Текст книги "Неожиданная встреча (СИ)"

Автор книги: Марина Агекян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

– Кэтти, – хрипло молвил он, наклонил голову и взял губами протянутый дар. Это был действительно дар. Словно она с каждой своей улыбкой, каждым словом, каждым кусочком яблочного пирога возвращала ему частичку его утерянной души.

Она поняла все без слов по выражению его потемневшего лица и блестящих глаз. Кейт нежно провела пальцами по его лицу.

– Тебе нравится? – спросила она, с трудом сглотнув, потому что в его любимых глазах вдруг снова увидела ту боль, которая причиняла боль ей. Боль, которая появлялась всякий раз, когда они говорили о яблоках. – Я ведь знаю, что ты не можешь долго жить без яблок.

Подняв руку, он осторожно сжал ее ладонь на своей щеке.

– Теперь в моей жизни появилось кое-что более ценное, без чего я точно не проживу. – Он придвинулся к ней поближе и, наклонив голову, накрыл ее губы своими. Господи, он так давно хотел поцеловать ее! С того самого мига, как пробудился и увидел ее. С того мига, когда впервые повстречал ее. Он хотел вечно целовать ее сладкие губы, которые тоже пахли яблоками. Его сердце гулко забилось в груди. Он знал, что мог растянуть поцелуй на всю жизнь, а потом еще целую вечность любил бы ее, как только мог. Как только бы она позволила ему. С трудом оторвавшись от нее, он прижался губами к ее щеке, выдохнув: – У тебя вкус яблок, любовь моя.

У Кейт сжалось сердце. Он повторил слова, сказанные ею в нормандской церкви. Но в них было больше смысла, чем простая констатация фактов. Ей вновь остро захотелось узнать, что на самом деле значат для него яблоки и что с этим связано. Она уже была готова задать вопрос, но вздрогнула, ощутив его губы на своей шее. Когда он так нежно касался ее, она ни о чем не могла думать связанно. Только о его поцелуях.

– Я съела немного… яблочного пирога, – с дрожью в голосе проговорила она, закрыв глаза, чувствуя гулкие удары своего сердца.

Он поднял голову, и Кейт вдруг увидела, как он протягивает к ее губам кусочек незаметно взятого пирога.

– А из моих рук съешь?

Как она могла отказать ему? Улыбнувшись, Кейт осторожно подхватила кусочек пирога. И, наконец, он медленно улыбнулся ей, и это согрело ей сердце, потому что черная боль стала отступать, возвращая ей человека, который подарил ей весь мир и себя.

– Я даже не знала, что так сильно люблю яблоки, пока не встретила тебя, – пробормотала она, дожевывая сладкую выпечку.

Его улыбка вдруг сбежала с лица. Он стал серьезным.

– Я хотел накормить тебя своим яблоком еще в вашей беседке в то утро, но побоялся, что ты меня прогонишь.

Кейт тоже посерьезнела.

– Я ведь действительно тогда хотела прогнать тебя.

– Ты боялась меня?

Она долго смотрела на него, прежде чем ответить.

– Да, – прошептала она.

Отложив в сторону тарелку с пирогом, он прижал ее к себе и посмотрел ей прямо в глаза.

– Ты думала, что я могу обидеть тебя?

– Нет, я боялась тех чувств, которые ты вызывал во мне.

Он дышал тяжело, но ловил каждое ее слово.

– Кэтти, – заговорил он так серьезно, что Кейт стало не по себе, – ты должна знать одну вещь. Я никогда не мог и не смогу обидеть тебя или играть твоими чувствами. Я не представлял, что способен испытывать подобное, я не знал, что в мире бывает что-то дороже жизни, но ты доказала обратное. Никогда не бойся меня, потому что я никогда не предам, никогда не поступлю так, как это сделали те два мерзавца во время твоих сезонов.

У Кейт округлились глаза от его слов.

– Ты… ты знаешь о моих сезонах?

Глядя ему в глаза, она вдруг поняла, что он знает о ее сезонах абсолютно все. Даже то, что она скрыла от своих родных. Об этом знал только один человек, и только Ада могла рассказать ему об этом, ведь он был там до ее прихода. Кейт думала, что умрет от стыда и чувства вины, если хоть кто-нибудь когда-нибудь узнает о ее позорном поступке. Но глядя в его серо-карие глаза, она видела отражение собственной боли и страхов, видела, что ему это небезразлично. Что он не осуждал ее за это.

Кейт почувствовала, как першит у нее в горле.

– Неважно, что я знаю, милая. – Джек чуть отодвинулся от нее. – Важно то, что вот здесь. – Сказав это, он положил ладонь ей на грудь, прямо туда, где тяжело билось ее сердце, а потом медленно положил руку на свою грудь, на свое сердце. – И важно то, что теперь живет вот здесь. Здесь живет моя любовь к тебе, Кэтти. И не только здесь. Она повсюду, стоит только оглянуться вокруг. Я прошу тебя лишь об одном: чтобы ты верила мне и доверяла. Я никогда не причиню тебе боли, потому что это все равно, что причинить боль себе.

Кейт думала, что у нее сейчас разорвется сердце. От любви. От безграничной любви и нежности к нему. Она с трудом могла сдержать слезы.

– Я… я верю тебе. – У нее обрывался голос. Она дрожала от переполнявших ее чувств к нему. Взяв его лицо в свои ладони, она хрипло добавила: – Я приму от тебя это только если сам ты возьмешь от меня не меньше.

На этот раз она сама поцеловала его. Джек так крепко обнял ее, что сдавило в груди. Сегодняшний день перевернул всю его жизнь. Кейт перевернула его жизнь вверх дном, но он был невероятно счастлив от этого. Насладившись еще немного вкусом ее губ, он медленно отодвинулся от нее и хрипло молвил, взглянув в окно, где уже сияло солнце после дождя:

– Нам кажется пора возвращаться.

Впервые в жизни Кейт была так счастлива, что не хотела возвращаться к своей обычной жизни. Она хотела бы остаться с ним здесь. Навсегда. Он понял ее чувства по выражению ее разочарованного лица, и вдруг, запрокинув голову, громко расхохотался. Видя его таким счастливым и веселым, Кейт сама испытала невероятное облегчение.

– Что тут смешного? – проговорила она, улыбаясь.

Он покачал головой.

– Тебе нужно смеяться чаще, чтобы ты понимала, что это за удовольствие, моя дорогая Кэтти.

– Думаю, у меня еще представиться случай для смеха.

Он еще раз поцеловал ее в губы, отстранился и свесил ноги вниз. Наклонившись, он стал подбирать свою одежду.

– А я думаю, что должен быть рядом, чтобы не пропустить ни одного смеха.

Кейт зачарованно смотрела, как переливаются под бронзовой кожей выпуклые мышцы, когда он одевался. Ей хотелось бы вечно вот так любоваться им, но некоторые вещи имеют свойство заканчиваться, с грустью подумала она. Встав, она взяла тарелку и направилась к столу, убирая все в корзину. Закончив, она печально оглядела их убежище, в котором обрела так много. Отныне домик лесника станет невероятно дорогим сердцу местом. Почувствовав рядом Джека, Кейт обернулась и встретила его серьезный взгляд. Он стоял напротив и так пристально смотрел на нее, что у Кейт похолодело сердце от неожиданно возникшего дурного предчувствия.

– Что такое? – медленно спросила она, чувствуя его напряжение, его нерешительность. Он был растерян? – Что случилось?

Он моргнул и на одном дыхании произнес:

– Ты станешь моей женой?

Хорошо, что она не взяла в руки корзину, иначе точно бы уронила.

– Ч-что? – потрясенно выдохнула она, меньше всего на свете ожидая такого поворота событий.

Джек взволнованно провел рукой по волосам.

– Господи, Кэтти, я не знаю, как следует делать предложение, потому что никогда прежде не делал ничего подобного. Я не думал, что когда-нибудь такое произойдет со мной, что я встречу женщину, с которой захочу прожить жизнь, но ты… – Он сделал шаг к ней, но не приблизился, а лишь замер на полпути и пристально посмотрел на нее. – Кэтти, я хочу просыпаться с тобой каждое утро, хочу видеть, как проснешься ты, как будешь расчесывать волосы. Хочу видеть, как ты умываешься. Я хочу видеть все эти мелочи, которые складываются в значительную цепь событий для меня. Я не смогу тебя отпустить от себя ни сейчас, ни тем более потом. Ты согласишься стать моей женой? Согласишься разделить со мной мою жизнь, нашу жизнь?

Она все смотрела на него, не веря тому, что он только что сказал. У нее дрожало сердце. Дрожали колени, когда она стала медленно двигаться к нему.

– Джек, – прошептала она.

– Скажи хоть что-нибудь, – взмолился он в ожидании ее ответа.

Она подошла к нему и нежно взяла его лицо в свои ладони.

– Джек, – снова повторила она, не в силах вместить в себя любовь, которую питала к нему. Для нее это было так же ново, как и для него. Даже не смотря на то, что она была два раза помолвлена. Только теперь она знала, что все ее прошлые переживания были пустыми, незначительными по сравнению с тем, что она нашла сегодня. И глядя в его глаза, она тихо прошептала: – Знаешь, я всю жизнь искала человека, с которым захотела бы прожить жизнь, а теперь я нашла того, без которого не смогу жить.

Он крепко обнял ее.

– Кэтти, – у него дрожал голос. – Это значит “да”?

Кейт поцеловала его в губы.

– Это значит “да” сто раз. – Она снова поцеловала его. – Это значит “да” тысячи раз. – И снова коснулась его губ. – Это значит “да” миллион раз.

– Боже мой! – Джек заключил ее в свои объятия, поднял с пола и закружил по тесной комнатке, крепко прижав к себе. – Я думал, что постарею, пока дождусь твоего ответа.

Кейт обхватила его плечи и прижалась к нему, пытаясь поверить в то, что это происходит с ней на самом деле. Со старой девой двадцати семи лет. Невероятно! Ее переполняло такое непереносимое счастье, что Кейт боялась лопнуть.

– Я не позволю тебя постареть, – пообещала Кейт, взглянув в его счастливое лицо, сияющие любовью глаза.

– Я хочу, чтобы весь мир знал, что отныне ты принадлежишь мне. – Он как-то странно посмотрел на нее и немного резко добавил: – Особенно этот противный Майкл, которому я каждый раз хотел свернуть шею.

У Кейт от изумления округлились глаза.

– Майкл? Но что он тебе сделал?

Уже задав свой вопрос, она поняла его. Боже, теперь она понимала его так хорошо!

– Он слишком часто касался тебя! – почти гневно ответил он и еще мрачнее добавил: – И еще чаще смотрел на твою грудь!

– Что? – Теперь Кейт была возмущена. Она попыталась спуститься на пол, но он крепко держал ее, не дав пошевелиться. – Он не делал…

– Ты что же, хочешь в этот важный для нас момент говорить об этом субъекте?

– Он не…

Но Джек не дал ей договорить и закрыл ее рот своими губами. Она тут же обмякла и упала ему на грудь, удовлетворенно вздохнув. И когда Кейт ответила на поцелуй, Джек успокоился, понимая, что счастье на самом деле существует, и что даже такие, как он способен испытать это блаженное, ни с чем не сравнимое чувство.

– Кэтти, – прошептал он, прижавшись лбом к ее лбу. – Я люблю тебя.

Кейт улыбнулась ему одной из тех своих улыбок, которая заставляла его почувствовать себя самым любимым и богатым человеком на свете.

– Я буду беречь каждое твое признание в моем сердце. – Она провела пальцами по его лицу и нежно добавила: – Надеюсь, и ты примешь мои признания, хотя ни одно слово не способно передать всю глубину моих чувств.

Он снова страстно поцеловал ее так, что у обоих перехватило дыхание.

– Кэтти, – выдохнул он, поставив ее на пол. – Пообещай, что ты никому не скажешь…

– Да?

Кейт в ожидании смотрела на него, решая, что же он предложит ей скрыть, но его просьба приятно поразила его.

– Ты никому не скажешь, что я чистил картошку? – Он неловко провел рукой по своим каштановым волосам. – Это будет увесистым ударом по моей репутации.

Кейт какое-то время смотрела на него, а потом прижала ладонь к губам и глухо засмеялась, вспомнив тот момент, когда впервые увидела его за этим занятием.

– Я… я никому не выдам твой секрет, милый, – сказала она, когда смогла заговорить. – Я всегда знала, что в тебе есть скрытые таланты.

Он тоже засмеялся счастливым смехом, а потом снова поцеловал ее.

Определенно это был самый счастливый день в их жизни. Жизнь, которую намеревались разделить вместе.

Глава 15

Три пары глаз с удивлением смотрели на Кейт. Сама Кейт сидела в их гостиной и пыталась не задымить от пунцового румянца. Она даже не думала, что ей будет так неловко и так тяжело признаться в том, как серьезно изменилась ее жизнь. Джек проводил ее до дома, а потом удалился в кабинет с дядей для разговора. Остальных членов семьи взяла на себе Кейт, и теперь ей предстояло сообщить тете и сестрам о том, что она дола согласие выйти замуж за человека, которого еще совсем недавно не могла выносить.

Ей было трудно подобрать слова, а родным не терпелось услышать о том, что происходило. Тяжелее всего было смотреть на бледную Тори, которая к всеобщему удивлению все же спустилась в гостиную, и теперь даже с неким любопытством смотрела на Кейт. Самой Кейт казалось неправильным испытывать счастье в то время, когда так сильно страдает близкий тебе человек. Это было похоже на предательство. И помимо волнения, ею постепенно начинало овладевать чувство вины.

– Кейт, – первой рискнула нарушить молчание Тори. – Ты скажешь нам, наконец, что происходит?

Смелая Тори, она даже в трудный для себя момент находила сил и смелости жить дальше. У Кейт сдавило горло.

– Ты какая-то не такая, – задумчиво проговорила Алекс, поправляя свои очки. – Не могу понять что, но в тебе что-то изменилось.

“Господи, они видят меня насквозь!” – с изумлением подумала Кейт, поднимая к ним голову. Собравшись и решившись, она произнесла на одном дыхании:

– Он пришел сюда, чтобы попросить моей руки.

И замерла в ожидании.

Все три пары глаз медленно округлились.

– Ты не шутишь? – наконец заговорила потрясенная тетя, пристально глядя на Кейт.

– Нет, – прошептала она. Господи, ей казалось, что от волнения сердце сейчас выскочит из груди! Она не волновалась так даже тогда, когда Джек повел ее к кровати и снял с нее одежду. – Он просил меня выйти за него замуж.

– И ты согласилась? – медленно спросила Тори.

Кейт все удивлялась, как Тори при всех сложившихся обстоятельствах удается сохранить такое спокойствие. И такое присутствие духа.

– Да, – ответила она, взглянув на нее, и ощутила боль, увидев ее потухшие, ничего не выражающие глаза. У Кейт болезненно сжалось сердце.

– Но мне казалось, он тебе не нравится, – заметила Тори, прищурив серые глаза.

– Я не хотела, чтобы он мне нравился, – честно призналась Кейт, понимая, что не может лгать родным. Особенно Тори, которой больше всех хотелось объяснить всё. – Я боялась его…

– Боялась, что полюбишь его?

– О Боже, Кейт! Так он тебе нравится? – со смесью удивления и надежды спросила тетя Джулия.

Склонив голову, Кейт тихо прошептала:

– Я люблю его. Люблю больше жизни…

– О, моя дорогая! – Тетя сгребла ее в свои объятия и крепко прижала к себе. Глаза ее блестели от слез. – Как я рада за тебя! Боже, я так долго этого ждала! Ты заслуживаешь любви. Виконт хороший человек, и в отличие от тебя, моя дорогая, он мне нравился с самого начала.

Кейт, наконец, улыбнулась от облегчения. Ее стали поздравлять Алекс, а потом и Тори, но едва взглянув на Тори, Кейт с особой болью ощутила душившее ее чувство вины. Обнимая ее, Кейт виновато молвила:

– Прости меня.

– За что?

Тори отстранилась и внимательно посмотрела на сестру, и Кейт успела заметить в ее глазах ту черную, сокрушительную боли, которая появилась в тот момент, когда они услышали о Себастьяне, до того, как Тори подавила свои чувства.

– Я… – начала была Кейт, но Тори оборвала ее.

– Ты просишь прощения за то, что нашла свое счастье? – Лицо Тори слегка побледнело. – Не обижай меня, Кейти, прошу тебя. Ты заслуживаешь счастья, и я очень рада за тебя.

У Кейт сдавило горло. Господи, Тори понимала слишком многое, и слишком многое выносила с невыразимой храбростью! Кейт была готова нести с ней этот тяжкий груз, но Тори не позволяла этого. Обняв сестру, Кейт поклялась сделать все возможное, чтобы вернуть сестре былую радость и блеск в глазах.

В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошли дядя, а за ним и Джек. Дядя пристально смотрел на Кейт и выглядел при этом таким напряженным, что Кейт стало не по себе. Отойдя от сестры, она взглянула на него. Бернард тут же позвал племянницу к себе.

– Кейт, – обратился он к ней с серьезным видом. – Я должен задать тебе один вопрос. Виконт просит у меня твоей руки. Что ты на это скажешь?

Щеки ее чуть порозовели, но Кейт не опустила голову, когда сказала:

– Я была бы счастлива, если бы ты одобрил этот союз, дядя.

– Так ты хочешь этого?

И Кейт честно ответила:

– Это мое самое заветное желание.

А потом она оказалась в медвежьих объятиях дяди, и поняла, что он не напряжен, а взволнован тем, что происходило. Он был так счастлив за Кейт, что у него покраснели глаза. И это до глубины души тронуло Кейт, которая не переставала благодарить бога за то, что у нее несть дядя и тетя.

Дядя велел дворецкому принести бутылку лучшего шампанского, чтобы они отметили это невероятное событие. Кейт казалось, что она спит и видит какой-то сон, будто плывет на облаке, которое несёт ее к вратам чего-то прекрасного, чего-то загадочного.

Зато активнее всех был Джек, заявив, что месяц – самый максимальный срок, который он сможет вынести. Его нетерпение и желание поскорее жениться на Кейт радовало дядю с тетей и доказывало его глубокие чувства к их племяннице. Побыв у них еще двадцать минут, он решил откланяться, чтобы сообщить своим близким о скором событии. Дядя великодушно разрешил Кейт проводить своего новоиспеченного жениха.

Когда они вышли из дома, Кейт подняла к нему глаза, а он медленно взял ее руку в свою.

– Еще сегодня утром я не знала, увижу ли тебя, а теперь я твоя невеста. Не могу в это поверить.

Джек сжал ей руку.

– У тебя целый месяц, чтобы в это поверить. – Он посмотрел на ее губы, умирая от желания поцеловать ее. Господи, все складывалось слишком хорошо, чтобы казаться правдой, но он был безмерно счастлив от того, что сумел сделать ее своей, сумел заполучить ее руку и сердце. В буквальном и переносном смысле. Приподняв ее руку, он мягко коснулся губами ее нежной кожи. – Пока что тебе придется готовиться и ждать. Как и мне…

– Джек, – прошептала она предупреждающе, понимая, что их могут увидеть, но всем сердцем хотела прижаться к нему. Хотела, чтобы он обнял ее и крепко поцеловал.

– Как я проживу до завтра без тебя? – вдруг глухо спросил он и посмотрел на нее потемневшими от боли и страсти глазами.

У Кейт сжалось сердце. Она накрыла его руку, которой он сжимал ее руке, и придвинулась к нему чуточку ближе.

– Наверное, так же, как и я: думая о тебе каждую секунду.

Он как-то грустно улыбнулся ей.

– Ты знаешь, что я сейчас больше всего на свете хочу поцеловать тебя?

Теперь ее сердце сладко затрепетало, как и все тело, от одной лишь мысли о том, что может последовать после того, как они насытятся поцелуями. Каждая клеточка все еще горела и хранила воспоминания о его горячих прикосновениях и ласках.

– А ты знаешь, что больше всего на свете я хочу, чтобы это произошло, но это невозможно, потому что дядя и тетя сейчас смотрят на нас через тонкие занавески гостиной.

Когда он медленно улыбнулся, Кейт вдруг подумала, как сильно любит его.

– Ну что же, придется пощадить их чувства и не смутить ни их, ни тем более тебя, фея.

Кейт недовольно поморщилась.

– Не называй меня так, – взмолилась она. – Я же не фея…

– И я не эльф, но почему-то бабушка Ада уверена, что это так. – Он наклонил голову набок и озорно заулыбался ей. – И я с ней полностью согласен.

– Джек!

Он поцеловал ей руку и выпрямился.

– Я не желаю принимать возражения от своей невесты. И да, будь готова завтра в полдень. Я приеду за тобой.

Кейт прищурила глаза.

– И куда ты собрался меня отвезти?

– Куда угодно, лишь бы быть с тобой. – Господи, он действительно не представлял, как проживёт вечер и тем более ночь без нее! – Жди завтра.

***

Теперь была очередь Джека наблюдать глубокое удивление, близкое к потрясению, выражение на лицах родных, когда сообщил им о том, что через месяц женится.

– Ты не шутишь? – первой заговорила тетя, придя в себя. Она никогда не думала, что такой день когда-нибудь настанет и что ее племянник, горячо любимый племянник решится все-таки жениться. – Ты правильно понял Кейт? Она согласна?

Джек довольно улыбнулся.

– Когда задаешь девушке вопрос о том, хочет ли она связать свою жизнь с тобой, и получаешь утвердительный ответ в виде “да”, не слишком ли очевидны ее намерения? – Он пристально посмотрел на тетю и добавил: – Она любит меня, любит почти так же, как я ее.

– Почти? – раздался голос дяди.

Джек с улыбкой повернулся к нему. И хотя ему всегда было трудно выражать свои истинные чувства, он удивлялся, как легко теперь можно говорить о своей любви к Кейт.

– Думаю, – медленно заговорил Джек, проведя рукой по волосам от волнения, – я люблю ее сильнее.

– Черт возьми! – радостно воскликнул Райан, хлопнув рукой о колено, вскочил на ноги и подошел к кузену. – Не думал, что все сложится именно так. Наша Кейт много лет никого к себе не подпускала. Да и от тебя она, по-моему, была не в восторге. Как же она смогла полюбить тебя? Тем более за такой короткий срок.

– Райан! – укоризненно покачала головой тетя и тоже поднялась. – Ты иногда кажешься таким глупым. Наша Кейт всегда была умной девочкой и смогла разглядеть в нашем Джеке нежного и доброго мужчину, да, дорогой?

– Тетя, – пробурчал Джек. – Ты говоришь так, будто я святой.

Рассмеявшись, тетя, наконец, обняла его и крепко поцеловала, не в силах скрыть свое безмерное счастье. К радости Джека дядя тоже подошел и обнял его, и впервые в жизни он почувствовал истинное семейное тепло. Вкус этого хрупкого, но столь необходимого чувства кружил голову. И все благодаря Кейт, которая перевернула всю его жизнь.

– Ты уже говорил с мистером Уинстедом? – спросил дядя, когда они присели.

– Конечно, говорил. Мы уже назначили дату свадьбы. Через месяц нас обвенчает местный викарий.

Дядя изумленно посмотрел на него.

– Джек, мальчик мой, – осторожно заговорил он. – Тебе не кажется, что ты немного спешишь? Ты ведь даже родителям не сообщил об этом, а ведь твой отец…

В глубине души Джек боялся именно этого разговора. Сжав челюсть, он встал и отошел к окну, испытывая жгучий гнев.

– Мой отец может катиться к дьяволу. Ему никогда не было дела до меня, я был для него сущим разочарованием. Кроме своих амбиций и высокомерия его ничего не волнует. И уверен, он не поймет то, как сильно мне нужна Кейт. Поэтому его мнение меня совершенно не волнует.

– Но, Джек, – вступилась тетя. – Кейт станет твоей женой, частью твоей семьи, и ты должен считаться с этим.

Джек вздохнул и посмотрел в темноту ночи. Он был виконтом Стоунхопом, пусть и не по своей воле. Когда-нибудь он унаследует титул отца, пусть тоже не по своей воле. Но Кейт предстояло разделить с ним его жизнь и его судьбу. Если он хотел ввести ее в этот для нее незнакомый мир, там должен воцариться полный покой и порядок. Если он хотел жить новой жизнью, он должен был очистить руины прошлого, чтобы Кейт не было стыдно за него. Он должен изменить тот хаос, в котором пребывал после смерти Уилла. Кейт не должна жить в этом хаосе. Она заслуживала все самое лучшее. Он хотел сделать ее самой счастливой женщиной в мире, а его ад мог поглотить ее.

И его приступы…

Тяжело вздохнув, он провел рукой по напряженному лицу. Задачу, которую он только что поставил перед собой, была трудной, но решаемой.

– Ты права, тетя, – проговорил он устало. – Я не позволю отцу запугать ее или причинить ей боль. Я поеду к нему и поговорю с ним.

Родные с изумлением смотрели на него, понимая, что для него стоит снова увидится с отцом, который выгнал его из дома три года назад. Гнетущее молчание нарушил веселый голос Райана, который хотел разрядить обстановку:

– Я все же не могу поверить, что ты остался равнодушным к чарам Тори. Она же совершенство.

Джек обернулся и взглянул на кузена.

– Согласен, но она не для меня. Моя половинка Кейт.

– Как странно услышать из твоих уст подобные речи, – мягко заметила тетя. – Ты действительно уверен в чувствах Кейт?

Джек напрягся, ощутив легкое беспокойство.

– Конечно, но что за странный вопрос ты задаешь, тетя?

– Просто Кейт очень щепетильно относится к своему возрасту, а ты…

– Какого черта ты говоришь о ее возрасте?! – взорвался Джек. Его снова затопил гнев, едва встал вопрос о возрастах. К чему все эти разговоры? Сначала Кейт, теперь его тетя… Джек вдруг почувствовал, что упускает из виду нечто очень важное, то, что потом может обернуться против него, но он решительно отогнал это от себя. И тут же успокоил себя мыслью о том, что его разумная Кейт не до такой степени глупа, чтобы позволить возрасту повлиять на их отношения и любовь. Взяв себя в руки, он уже более спокойно произнес: – Прошу вас, не будем говорить больше об этом. Все уже решено и ничто в мире не изменит этого. Я бы хотел съездить в город. Райан, ты поедешь со мной?

– Да, – с готовностью кивнул он. – Выезжаем с утра?

– Нет, прямо сейчас.

Он опешил от заявления кузена.

– Но сейчас ночь на дворе.

– Это тебя пугает?

– Н-нет, но к чему такая спешка?

– Расскажу всё по дороге.

– А это не может подождать до завтра?

– Нет! – безапелляционно заявил Джек. – В полдень это уже должно быть у меня.

***

Он спал всего несколько часов, но не чувствовал усталости, ожидая Кейт в гостиной Клифтон-холла. Джек приехал сюда с дядей, Райаном и тетей, которым не терпелось своими глазами увидеть Кейт и убедиться, что она на самом деле любит их племянника. Ему было жаль лишь того, что рядом в такой важный для него момент нет Майкла, его брата, который сейчас учился в Оксфорде. Он так давно хотел увидеть его, так скучал по Майклу, и теперь тоска эта была сильнее, чем обычно.

К его удивлению в комнате не оказалось виновницы торжества. Так же отсутствовали младшие сестры, что начинало не на шутку тревожить Джека.

И неожиданно в голове вспыхнула ужасная мысль: а что, если она передумала выходить за него замуж? Что если она все обдумала и поняла, что совершает ошибку, и теперь решала, как отказать ему, а сестры помогали ей в этот момент? Джек похолодел, убрав руку с коробки, которая лежала во внутреннем кармане.

И ему даже в голову не пришло то, что Кейт не знает о его приезде просто потому, что он приехал раньше оговоренного времени.

Увидев его необычное состояние, Джулия мягко обратилась к нему.

– Милорд, девочки, возможно, заняты наверху и видимо не слышали, как вы приехали. Не хотите подняться и позвать их?

Он даже не смог заговорить, до такой степени был взволнован и напряжен. Вскочив на ноги, Джек направился к двери, не заметив, как следом идет Райан. Все чего он жаждал сейчас, так заглянуть в глаза Кейт и убедиться, что она не передумала. Он даже не мог представить, что придется сделать, если она откажет ему. Холод сжал сердце, поэтому он убыстрил шаги, поднявшись по лестнице, зашагал по галерее и остановился у приоткрытой двери семейной гостиной, откуда доносились веселые женские голоса. Вот он и добрался до них! – с торжеством подумал Джек, приоткрывая дверь.

Но картина, которая раскинулась перед ним, заставила его застыть на месте.

На небольшом диване, стоявшем возле окна, сидели Кейт и Тори в очаровательных голубых платьях. Девушки о чем-то разговаривали, глядя на Алекс, которая стояла напротив них и старательно накладывала им на лица нечто вязкое и бело. Лицо Кейт и Тори было безобразно испачкано слоем этой белой мази. Джек замер у порога, глядя на них с нескрываемым удивлением.

– Что это такое? – наконец заговорил он и обнаружил себя.

Девушки замолчали и резко повернулись к порогу, где во весь свой внушительный рост стоял Джек. Осознав, что они не одни, девушки вздрогнули. Кейт и Тори вскочили с места и, охнув и пряча лица руками, метнулись за спину дивана. Они прятались от него! – с изумлением подумал Джек, вскинув брови. Только Алекс осталась стоять на месте, смело встретила его взбешенный взгляд и строго спросила:

– Милорд, как вам не стыдно? – Она поправила очки на переносице чистой рукой. – Откуда вы взялись? Мы здесь занимались женскими делами. Вам нельзя здесь находиться. Уходите.

– Зови меня по имени, – мягко попросил Джек, шагнув в комнату, и уже более резко добавил: – А откуда я взялся, лучше спросить у твоей сестры, которую я пригласил сегодня на прогулку, а она забыла об этом.

– Я не забыла! – раздался из-за дивана возмущенно-обиженный голос Кейт.

Джек резко повернулся к дивану.

– Тогда что ты делаешь тут вместо того, чтобы встречать меня? Я жду тебя уже целых семнадцать минут!

– Ты не говорил, что приедешь так рано, – последовал незамедлительный ответ.

– Я говорил, что приеду, и этого было достаточно, чтобы ждать меня, – строго проговорил он, чувствуя себя задетым.

– Господи, Джек, я ждала тебя! – простонала Кейт.

Джек всем сердцем хотел поверить ей, но жуткое сомнение продолжало терзать его.

– Сидя здесь и пачкая свое лицо?

Он боялся услышать слова, подтверждающие его подозрения.

– Она не пачкала лицо, – на этот раз заговорила в защиту сестры Тори.

Они что, издеваются над ним! Джек посуровел, намереваясь приблизиться к дивану, чтобы снести его, но вмешалась Алекс.

– Я приготовила маску для лица. Это очень полезное и тонизирующее средство.

– Маску? – потупился Джек, окончательно сбитый с толку. – Что это за черт такое?

– Милорд, – Алекс улыбнулась ему с таким снисхождением, что Джек вздрогнул, теряя терпение. – Эта маска делает кожу лица гладкой и бархатистой.

– Вы меня за идиота держите? – взревел он, сверля Алекс гневным взглядом. – У Кейт кожа и так гладкая и бархатистая. Самая бархатистая на свете.

На лице Алекс появилась странная улыбка.

– Вы это лично проверяли? – медленно спросила она.

– Алекс! – предупреждающе воскликнула Кейт, чувствуя, как у нее пылают щеки и колотиться сердце, но не смогла подавить свою улыбку. Вспышка гнева Джека и сосчитанные им минуты грели ей сердце.

На этот раз заговорила Тори, заговорщицки глядя на Кейт.

– Она делала маску, чтобы выглядеть лучше при вашей встрече.

– Тори! – еще громче воскликнула Кейт, и вдруг увидела, как Тори улыбается. Впервые после тех ужасных событий! Сердце затопила волна такой радости, что Кейт готова была броситься к сестре, но на этот раз голос Джека оборвал всех.

– Кейт, выходи! – грозно потребовал он, снова шагнув к дивану, и снова его остановила Алекс, только на этот раз схватив его за руку.

– Джек, уходи, – попросила Кейт.

И тут он замер.

– Ты передумала? – медленно спросил он, холодея внутри.

Кейт не видела его побледневшего лица, но ее насторожил его слегка дрожащий голос.

– Передумала идти на прогулку? Конечно, нет.

Она даже не поняла, о чем он спросил. Джек вдруг испытал невероятное облегчение.

– Тогда выходи! Хватит играть со мной.

– Я не играю с тобой, – заверила Кейт. И пообещала: – Я спущусь к тебе через десять минут.

– Почему не сейчас?

– Господи, Джек, мне нужно смыть маску!

И тут кто-то похлопал Джека по спине. Он был так взбешен, напуган и напряжен, что не сразу понял, что это Райан, который все это время стоял рядом с ним.