Текст книги "Источник для звёздного захватчика (СИ)"

Автор книги: Марина Рисоль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

12. Благодарность

Когда я проснулась, в голове чувствовалась незначительная тяжесть. Что ж, я ожидала худшего. Но понятие этого худшего видоизменилось, как только я вспомнила, каким образом меня доставили в мою комнату.

Наверное, кроктарианцы обладают недюжей силой, раз командор с такой лёгкостью поднял меня. Это было даже скорее странно, чем страшно. В ноздри словно въелся незнакомый запах, исходящий от его одежды. Он не был неприятным, скорее непривычным, чем-то напоминающий свежую влагу после летнего дождя.

Я мотнула головой, пытаясь прогнать навязчивое воспоминание, врезавшееся в расплывчатое сознание. Но виски тут же отдали пульсацией. Всё как нам говорили на курсах сестринского дела – последствия кровопотери. Мне нужно много пить и принимать витамин В, а ещё налегать на фрукты красного цвета, коих в гетто было почти не достать. Тут-то их наверняка можно раздобыть.

Отбросив одеяло, я выбралась из постели. Тело казалось разбитым, но я решила не позволять себе раскисать. Надеюсь, эти процедуры будут не так часты, потому как я планирую прожить ещё довольно долго. А для этого нужно держать своё тело в тонусе. И начать стоит с водных процедур.

Я сделала лёгкую зарядку – Шейн всегда настаивал, что тело должно быть хоть мало-мальски тренированным, ибо мало ли что в жизни может произойти, а потом поковыляла в душ. Прохладная вода и лимонный запах геля для душа помогли окончательно прийти в себя.

Я стояла под душем долго, наслаждаясь стуком упругих капель по моей коже. В гетто такое удовольствие нечасто можно было себе позволить, потому что вода подавалась строго по часам, да и лимит на семью был довольно скромным, поэтому сильно в душе не разнежиться было. Быстро обмылся и хватит. Теперь же я планировала получить от жизни в этом доме всё, что успею, что смогу урвать. Недолго, но на полную.

Натянув одно из белых платьев, висевших в шкафу, я подошла к зеркалу. Влажные волосы светлыми кудрями ниспадали почти до поясницы. Мне захотелось остричь их до самых ушей, как можно короче. Сейчас я их ненавидела. Брат всегда говорил, что, если мы не попадём в «Источник», мои волосы помогут нам разбогатеть, что на них клюнет какой-нибудь богатенький жених и Шейну больше не потребуется работать. После этих шуточек я обычно бросала в брата что под руку попадётся, а он смеялся и дразнил меня Кудрявым Лотерейным Билетом.

Что ж, тот ещё лотерейный билет мне попался.

Ножниц, как и других острых предметов ни на письменном, ни на туалетном столике не оказалось, и мои планы пришлось отложить. Я заплела волосы в неплотную косу и отправилась на поиски чего-нибудь съедобного.

В холодильнике на кухне мне приглянулись несколько незнакомых фруктов красного цвета. Похоже на персики, только кожица гладкая. На вкус тоже оказались приятными – сладкие и ароматные, с нежной сочной мякотью.

Интересно, а чем питаются кроктарианцы? Они едят земную пищу или культивируют тут привычную, со своей планеты?

– Доброе утро, Лили, – поздоровался дворецкий, который как раз принёс из сада свежий букет цветов. – Как ты себя чувствуешь?

Интересно, это просто вежливость или реальное беспокойство? Как же я могу чувствовать себя после подобного?

Дворецкий Денисов поставил букет в вазу и водрузил её на стол.

– Красивые. – Я подошла ближе, поправила цветы и осторожно вдохнула приятный сладковатый аромат. – Немного чувствую слабость. И есть очень хочется. Вот нашла какой-то фрукт. Вкусный.

– Это нектарин, – улыбнулся дворецкий вежливо. – Ешь, Лили, он полезный.

– Доброе утро, – сзади я услышала знакомый голос с металлическими нотками. – Лилиан, вы рано.

Я резко обернулась. Командор стоял в одних лишь светлых свободных брюках и пил воду. Длинные волосы были стянуты в низкий пучок, лежавший за спиной.

– Доброе, – буркнула я, с трудом заставив себя отвести взгляд от серебристых полос на шее пришельца, которые спускались почти до середины его обнажённой груди. Они как-то странно поблёскивали, словно подсвечивались.

Есть мне расхотелось, зато появилось непреодолимое желание сбежать в свою комнату и запереть дверь. От этого существа исходила, кроме очевидной, ещё какая-то смутная, размытая опасность, от которой в моём теле появилась странная дрожь.

Командор отставил стакан и сделал шаг ко мне, подойдя ближе.

– Я не поблагодарил вас, Лили. – Он учтиво склонил голову, похоже, совсем не смущаясь того, что наполовину был раздет. И этот учтивый жест меня изрядно удивил.

– За что? – оторопело переспросила я, не зная, куда деть взгляд. В глаза ему смотреть было страшно, а ниже… тоже не по себе.

– За ваш вклад в нашу ассимиляцию.

От такой благодарности у меня враз вскипела кровь от злости. Та, что ещё осталась в моих венах на хранение для ассимиляции командора.

Резко выдохнув, я всё же посмотрела ему в глаза.

– Благодарят того, кто делает это по доброй воле, – голос едва не дрогнул. – Так что оставьте свою благодарность себе.

Командор прищурился и побледнел. Его губы сжались в жёсткую полосу, а лицо окаменело. Но мне сейчас было плевать. Я развернулась и, подавляя дикое желание броситься бежать без оглядки, твёрдым шагом отправилась в свою комнату под молчаливый шок дворецкого и появившейся в проёме Иввы.

Дверь комнаты захлопнулась за спиной, и весь мой пыл вдруг испарился. Этот мой протест вдруг показался детским и глупым. Борьба с узурпатором – это не повернуться дерзко к нему спиной и топнуть ножкой.

Но что ещё я могла? Такое поведение и так на грани, думаю, скоро ему надоест играться со мной, и меня просто запрут в комнате, или, хуже того, где-нибудь в камере. Такие наверняка есть в этом доме. Ведь выкачивать кровь можно и так.

Я сбросила туфли и рухнула на заправленную постель. Голова всё ещё немного гудела. Мне казалось, что сейчас в комнату ворвётся Ивва и начнёт сокрушаться о моём поведении, или даже «чёрные плащи» и отволокут для наказания.

Но дверь так и не открылась, а меня в свои сети затащил тревожный сон.

Мне снился дом, родители, снился горшок с цветами на балконе, который после того, как родителей забрали в «Источник», мы с Шейном поливали и лелеяли с особым усердием, потому что он напоминал о маме. Снились пионы в палисаднике у крыльца, чистый до стерильности прилавок мистера Харьета в его продуктовой лавке. Я несколько раз просыпалась, но как будто снова тонула в дымке сна, и в конце концов провалилась в глубокий сон без сновидений.

Глаза я открыла, когда солнце уже стало спускаться с верхней точки и зависло где-то на середине между зенитом и линией горизонта. По крайней мере я так предполагала, ибо линия горизонта была скрыта садом во дворе дома и высокими стенами вокруг. Часы на стене показывали двадцать минут пятого вечера.

Я поднялась и потянулась. А потом заметила на тумбочке возле кровати поднос с обедом и белую коробку, перевязанную серебристой нитью. Есть хотелось, и я мысленно поблагодарила Ивву за заботу. Но коробка привлекала большее внимание.

Я взяла её в руки и покрутила, не спеша открывать. Вряд ли это был подарок от дворецкого или Иввы. Скорее всего, прислал командор. Но хотела ли я от него подарок?

Так или иначе, вряд у меня был выбор.

Я открыла коробку и обнаружила в ней сложенное белое платье и голубой шифоновый шарф. Я вытащила платье, оно оказалось совершенно не таким, как остальные в моём шкафу. Те были хоть и разной длинны, но весьма простого кроя и фасона, это же было сделано из лёгкой материи, струящейся по пальцам, словно вода. Я даже засомневалась, земного ли происхождения эта ткань. Не удержалась, чтобы подойти к зеркалу и приложить его к себе. Платье оказалось длинным – оно полностью закрывало ноги до самого пола. Лиф был перетянут крест-накрест широкими полосами более плотной ткани с витиеватым теснением, плечи открыты.

Любуясь этим творением, я чувствовала, что предаю сама себя. Не стоило так радоваться подачкам моего тюремщика.

Вернувшись к коробке, я вынула из неё шарф. Он был лёгким и воздушным, а цвет был такой, который я обожала, – нежно-голубой, как летнее небо в ясную погоду.

Мне вспомнился разговор в комнате, где проходила процедура. Тогда я сказала командору, что мой любимый цвет – голубой. Интересно, что это за жест? Значит, вот какую тактику избрал командор: я ему дерзость – он мне подарок. Странно всё это, особенно учитывая благоговейно-боязливое отношение остальных к хозяину дома.

Со дна коробки я также извлекла небольшую карточку, на которой было написано острыми неровными буквами: «Мисс Роуд, будьте готовы к девятнадцати часам к выходу на светский приём. Т.Я.».

Что? Светский приём? Зачем ему вести меня туда?

13. Ещё один подарок

Я, конечно, понимала, что просто так такие платья не дарят, тем более домашним зверушкам, коей я являлась для пришельца, но… чтобы светский приём? В качестве кого? Или это очередное мероприятие толерантности, о которых говорили по телевизору, где «счастливые» люди и «добрые» захватчики распивают напитки и философствуют о Вселенной как об общем доме. Или какая-то демонстрация своих доноров. Кто его знает.

Участвовать в подобном фарсе у меня желания не было никакого, но я чувствовала, что уже достаточно испытала терпение командора и за отказ уже понесу наказание. Так что я вздохнула и принялась для начала за обед.

Далее душ, мучительные попытки расчесать спутанные мокрые волосы. Я задумалась, как бы их уложить – как бы там ни было, а неопрятной кикиморой мне выглядеть не хотелось. В этот момент как раз постучали, и в дверь протиснулась Ивва.

– Лили, – она окинула комнату взглядом, оценила разложенное на кровати платье и шарф, и в её взгляде появилось облегчение, – чем занимаешься? Помощь нужна?

Я пожала плечами, глядя в зеркало, и спросила:

– Думаю, что сделать с волосами. Есть идеи?

Ивва оживилась и приободрилась. Видимо, она скорее рассчитывала увидеть отброшенное в угол платье и недовольную меня, грызущую ногти. Приготовилась долго и кропотливо убеждать.

– Я могу помочь, – она улыбнулась. – Позволишь?

Я кивнула и села на пуф возле туалетного столика с зеркалом. Руки управляющей заработали удивительно быстро и профессионально. Наверное, раньше она укладывала волосы другим девушкам-источникам.

От мысли о погибших ранее в этой комнате девушках настроение упало до нуля. Я ничем не отличаюсь, такая же свинья на закланье, хотя приодетая и причёсанная.

– Думаю, длину стоит оставить, поднять только на висках и заколоть сзади. Можно и выпрямить, но с кудрями ты выглядишь очень нежно и невинно.

Я пожала плечами, а Ивва, кажется, заметила перемену в моём настроении. Она помолчала ещё несколько секунд, на дольше её не хватило.

– Лили, командор – хороший человек, – попыталась успокоить меня женщина. – Тебе стоит быть с ним мягче. Он всеми силами пытается облегчить твоё пребывание здесь.

– Как благородно, – я горько улыбнулась, посмотрев на женщину через зеркало. – Только вот он не человек, Ивва.

Управляющая вздохнула и продолжила укладывать мои кудри.

– Кстати, сколько продержался предыдущий источник? – решила задать вопрос, который меня давно волновал. – Как её звали?

Женщина ответила не сразу. Она сосредоточенно заложила одну прядь за другую, закрепила заколкой, провела пальцами по следующей пряди. И всё это время на меня не смотрела. И лишь потом подняла глаза, снова встретившись со мной взглядом в зеркале.

– Её звали Элеонор, – нехотя проговорила управляющая, будто это была запретная тема. – Она прожила в этом доме чуть более двух месяцев.

– Так мало… – выдохнула я, почувствовав, как внутри всё скрутило в тугую пружину, и мне стало страшно. Я уж думала, что протяну хотя бы пару лет.

– Она сама виновата, – Ивва поджала губы. – Элли наложила на себя руки.

Женщина запнулась, будто поняв, что сказала уже и так слишком много лишнего. А мне стало понятно, почему в моей комнате нет ни одного крючка или стекла. Предыдущий источник смогла сбежать, оставив кроктарианца с носом. Тем более если учитывать, что ему больше никто не подходит. Кроме меня, конечно. Так что мне впору сердиться на эту Элеонор, потому что из-за неё меня забрали раньше положенного. То, что она сделала – ужасно. Это ведь не выход.

– Готово, – сказала женщина, – теперь только лёгкий макияж осталось нанести. Сама справишься?

Я посмотрела в зеркало, отвлёкшись от своих горьких дум. Причёска и правда была прекрасна. Волосы пышными волнами были зачёсаны вверх ото лба и закреплены заколкой на затылке, а по плечам и спине спускались гладкие длинные локоны. Мне понравилось.

– Спасибо, Ивва, ты волшебница. С косметикой я справлюсь.

Ивва просияла от моего комплимента.

– Туфли сейчас принесёт Антон.

И она тучным белым облаком упорхнула из комнаты, а я принялась за макияж. В ящичке стола оказалось большое количество различной косметики. Всё было разложено по отделам: тени, румяна, помады, какие-то блестящие рассыпчатые пудры разных оттенков. Зачем это всё тут? Наверное, добрый хозяин со снисхождением относился к своим пленницам, позволяя от нечего делать зарисовывать огромные синие круги под глазами, появляющиеся из-за отнятой крови.

Раньше я красилась редко, яркие цвета не сильно любила. И в этот раз не стала себе изменять. Немного припудрила лицо и едва прикоснулась к ресницам тёмно-коричневой тушью, а на губы нанесла нежно-розовый блеск.

Лицо стало чуть более выразительным. Мне нравилось, как я выгляжу. Я даже позволила себе на минуту забыть, где я, куда и с кем собираюсь идти. Мне ведь нужно оставаться в своём уме, а для этого нужно давать психике хотя бы кратковременные передышки.

Минут через пять дворецкий принёс туфли – красивые белые лодочки на каблуке средней высоты. Удивительно, насколько идеально они сели на мою ногу.

Я была почти готова. Глядя в зеркало, набросила голубой шарф – последний штрих. Тот кусочек моей личной свободы, который позволил мне командор. Всё на мне, от платья до белья, – его родовые цвет и только этот шарф – капля меня. Это как веточка дерева, воткнутая хозяином в клетку птичке, чтобы она хоть немного чувствовала себя собой. Только вот прутья клетки никуда не деваются, сколько бы веточек ние воткнули.

Я спустилась в холл, где меня уже собранным ждал командор. Он был, как и всегда, в белой одежде с серебристыми полосами. Брюки и удлинённый камзол с острыми вытянутыми передними полами, под ним белая рубашка. Светлые волосы зачёсаны назад. Он напоминал ледяного принца из сказки, которую мне в детстве читала мама. Такой же красивый и такой же бездушный.

Тайен Яжер слегка кивнул при моём появлении и даже учтиво улыбнулся.

– Прекрасно выглядите, Лили.

Голос без эмоций и ледяной взгляд неестественно голубых глаз.

– Спасибо. Платье и шарф прекрасны, – решила ответить ему в тон.

– Рад, что вы приняли решение быть благоразумной.

Он не забыл моего поведения и сейчас дал это понять. За его ледяным тоном сквозила опасность, а это значит, что мне стоит быть начеку.

Командор предложил опереться на его локоть, и мы вышли к машине, что ждала нас у крыльца. У двери, вытянувшись, стоял «чёрный плащ», который тут же вышколенно кивнул, когда увидел командора, и открыл заднюю дверь автомобиля перед нами.

– Ещё один подарок, – сказал командор, остановившись перед машиной.

Он достал из кармана камзола небольшую коробку, а потом извлёк из неё тонкий серебристый браслет, украшенный камнями. Я совсем запуталась и совершенно не понимала, для чего все эти реверансы и подарки.

– Можно вашу руку?

Я чувствовала себя странно и неудобно, протягивая ему запястье. Видимо, светские манеры на Кроктарсе не сильно отличались от земных.

– Спасибо, он очень красивый, – честно сказала я и прикоснулась пальцами к прохладному металлу браслета. Мне не хотелось сейчас острить или грубить.

– В нём маячок. Просто чтобы вы знали, – командор улыбнулся, и от улыбки этой мороз по коже побежал.

Это была пощёчина. Если бы он не хотел задеть меня, то просто бы умолчал об этом. Но пришелец дал мне понять, что хоть и разряженная, но я остаюсь вещью, атрибутом этого дома.

Я почувствовала, как кровь отлила от лица, но решила смолчать. Утренняя дерзость мне и так напоминала уже о себе.

Я не нашлась, что ответить, лишь кивнула, что поняла его, а потом мы сели в машину и выехали за ворота.

14. Светский приём

Дорога длилась не более трети часа и прошла в абсолютном молчании. Командор сидел рядом со мною, но я на него старалась не смотреть. Наблюдала в окно, как мелькают деревья у дороги, пока не стало укачивать, а потом уткнулась в свои руки. Рассматривала новый «подарок». Браслет был красивым, но ощущался скорее наручником, оковами. Ими он, собственно, и был.

Интересно, а почему не ошейник? Функция та же. Ещё бы и током бился. Хотя, может, так и есть.

Когда автомобиль подъехал к высоким воротам, а потом въехал во двор похожего особняка, командор соизволил заговорить.

– Это дом моего единоутробного брата Ириса Яжера. Я хочу, чтобы вы были осторожны, Лилиан, – его голос прозвучал спокойно, но со строгими предупреждающими нотками, которые, я интуитивно поняла, что игнорировать не стоит. – На браслете сбоку есть маленькая кнопка – нажмите её, если понадобится помощь.

Такое предостережение встревожило меня не на шутку. Во что такое ужасное ещё я могла попасть в доме его брата, что может быть хуже той участи, которая мне выпала в доме командора? Но я не стала этого выяснять, лишь снова согласно кивнула, не поднимая глаз.

На улице командор снова предложил мне опереться на его руку. Видимо, так было положено, и я приняла предложение снова. Мы прошли по аллее поместья, вдоль которой стояли белые скульптуры, а в руках каждой был фонарь, освещавший саму аллею. Поднялись по парадным ступеням, дверь распахнулась, и темнокожий дворецкий-землянин громко объявил:

– Фицу Тайен Яжер, единоутробный брат Фицу Ириса Яжера, Белый кавалер Высшего Круга Закона процветающей планеты Кроктарс со спутницей.

Со спутницей. Можно было сказать «со зверушкой» или «со своим мешком крови». Почему нет?

Мы вошли в огромный холл дома, так же когда-то принадлежавшего богатым именитым землянам, как и дом командора Тайена. Удивительно, что после бомбардировок шестьдесят лет назад они сохранились. Наверное, потому, что были довольно далеко за городом.

В холле было множество гостей, среди которых я не увидела ни одного землянина или землянки. И мужчины, и женщины красиво, причудливо разодетые, были инопланетянами. Высокий рост и необычные для землян глаза выдавали их. Хотя о чём это я? Они же не пытались скрывать свою сущность. Только вот вопрос в том, что здесь делала я? Может, у кроктарианцев этого Высшего Круга Закона так принято – презентовать товарищам свой новый источник? И как будет проходить эта презентация?

Фантазия тут же нарисовала ужасающие картины. А вдруг меня разденут донага и поставят на постамент. Или сделают на запястье надрез и будут всем демонстрировать ценную для них кровь. Или даже на вкус давать всем пробовать, в бокалы с вином добавлять.

По телу пробежала дрожь страха, и моя рука невольно сжалась на предплечье командора. Он заметил это, но предпочёл проигнорировать.

– Брат мой! – радостно воскликнул кроктарианец, подошедший к нам, и оба мужчины причудливо сложили руки в каком-то приветственном жесте, прикоснувшись большими пальцами каждый к своему плечу. – Рад, что ты пришёл. Я ждал тебя.

Ирис Яжер выглядел почти так же, как и его брат Тайен, только взгляд его причудливых глаз был куда более острым и колючим. И этим неприятным взглядом он прошёлся по мне.

Такие же белые одежды, едва ли отличающиеся мелкими деталями. Волосы чуть короче и от висков заколоты сзади.

– Ты с землянкой. – Ирис с неприятной улыбкой посмотрел на брата. – Стой… Это твой новый источник, я полагаю.

– Лилиан Роуд, – отрекомендовал меня командор прохладным тоном, а я просто кивнула, не зная, как ещё должна отреагировать.

Улыбка Ириса расползлась шире, отчего мне стало совсем не по себе, и я интуитивно нащупала пальцем на браслете ту самую кнопку, о которой в машине говорил командор.

– Ты, брат, продолжаешь делать всё те же ошибки, – покачал головой Ирис Яжер. – Не боишься повторения истории, как с Элеонор?

– Это исключено, – довольно резко оборвал его Тайен. – Довольно об этом.

Сегодня я уже не впервые слышала об этой Элеонор, и, кажется, история с ней была не совсем чиста. А сравнение с ней вызвало неприятное покалывание по коже.

– Что ж, добро пожаловать, как говорят земляне. – Ирис решил не спорить с братом и жестом предложил пройти дальше, при этом снова неприятно скользнув по мне взглядом. – Если милая Лилиан захочет познакомиться с коллегами, то сможет найти их на втором этаже в комнате за белой дверью.

– Спасибо, – осторожно ответила я.

Коллегами – это другими источниками? Для них есть отдельная комната на таких приёмах?

Очень странная традиция таскать за собой свои мешки с кровью, учитывая, что острой необходимости в человеческой крови у кроктарианцев не возникает и всегда можно подождать до возвращения домой, чтобы провести процедуру. Или, может, это своеобразное развлечение? Или определённый уровень статуса?

В гостиной, куда мы прошли, играла лёгкая, ненавязчивая музыка. Мне всё не удавалось понять по записи, на каком инструменте её исполняют. Возможно, эта мелодия родилась не на Земле. Но мелодия мне понравилась – немного грустная, переливчатая, с какими-то булькающими нотами, напоминающими звуки текущей воды.

Кроктарианцы подходили и здоровались с командором, выказывали ему своё почтение, но на меня внимания никто не обращал. Я словно была прозрачной, невидимой. Собственно, к особому вниманию я и не стремилась. Молчала себе, лишь кивала, когда присутствующие подходили.

Вниманием меня одарила лишь одна женщина. Высокая блондинка в светло-зелёном платье подошла к нам и широко улыбнулась Тайену Яжеру, поначалу, как и остальные, полностью проигнорировав меня. Она была очень красивой и статной, длинные белые волосы были стянуты на затылке и заплетены в какую-то причудливую косу, напоминающую спираль.

– Фицу Тайен. – Она улыбнулась и сделала головой лёгкий поклон, совсем не такой подобострастный, коим приветствовали командора «чёрные плащи» или домочадцы-люди. Более высокомерный, что ли. А ещё её странные глаза заиграли каким-то глубинным светом. – Рада видеть тебя.

– Я тоже рад видеть тебя, Идая, – учтиво кивнул командор.

Его лицо было непроницаемым, но мне почему-то показалось, что он лукавит и эта Идая ему не особенно приятна.

– Позволь представить тебе мисс Лилиан Роуд, – продолжил командор, переведя взгляд на меня.

Женщина удивлённо посмотрела меня, будто только сейчас заметила, что возле командора не пустое место, но потом она вдруг сощурилась и пристально посмотрела мне в глаза. Я почувствовала себя сконфуженно под этим внимательным взглядом.

– Она твой источник, – Идая наконец оторвала от меня свой цепкий взгляд, и голос её прозвучал совсем иначе. – Давно?

– Какое-то время, – уклончиво ответил командор.

Блондинка ещё раз обожгла меня взглядом, в котором я успела прочитать отвращение и злость, а потом, пожав плечами, развернулась и ушла к другой группе гостей.

Почему она так смотрела? Наверное, презирала как представителя слабой, проигравшей расы. Считала, что нам нет места на таких мероприятиях.

– Ваш брат сказал, что я могу пообщаться с другими источниками, – обратилась я к командору, потому что мне надоело это жуткое чувство – быть не в своей тарелке.

– Конечно. Поднимись по лестнице на второй этаж.

За белой дверью. Я запомнила.