Текст книги "В оковах тишины (СИ)"

Автор книги: Максим Ларц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Краем глаза Роман заметил тусклый колеблющийся свет и резко повернул голову. Это оказался тот самый огненный элементаль.

– О, это ты, – устало произнёс он, понимая, насколько лень ему просто говорить. – Очень жаль, но мне запретили с тобой контактировать, поэтому тебе лучше выбрать другое место.

Элементаль подлетел поближе и повис перед Романом. Он бросил взгляд на птицу, а потом вновь посмотрел на его лицо. Элементаль опустился ниже, и внезапно кусочек влажной пожухлой травы вспыхнул оранжевым пламенем. Роман осторожно поднялся на ноги и, помешкав несколько секунд, пошёл собирать ветки.

Через несколько минут Роман сидел возле небольшого костра, а элементаль крутился рядом, наблюдая за тем, как он общипывает птицу. Несмотря на все невзгоды, впереди его ждал горячий ужин и ночлег у огня.

Глава 12

Заувен неодобрительно отнеслась к дружбе с элементалем – она посчитала поступок Романа легкомысленным и неразумным. В конце короткого ночного разговора Заувен лишь предостерегающе сказала: «Если ты сделал окончательный выбор, будь готов принять всю ответственность за последствия».

Это наставление насторожило Романа, но он не мог отказаться от общения с элементалем – слишком тот был интересным и безобидным. С другой стороны, куда Роман мог деться от нового друга? Элементаль непременно последовал бы за ним, и спрятаться от него не представлялось возможным.

– Может быть, дать тебе имя? – спросил Роман.

Он сидел возле потухшего костра и насаживал кусочки жаренного мяса на обструганную ветку, планируя растянуть еду на два дня. За ночь приготовленное мясо птицы успело отвердеть и обсохнуть, но по-прежнему оставалось съедобным и даже относительно вкусным.

Элементаль подлетел совсем близко, и Роман инстинктивно поднял ладонь перед лицом, но через мгновение понял, что огонь совсем не обжигает кожу: он чувствовал лишь приятное тепло.

«Странно, а ведь капли дождя испарялись на нём сразу, – подумал Роман. – Интересно, он делает это осознанно?»

– Огненный шар… – произнёс Роман. – Может быть, назовём тебя Шариком?

Роман невольно засмеялся, а элементаль начал то ярко вспыхивать, то медленно тускнеть, словно неисправный уличный фонарь.

«Он чувствует, что я подшучиваю над ним, – догадался Роман, вспомнив слова Заувен. – Чувствует и злится».

– Согласен, тебе это имя не подходит. – Он заглянул в глаза элементалю и задумчиво добавил: – Никак не могу понять, кого ты мне напоминаешь.

Роман заметил, что даже при наличии совершенной памяти бывали моменты, когда мысль ускользала от него: невозможно было одновременно держать в голове все произошедшие события. Однако, если Роман знал, что именно нужно искать, то воспоминания всплывали с мельчайшими подробностями. Как когда-то сказал Саад: «Надо будет – вспомню».

– Точно! – воскликнул он. – Волейбольный мяч!

Элементаль вьюном закрутился вокруг Романа, отчего пепел взлетел в воздух серой кучей.

– Уилсон! – торжественно произнёс Роман, вспомнив детали просмотренного в детстве фильма. – Маленький друг Чака Ноланда, который помог сохранить ему рассудок на необитаемом острове.

Роман поднялся на ноги, встряхнул пыль с порванных штанов и, уперев руки в бока, бодро спросил:

– Ну что, Уилсон, пойдём?

Два дня было студёно и ветрено. Ко всему прочему, непрерывно лил дождь, за которым порой почти не различалась дорога. Однако Роман всё равно был в хорошем расположении духа: еды хватало, а в пути его сопровождал молчаливый Уилсон – благодарный слушатель, способный в любой момент разжечь костёр даже из сырого валежника.

Романа перестала заботить осенняя погода: он свободно шагал под холодными струями воды, щедро льющихся с хмурого неба. Однако Уилсон всё время держался вблизи деревьев, а перед ночлегом, пока Роман рубил дрова, предпочитал находиться в укрытии. В итоге Роману пришлось соорудить небольшой зонтик из веток, травы и листьев, чтобы Уилсон мог передвигаться рядом.

Неспешно они добрались до особенно широкой излучины. Вода собиралась в небольшую котловину, успокаивая бушующее течение реки.

– Дальше глубоко, – произнёс Роман, по колено войдя в реку. – И как тут ловить рыбу? Может, ловушку соорудить?

Уилсон опустился к поверхности воды, осветив дно реки, а потом неожиданно резко вылетел из-под зонта. Роман недоумённо проследил за его взглядом и посмотрел на другой берег – там собралась небольшая стая из шести волков.

– Всего лишь волки, – спокойно сказал Роман. – Они не причинят…

Он вдруг ощутил непреодолимую тяжесть во всём теле и тошноту. Ему хватило нескольких секунд, чтобы сбросить с себя оцепенение – через мгновение Роман, не устояв на ногах, упал в воду.

– Да сколько можно?! – гневно спросил он, выбираясь из реки.

Роман не хотел вновь вступать в бой с магическими тварями. Пока была возможность, надо было бежать. Уилсон же продолжал неотрывно следить за волками, которые уже начали переплывать реку.

– Уилсон!

Уилсон оторвал взгляд от противоположного берега и полетел вслед за Романом. Пришлось отбросить зонт в сторону и ускориться настолько, насколько это было возможно. Роман понимал, что никогда не сможет оторваться от волков, но хотел выиграть хоть немного времени перед сражением.

«И как биться с хищниками, которые могут меня парализовать?»

То и дело он оборачивался назад, ожидая атаки. Через несколько минут Роман заметил, что волки начали нагонять его. Он решил бежать вдоль реки, здраво прикинув, что при необходимости может принять бой в воде.

«Если залезу на дерево, то уже никогда не выберусь», – понял он.

Внезапные судороги в ногах и руках застали его врасплох. Роман упал на живот и прокатился по земле. Он услышал рычание позади и, сжав челюсти, заставил себя подняться сквозь боль. Судороги пропали так же неожиданно, как и появились.

Он достал меч, готовясь отбить нападение добравшихся до него волков. Вдруг он услышал странный треск и свист, а потом увидел летящий сгусток огня – коснувшись земли, он эффектно взорвался, оставив после себя выжженную траву. Огненный сгусток не нанёс никакого вреда волкам, но заставил их отступить назад.

– Хорошо, Уилсон, – тихо произнёс Роман. – Хорошо…

Волки время от времени пытались подобраться поближе, но Уилсон неизменно пугал их огнём. Положившись на Уилсона, Роман позволил себе повернуться к хищникам спиной и перешёл на лёгкий бег. Так они и двигались: Роман и Уилсон рядом друг с другом, а волки – в небольшом отдалении.

Роман бежал уже несколько часов. Опускалась ночь, лес чернел, а волки всё ещё следовали за ним по пятам.

– Какого чёрта они к нам привязались? – спросил Роман. – Более простой добычи нет?

Он взял передышку, остановившись у края реки. Не отрывая глаз от волков, Роман сел на колени и, зачерпывая воду ладонью, утолил жажду. Неожиданно ему пришла смутная догадка: неужели волков привлекала его магическая энергия? Заувен говорила, что в нём зародилась сила – возможно, они предпочитали такую добычу. Да и Уилсон, откровенно говоря, привлекал к себе внимание. Правда, Уилсон, в отличие от Романа, мог улететь отсюда в любой момент, но почему-то не делал этого.

«Неужто так сильно привязался ко мне за эти дни? – по-доброму хмыкнул Роман. – Или это потому, что он появился на свет возле меня?»

Уилсон на мгновение посмотрел на Романа, словно знал, о чём он думает.

– Надо идти, – вздохнул Роман, поднимаясь на ноги. – Они не отстанут.

За эту холодную ночь они успели выйти на холмистое предгорье. Утром дождь перестал, стало тихо и туманно. Трава покрылась инеем, лужи и грязь затянуло тонким льдом, и каждый шаг Романа сопровождался негромким хрустом.

«Если отойду от реки, то потеряю безопасное пространство, – размышлял Роман. – Да и среди деревьев тяжело отпугивать волков огнём».

– Пойдём в сторону гор, а там посмотрим, – произнёс Роман, взглянув на Уилсона.

Туман начал сгущаться, и Роман потерял волков из виду. Он внутренне собрался, ожидая, что хищники попробуют воспользоваться моментом. Как оказалось, не зря: Роман почувствовал тяжесть в ногах и замер. Через мгновение из тумана выскочила клыкастая морда. Роман с усилием развернулся и вдарил кулаком волку по носу.

Уилсон выпустил огненный шар прямо под ноги Роману, и этого хватило, чтобы остановить остальных волков, чьё рычание послышалось неподалёку. Роман почувствовал жар и заметил, что огонь опалил волосы на его открытой голени.

«Значит, Уилсон может и меня ранить, – тревожно подумал Роман. – Надо быть аккуратным».

Уилсон беспокойно закрутился вокруг, и Роман понял, что он почувствовал его тревогу.

– Всё нормально, Уилсон, – успокаивающе сказал Роман. – Нельзя их подпускать.

Роман вытащил меч и побежал. Стая ещё дважды пыталась напасть на него, но с каждым разом он всё быстрее справлялся с оцепенением и, благодаря поддержке Уилсона, эффективно отбивался мечом – то ли Роман интуитивно научился бороться с магическим давлением, то ли у волков заканчивались силы.

Ему пришлось подниматься по травянистому склону, не отходя от реки. Чем дальше Роман продвигался, тем больше понимал, что волки загонят его на самую вершину. Если он не хотел умереть в холоде, надо было что-то придумать.

Наступил день, и у Романа начали слипаться глаза от усталости: он бодрствовал уже больше тридцати часов, а последний раз ел прошлым утром. Потянул ветерок и туман рассеялся. Роману открылось лесистое подножие горы, которое осталось позади. Ему надо было повернуть направо ещё много часов назад, но волки не оставляли выбора – надо было идти дальше.

Он не спал уже третий день и не мог поверить, что до сих пор стоял на ногах. Волки временами оставались где-то позади, чтобы отдохнуть, но непременно нагоняли Романа, поэтому он не мог позволить себе даже короткий сон.

Роман часто спотыкался от бессилия. Иногда всё размывалось перед его глазами, а голова раскалывалась от жуткой мигрени. Уилсон тоже выглядел плохо. Роман не знал, нужен ли был элементалям сон, но Уилсон будто начал угасать: он светился слабее обычного, а сгустки огня, отпугивающие волков, становились всё меньше. Наблюдая за Уилсоном, Роман испытывал чувство вины. В момент, когда они достигли снежного покрова, он не выдержал и едва слышно произнёс:

– Тебе надо уйти, Уилсон. Ты умрёшь здесь.

Уилсон внимательно уставился на него своими белыми, как два крохотных солнца, глазами. Роману по какой-то непонятной причине показалось, что Уилсон сейчас заговорит с ним, однако спустя мгновение тот молча повернулся к волкам и остался парить рядом.

– Ладно, – отрывисто прошептал Роман, поёжившись от холода.

Здесь, на высоте, воздух был совсем другим: Роман будто вздыхал сквозь плотную ткань и никак не мог надышаться. Руки стали неметь, а кончики пальцев совсем посинели. Роман заставлял себя двигаться быстрее, чтобы не замёрзнуть окончательно.

Ветер стал таким сильным, что Роман поддался и упал на землю, как убитый. Снег казался тёплым и мягким, поэтому Роман позволил себе немного вздремнуть – в конце концов, он ведь заслужил отдых.

Что-то ощутимо обожгло ему спину, и он опомнился. Роман с натугой поднялся на ноги и взглянул на Уилсона, который беспокойно вертелся рядом. Сквозь начавшийся буран невозможно было разглядеть дорогу: Роман ничего не видел дальше вытянутой руки.

– Я-я у-устал, Уилсон, – дрожащим от холода голосом произнёс Роман.

Он оглянулся вокруг и заставил себя идти вперёд. Роман услышал рычание, и один из волков вцепился зубами в штанину, поцарапав лодыжку. Роман скатился вниз, и в этот момент второй волк, выскочивший из ниоткуда, вонзил зубы в его предплечье.

– А-а-а-а-а-а! – завопил от боли Роман.

Уилсон искромётным выстрелом поджёг этого волка и отбросил в сторону. Попутно Уилсон начал отгонять других, бросая сгустки огня в разные стороны. Роман в это время остервенело отбивался ногой от оставшегося волка, который не хотел отпускать его штанину. Он вытянул меч из ножен и резким движением пронзил хищнику глаз. Под звуки скулежа Роман неловко встал и начал взбираться по склону вверх. Уилсон опустился на его плечо и окрасился в бледно-голубой цвет. Роман заметил, что пламя Уилсона почти иссякло.

– Мы что-нибудь придумаем, – вымученно сказал Роман.

Он утопал в снегу уже по колено и не чувствовал ног ниже лодыжек. Роман начал задыхаться, но не останавливался ни на секунду. Неожиданно Роман провалился в снег и покатился вниз. Дыра резко оборвалась открытым пространством, и он вылетел вперёд. Роман чудом ухватился за широкий выступ, обронив при этом оружие – меч полетел вниз, со звоном ударяясь о каменные стены пещеры.

Через несколько секунд он услышал копошение и увидел, как два волка по очереди влетели в пещеру вслед за ним. Они не смогли зацепиться за выступ и упали на дно. Один за другим раздались два глухих хлопка. Роман аккуратно выглянул вниз и увидел безжизненные тела животных. Сквозь свист ветра он услышал вой наверху, но больше в пещере никто не появился.

Роман прижался к стене и снял с плеча Уилсона – тот растерял почти всю свою светимость и стал прозрачным.

«Чистый сгусток магической энергии», – вспомнил он слова Заувен.

– В-возьми мою силу, – хрипло произнёс Роман.

Уилсон стал практически невидимым, а потом медленно растворился в ладони. Роман затаил дыхание и почувствовал, как от руки по всему телу начало расползаться тепло. Роман шумно выдохнул пар изо рта и лёг на бок. Он больше не мог бороться со сном.

– Порой твоё везение поражает, Роман.

Он очутился на берегу озера – в сновидческом мире Заувен. Роман поднялся с земли и огляделся.

– Что с Уилсоном? – спросил он.

– Элементаль жив, – ответила Заувен. – Восстанавливает силы в твоём теле.

Роман с облегчением выдохнул и сел на скамью рядом с Заувен.

– Без него я точно не смогу выжить, – сказал он. – С ума сойти… И вы называете это везением?

– Я готовилась к худшему, – произнесла Заувен. – Но Заякнар решила иначе и дала тебе шанс.

– Заякнар? – натянуто улыбнулся Роман. – По-моему, шанс мне дал Уилсон.

– Прояви уважение, юноша, – мягко сказала Заувен. – Твой Уилсон мог зародиться подле тебя не просто так.

– Что вы имеете в виду?

– Между вами очень странная связь, – произнесла Заувен. – Он слишком хорошо понимает, чего ты хочешь.

– Об ведь появился возле меня, – сказал Роман, а потом, хмыкнув, добавил: – Я ведь, можно сказать, его родитель.

– Со временем мы узнаем истину, – сказала Заувен. – Но главное сейчас, что ты смог выжить.

Роман согласно кивнул и умолк. Они посидели в тишине какое-то время, а потом он произнёс:

– Я продолжу идти напрямик.

– Ты мог бы вернуться обратно и пойти безопасной дорогой, – заметила Заувен.

– Нет гарантий, что я не встречу очередную тварь на своём пути. А с Уилсоном я не замёрзну.

– Поступай так, как считаешь нужным, – сказала Заувен. Она встала со скамьи и произнесла: – Тебе нужно отдохнуть не только телом, но и разумом. Ступай.

Она улыбнулась, и всё начало погружаться во тьму.

Роман проснулся так же неожиданно, как и уснул. Он медленно сел и посмотрел на раненную руку – следы от укусов выглядели терпимо, но вот само предплечье заметно припухло. Роман понадеялся на свой организм и не стал лишний раз беспокоиться – всё равно он ничего не мог поделать с этим.

Он посмотрел наверх и увидел, что дыру полностью замело снегом. В пещере совсем не было света, но Роману это никак не мешало. Он по-прежнему ощущал приятное тепло во всем теле и не чувствовал холода.

– Уилсон, ты здесь?

Уилсон откликнулся жаром в груди, которое через мгновение охватил всё тело.

– Оставайся там же, – произнёс Роман. – Так даже лучше.

Он собрал насыпавший на каменную платформу снег и медленно растопил его во рту. Немного утолив жажду, он осмотрел дно пещеры. Два волка всё так же валялись на острых камнях, а недалеко от них лежал его меч.

«Тут метров десять, не меньше», – подумал он.

Ему в любом случае нужны были оружие и еда, поэтому пришлось потихоньку спускаться по стене. Оказавшись внизу, он поднял меч и потыкал в волков с разных сторон. Убедившись, что они мертвы, Роман вспорол одному из них брюхо и достал печень. Он хотел сделать укус, но ладонь вдруг объял огонь. От неожиданности Роман выронил всё из рук и болезненно упал назад.

– Чёрт! – сказал Роман, заметив, что огонь потух. – Не пугай так больше!

Он с удивлением ощутил внутри себя чужие чувства и понял – это Уилсон испытывал что-то похожее на смущение.

«Я превращаюсь в какой-то походный дом», – покачал головой Роман.

Он поднял с земли печень и произнёс:

– Давай ещё раз.

Ладонь снова объяло пламя, и пещера заполнилась соблазнительным запахом.

Глава 13

Ветер старательно обдувал безжизненные горы, гоняя дымчатые облака по скалистым высотам. Каждый шаг Роману приходилось вонзать меч в снег и двигаться наискосок, чтобы не скатиться по склону вниз. За спиной болталась мороженая туша волка, висящая на поясе от ножен. Уилсон по-прежнему находился в теле Романа и согревал своим теплом – для Романа это было новое ощущение: он чувствовал холод, но совсем не мёрз.

Посмотрев вверх, Роман заметил, что почти достиг горного хребта. В течение часа он неторопливо добрался до вершины и, выпрямившись в полный рост, устремил свой взор вперёд. Отсюда было видно широкую лесную долину, которая расстилалась на много вёрст вокруг; влево и вправо тянулся зубчатый горный хребет, разделявший Старый Азкл на два разных мира: позади остались одинокие дикие земли, а дальше, где-то там, жили самые настоящие живые люди.

– Как здесь красиво, – прошептал Роман.

Он глубоко вздохнул носом и радостно засмеялся. Сколько раз он видел на картинах эти бесконечные просторы, раскинувшиеся до горизонта, но никогда не думал, что будет так счастлив, просто увидев их вживую.

– Х-е-е-й!

Порывистый ветер сорвал его ликующий крик и чуть не сбил с ног. Роман сел на колени и собрал в ладонях снег, который через несколько секунд растопил Уилсон. Роман испил воды и, насладившись видами ещё один раз, начал спускаться вниз.

Как и ожидалось, на спуск ушло гораздо меньше времени, чем на подъём. Добравшись до предгорья за несколько дней, Роман впервые позволил себе развести костёр. Заувен предупредила его, что даже здесь можно встретить опасных магических зверей, поэтому он разжёг огонь только под утро.

Несмотря на то, что мяса было ещё много, он решил зажарить размороженную тушу целиком: иначе всё испортилось бы за пару дней. Роман только сейчас отметил, что, питаясь одним мясом, он всё равно чувствовал себя хорошо – к его удивлению, не было даже проблем со стулом.

– Да, Уилсон, – произнёс Роман, почесав отросшую бороду. – Что-то я совсем одичал.

Уилсон снова парил рядом, вернув себе привычный огненный вид. В последнее время элементаль всё больше перенимал человеческие черты, демонстрируя свои эмоции – у него даже появилось какое-то подобие рта. Роман осторожно поворошил угли веткой и задумчиво уставился на светлеющее небо. Этой ночью он говорил с Заувен о людях и эльфах, которые, возможно, могли бы вернуть его домой после исполнения клятвы. Сама Заувен на такое не была способна, даже если бы находилась в своём прежнем теле: она никогда не была на Земле, поэтому планету, по её словам, пришлось бы выбирать наугад.

Роман впервые подумал о том, что он мог бы немного… задержаться на Террае. Ему выпал исключительный шанс увидеть мир, где ютилась магия. Первая планета, куда он попал, тоже была по-своему интересной, но Террая была совсем другой – этот мир не ограничивался бессмысленной борьбой между даграми и людьми.

Мать и сестрёнка, наверное, давно его похоронили. Но Роман точно знал – наступит время, и он обязательно увидится с ними.

«Интересно, как они там?» – подумал Роман.

Как некстати он вспомнил похороны отца и, тяжело вздохнув, отогнал эти мысли прочь. Роман достал меч и провёл пальцами по тупому лезвию – теперь клинок скорее напоминал кусок обычного железа, а не боевую часть смертоносного оружия.

Он проверил мясо на углях и, обжигая пальцы, отломил от туши ножку. Надо было съесть столько, сколько влезет, потому что в скором времени остатки испорченного мяса придётся выкинуть.

Через шесть дней, перед самым ночлегом, когда слух Романа привычно обострился, вдалеке раздался едва различимый звук взрыва. Роман вскочил на ноги и завертел головой. Уилсон встрепенулся и недоумённо уставился на него.

– Ты не слышал? – спросил он. – Что-то взорвалось.

Недолго думая, Роман начал взбираться по ближайшему дереву вверх, а Уилсон суетливо полетел следом. Деревья здесь были крепкие и высокие, поэтому Роману пришлось потратить достаточно много времени, чтобы достигнуть верхушки. Он выглянул из-за ветвей и посмотрел на восток – там, вдалеке, что-то горело.

– Я же говорил, – произнёс Роман, пытаясь прикинуть расстояние до места взрыва. – Отсюда, наверное, километров пятьдесят.

Роман понаблюдал за утихающим пламенем ещё какое-то время, а потом начал спускаться вниз. Ему нужно было обсудить это с Заувен.

– Завтра отправимся туда, Уилсон, – сказал Роман, улёгшись на сложенные ветки. – А сейчас надо спать.

Роман проследил, как Уилсон пролетел рядом и остановился у его ног, а потом закрыл глаза. Он намеренно провалился в предсонные образы и через несколько минут очутился рядом с Заувен на берегу озера.

– Как думаете, что это было? – спросил Роман.

– Это могла быть случайность, – ответила Заувен. – Но надо готовиться к худшему.

– Диверсия?

– Вполне возможно, – произнесла Заувен. – Много лет минуло с момента моего бегства – я даже не знаю, какой сейчас год.

– Лисонцы могли добраться и до западной части Первого Света?

– Ты задаёшь вопросы, на которые я не знаю ответа, Роман, – сказал Заувен. – Тебя может встретить кто угодно.

– И что мне делать?

– Оцени обстановку, – сказала Заувен. – Прикинься крестьянином или бедняком. Придумай что-нибудь.

– Ладно, – вздохнул Роман. – Попробую.

– Будь осторожен.

Он кивнул, и образ Заувен размылся. Остаток ночи Роман наблюдал тревожные обрывочные сны и беспокойно ворочался. Одолеваемый томительным ожиданием, он проснулся раньше обычного. Уилсона не было рядом, но Роман чувствовал его внутри. В холодные ночи Уилсон растворялся в теле Романа даже не спрашивая разрешения.

«С другой стороны, говорить-то он всё равно не умеет», – с улыбкой заметил Роман.

На лес упал густой осенний туман. Солнце ещё не успело взойти, но птицы уже громко стрекотали то тут, то там. Роман почувствовал лёгкий жар в теле и вытянул руку. В его ладони вырос Уилсон и спустя секунду взлетел вверх, разгоняя туманную дымку.

– Уилсон, найди воду! – крикнул в никуда Роман.

С этой стороны гор река уходила куда-то к океану, поэтому Роману приходилось искать другие источники воды. Роман не знал, видели ли огненные элементали в темноте так же хорошо, как и он, но Уилсон ещё никогда не ошибался – может быть, Уилсон видел мир совсем иначе.

Им пришлось немного отклониться от основного маршрута: Уилсон нашёл воду. Роман вдоволь напился у тихого ручейка и помылся как мог. Сегодня он решил обойтись без еды, потому что к вечеру надо было успеть добраться до места взрыва.

Роман шёл быстрее обычного и не останавливался на привал. По его ощущениям, к середине дня он преодолел больше половины пути. Вдалеке виднелся дым, поднимающийся с места пожара. Неожиданно Роман услышал приглушённые голоса и лай собак.

– Уилсон, – тихо произнёс Роман. – Спрячься.

Уилсон вошёл в его тело прямо через затылок, и Роман смело пошёл дальше. Роман решил, что не было смысла скрываться: он всё равно должен был выйти к людям. Вдруг ему навстречу выскочил пёс, а сразу за ним ещё один. Они имели тёмно-бежевый окрас; их клинообразная форма головы казалась совсем маленькой на фоне остального туловища. Псы громко залаяли и зарычали.

– Тише, друзья, – сказал Роман, присев на корточки.

Псы мгновенно успокоились и нерешительно подошли поближе. Они обнюхали руки Романа и дали себя погладить. Из-за кустов и деревьев с шумом выбежали солдаты и наставили на Романа мечи – их было всего трое. Один из них что-то сказал на непонятном языке, и Роман решил заговорить ийдофском, которому его успела обучить Заувен:

– Я не враг, мне надо добраться до города.

Двое солдат громко закричали и бросились на него. Роман уклонился от неуклюжих взмахов мечом и резкими ударами в челюсть отправил в нокаут сначала одного, а потом и второго. Третий солдат неуверенно переминался с ноги на ногу, держа перед собой меч, – на вид ему было не больше шестнадцати лет. Псы затихли и виновато прятали глаза, не вмешиваясь в драку. Роман чувствовал, как Уилсон рвался наружу, и едва двигая губами прошептал:

– Не дёргайся, Уилсон.

Справа послышался шум, и Роман увидел ещё одну группу солдат – на сей раз их было не меньше дюжины. Паренёк, который стоял перед Романом, что-то поспешно сказал мужчине в возрасте и отступил назад. Мужчина взглянул на Роман и спросил:

– Откуда знаешь ийдофский? Ты жил в Ийдофе?

– Что? Нет! – ответил Роман. – Мой дед говорил на этом языке.

– Откуда идёшь?

– Я жил с дедом в лесу, недалеко от гор, – на ходу придумал легенду Роман. – Прошлой весной он помер. Тяжело стало жить одному. Вот, избу бросил и работу найти хочу.

– В лесу жил, говоришь? – подозрительно спросил мужчина. – Чего это от людей прятался?

– Как дед учил, – произнёс Роман. – Он всю жизнь солдатом был, а после смерти мамы в леса меня забрал.

– О как, – одобрительно сказал мужчина. – Солдатом дед, значится, был?

– Да, господин.

– Какой я тебе господин, – осклабился мужчина. – Югрином меня звать. Сержант Югрин.

– Роман.

Югрин что-то сказал остальным, и все опустили оружие. Некоторые слова Роман понимал не сразу, потому что Югрин говорил совсем не так, как Заувен. Однако Роману было не привыкать – он поднаторел в изучении языков.

– Глядеть на тебя больно, – сказал Югрин, крепко пожав руку Роману. – В рванье каком-то ходишь.

– Места опасные, сержант. На хищников наткнулся.

– В одиночку отбился, что ль? – удивлённо спросил Югрин.

– Ну да, – пожал плечами Роман.

Югрин подошёл к лежащим на земле солдатам и произнёс:

– Эти дубы решили, коль ты говоришь ийдофском, то ты засланец, – произнёс Югрин, а потом, разведя руками, громко добавил: – Будто засланец из Ийдофа будет говорить на своём родном языке!

Югрин неодобрительно покачал головой и что-то произнёс. Лежащих солдат тут же привели в чувство и подняли на ноги – они растеряно посмотрели на сержанта, но не произнесли ни слова.

– Кулаками, что ль, одолел? – спросил Югрин и, заметив утвердительный кивок Романа, сказал: – Нынче одни хиляки к нам идут. А что поделать? Кому зад поднять лень, тот к барону и нанимается. Расслабились! Вот теперь и портал взорвали, нечистая сила их раздери!

– Вы поэтому здесь?

– Да, – сплюнул на землю Югрин. – Приказали искать всякую дрянь в лесу. Только каков дурак этих мест держаться будет? Бежали уже, небось, домой к себе, сучьи дети.

– Кто взорвать мог?

– Лисонцы, кто ж ещё! – воскликнул Югрин, а потом взгляд и кивнул: – Смотрю, меч у тебя есть.

– Дедовский, – сказал Роман, вытянув меч из ножен.

– Что за срань? – спросил Югрин, посмотрев на клинок.

– Деревья рубить приходилось, сержант, – признался Роман. – Выбора не было.

– На вольного наёмника ты не похож, в армии не служишь, да ещё и простолюдин, – задумчиво сказал Югрин. – Однако меч с собой носишь.

– Что не так?

– Не поймут люди. Да какой-нибудь рыцарь остановит или стража прицепится, – ответил Югрин. – Вижу я, ты парень мирской. Сними-ка ты лучше с пояса свой меч от греха подальше.

Роман освободил пояс от ножен, а Югрин добавил:

– И на ийдофском поменьше молви: молодые в этих местах тебя за чужака примут. Глядишь, по голове получишь.

– Советы не забуду, сержант.

Роман не стал спрашивать, причём здесь были ийдофцы, чтобы не вызывать лишних подозрений. Солдаты почему-то остро отреагировали на этот язык, хотя Заувен говорила, что ийдофский знают во всех уголках Терраи.

«Для неё, наверное, всё это тоже стало неожиданностью, – подумал Роман. – Она ведь застала только начало войны. Мало ли чего изменилось».

– Ну, мы походим здесь ещё, – сказал Югрин, посмотрев на солдат. – Перекусить есть чего?

– Куда уж там, – улыбнулся Роман.

Югрин достал из-за спины мешок и, покопавшись в нём, протянул сухари.

– Без воды тяжко пойдёт, но хоть голод уймёшь, – сказал Югрин. – Если еда и кров нужны, спроси в деревне Аграса – у него на ферме работа всегда найдётся. И в солдаты не суйся, а то будешь бедовать, как мои молодцы.

– Спасибо, – искренне сказал Роман. – Ну, сержант, удачи.

Югрин коротко кивнул и, что-то крикнув солдатам, отправился дальше. Роман проводил их взглядом, шумно выдохнул и заулыбался. Это были первые люди, которых он встретил в этом мире, и, если забыть про драку, всё прошло хорошо.

– Ты посмотри, Уилсон, – произнёс Роман. – Меня даже угостили.

Роман ощутил недовольство Уилсона и произнёс:

– Чего дуешься? Хотел кого-то поджарить? Ну извини, дружище, тогда бы на меня точно устроили охоту.

Он не стал съедать сухари, прекрасно понимая, что после этого его замучает жажда. Роман последовал совету Югрина и, нарвав веток, спрятал среди них меч. Он обтянул рубаху поясом и закинул два сухаря за пазуху.

– Ну, Уилсон, пойдём, пока не стемнело.

Роман схватил охапку веток и зашагал в сторону дыма.

До города, где был взорван портал, он так и не дошёл, зато наткнулся на деревню, которую упоминал Югрин. Правда, искать Аграса он не стал – вместо этого Роман решил найти место, где можно было продать меч.

Деревня была людная и большая. Повсюду говорили на всё том же непонятном языке, однако Роман начал улавливать слова, которые были произнесены солдатами в лесу. Он стойко игнорировал запахи еды и начал искать что-то похожее на оружейную лавку. Роман обошёл половину деревни, но так и не заметил ничего путного.

«Оружейную лавку я здесь точно не найду, – понял Роман. – Может быть, какой-нибудь ломбард?»

Иногда он ловил недоверчивые взгляды, однако никто не стал до него допытываться. Вдруг Роман расслышал звон наковальни и сразу понял: рядом была кузница. Он пошёл на этот звук по широкой улице и через минуту вышел к нужному месту.

Кузница прилегала к скромному дому, её ворота были открыты нараспашку. У наковальни работал здоровый бородатый кузнец, а рядом с ним стоял коренастый парень – наверное, это был его сын. Роман подошёл поближе и привлёк внимание. Кузнец прекратил махать молотом и что-то сказал. Роман аккуратно сложил ветки на землю и достал меч.

– Хочу продать, – вежливо произнёс Роман.

Кузнец протёр пот со лба и невнятно спросил:

– Ты из Ийдофа?

– Нет, мой дед говорил на ийдофском.

«Я что, теперь каждому должен это объяснять?» – подумал Роман.