Текст книги "Пять минут до грома (СИ)"

Автор книги: Мария Горная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

Перед глазами все расплывалось, слезы капали на листы бумаги заставляя буквы расплываться от соленых прикосновений. Поставив последнюю подпись, я уставше уронила ручку на стол.

– Ну вот и отлично. – довольно улыбнулся старик складывая документы в папку.

Охранник, стоявший позади меня, расцепил хватку, как и те, что держали Пашу. Увидев, как он без сил начинает падать на пол, я в мгновение подорвалась со стула и пытаясь поймать его пока он не ударился об пол, придержала и аккуратно положила его голову на свои колени. Зуи, со всеми поводырями, стали по очереди скрываться за дверью. А я сидела на коленях, ревела как в последний раз и аккуратно, дрожащими пальцами, гладила Пашу по волосам. Он был без сознания, грудь тяжело вздымалась, руки и ноги безжизненно лежали на полу. Мои слезы падали на его лицо вмешиваюсь с кровью, которая ещё не успела застыть.

– Прости. Прости меня, пожалуйста, прости. Я не должна была появляться в твоей жизни. Ты не заслужил всего этого. Я должна была прыгнуть в ту пропасть. Ты должен был позволить мне это сделать. Это я во всём виновата. Я всем порчу жизнь. Я ненавижу себя. Пожалуйста, только живи. Прошу тебя, живи.

Я не знала что делать, не знала как дальше жить. Набрав в лёгкие последний воздух я стала кричать.

– Кто-нибудь, пожалуйста, помогите! Помогите! – раз за разом кричала я, пока вдалеке не услышала звук приближающейся множество шагов.

Дверь открыли с грохотом и в VIP-зале престижного ресторана появился спецназ. Толпа людей в военной форме и полной экипировке, моментально заполнила помещение окружив нас. Среди них, выделялся мужчина в военной форме оснащенный только бронежилетом.

– Скорую на третий этаж, живо. – приказал мужчина. После опустился возле меня на колени и попытался убрать мои руки с волос Паши.

– Нет. Нет . Нет. – стала мотать я головой и сильнее цепляться за парня.

– Маша, все хорошо. – спокойно, но уверенно начал говорить военный. – ему помогут. Все будет хорошо. Пойдем, тебе нужна помощь.

– Нет, я не уйду без него. – настойчиво продолжала я.

– Вы в безопасности. Пойдем.

– Нет! – крикнула я. – я его не оставлю с вами.

– Я крестный Паши. – тихо произнес мужчина, а я подняв взгляд на него, первый раз смогла на него посмотреть. Но из-за спутанного сознания, мне сложно было уловить черты его лица – он будет в безопасности. Я тебе обещаю.

И я ему поверила, как тогда поверила на мосту Паше. Они были чем-то похожи. Оба спокойные и уверенные. От них веяло безопасностью и домом. Крестный Паши аккуратно взял голову Паши в свои руки позволив мне встать, еще два военных помогали мне это сделать. Мужчина сменил меня, пока ехала скорая, а я все дальше и дальше отдалялась от парня и все больше старалась держать его в поле зрения пока совсем не скрылась за дверью. Как раз, когда меня спускали на первый этаж, в ресторан приехала скорая. Один из моих сопровождавших оставил меня и отправился показывать дорогу врачам к Паше. А второй, придержав меня, вывел из здания. На улице творился хаос: по всему периметру стояла военная бронированная техника, как и вооруженные люди. Толпа зевак пыталась рассмотреть и заснять все происходящее. Спецназовец подвел меня к карете скорой помощи для оказания скорой помощи. Меня посадили в машину и начали обрабатывать губу и проверять все показатели. Я не сразу заметила, как военный, который меня привел, стал снимать балаклаву. Только полностью освободившись от нее я заметила слабую улыбку Максима, друга Паши. Отмахиваясь от помощи медперсонала я со всех ног кинулась на Макса и крепко его обняла. В глазах вновь стояла пелена слез.

– Это я виновата. – начала я тараторить.

– Тише, тише. – говорил парень поглаживая меня по спине. – ты не в чем не виновата, вернись в машину, тебе должны оказать помощь.

– Он выживет? – тихо спросила я.

– Конечно выживет! – воскликнул Макс. – Гром и не из таких передряг выбирался. Однажды,ькогда были ещё школьниками, мы с ним хотели попасть в игровые автоматы, но нас не пустили из-за возраста. Пришлось ночевать на шинах возле школы, потому что своим родителям сказали, что ночуем друг у друга. Замёрзли адски, но выжили. А это, пустяки, все будет хорошо.

Отодвинув меня, Макс посмотрел дружески и вновь убедив, что все будет в порядке, посадил меня в машину, чтобы врачи завершили начатое. Через несколько минут, я увидела как на носилках выносят Пашу. Вокруг него было несколько человек, врач нес в руках капельницу, шея у Паши была зафиксирована. Мне запретили ехать с ним в одной машине, но заверили, что с ним будет все в порядке и увезли в ближайшую больницу.

Крестного Паши я больше не видела, но как поняла, что он является одним из командиров части где служит Паша. И поняла то, что он отдал приказ Максиму доставить меня домой. Тот так и сделал, завез меня к Паше в квартиру. Дверь была открыта, поэтому мы без проблем в нее вошли.

– С тобой точно не надо оставаться? – спросил Макс.

– Точно, спасибо. Передавай привет Саше.

– Обязательно. Если что, звони. – сказал парень уходя.

Как только хлопнула дверь, я зашла в комнату, рухнула на кровать и начала горько реветь. Филипп, пытаясь успокоить меня, лег рядом уткнувшись о руку своей пушистой мордочкой начал мурчать. Я, прислушиваясь к звукам которые он издавал, не заметила как медленно стала погружаться в сон пытаясь стереть из памяти весь день, но только не Пашу.

Глава 21

Два дня я пыталась попасть к Паше в реанимацию, но меня не пускали, потому что по документам я для него никто. Только когда его стабилизировали и перевели в общую терапию, в одиночную палату, я впервые его увидела после происшедшего.

В тот день, я всю ночь не могла уснуть, а утром, встала за час до открытия больницы, закрыла тональным кремом синяки, которые проявились после ударов Андрея, покормила Филиппа и отправилась к Паше.

Сперва меня не хотели пускать, я вновь спорила, возмущалась, но сдерживала слезы. Крестный Паши, который заехал ко мне на следующий день после похищения, сказал, что я могу в любой момент к нему обратиться за помощью. И эти дня, я была уверена, что справлюсь сама. Но я устала, что из-за юридических факторов, не могу попасть к человеку, который рисковал жизнью ради меня. На часас было почти девять утра, когда я набрала номер Валерия Семёновича и со стыдом в голосе попросила помочь мне навестить Пашу. Через десять минут, я стояла напротив белоснежной двери и с волнением держалась за дверную ручку.

Медленно открыв дверь, я вошла в небольшую палату. Практически все стены были белоснежные, только одна изумрудного цвета. В углу, светлый кожаный диван, телевизор, который без звука показывал какую-то развлекательную программу. Прикроватная тумбочка с корзиной, где лежали стандартный фрукты для пациентов больницы и кровать с белыми простынями. Паша спал. Его грудь медленно вздымалась, из под белой футболки виднелись повязки, голова также была перебинтована. Возле кровати стоял стул, поэтому я тихо подошла и сев на него стала наблюдать за спящим парнем. Одна за одной слезы стали стекать по щекам, в голове снова промелькнули воспоминания того вечера. Возможно, если бы я сразу подписала все документы, то Паша был бы в порядке.

О судьбе Зуев мне практически ничего не известно, одно точно знаю, их задержали на трассе. Что будет дальше, никому неизвестно. В душе теплилась надежда, что они получат справедливое наказание. Одно радовала, весь кошмар, связанный с ними, наконец-то закончился.

– Хватит плакать, мышка.

От неожиданности я подскочила и прильнула к руке Паши лежащей на краю кровати.

– Паша! – воскликнула я. – я так волновалась. Прости меня пожалуйста!

– Тебе не за что извиняться. – улыбнулся Паша глядя на меня. – у меня все было под контролем?

– Реанимация и тяжёлое состояние, это контроль? – возмущенно спросила я.

– Ну, это был план Б. – пожал плечами Паша.

– Боюсь узнать какой был план А. – скрестила я руки на груди, слегка надув губы.

– Стать супергероем. – широко улыбнулся Паша обнажив белоснежные зубы.

– Ну это у тебя получилось. Ты стал супергероем новостей. Все только и говорят о тебе последние несколько дней.

Это была полная правда. По телевизору все новости о бесстрашном военном, который спас похищенную девушку. Только имена не разглашаются и на этом спасибо. А вот фамилию Зуй никто не скрывает. В общем, все как в книгах: злодеи, девушка в беде и принц на белом коне. Только мой принц с винтовкой в руках и перебинтованной головой.

– Ты в порядке? – беспокоясь спросил Паша, так как я вновь ушла в мысли и он это заметил.

– Это я во всём виновата. – опустив глаза ответила я.

– Эй. – позвал меня Паша, аккуратно дотронувшись до моей руки. – никогда не думай за это извиняться. Здесь нет твоей вины, даже моей нет. Эти говнюк получат по полной. Главное, что теперь все позади.

Его голос, как тогда на мосту, обволакивал и поглощал каждую клеточку моего тела. От его спокойствием хотелось укрыться, в нем хотелось утонуть.

– Иди сюда. – тихо произнес Паша и потянув мою руку к себе сократил расстояния между нашими губами, а после нежно, но настойчиво поцеловал. Поцелуй был нежный, но очень чуткий. В нем читалось то, что мы скучали друг по другу и то, что нам страшно снова друг друга потерять.

– Кх-кх. – раздалась имитация кашля со стороны дверей. Оторвавшись друг от друга, мы вместе посмотрели туда, где стоял Макс и улыбнулись. – прости что отрываю, голубки.

– Макс! – воскликнул Паша. – я бы удивился, если бы ты не пришел в этот момент. Поцелуя на тебя действуют как призывное заклинание. – засмеялся Паша, держась за ребра и ойкая.

– Больно? – стала я переживать.

– Излишки сломанных ребер, все в порядке. – заверил меня Паша.

Максим подошёл к другу, они пожали друг другу руку, а после активно начали обсуждать каждый синяк Паши. Слушая все это, я приходила в ужас, а парни наоборот, сравнивали эти побои с теми, что уже когда-то получали и ставили им оценку по десятибалльной. Оказалось, что один раз Паша получил пулю в ногу и та боль была сильнее, чем удары огромных охранников. К сожалению, я так и не видела шрамы Паши, потому что пока что между нами больше не было близости и не намечалась, пока не срослись сломанные ребра.

Я и Максим были рядом с Пашей больше часа, пока в палату не вошла медсестра предупредив нас, что через несколько минут будет обход. На прощание, Паша подал руку Максу и попросил его выйти первым. Мы целовались еще несколько секунд, наслаждаясь друг другом. После, еле отпустив друг друга я направилась к выходу. У самих дверей Паша меня окликнул.

– Эй, мышь. – улыбаясь сказал Паша, я развернулась и посмотрела на него лежащего на кровати в центре палаты. Через секунду он стал более серьезный, но в глазах что-то читалось. Как-будто он решался что-то сказал, но боялся. Но через мгновение, это исчезло и он просто вновь широко улыбаясь сказал – покорми Филиппа.

– Кто-кто, а вот он точно не голодает. – ответила я. Слегка настроившись, но не подавая вида. Потому что я знала, что он хотел сказать, но у нас будет ещё время друг другу признаться в любви.

– Увидимся. – сказал Паша и послал воздушный поцелуй. Кивнув, я скрылась за дверью. Шагая погруженная в своих мыслях навстречу стоящему Максу в конце коридора, я не сразу заметила, как иду прямо на мужчину быстро идущего по коридору. Столкновение было неизбежно и я случайно зацепила его плечом.

– Простите. – быстро проговорила я мужчине, лет шестидесяти, в дорогом костюме, с аккуратной стрижкой. Он был хмурым, с холодным взглядом. Не отреагировав на мои извинения, он как бы с отвращением смахнул с себя несуществующую грязь с места, где я до него дотронулась, поправил пиджак и дальше пошел по коридору. Только дойдя до Максима,бы вновь посмотрела в сторону, где шел мужчина и удивилась, так как он свернул прямо в палату где был Паша.

Максим стоял напряженный, руки в кармане и смотрел туда, где скрылся незнакомец.

– Кто это? – обратилась я к Максиму, так как поняла, что он его знал. – на врача не похож.

Парень молчал какое-то время, а после глубоко вздохнув ответил:

– Отец Паши.

– Они же не общаются. – удивленно проговорила я.

– Не общаются. – подтвердил Макс. – ладно, идём.

Сказал Максим и начал идти к выходу. Я поборола себя, чтобы не развернуться и не зайти в палату, и не поинтересоваться, что забыл отец Паши, особенно после того, как его предал. Я очень сомневалась, что в нем проснулись отцовские чувства. Однако, я решила, что Паша сам должен в этом разобраться и он этого бы хотел.

Макс завез меня в квартиру Паши. Я могла бы уже давно перебраться в общежитие, так как староста группы мне написала, что я получила комнату, но ради кота, я решила остаться. Да и я бы хотела остаться здесь, до того, пока бы Паша не вернулся, учитывая что до окончания каникул оставалось несколько дней.

По возвращению домой, я сразу же исполнила просьбу Паши, насыпала Филиппу корм, и пошла принимать душ. Стоя под струей теплой воды, я не сразу услышала, как на телефон, лежащий возле умывальника, пришло смс. Я его заметила только тогда, когда укутавшись в полотенце выбралась с душевой кабины.

“ Мышка, завтра не приезжай. В больнице санитарный день” – гласило сообщение от Паши.

“ Хорошо” – сразу же отправила я ответ.

После, мы еще перекинулись парой сообщений и до конца дня, друг другу ничего не писали. Паша показался мне странным, но я ничего не писала по поводу отца, так как чувствовала, что ему надо время и он сам мне все расскажет.

На следующий день, все было как обычно: подъем, завтрак, покормить кота, пару сообщений от Паши. Он также вел себя странно и отстраненно. И вновь так весь день прошел. Чтобы хоть как-то себя отвлечь, я решила набрать Нюте.

– Мань, привет! – раздался весёлый голос подруги на другой стороне провода. – ты как? Давно не общались?

– Я хорошо, а ты там как?

Дело в том, что с тех пор, как мы с Пашей забрали мои вещи у Моти, я так и не поговорила с подругой. То она не отвечала, то я. Поэтому Нюта не в курсе происходящего и чтобы хоть немного убрать груз с души, я хотела ей обо все рассказать, начиная с того утра на мосту. Но у подруги были другие планы.

– Я хорошо, зай, прости, не могу сейчас говорить. Я здесь в больнице, у мамы аппендицит вчера удалили и я вот сижу у нее в палате.

– В какой больнице? – настороженно спросила я.

– А у нас есть выбор? – засмеялась Нюта. – в городской конечно же, она же у нас одна такая, с хорошими специалистами.

– Разве там сегодня не санитарный день? – с пересохшим горлом поинтересовалась я, поднимаясь с кровати.

– Мань, здесь каждый день санитарный, это же больница!

– И правда. – тихо ответила я. – это же больница…

– Ладно, не скучай, потом созвонимся. – проговорила подруга прощаясь. А я уже ничего не слышала. Мысли сменялись один за другим. Может Паша ошибся. Он не мог специально солгать. Но он же вел себя странно вчера вечером, да и сегодня целый день.

Чтобы перестать себя накручивать, я открыла контакты и набрала номер Паши. Гудки, один за другим шли без ответа. Так я еще несколько раз ему набирала. Тогда, ничего лучше не придумав, я стала набирать Максиму. Также как и Паша он молчал. Только на третий раз, раздался мужской голос на другом конце.

– Да, Маш. – подозрительно тихо ответил Максим.

– Привет, Максим. Ты бы мог меня завезти к Паше в больницу. – спросила я измеряю комнату шагами.

– Прости, не могу.

– Почему? – с дрожащим голосом спросила я.

– Его там нет. – все также спокойно ответил Максим, что ещё больше настораживало, а от полученной информации и вовсе замерла на месте.

– А где он? – осторожно спросила я. Максим молчал не только секунд, а после ответил.

– Я за тобой заеду через час.

– Максим, где он? Что происходит? – более настойчиво спросила я.

– Жди меня, я скоро приеду. – не ответив на мой вопрос, друг Паши положил трубку.

Я судорожно стала одеваться, а после, как с третьей попытки натянула на себя серую байку, села на край кровати и просто стала ждать. Сердце выпрыгивало из груди, в душе я не могла найти спокойный уголок. Я не понимала, что происходит и куда мог деться Паша, учитывая, что ещё несколько дней назад он был в реанимации. Погруженная в нарастающей панике, я не сразу услышала, как в дверь постучали. На пороге стоял Максим. Он был хмурый, и из-за этого на лбу проступили морщины. Он ничего не говорил, просто развернулся и направился к лестнице. Я, закрыла дверь и вышла за ним. На улице уже стемнело и начался небольшой снегопад. В прошлый раз, в такую погоду, был худший день в моей жизни. В этот раз, ощущения были такими же.

Максим вез меня молча, на вопросы не отвечал. Я нервно ломала себе ногти и судорожно кресла ногой.

– Куда мы едем? – вновь попробовала завести разговор.

– Ко мне домой. – коротко ответил Макс.

– Зачем? – нервно поинтересовалась я.

– Я все расскажу.

Вот так закончился весь наш диалог за поездку. Через сорок минут, мы свернули в небольшой двор. Остановившись, я вышла из машины. Передо мной появился небольшой кирпичный дом, с длинной террасой и панорамными окнами. Мелкие фонарики светили по краям крыши, а в доме только в одной комнате горел теплый свет. Максим открыл входную дверь впуская в дом поток снежинок, который таяли в воздухе. Взяв мою куртку, Максим указал туда, где горел свет. Это была просторная кухня со стеклянным столом по центру. Я не сразу заметила, как в углу стояла Саша и судя по всему готовила чай. Она также как и Максим молчала. Все происходящее начинало меня выводить из себя.

– Да скажите уже, что происходит? – раздраженно спросила я.

– Маша, сядь. Сейчас выпьем чай и все расскажем. – спокойно ответила Саша указывая на стул в центре стола.

– Нет. Я не сдвинуть с места, пока вы мне не скажете где Паша.

Посмотрев друг на друга, Саша всего лишь кивнула Максиму, стоящим за моей спиной и тот куда-то скрылся, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Через несколько минут он вернулся, держа в руках свернутый лист.

– Лучше сядь. – сказал Максим.

– Да что черт побери происходит? – не выдержала я.

– Здесь ответ на твой вопрос. – сказал Максим и сел на противоположную сторону стола. Саша подошла к нему и поставила рядом с ним кружку с чаем. Я же, стояла как приросшая к полу и держала в руках то, что дал мне Макс.

– Он хоть живой? – спросила я, а у самой глаза стали покрываться пеленой слез.

– Да. – ответил Максим отпивая глоток горячего чая.

В тот момент для меня была важнее услышать подтверждение того, что Паша жив, потому что за несколько часов я готовилась к самому худшему. Несколько минут, я сидела сложив руки на коленях и просто смотрела на свернутую бумагу боясь ее открыть. Саша, подошла к Максиму и аккуратно дотронувшись до его плеча взглядом указала на дверь из кухни. Не допив свой чай, Максим вышел из комнаты взяв с собой супругу, оставив меня одну.

Дрожащими пальцами, я взяла письмо, раскрыла его и передо мной предстал небольшой текст написанный от руки.

“ Маша, в тот день, когда я шел с тренировки и встретил тебя стоящей за перилами Польки, я готов был прыгнуть за тобой. В день, когда ты попала в толпу митингующих, я вновь готов был все сделать, чтобы ты осталась в безопасности. И в день, когда тебя похитили я готов был отдать свою жизнь. Но все те поступки я делал на эмоциях и чувствах, в которых не мог разобраться. Как бы это странно не звучало но, за два дня которые я провел в больнице, я наконец-то разобрался в том, что чувствую.

Прости меня пожалуйста. И как бы это не было банально, но дело совсем не в тебе, а только во мне. Причина в том, что я больше никогда не смогу полюбить. Я пытался, я правда пытался. Но наш поцелуй в больнице, окончательно расставил все точки. Я подлый трус, что не говорю все это лично, но так будет проще и тебе и мне.

Я знаю, что после прочитанного нет смысла что-то просить, но у меня будет всего две просьбы. Забудь дорогу к Польке. Нет ни одного человека, из-за которого ты должна стоять у бездны. Живи, пожалуйста, только ради себя и для себя. И второе, не ищи меня. Я уехал навсегда, в квартире живи сколько хочешь, она оплачена на несколько лет вперёд.

Ну все, наверное я все сказал, что хотел. Ещё раз прости и прощай.

P.S. Покорми Филиппа. Только не бросай его или отдай соседке”.

Последние слова я читала сквозь слезы, которые без остановки текли по моим щекам смывая тоналку, обнажая синяки на лице. Скомкав лист бумаги я громко закричала, а после, подорвавшись с места побежала к выходу игнорируя Максима, который пытался меня остановить. Выбежав босиком я рухнула в первый же попавшийся скором и громко закричала от боли одиночества. Я не могла поверить, что все происходит со мной. Но знала только одно, Паша не сдержал свое обещание.

Не важно кто появляется в моей жизни, итог всегда один – я падаю в бездну одиночества.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ