запахом.

Телефон в кармане джинсов вибрирует. На автомате смахиваю экран.

«Золушка, ты снова что-то потеряла, точнее оставила на заднем сиденье, и забыла вернуть мою вещь. Или наглостью решила со мной посоревноваться?»

Уголки губ дёргаются против воли. Чёрт. Он даже в смс умудряется звучать как он.

Долго смотрю на экран. Сейчас выходить я точно не буду.

Прикусываю губу и прохожусь по номеру. Хорошо, что он у меня небольшой.

«Прости. Сможешь забрать её завтра у администратора».

Отправляю.

А что, ответ очень даже прекрасный. Я извинилась и чётко обозначила границы. Тем более, мне тут ещё пару дней только переждать осталось.

Телефон в руках вновь загорается. От неожиданной вибрации, которая проходится по коже, я даже вздрагиваю.

«Приеду лично. Не люблю, когда мне возвращают вещи через третьих лиц. Или боишься, что не сдержишься и снова попытаешься меня ударить?»

Закатываю глаза. Как у него это получается?

Глава 17

Макс

– О, командир сегодня щедрый, – протягивает Серый, проходя в комнату. – А то я думал, уже соскочишь.

– От вас соскочишь. Как же, – усмехаюсь, оглядывая комнату.

Выработанная привычка. Всегда и всех контролировать. За столом все мои пацаны, плюс ещё несколько ребят подтянулись – те, кто просто заглянул на запах еды. Комната отдыха – небольшое помещение с двумя столами, микроволновкой и вечным запахом растворимого кофе. Сейчас здесь шумно, жарко и пахнет так, как пахнет только в мужском коллективе.

– Так что, Макс, – Серый наклоняется вперёд, хрустя чипсами. – Тебя реально на повышение отправили или это такая хитрая ссылка?

– Ссылка, – отвечаю я. – Чтобы вас проверить.

Все снова смеются. Кто-то кидает в меня скомканной салфеткой, я ловлю её и отправляю обратно.

– Реально, командир, – говорит один из сослуживцев с другого конца стола, дожевывая пиццу. – Точно решил нас бросить? Или может, в последний момент передумаешь? А то без тебя тут жесть начнётся.

– Тоха, не переубеждай его, – с довольной рожей тянет Димка. – Мы, может, без него только лучше заживём!

– Главное, чтобы вас на свободу не выперли, – парирую ему.

– А мы скажем, что ты нас плохому учил, – Серый с противоположного края стола салютует мне бокалом с колой.

Сука!

– Вы безнадёжны, – качаю головой. – Вас только ебать да на работу отправлять.

– Блять, командир, – Димка вытирает слёзы. – Это ты нам так тонко про секс напоминаешь? Так у нас категория 16+. Рано нам о таком ещё думать.

Все моментально ржать начинают. Да, вот этого вайба мне точно будет не хватать. Не то чтобы я в любые компании не вписывался, но тут я задержался дольше запланированного. Настолько, что прямо домом это место начал считать.

– Ты главное там новых подчинённых сразу предупреди, – подхватывает Серый. – Что у тебя методы воспитания специфические.

– Тебя, смотрю, мои методы до сих пор беспокоят.

– Меня они вообще травмировали, – показательно за сердце хватается, и все тут же ржать начинают.

Вообще в последние три недели мы тут безвылазно. Кто-то месяц уже тут. Так что тема секса у нас у всех стала мемом для подколов.

– А по тебе и не скажешь. Может, и вправду остаться?

– Во! – Серый тычет в мою сторону чипсиной. – Слышали? Психологическое насилие над сотрудником.

– Какое психологическое? – Димка смотрит на него. – Там психики изначально не было.

– Пошёл ты, – отмахивается Серый, и комнату моментально заполняет смех.

Телефон возле локтя коротко вибрирует. Машинально опускаю взгляд.

На дисплее высвечивается «Золушка».

Нихуя себе. Всё-таки снизошла.

Сообщение я ей отправил ещё утром. Потом звонил один раз ближе к обеду. Трубку она, разумеется, не взяла. Теперь почти семь вечера.

Смахиваю экран, чтобы прочитать, что там она решила мне ответить. Как никак почти целый день ответ придумывала.

«Я сегодня задержусь у тёти. Куртку оставлю администратору. Можешь забрать в любое время».

Усмехаюсь.

Нет уж. Так не пойдёт.

– Всё, – раздаётся напротив голос Димки. – Пропал человек.

Поднимаю голову. Он сидит, откинувшись на спинку стула, и с мерзкой довольной рожей смотрит на меня.

– Пропал наш командир.

– Ты сейчас договоришься.

– Да я вообще молчу. Просто наблюдаю научный феномен.

Пацаны быстро подключаются. Кажется, даже от жрачки отлипают.

– Какой ещё феномен, Димон? – бросает новенький, который тут только третий день.

– Макс смотрит в телефон и улыбается.

Все головы синхронно поворачиваются ко мне.

Блять.

– И? – словно не замечая подъеба, спрашиваю.

– Ничего, – Димка невинно пожимает плечами. – Просто я с тобой не первый год работаю. Когда тебе пишет начальство, ты материшься. Когда мы – не отвечаешь. Методом исключения остаётся баба.

– Или банк, – вставляет Тоха.

– Банку он так не улыбается, – тут же находит что ответить друг.

– А откуда ты знаешь?

– Банк обычно хочет от него денег. А эта, судя по роже, наоборот дать.

Опускаю взгляд на телефон.

Ага, блять, дать – куртку. Если конкретно – мою собственную куртку. Но объяснять это будет ошибкой.

– Золушка? – коротко спрашивает Димка.

За столом становится ещё тише. Серый перестаёт даже жевать.

– Какая ещё Золушка? – уточняет Тоха.

– А-а-а, – Димка расплывается в улыбке. – Ты не в курсе?

– Это которая в багажнике приехала? – вспоминает Тоха.

– Она самая, – довольно кивает Дима, и пацаны тут же свистеть начинают. – Так что там, командир? Туфельку вернул, теперь за остальными вещами ездишь?

– Пошёл на хуй.

Закрываю переписку. Вот за что я люблю друзей? За редкие минуты, когда их нет рядом.

– Реально, пацаны, – продолжает Серый. – Я не помню, чтобы командир дольше недели с кем-то тусил, а тут уже на вторую перешёл. Макс, на свадьбу нас хоть позовёшь?

– Тебя нет.

– А остальных? – со смехом подхватывает Димка.

– Тоже.

– Жадный, – комната в буквальном смысле взрывается от смеха. – Она хоть сдалась?

– До свадьбы, наверное, решила, – помогает Серый.

– Правильная девочка, – Димка с серьёзной рожей кивает. – Глядишь, командир, и тебя перевоспитает. Пояс верности наденет, по вечерам домой начнёшь возвращаться. Из грязного мальчика приличного человека сделает.

За столом моментально даже не ржать, а самый настоящий гогот раздаётся.

– Ты за мою половую жизнь так переживаешь, будто свою уже окончательно проебал, – спокойно бросаю.

– Моя хотя бы стабильная.

– Дрочка по четвергам стабильностью не считается.

Серый давится колой, остальные взрываются очередной волной хохота, хлопая меня по плечу и что-то говоря Димону.

– Вот поэтому тебя и бросать нельзя. Кто ещё будет так бережно хранить мои секреты?

– Всё, хорош пиздеть, – поднимаюсь и забираю ключи. – У меня планы на вечер, а вы срач за собой уберите.

– Конечно, – тянет Димка мне вслед. – У него теперь планы. Всё, мужики, мы командиру больше не семья.

– Переживёте.

Димка что-то снова бормочет, в комнате ржать раздаётся, но решаю не оборачиваться. Время только в этом каламбуре потеряю, а моя Золушка и вправду может уже уйти.

Во сколько там у неё смена заканчивается?