Текст книги "Поэмы"

Автор книги: Марина Цветаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

С МОРЯ
Поэма

С Северо-Южным,

Знаю: неможным!

Можным – коль нужным!

В чем-то дорожном,

– Воздухокрутом,

Мчащим щепу! —

Сон три минуты

Длится. Спешу.

С кем – и не гляну! —

Спишь. Три минуты.

Чем с Океана —

Долго – в Москву-то!

Молниеносный

Путь – запасной:

Из своего сна

Прыгнула в твой.

Снюсь тебе. Четко?

Глядко? Почище,

Чем за решеткой

Штемпельной? Писчей —

Стóю? Почтовой —

Стóю? Красно?

Честное слово

Я, не письмо!

Вольной цензуры

Нрав. Прыгом с барки!

Чтó без цензуры —

Даже без марки!

Всех объегоря,

– Скоропись сна! —

Вот тебе с моря —

Вместо письма!

Вместо депеши.

Вес? Да помилуй!

Столько не вешу

Вся – даже с лирой

Всей, с сердцем Ченчи,

Всех, с целым там.

Сон, это меньше

Десяти грамм.

Каждому пó три —

Шесть (сон взаимный).

Видь, пока смотришь:

Не анонимный

Нос, твердозначен

Лоб, буква букв —

Ять, ять без сдачи

В подписи губ.

Я – без описки,

Я – без помарки.

Роз бы альпийских

Гордость, да хибарка

Нá море, да но

Волны добры.

Вот с Океана,

Горстка игры.

Мало-помалу бери, как собран.

Море играло. Играть – быть добрым.

Море играло, а я брала,

Море теряло, а я клала

За ворот, за щеку, – терпко, мóрско!

Рот лучше ящика, если горсти

Заняты. Валу, звучи, хвала!

Муза теряла, волна брала.

Крабьи кораллы, читай: скорлупы.

Море играло, играть – быть глупым.

Думать – седая прядь! —

Умным. Давай играть!

В рáкушки. Темп up petit navir’a.[38]38
  Речь идет о детской песенке (фр.).


[Закрыть]

Эта вот – сердцем, а эта – лирой,

Эта, обзор трех куч,

Детства скрипичный ключ.

Подобрала у рыбацкой лодки.

Это – голодной тоски обглодки:

Камень – тебя щажу, —

Лучше волны гложу,

Осатанев на пустынном спуске.

Это? – какой-то любви окуски:

Восстановить не тщусь:

Так неглубок надкус.

Так и летит не внесенный в списки.

Это – уже не любви – огрызки:

Совести. Чем слезу

Лить-то – ее грызу,

Не угрызомую ни на столько.

Это – да нашей игры осколки

Завтрашние. Не видь.

Жаль ведь. Давай делить.

Не что понравится, а что выну.

(К нам на кровать твоего бы сына

Третьим – нельзя ль в игру?)

Первая – я беру.

Только песок, между пальцев, ливкий.

Стой-ка: какой-то строфы отрывки:

«Славы подземный храм».

Ладно. Допишешь сам.

Только пecoк, между пальцев, плёский.

Стой-ка: гремучей змеи обноски,

Ревности! Обновясь,

Гордостью назвалась.

И поползла себе с полным правом.

Не напостовцы – стоять над крабом

Выеденным. Не краб:

Славы кирпичный крап.

Скромная прихоть:

Камушек. Пемза.

Полый как критик.

Серый как цензор

Над откровеньем.

– Спят цензора! —

Нашей поэме

Цензор – заря.

(Зори – те зорче:

С током Кастальским

В дружбе. На порчу

Перьев – сквозь пальцы…

(«Вирши, голубчик?

Ну и чернó!»

И не взглянувши:

Разрешено!)

Мельня ты мельня, морское кóло!

Мамонта, бабочку, – всё смололо

Море. О нем – щепоть

Праха – не нам молоть!

Вот только выговорюсь – и тихо,

Море! прекрасная мельничиха,

Место, где на мели

Мелочь – и нас смели!

Преподаватели! Пустомели!

Материки, это просто мели

Моря. Родиться (цель —

Множиться!) – сесть на мель.

Благоприятную, с торфом, с нефтью.

Обмелевающее бессмертье —

Жизнь. Невпопад горды!

Жизнь? Недохват воды

Недокеанской.

     Винюсь заране:

Я нанесла тебе столько дряни,

Столько заморских див:

Всё, что нанес прилив.

Лишь оставляет, а брать не просит.

Странно, что это – отлив приносит,

Убыль, в ладонь, дает.

Не узнаешь ли нот,

Нам остающихся пó две, пó три

В час, когда Бог их принесший – отлил,

Отбыл… Орфей… Арфист…

Отмель – наш нотный лист!

– Только минуту еще на сборы!

Я нанесла тебе столько вздору:

Сколько язык смолол, —

Целый морской подол!

Как у рыбачки, моей соседки.

Но припасла тебе напоследки

Дар, на котором строй:

Море роднит с Москвой,

Советороссию с Океаном

Республиканцу – рукой шуана —

Сам Океан-Велик

Шлет. Нацепи на шлык.

И доложи мужикам в колосьях,

Что на шлыке своем краше носят

Красной – не верь: вражду

Классов – морей звезду!

Мастеровым же и чужеземцам:

Коли отстали от Вифлеемской,

Клин отхватив шестой,

Обречены – морской:

Прабогатырской, первобылинной.

(Распространяюсь, но так же длинно

Море – морским пластам.)

Так доложи ж властям,

– Имени-звания не спросила —

Что на корме корабля Россия

Весь корабельный крах:

Вещь о пяти концах.

Голые скалы, слоновьи ребра…

Море устало, устать – быть добрым.

Вечность, махни веслом!

Влечь нас. Давай уснем.

Вплоть, а не тесно,

Огнь, а не дымно.

Ведь не совместный

Сон, а взаимный:

В Боге, друг в друге.

Нос, думал? Мыс!

Брови? Нет, дуги,

Выходы из —

Зримости.

Вандея, St. Gilles-sur-Vie.

Mай 1926

ПОПЫТКА КОМНАТЫ
<поэма>

Стены косности сочтены

До меня. Но – заскок? случайность? —

Я запомнила три стены.

За четвертую не ручаюсь.

Кто те знает, спиной к стене?

Может быть, но ведь может не

Быть. И не было. Дуло. Но

Не стена за спиной – так..? Всё, что

Не угодно. Депеша «Дно»,

Царь отрекся. Не только с почты

Вести. Срочные провода

Отовсюду и отвсегда.

На рояле играл? Сквозит.

Дует. Парусом ходит. Ватой —

Пальцы. Лист сонатинный взвит.

(Не забудь, что тебе – девятый.)

Для невиданной той стены

Знаю имя: стена спины

За роялем. Еще – столом

Письменным, а еще—прибором

Бритвенным (у стены – прием —

Этой – делаться коридором

В зеркале. Перенес – взглянул.

Пустоты переносный стул).

Стул для всех, кому не войти —

Дверью, – чуток порог к подошвам!

Та стена, из которой ты

Вырос – поторопилась с прошлым —

Между нами еще абзац

Целый. Вырастешь как Данзас —

Сзади.

      Ибо Данзасом – тa,

Званым, избранным, с часом, с весом,

(Знаю имя: стена хребта!)

Входит в комнату – не Дантесом.

Оборот головы. – Готов?

Ты и ты через десять строф.

Строк.

     Глазная атака в тыл.

Но, оставив разряд заспинный,

Потолок достоверно – был.

Не упорствую: как в гостиной,

Может быть и чуть-чуть косил.

(Штыковая атака в тыл —

Сил.)

      И вот уже мозжечка

Сжим. Как глыба спина расселась.

Та сплошная стена Чека,

Та – рассветов, ну та – расстрелов

Светлых: четче, чем на тени

Жестов – в спину из-за спины.

То, чего не пойму: расстрел.

Но, оставив разряд застенный,

Потолок достоверно цел

Был (еще впереди – зачем нам

Он). К четвертой стене вернусь:

Та, куда, отступая, трус

Оступается.

     «Ну, а пол —

Был? На чем-нибудь да ведь надо ж?..»

Был. – Не всéм. – На качель, на ствол,

На коня, на канат, на шабаш, —

Выше!..

     Всем нам на «тем светý»

С пустотою сращать пяту

Тяготенную.

     Пол – для ног.

– Как внедрен человек, как вкраплен! —

Чтоб не капало – потолок.

Помнишь, старая казнь – по капле

В час? Трава не росла бы в дом —

Пол, земля не вошла бы в дом —

Всеми – теми – кому и кол

Не препятствие ночью майской!

Три стены, потолок и пол.

Всё, как будто? Теперь – являйся!

Оповестит ли ставнею?

Комната нáспех составлена,

Белесоватым пó серу —

В черновике набросана.

Не штукатур, не кровельщик —

Сон. На путях беспроволочных

Страж. В пропастях под веками

Некий нашедший некую.

Не поставщик, не мебельщик —

Сон, поголее ревельской

Отмели. Пол без блёсткости.

Комната? Просто – плоскости.

Дебаркадер приветливей!

Нечто из геометрии,

Бездны в картонном томике,

Поздно, но пóлно, понятой.

А фаэтонов тормоз-то —

Стол? Да ведь локтем кормится

Стол. Разлоктись по склонности,

Будет и стол – настольности.

Так же, как деток – аисты:

Будет нужда – и явится

Вещь. Не пекись за три версты!

Стул вместе с гостем вырастет.

Все вырастет,

Не ладь, не строй.

Под вывеской

Сказать – какой?

Взаимности

Лесная глушь

Гостиница

Свиданье Душ.

Дом встречи. Все – разлуки —

Те, хоть южным на юг!

Прислуживают – руки?

Нет, то, что тише рук,

И легче рук, и чище

Рук. Подновленный хлам

С услугами? Тощища,

Оставленная там!

Да, здесь мы недотроги,

И вправе. Рук – гонцы,

Рук – мысли, рук – итоги,

Рук – самые концы…

Без судорожных «где ж ты?».

Жду. С тишиной в родстве,

Прислуживают – жесты

В Психеином дворце.

Только ветер поэту дорог!

В чем уверена – в коридорах.

Прохожденье – вот армий база.

Дóлжно долго идти, чтоб сразу

Середь комнаты, с видом бога-

Лиродержца…

     – Стиха дорога!

Ветер, ветер, над лбом – как стягом

Подымаемый нашим шагом!

Водворенное «и так дале» —

Коридоры: домашнесть дали.

С грачьим профилем иноверки

Тихой скоростью даль, по мерке

Детских ног, в дождеватом пруфе

Рифмы милые: грифель – туфель —

Кафель… в павлиноватом шлейфе

Где-то башня, зовется Эйфель.

Как река для ребенка – галька,

Дали – долька, не даль – а далька,

В детской памяти, струнной, донной —

Даль с ручным багажом, даль – бонной…

Не сболтнувшая нам (даль в модах)

Что там тащится на подводах…

Доведенная до пенала…

Коридоры: домов каналы.

Свадьбы, судьбы, событья, сроки, —

Коридоры: домов притоки.

В пять утра, с письмецом подметным,

Коридором не только метлы

Ходят. Тмином разит и дерном.

Род Занятия? Ко – ри – дорный.

Тó лишь требуя, что смолола —

Коридорами – Карманьола!

Кто коридоры строил

(Рыл), знал куда загнуть,

Чтобы дать время крови

Зá угол завернуть

Сéрдца – за тот за острый

Угол – громов магнит!

Чтобы сердечный остров

Со всех сторон омыт

Был. Коридор сей создан

Мной – не проси ясней! —

Чтобы дать время мозгу

Оповестить по всей

Линии – от «посадки

Нету» до узловой

Сердца: «Идет! Бросаться —

Жмурься! А нет – долой

С рельс!» Коридор сей создан

Мной (не поэт – спроста!),

Чтобы дать время мозгу

Распределить места,

Ибо свиданье – местность,

Роспись – подсчет – чертеж —

Слов, не всегда уместных,

Жестов, погрешных сплошь.

Чтобы любовь в порядке —

Вся, чтоб тебе люба —

Вся, до последней складки —

Губ или платья! Лба.

Платье всé оправлять умели!

Коридоры: домов туннели.

Точно старец, ведомый дщерью —

Коридоры: домов ущелья.

Друг, гляди! Как в письме, как в сне том —

Это я на тебя просветом!

В первом сне, когда веки спустишь —

Это я на тебя предчувствьем

Света. В крайнюю точку срока

Это я – световое око.

А потом?

Сон есть: в тон.

Был – подъем,

Бал – наклон

Лба – и лба.

Твой – вперед

Лоб. Груба

Рифма: рот.

Оттого ль, что не стало стен —

Потолок достоверно крен

Дал. Лишь звательный цвел падéж

В ртах А пол – достоверно брешь.

А сквозь брешь, зелена как Нил…

Потолок достоверно плыл.

Пол же – что, кроме «провались!» —

Полу? Что нам до половиц

Сорных? Мало мела? – Горé!

Весь поэт на одном тире

Держится…

     Над ничем двух тел

Потолок достоверно пел —

Всеми ангелами.

St. Gilles-sur-Vie,

6 июня 1926

ПОЭМА ЛЕСТНИЦЫ

Короткая ласка

На лестнице тряской.

Короткая краска

Лица под замазкой.

Короткая – сказка:

Ни завтра, ни здравствуй.

Короткая схватка

На лестнице шаткой,

На лестнице падкой.

В доме, где по ночам не спят,

Каждая лестница водопад —

В ад…

      – стезею листков капустных!

Точно лестница вся из спусков,

Точно больше (чтó – жить! жить – жечь!)

Расставаний на ней, чем встреч.

Так, до розовых уст дорваться —

Мы порой забываем: здравствуй.

Тех же уст покидая край —

Кто – когда – забывал: прощай.

Короткая шутка

На лестнице чуткой,

На лестнице гудкой.

От грешного к грешной

На лестнице спешной

Хлеб нежности днешней.

Знаешь проповедь

Тех – мест?

Кто работает —

Тот – ест.

Дорого в лавках!

Тощ – предприимчив.

Спать можно завтра,

Есть нужно нынче.

В жизненной давке —

Княжеский принцип:

Взять можно завтра,

Дать нужно нынче.

Взрывом газовым

Час. Да-с.

Кто отказывал,

Тот – даст.

Даст!

(Нынче зубаст

Газ) ибо за нас

– Даст! – (тигр он и барс)

– Даст! – Черт, а не Mapкc!

Ящик сорный,

Скажут, скажите: вздор.

И у черной

Лестницы есть ковер.

(Масти сборной,

Правда…) Чеснок, коты, —

И у черной

Лестницы есть Coty.

Любят сласти-то

Червяки теснот!

Это – классика:

Чердаку – чеснок.

Может лечатся…

А по мне – так месть:

Черной лестницы

Черноту заесть.

Стихотворец, бомбист, апаш —

Враг один у нас: бель-этаж.

Короткая сшибка

На лестнице щипкой,

На лестнице сыпкой —

Как скрипка, как coпка,

Как нотная стопка.

Работает – топка!

Короткая встрепка

На лестнице шлепкой,

На лестнице хлопкой.

Бьем до искр из глаз,

Бьем – в лёжь.

Чтó с нас взыскивать?

Бит – бьешь.

Владельца в охапку —

По лестнице капкой,

По лестнице хлипкой —

Торопится папка,

Торопится кепка,

Торопится скрипка.

– Ох, спал бы и спал бы!

Сжевала, сгноила, смолола!

Торопятся фалды,

Торопятся фалды,

Торопятся полы.

Судор’жь! Сутолочь!

Бег! Приз!

Сами ж путают:

Вверх? вниз?

Что этаж – свой кашель:

В прямой связи.

И у нашей

Лестницы есть низы,

Кто до слез, кто с корнем,

Кто тáк, кхи, кхи —

И у черной

Лестницы есть верхи.

– Вас бы выстукать!

– Киркой в грудь – ужо!

Гамма приступов

От подвала – до

Крыши – грохают!

Большинством заплат —

Маркса проповедь

На стравинский лад.

Короткая спевка

На лестнице плёвкой:

Низов голосовка.

Не спевка, а сплёвка:

На лестницу легких

Ни цельного – ловко!

Торопкая склёвка.

А ярости – в клохтах!

Работают – ох как!

Что ни бросите —

Всё – в ход.

Кто не досыта ест —

Жрет.

Стол – как есть домашний:

Отъел – кладут.

И у нашей

Лестницы – карта блюд.

Всех сортов диета!

Кипящей бак —

И у этой

Лестницы – Франценсбад.

Сон Иакова!

В старину везло!

Гамма запахов

От подвала – до

Крыши – стряпают!

Ре-ми-фа-соль-си —

Гамма запахов!

Затыкай носы!

Точно в аду вита,

Раскалена – винта

Железная стружка.

Которая стопка

Ног – с лестницы швыркой?

Последняя сушка,

Последняя топка,

Последняя стирка.

Последняя сцепка

Двух – кости да тряпки —

Ног – с лестницей зыбкой.

Последняя папка,

Последняя кепка,

Последняя скрипка.

Тихо. – Даже – кашель

Иссяк, дотряс.

И у нашей

Лестницы есть свой час

Тишины…

Последняя взбéжка

По лестнице дрожкой.

Последняя кошка.

Темнота всё стерла —

И грязь, и нас.

И у черной

Лестницы есть свой час

Чистоты…

Откуда – узнай-ка! —

Последняя шайка —

– Рейн, рухнувший с Альп —

Воды об асфальт

Двора…

Над двором – узорно:

Вон – крест, вон – гроздь…

И у черной

Лестницы – карта звезд.

* * *

Ночь – как бы высказать?[39]39
  Между первым и вторым слогом перерыв (примеч. М. Цветаевой).


[Закрыть]

Ночь – вещи исповедь.

Ночь просит искренности,

Вещь хочет высказаться —

Вся! Все унижены —

Сплошь, до недвижимых

Вплоть. Приступ выспренности:

Вещь хочет выпрямиться.

Винт черной лестницы —

Мнишь – стенкой лепится?

Ночь: час молитвенностей:

Винт хочет вытянуться.

Высь – вещь надежная.

В вещь – честь заложена.

Ложь вижу выломанной

Пря – мою линиею.

Двор – горстка выбоин,

Двор – год не выгребен! —

Цветами, ягодами —

Двор бредит зáгородом.

Вещь, бросив вежливость:

– Есмь мел! железо есмь!

Не быть нам выкрестами!

Жид, пейсы выпроставший.

Гвоздь, кафель, стружка ли —

Вещь – лоно чувствует.

С ремёсл пародиями

В спор – мощь прародинная.

Стекло, с полок бережных:

– Пе – сок есмь! Вдребезги ж!

Сти – хий пощечина!

Стекло – в пыль песочную!

Прочь, ложь и ломанность!

Тю – фяк: солома есмь!

Мат – рас: есмь водоросль!

Всё, вся: природа есмь!

Час пахнет бомбою.

Ве – ревка: льном была!

Огнь, в куче угольной:

– Был бог и буду им!

Чтó сталось с кранами?

– Пал – бог и встану им!

Чтоб сразу выговорить:

Вещь хочет выздороветь.

* * *

Мы, с ремеслами, мы, с заводами,

Что мы сделали с раем, отданным

Нам? Нож первый и первый лом,

Что мы сделали с первым днем?

Вещь как женщина нам поверила!

Видно, мало нам было дерева

И железа – отвесь, отбей! —

Захотелось досóк, гвоздей,

Щеп! удóбоваримой мелочи!

Что мы сделали, первый сделавши

Шаг? Планету, где всё о Нем —

На предметов бездарный лом?

Мы – с ремеслами, мы – с искусствами!

Растянув на одре Прокрустовом

Вещь… Замкнулась и ждет конца

Вещь – на адском одре станка.

Слава разносилась реками,

Славу утверждал утес.

В мир – одушевленный некуда! —

Что же человек превнес?

Нужно же, чтоб он, сей видимый

Дух, болящий бог – предмет

Неодушевленный выдумал —

Лживейшую из клевет!

Вы с предметами, вы с понятьями,

Вы с железом (дешевле платины),

Вы с алмазом (знатней кремня),

(С мыловаром, нужней меня!)

Вы с «незыблемость», вы с «недвижимость»,

На ступеньку которой – ниже нет,

В эту плесень и в эту теснь

Водворившие мысль и песнь —

(Потому-то всегда взрываемся!)

Чтó вы сделали с первым равенством

Вещи – всюду, в любой среде —

Равной ровно самой себе.

Дерево, доверчивое к звуку

Наглых топоров и нудных пил,

С яблоком протягиваю руку.

Человек – рубил.

Горы, обнаруживая руды

Скрытые (впоследствии «металл»),

Твердо устанавливали: чудо!

Человек – взрывал.

Просвещенная сим приемом

Вещь на лом отвечает – ломом.

Стол всегда утверждал, что – ствол.

Стул сломался? Нет, сук подвел.

В лакированных ваших клетках

Шумы – думаете – от предков?

Просто, звезды в окно узрев,

Потянулся, в пазáх, орех.

Просыпаешься – как от залпа.

Шкаф рассохся? Нет, нрав сказался

Вещи. Двóрни домашней бал!

Газ взорвался? Нет, бес взыграл!

Ровно в срок подгниют перильца.

Нет – «нечаянно застрелился».

Огнестрельная воля бдит.

Есть – намеренно был убит

Вещью, в негодованьи стойкой.

В пустоту не летит с постройки

Камень – навыки таковы:

Камень требует головы!

Месть утеса. С лесов – месть леса!

Обстановочность этой пьесы!

Чем обставились? Дуб и штоф?

Застрахованность этих лбов!

Всё страхующих – вплоть до ситки

Жестяной. Это ты – тростник-то

Мыслящий? – Биллиардный кий!

Застрахованность от стихий!

Oт Гефеста – со всем, что в оном —

Дом, а яхту – от Посейдона.

Оцените и мысль и жест:

Застрахованность от божеств!

Oт Гефеста? А шпиль над крышей —

Oт Гефеста? Берите выше!

Но и тише! Oт всех в одном:

Oт Зевеса страхуют дом.

Еще плачетесь: без подмоги!

Дурни, спрашивается, боги,

Раз над каждым – язык неймет! —

Каждым домом – богоотвод!

Бухты, яхты, гешефты, кофты —

Лишь одной не ввели страховки:

От имущества, только – сей:

Огнь, страхующий от вещей.

* * *

Вещи бедных. Разве poгoжa —

Вещь? И вещь – эта доска?

Вещи бедных – кости да кожа,

Вовсе – мяса, только тоска.

Где их брали? Вид – издалёка,

Изглубóка. Глаз не труди!

Вещи бедных – точно из бока:

Взял да вырезал из груди!

Полка? случай. Вешалка? случай.

Случай тоже – этот фантом

Кресла. Вещи? шипья да сучья, —

Весь октябрьский лес целиком!

Нищеты робкая мебель!

Вся – чего? – четверть и треть.

Вещь – давно, явно на небе!

На тебя – больно глядеть.

Oт тебя грешного зренья,

Как от язв, трудно отвлечь.

Венский стул – там где о Вене —

Кто? когда? – страшая вещь!

Лучшей всех – здесь – обесчещен,

Был бы – дом? мало! – чердак

Ваш. Лишь здесь ставшая вещью —

Вещь. Вам – бровь, вставшая в знак

? – сей. На рвань нудную, вдовью

Что? – бровь вверх! (Чем не лорнет —

Бровь!) Горазд спрашивать бровью

Глаз. Подчас глаз есть – предмет.

Так подчас пуст он и сух он —

Женский глаз, дивный, большой,

Что – сравните – кажется духом —

Таз, лохань с синькой – душой.

Наравне с тазом и с ситом

– Да – царю! Да – на суде! —

Каждый, здесь званный, пиитом,

Этот глаз знал на себе!

Нищеты робкая утварь!

Каждый нож лично знаком.

Ты как тварь, ждущая утра,

Чем-то здесь, всем – за окном —

Тем, пустым, тем – на предместья —

Те – читал хронику краж?

Чистоты вещи и чести

Признак: не примут в багаж.

Оттого что слаба в пазах,

Распадается на глазах,

Оттого что на ста возах

Не свезти…

     В слезах —

Оттого что: не стол, а муж,

Сын. Не шкаф, а наш

Шкаф.

Оттого что сердец и душ

Не сдают в багаж.

Вещи бедных – плоше и суше:

Плоше лыка, суше коряг.

Вещи бедных – попросту – души,

Оттого так чисто горят.

* * *

Ввысь, ввысь

Дым тот легкий!

Чист, чист

Лак от локтя!

Где ж шлак?

Весь – золой

Лак, лак

Локтевой!

Прям, прям

Дым окраин.

Труд – Хам,

Но не Каин.

Обшлаг —

Вдоль стола.

Наш лак

Есть смола.

Стол – гол – на вещицы,

Стол – локтем вощится,

Воск чист, локоть востр.

За – стывший пот – воск.

Им, им – ваших спален

(Вощим, но не сáлим!)

Им, им так белы

Полы – до поры!

* * *

Вещи бедных – странная пара

Слов. Сей брак – взрывом грозит!

Вещь и бедность – явная свара.

И не то спáрит язык!

Пономарь – что ему слово?

Вещь и нищ. Связь? нет, разлад.

Нагота ищет покрова,

Оттого так часто горят

Чердаки – часто и споро —

Час да наш в красном плаще!

Теснота ищет – простора

(Автор сам в рачьей клешне).

Потолок, рухнув – по росту

Стал – уж горб нажил, крался.

Правота ищет помоста:

Всё сказать! Пусть хоть с костра!

А еще – место есть: нары.

Ни луча. Лýчная – вонь.

Бледнота ищет загару.

О всем том – помнит огонь.

* * *

Связь, звучанье парное:

Черная – пожарная.

У огня на жалованьи

Жизнь живет пожарами.

В вечной юбке сборчатой —

Не скреби, уборщица!

Пережиток сельскости —

Не мети, метельщица!

Красотой не пичканы,

Чем играют? Спичками.

Мать, к соседке вышедши,

Позабыла спичечный

Коробок…

     – как вылизан

Пол, светлее зеркала!

Есть взамен пожизненной

Смерти – жизнь посмертная!

Грязь явственно сожжена!

Дом – красная бузина!

Честь – царственно cпaceнa!

Дом – красная купина!

Ваши рабства и ваши главенства —

Погляди, погляди, как валятся!

Целый рай ведь – за мин удушьица!

Погляди, погляди, как рушатся!

Печь прочного образца![40]40
  В последних четырех строках между первым и вторым слогом – перерыв.
  Печь прочного образца!
  Про – топится крепостца!
  Все – тучки поразнесло!
  Про – сушится бельецо!
  (Примеч. М. Цветаевой.)


[Закрыть]

Протопится крепостца!

Всé тучки поразнесло!

Просушится бельецо!

Пепелище в ночи? Нет – зáймище!

Нас спасать? Да от вас спасаемся ж!

Не топчите златого пастбища!

Нас? Да разве спасают – спасшихся?

Задивившись на утро красное,

Это ясень суки выпрастывает!

Спелой рожью – последуй ломтичек!

Бельевая веревка – льном цветет!..

А по лестнице – с жарко-спящими —

Восходящие – нисходящие —

Радуги…

* * *

     – Утро

Спутало перья:

Птичье? мое? невемо.

Первое утро – первою дверью

Хлопает…

     Спит поэма.

Вандея, июль 1926