Текст книги "Галактический враг"

Автор книги: Маргарет Уэйс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 34 страниц)

Глава седьмая

 
... ибо к свету верный путь
По вашей мрачной области пролег.
 

Джон Мильтон. Потерянный рай

Мейгри, Агис и Спарафучиле притаились, прижавшись к стене туннеля, держа оружие наготове. Брат Фидель остановился поодаль, на пересечении боковых проходов. Ему приказали, если он увидит что-нибудь подозрительное, сломя голову бежать назад. Впереди у выхода из туннеля горел яркий красный свет, но коразианцев там не было.

– Какого черта они возятся? – раздраженно спросила Мейгри. – Почему не начинают атаку?

Она отключила меч, он больше не светился своим сказочным светом. К сожалению, голос, исходивший от него, она не могла отключить.

Они ждут тебя, миледи. Иди по этой дороге, ты же знаешь, ты должна идти. Должна, чтобы найти Сагана.

– Может, ждут нас, – предположил Агис, откликнувшись на вопрос Мейгри. – Хотят заманить нас на открытое пространство.

– Пойду взгляну, – вызвался Спарафучиле, и прежде чем Мейгри успела остановить его, он скользнул беззвучно, как смерть, в темноту.

Она следила за его силуэтом, расплывающимся на фоне красного света, пока он не слился с тьмой и не исчез из виду.

Он очень быстро снова появился, вынырнул прямо под носом у нее, как из-под земли.

– Не огненные уроды. Одни мертвяки. – Спарафучиле называл зомби мертвяками. – Очень много, все с красными фонарями. Хотят, чтобы мы решили, что это огненные уроды.

– Почему? – спросил подозрительно Агис. – Какой смысл?

– Игра такая, – ответила Мейгри. – Чтобы держать нас в напряжении.

«Да, миледи. Головоломка. Ты ведь тоже большая мастерица на головоломки. Но начала уставать от них, верно? Потому что они отвлекают тебя от более серьезных вещей. Дайен летит сюда. Ты знаешь?»

– Леди, мы пойдем. Мы не остановимся здесь. Это опасно!

Спарафучиле тряс ее за плечо.

«А ведь он говорил, не умолкая. Я слышала его голос, – сообразила Мейгри. – О чем он говорил? О чем-то, наверно, очень важном...»

– Мертвяки заблокировали проход. Но у стены есть выступ. Мы спрячемся и откроем огонь. – Убийца показал жестом, как он будет стрелять по баррикаде. – Заколдованное место. Огненная вода.

– Огненная вода, – повторила рассеянно Мейгри.

«Конечно, Дайен прилетает, ловец душ. Таков наш план. Он прилетает, чтобы уничтожить тебя».

«Уничтожить меня? Или воссоединиться со мной? Тебя это не касается, миледи. Дайен летит ко мне. Один. Только ко мне. А ты не смей встревать, пытаться помочь ему».

– Вы убедитесь в том, что он не нуждается в моей помощи, – сказала вслух Мейгри. Один. Конечно, не один! Он не такой глупец. Она отчетливо видела Дайена в рубке «Ятагана», видела...

Мейгри с облегчением вздохнула. Он не один. Но он обманул Абдиэля, а тот поверил. И она поверила бы. Она усилием воли отвлеклась в своих мыслях от Дайена, боясь, что ловец разума с ее помощью войдет с ним в контакт и узнает правду.

– Миледи! – Рядом стоял Агис, преисполненный спокойствия и почтения. Брат Фидель был рядом с ним, оба встревоженно смотрели на нее. – Все в порядке?

Господи, ну что за глупый вопрос! Конечно, все не в порядке. Она готова была кричать, сотрясая воздух, отвечать на вопросы, которые ей никто не задавал. Она смотрела на Агиса, но видела Абдиэля. И не решалась отогнать этот образ. Пусть будет все время перед глазами, пусть смотрит на нее, следит за ней, а не за Дайеном.

«Я мыслями не здесь, – хотела она сказать Агису. – Веду бой, который вы не в состоянии увидеть или понять. И если я его проиграю, вам не спасти меня».

Она хотела все это сказать... Но зачем? Ведь на нее с издевкой и насмешкой смотрел Абдиэль.

– Идемте, – сказала она лаконично.

Они пошли дальше, больше не стараясь сохранять тишину. Спарафучиле, правда, шел тихо, словно тень. Зато Агис гремел своими ботинками по каменному полу. Тяжелая лазерная винтовка громыхала и бренчала, болтаясь у него за спиной. Доспехи Мейгри звенели, как миллион крошечных серебряных колокольчиков. Ряса брата Фиделя шуршала, подол бился о ноги.

Теперь можно не красться, Абдиэль ведь знал, что они тут, знал, что они приближаются. Важнее идти быстрее. Мейгри должна найти Сагана. Найти, чтобы обрести свою вторую половину.

Выступ, о котором говорил Спарафучиле, оказался большой скалой, которая, словно баррикада, перегораживала часть прохода. За ней Мейгри отчетливо видела красные фонари на фоне желтого света, колеблющегося, будто языки пламени.

Огненная вода. Она вспомнила слова ублюдка и пожалела, что не спросила тогда, что он имел в виду. А теперь поздно. Темные фигуры сновали взад и вперед в этом желтом пламени.

Что-то просвистело мимо нее с каким-то странным звуком, который в первое мгновение она не смогла узнать.

– Арбалеты, – сказал Агис. – Они стреляют в нас из арбалетов.

Как странно, подумала Мейгри. Почему не из лазерных пистолетов? Или винтовок? Куда надежнее, и целиться особенно не надо.

– Не стрелять! – приказала она, хотя в этом не было нужды.

Агис и Спарафучиле были опытными воинами и поняли, что зомби стреляют вслепую. Если по ним открыть огонь, все равно не попадешь, но враг обнаружит тебя.

Стрелы летели мимо, ударялись в стены, потолок, с грохотом падали на каменный пол.

Мейгри переключила меч: теперь он будет выполнять защитные функции, приглушила его яркий свет; он защитит ее и брата Фиделя, который стоял рядом. Но она понимала: нельзя попусту тратить силы.

То ли зомби были никудышными стрелками, то ли они специально стреляли так, чтобы не попасть в цель.

«Ты не должна умереть, дорогая. Это не входит в мои планы».

«Лучше убей меня, Абдиэль. Потом у тебя не будет такой возможности».

Мейгри притаилась за баррикадой. Стрелы вонзались в нее, пролетали над ней. Брат Фидель пригнулся позади Мейгри. Спарафучиле положил руку на плечо монаху, притянул к полу.

– Ложитесь, святой отец! – прорычал убийца.

Брат Фидель тут же подчинился. Мейгри достала из-за пояса гранату, собираясь бросить ее через баррикаду. Ублюдок остановил ее.

– Бесполезно. Упадет в воду. Только брызги во все стороны поднимутся.

Снова вода.

– Я должна посмотреть, что там такое, – сказала раздраженно Мейгри. – Агис, прикройте меня. Чтобы они головы свои пригнули, пока я выясню, что там такое.

Центурион поднял лазерную винтовку, положил ее на край баррикады и выстрелил.

Результат был абсолютно неожиданным.

Грохочущий звук, потом взрыв. Клубы огня вырвались из склепа, волной их отбросило к баррикадам.

Агис опустил винтовку, нырнул за баррикаду, пригнул к полу Мейгри. Спарафучиле вроде бы тоже бросился на пол.

Мейгри закрыла лицо, глаза, но, к ужасу своему, она не успела заткнуть уши. Крики, крики человеческих существ, которых сжигают заживо, заглушали шипение и треск огня. Где-то возле нее послышался голос брата Фиделя, который молился за души погибших.

Через секунду все было кончено.

Крики смолкли. Языки пламени утихли, огонь снова горел желтым ровным светом.

– Миледи! – Агис наклонился к ней, лицо его было все в копоти.

Она закашлялась, оттолкнула его прочь. Потом села, оглянулась с изумлением вокруг.

– Что... случилось? – выдавила она из себя.

Спарафучиле осторожно выглянул из-за баррикады. Его изуродованное лицо исказилось от страха.

– Посмотрите, моя леди!

Желтое пламя дрожало на поверхности небольшого озера, которое находилось в дальнем углу сводчатого склепа. У воды валялись обугленные останки зомби. Тела обгорели до неузнаваемости. Их было около двадцати. По их судорожным позам было ясно, что они умерли в диких мучениях.

– Господи, смилуйся над ними! – шептал брат Фидель.

– Я выстрелил и... произошел взрыв, – сказал Агис, потерявший свое обычное спокойствие. Он задумчиво посмотрел на винтовку. – Никогда ничего подобного не видел.

– Нефть, – сказала Мейгри, втянув ноздрями воздух. Провела пальцами по баррикаде, поднесла их к свету. – Она на поверхности воды и на стенах. Поэтому они стреляли из арбалетов.

– Но они же знали, – запротестовал Агис. – Они должны были знать, что мы стреляем из лазеров...

– Нет, не знали, – сказала тихо Мейгри, снова опускаясь вниз. – Но он знал. Это он послал их на такую смерть.

– Какой в этом смысл? – удивился Спарафучиле, почесывая обросший подбородок. – Их же много, они могли бы убить кого-то одного или двоих из нас.

– Он не хочет, чтобы мы умирали, – сказала Мейгри бесцветным голосом. – Пока что не хочет. Не сейчас. – Она пыталась убедить себя, что не надо думать о том, в каких муках погибали эти несчастные, чьи души давно попали к нему в плен. Ведь так и так ей придется тоже убить кого-то из них. Но они Божьи дети. Абдиэль освободил их от жалкого жребия, послав на верную смерть.

«Нет, это имеет значение. Верно? Их крики звучат в твоей голове. Твой дух сломлен. Силы покидают тебя. Ты в одном права, леди Мейгри. Я не хочу, чтобы ты умерла. Тебе не интересно знать, почему? А зря. Поверь мне, зря».

Мейгри поднялась. Она представить себе не могла, что можно внезапно почувствовать такую бесконечную усталость, какую она испытывала сейчас.

– Пойдемте. Брат Фидель, – добавила она, – оставьте ваши молитвы. Нет времени. К тому же их души сейчас обрели куда большее успокоение, чем когда эти бедняги были живы.

Агис взял винтовку.

– Зачем она теперь вам? – спросил Спарафучиле и усмехнулся.

– Пожалуй, вы правы, – печально согласился Агис и бросил ее.

– Древнее оружие – самое хорошее. Никогда не подведет. И заряжать его не надо. Только следить, чтобы острым было.

Убийца махнул рукой. Из ладони торчал, словно шестой палец, кинжал, поблескивая клинком. Он подбросил кинжал, ловко поймал его, заткнул снова за пояс, из-под которого виднелись рукоятки еще нескольких «древних» орудий.

– Но от них мало толку в борьбе с коразианцами, – заметил центурион.

– Лучше, чем ничего, – сказала Мейгри. – Не поможет, если... – И остановилась, прикусив губу.

«Не имеет значения, какое у тебя оружие, ты это хотела сказать, дорогая? Абсолютно верно. Я хочу, чтобы ты осталась в живых, а не они. Ты увидишь, как они умрут, один за одним, они примут свою смерть, понимая, что это ты их обрекла на нее! И с каждой утратой у тебя будет оставаться все меньше и меньше сил».

– Идемте, – сказала Мейгри, обошла баррикаду и двинулась к склепу с горящей водой, к склепу, пропахшему нефтью и обугленным человеческим мясом.

Она шла меж трупов, стараясь не смотреть на них, не слышать эхо их воплей. Как бы она хотела отказаться играть с Абдиэлем в его игру! Он был слишком хорошим игроком. Он подбирался к ней. Почему бы ему не убить ее? Конечно, он знает, что, когда она встретится с Саганом, они вдвоем уничтожат его. Но Абдиэль не боялся! Что же у него припасено для нее, чего она испугается больше смерти?..

Она пересекла склеп, остальные – следом за ней, подошла ко входу в другой туннель, который уходил под наклоном в другую сторону. Вдали она увидела еще одну комнату-склеп, большую, чем та, в которой они стояли. С потолка свисали лампы. В комнате стояли какие-то машины, судя по вибрации, они были включены. За ней она найдет Сагана...

«Иди! Разбуди Сагана. Верни его к жизни. Но он не скажет тебе за это спасибо, дорогая. Вас ждет чудовищная жизнь.

Обрати внимание, я сказал «жизнь», леди Мейгри. Не смерть. Я не собираюсь убивать вас, хотя вы должны убить меня.

Но это не так-то просто. Попытайся, дорогая. Только у мертвых нет надежды.

У мертвых и тех, кто пожелал им смерти».

– Змеиный зуб, – сказала Мейгри.

Она остановилась как вкопанная, вперясь в темноту. Наконец она поняла.

Ее спутники смотрели на нее, с беспокойством переглядываясь. Она задрожала, прижалась к стене, мокрой от нефти. Агис хотел было помочь ей, но монах остановил его.

– Нет, эту битву она должна выиграть одна. Мы не можем помочь ей.

«Змеиный зуб. Теперь ты поняла. Вас двоих, тебя и Сагана, отравит яд Змеиного зуба.

Что вас ждет? Вы вернетесь на свою галактику. Будете путешествовать с планеты на планету, а после вашего пребывания поползут слухи о чудовищных преступлениях, которые вы совершили. Пытки, насилие, массовое убийство, каннибализм, ваши преступления будут все более и более зверскими. Но никто не остановит вас. Ведь вы же Королевская кровь. Вы сверхлюди, дьяволы, демоны.

Люди станут проклинать вас, проклинать Стражей и особ Королевской крови.

Но такой же ужас, который вы будете вселять в других, вы испытаете сами. Даже больший. Вы сохраните рассудок, который обречен будет свидетельствовать, что ваша вторая, безумная часть сознания примет маниакальную форму человеконенавистничества. Вы будете молить о смерти; но инстинкт выживания, к сожалению, силен. Когда же наконец вас заманят в ловушку и поведут на казнь, вы будете отбиваться и вопить от страха: ведь вы же трусливы как зайцы.

А народ галактики, друзья и близкие тех, кого вы убили, станут смотреть, как вы умираете, радуясь гибели последних Стражей».

Мейгри глубоко, судорожно вздохнула – потом оттолкнулась от стены.

– Мы еще не проиграли! – сказала она в пустоту. – Дерек и я! Вместе мы выполним свой долг, уничтожим тебя!

«Может, и так. Я рискую, но зато какое меня ждет вознаграждение! Ты не рискуешь, леди Мейгри. Тебя ждет ужасный жребий! Если ты спасешь Командующего, вам двоим повезет и вы убьете меня, то Дерек Саган выполнит написанное ему на роду: он уничтожит тебя».

* * *

Крис со своим отрядом устроил засаду коразианцам в самом большом туннеле, который тянулся с противоположной стороны Огненной комнаты. Прикрытия никакого не было, Крис не решился стрелять из своей искусственной руки рядом с озером, покрытым пленкой нефти. Они втиснулись в трещины между камнями и стали ждать.

«Если и это не поможет, – подумал Крис, прикрепляя к руке пальцы-ракеты, – можем сказать друг другу прощай».

Судя по звуку колес, коразианцев было десять. А у него всего десять ракет.

Коразианцы вкатились в туннель. В тот самый момент, когда их вожак с помощью какого-то сверхчувствительного аппарата учуял опасность, Крис поднял руку и выстрелил. Ракета попала прямой наводкой в «голову» робота.

Коразианец взорвался. Его панцирь треснул и развалился, вокруг него пробежала электронная дуга. Но существо внутри панциря уцелело. Тельце ярко-красного цвета выпало на пол. Парни Криса принялись стрелять по нему стрелами. Они бы еще камнями начали бросаться!

Другие коразианцы открыли огонь. Темноту прорезали лазерные лучи. Удар луча пришелся Бритту по ноге, повалил его. Красный шар, в котором пульсировала жизнь, покатился навстречу наемнику.

Изрыгая проклятия, Крис приготовился к следующему выстрелу.

Значит, не хватит снарядов. Значит, нам конец. Значит...

Лазерный луч пронесся мимо него, ударился в стенку. Крис даже не пригнулся. Может, ему показалось? Обман зрения, ведь взрыв ослепил его. Или же все-таки коразианец отдает концы.

– Крис! Ты убил его! – закричал Ли. – Вдарь по ним еще разок! Еще разок!

* * *

Киборг отпихнул ногой куски панциря робота и медленно угасающий шар, который был раньше внутри панциря.

– Это последний, – сказал Ли, подходя сзади. – По крайней мере теперь мы знаем, что твои ракеты годятся.

– Ага, – пробурчал Крис, сплевывая табак, – все теперь в этом аду убедились, что они годятся.

– Ты хоть знаешь, где мы? Нам далеко идти?

Крис включил небольшой экран на своей кибернетической руке, посмотрел на схему.

– Недалеко. Но если на каждом шагу нам будет перебегать дорогу коразианец, то придется долго тащиться.

Он повернулся и пошел к Огненной комнате. Бритт сидел, прислонясь к стене. На лице проступили капли пота, оно блестело в бликах огня. Он закрыл глаза. Рауль застегнул свой медицинский ранец.

– Как нога? – спросил Крис, встав на колени рядом с Бриттом.

Бритт открыл глаза, попытался улыбнуться. Проглотив слюну, заскрежетал зубами.

– Отлично. Я решил... маленько передохнуть. Но как только скажешь, что надо идти, я встану и пойду. Парень, эти твои ракеты – суперкласс!

– Мало прихватил с собой.

– Эй, дай покурить.

– Ты же бросаешь. Помнишь?

Бритт с трудом улыбнулся.

– Это последняя.

Крис дал ему сигару, зажег ее.

– Небось теперь Мейгри не будет ругаться, что мы курим.

Он выпрямился, Рауль попытался отвести его в сторону.

– Крошка говорит, что парень привирает. Ничего отличного, – сказал Рауль, качая головой.

– Да знаю я! И он знает. Больше ничего не хочешь мне сказать? Времени в обрез...

– Я сделаю заморозку вокруг раны на ноге, но это ненадолго. Ему нельзя двигаться...

– Мы не оставим его здесь. Ты же знаешь, что эти уроды могут сделать с ним... Они съедят его живьем! А сначала заставят все им рассказать.

Рауль понизил голос.

– Я знаю. У меня с собой есть таблеточка...

Крис схватил его за шиворот красного костюма, тряхнул так, что тот чуть не задохнулся.

– Забудь об этом! – сказал он со смертельной угрозой в голосе. Потом отпустил. – Что-нибудь придумаем.

– Я хотел сказать, но вы так разнервничались! – Рауль с видом оскорбленной невинности одергивал на себе костюм. – У меня есть таблеточка, которая снимает боль. И вашему другу будет казаться, что нога зажила. Конечно, он причинит себе большой вред, если будет на нее наступать...

– ... Да все равно это лучше, чем если мы его здесь бросим. Давай. Гони свою таблетку. Спасибо, – добавил ворчливо Крис. – Прости, что чуток грубоват был. Я решил...

– У меня и такая таблетка есть, – ответил безмятежно Рауль, доставая из – за пояса пузырек, – но я подумал, что вы не одобрите мое предложение. А таблетка от боли очень быстро подействует. Через несколько минут он сможет идти.

– Отлично. – Крис стал медленно и осторожно двигаться по скользкому от нефти и мертвых коразианцев полу, обходя обломки их панцирей. – Что-нибудь увидел?

Гарри стоял в дозоре у выхода. Он покачал головой.

– Нет. Но от этого воя у меня голова раскалывается. Что это может быть?

– Сигнал тревоги. Пора двигаться. Пройдем по туннелю, потом через склеп. Там должен быть проход в компьютерный центр.

– Как Бритт?

– Ему выстрелом кусок ноги отхватило. Сейчас у него шок, он потерял много крови. Но лоти дал ему какую-то дрянь. По крайней мере от боли не будет страдать.

– Пойдет с нами, пока замертво не рухнет. Так что ли, босс?

– У тебя есть другие варианты?

Гарри взглянул на убитых коразианцев, покачал головой.

– Нет, босс. Простите.

Бритт заковылял к ним.

– Этот парень просто гений. – Он крепко обнял Рауля. – Нога как новенькая! Потрясающе! Мне никогда так классно не было.

Лоти покраснел от смущения, покачал головой, скромно потупился.

– Кто знает, – продолжал Бритт в эйфории. – Может, придется ампутировать эту чертову ногу, подаришь мне такую же, как у тебя, Крис?

– Надеюсь, тебе повезет, – сказал киборг, улыбаясь.

Бритт рассмеялся, захромал по туннелю.

– Иди рядом с ним, возьми еще Бернара, – приказал Крис Гарри.

Киборг посмотрел на кровавые следы, которые оставил на полу его приятель.

Выудил из кармана сигару, сунул ее в рот.

– Да, тебе повезет!

Глава восьмая

 
Я прочь бежала, восклицая: Смерть!
При этом слове страшном вздрогнул ад,
И тяжким вздохом отозвался гул
По всем пещерам и ущельям: Смерть!
 

Джон Мильтон. Потерянный рай

Туннель был темным и безмолвным, тусклый мигающий свет пробивался из склепа впереди. Мейгри и ее маленькая армия осторожно продвигалась вперед, Агис шел первым, ублюдок – замыкающим. Когда они подошли ко входу в комнату с приборами, зомби открыли огонь.

Вспышки лазера взрывались вокруг них. Очевидно, как мрачно сказал Агис, здесь можно «спокойно» стрелять из лазера: ведь вокруг были машины. Лампы висели в разных частях этого «механического» зала, освещая комнату. Они раскачивались в такт вибрации машин, их свет то здесь, то там резко бил по глазам, заставляя тени то сжиматься, то расширяться, как бы делая безжизненный металл живым.

Они притаились за одной из странных машин, выглядевших так, будто она была сконструирована сумасшедшим наркоманом лоти, когда тот находился в эйфории, и попытались определить, где находятся враги. Очень скоро стало ясно, что зомби превосходят их численностью и оружием и знают, где они. Они сражались, пока не кончилась энергия в лучевых винтовках и заряды лазерных пистолетов. Тогда бросили бесполезное оружие на пол, достали арбалеты и продолжили битву.

В любую минуту зомби могли захватить их. В любую минуту казалось, что их вот-вот выбьют с позиции. Но враг отступил.

А потом внезапно огонь прекратился.

– Что это значит? – прошептал брат Фидель. Подполз к Агису и протянул центуриону упавшие стрелы и дротики. – К сожалению, это все, что мне удалось найти. Может, они ушли?

– Не похоже, – угрюмо сказал Агис.

Его лицо было белым от боли, он переложил арбалет в левую руку и продолжил стрелять.

– Перегруппируемся для окончательной атаки!

Спарафучиле забрался на выступ машины. Его лохмотья болтались. Он пристально вглядывался в темноту, и его глаза горели от возбуждения. В обеих руках он держал по длинному ножу, напоминая Мейгри неуклюжую птицу с острыми когтями, готовую рухнуть камнем вниз, неся с собой смерть.

– Никого не вижу, – разочарованно сказал ублюдок.

– Странно, – усомнился Агис, его нестерпимо мучила боль от раны.

– Они пытаются обмануть нас, заставить расслабиться.

– Нет, – сказала Мейгри. – Спарафучиле прав. Они ушли. Им приказали.

Она встала, заглянув за машины в противоположный угол комнаты, где был вход в склеп, в котором, казалось, она жила последние недели.

– Путь свободен. Можно идти.

Но она не пошевелилась, только опустила меч и закрыла глаза.

Она была истощена. Но это не было физическое истощение. Ее душа хотела заползти в темноту, найти там убежище, как душа Сагана. Мейгри боялась, боялась за своих людей, за Дайена, за Сагана, за себя.

Страх был оружием Абдиэля. Миледи это знала. Она продолжала сражаться, но это была проигранная битва. Она была одна, серебряные доспехи, защищавшие ее тело, не могли спасти ее душу от продолжавшейся атаки, в ее воображении всплыли образы тех, кого укусил Зуб змеи, ее душа в ужасе смотрела на все это из-за тюремных стен, сооруженных ее рассудком.

– Миледи! Вы ранены? – нерешительно спросил брат Фидель.

Мейгри встряхнула головой и вымученно улыбнулась.

– Это было бы трудно. Ни один выстрел не пролетел даже рядом. Посмотри рану Агиса.

Саган. Ей нужен Саган. Она не выдержит одиночества. Агис прислонился к машине, безуспешно пытаясь крутить повязку вокруг руки.

– Разрешите мне, – предложил Фидель, – повернитесь к свету.

– Ничего страшного, – сказал центурион, резко дернувшись от прикосновения священника.

– Это приказ, Агис, – сказала Мейгри.

Она оглянулась. Спарафучиле, спрыгнув со своего насеста, исчез в темноте, видно, по каким-то своим делам. Мейгри, вздохнув, повернулась к центуриону.

– Очень плохо?

– Могдо быть хуже, – сказал монах.

Он осторожно ощупал рану. Агис стоял спокойно, пока Фидель проверял рану, крепко стиснув зубы. Дротик пробил доспехи, но глубоко не прошел и кость не задел.

– Попытайся его вытащить, – попросил Агис. Пот блестел на его лице.

– Сейчас. Но он с шипами.

– Я знаю. Все равно вытащи. Давай. Если сил хватит. – Агис посмотрел на бледного брата Фиделя.

– Хватит, – тихо сказал священник. – У меня есть болеутоляющее, но, полагаю, вы не станете пить его.

Агис встряхнул головой, подбадривая себя.

Мейгри встала на колени рядом с ним.

– Обопрись на меня, – сказала она.

Сначала она думала, что он откажется, но потом его рука накрыла ее руку. Она взяла ее и крепко сжала.

– Лорд Саган в следующей комнате. – Она сказала это, чтобы отвлечь его.

– Я не буду делать ничего неожиданного, – сказал брат Фидель. – Приготовьтесь. Когда я досчитаю до трех. Раз...

– Комната большая и наполнена пылающей водой. Четыре моста образуют крест, встречаясь в центре.

– Два...

Мейгри чувствовала, как Агис все сильнее и сильнее сжимает ее руку. Он смотрел на нее.

– Да, миледи, – твердо сказал он, – продолжайте.

– Там четыре входа под углом девяносто градусов друг к другу. Ты и Спарафучиле будете в дозоре, пока мы с братом Фиделем...

– Три...

Монах сделал внезапный рывок. Агис, оборвав дыхание, подавил стон. Его глаза закрылись, пальцы больно стиснули руку Мейгри. Она крепко держала его. Он ослабил свою хватку, глубоко и прерывисто дыша.

Фидель вынул покрытый кровью наконечник и дал Агису посмотреть, потом продезинфицировал рану и перевязал ее.

– От этого рука онемеет. Я ничего больше не могу поделать, – сказал он, глядя на насупившегося Агиса.

– Или потерпите, или истечете кровью.

Мейгри протянула Агису бутылочку.

– Тут вода. Жаль, что нет ничего покрепче.

Центурион взял пузырек, улыбнувшись ей.

– Спасибо, миледи.

– Не благодари меня. Брата Фиделя благодари.

– Вся благодарность должна быть обращена к Богу, – сказал священник.

Собрав сумку, он встал, протянув руку Агису. Центурион заколебался, но потом принял помощь. Фидель помог Агису встать.

– Со мной все будет в порядке. Где ублюдок?

– Спарафучиле здесь, – сказал тот, материализовавшись из темноты, как если бы он был сам ею и только в последнюю минуту решил обрести форму. – Я принес оружие от зомби. – Он махнул рукой. – Можно идти. Я проверил. Мертвяки ушли.

«Конечно, дорога свободна. Я очистил путь. Я бы хотел остаться подольше, развлекая тебя и себя, но приближается корабль Дайена, и я должен сконцентрировать свои силы. Король привез с собой бомбу. Как хорошо! Мне не нужно никуда лететь за ней. Да, моя дорогая. Я заполучу ее».

«Я должна предупредить Дайена», – подумала Мейгри, ей было так же трудно думать, как и дышать. Нет, решила она. Он уже знает об опасности.

Спарафучиле дернул ее за рукав.

– Мы что-то здесь застряли, как бы зомби не вернулись. Нам опять придется их убивать. Не исключено, правда, что они убьют нас.

– Он прав, миледи, – сказал Агис, – надо уходить.

– Это все серебряные доспехи, – сказала она ему, – они такие тяжелые. Мне было бы легче идти, если бы не они.

Они недоуменно и озабоченно посмотрели на нее. Мейгри встряхнула головой.

– Не обращайте внимания. – Она вздохнула и пошла.

* * *

– Крис! – взволнованно позвал Ли.

Киборг, повернувшись, остановился.

Бритт упал. Он лежал на полу, его голова покоилась на руке Ли.

– Прости, Крис. Чертова таблетка, которую мне дал отравитель, усыпляет меня. Я немного вздремну. – Его глаза закрылись.

– Конечно, – сказал Крис, вставая на колени. – Отдохни. Мы подберем тебя на обратной дороге...

– Он не слышит тебя, Крис. – Ли положил обмякшее тело на каменный пол. – Он умер.

Крис вынул наполовину выкуренную сигару из пепельных губ Бритта и со злостью швырнул ее в сторону.

– Пошли!

– Мы оставим его здесь? – требовательно спросил Гарри.

– Ему уже все равно. Вперед. Пошли!

Все ушли. Крис задержался рядом с телом, задумчиво глядя на него.

– А из тебя бы получился отличный киборг!

Они продолжали идти по туннелю, осторожно двигаясь с оружием в руках. Красное зарево нигде не показывалось. Коридор был темным и тихим. Повернув, они оказались в секторе, где сходилось несколько туннелей.

Крис подал знак остановиться. Осторожно, вплотную прислонившись к стене, он посмотрел в один из туннелей. В десяти метрах от него, в конце длинного коридора была тускло освещенная комната. Он сфокусировал зрение, приблизил изображение. Теперь он мог четко видеть компьютеры.

– Это их главная система? – пробормотал он. – Черт, да такие компьютеры теперь только в музее и встретишь.

– Что-то тут тихо, – беспокойно проговорил Ли.

– Да. Мне это не нравится. – Крис подошел вплотную к стене.

На самом деле тихо не было. Старинные машины стучали, гремели и колотили, дополняя к поскуливающим и жужжащим звукам из допотопного компьютера клацающие вопли сирены. Но Крис знал, что Ли имел в виду. Было слишком тихо.

Киборг рискнул бросить взгляд в ту комнату, где находилась центральная компьютерная система коразианцев. Комната была большой, освещенной, хотя коразианцы не нуждались в свете. Но эти лампы нужны были зомби, чьи глаза не видели в темноте.

Два мертвых разумом стояли снаружи у входа в комнату. Скорее всего охрана. По их позам можно было подумать, что они спят или мертвы, но у Криса было отчетливое чувство, что на самом деле они живы и бодрствуют.

Он вернулся назад.

– Два солдата-зомби сторожат вход. Никаких коразианцев. Интересно, куда все эти ублюдки внезапно делись.

– Они готовятся к атаке на юного короля, хотят украсть бомбу, – заявил Рауль.

Крис пристально посмотрел на него.

– Да? Какого черта ты все это знаешь?

– Я не знаю. Это Крошка знает.

– Он и мысли коразианцев читает? – Крис подозрительно посмотрел на фигуру в дождевике.

– Он читает мысли коллективного интеллекта. Ему не нравятся они. Коразианцы ни о чем больше не думают, кроме как о том, чтобы кого-нибудь сожрать.

– Итак, где они сейчас? – спросил Крис.

– Их армия сосредоточена на поверхности. Когда межпланетный корабль приземлится, они бросятся в атаку. Зомби сражаются вместе с ними. Что нам делать?

– За что нам платили, то и делать. Сотри эти файлы. – Крис вынул сигару, ткнув ею в Крошку. – Он не знает, есть ли еще зомби поблизости?

– Нет, только два в конце коридора, не подозревающие о нашем присутствии.

– Они узнают о нас, милый, если у твоего друга слабые легкие.

– Его легкие в превосходном состоянии, любой в его возрасте позавидует, но я не понял...

– Я о его трубочке, – коротко пояснил Крис.

– Вы шутите? – Рауль выдавил вежливую улыбку. – Дайте взгляну. – Он обогнул киборга, посмотрел в туннель и вернулся. – Очень далеко. Не доплюнет он туда.

– Черт! До чего же мне эти советчики надоели! – Крис снова сунул самокрутку в рот, раздраженно жуя ее. – Ты куда собрался?

– Я сам разберусь с зомби. – Рауль откинул свои длинные волосы назад, пытаясь завязать их в хвост. – Пожалуйста, разрешите мне, – добавил он, даря Крису обворожительную улыбку. – Сейчас моя очередь.

– Как...

– Подождите, пожалуйста.

Лоти закрыл глаза, сконцентрировался, затем открыл их. Зрачки были застывшими. Глаза ничего не выражали, лицо было бесстрастным.

– Туда можно пройти? – тупо спросил он безжизненным голосом зомби.

– Ты сумасшедший! – сказал Крис. – Ну, положим, ты сойдешь за зомби, но эти ребята знают друг друга в лицо. Они застрелят тебя прежде, чем ты сможешь подобраться к ним близко...

Рауль встряхнул головой и начал осторожно снимать перчатки с рук.

– Зомби имеют один изъян. Каждый связан только с одним человеком, это Абдиэль. Их никто больше не волнует, включая самих себя. Следовательно, они не знают друг друга. Не трогайте, пожалуйста.

Рауль раскинул руки.

– Тебе понадобится вот это. – Крис протянул ему дротиковый пистолет. – Смотри, не сломай свои ногти.

– У меня очень крепкие ногти. Я пью кутикулу... Или вы опять шутите? – Улыбнувшись, Рауль поклонился. – Спасибо, мне не нужно ваше оружие.

Потирая руки, он повернулся и, прежде чем Крис смог его остановить, медленно вышел в проход. Пока он шел, походка его изменилась. Его плечи выпрямились, а шея и спина стали жесткими. Он пристально смотрел прямо перед собой, вышагивая к четко намеченной цели, как зомби, чьи умственные способности всегда были направлены на что-то одно.